Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 
2 3 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Гиблое дело

Гиблое делоЕсть такая словесная формула. Её иногда используют в спорах об истории середины прошлого века. Когда аргументы сталиниста иссякают, он произносит: «Если ты против Сталина, значит, ты за Гитлера».

Этот сборник, состоит из статей, публиковавшихся в разное время в «Городской среде», «Псковской губернии» и других изданиях. В них рассказывается о тех, кто слишком много доверял или продолжает доверять. О тех, кто выбрал путь борьбы со злом - часто не замечая, что это зло выбрало его.

Сборник этот будет постоянно пополняться. В нём уже есть текст, написанный и опубликованный в 2020 году.

Добро часто бывает каким-то неуклюжим, непривлекательным. Оно может позволить себе быть таким. Другое дело - зло. Оно предполагает красоту и гармонию. Эстетика зла - это важнейшая тема.

«Война прекрасна, потому что превращает в реальность металлизацию человеческого тела, бывшую до того предметом мечты, - писал основатель футуризма Филиппо Томазо Маринетти. - Война прекрасна, потому что делает более пышной цветущий луг вокруг огненных орхидей митральез. Война прекрасна, потому что соединяет в одну симфонию ружейную стрельбу, канонаду, временное затишье, аромат духов и запах мертвечины. Война прекрасна, потому что создает новую архитектуру, такую, как архитектура тяжёлых танков, геометрических фигур авиационных эскадрилий, столбов дыма, поднимающихся над горящими деревнями, и многое другое...» Фашист и футурист Маринетти сильно повлиял на таких людей как Проханов - мастера «симфонических» произведений.

И до Маринетти, и после него находились люди не просто творящие зло, но и воспевающие его. Они умело стирали границы между добром и злом. Им многое удалось. Кое-кто даже пришёл к власти. Некоторые от неё ещё не ушли. Они держатся до последнего.  Они чувствуют себя победителями, но всё равно их дело - гиблое.

Автор.

Здесь читайте предыдущие сборники:

Фотоэлементы, http://www.pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=4227

Путеводные нити, http://www.pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=4234

Том 1, Страх сцены, http://www.pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=4242

Том 2, Оживление в зале, http://www.pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=4249

Искусство самокопания, http://www.pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=4256

Священный дурман, http://www.pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=4260

 

1.

БЕЛОЕ БРАТСТВО
(«Городская среда», 2019 г.)

Автор статьи «О русском фашизме» Иван Ильин адресовал её «моим белым братьям фашистам». Сегодня, спустя 88 лет, строки Ильина кажутся ещё более зловещими - по той причине, что мы знаем не только то, что натворили Муссолини и Гитлер. Фашизм после разгрома в 1945 году не исчез, а видоизменился. Приспособился.

Некоторые всё ещё недоумевают: как же так? Почему явные фашисты с татуировками свастики на плечах едут бороться с украинскими фашистами в Донбасс? Или почему откровенные фашисты на украинской стороне говорят, что воюют с русскими фашистами?

Но вы же должны помнить, как при Сталине вдруг из коммунистического режима Иосипа Броз Тито пытались сделать фашистский. Коммунисты друг с другом временами не только переругивались, но уничтожали друг друга. Это касается не только отдельных персон.

Помните взаимоотношение СССР с коммунистической Албанией, Северной Кореей, Китаем?

 А помните войну вьетнамских коммунистов с китайскими? Или с кампучийскими.

У фашистов происходило то же самое. Агрессия должна выплёскиваться. Не всегда получается выплёскивать её на очевидных врагов. Близкие по духу тоже могут подвернуться под руку. Тем более что дух один, а интересы - разные.

Давняя статья Ильина, опубликованная в 1928 году в его «Русском колоколе», поучительна ещё и потому, что там автор пытается разделить фашизм на течения (белый, розовый, жёлтый, чёрный...). Сам он себя видел белым фашистом, в его трактовке - православным. Получалось так, как в христианстве. Есть католики, есть протестанты, а есть православные. Некоторые православные католиков и протестантов даже за христиан не считают. Нечто похожее происходило и с фашизмом на стадии формирования.

У фашистов имелись тогда общие враги - коммунисты, евреи... Но фашисты нацистского толка из Германии славян тоже за полноценных людей не считали. Русским фашистам это пришлось не по вкусу. Однако же полностью порвать с Гитлером тоже было не просто. За ним была военная сила, которой у русских фашистов (как и украинских) не имелось. По этой причине русские и украинские фашисты с немецкими сотрудничали, хотя временами оказывались неугодными и попадали в немецкие лагеря и тюрьмы. Но потом выходили и рука об руку с немецкими фашистами продолжали воевать с большевиками и большевизмом (а заодно и с собственным народом). Точнее, своих соотечественников они переставали считать русскими или украинцами. Это то, что сегодня у русских националистов называется словом «вырусь», то есть «бывший русский» (так недавно Захар Прилепин назвал Дмитрия Быкова).

Иван Ильин был одним из идеологов «белого фашизма» и от своих идей никогда не отступал. Так и умер в 1954 году в убеждении, что когда-нибудь будет построено на территории России справедливое общество, что-то вроде Святой Руси (он сочинял для неё конституцию).

И надо сказать, что эта Святая Русь (конечно же, в интерпретации Ильина) постепенно появляется. Это путинская Россия, в которой труды Ивана Ильина стали не просто доступны (это хорошо), но пропагандируются как нечто выдающееся. Фактически, на основе трудов Ильина вырабатывается официальная идеология.

Ильина цитируют Сергей Лавров, Владимир Мединский, Тихон Шевкунов, ну и сам Владимир Путин, разумеется.

2.

ИЛЬИН ДЕНЬ, или Военно-полевое богословие
(«Псковская губерния», 2019 г.)

Владимир Мединский: «Хотелось бы, чтобы Россия развивалась, как того желал философ Иван Ильин»

«Кто любит Россию, тот должен желать для неё свободы». Эти слова произнёс 27 мая 2019 года министр культуры РФ Владимир Мединский, когда презентовал книгу «Иван Ильин. Новая национальная Россия. Публицистика 1924 -1952 годов» в книжном клубе «Имена» - совместном проекте Российской государственной библиотеки и Российского военно-исторического общества. Русский философ Иван Ильин, потративший много сил, восхваляя фашизм и национал-социализм, за последние двадцать лет стал едва ли не самым главным российским философом всех времён.

«Гитлер оказал величайшую услугу всей Европе»

Иван Ильин (1883 - 1954 гг.) тоже желал России свободы и одно время очень надеялся на Адольфа Гитлера. О возможностях немецких национал-социалистов он знал не понаслышке - в тридцатые годы жил и работал в фашистской Германии.

После поражения Гитлера Ильин слегка пересмотрел свои взгляды на деятельность немецких фашистов, но полностью в фашизме не разочаровался. О чём и написал в 1948 году статью «О фашизме». В ней он подробно описывает, почему, по его мнению, фашизм был прав. Прямо так и перечисляет: «Прав, поскольку искал справедливых социально-политических реформ...» И далее в том же духе.

И до Второй мировой войны, и после Ильин не раз обращался к теме гитлеровского и муссолиниевского фашизма. Одна из ключевых его статей вышла в парижской газете «Возрождение» 17 мая 1933 года. Статья называется «Национал-социализм. Новый дух».

Приход Гитлера к власти Ивана Ильина явно воодушевил. Первые шаги немецких фашистов пришлись русскому философу-эмигранту по вкусу. «Прежде всего, я категорически отказываюсь расценивать события последних трёх месяцев в Германии с точки зрения немецких евреев, урезанных в их публичной правоспособности, в связи с этим пострадавших материально или даже покинувших страну», - написал Ильин. По его мнению, евреи заслужили жёсткого к себе обращения. Немецкие евреи были для Ильина, судя по этой статье, - пробольшевистски настроенными. Следовательно, Гитлер их преследовал заслуженно. «Наша русская трагедия была им чужда», - пишет Ильин о евреях, и по этой причине ему оказалась чужда трагедия преследуемых нацистами евреев.

Гитлера Ильин воспринимал как спасителя Европы, а то и всего человечества от коммунистической заразы.

Иван Ильин.

«Слепота и безумие доселе царят в Европе, - писал он. - Думают о сегодняшнем дне, ждут новостей, интригуют, развлекаются; от всего урагана видят только пыль и бездну принимают за простую яму. Что сделал Гитлер? Он остановил процесс большевизации в Германии и оказал этим величайшую услугу всей Европе». Посмертно назначенный в путинской России главным философом, Ильин радовался, что благодаря Гитлеру за кратчайший срок «многие притоны коммунизма в Германии разрушены».

Пройдёт лет пятнадцать. Третий Рейх рухнет. А Ильин с прежним упорством продолжит искать в фашизме светлые стороны. Хотя ему как публицисту, разумеется, придётся делать поправку на то, что прежний фашистский лидер, которому он первоначально сильно симпатизировал, бесславно закончил свои дни. Таким образом, появилась статья Ильина «Стратегические ошибки Гитлера».

Что же, по мнению Ивана Ильина, Гитлер сделал не так?

В статье «Стратегические ошибки Гитлера» сказано: «Стратегия бесконечного наступления вглубь России, растягивание восточного фронта, цепляние за территорию; неспособность сначала воздержаться от «дающегося» пространства, а потом своевременно «расстаться» с ним; легкомыслие затяжного предкавказского топтания; неумение заштопать «стратегическую дыру» калмыцкой степи; извод своих армий у Царицына...»

Итак, одна из претензий Ильина к Гитлеру: тот проиграл Сталинградскую битву. Ильин желал победы германскому оружию, но фюрер надежды не оправдал, возомнил себя великим полководцем, недооценил противника.

Ещё одна претензия к Гитлеру заключается в том, что «он отдал германские города на разгром при невозможности народного сопротивления и народной войны за собственную территорию». То есть плохо сопротивлялся на свой территории. Не сумел организовать народное сопротивление Красной Армии и их союзникам, позволив себя победить.

Министр культуры РФ Владимир Мединский на презентации книги «Иван Ильин. Новая национальная Россия», 27 мая 2019 года. Российская государственная библиотека. Фото Марии Колосовой.

Ошибок Ильин у Гитлера обнаружил немало. Тот заключил союз с Советским государством. Был безрегигиозен. Более того, враждебен по отношению к христианству. Установил партийную монополию, что привело к «вырастающей из неё коррупции и деморализации». Но в целом он в фашизме не разочаровался. О чём и написал другую работу - послевоенную статью «О фашизме» («Фашизм есть явление сложное, многостороннее и, исторически говоря, далеко ещё не изжитое. В нём есть здоровое и больное...»). И таким образом встал у истоков создания идеологии неофашизма. Точнее, внёс свой скромный вклад.

Но так как Гитлера и его ближайших сообщников в живых уже не осталось, то Ильину пришлось искать новых кумиров, способных поднять упавшее знамя. Искать долго не пришлось. «Франко и Салазар поняли это и стараются избежать указанных ошибок», - написал он в «Стратегических ошибках Гитлера».

«Новый дух» национал-социализма...»

О путинской России регулярно пишут, что будто бы у её руководителей нет никакой идеологии. Возможно, так оно и было на самом начальном этапе. Но потом пустоты стали заполняться. Труды Ивана Ильина оказались в поле зрения путинских спичрайтеров. С середины нулевых годов в речах Путина начали появляться цитаты из трудов Ильина.

Конечно же, цитировались не статьи «О фашизме», «О русском фашизме» или «Национал-социализм. Новый дух». Путин, наверное, тогда вообще не знал об их существовании и цитировал что-то более приемлемое для широких масс. Хотя бы работу «Что сулит миру расчленение России». Тогда же прах Ивана Ильина торжественно перезахоронили в России (философ умер в Швейцарии). Перевезли из Мичигана его архив.

Путин позднее возложит на могилу Ильина цветы. О том, что этому предшествовало, СМИ рассказал нынешний митрополит Псковский и Порховский Тихон Шевкунов. Оказывается, Путину (в тот момент, премьер-министру) показали фотографии могил Деникина, Ильина и Шмелёва. Могилы были не ухожены. «Это не дело!» - сказал Путин и дал поручение изготовить новые надгробия и «лично, вместе с патриархом, утвердил новые эскизы». ИТАР-ТАСС процитировало Тихона Шевкунова: «Путин твёрдо сказал: "Я сам, из личных денег готов всё оплатить." Так и было сделано, Владимир Владимирович лично всё оплатил».

Вряд ли у Ильина были какие-то личные симпатии к Гитлеру. Но его привлекал «новый дух», который фюрер вселял в германскую нацию. Ильин писал: «Новый дух» национал-социализма имеет, конечно, и положительные определения: патриотизм, вера в самобытность германского народа и силу германского гения, чувство чести, готовность к жертвенному служению (фашистское sacrificio), дисциплина, социальная справедливость и внеклассовое, братски-всенародное единение...» Он рассчитывал, что разгромив Советский Союз, Гитлер всё это установит и на оккупированной территории, вновь превратив её из Советской России просто в Россию.

Нынешние поклонники Ивана Ильина, по всей видимости, вычёркивают слово «германский», и создаётся новая словесная конструкция: патриотизм, вера в самобытность русского народа и силу русского гения, чувство чести, готовность к жертвенному служению... Всё это в огромных количествах имеется в пропагандистских речах.

Впрочем, последователи «учения» Ильина сейчас настаивают, что фашистам тот не симпатизировал, а его «слова и отдельные фразы вырваны из контекста». Но какой же тут контекст? Нам доступен целый массив статей, среди которых есть не отдельные высказывания, а стройная система. Кроме того, сохранились воспоминания современников, переписка... Симпатии Ильина к фашизму скрыть трудно. Да он и не слишком пытался. Вернее, с определённого времени пробовал, но не прилагал особых усилий. Скорее вяло отмахивался от частных обвинений. Однако сказал достаточно, чтобы его последователи и почитатели смогли в последствие цитировать его, доказывая, что Ильин фашистам не симпатизировал.

Последователи и почитатели теперь так и делают. Чуть что -достают с полки очередной красиво изданный том и цитируют: «Я никогда не мог понять, как русские люди могли сочувствовать национал-социалистам... Они - враги России, презиравшие русских людей последним презрением; они разыгрывали коммунизм, как свою пропагандную карту...»

Получается, что Иван Ильин не мог понять сам себя?

Ильин не был безоговорочным фашистом. Он был сторонником и даже идеологом так называемого белого фашизма, основанного на православии. Когда репрессии с евреев перекинулись и на русских эмигрантов, он предпочёл покинуть Германию и устроился в соседней нейтральной Швейцарии. А вскоре СССР и Германия и СССР заключили союз. Разочарование в Гитлере усилилось.

Но потом Гитлер напал на СССР. Германская дружба с большевиками закончилась. Снова появились надежды на разгром СССР. Но философ был осторожен и в отличие от некоторых других русских белоэмигрантов сохранял дистанцию с гитлеровским режимом.

Ему искренне не нравилось, что Гитлер перешёл черту. Когда фюрер преследовал евреев, внутреннего протеста не возникало. Скорее, возникало внутреннее злорадство. Но во второй половине тридцатых годов немецкие фашисты заинтересовались и русскими. Ильина это не устроило.

Ещё недавно он писал: «Я отказываюсь судить о движении германского национал-социализма по тем эксцессам борьбы, отдельным столкновениям или временным преувеличениям, которые выдвигаются и подчеркиваются его врагами». Ему казалось, что временные перегибы не стоит рассматривать всерьёз. Но быстро выяснилось, что весь фашизм, от начала и до конца, и есть один большой «перегиб». Однако Ильин это так никогда и не признал. Из его статей выходит, что фашизм - хороший, а вот Гитлер его испортил. Начинал, дескать, неплохо, но потом начал совершать ошибки (заметьте - ошибки, а не преступления).

Похожим образом не так давно гитлеровскую политику характеризовал Андраник Мигранян. «Нужно отличать Гитлера до 1939 года и Гитлера после 1939 года и отделять мух от котлет». Иначе говоря, отделять «собирателя земель» от захватчика. Гитлер-собиратель, по словам российского политолога Миграняна, «остался бы в истории своей страны политиком высочайшего класса». В 2008 году Дмитрий Медведев наградил Миграняна «за большой вклад в развитие демократических основ Российской Федерации».

Очевидно, что Иван Ильин тоже пытался отделять мух от котлет, «хорошего» Гитлера от плохого (дескать, не всё так однозначно).

Из какого контекста вырваны, например, слова Ильина, когда он писал о немецких фашистах? «Достаточно видеть эти верующие, именно верующие лица, - любовался фашистскими маршами живший в Германии Ильин, - достаточно увидеть эту дисциплину, чтобы понять значение происходящего и спросить себя: «да есть ли на свете народ, который не захотел бы создать у себя движение такого подъёма и такого духа?...» Словом - этот дух, роднящий немецкий национал-социализм с итальянским фашизмом. Однако не только с ним, а ещё и с духом русского белого движения».

Думаю, что здесь всё понятно. Ильин почувствовал родственную связь. Духоподъёмность фашизма его бодрила. Он смотрел и не мог налюбоваться, проецируя всё это на будущую Россию. И ещё умудрялся убеждать своих собеседников, что немецкие фашисты ведут себя вполне гуманно - даже по отношению к евреям. «Тронули ли национал-социалисты хоть одного видного русского еврея-эмигранта?», - спрашивал он. Подразумевалось, что не тронули. Он долго не хотел верить, что тот «арийский порядок», который внедрял Гитлер, это на самом деле кровавый хаос.

«Вы сказали, "раса, кровь, наследственность" - незыблемы»

Критика в адрес Ивана Ильина - не особенность нашего времени. Упрёки в фашистских или нацистских взглядах он выслушивал при жизни. Русский писатель-эмигрант Роман Гуль в одном из писем напомнил Ильину недалёкое прошлое: «...Но вот к власти пришёл Гитлер, и Вы стали прогитлеровцем. У меня до сих пор среди вырезок статей имеются Ваши прогитлеровские (из "Возрождения" и др.) статьи, где Вы рекомендуете русским не смотреть на гитлеризм "глазами евреев" и поёте сему движению хвалу! признаюсь, этого изменения Вашего духовного лица я никак не понимаю. Как Вы могли, русский человек, пойти к Гитлеру? Заметим в скобках, что категорически оказались правы те русские, кот<орые> смотрели на Гитлера "глазами евреев"».

Надо полагать, сам Ильин после разгрома фашистской Германии понимал, что многие прежние его высказывания и целые статьи, мягко говоря, теперь неуместны. И он стал критиковать «наивных русских эмигрантов, возлагавших на Гитлера надежды». На новом послевоенном этапе он выражался так, как будто к фашизму гитлеровского толка никакого отношения никогда не имел: «Многие наивные русские эмигранты ждали от Гитлера быстрого разгрома коммунистов и освобождения России. Они рассуждали так: враг моего врага - мой естественный единомышленник и союзник. На самом же деле враг моего врага может быть моим беспощадным врагом. Поэтому трезвые русские патриоты не должны были делать себе иллюзий».

 Но если внимательно вчитаться в статьи и письма, написанные им в послевоенное время, то не фашизм он критикует, а Гитлера как плохого фашиста. Когда тот преследовал евреев и коммунистов, то он не был плох, но когда взялся за русских, то испортился. Разочарование в Гитлере появилось ещё до Второй мировой войны. 10 октября 1938 года Иван Ильин, покинув Германию, написал писателю Ивану Шмелёву: «Я покинул страну моего прежнего пребывания совсем... Больше не вернусь. Там такой нажим на русских честных патриотов! Там терпят только предателей и своих агентов».

При жизни Ивана Ильина обвиняли в антисемитизме и расизме. Роман Гуль в письме Ильину это тоже припомнил: «Но, в конце концов, вопрос о Вашей и моей смене вех не так уж важен. Гораздо хуже иное. Во время нашего разговора Вы говорили вещи, кот<орые> вызывают во мне непреодолимое духовное отвращение. Так, напр<имер>, Кравченко для Вас оказался "чекист и жид". А когда я Вам сказал, что Кравченко и не чекист, и не еврей, то Вы категорически это "опровергли" тем, что Вы видели его фотографию и для Вас этого вполне достаточно"».

Любители Ивана Ильина считают, что Гуль на Ильина наговаривает. Это ведь была частная беседа, и мало ли что во время неё произносилось? Стенограммы ведь никто не вёл.

Но в данном случае Роману Гулю, почему-то верится больше - учитывая жизнь и творчество Ильина.

В любом случае, идеолог русского национализма пришёлся ко двору в современной России. Нелюбовь к демократии, мечты о национальном диктаторе, воинствующее православие, вера в исключительность и самобытность русского народа и силу русского гения... Идеи Ильина перестали быть книжными. Пропаганда взяла их на вооружение.
Роман Гуль когда-то зло посмеялся над Ильиным, одновременно пытаясь разобраться - откуда в нём такая гипертрофированная русскость. «Вы сказали, "раса, кровь, наследственность" незыблемы, - писал Роман Гуль, обращаясь к Ивану Ильину. - И посему еп. Иоанн Шаховской "жидёнок". Но ведь по этому самому и Вы, Иван Александрович, окажетесь не очень-то русским! Ваш старый друг, москвич, хорошо знающий всю историю Вашей семьи (и Вас, и Вашего брата), говорил мне, что Ваша матушка была немецкого происхождения (Каролина Луиза Швейкерт фон Штадион - Авт.) Я это слыхивал ещё студентом в Москве. И вот получается, что в идеологе русского национализма и православном философе чисто русской крови не очень уж много? М<ожет> б<ыть>, Ваш подчёркнутый русизм имеет под собой именно эту «ущемлённость»? Такой «рефлекс» вполне возможен...».

О расизме Иван Ильин тоже высказывался - ещё в то время, когда не отделял Гитлера от национал-социализма. Оправдывая гитлеровское учение, он старался объяснить непонятливым европейцам-антифашистам: «Дух национал-социализма не сводится к «расизму». Он не сводится и к отрицанию. Он выдвигает положительные и творческие задачи. И эти творческие задачи стоят перед всеми народами. Искать путей к разрешению этих задач обязательно для всех нас. Заранее освистывать чужие попытки и злорадствовать от их предчувствуемой неудачи - неумно и неблагородно». Германская военная машина только формировалась. Десятки миллионов людей ещё были живы. Но всё уже было понятно... Однако Ильин считал необходимым называть сопротивление нацистам неумными и неблагородными. Себя при этом он, видимо, считал благородным и умным.

«До сих пор европейское общественное мнение всё только твердит о том, что в Германии пришли к власти крайние расисты, антисемиты, что они не уважают права; что они не признают свободы; - посмеивался Ильин над антифашистами в тридцатые годы. - Вряд ли нам удастся объяснить европейскому общественному мнению, что все эти суждения или поверхностны, или близоруки и пристрастны». Трудно назвать такие слова высказыванием умного человека. С фашизмом было понятно ещё в двадцатые годы. «Майн Кампф» давно написан. Фашисты в разных странах уже успели проявить себя. Ильин это пишет, когда Гитлер уже находится у власти. В это время под Мюнхеном уже создан первый немецкий лагерь Дахау. А живущий в Германии русский философ высокомерно отвечает встревоженным антифашистам: ваши суждения или поверхностны, или близоруки и пристрастны.

Ему действительно нравилось, что делал Гитлер в начале своего правления. Нет оснований считать, что Ильин лукавил, когда выдавал похвалы фашистам: «Удаляется всё, причастное к марксизму, социал-демократии и коммунизму; удаляются все интернационалисты и большевизаны; удаляется множество евреев».

Невинный термин «удаляется» означал «уничтожение».

«Определение последней деятельности Ильина: "палачество"»

Но возникает вопрос: лукавят ли нынешние правители России?

Мединский на майской презентации книги Ильина сказал: «Поскольку послание Федеральному собранию определяет то, как президент видит развитие страны, хотелось бы, чтобы Россия развивалась, как того желал философ Иван Ильин». Думаю, что тоже не лукавит. Ильин - не случайный философ, которого выбрали лишь бы выбрать кого-нибудь. Его взгляды близки многим нынешним российским начальникам разного уровня.

Придворные мыслители не нашли ничего лучшего, чем труды Ильина. Возможно, для них действительно нет ничего лучшего.

Зинаида Гиппиус, чей муж Дмитрий Мережковский тоже надолго попал под «очарование» фашизма, прочитав статью Ильина «Дух преступления», в ответ написала «Предостережение». В статье Ильина Зинаиду Гиппиус поразило то, что тот превратился в «бывшего философа». Она обнаружила его «одержимость», озлобленность, первобытную ненависть - особенно ненависть по отношению к русской интеллигенции. «От лиц, высокоавторитетных в этой области, мне пришлось слышать два кратких определения последней "деятельности" Ильина: "военно-полевое богословие" и, - ещё выразительнее и прямее, - "палачество". Статья Зинаиды Гиппиус была опубликована в парижских «Последних новостях» в феврале 1926 года. С той поры философское «палачество» только набирало обороты.

Книга «Иван Ильин. Новая национальная Россия. Публицистика 1924 -1952 годов» / Разворот журнала «Русский колокол», № 3, 1928 год, в котором опубликована статья Ивана Ильина «О русском фашизме».

Реваншист, националист, консерватор, мистик, монархист, охранитель, «философ-силовик»... Разве могли остаться равнодушными ко всему этому набору нынешние российские пропагандисты?

В презентации новой книги Ильина принял участие директор Департамента информационного и цифрового развития Министерства культуры России Вадим Ваньков. Он рассказал о проекте «Иван Ильин: изгнанник и патриот» на портале Культура. РФ. Там отныне собраны цифровые копии авторских текстов Ильина.

В 1928 году в журнале «Русский колокол» Иван Ильин (он же - издатель и редактор этого журнала) опубликовал свою статью «О русском фашизме» (И. А. Ильин. О русском фашизме // Русский колокол, № 3, 1928, стр. 54-64). В ней он постоянно называет белогвардейцев «рыцарственным движением», от которого, по его мнению, до русского фашизма совсем недалеко. Похоже, он считал, что русский фашизм лежит в основе всего фашистского движения. Ильин почему-то фактически ставит знак равенства между русским фашизмом и белым движением, зародившимся в 1917 году. И только потом фашисты появились в других европейских странах. Он пишет: «Вслед затем оно (фашистское движение - Авт.) зародилось в Германии, в Венгрии и в 1919 году - в Италии; здесь оно после трёхлетней организационной подготовки и нескольких героических столкновений, овладело государственным аппаратом и создало так называемый «фашистский» режим. Этот политический успех заставил наших современников говорить и думать о фашистском «методе» (то есть о верном способе борьбы с большевистской заразой)». Но, по мнению Ильина, «русские фашисты» совершеннее, потому что их основа - православие.

«Я хочу... сказать, что белое движение в целом - гораздо шире фашизма и по существу своему глубже фашизма», - пишет Иван Ильин, считая, что «белое движение» - понятие родовое, а понятие «фашизм» - видовое. Для Ильина фашизм был близок, если он оказывался, как он выражался, белым. Он опасался, что фашизм может быть ещё и «розовым», «жёлтым» или «чёрным», и это будет уже не то. Для него была важна чистота фашизма.

В 1928 году Ильин, опираясь на опыт фашистов Муссолини, рассуждает о том, почему «в Италии удалось то, что нас не удалось?» Ильин пишет: «Дело в том, что фашизм есть спасительный эксцесс патриотического произвола». В его глазах фашизм - это своего рода спасательный круг, когда все вокруг тонут в стихии хаоса. Вот тут-то и появляется некое богоизбранное спасительное меньшинство и пресекает хаос. В версии Ильина это выглядит так: «... спасение состоит именно в том, чтобы патриотическое меньшинство в стране, белое по духу и волевое по характеру, соорганизовалось, взяло власть в свои руки и осуществило бы всё то, что необходимо для отрезвления массы и для спасения родины...»

«Русский фашизм зарождается не внутри страны, а в эмиграции», рассказывает Иван Ильин. Он сетует, что русский фашизм оторван от «русской народной толщи». И далее следуют рассуждения такого рода: «Почему русскому патриотически мыслящему активно настроенному и дисциплинированному военному - лучше стать членом фашистской ячейки, чем хранить верность своему военному кадру? Что нового даёт ему звание фашиста?.. Что же даёт тогда фашизм? По-видимому, два дара: политическую программу и новое возглавление...» Вот такой совет-разъяснение от русского философа. Цитировать можно долго. Здесь и славословие итальянскому фашизму, на который, по-видимому, Ильин и ориентировался, и некие прогнозы-пожелания... Ему было важно, «сумеет ли русский политический фашизм... остаться белым?»

Он надеется, что сумеет, потому что «дух русских фашистов - патриотический, волевой и активный»

«Не для осуждения этого духа я взялся за перо», - поясняет Иван Ильин, хотя мог бы этого не делать. Симпатии его очевидны. Так что приход к власти Гитлера он не мог воспринять как нечто неприемлемое. Фашизм ему близок по-настоящему. Он не примыкал к нему. Он его отчасти создавал - но только его «идеальную» форму - «белый фашизм».

***

У Николая Бердяева есть высказывание, касающееся взглядов Ивана Ильина. Прочитав книгу Ильина «О сопротивлении злу силою», он написал огромную рецензию под названием «Кошмар злого добра», и там есть такие строки: «Он (Ильин - Авт.) ныне отдал дар свой для духовных и моральных наставлений организациям контрразведки, охранным отделениям, департаменту полиции, главному тюремному управлению, военно-полевым судам... "Чека" во имя Божье более отвратительно, чем "чека" во имя дьявола. Во имя дьявола всё дозволено, во имя Божье не всё» («Путь», № 4, 1926 год).

Так что не стоит удивляться, что сегодня - в ХХI веке - мы наблюдаем «Чека во имя Божье». Не всем происходящее кажется неприемлемым. Пропаганда действует незаметно и безжалостно.

Ещё одно высказыванием Бердяева: «Наиболее неприятно и тягостно в книге И. Ильина - злоупотребление христианством, православием, евангелием. Оправдание смертной казни евангельскими текстами производит впечатление кощунства».

Похожие чувства появляются, когда видишь, насколько важны труды Ильина для таких людей как Путин, Мединский, Никита Михалков...

Злоупотребление христианством - вещь обоюдоострая, саморазрушительная. Но способны ли они это понять?

Ещё не всем, живущим в России, хочется, чтобы Россия развивалась, как того желал философ Иван Ильин.

 

3.

ПОЛЁТ ШМЕЛЁВА
(«Городская среда», 2019 г.)

После окончания Второй мировой войны трудно было предположить, что в обозримом будущем писатель Иван Шмелёв будет восприниматься многими русскими читателями как человек с почти безупречной биографией. Ещё бы, с большевиками не сотрудничал, много лет провёл в эмиграции и там умер. Прах его перезахоронен в России с соблюдением всех почестей. Книги его издаются и переиздаются.

А ведь когда-то в СССР о нём даже не упоминали, а русские эмигранты сообщали друг другу: «Шмелёв отовсюду исключён». Исключён за сотрудничество с немецкими фашистами.

Правильнее было бы сказать, что почти отовсюду. За него всё же заступались и не так уж сильно на него наседали. С Кнутом Гамсуном или Эзрой Паундом не сравнить. Полной обструкции и позора он избежал.

Постепенно позорная страница его биографии оказалась полузабытой. Многие новые читатели этой страницы вообще не знали, и принимали Шмелёва только как известного писателя первой половины ХХ века, видевшего Чехова и Толстого, общавшегося с Буниным.

Но лучше знать многое, чем кое-что. Нельзя забывать, за что же Иван Шмелёв был «отовсюду исключён»./.../

4.

ФРОНТ ДЬЯВОЛА
(«Псковская губерния», 2019 г.)

Иван Шмелёв: «Подать... кро-ви! Подали и крови. Сколько угодно крови!» 

Философ Иван Ильин рассчитывал, что фашисты освободят Россию. А как отнёсся к нападению Германии на Советский Союз писатель Иван Шмелёв (установку нового памятника на кладбище Шмелёву Владимир Путин тоже, как и Ильину, по утверждению Тихона Шевкунова, оплатил из своей зарплаты)? Сам Иван Шмелёв после окончания Второй мировой войны отрицал, что симпатизировал Гитлеру. Но как было на самом деле?

«Древний русский край, отрезок Псковщины»

Вот строки из письма Ивана Шмелёва, отправленного своей близкой знакомой Ольге Бредиус-Субботиной. Написано 9 октября 1941 года, когда гитлеровские войска вплотную приблизились к Москве: «Ведь вчера был день... преп. Сергия Радонежского России покровителя. Я ждал... Я не обманулся сердцем, Преподобный отозвался... Я услыхал фанфары, барабан - в 2 ч. 30 мин., - специальное коммюнике: прорван фронт дьявола, под Вязьмой, перед Москвой, армии окружены... идёт разделка, Преподобный в вотчину свою вступает. Божье творится не нашими путями, а Его, - невнятными для нас. Сроки близки. Оля!»

Как видите, писатель не только роман «Лето Господне» в это время писал, но и подобные письма. Шмелёв здесь духовно связал двух людей - Сергия Радонежского и Адольфа Гитлера. Преподобный в вотчину свою вступает. Видим Гитлера, а подразумеваем Сергия Радонежского. Энтузиазм Шмелёва, пожалуй, превзошёл энтузиазм Ильина. Во всяком случае, Шмелёв здесь откровеннее.

О симпатиях и антипатиях к Гитлеру - чуть позже, а сейчас о другой связи - связи Шмелёва с псковской землёй.

В Печоры и Изборск писатель Иван Шмелёв приехал вскоре после того, как у него умерла жена. Он и сам был готов умереть. «Мне, скоту, надо было сдохнуть, а не ей умереть так нежданно, так непонятно отойти, - написал он Ивану Ильину. - Она вся Святая! Вся, вся. А вот я, проклятый, ещё влачусь, для чего-то... никчемный, гад ползучий, противно смотреть на себя». Это было летом. А осенью Шмелёв приехал в Латвию и Эстонию - поближе к России. Так появился очерк «Рубеж».

Владимир Путин возлагает цветы на могилу Ивана Шмелёва.

«В начале осени 1936 года мне довелось посетить древний русский край, отрезок Псковщины, и ныне русский до глубочайших корней, но включённый игрой судьбы в пределы эстонские: побережье Чудского и Псковского озер. Городище, Изборск, Печоры... Много я вынес из этого посещения: и радостного, и горького. Видел Россию-Русь. Она была тут, кругом», - написал Иван Шмелёв. Для эмигранта, дружившего с Деникиным и Ильиным, посещение мест, в то время принадлежащих независимой Эстонии, было единственной возможностью увидеть Россию. И не только русскую землю, но и большевиков - через окуляры бинокля. Шмелёв в бинокль даже Псков разглядел.

«Помню, первое ощущение, что я здесь, что это земля - родная, испытал я на ощупь, ещё ничего не видя, - вспоминал Иван Шмёлев. - Поезд пришёл в Печоры. Было поздно, глубокий вечер. Я сошёл с вокзального приступка и споткнулся: площадь у станции замощена булыжником, и я разучился ходить по нему. Этот толчок земли так всё и осветил во мне, и я сразу узнал осенний воздух родного захолустья - вспомнил. И стало родное открываться - в лае собаки из темноты, в постуке - где-то там - телеги, в окрике со двора бабьим визгливым голосом - "да черти, штоль, тебя окаянного, унесли... Мишка-а?", в дребезге подкатившего извозчика. И стало так покойно, укладливо, уютно на душе и во всём существе моём, будто всё кончилось и теперь будет настоящее...»

Шмелёв был человеком нетерпимым. Иван Бунин после «Тёмных аллей» ему казался писателем «порнографическим», автором «паскудографии», поддавшимся «старческой похотливости». В стихотворной пародии Шмелёв на Бунина Шмелёв срифмовал «Нобель» и «кобель».

Да что там Бунин... Шмелёв в 1942-м написал своей последней любви Ольге Бредиус-Субботиной: «А знаешь, Л. Толстой, при всей гениальности художника-скульптора, был глуп?» (У Шмелёва есть литературные заметки с названиями «Как я ходил к Толстому», «Как я встречался с Чеховым»...)

Та поездка на эстонско-советскую границу в 1936 году была попыткой связать в душе две России - прошлую и настоящую.

В «Солнце мёртвых» Иван Шмелёв, не упоминая того, что большевики в 1921 году расстреляли его единственного сына - офицера армии Деникина, описал увиденное и пережитое во время революции:

«Звонкая была "Чайка", молодая дача. И молодые женщины на ней жили - врачи, артистки, - кому необходим летний отдых. И вот подошло время. Пришли и в городок люди, что убивать ходят. Убивали-пили. Плясали и пели для них артистки. Скушно!
- Подать женщин веселых, поигристей! Подали себя женщины: врачи, артистки.
Подать... кро-ви!
Подали и крови. Сколько угодно крови!»

Это краткое описание не только Октябрьской революции, но и почти любой революции. И не только революции. Пришли в городок люди, что «убивать ходят». В Славянск, в Мосул, в Ракку, в Алеппо, в Сонгми, Нанкин... Да хотя бы в Псков (в ХХ веке с Псковом такое случалось не меньше четырёх раз). В некоторых людях временами просыпается такая потребность - убивать. И люди не могут преодолеть в себе этого искушения.

Когда Шмелёв приехал в Печоры и Изборск, то не ограничился посещением монастыря и крепостных стен. И псковской землёй, аккуратно собранной в мешочек, тоже не ограничился - пожелал дойти до самой границы. Дойти до самого края и заглянуть в «пропасть».

«Чётким солдатским шагом идёт на Псков»

«В полуверсте от рубежа - караульный дом, - описал Шмелёв посещение эстонско-советской границы. - Не совсем охотно даётся разрешение на посещение "границы". Строгое предписание: не говорить с красными пограничниками, "не раздражать". Рубеж. Кустики, болотца - по ту сторону; с этой стороны - те же кустики, и у самой проволоки сторожевая вышка...»

Шмелёв попросил у эстонского пограничника, упорно не желавшего говорить по-русски, бинокль. Бывшая Псковская губерния в то время была разделена на две части, как позднее будут разделены ГДР и ФРГ, Северная и Южная Корея... Шмелёв ходил по русской земле и впивался глазами в русскую землю за пограничным столбом: «Пустое поле, за грядкой кустиков, в стороне какие-то постройки, - там, говорят, комендатура. Гепеу. Были деревушки - снесли. Пустыня. Мёртвая страна, но где-то тут... таится что-то, - такое во мне чувство. И оно вот-вот скажется, и я узнаю тайну. Меня влечёт - туда. Я не могу стоять на вышке. Я хочу ступить, коснуться родной земли. Вот проволока, в пять рядов, на кольях, - всё обычно. Пограничный столб, красное с зелёным, на утолщении выжжены серп и молот. Я подхожу вплотную, не слушая окриков эстонца, который может стрелять. Пусть стреляет. Там - только кустики, пустая боловатая дорога-стрела на Псков. Серо, пустынно там. И вдруг - луч солнца, из щёлки в тучах, и вижу... - снежное яичко! - там, на конце стрелы. Оно блистает, как серебро. Он влечёт к себе, сияньем. Это собор открылся. Блеснул оконцем, белизной стен, жестью. И - погас. Странное чувство - не настоящего, какой-то шутки, которая вот кончится. Так я воспринимаю это заграждение, "предел пути". "Отойдите! - кричит эстонец по-немецки, по-русски всё-таки не хочет! - Могут убить!»

Напоследок Шмелёв увидел в «пропасти» купол псковского Троицкого собора (как раз в это время в Пскове «решался вопрос» о его сносе).

О поездке в Печоры и Изборск Иван Шмелёв в окончательном виде напишет не сразу, а спустя четыре года после поездки - в апреле 1940 года, в Париже. Через несколько месяцев Эстония вместе Печорами и Изборском отойдёт СССР. Граница исчезнет. В тех местах, где гулял Шмелёв, начнётся «раскулачивание»... Но в апреле 1940 года Шмелёв всё ещё вспоминал 1936 год, вспоминал советского пограничника, который после смены караула «чётким солдатским шагом... идёт на Псков, к собору, укрывшемуся в мутной дали. Сквозь сеточку дождя ли, слез ли...»

Такая вполне понятная сентиментальность эмигранта и не менее понятная ненависть к людям, расстрелявшим сына, привела Ивана Шмелёва к симпатии к Гитлеру. К фашизму с его «порядком» Шмелёв присматривался уже давно - с конца 20-х годов, как и Иван Ильин.

Вот ещё одно письмо Ивана Шмелёва к Ольге Бредиус-Субботиной:

«30.VI.41. Милый друг мой... Послал Вам заказное письмо. Не оставляйте меня без вестей от Вас: мне так легко, когда Вы думаете обо мне, это мне даёт силы в моих трудах. Вы - благословение Божие мне, Вы указаны и ея светлой душой, я верю, - моей Олей.
Я так озарен событием 22.VI, великим подвигом Рыцаря, поднявшего меч на Дьявола. Верю крепко, что крепкие узы братства отныне свяжут оба великих народа. Великие страдания очищают и возносят.
Господи, как бьётся сердце моё, радостью несказанной...
Знаю - теперь я могу писать, хочу писать.
Ваш Ив. Шмелев».

Это была непосредственная реакция Ивана Шмелёва на нападение Гитлера на СССР. 22 июня он воспринял как начало избавления России от коммунистов с помощью фашистов. Строго по давним замыслам Ильина.

Кого он имел в виду под Рыцарем? Самый очевидный ответ - Гитлера. Хотя защитники Шмелёва пишут, что это только литературный образ, символизирующий светлые силы («использует обобщённый образ борьбы со злом»).

К политическим темам в этой переписке он время от времени обращается. Фамилий «Гитлер», «Сталин» там практически нет. Если они и упоминаются, то под незатейливыми прозвищами «хирург» и «семинарист». К 1943-1944 годам, пожив при немецких оккупантах в Париже, симпатий к немецким фашистам у Шмелёва поубавилось.

«Славянская и германская души - широкие, большие души»

Когда фашисты напали на СССР, стало окончательно понятно, что таких людей, как Бунин и Шмелёв, разделяет не только разное отношение к «порнографии». «Прорван фронт дьявола!» - ликовал Шмелёв. Кто-то героически оборонял Москву из последних сил, а кто-то не скрывал восторг, предвкушая вступление гитлеровских войск в Москву.

Чем ближе фашисты приближались к Москве, тем оживлённее становился Иван Шмелёв, описывая свои чувства: «... Так крепко верю и так ярко чувствую, что славянская и германская души - широкие, большие души, и могут понять одна другую».

Своё отношение к немецким фашистам он высказывал не только самым близким людям. Он публиковался в оккупированном немцами Париже в газете «Парижский вестник». Позднее, когда Шмелёва будут упрекать в сотрудничестве с фашистами, он ответит: «Злой навет я обязан опровергнуть. Фашистом я никогда не был и сочувствия фашизму не проявлял никогда... А я утверждаю совсем обратное: я работал против немцев...»

Ответ неубедителен. Каким образом он работал против? Может быть, тогда, когда участвовал в молебне, где благодарил Бога за «отнятие Крыма от палачей и бесов, от мучителей»? Свою радость по поводу захвата Крыма фашистами Шмелёв объяснит в письме Ивану Ильину: «... Всё равно: отняли у бесов Кр(ым) немцы, союзники, белые ли войска... одно было в душе: умученные не в их власти, не в их злобе!.. Не Крым от России отнят: священный прах вырван из окровавленных лап убийц...»

Наверное, ему было немного жалко русских, погибавших во время этой войны. Но в таких случаях всегда находится оправдание. Нашлось оно и у Ивана Шмелёва: «Это бой с бесовской силой... и не виноват перед Богом и совестью идущий, если бесы прикрываются родной нам кровью». Мотивы, которыми руководствовался Шмелёв, мало отличались от мотивов генерала и писателя Петра Краснова.

Сомнений в том, кому симпатизировал Иван Шмелёв в этой войне, нет. Историк Сергей Мельгунов записал 27 июля 1941 года в дневнике: «Шмелёв так и говорит: с фюрером - Бог». Но потом, видимо, кто-то из них отвернулся. То ли фюрер от Бога, то ли Бог от фюрера. Когда немцев отбросили от Москвы, «русский патриот» Шмелёв в Гитлере разочаровался. Ему казалось, что за Гитлером - преподобный Сергей Радонежский, а оказалось, это был кто-то другой...

О коллаборационизме Шмелёва много раз писали в послевоенное время. И не только в советских изданиях, но и в эмигрантских. Шмелёв, конечно, возмущался.

Но каких-то серьёзных мер против него не принималось. Многие его знакомые просто перестали с ним общаться. Марк Вишняк (когда-то делегат Учредительного собрания и один из издателей общественно-политического и литературного журнала русского зарубежья «Современные записки») рассказывал: «Я не был свидетелем поворота Шмелёва в сторону Гитлера как освободителя России и не касаюсь этого прискорбного периода потому, что, кроме самоочевидного возмущения, он ничего, конечно, не может вызвать».

***

«Его потонувшая в пирогах и блинах Россия - ужасна», - однажды написала Галина Кузнецова о творчестве Шмелёва, которого до сих иногда называют «самым русским из русских писателей».

Нет, не то чтобы ужасна его Россия, сколько странна его эмигрантская любовь. За блинами и пирогами, за «Святой Русью» такие люди как Шмелёв, перестали видеть и чувствовать русских. Пока «самый русский писатель» совершал молебны во «славу освобождения» с помощью немцев, в псковских и многих других концлагерях русские, евреи, украинцы умирали под прицелом «освободителей».

«У меня всё своё, как и понятие «греха» и «православия», - разъяснял Шмелёв Ольге Бредиус-Субботиной, указывая, что православие для него: - высшая свобода души, полная свобода».

Похоже, он дал себе слишком много свободы и не справился с ней.

5.

КОРИЧНЕВОЕ НА БЕЛОМ
(«Городская среда», 2019 г.)

Антикоммунизм иногда приобретает причудливые формы. Допустим, людям не нравится беззаконие, массовый террор, тоталитарный строй с цензурой и бесправием десятков миллионов людей. И что же выбирают эти люди? Они выбирают тоталитарный строй с цензурой и бесправием десятков миллионов людей, массовый террор, беззаконие... Это даже не обмен шила на мыло. Одно шило меняется на другое. Или на два сразу.

Так в своё время поступил Пётр Краснов, до последнего поддерживавший Гитлера в войне с СССР. К началу 1945 года всё уже было понятно. Фашистская Германия терпела сокрушительное поражение. А находившийся в Берлине атаман Краснов к началу нового года подготовил и опубликовал Приказ по казачьим войскам № 2 от 14/1 января 1945 года. Приказ составлен в вольном литературном стиле. В нём есть такие слова: «...и напрасно в тылах некоторые казаки «волнуются», как нервные барышни, боятся чего-то, ищут иных скорых путей для возврата домой, готовы переменить свою присягу Фюреру на иную - всё это тыловые бредни; наша победа - с Германскими войсками, с Русской Освободительной армией и другими союзными с Германией войсками, взявшими на себя тяжёлый крест борьбы с большевизмом до полной и решительной победы... Победы в наших руках!.. Она идёт к нам!»

В ХХI веке, казалось бы, с Красновым всё понятно. Есть возможность познакомиться не только с отдельными его художественными произведениями, но и с полным массивом красновских книг, выступлений, приказов, воззваний... Нет никаких сомнений, что поддержка им Гитлера - вовсе не вынужденный шаг загнанного в угол эмигранта. Дескать, из двух зол он выбрал фашизм.

Фашизм, да и нацизм не являлся для Краснова злом. Он был убеждённый нацист. Это стало понятно не тогда, когда Гитлер напал на СССР, а намного раньше. Его нацизм во многом был построен на ненависти к большевизму. Он ставил знак равенства между большевиками и евреями, а далее всё было просто. Все, кто выступает против большевиков и евреев - те и есть союзники, единомышленники, и первый из них - Гитлер.

Для атамана Краснова даже перебежчик генерал Власов оставался большевиком. Вернее, «большевичком»... Для Краснова Власов был сталинский генерал, волею судеб оказавшийся в плену. Не попал бы в плен - продолжал бы воевать против гитлеровских войск.

Краснов - совсем другое дело. Здесь присутствовали явные и стойкие убеждения. Peter Krasnoff знал, что делал. И для чего.

Вроде бы, сейчас это только далёкая история. Краснова и прочих сообщников Гитлера давно казнили.

Однако далёкой историей произошедшее в середине прошлого века никак не становится.

Дело в том, что сейчас в России мучительно пытаются найти новую идеологию. Процесс этот - не только мучительный, но и во многом - бессмысленный. Но не потому, что безыдейность - это хорошо. Безыдейный человек это почти что не человек, а только его прообраз.

Идеи важны, но попытки механически скрестить гитлеризм и сталинизм выглядят дикими. Концы с концами не сходятся.

Да, Сталин с Гитлером когда-то на некоторое время договорился. Два вождя-тирана нашли общий язык и общих врагов. Но это была тактика. Долгого союза и уж тем более какой-то общей идеологии быть не могло. Имелись общие интересы, общие враги, общие методы борьбы с врагами...

В России живёт главный современный популяризатор атамана Краснова  - Владимир Мелихов - бизнесмен-меценат и казак станицы Еланской Ростовской области. Именно Мелихов установил в 2006 году с одобрения местных священников РПЦ и местных властей в своей усадьбе четырёхметровый памятник атаману Краснову и создал музей соответствующего содержания.

Очень быстро у Мелихова возникли проблемы (прославление Краснова не всем пришлось по душе).

Судя по многочисленным высказываниям, Мелихову нынешняя российская власть не нравится. В этом он, конечно, не одинок. Трудно такую власть любить. Но возникает вопрос - кто должен прийти на смену? Какие это должны быть люди? С какой идеологией?

Герой Мелихова - атаман Краснов.

В 2016 году, когда Мелиховым опять заинтересовались в ФСБ, профессор Андрей Зубов поддержал Мелихова, назвав действия чекистов «преследованием тех потомков казаков в России, которые стремятся и все свои силы отдают возрождению памяти о казачестве и раскрытию преступлений большевизма».

«Самой яркой фигурой здесь безусловно является Владимир Петрович Мелихов, казак станицы Еланской, - написал Андрей Зубов. - На него и направлен главный удар нынешней власти. Я прекрасно знаю Владимира Петровича, присутствовал вместе с М.М.Касьяновым на суде над ним. Наша партия решительно поддерживает и его самого и его дело. В.П.Мелихов - замечательный и благородный человек».

Когда-то похожие слова произносились и в адрес атамана Краснова.

Михаил Касьянов и Андрей Зубов в августе 2016 года выступили с обращением, где говорилось: «Многие наверное знают, что мы, Партия народной свободы (ПАРНАС), поддерживаем казачье сообщество (не «ряженных», а реальных, независимых от власти казаков) в отстаивании законных прав казаков и их семей. Один из лидеров казачьего сообщества - Владимир Петрович Мелихов является доверенным лицом ПАРНАСа на выборах в Госдуму». 

Касьянов и Зубов побывали в гостях у Мелихова в станице Еланской и посетили мемориал и музей, которые он там создал. Жаль, что на фотографиях не понять, возложили ли они цветы к памятнику атамана Краснова?

«Наша партия решительно поддерживает и его самого, и его дело», - говорил профессор Зубов. Какое дело? Если бы Мелихов, создавая музеи и мемориал, занимался полноценным изучением истории, то он бы постарался взглянуть на деятельность атамана Краснова всесторонне. Не только как на борца с большевизмом. А так фактически деятельность Мелихова превратилась в пропаганду идей Краснова, которые слишком уж часто совпадали или пересекались с национал-социалистическими идеями.

Так что слова членов партии ПАРНАС о том, что в музеи, созданные Мелиховым, «с большим желанием и интересом идут люди, ученики школ», - не самая лучшая для Мелихова характеристика. Некритическое отношение к личности Краснова, - вещь совсем небезобидная. Правильно ли поймут школьники деятельность донских казаков в годы Второй мировой войны?

В наше время одни пропагандисты рассказывают школьникам о заслугах Сталина и устанавливают генералиссимусу памятники и бюсты, а другие пропагандисты прославляют атамана Краснова и возводят памятники ему.

«Вождизм должен пронизывать весь народ снизу доверху», - писал во время Второй мировой войны Пётр Краснов, восхваляя Адольфа Гитлера. Гитлер заменил ему русского царя. Сегодня многие граждане России всё ещё уверены, что «вождизм должен пронизывать...». Как зовут вождя - это вторично. Его могут звать, допустим, Путин. Или Антипутин. Но вождь должен быть непременно. В этом они твёрдо уверены.

Подобная тяга к всеведущим вождям, которые направляют общество только им известному пути, - прямая дорога либо к большевизму, либо к фашизму.

К счастью, у нас выбор значительно шире.

***

Во время Второй мировой войны Краснов осудил позицию ещё одного белогвардейского генерала - Антона Деникина, не поддержавшего Гитлера, несмотря на свою нелюбовь к большевикам. Выжидательная позиция Деникина - ложная, - считал Краснов, а Деникин - гнуснейший предатель. Для людей, подобных Краснову, предателем русского народа был тот, кто не поддержал немцев во главе с Гитлером. Кто не предал - тот предатель, а кто предал - тот герой. Извращённость здесь не парадокс, а основа мировоззрения. Фундамент.

Чтобы жить и мыслить как Краснов и его последователи, надо иметь особую оптику и особые представления о добре и зле.

Пока российские оппозиционеры будут брать к себе в помощники таких людей как Владимир Мелихов, прокремлёвские СМИ продолжат с видимым удовольствием публиковать материалы с названиями типа «Зачем ПарНаС апологеты гитлеровских коллаборационистов?». И от оппозиционеров будут продолжать шарахаться, предпочитая более привычных, почти родных злодеев вроде Ленина и Сталина и отторгая других - чуждых злодеев - Гитлера, Краснова и прочих.

6.

ДОРОГА НА ЭШАФОТ
(«Псковская губерния», 2019 г.)

Пётр Краснов: «Вождизм должен пронизывать весь народ снизу доверху» 

Если бы Петру Краснову дали в 1926 году Нобелевскую премию в области литературы, то он мог бы в последствие стать первым русским нобелевским лауреатом, которого бы повесили. Но Краснову Нобеля не дали (а повесят его только в 1947 году). Вершина карьеры Краснова пришлась на 1944 год. В марте атамана Краснова назначили начальником Главного управления казачьих войск (ГУКВ) Имперского Министерства Восточных оккупированных территорий Германии (не путать с Главным управлением казачьих войск при президенте РФ, созданном 16 апреля 1996 года).

«В Новой Европе Адольфа Гитлера будет место только тем, кто был с ним и Германским народом»

Штаб-квартира Главного управления казачьих войск размещалась в Берлине на Ренкштрассе. В августе 1944 года рейхсфюрер СС Гиммлер, назначенный после покушения на Гитлера главнокомандующим армии резерва, настоял на передаче всех иностранных военных формирований в ведение СС. Через некоторое время возник 15-й казачий кавалерийский корпус СС. После покушения на Гитлера, совершённого Клаусом фон Штауффенбергом,

Пётр Краснов обратился к своему фюреру от имени казаков: «В чудесном спасении вашем они видят великую милость всемогущего Бога к Германии и казакам, вам присягнувшим, и залог победы вашей над злобным и жестоким не стесняющимся в средствах борьбы врагом. Казаки усугубят рвение своего служения для спасения Германии и Европы от большевистской заразы. Живите многие годы наш вождь Адольф Гитлер... В великий этот час, казаки, до глубины души сознаём священный наш долг быть с немцами и их Вождём до полной победы над общим нашим врагом! Навсегда! Начальник Главного управления казачьих войск генерал от кавалерии Краснов».

Главное управление казачьих войск издавало ежемесячный пропагандистский журнал на русском языке «Казачьи Ведомости» - для строевых казаков и беженцев. Журнал сообщал, что в штабе казачьей дивизии и штабе 5-го Донского полка имелись свои оркестры и хор: «В репертуаре хора - самые разнообразные вещи - из исторических песен: "Зозуля", "Отчего я так дуже сумую" из современных - "Песнь в честь вождя - Адольфа Гитлера"». Казачья пропаганда, к которой в годы Второй мировой войны атаман Пётр Краснов вложил всю душу, была почти сплошная «Песнь в честь Гитлера».

Среди казаков воевало много немецких офицеров. Были и унтер-офицеры, и солдаты. Краснов объяснял, почему в казачьих частях так много немцев: «Потому, что присланные офицеры-казаки по своей подготовке не оказались на высоте ни по своим военным знаниям, ни по дисциплине, ни по работоспособности».

«Казачьи Ведомости» выходили вплоть до весны 1945 года. Существовали и другие казачьи печатные издания. Например, журнал «На казачьем посту». В нём Пётр Краснов призывал казаков: «Идите в Германские войска. Идите с ними и помните, что в Новой Европе Адольфа Гитлера будет место только тем, кто в грозный и решительный час последней битвы нелицемерно был с ним и Германским народом».

Открываем первый попавшийся номер - № 3 1943 года. Много фотографий. Подписи соответствующие: «В день рождения Адольфа Гитлера казачьему гарнизону города Х. был сделан смотр», «Группа немецких и казачьих офицеров на занятиях»... Призывы к борьбе с СССР, антисемитские рассказы, статья Петра Краснова о казачьей джигитовке...

В № 37 (1 ноября 1944 года) опубликовано радиообращение начальника Главного управления казачьих войск генерала от кавалерии Краснова, сделанное на Покров: «Я говорю Вам из Германии, из Берлина... Крепнет в боях германский народ. На смену уставшим идёт юная, смелая молодёжь. Ободрённая словом своего Фюрера она знает, за что, за какие невесомые ценности свободы и счастья родины идёт она в бой с несметным диким врагом. С немецким народом, с этой героической молодёжью бок о бок идут казаки и легионы других людей сражаться за свободу... За жизнь без жидов... За то, чтобы плоды трудов не расхищались подлыми пархатыми жидами. Отдавшись под покровительство Германии, казаки, мы знаем, за что мы воюем... С немецкой армией пойдут и наши братья - Русские. Они идут сражаться за мир родной земли... Грядёт победа Германии. Она принесёт также и свободу народам России. С нею придёт и наша казачья свобода...»

Документы можно прочесть на сайте Еланского мемориала. Это тот самый мемориал в станице Еланской Шолоховского района Ростовской области, где 13 лет назад установили бронзовый памятник Петру Краснову.

«Краснов будет причислен к сонму русских классиков»

Иногда Краснова включают в список «великих русских писателей». Ещё при жизни атамана Краснова некоторые отчаянные литературоведы писали: «Краснов будет причислен к сонму русских классиков». Всем этим спискам и предсказаниям грош цена. Вообще непонятно, кто такой «великий писатель»? Цифрами это не измеришь. Ни тиражами, ни тем более количеством написанных книг (у Краснова одних романов было написано несколько десятков, и главный из них - «От Двуглавого Орла к красному знамени», после издания которого Петра Краснова и выдвинули на Нобелевскую премию).

Время от времени кто-нибудь обязательно сравнивает роман «От Двуглавого Орла к красному знамени» с «Войной и миром». Это идёт от самого Краснова, от одного из его предисловий, в котором он говорил: «Я начал писать роман в обстановке исключительной, возможной только в то невероятное время, которое мы переживаем с 1917 года. Благополучно избегнув расстрела большевиками в Смольном институте, Великих Луках и Царицыне, я прибыл в Новочеркасск на другой день после похорон атамана Каледина. Писать воспоминания?.. Но для того чтобы писать воспоминания, нужны хотя короткие дневники, записки, потому что воспоминания требуют точности дат, не допускают углубления в души лиц, переживавших то или другое событие. А ничего этого у меня не было. Только повесть или роман дают ту свободу действий, где автор может, точно описывая сами события, давать на фоне их душевные переживания вымышленного героя. Передо мною лежал высочайший образец изящной литературы, многократно мною перечтенный, "Война и мир" гр. Л. Толстого, и я остановился на нём, как на идеале достижения...».

Если бы Краснова всё же в своё время расстреляли в Великих Луках, то не было бы никакого романа «От Двуглавого Орла к красному знамени». И вешать потом никого бы не пришлось.

«Вождизм должен пронизывать весь народ снизу доверху» 

Сегодня с Львом Толстым обычно сравнивают Захара Прилепина. Помню, впервые я это услышал в Москве от Юрия Полякова году в 2003-ем. Вначале прилепинскую прозу сравнивали с толстовскими «Севастопольскими рассказами», но потом дошли и до более крупных произведений Толстого. И тут круг замкнулся. Стало понятно, что Толстой здесь - лишнее звено, третий - лишний. Прилепин - это не сегодняшний Толстой, а скорее сегодняшний Краснов. Человек с определёнными жизненными ценностями и представлениями о литературе.

Если бы атаман Краснов не сотрудничал с Гитлером, то остался бы в русской литературе прозаиком средней руки. Не зря же о нём когда-то писали, что он стремился быть «русским Майн Ридом». Краснов писал так, чтобы его понимал «широкий круг читателей». Вот пример его типичного текста из начала романа «От Двуглавого Орла к красному знамени»: «Штабс-ротмистр, Иван Сергеевич Мацнев, мужчина лет тридцати, некрасивый, лысый, без усов и бороды, слывущий циником и философом, любитель юношей, с лицейским значком на вицмундире, откинул портьеру и мечтательно глядит вдаль на пустынный бульвар и бледное предрассветное небо. Сотник Маноцков, гвардейского казачьего полка, ввязался в спор о качествах своей лошади и, куря папиросу за папиросой, сидит в углу стола за большим бокалом шампанского, окруженный молодежью полка. Всего человек четырнадцать было в гостях у Гриценки. Наступал такой момент, когда нужно что-нибудь придумать или разъезжаться. Воробьев считал, что пора приступить к главному, для чего он пришёл, - к картам. Отпустить дам, снабдить их кем-либо из молодежи и засесть за макао или паровоз...»

Но Краснов сделал ставку на Гитлера, и шансы оказаться в «сонме русских классиков», как пророчили критики, значительно снизились. Думаю, что союз с Гитлером был обусловлен не только тем, что немецко-фашистские войска оказались единственными, кто мог бы в тот момент одолеть большевиков - главных врагов Краснова. Это не был временный вынужденный союз. Идейно часть русских белоэмигрантов, в том числе и казаков, были близки к фашистам. Их объединяла идея «сильной руки» и антисемитизм. Этого хватало, чтобы найти общий язык.

Поклонникам созданного в России «Протокола Сионских мудрецов» договориться с фашистами было несложно. В конце двадцатых годов Краснов сотрудничал с теми, кто выпускал в Германии энциклопедию «Сигилла Вери» («Печать Правды» - её издавал полковник Ульрих Флейшгауэр, собиравший под одной обложкой всё, что «думают и знают о евреях арийцы»).

Поэтому союз Краснова с фашистами был естественным. На эту тему профашистская казачья печать, которой ведал Пётр Краснов, тоже высказывалась. Например, в статье «Национал-социализм и казачество». Вот две выдержки из этой статьи, опубликованной в журнале «На казачьем посту» в № 7 за 1943 год: «Вождизм должен пронизывать весь народ снизу доверху» и «в евреях казачество видело только разрушительную силу. Поэтому ни один еврей не мог пользоваться правами гражданства». По-моему, вполне достаточно, чтобы найти почву для объединения с фашистами.

«Мы устроим вашу казачью жизнь на востоке Европы, под защитой Фюрера...»

Главные свои тексты Краснов напишет значительно позже, чем появившийся в начале двадцатых годов роман «От Двуглавого Орла к красному знамени». Краснов будет их публиковать на восьмом десятке жизни в том же самом журнале «На казачьем посту». И главные в жизни шаги сделает тогда же, во время Второй мировой войны. Кроме своих исторических очерков Краснов с 1943 года публиковал в Берлине, где издавался казачий журнал, всевозможные призывы-проповеди и обращения к сторонникам Гитлера. Его трибуной на несколько лет стал «двухнедельный общеказачий журнал «На казачьем посту».

Когда я впервые писал о Краснове в 2016 году в своём блоге «ПГ», то прочитал чёртову дюжину номеров. Возникло ощущение, что манера подачи дожила до наших дней. Её используют некоторые современные российские газеты и блогеры. Звучит это всё как одна длинная-длинная песня с неизменным припевом: «Да здравствует Адольф Хитлер!» (обязательно через «Х»). Впрочем, иногда здравицы на страницах казачьей газеты звучали и в адрес самого Краснова: «Атаман, ты наша гордость // Луч тепла нашей груди! // Пусть Тебе надолго Бог даёт // Дней счастливый впереди...»

15 ноября 1943 года в № 14 опубликовано два обращения к казакам - одно за другим. Первое подписано начальником генерального штаба Германского Верховного командования Кейтелем и рейхсминистром Восточных областей Розенбергом: «Второй год вы сражаетесь плечо к плечу, стремя к стремени с Германскими войсками. Вы пережили весь ужас жидовской власти большевизма... Мы устроим вашу казачью жизнь на востоке Европы, под защитой Фюрера, снабдив вас землей и всем необходимым для вашей самобытности».

И вслед за ним слова Петра Краснова (он подписался как казак Каргинской станицы Всевеликого войска Донского): «Услышал Господь молитвы наши! Пришло удостоверение Германской власти признания казачьих заслуг перед миром; обещание защиты и покровительства Вождя Германского Народа Адольфа Хитлера!.. Научите молодёжь, не помнящую воли свободных войск, что такое казак. Пусть станут они горды казачьим именем, ныне признанным Великой Германией Адольфа Хитлера».

Вообще-то, не все цитаты Краснова, гуляющие по интернету, подлинные. Журнал «На казачьем посту» - источник надёжный, но есть и ненадёжные. Из книги в книгу, из статьи в статьи кочуют цитаты Краснова, которым доверять не следует (по поводу необходимости расчленения России). Но можно понять тех людей, кто верит в то, что Краснов это мог говорить. За свою жизнь он совершил столько сомнительных поступков и настоящих преступлений, что люди охотно верят ещё в одно.

«Наша победа - с Германскими войсками, с Русской освободительной армией...»

Нельзя ведь забывать, что Краснов не просто строчил тексты в казачью газету. Он вёл борьбу. Руководил. Когда фашисты сформировали 15-й казачий кавалерийский корпус СС (Waffen Kosak Kavallerie Korps der SS), текст присяги для казаков тоже сочинял Краснов: «Обещаюсь и клянусь Всемогущим Богом, перед Святым Евангелием в том, что буду Вождю Новой Европы и Германского народа Адольфу Хитлеру верно служить и буду бороться с большевизмом, не щадя своей жизни, до последней капли крови. Все законы и приказания от поставленных Вождём Германского народа Адольфа Хитлера начальников отданные, по всей силе и воле исполнять буду. ...В заключение сей клятвы целую слова и крест Спасителя моего. Аминь».

Этого довольно, чтобы в России - в станице Еланской Шолоховского района Ростовской области - в 2006 году был открыт четырёхметровый памятник Петру Краснову (со скипетром, поднятым над головой) и казакам, воевавшим против СССР на стороне «Адольфа Хитлера». 

Популярность Краснова среди русских фашистов, в том числе и псковских, сравнить не с чем. Он вне конкуренции. Для наших фашистов важно, что Краснов до последнего отстаивал идеи, которые пронёс через всю жизнь. Как доказательство - его очередное обращение, опубликованное в конце войны 1 февраля 1945 года в №3 (43) журнала «На казачьем посту»: «И напрасно в тылах некоторые казаки «волнуются», как нервные барышни, боятся чего-то, ищут иных скорых путей к возврату домой, готовы переменить свою присягу Фюреру на иную - всё это тыловые бредни; наша победа - с Германскими войсками, с Русской освободительной армией и другими союзными войсками...».

Здесь он подписался начальником Главного управления Казачьих войск - генералом от кавалерии. Вряд ли большинство нынешних казаков-фашистов читали романы Краснова «Ложь», «Ненависть», «Цареубийцы» (в 2012 году в России издан десятитомник Краснова). Но его короткие зажигательные призывы они точно читали.

«Возможно то же самое в России?..»

Некоторые романы Краснова - особенно скандальный роман «Ложь» - мало чем отличаются по духу и риторике от пропагандистских призывов атамана Краснова. А вот роман Йозефа Геббельса «Михаэль», в своё время изданного в России в 2013 году в серии «Проза великих», Краснов в своём антисемитизме даже, наверное, превзошёл. «Ложь» Краснова - это дремучий антисемитизм и вера в мощь германского оружия. Вот отрывок из романа «Ложь»:

«- Ein Volk, ein Reich, ein Fuhrer... - повторяет Аглая Васильевна. - Как орлица, собрала Германия под свои мощные, крепкие крылья всех своих сыновей. Собрала нацию воедино. Немного осталось, и то довершит. Счастлива Германия, что Бог послал ей такого вождя, счастлива тем, что она едина...
- Мама, - говорит Игорь. - Скажи, как ты думаешь, как будет с Россией? Возможно то же самое в России?..
- А, вот, погоди, узнаешь, - сердито сказала Аглая Васильевна. - Ты понимаешь, Лиза, с самых древних времен ложь была присуща еврейскому народу. Евреи развращали христиан своим скептицизмом, критикою и крайним материализмом. Самые жуткие философские учения вышли из-под перьев евреев...» 
И так далее в том же духе. Еврей Маркс, еврей Гейне... Аглая Васильевна (словно альтер эго самого Краснова) учит дочь: « - Та страна, - продолжала говорить Аглая Васильевна, - то государство которое сумеет освободиться от евреев, от их всеразрушающей лжи, будет жить здоровою, крепкою жизнью. Германия избрала этот путь оздоровления своего народа... Россия гибнет, потому что она вся во власти евреев...»

Таких взглядов Краснов придерживался задолго до прихода Гитлера к власти. Так что ему было не так сложно примкнуть к нацистам и воевать со своими бывшими соотечественниками.

Стоило лишь Верховному атаману Союза казачьих войск России и депутату Госдумы от «Единой России» Виктору Водолацкому в 2008 году сообщить о создании некой «рабочей группы» по реабилитации генерала Краснова, (Донские казаки выступили за реабилитацию пособника нацистов // lenta.ru 21. 01, 2008) сразу поднялась волна недовольства. Водолацкий довольно быстро осознал, что инициативу он проявил несвоевременно и Верховный Суд её не поддержит - несмотря на его кремлёвские знакомства. Как-никак, высший чин казачьего генерала Водолацкому Указом № 1012 от 2.06. 2000 года присвоил Путин.

Виктор Водолацкий, Владимир Путин и Дмитрий Медведев.

Другой скандальный казак атаман Николай Козицын (тот самый участник боёв в Донбассе, чей телефонный разговор был перехвачен после катастрофы пассажирского самолёта Boeing 777 над территорией Донецкой области) объяснял позицию Водолацкого по реабилитации Краснова: «По сути, это пиар-акция господина Водолацкого...»

Похоже, что некоторые казаки нового поколения ведут себя так, как когда-то вели себя соратники атамана Краснова. Сотрудничают с кем угодно.

В 1994 году от имени Войска Донского атаман Козицын заключил «Договор о дружбе и сотрудничестве» с президентом «Республикой Ичкерия» Джохаром Дудаевым, пообещав тому «не пропускать российские войска через территорию Войска Донского» («Договор о дружбе и сотрудничестве» между Всевеликим Войском Донским Николая Козицына и Чеченской республикой - Ичкерия Джохара Дудаева, 1994 год).

Не сумев помочь чеченским сепаратистам, через двадцать лет - в 2014 году - атаман Козицын ринулся на помощь «Луганской народной республике». Помощь была впечатляющая. 16 июня 2014 года Валерий Болотов, именовавший себя главой ЛНР, обнародовал обращение. В нём говорилось: «В то время, когда наши войска сдерживают фашистского агрессора, подразделения атамана Козицына занимаются мародерством и бандитизмом. Пользуясь положением, вооруженные формирования продолжают бесчинствовать у нас в тылу, тем самым подрывая без того сложное положение. В период, когда мы ведём кровопролитные бои с превосходящими силами противника, люди с автоматами грабят рынки и автозаправки, отбирают автомобили « Обращение к атаману Козицыну», где в адрес формирований КНГ были высказаны обвинения в бандитизме и мародерстве и (важный момент!) подготовке сдачи территорий Украине...»

Интересно, использовал ли атаман Козицын в своём походе в Луганск именной десантный нож, полученный 7 мая 2004 года от директора ФСБ России Николая Патрушева вместе с благодарственным письмом? (ФСБ выразила благодарность Донскому атаману // fsb.ru, 25 мая 2004 года).

Водолацкий тоже попадал в скандальные ситуации. Другие казаки осуждали его, например, за то, что в 2008 году, возглавляя Союз казаков-воинов России и Зарубежья, он назначил на пост пресс-секретаря Ольгу Касьяненко (прозвище «Матильда-дон»), считавшуюся лидером неонацистской группы «Красный блицкриг».

Казаки отлично умеют проклинать, разоблачать, исключать... Их жизнь бурлит ничуть не меньше, чем восемьдесят лет назад при атамане Краснове. Награды принимать они тоже умеют (Водолацкий награждён медалью «За освобождение Крыма и Севастополя»). Он регулярно высказывается по актуальным международным вопросам («Донбасс должен быть в составе России», - объяснил свою позицию в интервью «Новому каналу Новороссии» атаман-депутат Водолацкий). Посещает он и «ЛНР».

У атамана Краснова тоже было множество наград. А известность была международная. Он до последнего был уверен, что его не повесят - благодаря литературной известности.

Сегодня книги Краснова на прилавках российских книжных магазинов в порядке вещей. Поэтому время от времени какой-нибудь казак снова заводит речь о реабилитации Краснова. Мотив такой: атаман совершал ошибки, но якобы не знал, что «у Гитлера были планы по уничтожению всего славянства».

Называть преступление ошибкой - значит открывать путь к новым преступлениям.

«При внешней вышколенности внутренне совершенно недисциплинированный и неуравновешенный человек...»

Псковская эпопея Краснова приходится на совсем другую войну - на август-ноябрь 1917 года, и имеет два этапа. Один - псковский, другой - великолукский. Во время так называемого корниловского мятежа генерал Корнилов отправил Краснова в Псков.

Корнилов предложил Краснову принять командование III-м конным корпусом (Краснов уже служил в нём до конца апреля 1915 года). Разговор, состоявшийся 28 августа 1917 года, Краснов позднее перескажет: «Поезжайте сейчас же в Псков и постарайтесь отыскать там Крымова. Если его там нет, оставайтесь в Пскове; нужно, чтобы побольше было генералов в Пскове...»

Виктор Водолацкий и Ольга Касьяненко.

Последующие события мы знаем благодаря воспоминаниям двух генералов - Краснова и Бонч-Бруевича. В тот момент это были противники. Они были в состоянии «холодной войны». Находившийся в Пскове Бонч-Бруевич поддерживал Керенского, а приехавший в Псков Краснов - Корнилова. Разговор, происходивший между ними в Пскове, есть в воспоминаниях у обоих. Если сравнить их, то каких-то особых противоречий не видно.

Генерал Михаил Бонч-Бруевич, с марта 1916 года занимавший пост начальника псковского гарнизона, спросил Краснова: «С какими задачами прибыли вы, генерал, в Псков?» «Я ждал чёткого ответа, - вспоминал Бонч-Бруевич, - еду, мол, вступать в командование туземным корпусом. Генерал, однако, начал неопределённо рассказывать, что едет в распоряжение Крымова, а зачем - и сам не знает...»

Бонч-Бруевич знал Краснова по Академии генерального штаба и относился к нему без всякого уваженияУ Краснова всегда была неоднозначная репутация - слишком уж он отличался от типичного генерала - сочинял и публиковал романы (в основном, под псевдонимом Гр.Ад - так звали любимую скаковую лошадь Краснова). Рассказывая о Краснове, Бонч-Бруевич написал: «Состоя на службе в лейб-гвардии казачьем полку, он больше занимался литературой и частенько печатал статьи и рассказы в «Русском инвалиде» и в журнале «Разведчик». Мне всегда не нравился карьеризм Краснова и бесцеремонность, с которой он добивался расположения сильных мира сего, не брезгуя ни грубой лестью, ни писаньем о них панегириков. Знал я, что генерал Краснов при внешней вышколенности, внутренне совершенно недисциплинированный и неуравновешенный человек...»

Встреча двух генералов едва не закончилась арестом Краснова. Оба хитрили и недоговаривали. Краснов, узнав, что генерал Крымов покинул Псков, рвался отправиться за ним - в Лугу. Бонч-Бруевич Краснова из Пскова выпускать не хотел - опасался, что это повредит Керенскому. «Вам незачем уезжать из Пскова», - ответил Бонч-Бруевич.

«По красивому, но неприятному лицу казачьего генерала пошли пятна, - вспоминает Бонч-Бруевич, - тёмная эспаньолка подозрительно дернулась, в глазах появилась откровенная ненависть...». В этот момент Бонч-Бруевич чуть было не арестовал Краснова, но ему «показалось, что арест Краснова создаст в Пскове повод для репрессий по отношению к другим офицерам». 

Таким образом, Бонч-Бруевич решил формально Краснова не арестовывать, а выделить ему комнату под боком - в бывшем Кадетском корпусе - нынешнем Доме Советов, где сегодня находится областная администрация и областное собрание депутатов, а в августе 1917 располагался военный комиссариат. На входной двери «квартиры», по воспоминаниям Краснова, было написано: «Комиссариат Северного фронта»...

Краснов постарался уклониться от фактического домашнего ареста, легко просочившись сквозь толпу солдат, и на извозчике отправился в частный сектор в район псковского вокзала, в дом, в котором жил комендантский адъютант поручик Пилипенко. Там около полуночи Краснова отыскали юнкера - люди Бонч-Бруевича, подняли с постели и доставили на допрос к комиссару Северного фронта поручику Станкевичу, который очень интересовался тем, почему «мятежный» Корнилов назначил на должность командира III корпуса именно Краснова? Не единомышленники ли они?

Следующий разговор Бонч-Бруевича с Красновым закончился эффектно. «Кстати, - с нарочитой небрежностью произнёс Бонч-Бруевич. - Крымов-то застрелился... А теперь ступайте...»

В конце октября от Краснова во многом зависело, сможет ли Керенский удержать власть в Петрограде. Учитывая взаимоотношения Керенского и Краснова, для председателя Временного правительства это был не лучший вариант. Краснов распорядился «немедленно грузиться в Острове, Ревеле, Паллифере, Торопце и следовать через Нарву и Псков в Александровскую, где ждать сосредоточения всей дивизии в районе Пулково - Царское Село».

Но в то время приказы выполнялись не так уж часто. В Пскове их блокировали. В итоге войска Краснова до Петрограда не дошли. Вместо этого Керенский сбежал в Псков.

Через несколько дней Краснов окажется в Великих Луках, где воспользовавшись силами III казачьего корпуса, ненадолго станет комендантом военного гарнизона. Но удержать свою власть в городе он не сможет, столкнувшись c силами Великолукского совдепа. После этого Краснов вместо Петрограда отправится на Дон - в том числе и для того, чтобы сочинять роман «От Двуглавого Орла к красному знамени». На Северо-Западе он снова окажется в 1919 году - при Юдениче, который ненадолго выбьет большевиков из Пскова 25 мая 1919 года. Краснов будет вместе с другим писателем Александром Куприным работать в армейской антибольшевистской газете «Приневский край». Позднее Куприн напишет на новый роман Краснова «От двуглавого орла к красному знамени» рецензию («У П.Н. Краснова есть о чём сказать... Местами оно написано, как выражался Чехов, "по старинке", в формах и тонах, давно забытых нынешней русской литературой, которая, порой в ущерб вескости глубины и содержательности рассказа... Странное впечатление архаизма производит пролог к роману... Несмотря на некоторые недочёты, читается с самым живым интересом»).

15 декабря 1944 года в № 40 журнала «На казачьем посту» Пётр Краснов написал очередную проповедь, где есть такие слова: «Можем ли мы без немцев - принести это избавление, спасти Россию? Можем мы сами, живя по чужим государствам, создать миллионные армии, тысячи самолётов, танков, орудий, миллиарды снарядов, чтобы победить большевизм? Ответьте честно... И, если «нет» - не будем говорить напыщенных слов о давно поделённой России, о рабстве давно обращённых в жидовских рабов, о жестокостях войны...» Свою проповедь Краснов закончил тем, что заявил о необходимости создания «новой Европы», где «свободный русский народ» будет работать «рука об руку с немцами, над созданием Европы без жидов». В этих словах заключена не столько военная, сколько политическая программа всех тех, кто поддерживал нацистские взгляды тогда и продолжает отстаивать их сейчас. «Жиды» для них - это не только евреи, но и все инакомыслящие, попавшие в евреям в «рабство». Люди, подобные Краснову, боролись с «рабством» самым радикальным способом - убивали «рабов».

О жизни атамана Краснова можно написать целый роман, назвав его, допустим, «От Двуглавого Орла к орлу Третьего Рейха».

7.

«ГОВОРИЛИ ПУШКИ БАСОМ...»
(«Городская среда», 2019 г.)

«Беседа с генералом Власовым  подействовала на меня весьма ободряюще, - написал Йозеф Геббельс после встречи с бывшим советским генералом-орденоносцем. - Я уже подчёркивал, что Власов мне кажется выдающейся личностью. Его знание большевистской идеологии и практики может оказаться для нас очень ценным...»

Оказалось ли ценным знание Власовым идеологии и практики? Он, конечно, старался. В каком-смысле, ему было даже проще, чем в то время, когда он входил в число видных полководцев Красной Армии.

Две трети высказываний Власова после того, как он фактически поступил на службу фашистской Германии, - это критика большевизма. Выдумывать ему ничего было не надо. Большивизм было за что критиковать, вернее - проклинать. Славословить в адрес русского народа Власов тоже умел. Тем же занимались генерал Краснов и прочие попутчики Гитлера.

Самое сложное было - не замечать преступлений фашизма. Для того чтобы делать вид, что немцы ведут войну только с большевиками, требовалась высшая степень цинизма. Но Власов подходил для своей новой роли почти идеально. «Вера и идеализм, - говорил он, - воодушевляющие нас, служат залогом победоносного  окончания нашей борьбы против большевизма».

В каком-то смысле генерал-предатель действительно был идеалистом. Важно лишь разобраться - какие именно у него были идеалы./.../

8.

ЧЁРНЫЙ ВОРОН. Часть первая
(«Псковская губерния», 2019 г.)

Генерал Власов в Пскове вещал о счастливом будущем России, которой немцы «протянули руку помощи»

На вопрос о том, сколько стоит предательство, точно ответить непросто. Но зато легко ответить на вопрос, во сколько оценили немцы пленного советского генерала Власова: в стоимость коровы, 10 пачек махорки, двух бутылок тминной водки и почётной грамоты. Именно столько получил церковный староста старообрядческого села от командования 18-й немецкой армии за выдачу Власова

2 августа 1946 года ТАСС сообщило о том, что накануне, 1 августа, повесили 44-летнего генерала Андрея Власова и одиннадцать его сообщников. В советских оперативных разработках генерал-перебежчик Власов проходил под кличкой «Ворон». Ликвидировать его пытались не раз, но казнили только после войны, когда он попал в плен. А во время войны для ликвидации Андрея Власова было сформировано несколько специальных оперативных групп НКГБ СССР. Предпринимались попытки внедриться в его окружение. Таких попыток было несколько. В район Пскова такая опергруппа тоже была заброшена.

 «За построение Новой России без большевиков и капиталистов»

В апреле-мае 1943 года генерал-лейтенант Андрей Власов в сопровождении членов псковского «Русского комитета» побывал в Дно, Острове, Печорах, Порхове, Гдове, Дедовичах и других местах нынешней Псковской области. В псковский «Русский комитет» входили городской глава Пскова Черепенькин (он же начальник отдела пропаганды и директор музея), бывший городской глава Новгорода Пароменский, редактор газеты «За Родину» Хроменко.... Основной задачей поездки Власова  была пропаганда.

Можно сказать и иначе: это была поездка по тыловому району группы армий «Север». Власов выступал, призывая молодёжь вступать в особую Русскую освободительную армию (РОА). В Дно, например, генерал-перебежчик произнёс часовую речь в кинотеатре.

Собирался Власов наведаться и в пушкинские места. Но партизаны сорвали его поездку в Пушкинские Горы, Михайловское и Тригорское.

Это было время, когда нынешний Октябрьский проспект в Пскове именовался Гитлерштрассе (от нынешней Октябрьской площади до стены Окольного города) и Хауптштрассе, нынешняя улица Свердлова называлась Берлинерштрассе, нынешняя Советская улица - в Берхрессаденерштрассе...

В Псков Власов прибыл рано утром 30 апреля 1943 года поездом из Берлина.

Молебен на железнодорожном вокзале, принятие парада ост-батальона, приём у генерал-фельдмаршала Буша... На следующий день - визит в Струги Красные (встреча с рабочими лесопильной фабрики и с крестьянами)...

Одной из тех, кому было поручено ликвидировать (отравить) Власова по кличке Ворон, была повар Воронова. Именно с ней он сдался в плен в 1942 году. Среди тех, кто должен был ликвидировать Власова, были как офицеры госбезопасности, так и просто иностранные коммунисты, оказавшиеся в СССР перед войной. Впрочем, сегодня появились публикации о том, что никто его ликвидировать не пытался - якобы потому, что он сам был советским разведчиком. Это самая экзотическая версия тех событий. Будто бы Власов действовал по заданию то ли Разведуправления Генштаба РККА, то ли по заданию внешней разведки НКВД. И по этой причине никакой казни в августе 1946 года не было, а была лишь её имитация. Сам же Власов, якобы, прожил долгую жизнь под чужой фамилией. Существует и другая версия: Власова всё же повесили, но это было следствием конфликта МГБ и НКВД. Никаких серьёзных доказательств этому нет, зато есть тяга к оригинальности.

На вопрос о том, сколько стоит предательство, точно ответить непросто. Но зато легко ответить на вопрос, во сколько оценили немцы пленного советского генерала Власова: в стоимость коровы, 10 пачек махорки, двух бутылок тминной водки и почётной грамоты. Именно столько получил церковный староста старообрядческого села от командования 18-й немецкой армии за выдачу Власова.

Староста, наверное, потом попивал молоко и вспоминал добрым словом Власова. Того самого Власова, который в первый год войны с фашистами не раз проявлял полководческие таланты (некоторые историки пишут, что будто бы Сталин едва не подписал представление Власова на Героя Советского Союза). Спустя год человек, которого считали «любимцем Сталина», написал призыв, распечатанный в десятках тысяч экземплярах. Власов призывал «на борьбу против Сталина и его клики, за построение Новой России без большевиков и капиталистов». 

А ведь совсем недавно, как нас уверяют мемуаристы, на фронте красноармейцы пели: «Говорили пушки басом, // Гром военный грохотал, // Генерал товарищ Власов // Немцу перцу задавал!»

Но потом красный перец закончился.

Генерал-лейтенант Андрей Власов на встрече с рейхсминистром народного просвещения и пропаганды Германии Йозефом Геббельсом.

Итак, звание Героя Советского Союза Андрей Власов не получил, но зато удостоился ордена Ленина (№ 770). Гиммлер позднее рассказывал, что Власов этот орден подарил бригадефюреру Фегеляйну, а тот в свою очередь, во время вручения Гитлером Рыцарского Железного креста с дубовыми листьями, в ответ вручил Гитлеру власовский орден Ленина.

Так Гитлер стал обладателем ордена Ленина. Но ненадолго. По словам Гиммлера, Гитлер поместил советский орден в серебряную оправу и вернул бригадефюреру.

Впрочем, в книге члена Народно-трудового союза (НТС) Кирилла Александрова «Мифы о генерале Власове» рассказывается, что на самом деле Фегеляйн говорил не о Власове, а о другом попавшем в немецкий плен генерале - генерал-майоре Петре Привалове, расстрелянном в 1951 году по приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР и посмертно реабилитированном в 1968 году. Правда, орденом Ленина Привалова не награждали (у него был орден Красного Знамени).

Самое известное событие, связанное с власовцами, в Пскове произошло 22 июня 1943 года. Самого Власова не было, но парад РОА, приуроченный ко дню начала войны с СССР, проходил по центральным улицам Пскова - от Троицкого собора (во многих источниках пишут, что это был единственный парад РОА на оккупированной территории СССР).

В параде под российским триколором участвовала Гвардейская бригада РОА. Сохранились кадры немецкой кинохроники. Улицы Пскова, несмотря на будний день - вторник, полны народу, словно на первомайской демонстрации. Десятки людей глазеют на парад, сидя на крышах многоэтажных домов.

«Ввиду совершенно бесстыдных заявлений генерала Власова»

За несколько дней до 22 июня 1943 года начальник штаба базировавшегося под Псковом в Стремутке Гвардейского батальона РОА полковник Кромиади объявил по псковскому радио, что в годовщину начала во­йны состоится парад РОА, после чего впервые прозвучал по радио марш РОА - «Мы идём широкими полями...»

 «Мы идём широкими полями // На восходе утренних лучей. // Мы идём на бой с большевиками // За свободу Родины своей». Это была премьера песни (формальное авторство которой принадлежало М. Давыдову (музыка) и А. Флорову, он же Анатолий Флауме (слова). Музыка напоминала сразу несколько советских песен, включая «Песню защитников Москвы» и «Песню о Родине». Песню «Мы идём широкими полями...» исполняют в России до сих пор. «Марш вперёд, железными рядами // В бой за Родину, за наш народ! // Только вера двигает горами, // Только смелость города берёт!» Правда, у власовцев была другая задача. Города брали (а потом сдавали) немцыа РОА, в основном, существовала для пропаганды.

К тому времени Власов в Германии уже попал в опалу. И в триумфальные туры по захваченным фашистами территориям его больше не отпускали. Предпочитали держать при себе. Однако РОА по-прежнему немцами преподносилась как некая важная сила в деле «освобождения России».

Чтобы понять, какие аргументы выдвигали пропагандисты, не обязательно читать документы военных лет. Достаточно прочитать заявление Синода РПЦЗ (Русской православной церкви заграницей). В нём говорится: «В Русском Зарубежье, частью которого стали и уцелевшие участники РОА, генерал А.А. Власов был и остаётся своего рода символом сопротивления безбожному большевизму во имя возрождения исторической России. Возможно ли было в условиях, в которых пришлось действовать генералу А.А. Власову и «власовцам», поступать иначе?»

Это высказывание в духе Йозефа Геббельса, встретившегося с Власовым 1 марта 1945 года и записавшего в дневнике: «Генерал Власов в высшей степени интеллигентный и энергичный русский военачальник; он произвёл на меня очень глубокое впечатление».

Генерал-лейтенант Андрей Власов на встрече срейхсминистром внутренних дел Германии Генрихом Гиммлером.

На Генриха Гиммлера Власов тоже произвёл «глубокое впечатление», но только совсем другого рода. Гиммлер Власова презирал, хотя и с оговорками: «Я бы не имел ничего против, если бы генерала Власова, как и любого славянского субъекта в генеральской форме, приняли к нам на службу, чтобы использовать в пропаганде против русских. Против этого я бы не возражал. Вот и славно!» Однако выяснилось, что генерал Власов на своих пропагандистских гастролях по оккупированной фашистами территории позволил себе несогласованные с германским командованием высказывания. И это нацистов не устраивало.

Власов побывал в Псково-Печерском монастыре, а в Пскове он выступил в здании Псковского драмтеатра с громкой речью. Настолько громкой, что на неё отреагировал начальник штаба Верховного главнокомандования вооружёнными силами Третьего Рейха генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель. В приказе говорилось, что «ввиду совершенно бесстыдных заявлений генерала Власова, сделанных им в поездке по группе армий „Центр"... без ведома фюрера... приказано ... вернуть генерала Власова в лагерь для военнопленных, из которого не выпускать ни по какому случаю. Если же генерал Власов вновь будет выступать публично, его надлежит передать в руки Тайной государственной полиции для обезвреживания». 

Таким образом, Власов договорился до домашнего ареста. Это произошло 10 мая - после его возвращения из Пскова в Берлин.

Гиммлер написал: «Господин Власов начал выка­зывать чрезмерную гордость, присущую русским и славянам». Подобные вещи были в порядке вещей. Непростые отношения у немецкого командования были и со Степаном Бандерой, ещё одним противником большевиков. Но всё же Власов оказался более сговорчивым. Образцовый коллаборационист. Он умел изображать независимость, но с гитлеровцами не порывал до последнего.

А ведь поездка в Псков начиналась для Власова неплохо.

«Генерал Власов высказал свою радость по поводу посещения Пскова»

У Георгия Владимова в книге «Генерал и его армия» сказано: «В апреле - была поездка в Ригу, во Псков, посещение Печерского монастыря, игумен ему кланялся до земли, в театре две тысячи устроили овацию. В штабе немецкой 18-ой армии сказал, что надеется уже в недалеком будущем принимать немцев как гостей в Москве...»

Две тысячи человек в псковский театр никак не влезутНо зал был действительно переполнен. Собралось около восьмисот человек.

Владимов пользовался воспоминаниями ротмистра Эдуарда фон Деллингсхаузена, сопровождавшего Власова в той поездке. «Генерал Власов проявил большой интерес, - вспоминал фон Деллингсхаузен визит в Псково-Печерский монастырь, - особенно к истории монастыря, к собранию старинных икон, облачений и церковной древней утвари, к жизни и работе монахов. После осмотра навестили настоятеля монастыря. Старик-монах спросил генерала, как ему всё понравилось, и не слыхал ли он про такого русского генерала Власова, который призывает русский народ к борьбе с большевизмом. Вдруг монах, пристально взглянув на генерала, спросил: "Да не вы ли тот генерал Власов?". Когда Власов в этом признался, настоятель встал, сделал ему земной поклон, благословил его на святое дело, перекрестил его и подарил ему икону. Потом Власов расписался в книге для почётных посетителей, и мы отправились дальше. Это сочувствие настоятеля монастыря произвело на Власова сильное впечатление».

Итак, основная встреча с псковичами состоялась у Власова на Большой сцене - в нынешнем псковском драмтеатре. Культурная жизнь во время оккупации Пскова немцами была своеобразная. Например, 14 мая 1942 года в 11.00 в псковском театре открыли выставку «А. Гитлер и его творчество». Хор исполнил русские народные песни.

Через год в театре выступил генерал Власов. На заднике сцены - большой портрет Гитлера. Неизбежные русские народные песни. Цветы генералу. Приветственная речь от имени псковичей. Её произнесла псковская эстонка Хильда Алева: «Господин генерал, разрешите передать вам от имени жителей Пскова этот весенний привет, выражающий готовность бороться под вашим руководством за возрождение Родины». «Таких красивых псковитянок я ещё не видел», - ответил Власов.

Подробнее об этом - в очерке «Псковские "гастроли" генерала Власова» (Г. Бакусов Псковские "гастроли" генерала Власова // Псковские сезоны: Провинциальный театр в 20 веке. Псков, 1999).

Псковичи преподнесли генералу Власову копию картины Васнецова «Богатыри». Речь от имени псковских рабочих произнёс Иван Боженко (хотя ни псковичом, ни рабочим не был). Из деревни Молгово Амосовской волости специально для встречи со «знаменосцем русского освободительного движения» привезли даже 112-летнего крестьянина Усова.

Псковская речь Власова была посвящена не только будущей «свободной России», но и недавнему прошлому. Власов не ограничился выслушиванием похвал в свой адрес и занялся самовосхвалением. «Я был заместителем Тимошенко, и лично со мной был знаком сам Сталин, - сказал он. - Он знает меня как крепкого, волевого человека. В тяжёлую минуту я лежал больной с сорокоградусной температурой, но я всё же встал и присоединился к моим солдатам и защищал, как мне было приказано, нашу столицу - Москву. Это сделало меня известным человеком. Обо мне писали в газетах, всюду помещали мои портреты, меня показывали в кино. И всё же я ненавидел большевизм...»

Народ больше интересовало - что дальше? Какой он видит Новую Россию?

 «Мы хотим создать Россию, в которой не будет произвола, в которой каждому будет гарантирована полная свобода, - объяснял Власов. - Не к возврату в прошлое я зову свой народ. Нет! Я зову его к светлому будущему... Я зову его на путь борьбы и единения с народами Европы и, в первую очередь, на путь сотрудничества и вечной дружбы с великим немецким народом...». Это был 1943 год. Кто такие немецкие фашисты - было давно понятно. Заживо сжигались люди (в том же 1943 году - в ноябре - фашисты сожгут вместе с жителями псковскую деревню Красуху). Только в соседней Белоруссии из общего количества 5295 деревень 3 процента уничтожено в 1941 году, 16 процента - в 1942 году...

Русских деревень вместе с жителями тоже было уничтожено к тому времени множество. 22 мая 1942 года немцы сожгли смоленскую деревню Кишкиницы (Смоленск Власову тоже был хорошо знаком - там в декабре 1942 года Власов подписал Смоленскую декларацию). Из 75 человек жителей деревни Кишкиницы спаслись только двое... А в это время коллаборационистские газеты с восторгом писали о Власове: «Он русский душой и телом! Человек, переполненный глубочайшей любовью к своей родине и готовый пожертвовать всем ради неё». Власов и в Смоленске, и в Пскове вещал о счастливом будущем России, которой немцы «протянули руку помощи».

Перед отъездом из Пскова Андрей Власов провёл пресс-конференцию и дал часовое интервью корреспонденту газеты» «За Родину» Игорю Свободину: «Сильное солдатское пожатие, - написал восторженный Свободин о встрече с Власовым. - С первых же слов я почувствовал к нему горячую симпатию и сильное доверие. Генерал Власов высказал свою радость по поводу посещения Пскова и заявил, что его поездка в освобождённые области тесно связана с русским освободительным движением».

Так называемое интервью с Власовым Свободин опубликовал в газете «За Родину» и в рижском журнале «Новый Путь» (№ 10 (30) 1943 год). Правильнее назвать текст не интервью, а пересказом. Ничего интересного в нём нет. Обычная пропаганда, почти не отличающаяся от того, что публиковали в то время немецкие газеты. Власов говорит про «мировое иудейство», про «помощь германского народа», делает экскурсы в историю...

Некоторые пассажи словно бы взяты из газеты «Правда» 1940 года, когда СССР и Германия считались союзниками. Например, такой: «Союз двух великих народов только на пользу им обоим. От ссоры с ними выиграет третий, а этим третьим является Англия и Америка, защищающая позиции старого плутократического мира».

9.

ЧЁРНЫЙ ВОРОН. Часть вторая
(«Псковская губерния», 2019 г.)

Кем был Власов в действительности? Большевиком? Борцом с большевизмом? Русским патриотом? Изменником? Он был тем, кем ему было выгодно в определённый момент

 «Обладая сильным басом, громче всех пел» 

Интересны взаимоотношения Власова и представителей православной церкви. «А. А. Власов был очень религиозен, - писал ротмистр Деллингсхаузен. - Он часто говорил, что с большим удовольствием ходил бы в церковь, да что скажет народ на той стороне, как он на это посмотрит. А. А. все сделал, чтобы увеличить влияние Церкви в Русском освободительном движении. Благодаря его личной инициативе и по его приказам, православное духовенство имело широкий доступ ко всем русским частям...»

Этот же ротмистр оставил воспоминания о том, какой у Власова был певческий голос. На обеде, устроенном в честь Власова во время объезда Северного фронта, немецкий комендант предложил прочесть молитву. Один из священников предложил спеть «Христос Воскресе»... «А. А., обладая сильным басом, громче всех пел, - рассказывал Деллингсхаузен, - что немало поразило присутствовавших немцев и русских. Однажды А. А. был на крестинах крестным отцом. Держа младенца на руках, он пел всю службу, чем поразил священника и маленькое общество присутствовавших». Подробнее об этом - в статье доктора исторических наук Шкаровского «Русская Православная Церковь и власовское движение (комментарий в свете веры)». (М. В. Шкаровский, Вестник церковной истории. М.: ЦНЦ «Православная Энциклопедия», 2006, № 4).

В Пскове во время выступления генерал сказал: «Нет ничего прекраснее обрядов Православной Церкви. За две тысячи лет Христианство сделало так много хорошего для нашего многострадального отечества». 1 мая 1943 г. Власов прислал в Управление созданной Псковской православной духовной миссии приглашение прийти к нему для беседы и ознакомления. Через несколько часов его посетили протопресвитер Кирилл Зайц, протоиерей Николай Жунда, священник Георгий Бенигсен и Николай Сабуров.

Протопресвитер Кирилл Зайц позднее расскажет, о чём шёл разговор. Генерал Власов просил, чтобы Псковская миссия «посодействовала великому начинанию на благо России. В частности, он просил обращать особое внимание на русскую молодежь, подразумевая под этим словом не только учащуюся молодежь, но особенно молодых людей зрелого возраста, убеждая их вступать в ряды РОА».

Власов в Пскове выразил надежду, что «Миссия даст указания священникам приходов устраивать собрания крестьян и какие дать им пояснения, как относиться к возможным выступлениям со стороны враждебно настроенных лиц... На вопрос... - знаком ли он с нашим митрополитом Сергием? - он ответил, что знаком и виделся с ним в Риге, и что митрополит... даёт своё благословение и предписание Миссии в г. Пскове оказывать ему - Власову, содействие и моральную помощь, о чём он и сам просит». Представители Псковской миссии согласились «поддержать начинание».

Когда Власов зашёл в келью игумена Псково-Печерского монастыря Павла (Горшкова), тот вручил генералу иконку. «Власов мне говорил, что хочет создать свободную Россию, без большевиков, - на допросе 23 декабря 1944 года рассказал о той встрече игумен. - И я как враг большевиков благословил его на этот поход».

Через некоторое время монастырь посетили сразу 150 представителей РОА. Игумен Псково-Печерского монастыря благословил их: «Благословляю Вас на борьбу с большевиками и желаю Вам победы для блага Родины» и раздал всем солдатам РОА по листку со своим стихотворением о Псково-Печерском монастыре.

Поначалу, когда советские войска освободили Печоры, настоятеля монастыря никто допрашивать, вроде бы, не собирался. Более того, после освобождения Печор отца Павла включили в комиссию по расследованию преступлений оккупантов на Псковщине. Но потом арестовали. 7 февраля 1945 года игумена Павла (Горшкова) приговорили к 15 годам лишения свободы (он умер в 1950 году). В 1997 году Павла (Горшкова) реабилитировали, потому что «были грубо нарушены принцип презумпции невиновности, предусмотренные законом права обвиняемых и подсудимых, а также действующие в то время нормы уголовного процесса».

«Мы - семена будущего освобождения России»

На встрече с клиром Стругокрасненского района Власов заявил о необходимости создания института полковых священников в РОА. Но не всё выходило гладко. Судя по меморандуму «Религиозное обслуживание власовских воинских частей», сделанном митрополитом Сергием, не все контакты Власова со священниками митрополита устраивали (из-за противоречий среди священников).

Позднее вышло несколько книг о Власове, написанных православными священниками. «Киселёв Александр, протопресвитер. Облик генерала А.А. Власова», «Записки военного священника» Димитрия Константинова... В них генерал-предатель предстаёт безупречным рыцарем.

Четвёртая глава книги протоиерея Александра Киселёва заканчивается так: «Поднимая бокал, Андрей Андреевич сказал приблизительно следующее: «На границе Рейха стоит Советская Армия... даже наше физическое поражение не есть уничтожение духовное... мы делаем историческое дело, мы - семена будущего освобождения России» (эти слова записал очевидец - начальник канцелярии власовского генерал-майора Фёдора Трухина майор Шейко)... «Таков духовный облик русского национального героя, патриота и православного христианина генерал-лейтенанта Андрея Андреевича Власова», - высокопарно пишет протоиерей Александр Киселёв.

Поклонники Власова любят цитировать немецкого теолога Дитриха Бонхёффера - участника немецкого Движения Сопротивления, казнённого нацистами. Бонхёффер говорил, что в известных обстоятельствах измена является патриотизмом, а патриотизм - изменой.

Обстоятельства, приведшие боевого генерала в стан врага, действительно известны. Власов - представитель той части человечества, которая умеет подстраиваться под любую власть. Фашистом он не был. Он скорее был гитлеровский попутчик. Власов и так называемые власовцы шли в услужение к Гитлеру-победителю. Гитлер, терпящий поражение за поражением их не устраивал. Надо было снова срочно менять окрас.

Власов был непревзойдённым мастером приспособленчества.

Кем он был в действительности? Большевиком? Борцом с большевизмом? Русским патриотом? Изменником? Он был тем, кем ему было выгодно в определённый момент. В Красной Армии он был с 1919 года, воевал с Врангелем и Махно.

В начале войны СССР с гитлеровской Германии Власов вместе с полудюжиной советских генералов олицетворял советское командование. Это был красноармейский иконостас, переходивший из одной первой полосы советской газеты на другую первую полосу другой газеты. Георгий Жуков, Константин Рокоссовский, Леонид Говоров, Андрей Власов... Но обстоятельства изменились. Он попал в плен, и умирать не захотел.

Просто роль гитлеровского прислужника его не устраивала. Он почувствовал, что может достигнуть большего - прийти к власти как освободитель России от большевизма. Здесь он переоценил свои силы и недооценил тех, кого вызвался «освобождать».

«Война была наказанием нашему народу за безбожие»

Протоиерей Димитрий Константинов в «Записках военного священника» написал: «Гитлер предпочитал погибнуть, но не дать генералу Власову развернуть свою потенциально огромную армию». Это один из мифов, сформированных летописцами власовского движения. Андрей Власов предстаёт в этих «летописях» как борец за «русскую идею», вышедший из-под гитлеровского контроля.

В каком-то смысле книга «Записки военного священника» - образец оправдания предательства. Одно введение под названием «О Сократе и об измене Родине» чего стоит. Автор для убедительности привлёк самого Сократа. Один из главных аргументов, якобы оправдывающих власовцев, по мнению протоиерея такой: «Они вооружились не для того, чтобы поддерживать Германию или сражаться с демократическими странами (этого в своей массе они не желали), а для того чтобы поднять знамя гражданской войны в России за освобождение её от тоталитарно-коммунистического ига...»

Но одного Сократа для оправдания власовцев оказалось мало. Димитрий Константинов взял в союзники Ребекку Вест и её книгу «Смысл измены». В ней высказана такая мысль: «Гражданин обязан верностью только той стране, которая обеспечивает ему защиту и, что, следовательно, гражданин не может совершить измены, если законы его страны её не обеспечивают». По этой логике Власов - никакой не изменник. Родина, присяга и тому подобное в этой системе ценностей оказываются лишними. Дал слово - взял слово.

Но для полной убедительности предателям, которые себя очень ценят и любят, необходимы и дополнительные аргументы. Спасение собственной шкуры аргумент весомый, но недостаточный. И тогда возникают «борьба с тиранией», «строительство Новой России» и прочее.

Важнейшую роль играли религиозные аргументы. Когда власовцам говорили, что они пошли против собственного народа, они возражали. Противостояние с Советским Союзом преподносилось как война христиан с безбожниками. А безбожники - якобы не совсем люди. Их не так жалко. «Мы стоим на позиции духовной, моральной и политической правоты Власовского движения», - писал после войны Димитрий Константинов. Похожий аргумент-перевёртыш использовал не так давно митрополит Белгородский и Старооскольский Иоанн, когда говорил: «В первые месяцы войны практически более 60% Красной армии, то есть молодых бойцов, которые были рождены уже в безбожное время, большинство из них не были крещёные, они были убиты... Это была жертва, которая была принесена за безбожие».

Если почитать рассуждения православных священников, окормлявших власовскую армию, то там тоже будет тот же аргумент. Митрополит Белгородский и Старооскольский ничего не выдумал. Подобные мысли выражались многократно - письменно и устно, много лет назад и в наше время. Вспомнить хотя бы протоиерея Всеволода Чаплина, некогда заявившего: «Убеждён, что война была наказанием нашему народу за безбожие, и после войны он начал одумываться. За любое безбожие любого народа всегда Господь будет наказывать. А если наказания нет, значит, народ уже потерял Божью любовь и в кратчайшие сроки сам себя уничтожит». Это ведь то же объяснение, что у митрополита.

Но у митрополита Иоанна было ещё и продолжение: «... войну выиграли крещёные люди, те, кто призваны были для того, чтобы духовно победить вот эту машину». Дескать, нехристи проигрывали, а крещёные выигрывали. Надо полагать, он имел в виду то, что в середине войны Сталин решил восстановить патриаршество.

Похожим аргументом власовцы, казалось бы, воспользоваться не могли. СССР и союзники победили, а Германия и РОА были разгромлены. Но нет, проигравшими оставшиеся в живых власовцы себя не считали. «Освободительное Движение сознательно шло на свою Голгофу, зная, что его усилия не пропадут в истории, - писал протоиерей Димитрий Константинов. - Последнее подтверждается уже в наше время. Шли на Голгофу под ложным чёрным клеймом предателей и фашистов...» Это их последний аргумент: дескать, физически проиграли, но вышли из пекла духовными победителями. Заложили основы будущей России (отчасти так оно и есть, и это печальный вывод). Автор «Записок военного священника» убеждал: «В Дабендорфе (там, где была Школа пропагандистов РОА - Авт.) всячески изживался советский дух ненависти, недоверия и так называемой бдительности и не было никакого поощрения мстителям, карьеристам и доносчикам... Во власовском центре создавался дух правдивости, честности и справедливости».

Бывший советский генерал Власов в своих проповедях-агитках не раз возвращался к теме больших и неизбежных жертв, которые должны были принести на алтарь победы.

«Создание Новой России потребует больших жертв, - говорил он, - но будущее нашего народа оправдает их». Что ж, в этом Власов не обманул. Жертвы были огромны как никогда. Наследников он тоже оставил. Сегодня они предпочитают надевать антифашистские маски - по примеру тех власовцев, которые в конце войны, понимая, что война проиграна, прикидывались идейными борцами с Гитлером и делали вид, что преступления немцев им были неведомы.

***

На фотографиях того самого псковского парада 22 июня 1943 года запечатлены несколько любопытных фигур. В частности, генерал-лейтенант РОА Жиленков и полковник Баерский - офицер связи РОА при штабе 16-й армии Вермахта. За полгода до парада оба успели три недели посидеть под арестом - за невыполнение приказа. Но потом были прощены. Именно Георгий Жиленков (до войны бригадный комиссар РККАиз Берлина был командирован под Псков - в Стремутку, где формировал Гвардей­ский ударный батальон РОА. Планировалось, что батальон будет заниматься диверсиями в советском тылу. Но позднее планы немецкого командования изменились, и Жиленкова отзовут из Пскова обратно в Германию. В декабре 1944 года он встретится со Степаном Бандерой для обсуждения объединения усилий. Но общий язык между Бандерой и Жиленковым найден не будет. Бандеру не устроит «национальный вопрос».

Одна из статей о генерале Власове заканчивается словами: «Простите нас, Андрей Андреевич!». Андрей Андреевич - это Власов. Нет, нам не за что просить у него прощения, как и у генерала Жиленкова и других власовцев. Они должны были знать, чем заканчиваются союзы с дьяволом.

10.

СКОЛЬЗКАЯ ДОРОГА
(«Городская среда», 2019 г.)

Есть у многих националистов такая особенность: больше других наций они ненавидят (презирают) свою. Себя они представляют эдаким передовым отрядом своей нации. Остальные не созрели, а они - созрели, доросли, получили право... Таким образом, они говорят от имени всей нации.

Получается, германские националисты - в действительности германофобы, русские - русофобы... В конце концов, дело не в словах, а в поступках. Националисты склонны загонять свою нацию в угол, в капкан... Противопоставляя свою нацию другим, они приходят к войне. Причём не только к внешней, но и к внутренней, гражданской. Их показной национализм губительнее всего сказывается на своей нации. Так было с Японией до 1945 года, так было в Германии, Италии...

Русские националисты шли тем же путём. ХIХ век подготовил ХХ. Все эти ограничения (черта оседлости и т.п.) привели к тому, что в России созрело огромное количество революционеров, которые при других условиях могли стать вполне добропорядочными обывателями. Хотя бы такими как Пётр Струве. Но дело в том, что этот автор «Манифеста Российской социал-демократической партии» происходил из прибалтийских немцев, то есть являлся идеальным русофилом. Прибалтийских немцев, в отличие от евреев, в России не притесняли. По этой причине каких-то личных причин ненавидеть власть у них не было. Но оставалась причина всё время подчёркивать свою русскость (по той причине, что происхождение у них было не совсем русское). Появился целый отряд русских националистов с нерусскими фамилиями (Владимир Даль, например, имевший датские корни).

Петра Струве позднее занесло в ту же среду. Революционер превратился в консерватора - на подобии Ивана Ильина. Струве и Ильин одно время были близкими соратниками. После революции 1917 года оба входили в ближайшее окружение генерала Петра Врангеля, возглавляли правое крыло русской политической эмиграции. Бывший соратник Ульянова (Ленина) Струве даже председательствовал в 1926 году на Зарубежном эмигрантском съезде в Париже. Ильин печатался в газете «Возрождение», которую редактировал Пётр Струве.

А потом настало время, когда потребовалось сделать выбор между Германий и Россией.

Подробнее об этом выборе - в статье «Гиблое дело» (смотрите ниже). Как минимум половина этих русских националистов выбирала фашистскую Германию как некую противоположность Советской России. Вот здесь-то и пригодилась потаённая русофобия русофилов. Советские люди с русской кровью для них были уже не совсем русские. Бывшие русские. Немецкие нацисты для них оказались ближе. Идеи были сильнее крови и почвы. Даже Струве, считавшийся на фоне Ильина, более взвешенным и умеренным национал-консерватором, ненадолго поддался гитлеровскому гипнозу. Ему показалось, что Гитлер, пришедший к власти, начинает остепеняться и терять радикализм. Думаю, что одной из причин такого помутнения рассудка была та самая нелюбовь к народу, который с недавних пор то и дело называют «глубинный» (он же - «быдло»). Эта нелюбовь основана на громадном недоверии к своей нации. Русские националисты без колебания могли пожертвовать, по меньшей мере, частью своего народа - ради некого светлого будущего. Ради Святой Руси.

Наверное, по этой же причине часть современных русских националистов так ценят атамана (генерала) Краснова. В сущности, войска СС, к которым принадлежал 15 казачий кавалерийский  корпус, воевали не с русскими, а бывшими русскими (так работало извращённое сознание). Краснов был начальником Главного управления казачьих войск (ГУКВ) Имперского Министерства Восточных оккупированных территорий Германии. Его слух националиста это не коробило.

Многие национал-консерваторы в тот раз не зашли так далеко, как Пётр Краснов, но  руководствовались той же логикой. Эта логика с той поры не изменилась. Якобы есть люди первого, второго, третьего сорта, принадлежащие к одной и той же нации. Ценность их жизни - разная. Одни - разменная монета, расходный материал, претенденты в неизбежные жертвы на пути воплощения Великой Идеи.

Примечательно, что каждый раз дорога по этому пути заканчивается тупиком. Но это не мешает последующим поколениям ступать на ту же скользкую от крови дорогу.

 

11.

ГИБЛОЕ ДЕЛО
(«Псковская губерния», 2019 г.)

Его интересовали большие идеи. Суть идеи не столь важна. Главное, чтобы она была большая

Пётр Струве в каком-то смысле - образец отечественного мыслителя, публициста, политика... Образец - не значит идеал. Владимир Оболенский написал о Струве своё шуточное Wer du bist? («Кто ты  такой?»): « Кадет ты или октябрист? // Быть может, мирнообновленец? // Я знаю, ты душою чист, // Но ты в политике младенец!» Оболенский и Струве были друзьями, поэтому Оболенский выражался мягко.

«Русские национальные круги могут только приветствовать такой результат»

Биография и библиография Петра Бернгардовича Струве поучительна потому, что достаточно прочесть только его статьи, чтобы понять ход мысли и эволюцию многих других публицистов и политиков, включая некоторых наших современников. Струве это уже всё описал и показал наглядно своей жизнью.

Если в двух словах, то это он, Струве, написал к Первому съезду РСДРП в 1898 году «Манифест Российской социал-демократической партии». И он же в 1920 году возглавлял Управление внешних сношений правительства генерала Петра Врангеля. И он же 4 марта 1933 года в статье «Пожар рейхстага», опубликованной в газете «Россия и славянство», написал: «Если меры, принимаемые ныне правительством Хитлера, действительно нанесут смертельный удар по самой  сильной из западных секций Коминтерна - русские национальные круги могут только приветствовать такой результат».

Смутную надежду на Гитлера русские эмигранты испытывали нередко. Особенно в первые месяцы прихода к власти в Германии нацистов. Некоторые потом пересматривали свои взгляды, а кто-то, вроде соратника Струве Ивана Ильина, долго упорствовал. Ильин, в конце концов, в Гитлере тоже разочаровался и предпочёл переселиться в Швейцарию. Но фашизмом Ильин был очарован до последних своих дней.

У Струве была совсем другая линия поведения и другие приоритеты. Всё-таки, сказывалось его либеральное и социал-демократическое прошлое. Пребывание в партии конституционных демократов тоже сказывалось. Сам по себе черносотенный антисемитизм, столь характерный для части белоэмигрантов, ему был совсем не близок. Крайне правым он так и не стал, хотя и двигался в этом направлении. А в оценках на происходящее с Ильиным разошёлся ещё во второй половине двадцатых годов.
К Гитлеру Струве - до прихода фашистов к власти в Германии - первоначально относился скептически и без особой тревоги. Воспринимал немецкий фашизм как недоразумение. Считал его явлением мимолётным. Гитлеровская демагогия казалась ему настолько очевидна, что он был уверен: увлечение немцев Гитлером всего лишь мода. Но мода меняется.

Пётр Струве.

Весной 1932 года, после выборов в Германии, Струве почти беззаботно написал: «В Германии вчера померялись силой «мода» и «дисциплина». Мода - это Гитлер. Дисциплина - это Гинденбург. Гитлер - это поветрие, искажающее твёрдое  шествие германского народа по пути внешнего восстановления и внутреннего оздоровления...» (П. Струве, Борьба между модой и дисциплиной в Германии // «Россия и славянство», 19 марта 1932). В его представлении Гитлер в тот момент казался фигурой тщедушной и бесперспективной.

Струве писал о «модной фигурке Гитлера» на фоне монументального Гинденбурга. Не пешка, конечно, но и не  фигура. Фигурка. Гинденбург тогда действительно победил, но дни его были сочтены, а Гитлер только набирал силу. Но Струве казалось иначе. Осенью 1932 года на эту тему он написал и опубликовал статью «Два заката: Сталина и Гитлера». Струве в очередной раз оказался недальновидным публицистом. Его предсказания вновь не сбывались. Его идеи оказывались маргинальными. Который уже раз?

«Более принципиально-выдержанной беспринципности мы бы не нашли»

К тому времени, когда Пётр Струве приехал в Псков на совещание, посвящённое созданию газеты «Искра» и журнала «Заря», перед марксистами у Петра Струве были уже большие заслуги. Он отредактировал первый том «Капитала» Карла Маркса, вышедший на русском языке впервые. Правда, уже к апрелю 1900 года у Струве накопилось много вопросов и претензий к Владимиру Ульянову, а у Ульянова к Струве. За пять лет до псковского совещания Ленин написал целую книгу, посвящённую разбору труда Петра Струве «Критические заметки к вопросу об экономическом развитии России». Ульянов не поленился сделать подробнейший построчный комментарий. Для него это было важно. Так появилась работа Ульянова «Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве».

В том знаменитом псковском совещании 1900 года, закончившимся известно чем (созданием подпольной газеты) кроме Ульянова-Ленина и Струве принимали участие Мартов, Потресов, Радченко, Стопани, Туган-Барановский...

Как вспоминал Мартов, «Струве держался с олимпийским спокойствием». А когда начались дискуссии, «Струве сказал что-то общее и неопределён­ное в том смысле, что, оставаясь, конечно, при своём мнении относительно некоторых вопросов, он, в общем и целом, ничего не имеет против документа. Говорил он как бы неохотно, выцеживая из себя слова. Ясно было, что всей своей мысли он не высказы­вает».

 Струве тогда был «легальный марксист», а Ленин - нелегальный. Так что одобрение нелегальных изданий для Струве было поступком важным. «В этой группе я представлял определён­ный ревизионизм», - рассказывал Струве позднее. Похоже, в тот момент он думал, что сможет, как минимум, потеснить Ульянова-Ленина. Вскоре после того совещания Струве арестовали за участие в демонстрации в Петербурге и сослали в Тверь. В 1901 году он эмигрировал.

Оболенский в стихах спрашивал Струве в середине нулевых годов ХХ века: «Ты знаменит был как марксист, // Философ и экономист, // Известен был как публицист, // Как эмигрант-освобожденец. // Теперь же кто ты? Wer du bist?». Да, кадетом он тоже к тому времени успел побывать. 
У Льва Троцкого есть статья «Господин Пётр Струве в политике». «Мы взяли г. Петра Струве, как олицетворенную беспринципность в политике, -написал Троцкий, которого мало чем можно было удивить. - Если б мы стали искать для нашей цели другой фигуры, мы бы нашли их много, - но более законченной, более стильной, более принципиально-выдержанной беспринципности мы бы не нашли».

«Я - национал-либерал, либерал почвы и либерал земли»

Сам себя Струве не раз называл либерал-консерватором. Но проще его назвать империалистом. Причём он был им всегда. Во всяком случае, в 1884 году четырнадцатилетний юноша Петя Струве написал в дневнике: «... Я имею сложившиеся политические убеждения, я последователь Аксакова, Юрия Самарина и всей блестящей фаланги славянофилов. Я - национал-либерал, либерал почвы и либерал земли. Лозунг мой - самодержавие». Это не помешало ему стать одним из основателей РСДРП. Однако национал-либералом он быть не переставал и тогда. Тем более он им был, когда участвовал в нашумевшем сборнике «Вехи».

На фоне Гражданской войны в России его национал-либерализм стал ещё отчётливее. Акцент делался не на либерализме, как в начале века, а на национализме, в основе которого лежало православие. Этим его попрекали. Внезапная религиозность Струве многими воспринималась как нечто искусственное. В числе других сомневалась в искренности Струве и Зинаида Гиппиус. «И вот как приходится объяснить неожиданное "православие" Струве: он коренных своих взглядов ни на христианство, ни на Православную Церковь не изменил, - была уверена Гиппиус. - Он изменил только свою политику». (Гиппиус З. Н. Мечты и кошмар (1920-1925). СПб., 2002). Ей казалось, что православие для Струве - всего лишь подпорка для достижения цели. В той же статье, опубликованной в Париже в 1925 году, Зинаида Гиппиус, назвало миссию Струве «гиблым делом».

Поздний Струве как бы оправдывался, вспоминая своё социалистическое прошлое. Он писал, что социалистические идеи он поддерживал умом, но глубоких чувств к социализму у него не было. Наверное, он говорил правду. Но зато имелось у Петра Струве одно подлинное чувство. Его интересовали большие идеи. Суть идеи не столь важна. Главное, чтобы она была большая. Идея построения социализма и коммунизма, без всякого сомнения, идея большая.

Однако эта идея оказалась не слишком удобной. К подпольной деятельности Струве был не предрасположен. Задержание подействовало на него угнетающе. И тогда в голове возникла тоже немаленькая идея, будто бы не столь взрывоопасная, а для автора - казалось бы безопасная абсолютно. Идея «Великой России».

«Что такое Россия? - писал Пётр Струве в 1914 году. - Каково содержание и смысл этой идеи? Великая Россия есть государственная формула России как национального Государства-Империи. Россия есть государство национальное. Она создана развитием в единую нацию русских племён...». Буквально теми же словами сегодня выражаются многие наши «ура-патриоты», проповедуя очередную войну. Совсем как Пётр Струве, автор «Манифеста Российской социал-демократической партии», написавший в статье «Великая Россия и святая Русь»: «Великая Россия есть государственная формула России, как Империи. Она выражает силу России, но силу не только внешнюю или материальную, даже - не только государственную. Война 1914 г. призвана довести до конца внешнее расширение Российской Империи, осуществив её имперские задачи и ее славянское призвание...»

«Обладание проливами необходимо России...»

Струве - жертва большой идеи (меняю одну большую идею на другую большую идею. Две маленькие не предлагать). Ему ли не знать, что Россия и без того была велика, намного больше, чем нынешняя Россия. И порядок в той империи был, мягко говоря, относительный. Но Струве всё равно нужна была война - не из-за кровожадности (в отличие от некоторых других социал-демократов первого призыва кровожадным он не был), а из-за «размаха мысли» и «отзывчивой русской души».

Струве, как и многие другие «патриоты» воспринял войну 1914 года с энтузиазмом потому, что: «Прежде всего, Россия должна воссоединить и объединить с Империей все части русского народа. Отсюда вытекает историческая неизбежность присоединения к Империи русской Галичины. Обладание проливами необходимо России для нее самой, но оно же необходимо ей и для ее миротворческой и объединяющей роли на Ближнем Востоке...».

Если почитать работы Струве того периода, то кажется, как будто ты попал на заседание «Изборского клуба». Россия, мечтал Струве, должна стать «новой единительной для них (жителей Ближнего Востока - Авт.) силой и будет Россия, именно тем отчасти, что твёрдо станет в Константинополе. Она спасёт их друг от друга и именно будет стоять на страже их свободы». Из сказанного непонятно, с какой стати империя во главе с Николаем II окажется «на страже свободы». Вроде бы, никаких предпосылок к этому не было.

Таким образом, Пётр Струве был одним из тех, кто готовил приход к власти Ульянова-Ленина и его партии. Это вам не какое-то участие в малозначительной подпольной газете «Искра». Искра разгорелась не в 1900 году в Пскове на Петровском посаде, а тогда, когда русские империалисты поддались искушению повоевать. Разразилась смертоносная мировая война - на несколько лет. «Святая Русь» осталась только в головах таких как Струве, а в жизни было не до святости.

Но Струве настаивал на особой русской святости не хуже, чем сегодня Проханов. «Если в Великой России для нас выражается факт и идея русской силы, - писал он сто лет назад, - то в Святой Руси мы выражаем факт и идею русской правды».

Есть просто правда, а есть некая «русская правда», она же - Святая Русь. Нечто нематериальное. Духовная целительная сила. Почему-то она без наличия проливов Босфор и Дарданеллы и Константинополя в придачу - не действует.

Не стоит забывать, что Струве был хоть и консерватор, но либеральный. И значит, иногда выступал и с либеральных позиций, когда это касалось, например, украинского языка. Русские националисты украинский язык высмеивали чересчур громко, и тогда либеральный Струве вступал в его робкую защиту. Но что это была за защита! «Но мы не должны забывать, - писал Пётр Струве, - что этот и неблагозвучный, и неправильный, пронизанный местными звуковыми, лексическими и синтаксическими особенностями язык, "отвратительный" "русско-малорусский волапюк", как выражается Украинец, навсегда объединил эти города с остальной Россией...». Это был такой взгляд свысока - с высоты Великой России на Малороссию. Такие взгляды тоже способствовали распаду Российской империи и приходу к власти большевиков, которые, в отличие от Струве, любили поговорить об интернационализме.

«Ленин родил Гитлера и гитлеризированного Муссолини»

Часть белого движения, к которому примкнул Струве после революции в России, интернационализм считала орудием разрушения. В частности, так думал один из ближайших соратников Струве того времени - Иван Ильин.

«Германцам удалось выйти из демократического тупика, - позднее напишет Ильин в статье «Национал-социализм. Новый дух», - То, что совершается, есть великое социальное переслоение; но не имущественное, а государственно-политическое и культурно-водительское... Ведущий слой обновляется последовательно и радикально...»

Было очевидно, что эти последовательность и радикальность Ильина устраивают. Более того, Ивану Ильину не нравилась критика германского нацизма, в котором он видел искренность, чувственность, подлинность, возврат к корням (к той самой «крови и почве»). Он и сам проникся нацистским «новым духом». «Этот дух, - писал он, - составляет как бы субстанцию всего движения; у всякого искреннего национал-социалиста он горит в сердце, напрягает его мускулы, звучит в его словах и сверкает в глазах... Несправедливое очернение и оклеветание его мешает верному пониманию, грешит против истины и вредит всему человечеству».

К началу тридцатых годов Пётр Струве был уже бывшим соратником Ильина. Струве как раз попадал в число тех кто «очернял» нацизм и «клеветал» на него.

Струве, в отличие от Ильина, увидел в германском нацизме явный антихристианский дух, о чём и написал 1 мая 1933 года: «Противоеврейские меры правительства неприемлемы для моего правосознания... Расовое обоснование этих мер совершенно не укладывается в мое религиозное сознание, противореча и духовным, морально метафизическим основам, и историческому душевному опыту христианства...»

В тот момент Струве ещё не считал возможным громко критиковать и возмущаться нацизмом. Он счёл политику новых германских властей всего лишь «политически ошибочной и вредной». Видимо, он рассчитывал на то, что Гитлер обрушит свои удары только на коммунистов. Однако Гитлеру этого было явно мало.

Через некоторое время Струве понял, что коммунисты - это вовсе не главная цель нацистов. Струве увидел, что у нацистов и коммунистов есть родственные связи. «Ленин родил Гитлера и гитлеризированного Муссолини», - говорил Пётр Струве. Это тем интереснее, что Ленина Пётр Струве знал лично с конца XIX века. Сотрудничал с ним, а затем соперничал, воевал. И вот, дожив до преклонных лет, сделал вывод: тоталитарные государства Европы правого и левого типа не только похожи, но имеют один корень. Вскоре он уже легко сравнивал фашистов с большевиками - те же методы, причём не только в политике, но и в экономике. Подробнее об этом - в работе Я.Б. Головина «П.Б. Струве о немецком национал-социализме».

А ведь за год до этого - 26 марта 1932 года в статье «Ещё раз на тему об «отцах» и «детях».  - Струве всё ещё пытался обнаружить в национал-социализме что-нибудь положительное: «В нём (национал-социализме) есть какие-то здоровые национальные инстинкты... Итальянский фашизм по крайней мере показал, что он умеет поддерживать - дорогой ценой ущемления личной свободы! - государственный порядок и национальное производство и его основу, частную собственность лиц и корпораций...» Струве опасался - не явится ли победа национал-социализма лишь прологом к торжеству коммунизма? В Восточной Европе после 1945 года так и произошло, хотя Струве имел в виду немного другое.

В 1932-1933 годах, судя по публикациям Струве, он колебался. С одной стороны, «фигурка» Гитлера ему была мало симпатична. Но он надеялся, что Гитлер и его союзники помогут «выжечь главную язву: утвердившийся и окопавшийся в Москве коммунизм» (Струве опубликовал это 15 марта 1933 года в статье «События в Германии. Их всемирно-исторический смысл»). Да и речь Гитлера, произнесённая в Рейхстаге, произвела на Струве благопоприятное впечатление. Ему, похоже, показалось, что Гитлер «исправляется». Он уже якобы не демагог. Рейхсканцлерское бремя сделало его  ответственным и умеренным. «Выступление Гитлера как имперского канцера многозначительно тем, что в нём лежит печать не демагогии, а, наоборот, величайшей умеренности. Это, конечно, признак силы и первое яркое доказатательство личной значительности Гитлера как государственного человека». 3 апреля, «Национальная революция в Германии».

А теперь сравните со словами, написанными Петром Струве в 1939 году: «Гитлер лично - сумасшедший, страдающий сочетанием болезненной верой в свою миссию с болезненной лживостью» (письмо министру иностранных дел Великобритании сэру Сэмюэлю Хору (в переводе Глеба Струве на русский язык). Почему-то опытный политик и публицист не заметил болезненной лживости Гитлера весной 1933 года.

К концу жизни, в ожидании прихода союзнических войск, так и не оправившись от трёхмесячного пребывания в застенках гестапо, Струве был уже твёрдо уверен: «Сатанинский строй должен быть до фундамента разрушен.- Все наци должны быть до единого уничтожены. Они враги всего человечества. Они убили самое ценное в человеческой жизни - свободу».  До победы над фашизмом Пётр Струве не дожил - умер в 1944 году.

«Русская революция оказалась национальным банкротством и мировым позором» 

Когда сторонники Великой России после нескольких лет войны привели страну к революции, Пётр Струве написал: «Русская революция оказалась национальным банкротством и мировым позором» и сделал вид, что к ней отношения не имеет. Зато он рассуждал о «величайшем во всех отношениях падении нашего народа». Любил он слово «великий», «величайший». Раз Россия непременно Великая, то и падение тоже должно быть величайшим. Иначе, какая это Россия?

В политике Пётр Струве остался младенцем до самой старости, прожив остаток жизни в эмиграции. Юрий Кублановский о тех годах написал:

«Кажется, и Струве, и Ильин, и многие в русском зарубежье всё надеялись на какого-то харизматика с группой единомышленников внутри страны, для которых жизнь - служение и которые скинут каким-то образом кремлёвскую коммунистическую верхушку, и так начнётся возрождение великой России. Но где, откуда было взяться такому лидеру в таких обстоятельствах?».

Во время Второй мировой войны Струве жил в Белграде. Но в тюрьме он сидел в Граце - городе, в котором когда-то в юности учился. Кто-то донёс на Струве в гестапо. Дескать, неподалёку находится «бывший соратник Ленина». Струве арестовали и продержали в тюрьме месяца три. Сидел он по иронии судьбы «за Ленина», с которым много лет боролся.

Публицистика Петра Струве сегодня, на мой взгляд, читается как сплошное издевательство. «Владимир Ильич Ленин-Ульянов, - написал Пётр Струве после Октябрьской революции про своего бывшего однопартийца, -  мог окончательно разрушить великую державу Российскую и возвести на месте её развалин кроваво-призрачную Совдепию потому, что в 1730 г. отпрыск династии Романовых, племянница Петра Великого герцогиня курляндская Анна Иоанновна победила князя Дмитрия Михайловича Голицына...». Теперь понятно, кто способствовал приходу к власти большевиков и кто повинен в гражданской войне и репрессиях?

Анна Иоанновна виновата.

12.

«С ЧУЖОГО ГОЛОСА»
(«Городская среда», 2019 г.)

Не каждый любитель оперной классики в нашей стране вспомнит, кто такой Николай Печковский. Но с каждым годом таких людей становится больше. Выходят посвящённые этому певцу книги и статьи. Выпускаются диски. Регулярно проходят международные конкурсы имени Печковского. Работает Фонд Печковского.

«Благодаря моей новой, более чувствительной аппаратуре записи и воспроизведения мне открылось, чем собственно очаровывал Печковский своих поклонниц, - объяснял звукорежиссёр Лохвицкий, работавший над восстановлением записей некогда запрещённого в СССР певца, выступавшего на сценах Кировского и Большого театров. - Оказалось, это были волшебные по красоте модуляции голоса при пропевании последовательности нот, особенно на фортиссимо. На старом моём диске этого не было слышно, (то есть вроде слышно, только вот не возникает ощущения красоты). Слушая же новый диск, я и мои друзья просто млеем от этих модуляций, поэтому хочется его слушать ещё и ещё раз!»

Звучит интригующе. Но этот и последующий тексты не о музыкальной культуре. Певцом Печковский был действительно неординарным. Не менее важно было и то, что он оказался незаурядным драматическим артистом (иногда пишут - любимым артистом Станиславского).

Нет, вряд ли он был любимым артистом Станиславского, но, судя по отзывам очевидцев, на сцене не просто пел, а именно играл, вживался в роль. А потом пропал. То ли сбежал к немцам в начале войны, то ли оказался на оккупированной территории под Ленинградом случайно. Не он первый, не он последний.

У Печковского был выбор. Никогда не бывает так, что выбора нет. Он стал сотрудничать с геббельсовским министерством пропаганды. А в конце войны, когда Красная Армия наступала, сдался советским властям в Риге и получил 10 лет лагерей.

Казалось бы, всё закономерно. Но интересно другое.  После отсидки его признали невинной жертвой и реабилитировали.  Прежней всесоюзной популярности он себе не вернул, но была предпринята попытка восстановить его «доброе имя». За последние лет тридцать сделано немало.

И всё же, несмотря на все его действительные таланты и регалии, в историю Николай Печковский попал не как великий тенор, а как тот, кто сотрудничал с фашистами и с власовцами. И сколько бы сил его почитатели ни приложили,  с «добрым именем» всё равно будут проблемы.

Это хороший урок тем деятелям культуры, которые вместо или вместе с искусством начинают заниматься пропагандой. /../

 13.

БЕЗ СОХРАНЕНИЯ СОДЕРЖАНИЯ
(Псковская губерния», 2019 г.) 

20 декабря 1995 года мэр Петербурга Анатолий Собчак подписал распоряжение N 1293-р «О проведении в Санкт-Петербурге мероприятий, посвящённых 100-летию со дня рождения Н. К. Печковского».  Было принято решение провести второй Международный конкурс молодых оперных певцов имени Н.К.Печковского (первый провели в 1994 году). К тому времени был создан Фонд Печковского, выпущен компакт-диск с оперными ариями в исполнении Печковского. На Лермонтовском проспекте появилась мемориальная доска с надписью: «В этом доме с 1926 по 1941 год жил великий оперный артист Николай Константинович Печковский» (архитектор В.Б.Бухаев, скульптор М.К.Аникушин).

«Я рад служить своему народу и его освободителям германским воинам»

Спустя много лет после войны в трудовой книжке Николая Печковского появилась примечательная запись: «С 1941 по 1956 годы находился в отпуске без сохранения содержания». Свой «отпуск» лирико-драматический тенор провёл, вначале разъезжая в немецко-фашистской агитбригаде, а потом находясь в советском лагере, куда он попал сотрудничество с оккупантами. 


Существует две биографии Печковского. Если верить первой - Печковский был врагом советского народа, тесно сотрудничал с оккупантами и власовцами, за что и получил десять лет лагерей.  Во второй биографии он - невинная жертва эпохи культа личности, в результате «клеветы и злобы» лишённый свободы, но реабилитированный.


В обеих биографиях не оспаривается лишь его талант. Печковский действительно был одним из самых ярких отечественных теноров за весь ХХ век. Некоторые ставят его выше Козловского и Лемешева. До войны он был вместе с ними одним из ведущих теноров  СССР - обласканным властями орденоносцем. По наградам и званиям Печковский немного уступал Козловскому, но опережал Лемешева. Это важно помнить. Присутствие Николая Печковского в 1943 году на концертах в Пскове, где его слушателем был среди прочих самый знаменитый перебежчик генерал Власов, для германской пропаганды значило очень много. Он не был одним из многих. Он был единственным в своём роде - народным любимцем. Солист Ленинградского театра имени С. М. Кирова. Народный артист РСФСР. Сотрудничал с Немировичем-Данченко, со Станиславским... В 1940 году назначен художественным руководителем Филиала Ленинградского государственного театра оперы и балета имени С. М. Кирова.


Оперная музыка благодаря всесоюзному радио в то время была частью массовой культуры. Николай Печковский получал ведущие оперные партии. Герман в «Пиковой даме», Радамес в «Аиде», Альфред в «Травиате», Ричард в «Бал-маскараде», Ромео в «Ромео и Джульетте», Каварадосси в «Тоске», Хозе в «Кармен», Канио в «Паяцах», Самозванец в «Борисе Годунове»,  Ленский и Онегин в «Евгении Онегине»... К тому же, в довоенном репертуаре Печковского имелись советские песни. Его в СССР знали если не все, то многие. Так что проявление Печковского среди немецких военачальников и руководителей РОА производило на местных жителей сильное впечатление. Тот самый и здесь, на стороне немцев! Тем более что это сопровождалось профашистскими агитками в коллаборационистских газетах, подписанных фамилией Печковского. Народный артист и орденоносец (обладатель ордена Ленина) призывает советский народ к борьбе с большевиками.


О том, каким образом лирико-драматический тенор оказался на оккупированной территории, тоже рассказывали разное.


Сам Печковский в воспоминаниях, изданных в России в 1992 году, писал, что отправился спасать мать, жившую под Ленинградом в посёлке Карташевская (назван в честь сестры писателя Сергея Аксакова Надежды Карташевской). Это было 19 августа 1941 года.
Вывести мать он не успел и оказался в окружении.


Но полковник в отставке Ким Голубков, ветеран КГБ, занимавшийся в пятидесятые годы реабилитацией, утверждал, ссылаясь на материалы уголовного дела, что Печковский якобы отправился к матери не на несколько часов, а значительно раньше - 5 июля. Голубков говорил, что у Печковского было предостаточно времени вывезти мать в безопасное место. Но он этого не сделал, а дождался немцев.


Безоговорочно верить ветеранам КГБ не стоит. К тому же, в материалах дела могла появиться и произвольная дата - та, которая была выгодна следствию. Обвинительные заключения часто фабриковались и на основе менее убедительных доказательств.
Не в пользу Печковского свидетельствует не столько то, что он попал в окружение, а совсем другое. В начале войны на оккупированной территории оказались миллионы советских граждан. Это было их несчастье, а не преступление. Главное начиналось потом.
В уголовном деле имелись показания водителя из Смольного, который отвозил Печковского на дачу в 55 километрах от Ленинграда (остальные артисты Кировского оперного театра отправились в эвакуацию в Пермь). Водитель уверял, что тенор отклонил предложение возвращаться в Ленинград. По альтернативной версии водитель тем самым оп

 

равдывался за то, что не вернулся с народным артистом в Ленинград, за которым ему было поручено присматривать.


Как бы то ни было, но водитель с машиной, в конце концов, оказались на территории, контролируемой Красной Армией, а Печковский с матерью остались жить в дачном посёлке Карташевская Гатчинского района (и жили там до 1943 года).


Печковскому вменялось в вину, что он несколько лет работал в службе немецкой пропаганды, у себя на даче встречался с сотрудниками полиции безопасности и внешнего отдела СД, выступал перед немецкими генералами  Кнуттом и Паулюсом, встречался с белоэмигрантами и члена­ми «Русского национального комитета». Перед генералом Андреем Власовым в Пскове и Гатчине он не только пел, но и разговаривал с ним. Власов, как пишут некоторые исследователи, публично выразил удовлетворение тем, что знаменитый певец включился в борьбу с «жидобольшевизмом».  Интервью коллаборационистским газетам типа «Северное слово» или «Речь» тоже не облегчали участь Печковского в глазах советских судей. «Я рад служить своему народу и его освободителям германским воинам». Это фраза из интервью Печковского орловской газете «Речь».


«Артист Мариинского оперного театра Николай Константинович Печковский на днях дал во Пскове три концерта, - рассказывала орловская газета «Речь» 16 октября 1942 года. - Псковичи с нетерпением ждали знаменитого русского артиста и чрезвычайно были рады дорогому гостю, порадовавшему население своими прекрасными песнями. Печковский не пожелал следовать с красной ордой, вожди которой, несомненно, желали иметь при себе такого крупного деятеля искусства».


По альтернативной версии ему мстил министр госбезопасности Абакумов, у которого ещё в 1934 году в Тбилиси произошёл с Печковским конфликт. Сотрудника ОГПУ Абакумова тогда наказали восемью сутками гауптвахты, и он затаил обиду...


Однако отомстить Печковскому Абакумову было бы гораздо сложнее, если бы певец ездил с фронтовыми агитбригадами на советской стороне, а не по территории, которую контролировали фашисты.

«Создавали видимость того, будто немцы не препятствуют развитию русского искусства»

Пока Печковский гастролировал в Пскове, Порхове, Нарве, Нарве-Йыэсуу, Таллине, Пярну, Палдиски, Кивиыли, Йыхви, Тарту, Муствеэ, Луге, Гатчине, станции Сиверской, Риге, Праге, Вене, Берлине, Мадриде, его жену Таисию Александровну осудили в 1942 году на 8 лет за ан­тисоветскую дея­тельность (она вскоре умерла от дизентерии), а сына Михаила за «попытку дезертирства» расстреляли. Скорее всего, их наказали за мужа и отца.


Одна из легенд гласит, что в Порхове после концерта к Печковскому подошёл человек (партизан?), сообщивший, что готовился взорвать зал во время концерта, но в последний момент решил этого не делать - пожалел певца и зрителей.


В августе 1943 года Печковский по приглашению бывшего руководителя гитлерюгенда, обергруппенфюрера СА и действующего гауляйтера Вены Бальдура фон Шираха ездил на прослушивание в Венскую оперу. Встретили русского певца в Венской опере хорошо, заплатили гонорар в 600 марок, дали возможность посетить Прагу и Варшаву, но в оперу не приняли - из-за плохого знания немецкого языка (ЦГА СПб. Ф.3355. Оп.2. Д.1. Л.54-56).


Ещё один известный советский артист из Кировского театра - танцовщик и орденоносец, партнёр Галины Улановой Михаил Дудко часто выступал на оккупированной территории в тех же концертах, что и Печковский. Позднее Дудко скажет: «Демонстрируя своё искусство перед гражданским населением, мы тем самым служили интересам немецкой пропаганды, так как создавали видимость того, будто немцы не препятствуют развитию русского искусства. Я сознаю и то, что немцы использовали факт моей службы в отделе пропаганды в своих агитационных целях. Они неоднократно подчёркивали то обстоятельство, что я, бывший советский ленинградский артист театра оперы и балета, заслуженный артист-орденоносец, перешёл к ним на службу» (Б. Ковалёв. Повседневная жизнь населения России в период нацистской оккупации. М., Изд. «Молодая гвардия», 2012).


Печковский, Дудко и ещё около тысячи советских артистов воздействовали на публику сильнее, чем прямолинейные немецкие агитки. Они внушали мысль, что немцы воюют исключительно с большевиками, а русскую культуру поддерживают. Для того чтобы донести такую мысль, не обязательно было петь дифирамбы немецкому оружию. Достаточно было петь арии Германа, русские романсы, «Степь да степь кругом...» и песенку «Чубчик» (всё это Печковский, по свидетельству очевидцев, в годы войны исполнял). Чем талантливее был артист, тем сильнее действовала пропаганда.


Анатолий Лихницкий, занимавшийся  звукозаписью  и ремастерингом вокального наследия Печковского, рассказывал: «Чем пленял дам Печковский? Когда в 1993 г. я выпустил впервые на CD записи Николая Печковского, то на презентацию в Музей театра музыки и кинематографии пришло около ста боготворивших его с молодости интеллигентного вида старушек. Они настолько были им очарованы в молодости, что большинство из них так даже и не вышли замуж».

«За возрождённое исконно русское, национальное искусство»

В 1943 году произошло событие, которое изменило отношение Печковского к немцам. Сам он в мемуарах описал это так: «В 1943 году немцы, отступая из-под Ленинграда, в моё отсутствие (я был на гастролях) увезли мою мать, обманув её. Я же наказывал ей никуда не уезжать, пока я не приеду. И когда я вернулся, то дача была пуста, а через несколько дней, когда я поехал в Гатчину узнать, в чём дело, расспрашивая, куда её увезли, мне объявили, что мать умерла и если я подпишу договор работать с немцами и выступать по радио, то мне разрешат её похоронить. Предупредили, что в противном случае я буду эвакуирован на общих основаниях; от этого предложения я наотрез отказался. А так как, находясь в Риге, я подписал контракт на "Пиковую даму", то, придя к коменданту Гатчины и предъявив контракт, я получил пропуск в Ригу. В Риге я снял комнату, но сейчас же отправился в Таллин с намерением разыскать могилу матери, так как мне стало известно, что она умерла именно там».


Правда, имеются ссылки на то, что Печковский и до этих событий симпатий к немцам не испытывал. Более того, поклонники Печковского обязательно расскажут вам о его антифашистской деятельности в тылу врага. Приведут слова Екатерины Мелеховой, воевавшей против фашистов на Ленинградском фронте: «... как-то раз потом ранения я попала в германский лазарет и Константин Николаевич спас меня, выдав за свою жену. Не немного наших людей спас он от виселицы. Партизаны часто бывали в его квартире. Ценнейшую информацию о Курской дуге он передал нашему командованию...»


Не все верят, что события развивались так, как указывала Мелехова. Расстрел сына и гибель в лагере жены не укладываются в эту версию.


Когда Печковский вновь оказался на территории, которую контролировали советские войска, ему припомнили другие эпизоды его биографии. «В редакцию антисоветской газеты "Северное слово", издававшейся в г. Ревель, я поступил при помощи народного артиста РСФСР Печковского, - рассказывал осуждённый на десять лет лагерей поэт Юрий Галь, умерший в 1947 году в лагере от туберкулёза. - Н.К. Печковский, зная, что я пишу стихи, рекомендовал меня редактору этой газеты - зондерфюреру барону фон Медем. Он работал в отделении пропаганды в Восточных областях».


Зондерфюрер Николай Николаевич фон Медем - это сын бывшего псковского губернатора  Николая Николаевича фон Медема. Медем-младший в разное время редактировал профашистские газеты «За Родину!» и «Северное слово».


Некоторые подробности из жизни Печковского со слов перебежчика Куликова описаны в книге «Дважды невидимый фронт. Ленинградские чекисты в тылу врага» (Издательский дом «Вече», 2010 год). Если верить Круглову, утроиться Печковскому на оккупированной территории помог известный боксёр - матрос и чемпион СССР в среднем весе (до 73 кг) 1940 года Олег Загоруйченко, перешедший на сторону немцев. Печковский и Загоруйченко были знакомы с довоенных времён. «Знал лиЗагоруйченко о пребывании Печковского в Карташовке ещё до своего прибытия на Сиверскую или встретился с ним во время одной из тренировочных прогулок на лыжах, я не знаю, - давал показания Круглов. - Но однажды, в январе или в феврале месяце (1942 года), Загоруйченко рассказал нам, что встретился с Печковским, что последний живёт очень плохо и испытывает крайнюю нужду в продовольствии. Он предложил нам, то есть всем проживающим на „Корниловской даче", сделать сбор продовольствия в его пользу».

Печковский почти всё время пребывания на оккупированной территории, за исключением первых месяцев, был связан с 18-й немецкой армией, входивший в группу армии «Север». У этой армии был главный разведывательный орган - отдел «1C» штаба абвера. У отдела имелось два разведывательных пункта - в Пскове и на станции Сиверская (возле посёлка Карташевская). «Корниловской дачей» именовался разведпункт абвера в Сиверской, действовавший с октября 1941 по январь 1944 года. Загоруйченко в то время как раз находился на «Корниловской даче» - учился в разведшколе абвера.


По версии самого Печковского, его творческий путь на оккупированной территории начался с 1942 года. Не хватало продовольствия и дров, и он был вынужден зарабатывать на жизнь пением: «В январе 1942 года я выступил в Гатчине с концертом для граждан, которые остались волей или неволей на оккупированной территории. Постепенно вести о моем случайном пленении дошли до Луги. Из Луги - в Псков, потом в Нарву, Таллин и в Ригу». Сроки он называет те же, что и Круглов, но Абверкоманду-112 в посёлке Сиверский, разумеется, не упоминает.


Один из первых концертов Печковский дал на станции Сиверская - в здании местной школы, превращённой в солдатский лазарет.


Очевидцы рассказывают, что каждое выступление агитбригады начиналось с благодарственного слова вождю Германии Адольфу Гитлеру «за возрождённое исконно русское, национальное искусство».


Выступления Печковского организовывала гастрольная контора «Винета» (по названию мифического города на Балтийском море), созданная весной 1941 года при министерстве народного просвещения и пропаганды Германии. В это время немцы образовали пропагандистский  отдел «Восток». Его возглавил Эберхард Тауберт (автор сценария фильма «Вечный жид»). Русский сектор возглавлял белоэмигрант майор РОА Александр Альбов (он доживёт до 1989 года и оставит после себя книгу «Начало конца»). При «Винете» существовали певческая, балетная и драматическая труппы. Артисты-пропагандисты получали солдатский паёк. Всего работало около 50 концертных бригад (около тысячи человек). Гастроли проходили почти по всей Европе - на оккупированных территориях СССР, в Германии, Италии, Франции, Бельгии, Голландии, Дании... Печковского сопровождал аккомпаниатор. В августе 1942 года «Новое время» сообщало о гастролях Николая Печковского по Эстонии: «Ему аккомпанирует юный 15-летний пианист-композитор Геннадий Подельский».


Часто это были сборные концерты. Гонорар Печковского оказался самым высоким. Сравнить его можно было разве что с гонораром Михаила Дудко или Всеволода Блюменталя-Тамарина - других «звёзд» «Винеты». И всё же Печковский получал в два с лишним раза больше, чем Дудко - 2,5 тысячи рублей за часовой концерт, а Дудко только тысячу (обычные артисты получали 300 рублей в месяц).


Одной из основных площадок прифронтовой территории был Гатчинский театр.

Печковский в труппу театра не входил, но на сцене, располагавшейся в здании бывшего Дома Красной Армии, выступал как приглашённый артист с сольными номерами. Там же летом 1943 года он за кулисами снова встретился с генералом Власовым и получил напутствие: «Желаю ещё больших успехов на пользу русского искусства».


Кроме гонорара артисты «Винеты» получали, как солдаты вермахта, продовольственные пайки: хлеб, мясо, крупы, сахар, сигареты, водку.

«Задержать и доставить в Ленинград вышеупомянутого Печковского...»

Судя по всему, главными перебежсчиками-пропагандистами в СССР считали Печковского и Блюменталь-Тамарина. Печковский пел, а известный советский драматический актёр Блюменталь-Тамарин- говорил - по радио. У него каждый вторник и четверг в 18:00 в эфир выходила своя передача. В частности, Блюменталь-Тамарин, находясь на немецком радио Варшавы, читал голосом Сталина фальшивые указы. 27 марта 1942 года Военная коллегия Верховного Суда СССР заочно приговорила его к смертной казни. Ещё заманчивее была перспектива выкрасть его и Печковского и привести в Москву или Ленинград. Для этого были созданы специальные группы, засланные в тыл немцев.

Некоторые подробности той операции описаны в книге «Внезапная и ожидаемая.

Документы Ленинградского управления НКГБ-НКВД ч.11. Абверкоманда-112 в посёлке Сиверский, Ленинградское УНКВД против Сиверской разведшколы»: «Кому-то (по-видимому, из руководства Управления) пришло в голову задержать и доставить в Ленинград вышеупомянутого Печковского, который имел дачу недалеко от Сиверской, в дер.Карташевская. Более того, параллельно с похищением Печковского предстояло ещё найти московского артиста Блюменталь-Тамарина и проделать с ним то же самое».
Контрразведывательный отдел УНКВД организовал группу под условным названием «Иван» из пяти человек, в основном эстонцев (командир Ягонен, радист Суворов, бойцы Порен, Бьеркланд и Пакки). Их забросили в тыл вместе с грузопарашютами - «для проведения операции по разведпункту немецкой разведки и немецким пособникам - Печковскому и Блюменталю-Тамарину». В тылу их уже ждал руководитель операции Копылов. 


Контрразведчики организовали основную базу на восточной стороне Баданских болот. Построили блиндаж и склад для хранения продуктов, устроили маскировку. К даче Печковского отправились для разведки двое эстонцев из группы «Ивана» - Бьеркланд и Пакки.


Но операция не удалась («Во время заготовки продуктов в одной из деревень на группу напали каратели, в результате чего погибло 3 бойца, остальные были рассеяны. Он (Копылов) оказался один и в течение месяца продвигался немецкими тылами на соединение с партизанами»).


Так что Николай Печковский попал в руки СМЕРШа только в 1944 году. Немцев выбили из Риги в октябре. Через два дня - 15 октября 1944 года - народный артист РСФСР Николай Печковский сдался контрразведке СМЕРШ Прибалтийского фронта. Примерно через неделю его доставили в Москву, где он получил 10 лет лагерей.

«Осуждён по ложному обвинению в связи с фашистами»

Лубянская тюрьма, Сухановская тюрьма, Инта... По словам Печковского, в заключении он, в основном, пел в лагерной самодеятельности, выступал в пересыльных тюрьмах и в кабинетах начальников МГБ. В 1954 году вышел на свободу и вскоре реабилитирован. Вместо судимости и службы в «Винете» в документах было написано: «С 1941 по 1954 год находился в отпуске без сохранения содержания». Орден Ленина, звание народного артиста и ленинградская квартира остались при нём.


В 1956 году начались его триумфальные гастроли - в Риге, в Омске... Но в том же году триумф закончился. Снова вспомнили о его триумфальных гастролях в 1942-44 годах. На советскую большую сцену его решили не выпускать, и он продолжал петь не в филармониях и театрах, а только в клубах - без афиш. Зарабатывал не только пением, но и педагогикой - с 1958 года вёл кружок самодеятельности при ленинградском Доме культуры им. А.Д. Цюрупы.


Умер Печковский в семьдесят лет - в ноябре 1966 года. Этому предшествовал демарш. Печковский отправился в Москву к начальству, от которого зависело - выступать ему на большой сцене или нет. Там он выложил на стол ор

 

ден Ленина и потребовал объявить в печати, за что его наказывают, и отправить его обратно в лагерь.


Поднимать шум и объявлять Печковского предателем начальство не захотело. Удобнее было замять конфликт. Список советских артистов, сотрудничавших с оккупантами, был огромен. В конце концов, Печковский требовал не радио или телеэфиров, а всего лишь выступления в залах, куда придёт тысяча человек. Выступать ему, так и быть, разрешили - и в Москве, и в Ленинграде. Рассказывают, что после ленинградского концерта в филармонии восторженная публика вынесла его на руках, а движение на Невском проспекте было перекрыто. Возможно, это некоторое преувеличение. Но последние месяцы его жизни действительно были похожи на тридцатые годы, когда он был «в зените славы».


После обряда отпевания в Николо-Богоявленском соборе настоятель храма отец Александр (Медведский) произнёс: «Он не зарыл свое дарование, а послужил народу и искусству... Господи! Лежащий здесь во гробе, уносил нас в заоблачные дали, в царство несбыточной мечты...»


Большая часть новой публики, родившейся после войны, о Печковском вообще ничего не слышала. А те, кто слышали и помнили, не всегда понимали, в какой именно «долгосрочный отпуск» он уезжал.


И по сию пору отдельным любителям оперы до конца не понятно, что же с ним произошло. Хотя официальная точка зрения существует: не судим, «осуждён по ложному обвинению в связи с фашистами», реабилитирован.


Очевидно одно: определённости, чтобы там ни писали, нет до сих пор. Но это тот случай, когда без неё не обойтись. Если он предатель, но конкурсы его имени неуместны. Достаточно его записей и книг о нём. В 2005 году в Петербурге выпустили монографию  Германа Поплавского «Прометей оперной сцены. Жизнь и сценическая деятельность Николая Константиновича Печковского». Вот отрывок: «Один из любимейших учеников К. С. Станиславского, воспринявших его «систему», Печковский в своём творчестве органично соединил искусство пения и искусство драмы, создав уникальный, только ему присущий метод сценического существования, органично ощущая «роль в себе» и «себя в роли».


Если же он занимался подпольной деятельностью, то здесь тоже нужная бОльшая определённость. Какая у него была «роль в себе?» Разрозненных сведений о том, что он кого-то спас, недостаточно. Тем более что тут же рождается контраргумент: Печковский не хотел складывать яйца в одну корзину. Когда в 1943 году стало понятно, что Германия, скорее всего, потерпит поражение, некоторые коллаборационисты принялись зарабатывать репутацию, которая позволила бы им избежать максимального наказания в СССР.


***
На постаменте его памятника, установленного на могиле Шуваловского кладбища, высечено: «Пусть умер я, но над могилою гори, сияй, моя звезда».


Звезда до сих пор сияет, хотя и не так ярко, как бы, наверное, хотел «прометей оперной сцены».


Впереди нас ещё ждут большие памятники Печковскому и художественные фильмы о нём.

 14.

ОТСУТСТВИЕ СОСТАВА
(«Городская среда», 2019 г.)

Сотрудничество с врагом во время кровопролитной войны может выражаться разными способами. Не обязательно, к примеру, носить форму полицая, чтобы считаться коллаборационистом. Не обязательно кричать на каждом углу «Хайль, Гитлер!». Достаточно заниматься своим делом под крылом у оккупантов. /.../

 

14.

МУХОМОР-КРАСАВЕЦ
(«Городская среда», 2019 г.)

Немецко-фашистским оккупантам было важно создать иллюзию нормальной жизни

Когда я в 2016 году искал информацию о родившемся в городе Острове Псковской губернии писателе Евгении Шведере, то попутно натыкался на упоминание о других людях по фамилии «Шведер». «Шведер Виктор Иосифович. Родился в 1895 году в городе Пскове; немец; образование н/высшее; научный сотрудник... Арестован 28 марта 1933 г. Приговорён постановлением Тройки как член контрреволюционной организации к 5 годам исправительно-трудовых лагерей, умер 22.06.1952 г.; Шведер Константин Иосифович. Родился в 1888 году в городе Пскове; русский; начальник эксплуатации Уссурийской ж/д. Арестован 09.05.1931 г.; Постановлением Тройки при ПП ОГПУ ДВК от 08.07.1932 г. приговорён к 10 годам концлагеря. Находясь в заключении, повторно привлечён к суду и приговорён Военной Коллегией Верховного Суда СССР, выездной сессией 19 июня 1937 г. по обвинению по ст. 58-1а-8-9-11 УК РСФСР. Расстрелян в тот же день - 19 июня 1937 г». Но мне нужен был Евгений Иосифович Шведер. Его не расстреляли. Он умер в тюрьме от сердечного приступа в 1946 году.

«СССР - смерть Сталина спасёт Россию»

О Евгении Шведере сегодня известно многое (подробную статью написал краевед Натан Левин). Но это, в основном, касается его дореволюционной деятельности или публикаций 20-30-х годов. Родился в Острове в 1879 году. Сдал экзамен в 1-й класс Псковской мужской гимназии, но почти сразу же перевёлся Динабургское реальное училище. В январе 1893 года снова перевёлся - во 2-й класс Псковского Сергиевского реального училища, где остался на второй год...

Известность Шведер получил как детский писатель. Но ведь арестовали его не это, а за сотрудничество с  «Днепропетровской газетой» (вернее, с изданием «Дніпропетровська газета»), которую издавали на оккупированной фашистами территории коллаборационисты. Шведер в эту газету писал статьи... Газет, подобных «Днепропетровской газете»,  пришлось читать немало. Писали они примерно одно и то же. Про то, как хороши фашисты и как плохи большевики и евреи.

Про большевиков и придумывать ничего не требовалось, особенно когда это касалось репрессий, уничтожения храмов и т.п. Фашистов и их пособников эти газеты бесстыдно восхваляли в том же духе, в каком совсем недавно восхвалялись большевистские вожди. Часто это делали те же журналисты, переходившие на службу фашистам целыми редакциями советских газет. Иногда даже название не требовалось менять.

Немецкие оккупанты любили использовать не только название типа «Правда», но и привычный шрифт. Вместо портрета Сталина ставили портрет Гитлера и сочиняли привычные агитки. Похожим образом поступали участники агитбригад и «народных домов». На оккупированной территории нынешней Псковской области показывали спектакли типа «СССР - смерть Сталина спасёт Россию» (в пьесе, написанной автором из Дно, говорится о том, как солдаты РОА арестовали Сталина).

Расшифровку аббревиатуры СССР как «СССР - смерть Сталина спасёт Россию» придумали совсем не в Дно. Такая шутка ходила в народе с 30-х годов. В войну иллюстрированная газета Русской освободительной народной армии (РОНА) «Боевой путь» выходила с таким же эпиграфом: «Смерть Сталина Спасёт Россию». 

Русскоязычные газеты, выпускавшиеся с ведома и под покровительством немецких фашистов на оккупированной территории, были переполнены статьями, подобными этой: «Долг каждого русского человека - до последней капли крови, всеми возможными средствами бороться против иудо-большевизма и его союзников ради освобождения и защиты нашей Родины и всей Европы от позорного иудейского рабства...». К «иудо-большевикам агитаторы добавляли ещё и «англо-американцев».

«Присутствие немецкой пропаганды на оккупированных территориях...»

Новгородский историк Борис Ковалёв в книге «Повседневная жизнь населения России в период нацистской оккупации» и в своих выступлениях рассказывал о редакторе одной из самых известных профащистских газет - печатавшейся в Риге газете «За родину» Анатолии Петрове (настоящее имя - Фёдор Лебедев), ранее возглавлявшем главную газету Псковского округа «Псковский колхозник» (до этого она называлась «Псковский набат», а потом «Псковский рабочий» и «Псковская правда»). Ковалёв рассказывал, что редакция «Псковского колхозника» целиком перешла в коллаборационистскую газету.

Это важно помнить: после оккупации немцами Пскова редакция главной коммунистической советской газеты Пскова перешла на сторону оккупантов и продолжила заниматься тем же самым - пропагандой, только на этот раз - гитлеровской.
Потом Лебедев (он же - Тарасов, он же - Петров) пошёл на повышение - в газету «За Родину!», а в начале 1944 года стал ответственным редактором нарвской профашистской «политико-литературной газеты» «Северное слово».

Петров (Лебедев) после изгнания фашистов переехал в Германию и в феврале 1957 года стал заведующим отделом пропаганды Центрального объединения политических эмигрантов из СССР (ЦОПЭ) в Мюнхене.

Профашистских газет в то время на оккупированной части СССР печаталось множество. В одной Эстонии издавалось как минимум шесть газет на русском языке. Примерно половина предназначалась для Гдова, Печор, Пскова... («Гдовский вестник», «Псково-Печерский благовест», «Новое время», «Северное слово», «Новости недели», «Светлый день»).

Бывший сотрудник Псковской миссии Ростислав Полчанинов, год прослуживший в Пскове, рассказывал: «Присутствие немецкой пропаганды на оккупированных территориях чувствовалось везде и на каждом шагу. В её ведении была вся культурная жизнь, школы, библиотеки, театры, радиовещание». Причём, пропаганда означала не только славословия в адрес германского оружия. Издавались и переиздавались на русском языке книги, в СССР запрещённые. Полчанинов упоминает «Протоколы Сионских мудрецов», «У истоков великой ненависти» (очерк по еврейскому вопросу)» Александра Мельского, роман Петра Краснова «Белая свитка», книги Ивана Солоневича, Юрия Солоневича, повесть Николая Лескова, «Жидовская кувырколлегия. Повесть. Об одном кромчанине и о трех жидовинах»...

Но кроме антисемитской и антисоветской литературы требовалась и более нейтральная, создающая иллюзию спокойной жизни. И здесь перо Шведера оказалось востребовано. Он ведь до революции издал около 150 книг как писатель как иллюстратор. Почти в каждой профашистской газете имелись литературные рубрики - и в псковских, и в нарвских, и в днепропетровских.

После Петрова (Лебедева) рижско-псковскую газету  «За Родину!» возглавил ещё один бывший сотрудник «Псковского колхозника» Григорий Хроменко (Хроменко, в недалёком прошлом - член Псковского ГК ВКП (б)). Кроме этого он в годы оккупации редактировал печорское «Новое время» и газету «Доброволец» (орган власовской РОА), сочинял брошюры типа антисемитской «Вечное зло». Как и Лебедев (Петров), после войны Хроменко жил и умер в Германии.

Не всем перебежчикам удалось уйти от ответственности. Например, некоего Игоря Свободина (того самого, что в Пскове взял интервью у генерала Власова) партизаны выкрали из редакции в Пскове и повесили на шоссе Ленинград - Киев.

«Гастрольная поездка по одному прифронтовому району»

Евгению Шведеру, который в начале войны оказался далеко от Пскова - в Днепропетровске, не обязательно было сочинять для «Днепропетровской газеты» агитки в духе «убей большевика». Очень скоро немецкая пропаганда стала тоньше. Хотя детские спектакли вроде «Толстого жидёнка» тоже демонстрировались. Но оккупантам было важно создать иллюзию нормальной жизни, для чего требовались спектакли по русской классике, концерты русских романсов, вроде бы аполитичные детские представления, исторические экскурсы в дореволюционную жизнь. Шведер же был детским писателем. Писал сказки, просветительские книги о животных и птицах. «Котофей Котофеевич и его семейство», «Приключения Бульдошки»... До революции много сотрудничал с псковскими газетами. Публиковался в «Псковском телеграфе», «Псковской газете», «Псковитянине», «Псковской жизни»... Печатался под своей фамилией и под псевдонимами Е. Псковский, Е.Ш., Левкоев, Сергей Левкоев, Свой... Его умения вполне могли пригодиться и при новой власти.

Это текст не о Шведере, а о том, что такое коллаборационизм. Считается ли сотрудничеством с врагом, если ты печатаешь свои аполитичные статьи рядом с призывами к насилию? Сотрудничаешь ли ты с оккупантами, если играешь на сцене спектакли по пьесам Чехова и Островского или показываешь акробатические номера? И вообще, можно ли акробатическими кульбитами агитировать за Гитлера?

Возьмём номер профашистской газеты «За Родину!», статью «Год работы Псковского театра». Юбилейный отчёт. 

«В конце истекшего года Псковский Малый театр отметил годовщину своего существования. За год работы театр добился больших успехов. Он по праву стал культурным центром города, куда псковичи в часы, свободные от их трудовой деятельности, приходят на концерты, спектакли, кино. Нет такого дня, чтобы в Псковском Малом театре не шёл какой-нибудь спектакль или же не демонстрировался какой-нибудь фильм!

Казалось бы, никакой профашисткой агитации. Концерты, спектакли, кино.

«За год работы театру удалось собрать и объединить количественно и качественно значительные творческие силы. Первое место среди них по праву принадлежит группе солистов, объединенных в так называемую «концертную бригаду». В нее входят многие бывшие артисты ленинградских театров, имена которых хорошо известны всем.

Среди солистов больше певцов: Э. Богданова, И. Корнилов, И. Зарикто, В. Чиколини, М. Боровцова. В последнее время группа вокалистов получила пополнение в лице молодой певицы Е. Белоусовой.

Танцовщиц при театре две: награжденная недавно германским командованием военным орденом Наташа Натова (Н. Юргенс) - исполнительница характерных танцев и Н. Гакуц».

Будни и выходные оккупированного города. Песни, танцы, концертные бригады...
«Солисты, объединённые, как сказано выше, в так называемую концертную бригаду, часто выезжали в другие города. Псковских артистов знают уже в Луге, Гатчине, Гдове, Острове, Новгороде, Порхове, Дно, Шимске, Сольцах и во многих других населённых пунктах освобождённых от большевиков областей. Часть псковских артистов недавно дала несколько концертов в Риге, где была очень тепло принята требовательной публикой».

Ни одного упоминания немцев. Хотя немцы здесь подразумеваются как «освободители».

«Большое место в работе Псковского театра занимает драматическая труппа, руководимая режиссёром Николаевским. В ней немало профессиональных актёров и много способных любителей. Некоторые из них лишь недавно влились в состав труппы. Из отдельных актеров выделяются, помимо самого Николаевского, Донская, Красиков, Мелентьева, Райхман, Боголюбов, Николаевская, Родионов, Боровцова.

Драматическая труппа - один из самых деятельных творческих коллективов, существующих при театре. За время своего существования участники труппы поставили большое число театральных постановок: «Женитьбу» Гоголя; «Лгунью» Никодими; «На бойком месте», «Не было ни гроша, да вдруг алтын», «Василису Мелентьеву», «Счастливый день» Островского; «Полтавского дядюшку» Рассохина, «Соломенную шляпку» деЛябиша; «Трактирщицу» Гольдони и другие, не считая водевилей. Драматическая труппа тоже побывала во многих городах, а ранней осенью она совершила гастрольную поездку по одному прифронтовому району, где выступала непосредственно в бункерах.

Большую популярность приобрёл в последнее время у псковских зрителей ансамбль добровольцев. В его составе немало способных певцов, музыкантов, танцоров, а именно: танцор и акробат Г. Фаддеев, певец Е. Григорьев, музыканты М. Корсунский, К. Соколов, В. Акимов, Ф. Дулин, танцовщицы и танцоры А. Степанова, Г. Васильева, Н. Тарновская, В. Краснов, акробатка Ш. Янбухтина...»

Даже в этой коротком отрывке называется человек двадцать. А далее рассказывается о виолончелисте, артисте-юмористе, пианистке, скрипаче, целой балетной труппе и Кукольном театре. Завершается всё дифирамбами в адрес Псковского Малого театра: «В последнее время в театре проведены значительные работы по переоборудованию зрительного зала, выполненные художниками Г. Кюи и Б. Гайко. Благодаря им зал театра принял более нарядный вид, и все постановки драматической труппы, а также концерты проходят теперь при высоком художественном оформлении. Особо следует отметить энергичную деятельность неутомимого и способного директора театра Александра Михайловича Миронченко, которому театр обязан значительной долей своих успехов. Это человек, отдающий театральной деятельности всё свое время. Опытный и сведущий в театральном деле, он является незаменимым и долголетним руководителем Псковского театра».

По-моему, очевидно, что все эти акробаты, певцы, юмористы, скрипачки и драматические артисты - коллаборационисты. Если они, конечно, не были внедрёнными разведчиками и диверсантами. Именно они создавали в силу своих скромных и нескромных талантов атмосферу нормы там, где творилось зло, которому нет оправдания.

В «Книге памяти Псковской области» Александр Миронченко фигурирует как «жертва репрессий (геноцида) советского режима»: «Проживал: г. Пскове. Арестован: 11 апреля 1946 г. Приговорён: Псковский облсуд 30 июня 1946 г., обв.: по ст. 58-3 УК РСФСР. Приговор: 10 лет л/с. Реабилитирован 1 марта 1992 г».

 «Молодёжь с радостным видом добровольно едет в Германию»

О  сотрудничестве Евгения Шведера с профашистским изданием «Дніпропетровська газета» (главный редактор - Евгений Савченко) обычно не упоминают.  Причина понятна: слишком долго объяснять, что именно Шведер делал в профашистской газете и почему его потом реабилитировали в постсоветской России. Проще сделать вид, что этой страницы жизни не было.

Но нельзя забывать, что сотрудники и авторы «Днеппропетровской газеты» и всех похожих изданий в то время были пропагандистами разной степени неистовости. Для редакторов и ведущих журналистов регулярно проводился инструктаж. Инструкции давали представители министерства пропаганды и министерства оккупированных территорий. Они определяли:  как и что публиковать. Важная роль отводилась материалам о «счастливой жизни в Германии», куда отправлялись многие жители оккупированного Днепропетровска. Пропаганда в Днепропетровске велась тогда теми же способами, что и в оккупированном Пскове (А. Семёнов. «Остаюсь жить без признаков жизни...» // «ПГ», ).

Редакция «Днепропетровской газеты» разместилась в бывшем здании губернской земской управы  (на перекрестке ул. Рогалева и Демьяна Бедного).  Подробнее о немецкой пропаганде можно прочесть в материале «Немецкая пропаганда на Украине» (Михайлюк М.В. Немецкая пропаганда на Украине (1941-1944) // Проблемы отечественной истории: Источники, историография, исследования: Сб. науч. ст. - СПб. - Киев - Минск: Санкт-Петерб. ин-т истории РАН; Институт истории НАН Украины; Белорусский гос. ун-т, 2008. - С. 593-621»).

Оккупационной администрацией проверялось и утверждалось всё. Контролировалась пресса, содержание афиш, объявлений, вывесок, грампластинок, книг, программ концертов и публичных выступлений... Огромное значение имела наглядная агитация - пропагандистские лозунги, плакаты, карикатуры с названиями типа «Молодёжь с радостным видом добровольно едет в Германию» или «Земля под сапогом еврея».
«Все оккупационные газеты составлялись по одинаковому образцу, - анализировал профашисткую прессу историк Игорь Красильников. - Лицевые полосы были посвящены официальным сообщениям германских властей и положению на фронте. Далее, как правило, шли рассказы о «новой жизни», статьи и очерки, критикующие советский строй. Последние страницы отводились под размещение рекламы, сообщения о культурной жизни. При этом можно отметить, что в различных газетах печатались одни и те же статьи и сообщения. Материал для большинства газет поставляло созданное в Берлине специальное пресс-бюро» (Красильников И.Б. Состояние образовательных и культурно-просветительских учреждений Смоленской области в период немецкой оккупации. «Известия Смоленского государственного университета», № 1(5), 2009).

Однако имелись и особенности, связанные с национальным составом. Например, в «Днепропетровской газете» печаталась Історія запорозьких козаків, в псковских газетах не слишком уместная.

На Украине в это время немецкая пропаганда делала акцент на украинской культуре и языке. Служебным языком в украинских учреждениях в 1941-43 годах стал украинский язык. Вышел приказ № 229 от 4-го июля 1942 года. Он обязывал  всех рабочих Днепропетровска посещать курсы по украинскому языку. «Днепропетровская  газета» тоже выходила на украинском языке. А в русских газетах, выходивших в Пскове или в Эстонии и Латвии (но тоже для псковичей) печатались материалы из истории Псковского края.

«Дніпропетровська газета», с которой  в годы оккупации сотрудничал Евгений Шведер, имела тираж от 15 и 25 тысяч экземпляров. Первополосные названия броские: «Панiка в Москвi», «Адольф Гiтлер - творець новоi нiмеччини» и, конечно, «Взяття Москвы неминуче». Много крупных портретов Гитлера (иногда, для, разнообразия, Тараса Шевченко), карикатуры на большевиков...

Шведер, в отличие от многих других литераторов, никогда не отличался политизированностью. Кроме детских сказок («Записки серого мышонка», «Мухомор-красавец») он с дореволюционных времён публиковал рецензии на книги Ивана Шмелёва, Ивана Бунина, писал краеведческие и исторические очерки для детей, книги и очерки об известных людях (Ломоносове, Пушкине, Гаршине). В оккупационных изданиях такие умения тоже были востребованы. Тем более что у Шведера всегда была специализация. Он работал для детей и молодёжи. Немецкая пропаганда тоже во многом ориентировалась на молодёжь (по разным оценкам от 75 тысяч до 100 тысяч днепропетровцев, в основном, молодёжь, угнали на работы в Германию).

Чтобы понять, в какой атмосфере оказались жители оккупированного Днепропетровска - потенциальные читатели «Днепропетровской газеты», важно вспомнить, что в ботаническом саду Днепропетровского университета 14 октября 1941 года было расстреляно около 11 тысяч мирных жителей. Вернее, из-за экономии боеприпасов расстреливали не всех. Маленьких детей бросали в овраг живыми. Это было еврейское население. На месте дома № 39 по улице Янгеля за два года в противотанковом рве расстреляли больше 20 тысяч днепропетровцев. И за это же время немцы в Днепропетровске расстреляли около  30 тысяч советских военнопленных (на территории Тихвинского женского монастыря).

Так что пропагандистам из «Днепропетровской газеты» приходилось непросто. Они создавали иллюзию мирной жизни на «освобождённой территории и иллюзию скорой и неминуемой победы «освободителей-немцев».

«Всё ложь... ложь от начала до конца»

Напоследок остановимся на двух довоенных рассказах Шведера. Первый - что-то вроде стихов в прозе, называется «Левкои». Для Шведера левкои были чем-то важным, иначе бы он не взял псевдоним «Левкоев». Рассказ заканчивается словами: «...Левкои умирают... Их нежный опьяняющий аромат заползает тонкою, ядовитою струйкою в душу... Мне хочется выбросить, уничтожить эти цветы... Только зачем? Разве они не явятся, не зацветут снова, свежие, ароматные и таки же отравленные? Отчего это только она светлая, лучезарная молодость отцветает навсегда, без возврата?..»
А второй рассказ называется «Ложь»: «Всё ложь, - думал он, - ложь от начала до конца, ложь всюду и во всем, медленная, ядовитая, разъедающая... И сам ты лжёшь и так же всюду, везде, на каждом шагу... Вся твоя жизнь, от начала до конца, сплошная ложь... Где в чём ты был искренен? Нигде и ни в чём!..

- А твое писанье? Разве это не та же ложь, красивая и отравленная? Ты лжёшь, стараясь обмануть самого себя... Нет, это неправда! А где эти твои, тобою же вымышленные, страдания, где те муки души, о которых ты пишешь?..»

В 1998 году, как уже говорилось, российская прокуратура оправдала автора сказки «Мухомор-красавец» Евгения Шведера «за отсутствием в его действиях состава преступления».

Сегодня имя Евгения Шведера появляется в рубриках с названиями вроде «Возвращённые имена». О нём пишутся статьи. Снимаются телевизионные сюжеты. Артист Евгений Сидихин в 2017 году снялся в шестиминутной программе «Писатели России Евгений Шведер», где говорится о «псковской писателе Евгении Шведере». Сидихин прочёл его рассказ «Из прошлого».

В этом «прошлом», конечно же, места для информации о «Днепропетровской газете» не нашлось.

 

 15.

ПРОПАГАНДИСТСКАЯ МЕШАНИНА
(«Городская среда», 2019 г.)

Исторические дискуссии на тему советской истории, как правило, заканчиваются не начавшись. Чтобы полноценно дискутировать, надо, для начала, иметь хоть какие-то точки соприкосновения. 

Характерный пример - события 22 сентября 1939 года в Бресте. Казалось бы, это тот редкий случай, когда у нас есть в распоряжении документы, кинохроника, фотографии, мемуары (включая мемуары главных действующих лиц). Но даже в этом случае дискуссия невозможна.

Что произошло 22 сентября 1939 года в Бресте? Если верить мемуарам одного из организаторов - советского комбрига Семёна Кривошеина, то это был парад. О том же говорил другой участник - немецкий генерал Гейнц Гудериан, написавший что это был Deutsch-sowjetische Siegesparade in Brest-Litowsk (совместный парад вермахта и РККА в Брест-Литовске).

В материалах кинохроники и на многочисленных фотографиях мы видим именно парад, то есть прохождение торжественным маршем по центральной улице города подразделений XIX моторизованного корпуса вермахта (командир корпуса - генерал танковых войск Гейнц Гудериан). За немецкими войсками следует 29-я отдельная танковая бригада РККА.

Однако сталинисты и им сочувствующие утверждают: ничего подобного. Мало ли что написал Кривошеин? Тот же аргумент, в случае других событий, применяется многократно. Мало ли что написала газета «Правда»? Мало ли что сказал МолотовСталин... Они на самом деле не то имели в виду.

Не парад это был, а церемония вывода немецких войск из Бреста. Это версия сталинистов.

Действительно, прохождение военных частей в Бресте являлось частью официальной процедуры передачи бывшего польского города Брест и Брестской крепости советской стороне. Но разве от этого парад перестаёт быть парадом?

К тому же, не следует вырывать из исторического контекста одно единственное событие и рассматривать его отдельно. Важно знать, что этому параду (проводам) предшествовало и что последовало за ним.

Кривошеин не хотел проводить парад (официальное объяснение - усталость войск после марш-броска). Но Гудериан настаивал. Решили, что оба командира будут стоять на трибуне, а мимо пройдут походные колонны германских войск. Советские войска своими знамёнами салютуют проходящим частям. Оркестры исполняют военные марши... У Гудериана это описано так: «Наше пребывание в Бресте закончилось прощальным парадом и церемонией смены флагов в присутствии комбрига Кривошеина»). В некоторых документах той поры то же самое событие обозначено как «торжественный марш» (Vorbeimarsch).

Владимир Мединский в своей книге «Война. Мифы СССР. 1939-1945» пишет, что парада в Бресте «попросту не было». Кинохронику он объясняет «искусным киномонтажом» («конечно, не Ленни Рифеншталь, но школа, школа...»). С фотографиями у Мединского всё ещё проще: «фантасмагорическая ложь, выдумка и фотошоп того времени». Эти слова противоречат ещё одной версии. Некоторые «исследователи» называют события 22 сентября 1939 года «церемонией вывода немецких войск под наблюдением советских представителей».

Но Мединскому этого недостаточно. Ему ближе версия киномонтажа. Впрочем, те и другие войска всё же маршировали по Бресту, - признаёт Мединский. Однако в разное время. Поэтому «тени пляшут». По версии Мединского, военная техника отбрасывала тени вперёд и налево, а советская - вперёд и направо.  «Есть в этом что-то сюрреалистическое, - сказано в книге министра культуры РФ, -... что-то от знаменитых кадров высадки американцев на Луну».

Заодно Мединский «поддел» и американцев. Таков уровень дискуссии.  В той вульгарной школе «исторической науки», к которой принадлежит г-н Мединский, человек на Луну ещё не высаживался.

Книги, подобные «историческому труду» «Война. Мифы СССР. 1939-1945», предназначены для тех, кто готов верить авторам на слово. Сказано же «тени пляшут» - значит, пляшут. Других доказательств не требуется. Чуть что - фотошоп (это универсальное объяснение, оно применяется вплоть до «опровержений» гибели псковских десантников в Донбассе).

Тему парада или торжественного марша обсуждают так, словно это был единственный случай сотрудничества фашистской Германии и СССР. Как будто немецкие корабли не заходили в советские порты. Как будто СССР не поставил в 1939 - 1941 году в Германию огромное количество нефти, стратегического сырья и продовольствия. Это вам не парад-марш-проводы.

Война СССР и Германии была на носу, а Политбюро снова собралось, чтобы принять такой документ:

«Выписка из решения Политбюро ЦК ВКП(б)»: ПЗЗ/176, 03.06.41г

1. Разрешить Наркомвнешторгу из особых запасов произвести поставку в Германию во исполнение договора: - меди 6 000 тонн, никеля 1 500 тонн, олова 500 тонн, молибдена 500 тонн, вольфрама 500 тонн

2. Разрешить УГР выдать Наркомвнешторгу 300 тонн молибден-концентрата с содержанием металла 51 % в обмен на ферромолибден по коэффициенту содержания. "Пост. СНК № 1461-532сс. 3/VI-41г"
- за 1940г Германия получила 657 тыс.т нефтепродуктов из 31,1 млн.т нефти добытой СССР и почти 1 млн.т зерна из 95,6 млн.т собранного урожая в СССР.

Проще всего назвать это фейком и продолжать утверждать, что Советский Союз вступил во Вторую мировую войну только 22 июня. А всё, что было до того, особенно в Польше, по версии Мединского, являлось не войной, а было «инкорпорацинй и возвращением части польской территории» (однако даже Мединский признаёт, что Сталин умело стравил Англию и Францию с Германией).

Замечательное словечко - «инкорпорация», то есть «присоединение к государству новой территории, представлявшей ранее независимое государство».

Если вам не нравятся понятия «захват» или «аннексия», то применяйте слово «инкорпорация». Оно оправдает всё что угодно.

Мы не присоединяли, мы возвращали. После таких объяснений какое может быть продолжение «дискуссии»? Оппонент повержен.

По версии Мединского, связи между договором Молотова-Риббентропа и нападением на Польшу 1 сентября 1939 года нет, потому что Гитлер утвердил дату нападения ещё в апреле). А все боестолкновения Красной Армии с поляками носили «случайно полицейский характер».*

Запомните всего несколько универсальных слов и фраз: «полицейский характер», «инкорпорация», «походный марш», «учения», «фальшивка», «фотошоп», «вброс», «передёргивание» и применяйте их во всех спорных случаях. Это позволит вам отбиться от самых, казалось бы, бесспорных аргументов.

 

*Подробнее о этом читайте здесь: Великая Отечественная или Вторая Мировая: возможен ли пересмотр итогов. 14.05.2012. https://echo.msk.ru/programs/klinch/887586-echo/

 16. 

ЗАПУТАННЫЙ ПУТЬ К ПОБЕДЕ
(«Псковская губерния», 2019 г.)

Любую войну можно предотвратить - если в ней кровно не заинтересованы лидеры стоящих на пороге войны государств

Листаем первый январский номер газеты «Правда» 1940 года. Редакционная статья с характерным для той эпохи поздравлением («С Новым годом, товарищи! За дальнейшие победы социализма в третьем году третьей сталинской пятилетки!»), большой материал под названием «Поток приветствий товарищу Сталину в связи с 60-летием со дня рождения», объявление о премьере в Кировском театре балета Сергея Прокофьева «Ромео и Джульетта», карикатура Кукрыниксов на Лигу Наций, сообщение германского информбюро и, внимание, «Новогоднее воззвание Гитлера». В этом номере фюрер был единственным иностранным лидером с новогодней речью. Да и советские лидеры в главной газете страны в первом номере «Правды» новогодними речами не отметились. Зато новому советскому союзнику Адольфу Гитлеру слово предоставили.

«В течение многих столетий Германия и Россия жили в дружбе и мире»

Гитлеровское воззвание, подробные выдержки из которого опубликовала «Правда» в №1 (8047)1940 года, было как бы антивоенным. Адольф Гитлер любил цеплять на себя маску миротворца. Но долго на его физиономии эта маска не держалась - спадала прямо на глазах. Фюрер «разоблачал» руководителей «плутократических государств». «Конечной целью они (Великобритания и Франция - Авт.) объявили не восстановление Польши, а устранение моей персоны, что означает искоренение национал-социализма», - объяснял Гитлер активность германских войск в 1939 году.


Советское руководство на рубеже 1939-1940 годов тоже не было заинтересовано в искоренении национал-социализма. Гитлер был нужен для того, чтобы максимально ослабить позиции буржуазных государств Запада. Подшивки главной газеты СССР это подтверждают. Фашистская Германия - политический союзник и экономический партнёр. Великобритания, Франция и поддерживающие их США - агрессоры. Всё предельно ясно и без всяких оттенков. Народу должно быть понятно, где свои и где чужие. Поэтому советские газеты того времени наполнены профашистскими материалами - такими как «Выступление Геббельса» («Правда», 2 марта 1940 г., № 61 (8107)), «Приказ Гитлера» (15 июня 1940 г. № 165 (8211)), некритическими  выдержками из немецкой газеты Völkischer Beobachter («Фёлькишер беобахтер») - «Боевого органа национал-социалистического движения Великой Германии» и тому подобным.


Читатель, слепо доверявший газете «Правда» и не пользующийся другими источниками информации, наверное, мог бы сойти с ума. Ещё недавно фашистская Германия официально считалась врагом. Людей только за одно безосновательное подозрение в сотрудничестве с фашистами безжалостно расстреливали.* Но с конца августа 1939 года Гитлер на страницах советских газет превратился в миротворца и союзника.


«Германский народ не желал этой войны, - объяснялся Адольф Гитлер в «Новогоднем воззвании», имея в виду войну, которую позднее назовут Второй мировой, - ...но западные державы не отступали от своих планов уничтожения Германии. Эти господа заинтересованы в войне. Следовательно, они её получат... Пусть 1940 год принесёт решение... Мы имеем ясную цель в нынешней войне: Германия и вся Европа должны быть освобождены от постоянной угрозы насилия, которое исходит как от старой, так и от новой Англии...новая Европа не должна быть создана силами дряхлеющего мира...»


Сталин в то же самое время произносил почти те же слова: «Не Германия напала на Францию и Англию, а Франция и Англия напали на Германию, взяв ответственность за нынешнюю войну».**


Ещё одна речь Гитлера была опубликована в газете «Правда» через месяц - 1 февраля 1940, №31 (8077). Материал под незатейливым названием «Речь Гитлера». Та же лживая риторика без малейших признаков со стороны редакции сделать хоть какой-нибудь критический комментарий. Да и зачем? Гитлер говорил почти слово в слово то, что заявляли тогда же советские пропагандисты: «В 1939 году западные державы сбросили маску и объявили Германии войну. Они объявили нам войну, несмотря на все наши усилия предотвратить её... Они хотели войны. Я протянул руку, они отвергли её. Они кричали: «Никакого примирения, никакого соглашения, только борьба». Хорошо, они получили эту борьбу... В течение многих столетий Германия и Россия жили в дружбе и мире. Почему этого не может случиться и в будущем? Я думаю, что это возможно, потому что этого хотят оба народа. Всякая попытка британской или французской плутократии спровоцировать нас на столкновение обречена на неудачу...»


Правда, имелась одна неувязка. Граждане СССР ещё не успели забыть, что Россия и Германия в течение нескольких столетий в дружбе и мире НЕ жили. Достаточно вспомнить Первую мировую войну. Полстраны эту войну отлично помнили. Как помнили и немецкие оккупационные войска на своей территории (например, в Пскове в 1918 году). А для тех, кто забыл или родился позже, существовали фильмы, книги, спектакли, учебники, статьи в энциклопедиях. Поэтому в СССР была сделана титаническая попытка избавиться от народной памяти. Дошло до того, что принялись запрещать произведения о войне с Пруссией середины XVIII века и любые другие упоминания о войнах между Россией и Германией. В Москве прекратили показ антинацистского фильма 1938 года «Профессор Мамлок» режиссёров Адольфа Минкина и Герберта Раппапорта по одноимённой пьесе Фридриха Вольфа с Семёном МенжинскимОлегом ЖаковымЮрием ТолубеевымБорисом Тениным и Василием Меркурьевым. По сюжету аполитичный хирург Мамлок, по национальности - еврей, старается не замечать прихода к власти Гитлера, а своего сына, который не просто заметил, но и примкнул к движению сопротивления - выгоняет из дома. Но наступает время, когда нацисты заинтересовались персоной самого профессора Мамлока.


Неуместным на полтора года оказался даже популярнейший фильм «Александр Невский» Сергея Эйзенштейна, вышедший в прокат 800 копий. Запретили художественный фильм 1938 года «Семья Оппенгейм» режиссёра Рошаля Григория - экранизацию романа Лиона Фейхтвангера «Семья Опперман». В театре им. Вахтангова сняли с репертуара спектакль по пьесе Алексея Толстого «Путь к победе» (о германской интервенции в годы Гражданской войны). Алексей Толстой написал пьесу «Путь к победе» весной 1938 года, а осенью вдогонку ещё и политический антифашистский памфлет «Чёртов мост». В 1938 году за это давали премии, а осенью 1939 года авторов ждали неприятности.


Подробнее о цензурных запретах, связанных с заключением в сентябре 1939 года советско-германского договора о дружбе и границе, написано у доктора исторических наук Владимира Невежина в книге «Если завтра в поход».*** Запрещали статьи в энциклопедии (вырезались цензурой), запрещались книги, песни...  В книге «Если завтра в поход» рассказывается о том, как советские власти в Ленинграде изъяли подготовленный для журнала «Литературный современник» (1939. № 7-8) оттиск статьи академика Евгения Тарле «Фашистская фальсификация исторической науки в Германии». Цензура посчитала недопустимыми высказывания вроде этого: «Шкурный, животный националистический эгоизм, который сейчас возведён фашистами в перл создания, уже успел сделать совсем невозможным существование у них не только исторической науки, но и всех вообще гуманитарных, общественных наук».


«Кроме того, - говорится в книге «Если завтра в поход», - красный цензорский карандаш прошёлся по всем формулировкам, которые касались экспансионистской политики Германии, завоеваний в прошлом земель на Востоке, а также содержавшим негативные оценки нацистских бонз (Гитлера, Геббельса и других). Цензор направил в редакцию журнала «Литературный современник» записку, в которой распорядился запретить публикацию этой статьи».


Изъяли из обращения книгу лидера германских коммунистов Эрнста Тельмана «Боевые речи и статьи» (1935 года издания). Объяснялось это тем, что «в книге германские фашисты и Гитлер характеризуются как террористы и бандиты». Запретили книгу Н. Корнева «Третья империя в лицах» (1937 год), книгу С. Вишнева «Как вооружались фашистские поджигатели войны» (1939 год)... Отныне в глазах советских граждан Гитлер, Геббельс и прочие уже не должны были выглядеть как бандиты. Теперь фашисты формально были уже не поджигателями войны, а борцами за мир и главными союзниками, которым СССР негласно выдавал для расправы бежавших от фашистов немецких коммунистов. Хотя в СССР бежавших от гитлеровского режима немецких коммунистов преследовали и задолго до заключения советско-германского договора о дружбе и границе от 28 сентября 1939 года. Только в 1937 году в СССР расстреляли 148 немцев-коммунистов.


Мы точно знаем, за что в начале Второй мировой войны запрещались в СССР антифашистские книги. 10 февраля 1940 года начальник Главлита Николай Садчиков направил заместителю начальника Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП (б) список книг, подлежавших изъятию из продажи и из библиотек. В сопроводительном документе указывалось - почему, например, книга «Третья империя в лицах» подлежит изъятию: потому что автор «очень остро» писал «об изуверстве германского фашизма» и «в условиях настоящего времени описываемое содержание книги не соответствует нашей внешней политике».


Германский фашизм остался. Но в глазах советских пропагандистов он вдруг перестал быть изуверским. «Европа в предвоенной лихорадке, - написал в статье «Вооружённый народ» в газете «Правда» некто Г.Сенин. - На польско-германской границе происходят военные столкновения. Жителю Лондона, отправляющемуся на прогулку, рекомендуется захватить с собой противогаз... Из столицы Великобритании началась эвакуация 3 миллионов детей (?! - Авт.)... В эти грозные часы Москва, как всегда, пленительно ярка, кипуча, весела... Девять дней назад здесь, в Москве произошло историческое событие... 23 августа был подписан советского-германский пакт...» («Правда»,2 сентября 1939 года,  №243(7928)).
Жители Москвы, отправляющиеся на прогулку, в то время могли обходиться без противогазов.

«Хозяйственное соглашение обеспечивает Германию важнейшим сырьём»

Вместо запрещённых книг, статей, песен, спектаклей и фильмов советским гражданам подсовывали растиражированную советским агитпропом гитлеровскую пропаганду. «Надежда английских военных экспертов на то, что наша борьба против Польши будет продолжаться не менее чем полгода или год, была уничтожена мощью наших вооружённых сил, - читаем мы речь Гитлера в «Правде». - Государство, которому Англия дала свои гарантии, исчезло в течение 18 дней с карты Европы... Тем самым, была закончена первая фаза войны. Начинается вторая её фаза... Наши враги кричат: «Германия должна погибнуть». На это Германия может дать только один ответ: «Германия будет жить; Германия победит!». В СССР, видимо, подразумевалось, что победит Германия, значит, победит и Советский Союз.
Позиция советских властей в то время была недвусмысленна. Речь шла не только о пропагандистских речах (мало ли что говорят политики?), но и о тесном экономическом сотрудничестве. «Новое хозяйственное соглашение обеспечивает Германию важнейшим сырьём, на которое германская промышленность имеет большой спрос, - сообщала «Берлинер бёрзен цайтунг», комментируя хозяйственное соглашение СССР и Германии от 11 февраля 1940 года. - Несомненно, что поставки советских товаров в Германию могут быть расширены, так как Советский Союз располагает огромными резервами сырья».


А дальше в той же газете «Правда» следует пространная цитата из «Дойче альгемайне цайтунг» («Немецкая всеобщая газета»): «Германия занимала во внешней торговле Советского Союза в течение ряда лет первое место и была её важнейшим партнёром... В ближайшее время этот объём торговли будет ещё больше расширен. Проведение этой экономической программы базируется не только на экономической, но и на политической основе». «Правда» сообщала, что немецкая газета «подчёркивает, что советские поставки для Германии уничтожают брешь, пробитую английской морской блокадой».


В этой цитате многое - правда. Есть официальная и неофициальная статистика, подтверждающая, что СССР довольно долго укреплял фашистскую Германию (и получал встречную помощь - военную технику и станки). Важно иметь в виду, что СССР этого с некоторых пор не скрывал, а, наоборот - с помощью немецко-фашистских перепечаток подчёркивал. СССР уже определился с врагами на ближайшее время. Врагами считались Великобритания, Франция и примкнувшие к ним государства. Союзник СССР тоже, по крайней мере, на словах, был выбран долговременный - Германия: «Речь идёт о сотрудничестве не только на период войны, но и на мирное время», как транслировала «Правда» материал «Фёлькишер беобахтер».


Газета «Правда» была главным источником советских политинформаторов. Правдой становилось то, что было напечатано в «Правде». Вот правда от 14 февраля - по информации ТАСС со ссылкой на рижскую газету «Яунакас Зиняс» («Последние новости») и её берлинского корреспондента: «...В 1933 году Германия покрывала 40 процентов своего импорта за счёт Советского Союза. Стоимость импорта выражалась в 1 миллиард 100 миллионов марок. Осенью прошлого года комиссар по иностранным делам Молотов высказался, что в будущем надо превысить самые высокие цифры, достигнутые во взаимной торговле между Советским Союзом и Германией». ТАСС не пишет, что латвийская буржуазная газета лжёт. В том же духе высказывались и советские лидеры. Поэтому мы читаем в «Правде» о советско-германских взаимоотношениях - на этот раз ТАСС ссылается на каунасскую газету «Лиетувос айдас»: «Политическое соглашение подкрепляется тесным и конкретным экономическим сотрудничеством».

Внезапная дружба с гитлеровской Германией многих в СССР тогда шокировала. Публичных высказываний по понятным причинам ожидать не приходилось, но сохранились дневники, мемуары, сводки НКВД... Даже далёкие от политики люди понимали, что добром дружба с Гитлером не закончится. Художник и переводчица Любовь Шапорина 24 августа 1939 года записала в дневнике: «Пакт о ненападении - какой ценой!.. Вероятно, пойдёт в Германию всё сырье, нефть, уголь и всё прочее, мы, навоз, удобрим благородную германскую почву. Руки Гитлера развязаны. Польша последует за Чехословакией. Угроза Франции - Франции, нашей второй родине... А ещё тёплые тела убитых в Испании, Чехословакии? Сволочи. Я не могу, меня переполняет такая невероятная злоба, ненависть, презрение, а что можно сделать?»


О цене пакта, позднее получившего название Молотова-Риббентропа, Любовь Шапорина (ученица Маковского, в юности посещавшая академию Анри Матисса) узнает очень скоро. В Ленинграде она пережила блокаду. С июля 1941 по июль 1942 года была в госпитале медсестрой.

«Сталин не жалеет труда, чтобы нравиться нам»

В последние десятилетия о тесной дружбе СССР и Германии написано немало статей и книг. Не меньше статей и книг в ответ написано теми, кто считает, что за пределами СССР с фашистам тоже  активно сотрудничали.
Действительно, симпатизировали фашистам - особенно до начала Второй мировой войны - многие европейские интеллектуалы. Фашизм казался им самым эффективным средством против коммунистов. Симпатизировали фашистам даже некоторые члены британской королевской семьи. В европейских газетах тоже время от времени публиковались статьи, авторы которых не скрывали симпатии к режиму Гитлера. О бизнесменах и говорить нечего. Американская корпорация «Стандард ойл» торговала горючим с Германией через нейтральную Швейцарию до 1942 годаТорговля шла и с помощью панамских кампаний через Канарские острова (когда США вступили в войну с Германией, первый потопленным немцами танкер Allan Jackson по иронии судьбы принадлежал «Стандард ойл»).


Гитлера долго терпели, ему потакали («Мюнхенский сговор»), его задабривали («Пакт Пилсудского - Гитлера»). Ему позволили провести летнюю Олимпиаду (основатель современного олимпийского движения Пьер де Кубертен много лет небескорыстно сотрудничал с будущим госсекретарём в министерстве пропаганды «Третьего Рейха» Германом Эссером). Кое-кто в Европе и Америке надеялся на Гитлера как на единственного лидера, способного остановить продвижение коммунизмаБлагодаря этому германский диктатор дозрел до полномасштабной мировой войны.


И всё же взаимоотношения СССР и Германии в 1939-1941 годах, вплоть до 22 июня, даже на таком фоне были особыми. Дружили не люди, не партии, а государства. «Речь идёт о сотрудничестве не только на период войны, но и на мирное время, - цитировала газету «Фёлькишер беобахтер» газета «Правда». - Колоссальная территория Советского Союза богата сырьём, в котором Германия теперь нуждается, и будет всегда нуждаться».
По утверждению посла Германии в СССР Фридриха-Вернера фон дер  Шуленбурга 7 января 1940 года Вячеслав Молотов сказал ему в Москве: «Мы даём Германии сырьё, которое не является для нас излишним, а делаем это за счёт урезывания нужд обороны и хозяйственного плана». Даже если Молотов такого не говорил, очевидно, что многое из того, что Советский Союз отправлял в фашистскую Германию, пригодилось бы внутри страны. Но есть основания думать, что в глазах советского правительства продовольствие и стратегическое сырьё были выгодным вложением. Сталин считал, что воюет с Великобританией и Францией руками Германии. Ему, видимо, казалось, что укрепляя Германию, он ослабляет, а то и уничтожает  «плутократические государства».


У Германии экономические проблемы возникли сразу же после начала боевых действий в Польше в сентябре 1939 года. С 25 сентября 1939 года в Германии ввели новые продовольственные карточки. Немецкие граждане должны были еженедельно получать: фунт мяса, пять фунтов хлеба, три четверти фунта жиров, три четверти фунта сахара и фунт кофейного суррогата, приготовленного из ячменя. Были введены новые ограничения на приобретение одежды. А 14 марта 1940 года Герман Геринг объявил, что немцы должны сдать изделия из меди, бронзы, латуни, олова, свинца и никеля. Это было следствием блокады Германии, которую организовали воюющие с Германией страны - Великобритания и Франция. Выручил СССР. Геббельс написал в дневнике: «Русские (СССР) поставляют нам даже больше, чем мы хотим иметь. Сталин не жалеет труда, чтобы нравиться нам. У него, видимо, достаточно причин для этого». В том же дневнике (до нас дошло 14 тысяч страниц) германский министр пропаганды писал: «Русские, кажется, ещё ничего не предчувствуют. Во всяком случае, они развёртываются таким образом, что совершенно отвечают нашим желаниям: густомассированные силы - лёгкая добыча для пленения». Геббельс ждал войны с СССР так, как любовник ждёт интимной встречи: «Дрожу от возбуждения. Не могу дождаться дня, когда разразится шторм».


А пока шторм не разразилсяфашистская Германия получала из СССР зерно, нефть, марганцевую руду, платину, никель, олово, молибден, вольфрамкобальт, хром, цинк, чугун, фосфаты, каучукхлопок-сырец, лесоматериалы... Были ли среди товаров авиабомбы? Некоторые авторы пишут, что СССР дал Германии для бомбардировки Англии 2000 авиабомб весом от 500 до 1000 кг. Но нужны ли были Германии советские бомбы? СССР интересовал Гитлера, прежде всего, как источник сырья. И ещё как государство, в портах которого могут укрыться, в случае чего, от английских бомб германские торговые суда и корабли. Предполагалось, что члены антигитлеровской коалиции не решатся бомбить германские суда и корабли в советских территориальных водах. Хотя такие варианты со стороны Великобритании и Франции рассматривались.


Те, кто «разоблачают» агрессивную политику Великобритании и Франции, часто приводят доклад командующего французскими войсками на Ближнем Востоке генерала Максима Вейгана, сделанный 17 апреля 1940 года французскому правительству и главнокомандующему. В нём говорилось: «Подготовка к бомбардировке кавказских нефтяных месторождений настолько продвинулась, что можно рассчитать время, в течение которого эта операция может быть выполнена». Речь шла о возможной бомбардировке в конце июня - начале июля 1940 года месторождений нефти вблизи Баку. Это было связано с тем, что Гитлер регулярно пополнял свои запасы за счёт советской нефти. Однако, в конце концов, от идеи бомбардировок решили отказаться. Воевать напрямую не только с Германией, но и с СССР антигитлеровской коалиции было смертельно опасно.


Позиция тех, кто не считает союз Гитлера и Сталина чем-то преступным, неизменна уже много десятилетий. В концентрированном виде она выражена, например, в статье Александра Самсонова«Обвинения руководства СССР в том, что оно де «дружило» с Третьим рейхом, а не с «демократическими» государствами абсолютно беспочвенны, - пишет он. -Тогда все страны нормально относились к Германии и не считали её изгоем, те же Франция и Англия заключили с Гитлером пакты о ненападении раньше СССР и нисколько не смущались его «антисемитизмом», «расизмом» и другими вывертами немецкого нацизма».****


В качестве одного из оправданий того что СССР и фашистская Германия тесно сотрудничали первые 22 месяца Второй мировой войны, называется усыпление бдительности (дружили для отвода глаз). Действительно, наивно думать, что руководство обеих держав всерьёз верили в вечную дружбу. СССР и Германия, конечно, сознательно использовали друг друга. Но пошёл ли на пользу миру такой союз?

«Под немецким военным флагом прибыло американское судно»

Когда знаешь про тесное сотрудничество СССР и Германии вплоть до 22 июня 1941 года, то по другому воспринимается информация ТАСС от 14 мая 1940 года, опубликованная в газете «Правда» 15 мая, № 134 (8180): «Занятие Роттердама германскими войсками. Берлин, 14 мая (ТАСС) со ссылкой на германское информационное бюро: «В результате налёта германских пикирующих бомбардировщиков и под давлением продвигающихся германских бронетанковых частей город Роттердам сдался, благодаря чему предотвращено его уничтожение».
Благодаря пикирующим бомбардировщикам фашисты предотвратили уничтожение голландского Роттердама, на который сами же и напали. Легко представить, как ухмылялись пропагандисты, когда сочиняли эту циничную фразу.


СССР разрешил немцам пользоваться Северным морским путём и производить дозаправку и ремонт судов в советском Заполярье. Север СССР на начальном этапе Второй мировой войны Германией использовался активно. По одной из версий, в порту Полярный была военно-морская база дивизиона немецких подводных лодок. Пишут и о том, что якобы в ноябре 1939 - сентябре 1940 года на территории СССР в бухте Западная Лица в районе Мурманска располагалась секретная немецкая военно-морская база «Норд». Вряд ли это было так. Судя по опубликованным документам (многое до сих пор засекречено) советские спецслужбы не обольщались и полноценными союзниками немцев не считали. Это следует из донесений НКВД.


Но иногда германские корабли в советских портах всё же появлялись. Чаще всего - неожиданно. В апреле 1940 года в Главное транспортное управление НКВД СССР поступило сообщение из Мурманска: «11 апреля в Мурманский порт в 19 часов как порт убежища прибыл германский военный тральщик 485. Порт прибыл без лоцмана и контроля. В 23 часа по распоряжению командования Северного Военного Флота из порта выведен и находится под его ведомом».***** Возможно, существуют и другие документы. Но они секретны. Совсем недавно, когда истекал срок давности, в России продлили сроки секретности материалов, связанных со Второй мировой войной - вплоть до 2040 года. Кроме того, судя по комментариям исследователей, произведено вторичное засекречивание (в частности, документов первой половины 1941 года). Тем не менее, к 2019 году отечественные и зарубежные учёные успели опубликовать и прокомментировать некоторые некогда секретные сведения о том периоде.


Известно, что 24 октября 1939 года в Москву из Мурманска отправились две телеграммы - от начальника погранвойск Мурманского округа Кузьмы Синилова (будущего коменданта Москвы) и от заместителя начальника Мурманского УНКВД Гаврюшина. Обе телеграммы были о том, что накануне в Мурманск немецкие военные моряки привели задержанное ими американское торговое судно. Почти сразу же Главное транспортное управление НКВД СССР отправило сообщение в ЦК ВКП (б), в СНК и НКО СССР. В нём говорилось, что 23 октября в Мурманск «под немецким военным флагом прибыло американское судно с закрашенным названием. Как удалось установить, название этого судна "Сити-Оф-Флинд". Судно шло с грузом тракторов, яблок, пшеницы, кофе и машинных частей для Англии и было захвачено немецким крейсером "Дойчланд" в Атлантическом океане, после чего на судно были высажены 17 вооружённых немецких солдат во главе с офицером [...]. По прибытию порт немецкий офицер добивался, чтобы на судно был вызван германский консул, в чём ему было отказано. Выделена комиссия от Мурманского КПП, производящая осмотр судна». То есть немцы считали возможным доставлять боевые трофеи в советский порт (и это при том, что США с Германией тогда ещё не воевали).******


Даже российские авторы, симпатизирующие Сталину, признают подобные «отдельные случаи». Но, как правило, акцент делается на торговых связях и на немецких торговых судах, заходивших в Одессу, Ленинград, Мурманск (они перевозили в Германию сырьё и продовольствие и доставляли в СССР немецкие станки и технику). Так «уничтожалась брешь, пробитая английской морской блокадой».


Достоверных данных о немецких военных базах в Заполярье недостаточно. Однако это не значит, что немецких военных в советском Заполярье в начале Второй мировой войны не было совсем. Они были - хотя, скорее всего, и не в таком количестве, как утверждают некоторые исследователи (здесь надо дождаться появления убедительных документов, которые пока что недоступны).


В августе 1940 года ледоколы «Ленин», «Сталин» и «Лазарь Каганович», по очереди передавая друг другу, провели немецкий вспомогательный крейсер «Комет» через Ледовитый в Тихий океан (на помощь прибыл ещё и ледокол «Малыгин»). Германский крейсер заранее замаскировали в Кристиансанне под советский ледокольный пароход «Семён Дежнёв» (а до этого он был замаскирован под  торговое судно «Фырол»). Тоннаж потопленных и захваченных «Кометом» судов антигитлеровской коалиции составил 42 000 брт. «Комет» был очень хорошо подготовлен для всевозможных диверсий (мощное артиллерийское и минно-торпедное вооружение, находящиеся на борту гидросамолёты и быстроходный катер, предназначенный для торпедных атак и постановки мин, экипаж - 267 человек, включая 17 офицеров).


Немецкий крейсер «Комет» под командованием Роберта Эйссена, миновав с помощью советских ледоколов Северный морской путь, замаскировался под японский пароход «Манийо Мару», потопил норвежский транспорт «Винни», новозеландский «Тристар», австралийские «Комата» и «Трюайдек», новозеландский пароход «Холмвуд», британское пассажирско-рефрижераторное судно «Рэнгитин»...


Перед тем, как это произошло, советское руководство предложило капитану крейсера повернуть назад (телеграмму Эйссену прислал начальник Главсевморпути Иван Папанин). Папанин сообщал, что немцев в Тихом океане ждут вражеские корабли. Но крейсер «Комет» продолжил путь. Помимо всего прочего, немцы использовали организованный советским командованием рейд как разведывательный. Это пригодилось им во время боевых действий против СССР в Арктике.


Таковы были реальные плоды советско-германского сотрудничества.
В Мурманске в 1939-1940 годах от англичан в Кольском заливе (Мурманск) прятались не менее 36 крупных немецких транспортов - лесовозы, рефрижераторы, танкеры, пассажирские лайнеры и, возможно, подводные лодки.

«Вместе бой дадут фашистам»

А газета «Правда» в это время в № 181 (8227) 1940 года сообщала про германскую «Белую книгу»: « Берлин 30 июня, ТАСС («Новые документы, разоблачающие экспансионистскую политику западных держав... Западные державы хотели использовать Бельгию и Голландию в качестве первой линии атаки на Рурскую область Германии...»


Советские читатели получали информацию об ужасах войны. «Правда», со ссылкой на «Гамбургер фремценблат», сообщала: «Английские самолёты бомбардировали Шлезвиг и Ганновер... Разрушены здания, имеются жертвы среди мирного населения».


Так что недавняя публикация в «Настоящем времени» о молдавском стороже Иване Нагорняке, будто бы разорвавшем портрет Гитлера, - незначительный эпизод полномасштабной информационной войны, развернувшейся в 1939-1941 годах. Казалось бы, какое дело руководству Германии и СССР до малозначительного события, произошедшего в молдавском селе Чабановка?


Но глава НКВД Украины, получивший сообщение из Молдавии, поспешил доложить о происшествии  первому заместителю наркома внутренних дел СССР Всеволоду Меркулову: «На регистрационном пункте забрал немецкий флаг, сжёг, снял со стены портрет фюрера и изорвал». О «кощунстве» узнали в Германии. Назревал международный скандал.

Сторожу тогда повезло. «Опергруппа произведённым расследованием признаков уничтожения флага и портрета не установила». Получилась не трагедия, а чёрный анекдот. Но он показывает, насколько далеко зашло дело. Разорвать в 1940 году портрет Гитлера это всё равно, что разорвать портрет Сталина. Советское руководство боялось «спугнуть птицу удачи» и рассердить фюрера.


Граждан СССР активно дезориентировали свои собственные руководители - заставляли верить, что чёрное - это белое. Вскоре те же люди в тех же газетах (в «Правде», в «Известиях») будут говорить о том, что англичане - союзники, а немцы - враги.


И тогда снова стало возможным пускать в широкий прокат фильм «Александр Невский», разрешать к демонстрации диафильм «Фашизм - это война», а заодно и разрешать исполнять запрещённую песню «Родные братья» («Железнодорожная оборонная») на слова Василия Лебедева-Кумача, в которой имелись такие строки: «С Красной Армией мы дружим, // Вместе Родине мы служим, // И, когда ударит гром, // Вместе бой дадут фашистам // Пулемётчик с машинистом // В бронепоезде одном! // Хлеб и снаряды везём мы для фронта,// Пули фашистские нам не страшны...»

Казалось бы, ещё совсем недавно нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов на сессии Верховного Совета СССР произнёс: «Не только бессмысленно, но и преступно вести такую войну, как война «за уничтожение гитлеризма».******* И вот он же 22 июня 1941 года обращается к советскому народу: «Советским правительством дан нашим войскам приказ - отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей родины».


За год до этого (17 июня 1940 года) посол Германии в СССР Шуленбург докладывал в Берлин: «Молотов пригласил меня сегодня вечером в свой кабинет и выразил мне самые тёплые поздравления советского правительства по случаю блестящего успеха германских вооружённых сил». А в июне 1941 года тот же Молотов, поздравлявший Германию с победами над французами, норвежцами, голландцами и др., в радиообращении говорит о «клике кровожадных фашистских правителей Германии, поработивших французов, чехов, поляков, сербов, Норвегию, Бельгию, Данию, Голландию, Грецию и другие народы». Нарком вдруг заговорил о порабощении, хотя недавно официально называл наступательные операции немецко-фашистских захватчиков по всей Европе «оборонительными мероприятиями».
Наконец-то, фашистов снова стали именовать врагами не опасаясь преследования со стороны НКВД.

17.

 ПРОПАГАНДИСТСКАЯ МЕШАНИНА. Часть вторая
(«Городская среда», 2019 г.)

«Антисталинская и антисоветская ложь превратила народ в моральных уродов и дегенератов». Эти слова правнука Иосифа Сталина Якова Джугашвили (внука Якова Иосифовича Джугашвили-Сталина) зачем-то приводят сейчас российские СМИ, когда сообщают результаты очередного статистического исследования. «Левада-центр» выяснял, насколько Сталин сегодня популярен в России. Не знаю, что ещё Якову Джугашвили надо? Стопроцентной популярности? 

«Левада-центр» утверждает, что суммарный уровень одобрения или безразличия к Сталину достиг в России 77 процентов. 51 процент респондентов относится к Сталину «с восхищением, уважением или симпатией».

70 процентов опрошенных считают, что Сталин сыграл «скорее положительную» или «целиком положительную» роль в жизни страны.

Живущий в Грузии правнук Сталина говорит, что «моральные уроды и дегенераты искренне считают, что великие цели достигаются путём совершения преступлений теми, кто по долгу службы обязан с преступностью бороться, то есть госслужащими».

Не надо быть правнуком Сталина, чтобы высказываться точно так же. Мысль невыносимо банальна: дескать, чтобы достигнуть великих целей, приходится идти на жертвы. А если сказать по-другому, то получится: если ты убиваешь людей ради личной корысти, то ты преступник. Но если ты убиваешь тех же людей ради некоей великой цели и, к тому же, занимаешь при этом высокий государственный пост, то ты герой.

Сталина в современной России любят или уважают по двум причинам. Первая: уже лет пятнадцать идёт пропаганда (статьи, фильмы, книги, телепередачи, монументальная пропаганда). Есть совсем уж запущенные случаи - вроде посёлка Славянка, располагающегося между аэропортом Толмачёво и Новосибирском. В Славянке одна улица и 25 переулков. И все они носят имя генералиссимуса И. В. Сталина.

Для современных сталинистов массовые репрессии 20-50-х годов не существуют. Они считают, что при Сталине убили не так много и, в основном, действительно врагов народа. А если кто и был расстрелян невинно, то Сталин за это наказал (ЯгодуЕжова и т.п.). Называются и произвольные цифры расстрелянных при Сталине (якобы 74 тысячи, или 100 тысяч...) А вот при Ельцине, по словам Жириновского, погибло около 5 миллионов.

И всё же нынешняя популярность Сталина, прежде всего, зависит не от государственной пропаганды. Вторая причина значительно важнее. Сталина начинают любить и уважать, видя в нём альтернативу нынешним насквозь коррумпированным и циничным чиновникам. При Брежневе водители грузовиков вешали на лобовые стёкла портреты Сталина. Это была легальная возможность проявить вольномыслие и минимальное несогласие с тогдашними порядками.

Сегодня граждане России про реального Сталина знать не хотят. Их вполне устраивает строгий, но справедливый дедушка из очередного телесериала. Он умел наказывать. Он умел побеждать. Его боялись. Это почти всё, что о нём хотят знать десятки миллионов российских граждан.

Высокий рейтинг Сталина - это высокий рейтинг недоверия действующей власти. Хотя всё равно это выглядит чудовищно. Однако такой выплеск народного гнева российские власти устраивает. Пусть уж лучше граждане ностальгируют по Сталину, чем жаждут реального народовластия.

Сталин Путину полезен ещё и потому, что тот может временами притворяться Сталиным - отцом народов, аскетом, патриархом... Мёртвый Сталин помогает живому Путину.

А ещё Сталин победил фашистов. Что там происходило на самом деле в конце 30- годов мало кого волнует. Причины и следствие заменены местами. Создана удобная картина мира. Мало ли что Сталин был, вместе с Гитлером, одним из тех, кто стоял у истоков Второй мировой войны? Достаточно закрыть на это глаза, и тогда десятки болезненных вопросов отпадут сами собой.

Историческая фальшь упрощает восприятие мира, делает жизнь спокойнее. Именно по этой причине «ГС» продолжает рассказывать о событиях, предшествовавших 22 июня 1941 года.

Вторая часть публикуется ниже. В ней приведены слова нескольких крупных советских военачальников времён Второй мировой войны - КоневаРокоссовского, Василевского... К ним здесь можно добавить слова генерала армии Александра Горбатова: «Считалось, что противник продвигается столь быстро из-за внезапности его нападения и потому, что Германия поставила себе на службу промышленность чуть ли не всей Европы. Конечно, это было так. Но меня до пота прошибли мои прежние опасения: как же мы будем воевать, лишившись стольких опытных командиров ещё до войны? Это, несомненно, была, по меньшей мере, одна из главных причин наших неудач, хотя о ней не говорили или представляли дело так, будто 1937-1938 годы, очистив армию от «изменников», увеличили её мощь».

Сталин сделал всё возможное и невозможное, чтобы Вторая мировая война началась. Он, конечно, представлял её совсем не такой, какой мы её знаем. Судя по дошедшим до нас документам и воспоминаниям, предполагалось, что Гитлер, уступив СССР территорию от Финляндии до Бессарабии и Западной Украины, сосредоточиться на буржуазных демократиях Европы. Два враждебных СССР лагеря - германский и англо-французский - измотают себя, а Советский Союз тем временем восстановит силы после кровавых чисток в РККА, укрепит новые границы...

Новый мировой порядок, по видимому, грел Сталину душу. Но в действительности никакого нового порядка не было. Там, где Сталин, там обязательно беспорядок. Кровавый беспорядок. И так было всегда. Советский вождь был носителем хаоса. Он всегда менял правила по ходу дела (достаточно вспомнить коллективизацию). И ситуация 1939 - 1941 годов не исключение. Во внешней и внутренней политике наблюдался полноценный хаос. Вчерашние враги становись друзьями и наоборот. Огромное количество людей было деморализовано.

Кроме того, Сталин умел плодить врагов в невероятных количествах. Он словно бы специально сделал всё для того, чтобы немалая часть советских граждан перестала видеть в немецких фашистах смертельных врагов. Когда оккупанты напали на СССР, деморализованные граждане, измученные сталинским «порядком», наивно полагали, что новые власти будут лучше.

А спустя 80 лет граждане России с лёгкостью верят в то, что Сталин был защитником бедных и угнетённых. Они видят в нём символ строгой справедливости. Современным политикам они не очень доверяют, но им хочется относиться хоть к кому-нибудь с восхищением, уважением или хотя бы с симпатией. Выбор небольшой. Самым близким по времени от нас подходящим политиком оказывается уроженец Тифлисской губернии./.../

 18.

ЗАПУТАННЫЙ ПУТЬ К ПОБЕДЕ. Часть вторая
(«Псковская губерния», 2019 г.)

Ровно восемьдесят лет назад - весной 1939 года - началось постепенное дипломатическое сближение СССР и Германии

В советское время в исторической литературе события конца 30-х-начала 40-х годов ХХ века преподносились с предельной осторожностью. О многих страницах истории в СССР предпочитали не упоминать вообще. Однако это не значит, что люди не пытались разобраться  в том, что привело ко Второй мировой войне.

«Только обстановкой чудовищного террора можно объяснить нелепые предвоенные распоряжения...»

Одной причины войны не было, как не было одного единственного виновника (хотя главный виновник всё же был). В тридцатые годы практически все ведущие мировые державы сделали несколько шагов, которые новую мировую войну приблизили. Лидеры этих государств переоценивали свои силы и недооценивали силы потенциальных противников.


На эту тему относительно свободно в СССР стало можно высказываться только в перестроечное время. Впервые в истории нашей страны эта тема обсуждалась во всеуслышание - на страницах газет и журналов, в студенческих аудиториях и школьных классах. Некоторые авторы явно спекулировали на больной теме, передёргивали факты - например, для того чтобы оправдать тех, кто выступал на стороне власовцев. Тем важнее было прочесть мнение тех, кто имел прямое отношение к победе над фашизмом.
Знаменитый советский писатель Константин Симонов в своей книге воспоминаний «Глазами человека моего поколения», надиктованной незадолго до его смерти в 1979 году, пересказал свою беседу с маршалом Советского Союза Иваном Коневым (беседа происходила в Барвихе 24 февраля 1965 года). Вот отрывок из записок Симонова: «...не подлежит сомнению, что если бы тридцать седьмого - тридцать восьмого годов не было, и не только в армии, но и в партии, в стране, то мы к сорок первому году были бы несравненно сильней, чем мы были. В том числе и в военном отношении. Представим себе войну сорок первого года с иной атмосферой, с тем, что не было тридцать седьмого - тридцать восьмого годов, не было запуганности, не было недоверия, не было шпиономании. Если бы всего этого не было, очевидно, страна ни в коем случае не оказалась бы такой неготовой к войне, какой она оказалась. Это исключено. Только обстановкой чудовищного террора и его отрыжкой, растянувшейся на ряд лет, можно объяснить нелепые предвоенные распоряжения...»


Во время того разговора с одним из самых известных советских маршалов (дважды героем Советского Союза, участником битвы за Москву, Берлинской операции, Пражской операции) Симонов разделил эту тему на три части. 1. Расстрелы высшего руководства Красной армии. 2. Аресты и уничтожение командиров от комбригов до комкоров включительно. 3. Это, как пишет Симонов, «проблема воздействия самой атмосферы арестов, страха, вызванного этой атмосферой недоверия, - воздействие всего этого на моральный дух армии, на инициативу, на гражданское мужество, на умение, верней, решимость принять на себя ответственность в критической обстановке и так далее».


Константин Симонов в беседе с Коневым ссылался на свой разговор с неназванным генералом, который рассказывал, что в сорок первом году ему было приказано выходить с дивизией в приграничные лагеря без боевых патронов, без мин к минометам, без снарядов к орудиям. Без всего этого дивизия встретила войну. Симонов был убеждён, что главной причиной такого состояния армии был страх, не позволявший вновь назначенным командирам проявлять инициативу. Им было проще и спокойнее выдвигаться в сторону расположения немецко-фашистских войск без патронов, без мин и снарядов, чем требовать боеприпасы. Симонов так и сказал тому генералу: «Если бы не тридцать седьмой - тридцать восьмой годы со всей их атмосферой крайнего запугивания кадров, крайнего завинчивания гаек, крайней подозрительности к любому, не говоря уже о протесте, - к любому рапорту, обращению и так далее, то вы бы, очевидно, не вышли в предвоенной обстановке к границе, в лагерь без патронов и без снарядов». Это же Симонов пересказал и маршалу Коневу в 1965 году.


Подробнее о том, что ответил Конев можно прочесть в книге Константина Симонова. Но если пересказать коротко, то, по словам маршала, «к началу войны он безгранично верил Сталину, любил его, находился под его обаянием». Потерю высшего командования (ТухачевскогоЕгороваБлюхера и остальных) Конев проблемой не считал (не того масштаба были люди), но в целом согласился с Симоновым, что репрессии в армии подорвали боеспособность СССР. Причём, большинство командиров и политработников, перед тем как их расстрелять или отправить в лагерь, обвинили в «военно-фашистском заговоре». В 1937-1938 годах слово «фашист» в СССР всё ещё носило исключительно отрицательный смысл - до тех пор, пока не началась война, которую позднее назовут Второй мировой. В той же книге «Глазами человека моего поколения» Симонов приводит слова маршала Александра Василевского: «Вы говорите, что без тридцать седьмого года  не было бы поражений сорок первого, а я скажу больше. Без тридцать седьмого года, возможно, и не было бы вообще никакой войны в сорок первом году. В том, что Гитлер решился начать войну в сорок первом году, большую роль сыграла оценка той степени разгрома военных кадров, который у нас произошёл. Да что говорить, когда в тридцать девятом году мне пришлось быть в комиссии во время передачи Ленинградского военного округа от Хозина Мерецкову, был ряд дивизий, которыми командовали капитаны, потому что все, кто был выше, были поголовно арестованы». Кириллу Мерецкову недолго пришлось руководить военным округом.  На второй день войны, 23 июня 1941 года, будущего маршала арестовали «за измену Родине» и отправили в Лефортово на основе показаний, полученных в 1937-1938 годах. Мерецкова, применяя «физические методы воздействия» продержали в Лефортово два месяца, но потом выпустили.

 «Красная Армия оказалась к моменту назревавших событий оголена...»

Репрессировали и ещё одного из будущих маршалов Победы Константина Рокоссовского. В августе 1937 года его вызвали из Пскова в Ленинград и арестовали. Бывший комкор и бывший псковский депутат Рокоссовский тоже обвинялся в преступлении, предусмотренном ст. 58-1 «б» (измена Родине, совершенная военнослужащим). «Троцкист», «японский и польский шпион» провёл в «Крестах», в основном, в камере № 6, 30 месяцев, и вышел на свободу «в связи с прекращением дела» 22 марта 1940 года - с выбитыми передними зубами.  В своих мемуарах маршал Рокоссовский написал: «Вышел на свободу, задавая себе неразрешённый вопрос - кому и для какой цели понадобилось всё то, что было проделано в 1937 году? Ведь удар был нанесён по наиболее подготовленным кадрам руководящего состава Красной Армии... Красная Армия оказалась к моменту назревавших событий оголена...»


О чём-то похожем говорил накануне нападения на СССР и Адольф Гитлер. Некоторые немецкие генералы предостерегали фюрера от нападения на СССР, но Гитлер, как принято считать, ответил тогда: «80 % командных кадров Красной армии уничтожены. Красная армия обезглавлена, ослаблена как никогда, это главный фактор моего решения. Нужно воевать пока кадры не выросли вновь».


Кадры, действительно, выросли - уже во время войны. Цена такого обучения была как никогда высока. Более кровавой войны человечество не знало.

Первые сомнения, связанные со Сталиным, первые разочарования в нём возникли у Конева уже в ходе войны. Об этом пишет Симонов: «Взрыв этих чувств был дважды. В первые дни войны, в первые её недели, когда он (Конев - Авт.почувствовал, что происходит что-то не то, ощутил утрату волевого начала оттуда, сверху, этого привычного волевого начала, которое исходило от Сталина. Да, у него было тогда ощущение, что Сталин в начале войны растерялся. И второй раз такое же ощущение, ещё более сильное, было в начале Московского сражения, когда Сталин, несмотря на явную очевидность этого, несмотря на обращение фронта к нему, не согласился на своевременный отвод войск на можайский рубеж, а потом, когда развернулось немецкое наступление и обстановка стала крайне тяжёлой, почти катастрофической, Сталин тоже растерялся».
В растерянности Сталина не было ничего удивительного. Внутри страны у него давно уже не было реальных противников и, значит, он отвык от противодействия. Внешнеполитическая обстановка, как Сталину видимо казалось, тоже  складывалась благоприятно. СССР за счёт Эстонии, Латвии, Литвы, Бессарабии, Западной Белоруссии, Западной Украины и части Финляндии значительно расширил свои границы в Европе. Франция и некоторые другие европейские страны были разгромлены. С Японией и Германией были подписаны договоры о ненападении, а с Германией ещё и о дружбе и границе. США предпочитали занимать формально нейтральную позицию и не вмешиваться в войну. Тактика задабривания Гитлера, казалось бы, приносила Сталину успех. И вдруг - 22 июня 1941 года.


После разговора с маршалом Коневым Симонов записал: «Именно тогда он (Сталин - Авт.позвонил на Западный фронт с почти истерическими словами о себе в третьем лице «Товарищ Сталин не предатель, товарищ Сталин не изменник, товарищ Сталин честный человек, вся его ошибка в том, что он слишком доверился кавалеристам, товарищ Сталин сделает всё, что в его силах, чтобы исправить сложившееся положение». Вот тут И.С. Конев почувствовал крайнюю растерянность Сталина, отсутствие волевого начала».


Ещё одной проблемой было то, что Сталин окружил себя теми, кто интеллектуально и морально был ничуть не выше его самого. Первые недели войны были потрачены не только на сопротивление захватчикам, но и на поиск внутренних врагов. Константин Симонов пишет: «А когда на фронт приехал с комиссией Молотов, который, вообще говоря, человек крайне неумный, и те, кто о нём жалеет, просто плохо знают его, - вот тогда при участии Молотова попытались свалить всю вину на военных, объявить их ответственными за создавшееся положение, - вот тут у Конева возникло ощущение, что Сталин не соответствует тому представлению о нём, которое сложилось у него, Конева, представлению о чём-то бесконечно сильном. Представление это оставалось, но за ним стоял растерявшийся в тот момент человек. Растерявшийся и во многом виновный...»

«Фантасмагорическая ложь, выдумка и фотошоп того времени»


Исторические дискуссии на тему советской истории, как правило, заканчиваются не начавшись. Чтобы полноценно дискутировать, надо, для начала, иметь хоть какие-то точки соприкосновения. Характерный пример - события 22 сентября 1939 года в Бресте. Казалось бы, это тот редкий случай, когда у нас есть в распоряжении документы, кинохроника, фотографии, мемуары (включая мемуары главных действующих лиц). Но даже в этом случае дискуссия невозможна.


Что произошло 22 сентября 1939 года в Бресте? Если верить мемуарам одного из организаторов - советского комбрига Семёна Кривошеина, то это был парад. О том же говорил другой участник - немецкий генерал Гейнц Гудериан, написавший, что это был Deutsch-sowjetische Siegesparade in Brest-Litowsk (германо-советский парад победы в Брест-Литовске).
В материалах кинохроники и на многочисленных фотографиях мы видим именно парад, то есть прохождение торжественным маршем по центральной улице города подразделений XIX моторизованного корпуса вермахта (командир корпуса - генерал танковых войск Гудериан). За немецкими войсками следует 29-я отдельная танковая бригада РККА.


Однако неосталинисты и им сочувствующие утверждают: ничего подобного. Мало ли что написал Кривошеин и тем более Гудериан? Тот же аргумент, в случае других событий, применяется многократно. Мало ли что написала газета «Правда»? (читайте первую часть этой статьи). Мало ли что сказал Молотов, Сталин... Они на самом деле не то имели в виду. Не парад это был, а церемония вывода немецких войск из Бреста. Это версия неосталинистов.

Действительно, прохождение военных частей в Бресте являлось частью официальной процедуры передачи бывшего польского города Бреста и Брестской крепости советской стороне. Но разве от этого парад перестаёт быть парадом?


К тому же, не следует вырывать из исторического контекста одно единственное событие и рассматривать его отдельно. Важно знать, что этому параду (проводам) предшествовало и что последовало за ним.

Кривошеин не хотел проводить парад (официальное объяснение - усталость войск после марш-броска). Но Гудериан настаивал. Решили, что оба командира будут стоять на трибуне, а мимо пройдут походные колонны германских войск. Советские войска своими знамёнами салютуют проходящим частям. Оркестры исполняют военные марши... У Гудериана это описано так: «Наше пребывание в Бресте закончилось прощальным парадом и церемонией смены флагов в присутствии комбрига Кривошеина»). В некоторых документах той поры то же самое событие обозначено как «торжественный марш» (Vorbeimarsch).


Владимир Мединский в своей книге «Война. Мифы СССР. 1939-1945» пишет, что парада в Бресте «попросту не было». Кинохронику он объясняет «искусным киномонтажом» («конечно, не Лени Рифеншталь, но школа, школа...»). С общеизвестными историческими фотографиями у Мединского всё ещё проще: «фантасмагорическая ложь, выдумка и фотошоп того времени». Эти слова противоречат ещё одной версии. Некоторые «исследователи» называют события 22 сентября 1939 года «церемонией вывода немецких войск под наблюдением советских представителей». Мединскому этого недостаточно. Ему ближе версия киномонтажа.


Впрочем, войска вермахта и РККА всё же маршировали по Бресту, - признаёт Мединский. Однако в разное время. Поэтому «тени пляшут». По версии Мединского, военная техника отбрасывала тени вперёд и налево, а советская - вперёд и направо. «Есть в этом что-то сюрреалистическое, - сказано в книге министра культуры РФ, -... что-то от знаменитых кадров высадки американцев на Луну».


Здесь заодно Мединский «поддел» и американцев. Таков уровень дискуссии.  В той вульгарной школе «исторической науки», к которой принадлежит г-н Мединский, человек на Луну ещё не высаживался.


Книги, подобные «историческому труду» «Война. Мифы СССР. 1939-1945», предназначены для тех, кто готов верить авторам на слово. Сказано же «тени пляшут» - значит, пляшут. Других доказательств не требуется. Чуть что - фотошоп (это универсальное объяснение, оно применяется вплоть до «опровержений» гибели псковских десантников в Донбассе).
Тему парада или торжественного марша обсуждают так, словно это был единственный случай сотрудничества фашистской Германии и СССР. Как будто немецкие корабли не заходили в советские порты. Как будто СССР не поставил в 1939 - 1941 году в Германию огромное количество нефти, стратегического сырья и продовольствия. Это вам не парад-марш-проводы.

«Разрешить Наркомвнешторгу из особых запасов произвести поставку в Германию...»

Война СССР и Германии была на носу, а Политбюро снова собралось, чтобы принять такой документ: «Выписка из решения Политбюро ЦК ВКП(б)»: ПЗЗ/176, 03.06.41 г. В выписке говорилось:


«1. Разрешить Наркомвнешторгу из особых запасов произвести поставку в Германию во исполнение договора: - меди 6 000 тонн, никеля 1 500 тонн, олова 500 тонн, молибдена 500 тонн, вольфрама 500 тонн.
2. Разрешить УГР выдать Наркомвнешторгу 300 тонн молибден-концентрата с содержанием металла 51 % в обмен на ферромолибден по коэффициенту содержания. "Пост. СНК № 1461-532сс. 3/VI-41г."»


За 1940 год Германия получила 657 тысяч тонн нефтепродуктов и почти 1 миллионов тонн зерна.


Проще всего назвать это фейком и продолжать утверждать, что Советский Союз вступил во Вторую мировую войну только 22 июня. А всё, что было до того, особенно в Польше, по версии Мединского, являлось не войной, а было «инкорпорацией и возвращением части польской территории» (однако даже Мединский признаёт, что Сталин умело стравил Англию и Францию с Германией).


Замечательное словечко - «инкорпорация», то есть «присоединение к государству новой территории, представлявшей ранее независимое государство». Если вам не нравятся понятия «захват» или «аннексия», то применяйте слово «инкорпорация». Оно оправдает всё что угодно.
Мы не присоединяли, мы возвращали. После таких объяснений какое может быть продолжение «дискуссии»? Оппонент повержен.


По версии Мединского, связи между договором Молотова-Риббентропа и нападением на Польшу 1 сентября 1939 года нет, потому что Гитлер утвердил дату нападения ещё в апреле 1939 года. А все боестолкновения Красной Армии с поляками носили «случайно полицейский характер».*
Запомните всего несколько универсальных слов и фраз: «полицейский характер», «инкорпорация», «походный марш», «учения», «фальшивка», «фотошоп», «вброс», «передёргивание» и применяйте их во всех спорных случаях. Это позволит вам отбиться от самых, казалось бы, бесспорных аргументов.

«В атмосфере взаимного доверия»

Открываем газету «Правда», № 317 (8383), 15 ноября 1940 года. На первой полосе сверху напечатано: «Во время пребывания в Берлине в течение 12-13 ноября сего года председатель Совета народных комиссаров СССР и  народный комиссар иностранных дел т. В.М. Молотов имел беседу с рейхсканцлером г. А. Гитлером и министром иностранных дел г. фон-Риббентропом. Обмен мнений протекал в атмосфере взаимного доверия и установил взаимное понимание по всем важнейшим вопросам, интересующим СССР и Германию. Тов. В.М. Молотов также имел беседу с рейхсмаршалом г. Герингом и заместителем г. Гитлера по партии национал-социалистов г. Гессом».


Чуть ниже мы узнаём, что 14 ноября Риббентроп заехал за Молотовым в замок Бельвю, для того чтобы проводить наркома на Антгальтский вокзал. «Проводы т. Молотова проходили в торжественной обстановке. Антгальтский вокзал был украшен зеленью и цветами». Молотова провожали с почётным караулом. На вокзал прибыл с десяток руководителей Германии, включая «начальника германской полиции г. Гиммлера, руководителя германского трудового фронта г. Лея...»


Двадцать два месяца, предшествующих нападению Германии на СССР, советские газеты  рассказывали о фашистской Германии в таком же благостном тоне. Советских читателей «кормили» информацией про атмосферу взаимного доверия. В «Правде» появлялись публикации вроде той, что вышла 1 декабря 1940 года (№ 333 (8379)). ТАСС сообщило про акцию погребения в Бухаресте останков создателя «Железной гвардии» ультраправого политика и террориста Корнелиу Кодряну и ещё 13 легионеров. «Германский имперский наместник в Вене Бальдур фон Ширах, - пишет газета «Правда», - возложил на гроб Кодреану (так тогда в советской печати именовали Кодряну - Авт.венок от Гитлера, руководитель заграничной национал-социалистической партии Боле возложил на гроб Кодреану венок от заместителя Гитлера - Гесса». Все публикации о нацистах в советских газетах в то время носили либо нейтральный характер, либо в них чувствовалась плохо скрываемая симпатия. Исчезли фельетоны и карикатуры. Всё произошло так, как было отмечено тайным советником, заведующим восточноевропейской референтурой политико-экономического отдела МИД Германии Карлом Юлиусом Шнурре 27 июля 1939 года. Это был секретный меморандум, появившийся после берлинских переговоров Шнурре с советским временным поверенным в делах СССР в Германии Георгием Астаховым и главой советского торгового представительства Евгением Бабариным. Кроме восстановления сотрудничества между Германией и СССР в экономической области и нормализации политических отношений там был пункт и об «уважении интересов другой стороны в прессе и общественном мнении». Начиная примерно с 19 августа 1939 года (с момента заключения германо-советского торгового соглашения) и вплоть до 22 июня 1941 года советская пресса стала оказывать уважение фашистской Германии.


Ежедневно на международной полосе появлялись сообщения о Второй мировой войне. Впрочем, название «мировая» тогда не употреблялось. Во всех советских газетах - и центральных, и провинциальных писали «Англо-германская война», «Англо-итальянская война»...


В том же номере «Правды» от 1 декабря 1940 года в рубрике «Сегодня в кинотеатрах» можно прочесть о том, что в «Авангарде» показывали фильм «Вратарь», в «Диске» - фильм «Большая жизнь», в «Художественном» - «Великий гражданин», в кинотеатре им. III Интернационала - «Броненосец Потёмкин»... Но нескольких фильмов, снятых незадолго до 1940 года, в советских кинотеатрах увидеть было тогда невозможно. В том числе и фильм, который Сталин любил пересматривать после 22 июня 1941 года. Речь, разумеется, о пропагандистском фильме «Если завтра война...» режиссёра Ефима Дзигана, снятого в 1938 году по сценарию Михаила Светлова и Георгия Берёзко с Всеволодом Санаевым в главной роли. В его титрах было указано: «Батальный фильм на хроникальном материале». Когда он снимался, то СССР с Германией договор о дружбе и границе ещё не подписывал. Поэтому фильм начинается с сообщения по радио о «провокационных выступлениях фашистских агрессоров» на границах СССР. Вражеские генералы в фильме говорят по-немецки. На вражеских танках, вторгающихся на территорию СССР, изображена свастика (правда, левосторонняя). Фашисты кричат «Да здравствует наша раса!»... На экранах это кино появилось только после нападения фашистов на СССР, после чего удостоилось Сталинской премии II степени за 1941 год. А в 1940 году за демонстрацию этого фильма запросто могли бы расстрелять.

Похожая участь ждала роман только набиравшего популярность автора Николая Шпанова. Его самый известный роман «Первый удар. Повесть о будущей войне», изданный в 1938 году Военным издательством НКО СССР в учебной серии «Библиотека командира», пришлось срочно изымать из советских магазинов и библиотек. «Первые же разрывы советских бомб подтвердили со всей очевидностью тяжёлый для германского командования недостаток технических войск, - написано у Шпанова в романе, рабочее название которого было «Двенадцать часов войны».


Один из героев романа произносит речь: «Мы с вами, товарищи, живём у самой границы, но это не пугает нас. Мы знаем: в тот же миг, когда фашисты посмеют нас тронуть, Красная армия перейдёт границы вражеской страны... Большевики - не пацифисты. Мы - активные оборонцы. Наша оборона - наступление... Слава создателю советской авиации великому Сталину!..»


В этой книге Николая Шпанова война с немецкими фашистами показана в бодром телеграфном стиле: «В 17 час. первые германские самолёты перелетели границу СССР. В 17 час. 01 мин. начался воздушный бой. В 17 час. 30 мин. последний неприятельский самолёт первой волны покинул пределы Союза. В 17 час. 34 мин. советские истребители прорвали охранение противника и вошли в его расположение...»


Но даже такая победоносная война на страницах романа советское руководство в сентябре 1939 года уже не устраивала. Германия официально перестала считаться вражеским государством. Зато по-прежнему в библиотеках пользовалась спросом одна из любимых художественных книг Сталина тридцатых годов «Разрушение Парижа» авторства Майора Гельдерса. Это псевдоним немецкого писателя и военного Роберта Кнаусса (Robert Knauss). К 1944 году он дослужился до генерала Люфтваффе, а до этого сразу после начала Второй мировой войны участвовал в боях в Польше, был начальником штаба командующего ВВС в Норвегии, исполняющим обязанности начальника штаба 1-го Воздушного Флота.


«Разрушение Парижа» по-немецки было издано в Германии ещё до прихода Гитлера к власти - в 1932 году. В том же году его перевели на русский и показали Сталину. Он прочёл и 12 июня 1932 года написал письмо Клименту Ворошилову: «Здравствуй, Клим! Книжку Эльдерса («Разрушение Парижа») просмотрел. Занимательная книжка. Надо бы обязательно издать её на русском языке. Она будет культивировать у нас дух хорошего боевизма среди лётчиков, она облегчит воспитание дисциплинированных героев лётного дела. Кроме того, книжка содержит ряд поучительных указаний, полезных нашим летчикам. Надо издать её либо в виде отдельной книжечки, либо в виде фельетонов в «Красной звезде». Обязательно!». (Советское руководство. Переписка. 1928-1941. С. 175-176. РГАСПИ Ф. 74, Оп. 2. Д. 38. Л. 64-65).


Воюют в этом романе не немцы с французами, а англичане с французами. Они же и разрушают Париж. Англичане действительно начнут бомбить Париж, но только после того, как его во время Второй мировой войны захватят немцы.


Рекомендации Сталина, конечно же, учли. Роман Майора Гельдерса в сокращённом варианте напечатали в «Красной звезде» и в военном журнале «ЛОКАФ» (Литературное объединение Красной Армии и Флота), позднее переименованном в журнал «Знамя». «Разрушение Парижа» в СССР вышло по-русски и отдельной книгой - в 1932 и 1934 годах.


Второе издание Сталин подарил своему двенадцатилетнему сыну Василию - будущему лётчику, написав на обложке: «Ваське Красному от И. Сталина на память. 24.III 34. Москва».


К этому времени ветеран Первой мировой войны Роберт Кнаусс написал записку Герингу, в которой изложил свои планы бомбардировки Парижа уже не в художественной форме, а в форме секретного военного плана. Герингу план понравился. Кнаусс оставил гражданскую авиацию и снова вернулся на военную службу. Позднее он дополнит свой роман новыми страницами.

«Фальшивая война с Германией»

Неосталинисты называют войну Британского союза с Германией в 1939 - 1941 году фальшивой. Так и пишут: «Фальшивая война с Германией». Они считают, что «хозяева Запада были готовы отдать Гитлеру почти всю Европу, чтобы он организовал «крестовый поход» на Восток, против русской (советской) цивилизации...Таким образом, вместо того, чтобы воевать с Берлином, хотя ему официально объявили войну, Лондон и Париж готовились к ударам по СССР на севере и юге, явно подталкивая Гитлера начать общий «крестовый поход» Запада против русской (советской).**

Немецкий генерал Альфред Йодль, позднее повешенный по решению Нюрнбергского трибунала, так оценил ситуацию, сложившуюся осенью 1939 года: «Если мы не потерпели крах ещё в 1939 году, то лишь потому, что во время польской кампании 110 французских и английских дивизий ничего не предприняли против 23 дислоцированных на Западе немецких дивизий». Но здесь происходит смешение двух начальных периодов войны. Первый из них - так называемая «Странная война» - протекала до прихода к власти в Великобритании правительства Уинстона Черчилля (Георг VI официально назначил Черчилля премьер-министром 10 мая 1940 года). После этого «Странная война» - выжидательная, сменилась «Битвой за Англию».


На Западе действительно было множество влиятельных людей, чья позиция была схожа с позицией Сталина. С той лишь разницей, что они были бы не прочь руками Гитлера «сломать хребет СССР» или хотя бы значительно ослабить его позиции. Сталин же руками Гитлера намеревался примерно то же самое сделать с Францией и Великобританией.


Но время таких персон как ЧемберленГалифаксФланденШотанПетен и прочих заканчивалось. Начиналось время Черчилля и де Голля. Сторонники решительной войны с фашистской Германией с лета 1940 года, после захвата Германией Норвегии, на Западе набирали силу. Война становилась ожесточённой и кровопролитной. С июня 1940 по июнь 1941 года немецкая авиация совершила свыше 46 тысяч самолёто-вылетов на Великобританию, сбросив около 60 тысяч тонн бомб и потеряв при этом 1733 самолета. Англичане потеряли 915 самолета. Несколько английских городов были разрушены. Особенно пострадал Ковентри - крупный центр оборонной промышленности. Только во время первой ночной бомбардировки 15 ноября 1940 принимали участие до 437 самолётов. Непрерывная бомбардировка длилась около 11 часов. На город сбросили невероятное по тем временам количество зажигательных и фугасных бомб и парашютных мин. Были серьёзно повреждены 12 авиационных заводов города. Кроме этого Ковентри в последующие месяцы и годы немцы бомбили ещё 40 раз. Всё это трудно назвать «фальшивой войной». Особенно учитывая то, что в это же самое время СССР активно обеспечивал Германию стратегическим сырьём и топливом.

«Ты слышишь: не только потомки, нас предки за это клянут...»         

Некоторые книги после августа 1939 года в СССР не запрещали, а подвергали редакции - изымали негативные высказывания о фашистах. Такая участь постигла рассказ Аркадия Гайдара «Голубая чашка». В оригинале у Гайдара говорилось: « - Есть в Германии город Дрезден, - спокойно сказал Пашка, - и вот из этого города убежал от фашистов один рабочий, еврей. Убежал и приехал к нам. А с ним девчонка приехала, Берта...»


В 1940 году сочетание слов «Германия», «Дрезден», «еврей» в СССР было уже нежелательным. Поэтому возник новый вариант: «Есть за границей какой-то город, и вот из этого города убежал от буржуев один рабочий». Не придерёшься. Лишняя тень на нацистскую Германию не упадёт.


В первоначальном варианте 1936 года у Гайдара про мальчика Саньку и девочку Берту сказано: «Перелез через забор и орёт оттуда: «Дура, жидовка! Чтоб ты в свою Германию обратно провалилась!» Это в «Голубой чашке» выкрикивает некий Санька. «А Берта дуру по-русски уже хорошо понимает, - пишет Гайдар, - а жидовку ещё не понимает никак. Подходит она ко мне и спрашивает: «Это что такое жидовка?» А мне и сказать совестно». Абзац заканчивается словами: «Поднял я тогда с земли камень, сунул в карман и думаю: «Ну, погоди, проклятый Санька! Это тебе не Германия. С твоим-то фашизмом мы и сами справимся!»


Но в исправленном варианте 1940 года всё стерильно. Ни жидовки, ни упоминания Германии, ни «своего фашизма» там нет, а вместо этого: «"Дура, обманщица! Чтоб ты в свою заграницу обратно провалилась! А Берта по-русски хорошо понимает, а дуру и обманщицу ещё не понимает никак. Подходит ко мне и спрашивает: "Это что такое дура?" А мне и сказать совестно... Я и думаю: "Ну, погоди, приятель Санька, с твоим-то буржуйством мы и сами справимся!"». Фашизм цензорами заменяется на «буржуйство». Нечто похожее происходило и с изменением внешней политики СССР с весны 1939 года, когда Сталин поставил на пост наркома иностранных дел Вячеслава Молотова. Приоритеты изменились.

Великобритания превращается для руководства СССР во врага № 1.

В мемуарной книге немецкой коммунистки и публициста Маргарет Бубер-Нойманн подробно рассказывается о том, какая участь постигла переехавших из Германии в СССР антифашистов. В 1935 году Рафаэль Бубер (сын еврейского философа еврейского происхождения  Мартина Бубера) и его жена Маргарет Бубер-Нойман вынуждены были, спасаясь от фашистов, переехать в Москву. Через два года - в 1937 году - Рафаэля Бубера казнили как «общественно опасного элемента», а его жену в 1938 году приговорили к пяти годам лагерей и отправили в Караганду. После заключения в сентябре 1939 года договора о дружбе и границе между СССР и Германией Сталин по запросу Германии начал выдавать немецких эмигрантов Гитлеру. В 1940 году Маргарет Бубер-Нойманн депортировали. Выдача состоялась в феврале 1940 года. Эмигрантов передавали немцам на мосту через Буг в Брест-Литовске. СССР, таким образом, с ноября 1939 года по май 1941 года передал фашистам около 350 заключённых, не считая их родственников. В Германии Маргарет Бубер-Нойманн, по выражению гестапо, «взяли под охрану», то есть отправили в концентрационный лагерь СС Равенсбрюк - крупнейший женский концентрационный лагерь нацистовТочно так же поступали профашистские французские власти Виши, депортировавшие по запросу Германии евреев и коммунистов.


Всего же после заключения Советско-германского пакта 1939 около 4 тысяч коммунистов и членов семей были переданы в руки гестапо. И это не считая тех, кто был в тридцатые и сороковые годы уничтожен непосредственно в СССР. Из 43 членов и кандидатов в члены Политбюро ЦК КПГ, действовавшего в период Веймарской республики, в Германии было убито 5 человек, а в СССР - 7. Из 131 члена и кандидатов в члены ЦК КПГ 19 человек репрессировали немецкие нацисты, а 15 или 16 - советские коммунисты. Бежавшего в СССР Ханса Киппенбергера (коммуниста, депутата Рейхстага в 1928 -1933 годах) расстреляли в 1937 году. Погибла и его жена Теа. Дочь сослали в Сибирь. Одного из основателей Коммунистической партии Германии Вилли Леова, члена ЦК КПГ с 1928 года, руководителя Союза красных фронтовиков и депутата рейхстага в 1928-1933 годах, ближайшего соратника Эрнста Тельмана расстреляли в СССР в тот же день, что и Киппенбергера - 3 октября 1937 года. Список расстрелянных, отправленных в сталинские лагеря или переданных гестапо состоит из тысяч имён.


В уничтожении антифашистов в СССР не было никакой идеологии. Людей приносили в жертву в прямом смысле - во имя тактических соображений. В этом не было ничего личного. Сталин старался быть прагматиком и поступал с живыми людьми так, словно они уже были мёртвыми. В большой политической игре он, как ему, видимо, казалось, выбрал меньшее зло - временный союз с Гитлером. И это во многом предопределило в будущем  гибель десятков миллионов людей разных наций.

***

Одно из самых пронзительных стихотворений о войне Константин Симонов написал в июле 1942 года, когда возвращался с фронта. Это было «Безыменное поле», перекликающееся с лермонтовским «Бородино». Оно про отступление Красной Армии: «Ты слышишь, товарищ, ты слышишь, // Как мёртвые следом идут, // Ты слышишь: не только потомки, // Нас предки за это клянут...» Если бы с фашизмом боролись последовательно и всем цивилизованным миром, то не было бы никакого отступления. А может быть, и наступления фашистов не было бы.


Приказ «Ни шагу назад» надо было издавать не в 1942, а в 1939 году. Или раньше. До того, как началась большая война. Но договоры августа-сентября 1939 года, заключённые СССР с Германией, наоборот - являлись отступлением. Фашистам сделали гигантские уступки. Это был  огромный шаг назад. Он не усыпил бдительность Гитлера. Скорее, разжёг его аппетит. Все, кто даже мысленно допускал союз с теми, кто представлял абсолютное зло, ответственны за разжигание Второй мировой войны.


Если бы не события 1939 года, не нужно было бы в 1942 году издавать приказ № 227 «Ни шагу назад», после которого Симонов и написал «Безыменное поле»: «Клянёмся ж с тобою, товарищ, // Что больше ни шагу назад! // Чтоб больше не шли вслед за нами // Безмолвные тени солдат».
Но эти безмолвные тени, если приглядеться, по-прежнему неподалёку.

Прошло почти восемьдесят лет. Но самую страшную войну в России с некоторых пор предпочитают из тех же тактических или пропагандистских соображений преподносить так, как будто не было событий 1937-1941 года. Намеренно не замечая «проклятых и убитых».

 19.

 ОХРАНИТЕЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ
(«Городская среда», 2014 г.)

Специально для «Псковской губернии» расширил статью о «правом повороте». Расширение было необходимо для того, чтобы не возникало ощущения однобокости. Дескать, о русских фашистах сказано, а где остальные? Текст не русских фашистах, а о фашистах вообще. Но сразу обо всех не напишешь. Поэтому добавилась украинская тематика. Важно понимать, что фашист не обязательно тот, кто ходит со свастикой и имеет соответствующий партбилет. Фашизм в мозгах, это же очевидно. Человек может не любить Гитлера, но быть фашистом. Бывало, что фашисты уничтожали фашистов. Чем они хуже коммунистов?

 

ПРАВЫЙ ПОВОРОТ
(«Псковская губерния», 2014 г.)

Тоска по порядку может привести к новому варварству

В мире правый поворот на красный свет разрешают не только на автомобильных дорогах, но и в политике. Это связано с тоской по порядку. Порядок обычно не наступает, но тоска проходит.

«Великое охранительное движение»

В Пскове даже среди  тех, кто любит время от времени демонстрировать, что не чужд демократии и либерализма, попадаются люди, с некоторым сочувствием рассуждающие о годах фашистской оккупации. Дескать, не всё было так уж плохо, когда немцы с лета 1941 года по лето 1944 года находились в Пскове. Вспомнят они и про открывавшиеся православные храмы, включая Троицкий собор, и про воскресные школы, просветительские акции, не забудут упомянуть «Псковскую православную миссию»...

Один человек мне с чувством рассказывал, что как немецкий солдат его, ребёнка, угощал чем-то вкусным, конфетами, кажется... Точнее, мне эту историю в разное время рассказывали два человека. Человека было два, а конфета, возможно, была одна - немецкая. В общем, смотрите снимавшийся в Пскове фильм Владимира Хотиненко «Поп».

Если вы будете настойчивы и любопытны, вам ещё с улыбочкой расскажут про то, чем «цивилизованный» фашизм отличается от «нецивилизованного». Процитируют Ивана Ильина (не всё же Путину его цитировать), Мережковского, Шульгина...

Однажды я слушал-слушал, и вспомнил, что же именно эти слова мне напоминают. Ну, конечно же, прогерманскую газету «За Родину». Взять хотя бы статью от 3 декабря 1942 г. под названием «Господи, ниспошли Адольфу Гитлеру силу для окончательной победы». Там, в частности, говорилось: «В противоположность большевизму, который разрушал церкви, организовывал  массовые ссылки и даже убийства духовенства, преследовал верующих, - национал-социалистическая Германия не только разрешает любую церковную деятельность но и поддерживает её всеми возможными мерами».

До сих пор некоторые с благодарностью вспоминают, что на захваченных территориях РСФСР немцы открыли 2150 храмов, из них около 470 на Северо-Западе.

Разумеется, вам скажут и о том, что не надо ставить в один ряд СС и тех, кто вынужден был сотрудничать с оккупантами.

Аргументы будут примерно те же, что и в случае с небезызвестным Степаном Бандерой, который для одних украинцев герой, а для других - фашист. Те, кто сочувствует Бандере, не забудут упомянуть, что тот пострадал от Гитлера, был арестован, некоторое время сидел. Это не очень убедительный аргумент. Один из лидеров национал-социалистов и руководитель СА Эрнст Юлиус Рём пострадал от Гитлера значительно сильнее, чем Степан Бандера. Рём был убит. Но этого недостаточно, чтобы сделать его положительным героем.

Истоки русского и украинского фашизма в значительной степени одни и те же. Украина и Россия и здесь по-братски близки (разница в империализме и изоляционизме). Хаос Гражданской войны, воинственный большевистский атеизм, так или иначе, приводили крайне правых к простой и прямой, как штык мысли о том, что с врагами униженной Родины надо быть беспощадными. Эти люди предпочитали удар справа.

Что ж, русский фашизм, разумеется, не вчера родился. Шульгина не мешало бы процитировать хотя бы потому, что к Пскову он имеет прямое отношение. Именно Василий Шульгин вместе с Александром Гучковым на псковском железнодорожном вокзале уговорил императора Николая II отречься от престола.

Шульгину и многим другим русским эмигрантам казалось, что в фашизме есть спасение от коммунизма. Западные демократии слабы, безвольны (почти как сейчас), а сила фашистов в том, что они решительны и воинственны. Особенно же Шульгину нравилась дисциплина. «Под дисциплиной можно при желании понимать и форму правления», - писал один из бывших лидеров фракции националистов в IV Государственной думе Шульгин Петру Струве и высказывал симпатии к фашизму итальянского образца.

Пётр Струве, в биографии которого тоже просматривается «псковский след», в свою очередь в одной из статей написал: «Как бы критически не относиться к фашизму, к его отдельным проявлениям и приёмам, - он есть спасительная, даже для демократии, реакция против коммунизма, он есть великое охранительное движение, сильное и замечательное тем, что консервативные соки и силы оно ищет и извлекает из народных глубин».

«В оценке его нужны спокойствие и справедливость»

Фашизм как охранительное движение. Вот что привлекает людей. Им кажется, что фашизм что-то охраняет. И не только концлагеря. И не просто «что-то», а традиционные ценности. Что ж, если под традиционными ценностями понимать человеконенавистничество, то да, охраняет.

Нынешние сочувствующие фашизму люди постоянно делают оговорки: «фашизм менялся», «не надо путать фашизм образца 1944 года и образца 1933 года» и т.п. Вообще-то, «Майн кампф» написан не в 1944 году, и даже не в 1933-м. И кто такие фашисты - отлично было известно ещё до того, как они пришли к власти в Германии. Гитлер и до «пивного путча» был вполне сформировавшимся фашистом и за последующие двадцать лет не сильно изменился.

Однако не все русские так думали. «Кто против борьбы этих рыцарей с дьяволом, тот за дьявола», - писал Иван Ильин. Рыцари у него - это фашисты. То есть если вы против фашистов, то вы за дьявола, а может быть и сам дьявол. Русский мыслитель не хотел заглядывать далеко. Он ненавидел большевиков (и было за что). Эта ненависть многое Ильину заслонила и заменила, что совсем его не оправдывает.

Свою статью под названием «О фашизме», опубликованную 6 декабря 1948, Иван Ильин начинает так: «Фашизм есть явление сложное, многостороннее и, исторически говоря, далеко ещё не изжитое. В нём есть здоровое и больное, старое и новое, государственно-охранительное и разрушительное. Поэтому в оценке его нужны спокойствие и справедливость».

Знакомая интонация. С той поры это повторяли тысячи раз, в том числе и совсем недавно - Андраником Миграняном.  Есть, видите ли, здоровое и больное. Больное вылечим, на здоровое обопрёмся. Ильин же был неглупый человек, долгое время жил в Германии, тесно сотрудничал с настоящими фашистами и не мог не видеть того, что творилось в Германии после 1933 года.

Иван Ильин не стеснялся говорить о том, что фашизм прав. На эту тему он высказывался не раз. В той же статье «О фашизме» он написал: «Выступая против левого тоталитаризма, фашизм был, далее, прав, поскольку искал справедливых социально-политических реформ. Эти поиски могли быть удачны и неудачны: разрешать такие проблемы трудно, и первые попытки могли и не иметь успеха. Но встретить волну социалистического психоза -социальными и, следовательно, противо-социалистическими мерами - было необходимо. Эти меры назревали давно, и ждать больше не следовало».

Клин он хотел вышибить клином. Только и всего. Поэтому он и пишет: «Наконец, фашизм был прав, поскольку исходил из здорового национально-патриотического чувства, без которого ни один народ не может ни утвердить своего существования, ни создать свою культуру».

Это важные слова. Не только дисциплина и животный антибольшевизм были ему близки, но и «здоровое национал-патриотическое чувство». Важно чтобы оно выглядело максимально здоровым. Кровь с молоком, кровь с почвой.

Ильин, например, не видел в фашизме антисемитизма. Гитлер бы обиделся, если бы прочитал. Не увидеть антисемитизма в германском фашизме - это надо было постараться. Даже если не читать печатных трудов нацистов. В конце концов, Ильин задолго до мировой войны не мог не видеть, как вокруг него происходят еврейские чистки, и его коллеги, в том числе и эмигранты из России, Семён Франк, например, лишаются работы из-за еврейского происхождения. Но Ильин этого предпочитал не замечать. И всё только потому, что видел в фашистах силу, способную осуществить «законный переворот» и способствовать «легальному самоотмену демократическо-парламентаристского порядка».

«Европейской культуре даётся отсрочка»

Русским фашистам и им сочувствующим с двадцатых годов ХХ века был ненавистен сам парламентский дух и всяческая выборность. Им нравились вожди (не все, разумеется), им нравилась дисциплинированная народная масса. Они насмотрелись в Гражданскую войну на хаос.

Всероссийская национал-революционная трудовая и рабоче-крестьянская партия фашистов была учреждена 10 мая 1933 года в Томпсоне (США, штат Коннектикут). Основателем был небезызвестный Анастасий Вонсяцкий. Существовала фашистская школа для русских, выходили газеты, проводились конференции, в том числе и в гитлеровской Германии. После 1935 года партию переименовали во Всероссийскую национал-революционную партию. Фашизм для русских фашистов-эмигрантов означал не просто порядок, а возвращение домой.

Одним из основоположников русского фашизма считается Константин Родзаевский, создатель Всероссийской фашистской партии (позднее (Российский Фашистский Союз) - бывший комсомолец, вовремя сбежавший из СССР. Партийные ячейки ВФП создавались по всему миру. Выходили фашистские газеты «Нация» «Наш долг», «Наш стяг» и «Наша борьба». Но организованных фашистов среди русских никогда не было много. Ни среди эмигрантов, ни среди тех, кто жил в СССР-России. Их было достаточно, чтобы формировать отряды полицаев во время Великой Отечественной войны, но недостаточно, чтобы говорить о какой-то серьёзной самостоятельной силе.

За прошедшие с той поры семьдесят с лишним лет мало что изменилось. Есть некие интеллектуалы, есть персонажи вроде члена «Чёрной сотни» Раевского, татуированного свастикой и ликом Гитлера (Раевский в приступе «патриотизма» отправившегося «отстаивать интересы» русских в Одессу)...  Однако существует ещё неорганизованный фашизм - без свастик, без тоски по Гитлеру и Борману, без «зигов», но с тоской по порядку. Существуют люди, до сих пор верящие в «вертикаль власти» (как писал Ильин, и как говорят теперь в России). Многие неорганизованные фашисты ненавидят чужих, ненавидят Европу, мечтают о замкнутом пространстве - о закрытом обществе...

Степан Бандера от этого тоже недалеко ушёл. В конце концов, первыми Бандеру приговорили к смертной казни через повешение задолго до Второй мировой войны поляки - за то, что был причастен к убийству министра внутренних дел Польши Бронислава Перацкого. И освободили его из польского заключения немецкие фашисты.

Нынешние последователи Бандеры в (на) Украине стараются замечать только «светлую» сторону его личности. Что ж, при желании борцом с фашизмом можно при умелом манипулировании сделать и группенфюрера СС Генриха Мюллера.

Бандера, конечно, не был так прямолинеен, как Анастасий Вонсяцкий и Константин Родзаевский. Какой-то особой симпатии к немецким фашистам у него, скорее всего, не было. Он хотел «всего лишь» на немецких штыках создать независимую Украину. Немцы это понимали, и не зря Бандера был на некоторое время изолирован. И тем более не зря  в декабре 1944 года он снова оказался на свободе, после чего гестапо выделило ему дачу под Берлином, где он немного отдохнул. Затем Бандеру отправили в распоряжение абверкоманды в Краков... О том, что успел и что не успел сделать в годы войны Бандера написано множество статей. Любой желающий может самостоятельно оценить его вклад в украинскую и мировую историю. На мой взгляд, террористом он быть не перестал. За годы его бурной деятельности жертвами становились поляки, русские, евреи...

И признание Бандеры героем не усиливает, а ослабляет позиции Украины как независимого государства. Противники Украины этим умело пользуются.

У России был свой Бандера - генерал Андрей Власов - председатель Президиума Комитета освобождения народов России, главнокомандующий Русской освободительной армией. Его русские поклонники обязательно напомнят вам про то, что Власов - участник битвы за Москву, орденоносец (получил орден Ленина, два ордена Красного Знамени). Он, как и Бандера, был тоже не фашист, а «всего лишь» союзник. Но он был из тех «нефашистов», которые готовы были вслед за Ильиным или задолго до Ильина повторять «фашизм есть явление сложное, многостороннее».

Притом, что фашизм - явление чрезвычайно простое. Для того чтобы приблизиться к фашизму, надо научиться ненавидеть чужаков и просто непохожих на тебя людей. В искусстве такой ненависти нет изысков. Нет в нём ничего многостороннего. Фашизм - это одностороннее движение. В попытке устранить хаос фашисты рано или поздно устраивают ещё больший хаос - вначале в своих головах, а потом и наяву.

Когда Гитлер только пришёл к власти, Ильин написал: «Европа не понимает национал-социалистического движения. Не понимает и боится... Нам, находящимся в самом котле событий, видящим всё своими глазами, подверженным всем новым распоряжениям и законам, становится нравственно невозможным молчать. Надо говорить; и говорить правду... Мы советуем не верить пропаганде, трубящей о здешних «зверствах»...Что сделал Гитлер? Он остановил процесс большевизации в Германии и оказал этим величайшую услугу всей Европе... Пока Муссолини ведёт Италию, а Гитлер ведёт Германию - европейской культуре даётся отсрочка».

Неорганизованный и неоформившийся русский и украинский фашизм образца 2014 года отчасти, как и в начале 30-х прошлого века, связан помимо всего прочего и с тоской по Культуре (тоске по высокой культуре взамен низкой, демократичной). Мысль у стихийных фашистов проста и повторяет слова Ивана Ильина, сказанные много десятилетий назад: «Первые попытки могли и не иметь успеха». В том смысле, что Гитлер перегнул палку, но идея-то была неплоха...

Да, Ильин был прав - хотя бы в том, что фашизм, в том числе и русский, и украинский, «исторически говоря», явление «далеко ещё не изжитое». Изжить его можно и нужно, но для этого надо не разжигать ненависть, не плодить бедность. Для этого надо не уничтожать законы, а выполнять их, - чтобы воспалённом сознании истосковавшихся по порядку граждан понятия «порядок» и понятие «фашизм» не были бы взаимозаменяемы.

 20.

МОНУМЕНТАЛЬНАЯ ПРОПАГАНДА. Часть первая
(«Псковская губерния», 2016 г.)

Когда сталинская и геббельсовская пропаганда соединяются вместе, то ставится жирный крест на исторической правде

«Собака вернулась к своей блевотине».
И.Сталин. «Ответ тт. Олехновичу и Аристову».


Удивительно не то, что в Псковской области под Островом к 23 февраля 2016 года установили бюст Иосифа Сталина, а то, что его установили так поздно. Культ личности Сталина в этом отдельно взятом месте - возле деревни Холматка - создавался много лет. В пяти километрах от того места, где теперь находится сталинский бюст, был даже установлен дорожный указатель, направленный в сторону «исторического комплекса» «Линия Сталина». Увековечив имя Сталина на дорожном указателе, создатели Военно-исторического музея-заповедника Псковской области сделали всё возможное, чтобы на псковской земле после долгого отсутствия появился первый бюст «отцу народов».

«Никакой особой «линии Сталина» не существовало и не существует»


Логика инициаторов установки бюста Сталина на псковской земле такова: восстановили не бюст, а историческую справедливость.

Финансовую помощь оказало Российское Военно-историческое общество (председатель - Владимир Мединский, председатель Попечительского совета - Дмитрий Рогозин).

Директор Военно-исторического музея-заповедника Псковской области Пётр Гринчук объяснил, почему именно под Островом было решено установить бюст Иосифу Сталину: «Оборонительная линия носит его имя. Поэтому бюст поставили в самом начале линии. Хочу заметить, что своё название оборонительная линия получила не в наши дни. Уже в немецких хрониках 1941 года, когда неприятель рвал нашу оборону, в них она именуется «Линией Сталина»».

Пётр Гринчук не кривил душой, когда говорил о том, что «Линией Сталина» эти места именовали немецко-фашистские оккупанты. Но мало ли что они именовали в своих хрониках и на своих картах? Значительная часть нынешнего центрального проспекта Пскова - Октябрьского - в годы фашисткой оккупации называлась Гитлер-штрассе, но это ещё не повод, чтобы возвращаться к «историческим» немецко-фашистским названиям.

Здесь важно понимать, что по поводу так называемой «Линии Сталина» во время войны думали те, кто боролся с фашистами. Для этого достаточно взять хотя бы газету «Красная звезда» - пятничный номер за 8 августа 1941 год. В этом № 185 есть что почитать: рассказ лётчика-истребителя Виктора Талалихина «Как я протаранил немецкий самолёт под Москвой», заметку Ильи Эренбурга «Безработные гауляйтеры», репортаж о партизанах специального корреспондента «Красной звезды» Василия Гроссмана, короткую информацию о гибели сына Муссолини, ещё более короткое сообщение под названием «Индия объявила Финляндию неприятельской территорией»... Но если взглянуть на первую страницу газеты, то бросается в глаза текст «От советского информбюро» с необычным для сухого информационного сообщения названием «Арабские сказки немецкого верховного командования или шестинедельные итоги войны». Именно здесь и сказано о «Линии Сталина», точнее - о её отсутствии.

«Стремясь объяснить тяжёлые потери немцев на фронте и причины длительного топтания немецко-фашистских полчищ, германское командование пытается создать легенду о существовании «мощной укреплённой линии Сталина», - говорится в сообщении «От советского информбюро».

«Никакой особой «линии Сталина» не существовало и не существует», - сообщает в августе 1941 года «Красная звезда», и здесь нет ни малейших оснований верить немецко-фашисткой пропаганде больше, чем совинформбюро.


Но, похоже, Пётр Гринчук и Александр Голышев (руководитель регионального отделения Российского Военно-исторического общества) почему-то доверяют этой пропаганде больше, чем советским источникам.

Прославил так называемую «Линию Сталина» министр народного просвещения и пропаганды третьего рейха, президент имперской палаты культуры Пауль Йозеф Геббельс. Это он объявил о том, что летом 1941 года немецкие войска прорвали мощные укрепления «Линии Сталина» на старой советской границе.

26 сентября 1941 года в «Красной звезде» последовал очередной ответ Геббельсу: «Советское информбюро разъяснило, что укреплённого района «линия Сталина» не существовало, а были укрепления обычного полевого типа. «Линию Сталина» немцы выдумали опять-таки для того, чтобы приписать себе незаслуженные успехи и славу». В своих опровержениях СССР был настойчив: «Эта линия придумана немцами для оправдания своих огромных потерь, которые объясняются не наличием «особой линии» в обороне СССР, а тем, что Красная Армия и советский народ защищает свою родину с величайшим мужеством и храбростью».

«Они не могут считаться боеспособными»


«Линия Сталина» - в значительной степени миф, к которому время от времени возвращались то фашисты, то сталинисты. Однако не только они.

Иногда пишут, что этот термин ввёл в оборот Геббельс. Это не так. Судя по всему, в прессе «Линию Сталина», скорее всего, впервые упомянули в декабре 1936 года в русскоязычной газете «Сегодня». Позднее та же статья в переводе появилась в английской газете Daily Express. Геббельс эту идею всего лишь подхватил и развил. Одно дело - скромная газета «Сегодня», другое - немецкая пропагандистская машина.

Но название «Линия Сталина» так и не прижилось. В серьёзных научных трудах его встретить трудно.

Однако спустя много десятилетий, когда в России в начале ХХI века снова начали культивироваться интерес, а то и любовь к Сталину (как говорится, «любовь с интересом») о «Линии Сталина» снова заговорили.

Не удивительно, что на новом витке пропаганды среди сторонников внедрения в общественное сознание названия «Линия Сталина» оказались коммунисты, нацболы и прочие сторонники «сильной руки», принимавшие участие в создании Военно-исторического музея-заповедника Псковской области.

Вспоминается старый лозунг незарегистрированной партии нацболов «Завершим реформы так - Сталин, Берия, Гулаг». Специально для них я напомню то, под чем подписался авторитетный для них государственный деятель - Лаврентий Берия. Сохранилась докладная, направленная народному комиссару обороны Клименту Ворошилову, подписанная в начале 1939 года народным комиссаром внутренних дел Берия. Там сказано: «Несмотря на долгое строительство и дооборудование Псковского и Островского УР (укрепрайонов - Авт.), они не могут считаться в настоящее время боеспособными. Из-за неправильно спроектированного и построенного внутреннего оборудования большинства ДОТ они не могут быть заняты войсками... до половины сооружений на 20-40 см заполнены водой, появившейся из-за неправильной оценки глубины грунтовых вод. В то же время водопровод не работает... Электрооборудование укрепрайонов отсутствует... В жилых помещениях УР высокая влажность и спёртый воздух... Центры снабжения УР не построены... Продовольственные склады отсутствуют...»

Всё-таки символично, что бюст генералиссимусу Сталину установили именно в таком месте. Скверно этот «великий полководец» готовился к войне. Уничтожил или отправил в лагеря десятки тысячи кадровых военных. А те, кто пришёл им на смену, не смогли или не успели организовать серьёзную оборону. Когда фашистская Германия в августе 1939 года превратилась в союзника СССР, то необходимость создания полноценного укрепрайона вроде бы вообще отпала. Из-за присоединения Балтийских республик военные укрепления вблизи бывшей государственной границы достраивать не стали. Решили строить новую линию - западнее (в зарубежных источниках её иногда именуют «Линией Молотова»). Но новая линия обороны так и не появилась. Сталин перехитрил сам себя.

Вторая мировая война, длившаяся шесть лет, для Советского Союза разделилась на две неравные части. Первые год и десять месяцев, вплоть до 22 июня 1941 года, СССР был военным и торговым союзником фашистской Германии, а во врагах числились те, кто воевал с Гитлером - Великобритания и Франция.

К началу Великой Отечественной войны то, что сейчас некоторые по-прежнему с упорством называют «Линией Сталина», представляло жалкое зрелище. В той же докладной, направленной Ворошилову, говорилось: «Из-за неграмотного планирования УР их огневые сооружения не могут вести огонь на дальность более 50-100 м, так как местность имеет бугры, овраги и невырубленные леса. ДОС № 3, установлен на склоне оврага и не может быть замаскирован из-за постоянных оползней, а имеющийся в нём орудийный полукапонир бесполезен, так как располагается ниже уровня окружающей местности... Для расширения секторов обстрела необходимо снять около 120 000 кубометров земли, а также вырубить до 300 га леса и кустарника... Амбразуры ДОТ рассчитаны на применение пулемётов «Максим», но оборудованы станками неизвестной конструкции, ... предназначенными, скорее всего, для пулемета Гочкиса, давно снятого с вооружения. Орудийные полукапониры не оборудованы броневыми заслонками и служат источником проникновения в ДОТ талых вод и осадков... Артиллерийское вооружение УР состоит из 6 устаревших полевых орудий 1877 года, к которым нет снарядов... Охрана территории УР не ведётся. В ходе работы комиссия неоднократно встречала местных жителей, проходящих в непосредственной близости от огневых сооружений для сокращения пути между поселками...»

Шесть полевых орудий времён русско-турецкой войны 1877-78 гг., да к тому же без снарядов, - это сильно. Сталинский режим больше рассчитывал на самопожертвование народа, чем на новое вооружение или современные укрепления. Он готов был забросать врага если не шапками, то телами своих граждан. Так было зимой 1939 года. А летом 1941 года многие «укрепления» выглядели ещё хуже. Но это не умоляет подвига тех, кто встретил фашистов под Островом в начале июля 1941 года.

Было бы неправильно говорить, что островские поисковики во главе с Петром Гринчуком занимаются только пропагандой сталинизма. Они проделали огромную работу по поиску незахороненных останков советских бойцов (часто брошенных на произвол судьбы командованием Красной Армии). Усилиями поисковиков создан внушительных размеров военно-исторический музей под открытым небом. Как редактор в двух изданиях я опубликовал около десятка статей, написанных одним из этих поисковиков. В одной из них сказано об островских укреплениях: «Из 250 дотов успели закончить 70, когда поступил приказ работы прекратить, вооружение снять и отправить на новую границу. В результате, к началу июля 1941 года здесь держали оборону артдивизион, учебная и пулемётная роты укрепрайона и 398 СП 118 СД. Правда, оборонялись они не в дотах, а в основном в прилегающих к ним окопах».


Наступавших фашистов здесь героически сдерживали около суток - 4 и 5 июля 1941 года. Не уверен, что бойцы, вынужденные сдерживать натиск бывших союзников не в дотах, а в окопах, вспоминали Сталина добрым словом.


И вот теперь, неподалёку с могилами погибших бойцов Красной Армии, высится бюст Иосифа Сталина.

Чем не ядовитая усмешка истории?

21.

УГОЛ ЗРЕНИЯ.
(«Городская среда», 2016 г.)

Один из отзывов на первую часть статьи «Монументальная пропаганда» начинался со слов: «Алексей! Вы написали не подумав». Почему-то некоторые люди уверены, что автор садится за компьютер и не думает. Читает, ездит, общается с людьми, а потому садится и пишет большую статью с продолжением - не подумав.

Если люди всерьёз так считают, то спорить с ними бесполезно. Они ссылаются на авторитеты типа автора «Ледокола» Суворова. Суворов им давно объяснил, «как было на самом деле». А я уже много лет думаю, что Сталин всё-таки не подготовил страну к войне - ни к наступательной, ни к оборонительной. СССР был готов к войне только в одном смысле: человеческая жизнь там ценилась дёшево. Цена жизни была столь низка, что завалить врага телами советских граждан было проще и дешевле, чем создавать неприступные оборонительные линии. /.../

22.

МОНУМЕНТАЛЬНАЯ ПРОПАГАНДА. Часть вторая
(«Псковская губерния», 2016 г.)

Пропагандистская война превращает исторические факты в разрывные снаряды, летящие и в своих, и в чужих

«Все побеждающий
и стали тверже, Сталин!
Ты выше,
чем самый высокий
Саянский хребет.
Ты прозрачней и чище,
чем светлые воды Байкала,
несущие песнь о тебе!»
X. Намсараев. Великому Сталину (Перевод А. Чачикова).


В начале Великой Отечественной войны советские газеты писали о том, что «гитлеровское командование пичкает население смехотворной чепухой». Название этой «смехотворной чепухи» было громкое: «Линия Сталина». Прошло много десятилетий, но «смехотворной чепухи» меньше не становится.

«Гитлеровское командование выкинуло новый трюк»

Ни Сталин, ни другие руководители СССР не собирались называть военные укрепления на бывшей западной границе столь громким названием: «Линия Сталина». И дело не в скромности Сталина. Его именем были названы десятки населённых пунктов (Сталиногорск, Сталинск, Сталино, Сталинград, Сталинири, Сталинабад...), тысячи улиц...

Просто Сталину лучше других было известно, что ничего, подобного знаменитой «Линии Маннергейма», в СССР не существует. С какой стати в таком случае его именем должно называться то, что представляло жалкое зрелище? Сталин хотел дистанцироваться от такого сомнительного названия.

После очередной инспекции, проведённой в укрепрайонах в апреле-мае 1941 года, представители Генерального штаба, Наркомата обороны и ЦК ВКП(б) пришли к выводу, что ни сами укрепления, ни гарнизоны «не соответствуют задачам обороны».

Про артиллерийские орудия и стрелковое оружие и говорить нечего. В документе, составленном по итогам проверки, сказано: «Большая часть их составляет устаревшие лёгкие полевые орудия обр. 1877-1895 гг. без специальных станков и боеприпасов. Из сравнительно современных артиллерийских средств гарнизонам УР переданы лишь 26 76-мм орудий обр. 1902 г. и 8 76-мм полевых орудий обр. 1902/30 г. Из 200 заказанных капонирных пушек Л-17 не получено совершенно... Установленные капонирные орудия укомплектованы не полностью... Состояние механизмов таково, что ... вести из них огонь нельзя, а часто и опасно для расчёта. Формуляров эти орудия не имеют... Комплекты ЗИП утрачены... Должный уход за орудиями отсутствует... Стрелковое вооружение ДОТ наполовину составляют пулеметы устаревшей конструкции и иностранных марок, к которым часто отсутствуют боеприпасы».

Оружие образца прошлого века. Стрелять нельзя или опасно... Настоящее издевательство. До нападения фашистов оставался месяц.

Прошло почти восемьдесят лет, а миф о «Линии Сталина» по-прежнему существует - по той причине, что существуют мифотворцы. Это они создали как минимум два музея под открытым небом с одинаковыми названиями «Линия Сталина». Первый появился в республике Беларусь, а второй в России, в Псковской области.

Если придерживаться не только духа, но и буквы исторической правды, то названия этих музеев надо было написать немецкими буквами: Die Stalinlinie. Именно так это слово писали те, кто летом 1941 года вводил такое сомнительное понятие в массовое сознание.

Советская пресса летом и осенью 1941 года отвечала язвительными статьями, для которых были характерны такие фразы: «Гитлеровское командование выкинуло новый трюк».

Время трюков не прошло до сих пор.

«Всё начинается не с фактов, а с интерпретаций»

В нынешней России существует как минимум двадцать восемь улиц, названных в честь Иосифа Сталина. При участии министра культуры России под Ржевом открыт бюст Сталина, а рядом - дом-музей (в этом доме Сталин один раз ночевал). Бюсты вождя регулярно устанавливаются в разных городах и сёлах. Очередь дошла и до Псковской области.

«Мы не политизируем это событие. Но заслуги этого человека во время войны неоспоримы. Как и в послевоенный период, период восстановления страны после самой страшной войны, - объяснил появление очередного бюста Сталина директор Военно-исторического музея-заповедника Псковской области Пётр Гринчук. - Бюст установлен по инициативе Российского Военно-исторического общества».

Операция получилась двухходовой. Вначале появилась Die Stalinlinie, а когда люди привыкли, то там же установили бюст генералиссимусу.

Учитывая обстоятельства семидесятипятилетней давности, событие вышло не историческим, а антиисторическим. Строго в соответствии со знаменитым высказыванием председателя Российского Военно-исторического общества Владимира Мединского: «Вы наивно считаете, что факты в истории - главное. Откройте глаза: на них уже давно никто давно не обращает внимания! Главное - их трактовка, угол зрения и массовая пропаганда».

Нечто подобное специалист по PR-технологиям Мединский говорил не раз, в том числе и в своих книгах: «Факты сами по себе значат не очень много. Скажу ещё грубее: в деле исторической мифологии они вообще ничего не значат. Всё начинается не с фактов, а с интерпретаций. Если вы любите свою родину, свой народ, то история, которую вы будете писать, будет всегда позитивна».

Создатель серии книг о разоблачении «исторических мифов» одни мифы явно предпочитает другим. В той же книге о войне и мифах Мединский написал: «Моя цель - развенчать мифы чёрные. Но вот положительные - решительно хочется оставить... Эти мифы не вредны...».

Книга Владимира Мединского «Война: мифы СССР. 1939-1945» - очень своеобразное издание. Создаётся впечатление, что книгу писали не просто разные люди, а люди с противоположными взглядами. Кому-то досталась одна глава, кому-то другая. Но даже если согласиться с тем, что её всё-таки писал один человек по фамилии «Мединский», то всё равно один вопрос останется: читал ли он её? Временами в тексте встречаются такие замечательные пассажи как «Сталин и Гитлер во многом похожи. Как похожи вообще все тираны на свете. СССР в чём-то походил на Германию. Все идеологизированные государства чем-то напоминают друг друга». Вроде бы не этого ждёшь от человека, принимавшего участие в открытии музея «Калининский фронт. Август 1943 года» (он же - музей Иосифа Сталина, открыт в посёлке Хорошево Ржевского района Тверской области, где ночь с 4 на 5 августа 1943 провёл Сталин). Это, видимо, и есть живое доказательство того, что факты в истории - не главное, а главное - трактовка.

Если «правильно» подойти к слову «тиран», то в нём обнаружится масса положительного. Как и в людях в фамилиями «Сталин» и «Гитлер».

Сегодня точно так же поступают и другие «российские патриоты». Они используют исторические факты по своему усмотрению. Напрасно Пётр Гринчук говорит: «Мы не политизируем это событие».

Музеи, улицы, бюсты, памятники в полный рост... Прямого отношения к историческим фактам это не имеет. Зато имеет отношение к политике. Мы живём в эпоху сталинского реванша. То, что раньше можно было прочитать в газетах «Завтра» или «Лимонка», теперь практически превратилось в государственную политику. С одной лишь оговоркой. Российские власти пытаются усидеть сразу на двух стульях. Информация о сталинских репрессиях пока не является запрещённой. Её всего лишь пытаются «правильно интерпретировать». 

Но как «правильно интерпретировать» секретный могильник МГБ-НКВД (Левашовскую пустошь), где были уничтожены и закопаны тысячи людей (именно туда свозили многих репрессированных псковичей)? Долгое время в этом месте под Петербургом-Ленинградом у псковичей не находилось денег даже на установку нормального креста.

За много лет в Пскове так и не нашлось денег, чтобы установить нормальный памятник жертвам сталинского террора.

Зато теперь у нас есть парадный бюст Сталина. Сталин весь в белом.

«Мы на вождя восторженно глядим»



Die Stalinlinie - это во всех смыслах реконструкция. Поисковики - люди увлечённые. Но, кажется, в данном случае они чересчур увлеклись. И произошло это не тогда, когда под Островом установили бюст Сталина (торжественное открытие бюста, появившегося накануне 23 февраля, предполагается 9 мая 2016 года). Реконструируются не только события, но и идеи.

Но моё первое впечатление от военно-исторического комплекса под Островом было связано не с именем Сталина (хотя уже тогда там были и сталинский портрет, и огромная надпись на танке «За выполнение указаний вождя»). И всё же самым запоминающим было не это.

Уже несколько лет у деревни Холматка проводится так называемая реконструкция боя. Очень хорошо помню свой приезд в военно-исторический комплекс возле деревни Холматка 22 июля 2011 года. Первое, что я увидел, когда вышел из машины - больших размеров нацистское знамя со свастикой, развевающееся над всеми. Неподалёку как ни в чём ни бывало стояли Пётр Гринчук и Александр Голышев.

Картина была диковатой: люди приезжают к месту захоронения советских воинов, останки которых нашли в лесах поисковики-энтузиасты. И что же они, прежде всего, видят? Развевающийся над ДОТом флаг со свастикой. И он развевается там не минуту, а несколько часов. Вокруг ходят переодетые эсэсовцами солдаты российской армии со свастикой на рукаве и знаками СС на касках. Здесь же ожидают боя псковские реконструкторы в серой форме вермахта.

Возле могил произносятся речи, посвящённые освободителям. И всё это время неподалеку на ветру развевается огромное фашистское знамя.

...Короткая реконструкция сражения длилась всего несколько минут. По всей видимости, реконструкция имитировала взятие в 1944 году находившейся неподалеку немецкой линии «Пантера». Затем место нацистского знамени заняло красное.

В Военно-историческом музее под Островом есть на что посмотреть. Противотанковый «зуб дракона», противотанковые пушки ЗИС-2 и Зис-3, автомобиль ГАЗ 67Б, 120-милиметровый миномет с советской тележкой и немецким стволом, танк Т-34 начала войны. Стоят пограничные столбы со следами пуль (на одном из столбов ещё виден латвийский герб)... Но в тот раз особое внимание зрителей, приехавших на автобусах и автомобилях, привлекала нацистская символика. Чёрная форма эсэсовцев более экзотична, чем скромные красноармейские гимнастёрки или плащ-палатки. И дети в первую очередь стремились сфотографироваться именно с «фашистами» и их свастикой. Понятное дело, что фотографии, которые я тогда сделал со Дня празднования освобождения Островского района, мало кто решился опубликовать без ретуши - там на каждом шагу встречалась свастика (на рукавах, на знамёнах). Но если уж назвались Die Stalinlinie, в смысле - «Линия Сталина», то всё логично. Как будто попал не на день освобождения Островского района, а прямиком в 22 сентября 1939 года - на совместный парад войск вермахта и Рабоче-крестьянской Красной армии в Бресте после разгрома Польши.

***

Владимир Мединский, когда рассуждал об исторических фактах, - отчасти был прав. На факты многие действительно уже не обращают внимания (министр культуры говорил о том, что никто не обращает). Но это не значит, что так должно продолжаться и дальше. Иначе можно уподобиться придворному поэту Демьяну Бедному (Ефиму Придворову) с его строками: «Мы на вождя восторженно глядим, // Наш вождь и друг, товарищ Сталин, // С тобой наш фронт непобедим!». В этих трёх графоманских строчках уложились «исторические» представления многих российских «патриотов» о том, как были разбиты немецко-фашистские захватчики.

Когда люди ставят перед собой цель развенчать только чёрные мифы, а вместо них представить красные, то в итоге мифы получаются какие-то подозрительно красно-коричневые.

23.

МАРШАЛЬСКИЙ ЖЕСТ
(«Городская среда», 2016 г.)

Его ценил Адольф Гитлер. Ради него фюрер бросил все дела и полетел поздравлять с юбилеем, захватив с собой подарки и орден. Однако будет несправедливо утверждать, что Герман Геринг ценил его меньше. Всё-таки, с Герингом его связывали не только деловые отношения, но и многолетняя дружба (с совместной охотой и тому подобным). 

Его совместные фотографии с Генрихом Гиммлером тоже не позволяют усомниться в том, что они неплохо относились друг к другу. Вот они вместе выпивают, вот они сидят и дружески беседуют на банкете... Этот человек был допущен до важнейших секретов Третьего Рейха. Его ближайшие соратники говорили потом, что он знал точную дату нападения Германии на СССР и готовился к ней.

Речь, конечно же, о финском маршале Маннергейме. Никаких новостей о человеке, умершем более полувека назад, нет. Всё перечисленное и многое другое давно известно тем, кто хочет об этом знать. Никаких предположений и допущений делать не надо. Существует множество документов, включая видеоматериалы.

И всё же Маннергему открыли мемориальную доску в Петербурге. Это была государственная акция с участием министра культуры и главы президентской администрации. Их не смущало, что Маннергейм приложил руку к блокаде Ленинграда. Невозможно опровергнуть то, что финские войска под командованием Маннергейма три года сражались вместе с немецко-фашистскими войсками против Советского Союза и, в частности, захватили Петрозаводск. Сегодня поклонники Маннергейма говорят, что это была вынужденная мера, что СССР Маннергейма спровоцировал... Сомнительные аргументы. Хорошие слова в адрес советского руководства подобрать трудно, они этого не заслужили. Но разговор не об этом, а о том, заслужил ли маршал Маннергейм мемориальную доску в Петербурге?

Те, кто думают, что заслужил, - говорят о том, что доску установили не маршалу, а генерал-лейтенанту. Как будто это что-то меняет. Человек-то тот же.

Маршалом Маннергейм был финским, а генералом - русским, российским. Если бы он много лет не сотрудничал с немецкими фашистами, то всё было бы правильно. Человек пролил кровь за Россию (был дважды ранен). Но всё это было до революции.

После революции Маннергейм тоже сделал много хорошего - для Финляндии. Но причём здесь Россия? Избирательный подход в таких делах как установка мемориальной доски лишь сбивает с толку. Большинство жителей Петербурга о Маннергейме не знают ничего - ни хорошего, ни плохого. Теперь же они будут знать о нём только хорошее. То же самое происходит и с петербургским музеем Маннергейма, существующим несколько лет. Там же с 2007 года установлен бюст соратнику Гитлера и Геринга. Курсанты по торжественным датам стоят возле бюста в карауле, а историки молодёжи рассказывают, каким героем Маннергейм был.

И всё же появление в июне 2016 года в Петербурге мемориальной доски - это не то же самое, что создание так называемого музея и культурного центра. Там была частная инициатива, а здесь - государственная.

Высокопоставленные чиновники умудряются находить Маннергейму какие-то слова оправдания. Они не отрицают, что маршал имеет неоднозначную репутацию. Как выразился глава президентской администрации Сергей Иванов«никто не собирается обелять этот период истории»... То есть «государственные» люди выхватили удобный им исторический период в биографии этого военачальника, повесили доску, а теперь возлагают цветы и толкают примирительные речи.

Возможно, им кажется, что это примирение, а на самом деле это ещё более раскалывает общество, которого и так-то почти нет. Если было бы общество, то всё бы происходило иначе. И всё же объединить вывешивание таких досок точно не может.

Попробуйте теперь сказать украинцам по поводу почитания у них Степана Бандеры. Он справедливо ответят: а у вас чтят память Маннергейма.

Иванов, Мединский, Полтавченко и остальные, прежде всего, выглядят во всей этой истории глупо. В очередной раз совершён недальновидный поступок. Никакой сверхнеобходимости увековечивать имя Маннергейма в Петербурге не было.

Единственное, что их спасает - это то, что произошедшее мало кто заметил. И ещё меньше людей поняло, что же произошло.  Но в перспективе у них не всё так хорошо. Нынешней российской власти Маннергейма ещё припомнят.

24.

КРЕСТ МАННЕРГЕЙМА
(«Псковская губерния», 2016 г.)

Линия Маннергейма проходит у каждого в голове

В последние полгода я так часто сталкивался с именем «Карл Густав Эмиль Маннергейм», что это стало надоедать. В Финляндии, в Ленинградской области... Если живешь в гостинице, то непременно на проспекте Маннергейма. Идёшь в лес, а там - «Линия Маннергейма». Хотя к ней-то мы направлялись специально. Кажется, что и все эти бюсты, мемориальные доски, музеи, книги и статьи, посвящённые маршалу Карлу Густаву Эмилю Маннергейму, нам тоже даны специально. Для проверки. Как будто кто-то большой и невидимый искушает нас. Примем или не примем? Проглотим или нет?

«Генерал Маннергейм был советским военным пенсионером»

Очередной всплеск интереса к теме «Маннергейм и Россия» связан с недавним открытием  мемориальной доски в Санкт-Петербурге. На доске, пока её не облили краской, можно было прочесть: «Генерал-лейтенант русской армии Густав Карлович Маннергейм». Сразу стали задавать недоуменные вопросы, один из которых: Как же так? Николай II отрёкся от престола в марте 1917 года в Пскове. Финляндия получила независимость от России 6 декабря 1917 года, а Карл Густав Эмиль Маннергейм - русский генерал и будущий финский маршал шведского происхождения, обозначенный на мемориальной доске как «Густав Карлович», видите ли, до 1918 года служил в какой-то русской армии. Загадка. Её постарался разрешить глава президентской администрации Сергей Иванов. На открытие мемориальной доски на фасаде здания Военной академии материально-технического обеспечения (Санкт-Петербург, Захарьевская улица, 31) он прибыл не с пустыми руками, а с двумя документами. Из них следует, что, оказывается, рапорт-прошение об увольнении Маннергейм написал только 1 января 1918 года. Более того, будущий президент Финляндии и убеждённый почитатель царя, попросил большевиков назначить ему военную пенсию. Через месяц, в феврале 1918 года, советское правительство во главе с Ульяновым-Лениным эту пенсию (3761 рубль) ему назначило. Сергей Иванов сказал: «Если называть вещи своими именами, генерал Маннергейм был советским военным пенсионером».

Звучит одновременно забавно и как бы примиряюще.

Советский военный пенсионер, прослуживший в России 31 год и имеющий безусловные военные заслуги, одно перечисление которых занимает полстраницы: служил при императорском дворе в Петербурге, участвовал в русско-японской войне (был дважды ранен), в 1906-1908 годах совершил конный поход в Китай со специальной миссией, воевал всю Первую мировую войну (участвовал в Брусиловском прорыве)...


Потом пути Маннергейма и нашей страны разошлись. Если бы они разошлись навсегда, то сейчас бы не было такого шума. Не заливали бы люди в знак протеста мемориальную доску Маннергейма краской, не отправляли бы заявления в Генеральную прокуратуру, требуя «возбудить уголовное дело по статье 354.1. "Реабилитация нацизма", в отношении Главы администрации Президента России Сергея Иванова, а так же в отношении Полтавченко и других лиц, принимавших участие в этом  мероприятии».

«Не против России, но против коммунистов...»

Министр культуры РФ Владимир Мединский на открытии мемориальной доски говорил о примирении и «попытке преодолеть трагический раскол в обществе». Дескать, доску установили не тому, кто во время войны сотрудничал с Адольфом Гитлером, а русскому генералу. Как будто это разные люди.


Почитание таких людей как Маннергейм вряд ли поможет преодолеть трагический раскол в обществе. Скорее, наоборот.


Мало ли у нас в России было заслуженным генералов? Например, Андрей Андреевич Власов. Тоже, как и Маннергейм, генерал-лейтенант. Участвовал в японо-китайской войне, в битве за Дубно-Луцк- Броды, в Киевской операции, в битве за Москву, в Любанской операции... Его дивизию называли лучшей во всей Красной армии. Он успел получить орден Ленина и два ордена Красного Знамени. Если бы его убили на Волховском фронте или если бы Власов согласился отправиться вглубь советской территории на прилетевшем за ним самолёте, то был бы у нас ещё один положительный герой, запечатлённый в памятниках и героических киноролях. Мемориальную доску ему бы тоже открывал какой-нибудь большой чиновник.

Но Власов в какой-то момент оказался на стороне врага, и все прежние его заслуги обнулились и уже не имеют значения. Это скорее отягчающее обстоятельство. И Маннергейм в этом смысле ничуть не лучше. Точнее, хуже. Смешно сравнивать Власова и Маннергейма. Маннергейм был по-настоящему связан с руководством Третьего Рейха. У него были долгие тесные отношения с почти всем нацистским руководством. С Адольфом Гитлером, Германом Герингом, Генрихом Гиммлером, Вильгельмом Кейтелем...


Или вспомнить другого боевого русского военачальника - генерала от кавалерии Пётра Краснова. Заслуг перед Россией у него тоже было немало (получил георгиевский крест, номинировался как романист на Нобелевскую премию по литературе 1926 года...). Но его после Второй мировой войны повесили. Не мемориальную доску повесили, а самого Краснова. Потому что он считал, что война шла «не против России, но против коммунистов, жидов и их приспешников». Потому что печатал и распространял свои  молитвы: «Да поможет Господь немецкому оружию и Гитлеру!». За то, что выступил на стороне Третьего Рейха.


Когда пресловутый Степан Бандера сидел в немецком концлагере Заксенхаузене - в одиночной камере специального блока для «политических персон» - Маннергейм охотился с рейхсмаршалом Германом Герингом в его охотничьем поместье «Каринхалле» и получал личные подарки и награды от Адольфа Гитлера. Это, правда, не оправдывает Бандеру, который после освобождения из концлагеря сотрудничал с немецкими спецслужбами. И всё же роль Бандеры, Краснова или даже Власова во Второй мировой войне несравнима с ролью Маннергейма. У прославленного финского военачальника власти было значительно больше.


На открытии мемориальной доски в Санкт-Петербурге звучали не только торжественные слова.  Издали доносились и возмущённые голоса. «Тем вот, кто сейчас там кричит, - ответил им Мединский, - я хочу напомнить от нас: не надо быть святее папы римского и не надо стараться быть бОльшим патриотом и коммунистом, чем Иосиф Виссарионович Сталин».


Министр культуры имел в виду, что Сталин после окончания войны Маннергейма не тронул. К тому времени Маннергейм вполне навоевал на Нюрнбергский трибунал, однако, будто бы, когда Сталину принесли список тех, кто воевал на стороне врага, советский вождь возле фамилии финского маршала написал: «Не трогать».  Правда, возможно Сталин ничего такого не писал. Но понятно другое: устанавливать мемориальную доску Маннергейму в Ленинграде Сталин точно не собирался. Зато её установили при Владимире Путине.


Маршал Маннергейм был человек чрезвычайно опытный (пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков назвал его «незаурядным»). Действительно, незаурядный. Не всякий мог бы выйти из этой кровавой истории целым и невредимым, и умереть естественной смертью на девятом десятке жизни.


Когда маршал стал отдаляться от Германии, было уже очевидно, что войну гитлеровцы скоро проиграют. Поэтому Маннергейм, ненадолго ставший финским президентом, совершил очередной манёвр и в 1944 году вышел из войны. Это говорит о его политической хитрости и даже ловкости, но совсем не оправдывает его предыдущие поступки. Когда Гитлер был в силе, Маннергейм дружил с ним. С ним же на одной стороне он воевал, принимал участие в совещаниях или надолго уединялся один на один, решая судьбы мира. И ссылки на Сталина здесь не очень уместны. Сталин в таком деле совсем не авторитет. Сталин сам в своё время маневрировал, заключив в 1939 году пакт с Третьим Рейхом. Именно тот пакт Молотова-Риббентропа позволил СССР претендовать на финские территории.


Финляндия до пакта находилась в сфере влияния Германии. Маннергейм был частым гостем у Германа Геринга. Военное сотрудничество Германии и Финляндии шло полным ходом. Но заключив временный союз с СССР, фашистская Германия, по сути, уступила Финляндию Сталину. СССР оставалось её только оккупировать. Началась так называемая Зимняя война (Маннергейм стал её героем), после которой однажды преданная Гитлером Финляндия, снова стала сближаться с Германией - в том числе и благодаря Маннергейму.


После окончания войны «Густав Карлович»  успел даже прислать маршалу Сталину (тогда ещё тот не стал генералиссимусом) «восторженные поздравления по случаю окончания войны и неслыханных в истории блестящих побед Красной армии над Германией». Сталин ответил телеграммой: «Благодарю Вас за Ваши поздравления...»

«Дружил с Третьим Рейхом не за страх, а за совесть»

Присутствие  на открытии мемориальной доски министра культуры РФ Владимира Мединского добавило пикантности происходящему. В книге «Война. Мифы СССР. 1939-1945», автором которой считается доктор исторических наук Владимир Мединский, написано: «Маннергейм не скрывал, что от отношений с немцами зависело существование Финляндии как независимого государства, дружил с Третьим Рейхом не за страх, а за совесть. А в блокадном Ленинграде умерли с голоду около миллиона наших соотечественников. В том числе, потому, что Финляндия активно помогала нацистам». К этим словам трудно придраться. Но тогда с какой стати этот же министр культуры открывает  мемориальную доску тому, кто «дружил с Третьим Рейхом не за страх, а за совесть»? Мединский изменил отношение к финскому маршалу и русскому генералу? Что у него самого с совестью? Страх потерял? Впрочем, при чтении публицистических книг Мединского о развенчании «мифов» периодически возникает ощущение, что разные главы писали разные люди с противоположными взглядами. Закрадывается сомнение: а читал ли тот, чьё имя стоит на обложке, эту книгу? Настолько она противоречива.


К тому же, мемориальную доску приехал открывать глава администрации президента Сергей Иванов. По поводу открытия мемориальной доски сочувственно высказался президентский пресс-секретарь Дмитрий Песков. Очевидно, что российская власть придаёт этому событию важное значение. По всей видимости, это дружеский жест в сторону Финляндии, где Маннергейм - национальный герой.


Хорошо, в Финляндии маршал Маннергейм - национальный герой. Это их внутреннее дело. Финнам действительно есть, за что благодарить бывшего российского генерала. Но есть ли за что благодарить Маннергейма нам?


В последние годы о Маннергейме в России часто высказываются с сочувствием и пониманием. Началось это не с открытия доски в Петербурге, а намного раньше. В том же Петербурге в 2007 году открыли гостиницу на Шпалерной, названную в честь Маннергейма «Маршал». Там же находится небольшой музей Маннергейма, установлен бюст Маннергейма... Аргумент в пользу всего этого: будущий финский маршал и президент жил и служил в этих местах.


«Противники маршала говорят нам, что он же воевал в Карелии, взял Петрозаводск, - отвечает историк Николай Правдюк. - Так поймите, это же война! Во время войны иногда совершенно невозможно удержать войска. Когда финские части, бывшие под началом у Маннергейма, поняли, что в районе Сортавалы нет никаких заслонов, они стали продвигаться вперед. И это скорее не вина Маннергейма, а вина тех командующих, которые были в районе Петрозаводска и Сортавалы. Совершенно очевидно, что во время войны такое случается».


Ничего себе - аргумент! «Так поймите, это же война!», «Во время войны иногда совершенно невозможно удержать войска»... В том, что подчинённые маршала Маннергейма убивали наших солдат в Карелии и Ленинградской области, виновато только наше командование?.. Звучит издевательски.


Вообще-то, Маннергейму в Петербурге установили мемориальную доску не за то, что он спас Финляндию от большевизма.


Конечно, Маннергейм бы не подписался под всеми словами Краснова о Второй мировой войне и о том, зачем надо воевать с СССР. Маннергейм не был антисемитом. Не был он и фашистом (то же самое можно сказать и о многих других сообщниках гитлеровского режима). Маннергейм был всего лишь антибольшевиком и сторонником независимости Финляндии. Но в какой-то момент он свой вполне законный и выстраданный антибольшевизм спутал с поддержкой Третьего Рейха. Вернее, он рассчитывал на то, что Третий Рейх будет поддерживать Финляндию. К тому же, Маннергейм не мог простить большевикам убийство царя Николая II и его семьи.

 Последнего российского императора он знал лично. Портрет Николая II всегда находился на его рабочем столе. Всё это трогательно, но только до тех пор, пока не обращаешь внимания на другие факты. И тогда становится не до сантиментов.

«Никто не собирается обелять действия Маннергейма»

Карл Густав Эмиль Маннергейм не был случайным попутчиком фашистской Германии. Он не попадал в плен, как Власов (хотя кто-то скажет, что вся Финляндия, в некотором смысле, была заложницей обстоятельств). Он был последовательным борцом с коммунизмом и в какой-то момент перешёл границу. Это было задолго до Второй мировой войны.


Маннергейма никто не вынуждал дружить с Германом Герингом, с которым он познакомился в Берлине в 1934 году. В угодья Геринга в Восточную Пруссию Маннергейм летал много раз - охотиться (трофеи сейчас хранятся в финских музеях). Разумеется, попутно обсуждались дела. Какие это были дела, теперь известно доподлинно.


Даже если бы Маннергейм не имел ни малейшего отношения к блокаде Ленинграда, увековечение имени этого человека в Петербурге - это что-то запредельное. Кому надо, тот и так знает, что Маннергейм учился в Петербурге и любил этот город. А что, если бы сегодня в Таллине открыли мемориальную доску, на которой написали бы: «Альфред Эрнст Вольдемарович Розенберг...»? Ведь осуждённый Нюрнбергским военным трибуналом уроженец Ревеля Розенберг, до того как стать рейхсляйтером и обергруппенфюрером СА, тоже был российским подданным. За Россию, правда, не воевал, но зато в январе 1918 года закончил Московское высшее техническое училище МВТУ... Если бы Розенберга в Эстонии увековечили таким образом, разразился бы скандал (оправдание фашизма и т.п.). И это было бы справедливо. Сегодня мы должны знать не инженера Розенберга и не писателя Розенберга, а одного из идеологов нацизма Розенберга. Что поделаешь, если это один и тот же человек.


Это тот случай, когда задокументированной информации невероятно много. Существует кинохроника, имеется большой фотоархив, доступны дневники самого Маннергейма... Опубликованы даже секретные стенограммы разговора Гитлера с Маннергеймом, когда немецкий фюрер специально прилетал в Финляндию в 1942 году - поздравлять своего союзника «Густава Карловича» с 75-летием (прослушка была установлена в салон-вагоне, где Гитлер и Маннергейм уединились).


Маннергейм любил Россию? Но Финляндию-то и себя в Финляндии он любил всё же больше. Мысль о разрушении бывшего Петербурга действительно не казалась ему правильной. Всё-таки, это город, в котором он когда-то учился, у него были связаны с ним личные воспоминания. Ну, так что же? Некоторые авторы любят писать о том, что люфтваффе в годы войны не бомбила Липецк, потому что липецкую лётную школу в 20-е годы прошли около 180 немецкий пилотов, включая Германа Геринга. Эти авторы называют имена русских любовниц немецких лётчиков, включая любовницу Геринга.


Идея захватить Ленинград и Москву в какой-то момент была среди немецкого командования не слишком популярна. Немецкие генералы не хотели уподобляться Наполеону. Так что возможное нежелание Маннергейма безоглядно двигаться на Ленинград (это ещё надо доказать) вполне сочеталось с мнением многих немецких генералов, с которыми Маннергейм много раз встречался в Германии, в Финляндии и других странах.


На главной странице сайта петербургской гостиницы «Маршал» сказано: «Отель "Маршал" - единственная гостиница в центре Санкт-Петербурга, посвященная жизни и деятельности выдающегося Маршала (с большой буквы. - Авт.)». Там же написано, что в здании научно-культурного центра «Маршал» находится «одна из уникальных экспозиций, посвящённых жизни и деятельности в Санкт-Петербурге выдающегося политического деятеля, талантливого инженера и замечательного человека  - Маршала Маннергейма». Это, конечно, хорошо, что «Маршал» - пока единственная петербургская гостиница, посвящённая Маннергейму. Но всё-таки насколько этот человек был замечательным?


Если почитать краткое описание экспозиции петербургского музея Маннергейма, то там, разумеется, упоминаются и учёба в Николаевском кавалерийском училище (15-й драгунский Александрийский полк), и служба в Кавалергардском полку, и служба в Конюшенном ведомстве, и участие в русско-японской и Первой мировой войне... Но наиболее любопытна часть 12 (Финско-советская война 1941-1944).  Иначе говоря, финны во главе со своим командующим и просто «замечательным человеком» Маннергеймом воевали на стороне Гитлера с СССР три с лишним года.


Экспозиция петербургского музея создана на основе фотоматериалов и документов, входящих в коллекцию автора шести книг о маршале Финляндии Маннергейме и главного его российского популяризатора профессора Леонида Власова. В разделе 12 скромно говорится: «После того, как советская авиация 25 июня 1941 года совершила налёт на те объекты в Финляндии, где располагались германские вооруженные силы, Финляндия объявила, что она находится в состоянии войны с СССР. 1942 год прошёл относительно спокойно для Маннергейма. 4 июня 1942 года Маннергейму исполнилось 75 лет. Его юбилейные даты в Финляндии отмечались пышными торжествами...»  Ни слова о визите 27 июня 1942 года маршала Маннергейма в бункер к Гитлеру (фюрер прислал за ним самолёт). Ни слова о визите Гитлера в гости к Маннергейму на юбилей (фюрер подарил Маннергейму Mercedes-Benz и свой портрет с дружеской надписью «Первый солдат великогерманского рейха предает первому солдату Финляндии маршалу барону Маннергейму пожелания счастья от немецкого народа и от немецкого вермахта»). Геринг тогда же подарил Финляндии 15 истребителей «Мессершмит-109». Ни слова о том, что Гитлер вручил финскому маршалу Eisernes Kreuz (Железный крест).


Имелся у Маннергейма и Verdienstorden vom Deutschen Adler (Орден заслуг германского орла, - первым его получил Бенито Муссолини), и Der Kriegsorden des Deutschen Kreuzes (Военный орден немецкого креста)... Получал он все эти награды не за то, что был «выдающийся инженер» и «замечательный человек».


О роли Маннергейма в блокаде Ленинграда надо подробно говорить в отдельной статье. Хотя некоторые отчаянные «историки» называют маршала «спасителем Ленинграда». Не за это ли Гитлер прилетал в Финляндию вручать Маннергейму Железный крест? Финский автор Э. Вала когда-то написал, что Ленинград спас Маннергейм. По словам этого автора, «такое чудо, что Ленинград выстоял, произошло именно поэтому». Он же утверждал, что «финны в отличие от немцев скорее заслоняли Ленинград». Но основной источник такой информации - мемуары самого Маннергейма. Конечно же, вначале 50-х годов прошлого века престарелый маршал не стал бы рассказывать, как было на самом деле. «Самозащита Финляндии», в связи с тем, что СССР первым объявил войну Финляндии 25 июня 1941 года, - очень спорный довод в пользу маршала. Советско-финская война 1941-44 года совсем не похожа на войну 1939-40 гг.


Многие другие источники (в частности, мемуары генерала Талвела) свидетельствуют о том, что маршал Маннергейм (он же - «советский военный пенсионер») меньше всего похож на спасителя Ленинграда. Эти источники говорят, что маршал заранее знал, в какой день и час Германия нападёт на Советский Союз. Участник тех событий генерал Талвела пишет, что Маннергейм непосредственно руководил подготовкой наступления финской армии с севера на Ленинград, рассчитывая на соединение с немецкими войсками (они должны были прорваться в город с юго-запада). И остановился Маннергейм не потому, что пожалел Ленинград, а потому, что его остановила Красная армия. И как быть с попыткой Маннергейма перекрыть Дорогу Жизни с территории Финляндии (неудачная высадка на остров Сухо)?  Маннергейм спас Ленинград, потому что не смог перекрыть Дорогу Жизни? Это слишком чёрный юмор.


Ленинград выстоял благодаря его героическим защитникам, а не благодаря тому, кто на город напал.


«Как говорится, из песни слова не выкинешь, - сказал глава администрации президента Сергей Иванов на торжественном открытии в Санкт-Петербурге мемориальной доски в честь Маннергейма. - Никто не собирается обелять действия Маннергейма после 18-го года, но до 18-го года он служил России, и если уж быть совсем откровенным, то он прожил и прослужил в России дольше, чем он служил и жил в Финляндии».


Это какой-то слишком математический подход.


Что значит: «никто не собирается обелять»? В Петербурге уже давно существует музей Маннергейма, культурный центр его имени, установлен бюст, у которого иногда появляется почётный караул - российские курсанты в форме. Теперь торжественно установили мемориальную доску и возложили цветы. Как это назвать? Очернительство?
***
Из этой «песни» слов действительно не выкинешь. Но совсем не обязательно петь эту «песню», тем более в Ленинграде-Петербурге.
Хочется наступить на горло этой «песне».

Фото: Рейхсканцлер Германии Адольф Гитлер и маршал Финляндии Карл Густав Эмиль Маннергейм во время Второй мировой войны.


Маршал Маннергейм и рейхсмаршал Герман Геринг с маршальскими жезлами во время Второй мировой войны.


 Рейхсфюрер СС, рейхсминистр внутренних дел Германии Генрих Гиммлер и маршал Финляндии Карл Густав Эмиль Маннергейм во время Второй мировой войны.

25.

МАНИЯ МАННЕРГЕЙМА
(«Городская среда», 2016 г.)

Представьте, если бы кто-нибудь при вас всерьёз сказал: немецко-фашистские войска не пересекали границы СССР. Я таких людей ещё не встречал и, надеюсь, не встречу. Но зато я встречал людей, которые мне уверенно говорили, что финские войска границы СССР летом 1941 года не пересекали. Когда завязывался разговор, то выяснялось, что люди действительно убеждены, что финские войска благодаря Маннергейму, якобы известному русофилу, остановились на бывшей границе Финляндии. 

В этой истории всё очень криво и косо. Во-первых, Маннергейма трудно назвать русофилом. Действительно, он с большим уважением относился к Николаю II. Портрет последнего российского императора всегда был у него в кабинете. Но Николай II для Маннергейма не был русским (как известно, в нём было примерно 1/64 русской крови). Отвратительно высчитывать, сколько в ком какой крови, это нацизм, но в случае с Маннергеймом это уместно. Фашистом он в классическом виде не являлся, антисемитизмом, похоже, тоже не страдал, но с русскими у него всегда были особые счёты. И сводил он их не только в конце тридцатых и начале сороковых годов ХХ века, но и значительно раньше. Документальных данных, подтверждающих это, достаточно.

Конечно же, финские войска зашли в 1941 году гораздо дальше, чем утверждают российские поклонники Маннергейма. Значительная часть Карелии, включая Петрозаводск, была оккупирована. Правда, до сих точно неизвестно, сколько русских людей погибло. Здесь упоминание национальности оправдано, потому что в финские концлагеря отправлялись, в основном, русские. Или, говоря шире, все славяне. Это не были так называемые лагеря смерти с газовыми камерами, как у немцев, но это не значит, что люди там не умирали. К тому же, существовали лагеря для детей. Смертность там была велика. Важно иметь в виду, что в концлагеря (только в одном Петрозаводске их было шесть) по приказу Маннергейма отправлялись все без исключения русские. Это была тотальная зачистка. Что-то похожее чуть позднее и с большим успехом предпримут советские войска, когда начнут переселять всех чеченцев, крымских татар и т. д.

 Уровень смертности в финских концлагерях превосходил уровень смертности в немецких: 13,75% против 10%. Формально, это были  «переселенческие лагеря», но часто из них гражданские люди (военнопленных там не было) переселялись на тот свет. Сам Карл Густав Маннергейм в Петрозаводске был, парады проводил. Всё это зафиксировано на плёнку и опубликовано. Так что если кто-то утверждает, что такого не было, тот просто не желает знать правду.

Всё сказанное - предисловие к тому, что произошло в России в октябре 2016 года. Мемориальная доска памяти Маннергейма перенесена в Царское Село из Петербурга, где её несколько раз обливали краской возмущённые люди. Недавно я побывал в «Ратной палате», на стене которой теперь висит мемориальная доска. Как мне кажется, она всё ещё вызывает возмущение - хотя бы у тех, кто интересуется историей и не путает её с политикой.

Возможно, в политических целях открытие мемориальной доски в июне 2016 года в Петербурге перед визитом Путина в Финляндию  приносила визитёрам какие-то выгоды. Формально, это был дружественный жест. Но России такая акция пользы не принесла. Участие министра культуры и главы президентской администрации в открытии доски  лишь подтвердило цинизм властей, которые лишний раз доказали, что реальные интересы России, интересы русских их волнуют меньше всего.

Маннергейм на протяжении нескольких десятилетий проявлял себя как человек, враждебный не столько коммунистическому правительству, сколько именно русским. Он непосредственно причастен к гибели десятков тысяч наших соотечественников. И не только в годы Второй мировой войны. На его совести гибель не только военных, но, в первую очередь, мирного населения. В основном, женщин, детей, стариков. И это ещё не считая блокады Ленинграда, о которой в сегодняшней публикации не говорится.

Ежедневно в каждом финском лагере в оккупированной Карелии умирало до 20-25 заключённых.  Тот, кому это интересно, без труда найдёт подробную информацию о том, как были организованы финские лагеря в Карелии («В каждом лагере работала похоронная команда. Трупы складывали в сараях и отвозились на кладбище "Пески". В каждую траншею укладывалось до 40 трупов. Грудные дети умирали один за другим. Голод косил детей в первую очередь. Но и питьевая вода отпускалась по норме. Основной рацион заключённых состоял из баланды серой ржаной муки. Вместо хлеба выдавали, как правило, подпорченные галеты...»). Важно иметь в виду, что эта информация от разных источников. Существуют исследования, финские, советские, российские...

А главное, остались свидетели. Тогда они были детьми. Свидетельства давно опубликованы и неоднократно процитированы: Виктор Вишневский, Петрозаводск: «Моя мать, Вишневская Клавдия Николаевна, была эвакуирована с сыном - моим старшим братом Вячеславом, в Заонежье. Я родился в концлагере в марте 1942 года. Я вместе с мамой и старшим братом находился в Космозеро в трудовом лагере Л-55, где мама работала на строительстве дорог. Было трудное время. Ели траву, кору разбавляли мукой, добавляли опилки и пекли такой "хлеб". Старший мой брат выжил, потому что мама кормила его и меня грудным молоком...».

Галина Чапурина, Петрозаводск: «Мои две старшие сестры 14 и 17 лет умерли в лагере от истощения. Я же каким-то чудом выжила. Наверное, мне отдавали последние крохи и ценой своей жизни спасли мою. Впоследствии мама не раз вспоминала, как я постоянно просила есть. В заточении за колючей проволокой я оказалась трёхлетним ребёнком в петрозаводском 2-ом лагере».

В лагерях люди не просто ждали переселения. У них отбирали кровь. Их отправляли на принудительные работы. Над ними издевались. Давно опубликованы фамилии финских палачей, особо издевавшихся на узниками, в том числе и малолетними: Рачкала, Салаваара, Колехмайнен... Кто-то любил сажать заключённых в чаны с холодной водой, кто-то, являясь врачом, залечивал до смерти, кто-то изощрённо избивал беззащитных изголодавшихся людей...  Это были садисты. Но они бы не смогли совершать свои преступления, если бы не верховная финская власть, выступившая союзником фашистской Германии. В финские концлагеря приезжали немецкие офицеры - для обмена опытом. Они любили фотографироваться там. Так что фотографии доступны.  В лагерях оказывались и карелы, финны, вепсы, ингерманландцы, эстонцы. Но их сажали, если они были как-то связаны с коммунистами. А славян сажали за то, что они славяне. Это была политика Маннергейма. Но меня по-прежнему пытаются убедить, что Маннергейм Петрозаводск не оккупировал и никаких концлагерей не строил, и что, дескать, это всё большевистская пропаганда.

Вот ещё одно свидетельство. Сергей Кирилин, деревня Падмозеро в Заонежье: «Когда началась оккупация, мы жили в Заонежском районе в деревне Падмозеро. В апреле 1942 года нас выселили в деревню Онежены. Мать мою отправили на строительство дорог, а я всю войну оставался с дедом. Потом из Онежен нас переселили в Тявзию, затем в Палтегу, а в 1943 году в деревню Медные Ямы. Всё имущество у нас отняли, мы остались голые, босые и голодные. Ели траву, кору, разбавляя мукой, которую давали по 200 граммов наполовину с бумагой. Ходить по деревне было запрещено. Полиция избивала по любому поводу. В 1942 году меня зверски избил помощник земельной комендатуры в Палтеге известный изувер карел Хойяр. В 1943 году я подвергся избиению начальником полевого штаба Симолой в деревне Великая Нива. Симола был крайне жестокий человек. У них при себе всегда была резиновая плётка, которой они "угощали" нас с удовольствием. Вот так нам жилось, детям, - нынешним старикам...».

И так далее... Но сегодня о войсках, которыми командовал маршал Маннергейм, в таком духе громко отзываться не принято. Наоборот, в России официальные лица произносят торжественные речи, открываются мемориальные доски, а нам только остаётся фотографировать их и публиковать статьи, которые читают два с половиной человека.

 

 26. 

ДВЕ ЛИНИИ МАННЕРГЕЙМА
(«Псковская губерния», 2016 г.)

Прежде чем заслужить мемориальную доску в Царском Селе, генерал Маннергейм приложил руку к уничтожению тысяч русских людей, в том числе и русских офицеров

«Как говорится, из песни слова не выкинешь», - сказал 16 июня 2016 года на торжественном открытии в Санкт-Петербурге мемориальной доски в честь Маннергейма глава Сергей Иванов, в то время занимавший должность главы президентской администрации. Но выкинуть можно мемориальную доску Маннергейму. Впрочем, после того, как эту доску несколько раз облили краской, мемориальная доска в Петербурге исчезла. Зато она же появилась в другом месте - в Царском Селе.

«Дружил с Третьим Рейхом не за страх, а за совесть»

В новом месте мемориальная доска в память о Маннергейме уже не так бросается в глаза. К ней не всегда есть возможность подступиться. Когда я подошёл к ней и принялся фотографировать, то возле меня остановился житель Царского Села, выходивший из музея «Ратная палата» (музей Первой мировой войны). Узнав, что я из газеты, он раздражённо сказал: «Так и напишите, что здесь ещё осталось место для досок Антонеску, для Муссолини...». Места рядом на белой стене Ратной палаты действительно было много. На ней не только для этих союзников Гитлера, но и для многих других места хватит.


«В Петербурге полгода назад открывали эту доску торжественно, в присутствии главы президентской администрации и министра культуры. А здесь её как открывали? С парадом?» - спросил я. «Привезли ночью, повесили втихаря, - разгорячился человек в ответ. - Это позор». Мы ещё минут пять поговорили о роли Маннергейма в нашей истории, после чего посетитель музея напоследок, понизив голос, произнёс: «С другой стороны, о чём говорить, если у нас по всей стране понатыканы памятники Ленину».

Если раньше надпись под изображением Маннергейма в парадном мундире была одна, то теперь их две. Первая - на самой мемориальной доске. На ней написано: «Генерал-лейтенант русской армии Густав Карлович Маннергейм, служил с 1887 по 1918 гг.». Читается она сейчас плохо. Вся доска после многочисленных обливаний красок выглядит неважно. Красный цвет от краски, которой доску обливали, исчез, зато остался какой-то ядовито-голубоватый... А ниже висит новая табличка, где написано: «Памятный знак герою Японской и Первой мировой войны К.Г. Маннергейму, в 2016 г. располагался на здании Военной академии им. генерала армии А. В. Хрулёва. Неоднократно подвергался актам вандализма. Передан  Российским военно-историческим обществом на вечное хранение в музей Первой мировой войны «Ратная палата». То есть в первом случае Карл Густав Эмиль Маннергейм назван Густавом Карловичем Маннергеймом, а во втором - К.Г. Маннергеймом. По-моему, тем, кто устанавливает эти доски и таблички - всё равно как его на самом деле зовут и кто он такой. Во всяком случае, председатель Российского военно-исторического общества Владимир Мединский, вместе с Сергеем Ивановым открывавший доску летом и передавший её «на вечное хранение» осенью, в своей книге когда-то написал, что Маннергейм  «дружил с Третьим Рейхом не за страх, а за совесть. А в блокадном Ленинграде умерли с голоду около миллиона наших соотечественников. В том числе, потому, что Финляндия активно помогала нацистам». И он же чтит его память. Нет, чтобы написать на мемориальной доске компромиссную надпись: «Служил с 1887 по 1918 гг. Позднее дружил с Третьим Рейхом не за страх, а за совесть».  Что-нибудь в этом духе.

Сегодня доска Маннергейму, висящая на здании «Ратной палаты» во внутреннем дворе выглядит ещё более вызывающе, чем тогда, когда она висела на здании Военной академии. Русских генералов Первой мировой войны было много. Перечислять можно долго. Брусилов, Гурко, Юденич, Алексеев, Келлер, Каледин, Врангель, Баратов, Крымов, Самсонов, Флуг, Горбатовский, Балуев, Деникин, Леш, Корнилов, Лечицкий, Радкевич,  Пржевальский, Щербачёв...  У каждого свои плюсы и минусы. Но если обойти музей Первой мировой войны в Царском Селе вокруг и посмотреть на стены во внутреннем дворе, то мемориальная доска обнаружится только одна - генералу Маннергейму. И висит она там не потому, что Маннергейм - самый великий генерал той «Великой войны», а потому, что в Петербурге эту доску возмущённые люди как минимум дважды обливали красной краской, один раз - кислотой, 3 октября в доске на лбу генерала появились отверстия, похожие на пулевые, 9 октября на мемориальную доску набросились с топором.

В ночь с 13 на 14 октября доска была демонтирована и отправлена в музей в качестве экспоната. Директор Царскосельского государственного музея-заповедника Ольга Таратынова сообщила, что планов  реставрировать новый экспонат нет. По её словам, «музей принял эту доску как дар от Российского военно-исторического общества», то есть от Мединского. «Мы сознательно оставляем её без реставрации, как символ исторических споров в современном российском обществе», - объяснила директор музея.

«Русское население задерживать и отправлять в концлагеря»

Этот текст я решил написать ещё 14 октября 2016 года в Хельсинки. Когда живёшь на проспекте Маннергейма и несколько раз на дню проходишь мимо конной статуи Маннергейма, то невольно об этом русском генерале и финском маршале думаешь больше, чем когда живёшь в России. Финнам действительно есть за что благодарить этого человека. Но меня всегда смущали русские люди, восторженно отзывающиеся о Маннергейме. В Хельсинки с двумя из них - русскими журналистами - я некоторое время пытался спорить, приводил какие-то аргументы (те же самые, что в статье «Крест Маннергейма»). Но мне отвечали: «Он защищал свою страну». «А как же многолетняя дружба с Герингом? - говорил я. - Совместная охота, тесное сотрудничество с ГитлеромГиммлером...». - «Почему бы и нет? - отвечали мне. - Для того чтобы победить Сталина - все средства хороши. Тем более что на СССР он не нападал. Он всего лишь возвращал финские территории». У меня оставался предпоследний аргумент - оккупация Петрозаводска, многочисленные финские концлагеря, в которых погибло много наших соотечественников. И тут я услышал возмущённое: «Это ложь! Финны Петрозаводск не оккупировали».

Спорить было бесполезно.

В декабре в Царском Селе я спросил у своих петрозаводских коллег, приехавших на конференцию: «Вы тоже считаете, что Маннергейм Петрозаводск не захватывал?». Но мне ответили, что о зверствах войск Маннергейма в Карелии помнят до сих пор.


А вот в Петербурге или Пскове об этой странице истории знают мало.
Финские войска оккупировали две трети территории Советской (Восточной) Карелии. Оккупация продолжалась с 1941 по 1944 год. Оккупанты огромное внимание уделяли национальности тех, кто жил на этой территории, разделяя людей на «националов» и «инонационалов» (так говорилось в документах, издававших оккупантами). «Националы» - финны, карелы, вепсы, «инонационалы» - все остальные. «Инонационалы» подлежали депортации или уничтожению.


Кроме того, финские оккупанты называли русских, живших в Петрозаводске, иммигрантами, хотя эти земли принадлежали ещё Великому Новгороду - входили в состав Обонежской пятины. Потом это был Каргопольский уезд, затем Олонецкий уезд. При Петре I там был основан Шуйский (Петровский) завод. На основе Петрозаводской слободы возник Петрозаводск. А в 1941 году в Петрозаводске появился оккупант Маннергейм.


Конечно, можно сказать, что фотографии с Маннергеймом, принимающем парад в Петрозаводске  - подделка. Но тогда придётся говорить, что и всё остальное - подделка, включая воспоминания выживших узников финских концлагерей.


8 июля 1941 года главнокомандующий финской армией маршал Маннергейм издал приказ, по которому на оккупированной территории русское население следовало отправлять в концентрационные лагеря. Опубликовано множество документов, научных статей, монографий. Финских и российских. Кто хочет, тот прочтёт. Секретный приказ Маннергейма, в частности, цитируется в книге Барышникова «Пять мифов в военной истории Финляндии 1940-1944 гг.». Приказ № 132, подписанный главнокомандующим 8 июля 1941 года, хранится в Военном архиве Финляндии. Пункт № 4 гласил: «Русское население задерживать и отправлять в концлагеря». Приказ был подписан за день до перехода в наступление финских войск по направлению севернее Ладожского озера.


Приказ Маннергейма начал претворятся в жизнь после 21 июля 1941 года, когда были утверждены основы национальной политики на оккупированной территории. 21 июля появилось распоряжение, по которому всё русское население должно было быть собрано в концентрационные лагеря - для того чтобы потом всех выселить за пределы Карелии. К концу 1941 года в концлагерях было почти 20 тысяч человек, почти все - русские. К апрелю 1942 года в концлагерях находилось уже 27 тысяч человек, то есть 27 процентов населения. Такого не было даже на территориях, оккупированных фашистами. Позднее количество находящихся в концлагерях уменьшилось - из-за большой смертности или того, что людей отправляли  в трудовые лагеря. Всего Маннергейм создал в Карелии 14 концлагерей для гражданского населения (шесть концлагерей в Петрозаводске, а кроме того - Видлица, Ильинское, Кавгозеро, Погранкондуши, Паалу, Усланка...).


Среди узников концлагерей было много детей. Вот воспоминания малолетней узницы петрозаводского концлагеря В. А. Семко: «Весной 1942 г. весь лагерь переболел цингой, а дети - корью. Свирепствовала дизентерия... Ежедневно умирало 10-15 человек. Кормили очень плохо. Выдавали немного хлеба с какой-то примесью и граммов 50 гнилой колбасы на 3 дня. Есть постоянно хотелось...».


Информации об этом опубликовано немало. И это не только российские авторы. «Финская оккупация Петрозаводска, 1941-1944» Ю. Куломаа. Или показания пленного финского солдата 13-й роты 20-й пехотной бригады Тойво Арвида Лайне: «В первых числах июня 1944 г. я был в Петрозаводске. На станции Петрозаводск я видел лагерь для советских детей. В лагере помещались дети от 5 до 15 лет. На детей было жутко смотреть. Это были маленькие живые скелеты, одетые в невообразимое тряпье. Дети были так измучены, что даже разучились плакать и на все смотрели безразличными глазами»... Таких свидетельств существует сотни. Если приводить все, то одной газеты не хватит. «За летние месяцы 1942 г. около 4 500 человек из 22 000 умерло от недоедания и болезней, - пишет финский историк А. Лайне. - Осенью ситуация стабилизировалась и уже не ухудшалась». В этих же лагерях жили и умирали в мучениях беженцы из Вологодской и Ленинградской областей (Псков тогда входил в состав Ленинградской области). Существует несколько докладов, в которых говорится о том, сколько гражданских жителей оказалось в концлагерях по приказу Маннергейма и сколько из них там погибло. Точное количество погибших не знает никто. По мнению финского исследователя Г. Розена, в петрозаводских лагерях в 1942 г. умерло 3 017 человек - в основном, старики и дети.


После войны появился доклад, составленный по поручению Союзной контрольной комиссии. Исходя из него, только в 1942 году во всех шести лагерях Яанислинна (так во время оккупации назывался Петрозаводск) умерли 3 467 человек, а всего - 4 003 человека.


Не все российские любители Маннергейма отрицают факт самого наличия этих концлагерей. Но при этом они выдвигают свой контраргумент: «Маннергейм защищал осколок Российской империи от, на его взгляд, нелегитимного правительства большевиков».

«Расстреливали на глазах у толпы... Особенно охотились за русскими офицерами»

Существует некий миф: «Маннергейм любил Петербург и спас Ленинград». Или другой миф: «Маннергейм не оккупировал Петрозаводск». И эти мифы никуда не денутся - по той причине, что они нужны таким людям как Мединский или Иванов. История для них - всего лишь подручное средство.  Можно, конечно, как бы оскорбляться, называть «мразями конченными» тех, кто подвергает сомнению их слова. Но это всё будет не история, а игры в историю. В то, что Владимира Мединского всерьёз оскорбляют критики его исторических взглядов, поверить трудно. Хотя бы потому, что его исторические взгляды аморфны. Он как председатель Российского военно-исторического не может не знать о том, какова истинная роль генерала и маршала Маннергейма в нашей истории. Однако он после некоторых колебаний выбрал свою линию поведения. Следы мы можем сейчас наблюдать на стене «Ратной палаты» в Царском Селе (этот музей открывал в марте 2013 года Владимир Путин).


Я говорил, что общедоступная информация о роли Маннергейма в событиях в Карелии - был мой предпоследний аргумент в разговоре с русскими журналистами из Петербурга, для которых Маннергейм - кумир. Но имелся и последний аргумент. Он связан с событиями совсем другой войны. Речь о событиях 1918 года в Выборге, куда пришли войска под командованием Маннергейма. Появление финских войск в Выборге в апреле 1918 года сопровождалось массовыми казнями русских. Вошедшие в Выборг войска расстреливали тех, кто им казался похож на русских. Они убивали русских офицеров, вышедших приветствовать «освободителей». Русским офицерам казалось, что Маннергейм, столько лет прослуживший в царской армии и принимавший участие в Первой мировой войне, - их союзник в борьбе с большевиками. Но действительность оказалась совсем иная. 26-27 апреля 1918 года в Выборге было казнено около тысячи человек, среди которых были женщины и дети. Существуют хоть и неполные, но всё-таки списки убитых: Александр Смирнов (9 лет), Касмен Свадерский (12 лет), Андрей Чубриков (13 лет), Николай Наумов (15 лет), Александр Наумов (15 лет)...


Казни проходили и в других местах. Например, в Таммерфорсе (ныне - Тампере, где было единовременно убито около 200 русских, в том числе русских офицеров - противников большевиков). Но то, что происходило в  конце апреля в Выборге - это уже были не казни. Иногда об этом пишут как о «выборгской резне». Даже какого-то подобия суда не было. Подчинённые Маннергейма врывались в дома, где жили этнические русские, закалывая их штыками. Многих захваченных свозили  к крепостным рвам, расстреливали и сбрасывали вниз. «Решительно все, от гимназистов до чиновников, попадавшиеся в русской форме на глаза победителей пристреливались на месте, - описывал выборгские события один из очевидцев, - неподалёку от дома Пименовых были убиты два реалиста, выбежавшие в мундирчиках приветствовать белых; в городе убито 3 кадета; сдавшихся в плен красных белые оцепляли и гнали в крепостной ров; при этом захватывали и часть толпы, бывшей на улицах, и без разбора и разговоров приканчивали во рву и в других местах. Кого расстреливали, за что, всё это было неизвестно героям ножа! Расстреливали на глазах у толпы; перед расстрелом срывали с людей часы, кольца, отбирали кошельки, стаскивали сапоги, одежду и т. д. Особенно охотились за русскими офицерами; погибло их несть числа и в ряду их  комендант, интендант, передавший перед этим свой склад белым, и жандармский офицер; многих вызывали из квартир, якобы для просмотра документов, и они домой уже не возвращались, а родственники потом отыскивали их в кучах тел во рву: с них оказывалось снятым даже бельё».

Погибшие были совсем не красноармейцы. Жертв выбирали именно по этническому признаку - по знанию финского и немецкого языка. Если плохо говоришь на одном из них, значит - враг. Оценку тому, что творили войска Маннергейма, давали как красные, так и белые. Оценка была одинаковая. Советское правительство 13 мая 1918 года  обратилось к германскому правительству через посла Мирбаха с предложением создать совместную комиссию для расследования убийств русских жителей Финляндии: «Здесь происходили массовые расстрелы ни в чем не повинных жителей русского происхождения, совершались чудовищные зверства над мирным русским населением, расстреливались даже 12-летние дети. В одном сарае в Выборге, как передавал свидетель, последний видел 200 трупов в том числе русских офицеров и учащихся. Жена убитого подполковника Высоких рассказывала свидетелю, что она видела, как уничтожаемые русские были выстроены в одну шеренгу и расстреляны из пулеметов. По словам свидетелей, общее число убитых за два дня доходит до 600 человек. После занятия Выборга белогвардейцами группа арестованных русских подданных, числом около 400 человек, среди которых находились женщины и дети, старики и учащиеся, были приведены к вокзалу; посоветовавшись между собой минут 10, офицеры объявили им, что они приговорены к смертной казни, после чего арестованные были отправлены к Фридрихсгамским воротам на «валы», где их и расстреляли из пулеметов; раненых добивали прикладами и штыками, происходило настоящее истребление русского населения без всякого различия, истреблялись старики, женщины и дети, офицеры, учащиеся и вообще все русские».


Так считали красные. А вот что думали белые. Морской министр Северо-Западного правительства контр-адмирал Владимир Пилкин написал в 1919 году контр-адмиралу Михаилу Смирнову из правительства Колчака«Если финны пойдут (на Петроград - Авт.) одни, или хотя бы с нами, но в пропорции 30 тысяч против трех-четырех,- которые здесь в Финляндии, то при известной их ненависти к русским, их характере мясников...они уничтожат, расстреляют и перережут всё наше офицерство, правых и виноватых, интеллигенцию, молодежь, гимназистов, кадетов - всех, кого могут, как они это сделали, когда взяли у красных Выборг.». Один из руководителей антибольшевистского подполья в Петрограде Владимир  Таганцев говорил: «Никто из нас не хотел похода финляндцев на Петроград. Мы помнили о расправе над русскими офицерами заодно с красными повстанцами».


Так что союз Маннергейма с Гитлером в 30-е и 40-е годы был делом совсем не случайным.


...А сегодня у многих ещё остаётся возможность пожить в петербургской гостинице «Маршал», названной в честь Маннергейма, посетить посвящённый ему петербургский музей, возложить цветы к его бюсту или съездить в Царское Село и оказать знаки внимания возле мемориальной доски «русскому генералу» Маннергейму. Так сказать, Густаву Карловичу.

***

В завершении остаётся повторить: линия Маннергейма проходит у каждого в голове. А у некоторых - таких как Мединский - целых две линии Маннергейма.
Эти две параллельные линии иногда пересекаются.

27.

 ИМЕНА И НРАВЫ
(«Городская среда» 2016 г.)

Требуются некоторые комментарии к моим же текстам о Маннергейме, Фабрициусе и т.п. Наверное, я не слишком внятно выразился. Придётся выразиться иначе.

Я не призываю выжигать калёным железом всё, что связано с Карлом Густавом Маннергеймом или с Яном Фабрициусом. Наоборот, мы о них забывать не должны. Но надо понимать, что названия улиц, мемориальные доски на домах, памятники или музеи просто так появляться и исчезать не должны. Всё, что с этим связано, должно быть обосновано.

Спросите первых попавшихся прохожих о том, кто такие эти Фабрициус или Маннергейм? Ответят не многие. Яна Фабрициуса в Пскове могут легко спутать с Яном Райнисом, тем более что у нас есть улицы, названные в честь того и другого. Так что Фабрициус для кого-то может быть поэтом. С Маннергеймом дела обстоят ещё хуже. 

О Маннергейме даже в Петербурге мало кто слышал. Но теперь, когда там торжественно открыта мемориальная доска, мимо будут проходить люди, читая о русском генерал-лейтенанте. О маршале в мемориальной доске ни слова. И немецких орденов, которые бывшему русскому генералу вручали Гитлер и его сообщники, на доске нет. Между тем, Маннергейм не умер в 1918 году, а продолжал свою противоречивую деятельность.

На днях мне стали говорить, что Маннергейм спасал свою Родину, и по этой причине его союз с Гитлером был оправдан. Напомнили мне и о 25 июня 1941 года. Это было лишнее. О 25 июня я не забывал. В тот день СССР объявил войну Финляндии. Но здесь надо помнить, что Маннергейм не с 25 июня 1941 года начал сотрудничать с фашистской Германией. Более того, это был не только союз двух государств.  Маннергейма с фашистскими лидерами Германии связывали личные взаимоотношения. С некоторыми из них (с Герингом, например) - что-то вроде дружбы. Многолетней дружбы. У будущего президента Финляндии было достаточно времени, чтобы понять, кто такие фашисты. Думаю, Маннергейм всё это понимал.

Есть основания думать, что маршал Маннергейм был посвящён во многие гитлеровские планы (иначе, зачем он принимал участие в военных совещаниях в бункере Гитлера во время Второй мировой войны?). Финские войска воевали на стороне Гитлера против СССР. С этим, вроде бы, никто не спорит, но затем произносится волшебное слово: «самозащита». То же самое произносили и Сталин - после нападения на Финляндию в 1939 году, и Гитлер в том же году - после нападения на Польшу...

Так защищался Маннергейм или нет? В каком-то смысле - да. Сталин тоже был не прочь, пользуясь случаем, прихватить оставшуюся часть Финляндии и восстановить границу Российской империи на этом участке. Но надо понимать, что Финляндия защищалась не одна. Когда ты, пусть даже для самозащиты, вступаешь в союз с Гитлером, то все последующие события со стороны смотрятся под другим углом. Сотрудничество с фашистами даром не проходит, даже если ты сам не фашист.

Если я и высказывал претензии, то они касались слишком однобокого взгляда на личность финского маршала.  Музей, бюст, мемориальная доска... Никакое это не восстановление исторической справедливости. Это политика. Перед визитом Путина в Финляндию потребовалось сделать широкий жест в сторону финских соседей и вбить маленький клин между НАТО и Финляндией. Поэтому, в нарушении законодательства Петербурга, было принято решение срочно повесить на дом по улице Захарьевской мемориальную доску. Приехал её открывать  глава президентской администрации Сергей Иванов, работавший до 1985 в резидентуре в Финляндии (потом перебежчик Олег Гордиевский его раскрыл, и Иванова перебросили из Финляндии в Кению). Для того чтобы восстановить дружеские отношения с Финляндией, России понадобилось сделать нечто эдакоеНе нашли ничего лучшего, чем повесить в Петербурге мемориальную доску человеку, который любил этот город странною любовью (финские войска город не обстреливали, но в блокаде Ленинграда участвовали).

Визит Путина и Иванова в Финляндию не очень удался. Мало того что Путин постоянно несколько раз повторил не соответствующие действительности вещи, так он ещё и сказал президенту Финляндии о желании НАТО воевать с Россией «до последнего финского солдата». Всё это выглядело странно. Когда мирятся, такие слова не произносят.

С Яном Фабрициусом и его увековечиванием в России, а до этого в СССР, всё было иначе. Памятники ему ставились издавна. Всё-таки, он входил в ЦК ВКП (б). Никаких новых мемориальных досок и музеев ему в России не открывают, но и старых вполне достаточно.

Граждане России должны знать, кто были все эти люди. Какие ордена они получали и, главное, за что. В чьей гибели они виноваты, а в чьей - нет.  Граждане должны знать, сколько крови они пролили. А там уж пусть решают, хотят они жить на улице Фабрициуса, хотят ли они проходить мимо мемориальной доски с изображением Маннергейма....

Да что там какой-то Маннергейм... Псковская земля связана с именами Софьи Перовской и Софьи Ковалевской. Многие их путают. Это неправильно. Путать их не стоит. Но если бы псковскую улицу Софьи Перовской переименовали в улицу Софьи Ковалевской, я был бы не против.

28.

ПЕРЕДЕЛ МИРА В ВОЙНУ
(«Городская среда», 2009 г.)

В Пскове в педагогическом университете на историческом факультете 8-9 октября 2009 года состоялась международная научная конференция, посвященная 70-летию подписания «пакта Молотова-Риббентропа» - договора о ненападении между Германией и Советским Союзом. Ученые из России, Эстонии, Латвии, Литвы и Польши обсуждали тему: «Россия и Европа в 1939 году. Советско-Германский договор о ненападении - вынужденный компромисс или долговременная стратегия».

Сразу надо сказать, что никакой отдельно взятой России в 1939 году не существовало. Существовал СССР. Тем не менее, организаторы предпочли назвать конференцию именно так: «Россия и Европа в 1939 году». Европа в политическом смысле (не Западная Европа, а именно Европа) - тоже понятие слишком широкое, особенно - в 1939 году. Но ключевым в названии конференции, надо полагать, был все же «Советско-Германский договор о ненападении», который подписали 23 августа 1939 года нарком иностранных дел Вячеслав Молотов и имперский министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп.

К этому пакту и, особенно, к секретным протоколам интерес просыпается всякий раз, как только обостряется политическая обстановка. Так что пакт не только разделил сферы влияния СССР и Германии в 1939 году, но и разделил будущих политиков и историков. У них тоже имеются свои сферы влияния и предпочтения.

Двадцать лет назад, когда СССР на глазах разваливался, наибольшую активность развили литовские издательства. В советской Литве публиковались документы, которые не могли быть изданы в других республиках СССР. На выставке в библиотеке исторического факультета можно было увидеть одну из таких книг - сборник документов 1939 - 1941 года, выпущенный в 1989 году в издательстве Mokslas.

Ход конференции еще раз показал, что политики в вопросе о советско-германском договоре все еще больше, чем науки. Причем, акцент традиционно делается на то - оккупированы ли были республики Балтии или вошли в состав СССР добровольно? И это, на мой взгляд, отвлекает от главного.

Допустим, что Эстония, Латвия и Литва вошли в состав СССР добровольно. Допустим и то, что Сталин не мог поступить иначе и, ради отсрочки начала войны, вынужден был оккупировать Восточную Польшу. Для подобных допущений на несколько минут можно забыть о многочисленных фактах, о которых в обычной жизни лучше не забывать. И что же после заключения пакта произошло? Наступил мир? СССР, использовав передышку, подготовился к войне?

Никакого мира после заключения пакта не наступило. Если, конечно, не считать миром войну. Через неделю после того, как под договором появились подписи Молотова и Риббентропа, началась война, которая позже получит название II  мировой. Таким образом, СССР не просто 17 сентября 1939 года ввел свои войска в восточные районы Польши, но и позволил Германии 1 сентября 1939 года напасть на Западную Польшу. Поэтому рассуждения на тему «первым все-таки Риббентропу пожал руку Мунтерс, а не Молотов» выглядят странновато.

Министр иностранных дел Латвии Вилхелмс Мунтерс был не первым и не последним человеком, который пожимал руку Риббентропу. У дипломатов такая работа. Ассенизаторы лезут в канализацию, а дипломаты - пожимают руки и широко улыбаются. Иногда приходится обниматься с последними негодяями и даже людоедами. Важен не факт рукопожатия, а то, что происходит потом.

Тему Мунтерса-Риббентропа поднял на конференции депутат латвийского Сейма публицист Николай Кабанов. Он рассказал о малоизвестном у нас договоре от 7 июня 1939 года. В тот день Германия одновременно подписала два договора о ненападении - с Латвийской и Эстонской Республикой. Свои подписи под договором поставили прибывшие в Берлин министры иностранных дел Вилхелмс Мунтерс и Карл Селтер.

Ссылаясь на эстонского историка Магнуса Ильмъярва, Николай Кабанов обратил внимание на то, что это был не просто договор о ненападении. В нем была и тайная статья, «требовавшая от Латвии и Эстонии координировать с Германией все оборонительные военные меры против Советского Союза».

Чем все это закончилось - мы знаем. Гитлер предпочел почти сразу же сдать республики Балтии Сталину. Огромный Советский Союз ему был намного полезнее в качестве союзника, чем маленькие Эстония, Латвия и Литва.

И в любом случае, даже если бы Вилхелмс Мунтерс был трижды фашист, сталинские преступления от этого не становятся менее жестокими и бессмысленными.

Внешняя политика Латвии и Эстонии накануне II мировой войны представляется бездарной. Правительства пытались доверять Гитлеру, который с 1933 года уже успел не раз проявить себя на международной арене. Но какой бы бездарной (или даже преступной) ни была эта политика, не она определила ход истории. Слишком малозначительны были эти действия, имея в виду надвигающуюся тогда мировую войну.

Другое дело - Советский Союз.

Когда СССР вводил свои войска на территорию Балтии, то это не была борьба с фашизмом. Наоборот, с фашистами у нас в то время установился мир. На севере СССР появились немецкие военно-морские базы. Действовали и хозяйственные соглашения с Германией. Немецкие инженеры на Ленинградской верфи с 1939 года переделывали для СССР (но так и не переделали) крейсер «Лютцов». СССР завалил воюющую на Западном фронте Германию своим сырьём (только в апреле 1941 года Германия получила от СССР 208.000 тонн зерна, 90.000 тонн нефти, 8.3000 тонн хлопка, 6.340 тонн меди, олова и никеля... В Германию направлялись марганцевая руда, фосфаты, платина...**

Торговый представитель Германии г-н Шнурре, который вел в 1941 году переговоры с первым заместителем наркома внешней торговли СССР Крутиковым, был вдохновлён сговорчивостью восточного партнера, который может поставлять сырье в Германию даже сверхплана. Г-н Шнурре так и написал: «У меня сложилось впечатление, что мы могли бы предъявить Москве экономические требования, даже выходящие за рамки договора от 10 января 1941 года, требования, могущие обеспечить германские потребности в продуктах и сырье в пределах бОльших, чем обусловлено договором. В данное время объем сырья, обусловленный договором, доставляется русскими пунктуально, несмотря на то, что это стоит им больших усилий...»

Накануне войны советские трудящиеся в буквальном смысле надрывались, работая шесть дней в неделю. В том числе и ради того, чтобы обеспечить фашистскую Германию сырьем и продовольствием. При этом еды не хватало даже своим военнослужащим.

На выставке в библиотеке исторического факультета был представлен любопытный документ - письмо начальника Псковского горотдела НКВД старшего лейтенанта госбезопасности Михайлова. Оно было отправлено секретарю Псковского горкома ВКП (б) тов. Гущину в январе 1941 года. Вот что было в этом письме:

«По имеющимся у нас материалам, в воинских частях, расположенных в военном городке «Подпиралово», п/я 257, в подразделениях 4, 14 и особенно 11-ом, имеется насыщенность антисоветских проявлений, так бойцы жалуются своим родственникам, что их совсем задушили голодом, что кроме гороха ничего не дают, и на этой почве излагается явное недовольство на высшее командование РККА.

Установлено, что бойцы 11 подразделения посылают в посылках через почту мануфактуру родственникам, на Украину, Кавказ, с просьбой продать и вырученные деньги выслать по почте адресатам.

Боец Миненков из подразделения № 4 сообщил своему родственнику Маршуля И.А., что со слов политрука ему стало известно, что Германия на своих границах против Советского Союза сконцентрировала 79 дивизий и 8 дивизий послала в Финляндии, а поэтому скоро начнет воевать.

Другой боец Олаев п/я 254 лит. «Б» сообщил в г. Тбилиси Олаеву, чтобы он закупал больше продуктов, скоро начнется война.

Боец Маручев М.Л., аналогично Миненкову из подразделения № 11, сообщает, что Германия выставила против нас 79 дивизий своих войск и 8 дивизий в Финляндию послала, скоро начнется война.

Есть основания полагать, что само командование создает провокационно-нервозное настроение у бойцов, а последние в свою очередь передают  их своим родственникам и знакомым, чем создают панику, вредно влияющую на экономику государства».

Вот кто, оказывается, вредно влиял на экономику государства.

Германский представитель Шнурре в мае 1941 года тоже упоминает о слухах. «Большие затруднения созданы слухами о неизбежном германо-русском столкновении. За стойкость этих слухов в большой степени ответственны официальные источники. Эти слухи причиняют серьезное беспокойство германской индустрии, которая пытается отказаться от заключенных с Россией сделок и в некоторых случаях уже отказывается посылать в Москву персонал, необходимый для выполнения контрактов».

Но, несмотря на слухи, дружба и взаимопомощь продолжались вплоть до нападения Германии на Советский Союз. Вот тогда-то и стало окончательно понятно, что аргумент «защиты жителей Прибалтики и Западной Белоруссии» выглядит двусмысленно.

До 1940 года в этих районах, отошедших СССР, просоветские настроения были достаточно сильны. Но как только во вновь присоединенных землях развернули свою деятельность чекисты, отношение к советской власти начало меняться. Десятки тысяч раскулаченных, сосланных, расстрелянных...

С фашистами жители Балтии и Западной Белоруссии столкнутся только летом 1941 года, а знакомство с большевиками произошло на год раньше. Год - достаточный срок, чтобы понять, что такое коллективизация, НКВД и ВКП(б). И это означает, что подписание пакта «Молотова-Риббентропа» и секретных протоколов к нему - ослабило границы СССР. И не только потому, что начался демонтаж укреплений на прежней границе.

«Некорректно осуждать советские акции, закрывая глаза на аналогичные акции США, Великобритании и Франции. Подобный подход  - совсем уж откровенная демонстрация двойных стандартов, недопустимых для историков», - считает директор фонда «Историческая память» Александр Дюков, выступивший на конференции.

Но в том-то и дело, что действия англичан, французов и уж тем более американцев были не совсем аналогичны, хотя, временами, тоже очень сомнительны. В конце концов, первые два года II  мировой войны Германия воевала не с СССР, а с Великобританией и Францией. А сталинский Советский Союз все это время поддерживал Гитлера. Для этого не обязательно читать секретные протоколы и стенограммы. Достаточно и чтения газеты «Правда», на страницах которой Вячеслав Молотов часто разъяснял, кто наш союзник и кто наши враги.

Вот что Молотов сказал 29 марта 1940 года на заседании Верховного Совета СССР:

«Стремление Германии к миру было отклонено правительствами Англии и Франции... Правительства Англии и Франции провозгласили своими целями разгром и расчленение Германии. Поскольку Советский Союз не захотел стать пособником Англии и Франции в проведении этой империалистической политики против Германии, враждебность их позиций в отношении Советского Союза еще больше усилилась... Советский Союз не пожелал стать орудием англо-французских империалистов в их борьбе за мировую гегемонию против Германии... Были попытки оправдать эту враждебность тем, что нашей торговлей с Германией мы помогаем последней в войне против Англии и Франции. Не трудно убедиться, что эти аргументы не стоят ломаного гроша...»

Пожалуй, Александр Дюков погорячился, когда заговорил об «откровенной демонстрации двойных стандартов».  Возможно, его подвела «Историческая память». Иначе следует признать, что не было никакой разницы между тем - воюешь ли ты за Гитлера или против него.

Кстати, Молотов в той речи на заседании Верховного Совета не стал приводить серьезные аргументы в свою пользу, сославшись на то, что у правящих кругов Англии и Франции «нервы, видимо, не совсем в порядке» и вызвав в зале одобрительный смех.

И все же 22 июня 1941 года Советскому Союзу пришлось стать, выражаясь словами Молотова, «пособником Англии и Франции в проведении этой империалистической политики», то есть попросту вступить во II мировую войну на стороне врагов фашистской Германии. Пособники быстро были переименованы в союзники, что в итоге и привело к «разгрому и расчленению Германии», который в 1940 году осуждал Молотов.

Что же касается Советско-Германского договора о ненападении, то вряд ли это - вынужденный компромисс или долговременная стратегия. Если это и компромисс, то он не вынужденный. Никто Сталина не вынуждал. У него был выбор. И он его сделал, перехитрив сам себя. Прежде всего, этот пакт - преступный документ, который заключили два диктатора - Сталин и Гитлер. Он спровоцировал II мировую войну. Лет двадцать назад эти вещи были очевидны многим людям, даже далеким от истории. Теперь же, когда политический маятник в нашей стране качнулся в сторону сталинизма, подобный вывод для многих звучит оскорбительно. Но для того, чтобы это звучало менее оскорбительно, необходимо переписать историю.

Начать можно с переделки пакта «Молотова-Риббентропа» (вариант исправленный и улучшенный).

29. 

ИСКУПИТЕЛЬНАЯ ПОВИННОСТЬ
(«Городская среда», 2019 г.)

«У сильного всегда бессильный виноват:
Тому в истории мы тьму примеров слышим,
Но мы истории не пишем...»
Иван Крылов, «Волк и ягнёнок».

Один из основополагающих вопросов истории: кто должен платить? Жертва или насильник? Жертва или агрессор? Ответ всегда был один: платит тот, кто проиграл.

Это не исключение, а правило. Таким образом, платит дважды не только скупой, но и жертва. Это отвратительное право сильного.

Один из самых известных примеров - события осени 1938 года. Последствия «Хрустальной ночи», то есть еврейских погромов в Германии и Австрии. Семнадцатилетний Гершель Фейбель Гриншпан, не добравшись до германского посла, 7 ноября выстрелил в Париже в третьего секретаря германского посольства Эрнста фон Рата (он умер 9 ноября). Гриншпан мстил за насильственно депортированных из Германии в Польшу родственников.

В ответ нацисты устроили в Германии еврейские погромы. Приказ был такой: «Сжечь синагоги. Разрушить все еврейские магазины. После выставить посты и позаботиться о том, чтобы материальные ценности не были расхищены». Первые два пункта программы были выполнены.

Погромы прошли в ночь с 9 на 10 ноября. Они сопровождались убийствами и изнасилованиями. В погромах, вооружившись палками, ножами, кинжалами, револьверами, топорами, молотами и ломами участвовали и гражданские лица, и отряды СА - военизированные формирования Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП), попросту - штурмовики. Персональным руководителем СА с 1930 по 1945 годы был один человек - Адольф Гитлер.

В одну ночь сожгли или разгромили 815 магазинов и предприятий, 267 синагог...  36 человек погибло, 20 тысяч евреев было арестовано. Общий ущерб составил 25 миллионов рейхсмарок,

12 ноября 1938 года Герман Геринг провёл совещание, где заявил, что «германское еврейство» в качестве наказания «за свои ужасные преступления» должно заплатить гигантскую сумму. Речь шла о превращении евреев в «вечных должников». По итогам совещания был опубликовано «Положение об искупительной повинности», а на еврейское население Германии наложена контрибуция - 1 миллиарда рейхсмарок  («компенсации ущерба, нанесённого Германии»).

В постановлении имперского уполномоченного по четырёхлетнему плану от 12 ноября 1938 года было сказано: «Враждебная в отношении немецкого народа и рейха позиция еврейства, которое осмелилось совершить гнусные убийства, требует от нас дать решительный отпор этим проискам и сурово наказать виновных. Настоящим, на основе постановления о проведении в жизнь четырёхлетнего плана развития от 18 октября 1936 года, я определяю следующее: на всё еврейство германского подданства налагается денежная контрибуция в размере 1 000 000 000 рейхсмарок в пользу германского рейха».

И это было только начало. В тот же день 12 ноября появилось постановление, подписанное Герингом. Оно называлось: «Об исключении евреев из экономической жизни рейха».

«§ I. (1) Начиная с 1 января 1939 года евреям запрещается иметь магазины и лавки в системе розничной торговли, фирмы в системе посылочной или заказной торговли, а также владеть собственными ремесленными мастерскими.

С того же числа евреям запрещается участвовать в базарной и ярмарочной торговле всех видов, в торговых выставках, предлагать на них свой товар, рекламировать его и получать от кого-либо какие-либо заказы.

Еврейские предприятия и мастерские, нарушающие этот запрет, должны закрываться полицейскими инстанциями.

§ 2. (1) Начиная с 1 января 1939 года еврей, в соответствии с духом закона об организации национального труда от 20 января 1934 года, не может быть руководителем производства.

(2) Если еврей занимает руководящую должность на каком-либо предприятии или в какой-либо фирме, то он должен быть уволен с этой должности в течение 6 недель. С истечением этого срока все претензии еврея к нанимателю, вытекающие из содержания заключенных трудовых договоров, аннулируются и не рассматриваются, включая претензии по заработной плате, страховым и компенсационным выплатам.

§ 3. (1) Еврей не может быть членом кооператива.

(2) Евреи, состоящие в различных кооперативах, должны быть исключены из них в срок до 31 декабря 1938 года. Для этого не требуется специальная процедура исключения...»

И так далее. Мат в два хода. Первый ход - погром. Второй ход - контрибуция за погром с последующим  актом «искупления». Два удара в одну точку. И всё это с очевидной экономической выгодой для себя. Еврейские предприятия и недвижимость за бесценок переходили к «арийским владельцам».

Всё как в крыловской басне. Волк придумывает разные нелепые предлоги, которые дают ему право расправиться с ягнёнком. Но потом волку споры надоедают:

«Ах, я чём виноват?» - «Молчи! Устал я слушать.
Досуг мне разбирать вины твои, щенок!
Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать».
 Сказал и в тёмный лес Ягнёнка поволок. 

Или вот совсем свежий пример. 15 марта председатель Госдумы Вячеслав Володин предложил обязать Украину выплатить Крыму компенсацию за потери, которые понёс полуостров во время пребывания в составе Украины. Это он заявил на совместном заседании Совета Думы и Госсовета Крыма. По его мнению, Украинское государство обошлось с Крымом «очень и очень непорядочно». Володин предложил поручить профильным комитетам российского и крымского парламентов подсчитать, «сколько потеряла экономика Крыма за счёт разрушительной политики Украины», «сколько потерял народ, какие права были нарушены».

В Крыму откликнулись почти сразу же. Первый вице-спикер республиканского парламента Ефим Фикс сообщил, что за время нахождения Крыма в составе Украины (с 1991 по 2014 год) был причинён убыток «в несколько триллионов рублей». Это такая новая идея-Фикс - потребовать компенсации за аннексию. Украина объявляется государством-агрессором, аннексировавшим Крым в 1991 году.

Разница с «Положеним об искупительной повинности» и прочими документами очевидна. Руководство Германии всерьёз рассчитывало получить «компенсацию за моральный и материальный ущерб». У нацистов была реальная возможность содрать три шкуры за одно и то же. И они это сделали.

Вряд ли российские власти рассчитывают, что Украина начнёт выплачивать триллионы за «неправильное» управление Крымом, а фактически за потерю Крыма. Потеряли Крым, а теперь будьте добры заплатите несколько триллионов за его потерю. Заявления, поручения и т.п. - часть информационной войны. Высокопоставленный троллинг. Глумление. В истории и не такое случалось. Повешенный оплачивает стоимость верёвки и труд палача? А почему бы и нет?

Был в Западной Украине город Станислав - нынешний Ивано-Франковск. В октябре 1942 года в оккупированном Станиславе Ганс Крюгер - начальник гестапо отдал приказ о расстреле сотен евреев: детей, женщин и стариков. Их собрали на местном кладбище и прямо там с ними расправились. А оставшимся в живых предложили заплатить за патроны, израсходованные палачами.

У Ричарда Эванса в книге «Третий рейх. Дни войны. 1939-1945» описывается такая сцена: «Шефа СД в городе Станислав в Галиции Ганса Крюгера местные немецкие власти уведомили, что гетто, которое они собирались построить, не в состоянии вместить всё еврейское население города, составлявшее приблизительно 30 ООО, возможно и больше. И Крюгер 12 октября 1941 г. выстроил всех евреев в длинную очередь, голова которой оказалась у уже вырытых могил на городском кладбище. И здесь же на кладбище их стала расстреливать немецкая полиция, этнические немцы и украинские националисты, для которых Крюгер предусмотрительно велел накрыть обильный стол, включавший и спиртные напитки. В перерывах между расстрелами можно было подойти и подкрепиться. Когда Крюгер с бутылкой шнапса в одной руке и с сосиской - в другой стал обходить строй, среди евреев началась паника. Они семьями прыгали в ямы, по ним открывали огонь, и вскоре образовалась огромная груда тел. Часть евреев погибла, пытаясь перелезть кладбищенскую стену. К вечеру было расстреляно от 10 до 12 ООО евреев, в т.ч. женщин и детей. Оставшимся в живых Крюгер объявил, что, дескать, Гитлер распорядился расстрелять их позже...»

Ганс Крюгер прожил долгую жизнь. Родился в 1909 году, а умер в 1988. Перед каким-нибудь очередным расстрелом он мог почти ласково обращаться к тем, кого он уже мысленно видел в могиле. Немногие оставшиеся в живых очевидцы рассказывали, как заманивал Крюгер на расстрел, обращаясь к евреям: «Гитлер тоже очень добрый человек, и во время войны он изолирует евреев от других национальностей, чтоб они могли спокойно жить и работать».

Компенсация за патроны, использованные при расстреле, это, конечно глумление. Но учитывая пунктуальность Крюгера, вполне возможно он действительно хотел получить «компенсацию» с тех, кого ещё не расстреляли. Идея оплачивания своей собственной смерти ему тоже, вероятно, была не чужда. Он и жертв своих вызывал строго по расписанию:

«Явка на 3 серпня, в понедельник, в 12.00 - представителей еврейской общины и раввинов; с 14.00 - адвокатов; с 16.00 - врачей и фармацевтов; с 21.00 - маляров, артистов и музыкантов; с 10.00 4 серпня - инженеров и фотографов...»

Массовые убийства, как правило, сопровождались застольями. Еда и напитки стояли поблизости. Им мало было убить и ограбить. Это был ритуал. Работа, совмещённая с праздником. Расстрелу предшествовали  изощрённые пытки («Так замучили 3 раввинов, а 70-летнего раввина Горовица и д-ра Заславскую после таких пыток раздели догола и заставили под патефон плясать "танец смерти", потом Крюгер, не выходя из-за стола с шампанским, расстрелял их...»).

Глумление имеет разные степени.

Вспомним конференцию Организации украинских националистов (ОУН (б)) во Львове, состоявшуюся 18-19 июля 1941 года. Сохранилась стенограмма - перевод из официального издания Института истории Украины НАНУ «ОУН в 1941 году». Обратите внимание на высказывания Степана Ленкавского - видного деятеля украинского националистического движения, возглавившего ОУН (б) после гибели Степана Бандеры в 1959 году и умершего в 1977 году в Мюнхене.

«п. Ленкавский: Охарактеризуйте мне жидов.

п. Головко: Жиды очень нахальны. Нельзя было сказать: "жид". С ними нужно поступить очень остро. В центре нельзя держать решительно. Должны с ними покончить.

п. Левицкий:... Молодые, способные к труду, идут к труду. Часть нужно уничтожить. Хотя и теперь уже кое-кто уничтожен. Факт, что некоторые влезли в украинскую кровь, много женились с украинками. В Германии есть разные полужиды, четверть-жиды, но у нас так быть не может. Немец, который женится с жидовкой, становится жидом.

п. Левицкий: Мне кажется, что немецкий способ решения жидовского дела нам не очень подходит. Должны индивидуально рассматривать одиночные случаи.

п. Ленкавский: Относительно жидов возьмем на вооружение все методы, которые годятся для их уничтожения; относительно московского вопроса - это дело очень сложно. Вычистка территории очень важна. Скажите кое-что о белорусах. Мне кажется, что это очень примитивный народ...»

Сегодня старое еврейское кладбище в Ивано-Франковске находится на улице Степана Ленкавского. На той же улице установлен и памятник Ленкавскому (на территории Ивано-Франковской области ему установлено не менее пяти памятников). Мемориальная доска с барельефом Ленкавскому висит на фасаде стены бывшей Станиславской гимназии.

Люди, оправдывающие установку памятников людям вроде Степана Ленкавоского, отрицают причастность членов ОУН к геноциду евреев, особый упор делая на то, что многие руководители украинских националистов какое-то время провели в немецком заключении. Но это всё равно, что оправдывать ЯгодуЕжова и Берию только потому, что их репрессировал Сталин.

Палачи наказывают других палачей. Обычное дело. После этого убитые или попавшие в заключение палачи палачами не перестают быть.

Установка памятников людям, сотрудничавшим с нацистами, - это тоже глумление. На эту тему я написал подробнее в статьях «Мания Маннергейма», «Две линии Маннергейма», «Маршальский жест» и «Крест Маннергейма» Такое происходит и в России, и на Украине. Установка в России памятников Сталину - не меньшее глумление. Таково на сегодня право сильного. Ветер в паруса дует с определённой стороны.

И последний пример - из наших дней. Меньше года назад произошла трагедия в кемеровском ТЦ «Зимняя вишня».*** Погибло 60 человек. В том числе 41 ребёнок. Среди причин пожара называли «стремление бизнеса сократить свои издержки».

Кое-кого после пожара наказали, но характерна судьба основателя кондитерского холдинга «КДВ Групп» Дениса Штенгелова - основного владельца кемеровского торгово-развлекательного центра «Зимняя вишня». Долларовый миллиардер Штенгелов, в 90-е начинавший свой бизнес с продажи сырых семечек, живёт в Австралии и по итогам года 2018 года в своём родном Томске награждён медалью «Меценат года». Вроде бы он материально компенсировал ущерб родственникам погибших в Кемерово. То есть вторично платить он родственников не заставлял. Однако по сути это всё равно глумление. Ведь его можно было хотя бы не награждать.

Но нет, сегодня ветер дует с определённой стороны, и поэтому не награждать не получается. Тем более что трагедия «Зимней вишни» подзабылась из-за новых трагедий. Ещё скажите спасибо, что не посадили тех общественников и журналистов, кто называл Дениса Штенгелова одним из виновников пожара. Ведь наказывают же в России тех, кто жалуется на пытки в полиции, в СИЗО и исправительных колониях. Вначале незаконное задерживают, пытают, а потом, если ты выжил - наказывают за «ложный донос».

Показательна история 65-летнего политического заключённого Сергея Мохнаткина. Он отбывал наказание в ИК-4 города Котласа. В марте 2016 года его избили. Он получил перелом нескольких позвонков. Но уголовное дело завели на самого Мохнаткина, обвинив его в избиении сотрудников колонии.

Платит тот, кто проиграл. До тех пор платит, пока победитель не превращается в проигравшего.

30.

ТОСКА ПО ПОРЯДКУ
(«Городская среда», 2014 г.)

В Пскове даже среди  тех, кто любит время от времени демонстрировать, что не чужд демократии и либерализму, попадаются люди, с некоторым сочувствием рассуждающие о годах фашистской оккупации. Дескать, не всё было так уж плохо, когда немцы с лета 1941 года по лето 1944 года находились в Пскове. Они вспомнят про открывшиеся православные храмы, включая Троицкий собор, про воскресные школы, просветительские акции, «Псковскую миссию»...

Один человек мне рассказывал, что немецкий солдат его, ребёнка, угощал чем-то вкусным, конфетами, кажется... В общем, смотрите снимавшийся в Пскове фильм Хотиненко «Поп». Если вы будете настойчивы и любопытны, вам ещё с улыбочкой расскажут про то, чем «цивилизованный» фашизм отличается от «нецивилизованного». Процитируют Ивана Ильина (не всё же Путину его цитировать), Мережковского, Шульгина...

Что ж, русский фашизм, разумеется, не вчера родился. Шульгина не мешало бы процитировать хотя бы потому, что к Пскову он имеет прямое отношение. Именно Шульгин вместе с Гучковым на псковском железнодорожном вокзале уговорил императора Николая II отречься от престола.

Шульгину и многим другим русским эмигрантам казалось, что в фашизме есть спасение от коммунизма. Западные демократии слабы, безвольны (почти как сейчас), а сила фашистов в том, что они решительны и воинственны. Особенно же Шульгину нравилась дисциплина. «Под дисциплиной можно при желании понимать и форму правления», - писал Шульгин Петру Струве и высказывал симпатии к фашизму итальянского образца.

Пётр Струве, в биографии которого тоже просматривается «псковский след», в свою очередь в одной из статей написал: «Как бы критически не относиться к фашизму, к его отдельным проявлениям и приёмам, - он есть спасительная, даже для демократии, реакция против коммунизма, он есть великое охранительное движение, сильное и замечательное тем, что консервативные соки и силы оно ищет и извлекает из народных глубин».

Фашизм как охранительное движение. Вот что привлекает людей. Им кажется, что фашизм что-то охраняет. И не только концлагеря. И не просто «что-то», а традиционные ценности. Что ж, если под традиционными ценностями понимать человеконенавистничество, то да, охраняет.

Нынешние сочувствующие фашизму люди постоянно делают оговорки: «фашизм менялся», «не надо путать фашизм образца 1944 года и образца 1933 года» и т.п. Вообще-то, «Майн кампф» написан не в 1944 году, и даже не в 1933-м. И кто такие фашисты - отлично было известно ещё до того, как они пришли к власти в Германии. Гитлер и до «пивного путча» был вполне сформировавшимся фашистом и за последующие двадцать лет не сильно изменился.

Однако не все русские так думали. «Кто против борьбы этих рыцарей с дьяволом, тот за дьявола», - писал Иван Ильин. Рыцари - это фашисты. То есть если вы против фашистов, то вы за дьявола, а может быть и сам дьявол. Русский мыслитель не хотел заглядывать далеко. Он ненавидел большевиков (и было за что). Эта ненависть многое Ильину заслонила и заменила, что совсем его не оправдывает.

Свою статью под названием «О фашизме» Ильин начинает так: «Фашизм есть явление сложное, многостороннее и, исторически говоря, далеко ещё не изжитое. В нём есть здоровое и больное...». /.../

Знакомая интонация. С той поры это повторяли тысячи раз, в том числе и совсем недавно - Андраником Миграняном.* Есть, видите ли, здоровое и больное. Больное вылечим, на здоровее обопрёмся. Ильин же был неглупый человек, долгое время жил в Германии, тесно сотрудничал с настоящими фашистами и не мог не видеть того, что творилось в Германии после 1933 года.

Иван Ильин не стеснялся говорить о том, что фашизм прав. На эту тему он высказывался не раз. В той же статье «О фашизме» он написал: «Выступая против левого тоталитаризма, фашизм был, далее, прав, поскольку искал справедливых социально-политических реформ. Эти поиски могли быть удачны и неудачны: разрешать такие проблемы трудно, и первые попытки могли и не иметь успеха. Но встретить волну социалистического психоза -социальными и, следовательно, противо-социалистическими мерами - было необходимо. Эти меры назревали давно, и ждать больше не следовало».

Клин он хотел вышибить клином. Только и всего. Поэтому он и пишет: «Наконец, фашизм был прав, поскольку исходил из здорового национально-патриотического чувства, без которого ни один народ не может ни утвердить своего существования, ни создать свою культуру».

Это важные слова. Не только дисциплина и животный антибольшевизм были ему близки, но и «здоровое национал-патриотическое чувство». И чтобы оно выглядело поздоровее.

Ильин, например, не видел в фашизме антисемитизма. Гитлер бы обиделся, если бы прочитал. Не увидеть антисемитизма в германском фашизме - это надо было постараться. Даже если не читать печатных трудов нацистов. В конце концов, Ильин не мог не видеть, как вокруг него происходят еврейские чистки, и его коллеги, в том числе и эмигранты из России, Семён Франк, например, лишаются работы из-за еврейского происхождения. Но Ильин этого предпочитал не замечать. И всё только потому, что видел в фашистах силу, способную осуществить «законный переворот» и способствовать «легальному самоотмену демократическо-парламентаристского порядка».

Русским фашистам и им сочувствующим с двадцатых годов ХХ века был ненавистен парламентский дух и всяческая выборность. Им нравились вожди (не все, разумеется), им нравилась дисциплинированная народная масса. Они насмотрелись в Гражданскую войну на хаос.

Всероссийская национал-революционная трудовая и рабоче-крестьянская партия фашистов была учреждена 10 мая 1933 года в Томпсоне (США, штат Коннектикут). Основателем был небезызвестный Анастасий Вонсяцкий. Существовала фашистская школа для русских, выходили газеты, проводились конференции, в том числе и в гитлеровской Германии. После 1935 года партию переименовали во Всероссийскую национал-революционную партию. Выходила ежемесячная газета, названная незамысловато: «Фашист». Ещё одна газета выходила в Шанхае (она называлась «Русский авангард»).

Так куда же двигался этот авангард? Да всё туда же. В корявом партийном гимне пелось:

Соратники! Нас ждёт земля родная!
Все под знамёна! Родина зовёт...
Вонсяцкий-Вождь, измену, трусость презирая,
На подвиг нас, фашистов, поведёт.
   
Рубашки чёрные, готовьтесь к бою!
Железный фронт фашистов мы сомкнём
И на врага, вперёд, железную стеною
Бесстрашно, как один, мы все пойдём.
   
Победы день торжественный настанет,
Слетит колхоз и Сталин с ГПУ,
И свастика над Кремлем ярко засияет,
И чёрный строй пройдёт через Москву

 Одним из основоположников русского фашизма считается Константн Родзаевский, создатель Всероссийской фашистской партии (позднее - Российский Фашистский Союз) - бывший комсомолец, вовремя сбежавший из СССР. Партийные ячейки ВФП создавались по всему миру. Выходили фашистские газеты «Нация», «Наш долг», «Наш стяг» и «Наша борьба». Но организованных фашистов среди русских никогда не было много. Ни среди эмигрантов, ни среди тех, кто жил в СССР-России. Их было достаточно, чтобы формировать отряды полицаев во время Великой Отечественной войны, но недостаточно, чтобы говорить о какой-то серьёзной самостоятельной силе.

За прошедшие с той поры семьдесят с лишним лет мало что изменилось. Есть некие интеллектуалы, есть персонажи вроде члена «Чёрной сотни» Раевского, татуированного свастикой и ликом Гитлера (Раевский в приступе «патриотизма» отправился «отстаивать интересы» русских в Одессу)...  Однако существует ещё неорганизованный фашизм - без свастик, без тоски по Гитлеру и Борману, без «зигов», но с тоской по порядку. Существуют люди, до сих пор верящие в «вертикаль власти» (как писал Ильин и как говорил Путин). Многие неорганизованные фашисты ненавидят чужих, ненавидят Европу, мечтают о замкнутом пространстве - о закрытом обществе...

Когда Гитлер только пришёл к власти, Ильин написал: «Европа не понимает национал-социалистического движения. Не понимает и боится... Нам, находящимся в самом котле событий, видящим все своими глазами, подверженным всем новым распоряжениям и законам, становится нравственно невозможным молчать. Надо говорить; и говорить правду... Мы советуем не верить пропаганде, трубящей о здешних «зверствах»...Что сделал Гитлер? Он остановил процесс большевизации в Германии и оказал этим величайшую услугу всей Европе... Пока Муссолини ведет Италию, а Гитлер ведёт Германию - европейской культуре дается отсрочка».

Неорганизованный и неоформившийся русский фашизм образца 2014 года отчасти, как и в начале 30-х годов прошлого века, связан помимо всего прочего и с тоской по Культуре (тоске по высокой элитарной культуре взамен низкой, демократической). Мысль у стихийных фашистов проста и повторяет слова Ивана Ильина, сказанные много десятилетий назад: «Первые попытки могли и не иметь успеха». В том смысле, что Гитлер перегнул палку, но идея-то была неплоха...

Да, Ильин был прав - хотя бы в том, что фашизм, в том числе и русский фашизм, «исторически говоря», явление «далеко ещё не изжитое». Изжить его можно и нужно, но для этого надо не разжигать ненависть, не плодить бедность. Для этого надо не уничтожать законы, а выполнять их, - чтобы в воспалённом сознании истосковавшихся по порядку граждан понятия «порядок» и понятие «фашизм» не были бы взаимозаменяемы.

31.

ИСТОЧНИК ВДОХНОВЕНИЯ
(Mnews.world, 2020 г. )

Один из главных кремлёвских пропагандистов Владимир Соловьев способен потерять голову из-за симпатии к лидеру фашистов

Фильм Владимира Соловьёва «Муссолини. Закат» появился на телеканале «Россия 24» ещё 8 декабря 2013 года. Но в России сейчас принято смотреть старое как новое. Смаковать, например, старые победы в хоккее. Псевдодокументальный фильм о Муссолини тоже переживает свою вторую молодость. В самом начале 2020 года его в соцсетях обсуждают и осуждают, как будто премьера состоялась вчера. А автор фильма у себя в Твиттере советует: «Для умных рекомендую посмотреть фильм о последних днях Муссолини».

«Фашизм есть спасительный эксцесс патриотического произвола»

Фильм для умных? Какой же должен быть ум, чтобы поверить словам Соловьёва, которые он произносит в этом фильме. 48 минут, словно бы специально снятых и смонтированных так, чтобы вызвать гнев определённой части зрителей. «Крики жирных пИнгвинов и ложь тупого КаКашина меня позабавили, - радуется Владимир Соловьёв в Твиттере. - Истерикой оппов удовлетворен».

Действительно, истерика в таком деле противопоказана. И семь лет назад, и сегодня пропагандистская кремлёвская машина двигалась в одном и том же направлении. Великая империя, твёрдая рука и тому подобное. Желание отмыть чёрного кобеля добела - задача непростая, но для определённых властных кругов небесполезная. Она имеет прикладное значение, как и в случае с трудами Ивана Ильина, которые время от времени цитирует Путин. Это попытка идеологически обосновать действия современного Российского государства.

Ильин тоже был очарован Муссолини.  Иван Ильин - автор скандальной статьи «О русском фашизме» - адресовал её «моим белым братьям фашистам». Он был одним из идеологов «белого фашизма» (то есть православного фашизма) и от своих идей никогда не отступал. Так и умер в 1954 году в убеждении, что когда-нибудь будет построено на территории России справедливое общество, что-то вроде Святой Руси (он сочинял для неё конституцию). Государство православного фашизма.

В 1928 году Ильин, опираясь на опыт фашистов Муссолини,  пытался разобраться в том, почему «в Италии удалось то, что нас не удалось?»  Фашизм у него символизировал порядок и традицию, а коммунизм - хаос и революцию.  «Дело в том, что фашизм есть спасительный эксцесс патриотического произвола», - писал Иван Ильин, чей прах при Путине был торжественно перенесён в Россию, и Путин возложил к могиле цветы.

Фильм Владимира Соловьёва - это тоже попытка оправдать «спасительный эксцесс патриотического произвола». Якобы существует безмозглое большинство, но есть волевая решительная элита («белое по духу и волевое по характеру», выражаясь языком Ильина), опирающаяся на силу.

«Был порядок в то время»

Соловьёв сделал панегирик фашисту Муссолини, а в качестве экспертов пригласил итальянских фашистов. Чтобы не было двусмысленности, «эксперты» так и представлены: «Марио Николлини, фашист», «Альберто Ботта, историк, фашист». Они произносят самые несдержанные похвалы: «он сделал много блага для Италии», «он много построил хорошего», «был порядок в то время»...

Но и сам Соловьёв старается от итальянских фашистов не отставать. Прежде всего, по словам Владимира Соловьёва, это был «человек очень смелый». Автор настаивает, что Муссолини был «не трус, не убийца, не подлец, не антисемит...»

«Самый очевидный недостаток, - утверждает Соловьёв, - неуважительное отношение к женщине». Но из того, что нам преподносят с экрана, даже этот недостаток выглядит как достоинство. Да, насильник («с удовольствием писал в своих мемуарах, как изнасиловал деревенскую девушку»). Но ведь можно назвать и иначе: мужественный. К тому же девушка была деревенская, простолюдинка, то есть как бы и не совсем человек, а так - недоразумение. Что-то вроде козы.

Чем дальше, тем несдержанней становится Соловьёв в своём фильме «для умных». Трудно скрывать восторг перед Муссолини, когда живёшь на озере Комо - в двух шагах от того места, где проходит дорога, по которой дуче проделал свой последний путь.

Кто такой Муссолини, если верить Соловьёву? «Тонкий психолог», «великолепный журналист», «очень креативный человек»...

«Муссолини. Закат»  - это собрание почти всех известных пошлостей и банальных выдумок о дуче. Невероятная концентрация. Передёргивание фактов и дат, помноженное на безбрежный соловьёвский нарциссизм. К тому же, Муссолини, как говорит Соловьёв, «с большим уважением относился к Сталину и к Советскому Союзу». Чем не идеал? Не Путин, конечно, но близок к тому.

По всей видимости, именно из-за большого уважения Муссолини и отправил на Восточный фронт итальянские войска, воевавшие и в Одессе, и под Сталинградом, и под Днепропетровском, и в районе Горловки-Никитовки...

Человек, который поверит Соловьёву на слово, будет уверен, что Муссолини не создавал концлагерей и не любил Гитлера. Более того, «именно его идеи воплотились в модели шведского социал-капитализма». Это тоже слова Соловьёва, которые определённо удивят шведов. То есть Муссолини умер, но дело его живёт и процветает. Зрителям устами фашиста Марио Николлини сообщают, что Муссолини «умер как социалист, потому что защищал народ». А партизан Энос Барлони вам расскажет, как «благородно вёл» Муссолини по отношению к своим врагам. Тех, кто хотел его убить, и был пойман, - наказывал всего лишь принятием касторки и великодушно отпускал на все четыре стороны. И это притом, что даже своего зятя Галеаццо Чиано - мужа дочери Эдды - Муссолини расстрелял, обвинив в предательстве фашистского режима.

«Всё не так очевидно, всё не так просто...»

У этого пропагандистского фильма как минимум три задачи. Одна из них - расследовательская (или квази-расследовательская). Сенсационная. Соловьёв пытается доказать, что Муссолини на самом деле не застрелили на берегу озера Комо, а потом не повесили вниз головой в Милане. Якобы настоящий Муссолини был не так глуп, чтобы попасть в лапы партизанам. Убит и повешен был его двойник. Сам же основатель фашистского государства переправился в Швейцарию, а свой век в достатке доживал в Латинской Америке (якобы представители СССР с  ним там встречались в конце пятидесятых годов и «он хорошо выглядел»). Доказательств ничтожно мало, зато в фильме много кадров с самим Соловьёвым - крупным планом. Он, видимо, подражает самому Муссолини. Соловьев рассказывает, что Муссолини ехал вдоль берега озера Комо «на открытой красивой машине - за рулём». В это время на экране показывают Соловьёва. Он ведёт автомобиль - открытую красивую машину.

Вторая задача фильма - ненавязчиво заменить одного злодея другим. Раз Муссолини больше не злодей, то кто-то должен занять его место. И здесь неизбежно возникает «английский след». Злодеем оказывается Черчилль. Он якобы уговаривал Муссолини напасть на Францию, а потом заметал следы секретной переписки.

И третья задача - обелить фашизм муссолиниевского типа. Отсюда и фразы «всё не так очевидно, всё не так просто...». Дескать, «слово «фашист» мешает присмотреться» к достижениям муссолинеевской Италии. Вместо участника гитлеровской коалиции во Второй мировой войне нам рассказывают об истинном интернационалисте, «объединившем идеи великого античного прошлого». И всё бы было хорошо, если бы не жестокий и неблагодарный итальянский народ, предавший своего вождя в трудную минуту. С народом Муссолини не повезло.

Владимир Соловьёв обходится без документов, зато предпочитает вставлять в кадр самого себя. Задумчивое лицо, глубокомысленные фразы, выгодные ракурсы... Вот он за рулём катера - естественно на любимом озере Комо. Вот он пытливо вглядывается вдаль... Ему, должно быть, известно то, что недоступно простым смертным. Не всеми заветными знаниями он с нами делится, но и то, что он позволил себе, призвано доказать: не всё так просто.

Из фильма «Муссолини. Закат» зрители не узнают про итальянский концентрационный лагерь Эль-Агейла, куда Муссолини отправил ливийских интернированных. И про использование химического оружия (горчичного газа) во время второй итало-эфиопской войны тоже не узнают. И про нападения фашистов на Красный Крест, и про 18 тысяч мирных жителей, в основном женщин и детей, погибших во время бомбардировок, Соловьёв не распространяется.

Муссолини уничтожил пятую часть населения Аддис -Абебе. Не считая тех, кто попал в концлагеря. Итальянские фашисты воевали не только в Африке. В войне в Испании они тоже принимали активное участие вместе с немецкими фашистами. Итальянские бомбардировщики Савойя SM.79 и 1 Дорнье-17 бомбили Гернику, Барселону, Аликанте и другие города.

Соловьёв уверяет, что Муссолини не был расистом? Он обижает дуче. Муссолини много раз высказывался на эту тему. Его не устраивала, к примеру, «славянская раса». Его любовница Кларетта Петаччи, расстрелянная, а потом повешенная вниз головой вместе с ним, много лет вела дневники. Они изданы. «Я стал расистом ещё в 1921 году, - цитировала Петаччи своего любовника. - Некоторые думают, что я в этом вопросе пытаюсь имитировать Гитлера, но это не так. Необходимо, чтобы итальянцы уважали свою расу».

«Легко пожертвовать 500 000 варварами славянами»

Если бы Соловьёв в этом фильме, ссылаясь на Петаччи, сказал, что в феврале 1922 года во время визита в Пулу Муссолини называл славян «низшими и варварскими», то это сделало бы образ фашистского вождя в глазах зрителей «России 24» менее привлекательным. Поэтому он воздержался и не стал говорить, что «легко пожертвовать 500 000 варварами славянами ради 50 000 итальянцев». Зачем огорчать доверчивых поклонников сильной руки?

Соловьёв многое вообще не говорит или недоговаривает. Но муссолиниевское отношение к женщинам Владимиру Соловьёву скрывать необходимости нет, потому что по логике истинного фашиста прав тот, кто сильней. «Однажды я поднялся с нею наверх, бросил её на пол за дверью, и она стала моей, - хвалился когда-то Бенито Муссолини. - Она поднялась с пола плача и оскорбляя меня в промежутках между всхлипываниями. Она заявила, что я обесчестил её. Возможно, так оно и было. Но что это была за честь?».

Клара Петаччи в своих дневниках и не думала разоблачать любовника. Она им любовалась - по-своему. «Из постоянных убеждений особое место в мировоззрении Муссолини занимало насилие, - откровенничала она. - Он плохо ладил с законом и считал, что всё можно уладить при помощи силы, а закон служит силе и вполне может стать «младшим братом дубине или топору». Он это уяснил в тюрьмах Италии, Швейцарии, Франции».

Всё можно уладить при помощи силы. Так он и жил. И во Вторую мировую войну на стороне Гитлера ввязался по этой же причине. Ему показалось, что Гитлер сильней, и Муссолини не хотел отдавать всю славу заведомого победителя только фюреру - так сказать, фашисту № 2. Сам он, фашист № 1, не любил находиться в чьей-то тени.

После пакта Молотова-Риббентропа Муссолини окончательно уверился, что дни западных демократий сочтены. США далеко, а Англии не устоять. «Русско-германский договор, - был уверен Муссолини, - сделал Германию непобедимой в конфликте с любой державой и коалицией. Вступим мы в будущую войну или нет, немцы всё равно займут всю Европу. Если мы не заплатим свою дань кровью, они одни будут диктовать условия в Европе. А это будет означать конец латинской культуры...» Это была ревность к Гитлеру и любовь к себе.

А когда Гитлер напал на СССР, то Муссолини больше не колебался.

«Расчётливый эгоист с деньгами»

Свои дневники оставила не только любовница Муссолини  Клара Петаччи, но и его жена - Рекеле Муссолини. Сразу после нападения Германии на СССР она записала слова мужа: «Мы должны всеми средствами помогать и способствовать блицкригу. Или Россия падёт в течение нескольких месяцев, или она не падёт никогда».  На войну с СССР отправился итальянский экспедиционный корпус. Командиром Экспедиционного итальянского корпуса в СССР (Corpo di Spedizione Italiani in Russia - CSIR) стал маршал Италии Джованни Мессе.

На Восточный фронт отправилась даже дочь Муссолини Эдда. Она около трёх месяцев как сестра милосердия пробыла в оккупированном итальянцами и немцами Сталино (Донецке).

Соловьёв в своём фильме упомянул сына Бенито Муссолини пилота Бруно Муссолини, который разбился 7 августа 1941 года, выполняя упражнение в воздухе. А вот другого сына дуче - сценариста и кинорежиссёра Витторио - упоминать не стал. Может быть потому, что Муссолини вместе с сыном Витторио  и своим союзником Адольфом Гитлером посещал оккупированные районы советской Украины - поддерживал итальянский экспедиционный корпус. Корпус постепенно разросся до 200 тысяч.

Не то чтобы Муссолини мечтал о войне с СССР. Он опасался, что поход на восток может закончиться крахом. Однако видя, как Красная армия быстро отступает, он поменял своё мнение.

«Бенито вернулся домой довольный, - записала 4 августа 1941 года Рекеле Муссолини. - Он показал мне телеграмму генерала Мессе. "Наши продолжают наступать, - кричал он. - Мы разбиваем сопротивление русских. Ты понимаешь, что именно там следует сейчас быть. Необходимо показать всему миру, что не только немцы умеют побеждать!»

Первые несколько месяцев войны на Восточном фронте вдохновляли впечатлительного Муссолини.  О взятии Орла Гитлер ему объявил лично. «Орёл - это ворота в Москву, - ответил Муссолини, - но нужно успеть крепче затянуть петлю, так как зима не за горами» (это следует из записи 7 октября 1941 года в дневнике Рекеле Муссолини).

Петлю, в конце концов, затянули на самом Муссолини.

А 8 января 2020 года, когда обсуждение фильма «Муссолини. Закат» достигло точки кипения, российский пропагандистский канал RT опубликовал в защиту Соловьёва и Муссолини текст «Дуче испугал либералов». Автор - писатель и сценарист Дмитрий Петровский. В этом тексте тот же дежурный набор, призванный доказать, что фашизм бывает хороший и плохой. Муссолини, по мнению Петровского, совсем не так плох, как пытаются его представить «испуганные либералы» типа Навального: «Он занимался индустриализацией, - пишет Петровский, - строил дороги, развивал передовые направления техники вроде машиностроения и авиации...» Ну и, разумеется, расистом Муссолини не был («не занимался измерением черепов, в его риторике не было ни гитлеровской юдофобии»). Про борьбу с преступностью и говорить нечего («он прижал к ногтю мафию, но не трогал церковь»). Для чего RT надо обелять фашистского лидера? Надо полагать, всё для того же: чтобы показать, что есть плохой фашизм и хороший. Хороший фашист - это Муссолини, а плохой - это Навальный. Во всяком случае, в конце статьи Петровский объясняет, ссылаясь на «14 признаков фашизма» Умберто Эко, что расследования Навального - это верный признак фашизма. Звучит неубедительно, но хлёстко. Попутно автор настаивает, что Гитлер не был фашистом («Адольф Гитлер никогда не называл себя фашистом»).

Как-то даже странно в 2020 году писать о столь очевидных вещах: Муссолини был и подлец, и убийца, и насильник... Да и великолепным журналистом и тонким психологом его назвать трудно.

Но Соловьёв в своих взглядах, похоже, остановился на уровне 1937 года (в том году Дмитрий Мережковский, очарованный Муссолини опубликовал в книге «Данте» главу «Встреча с Муссолини»). Впечатления Мережковского были такими: «... он прост, как всё первозданное, - земля, вода, воздух, огонь, как жизнь и смерть. Второе удивление, большее: он добр и хочет сделать добро всем, кто в этом нуждается, а тому, кто с ним сейчас - больше всех. Он для меня близкий и родной, как на далекой чужбине, после долгой разлуки, нечаянно встреченный и узнанный, - брат».

Но это Мережковский, и это 1937 год.

Но в наше время снимать такое жалкое кино? Соловьёв, кажется, превзошёл сам себя. Самое жёсткое, что Владимир Соловьёв говорит о Муссолини - что он «расчётливый эгоист с деньгами». Но звучит это скорее как похвала. Соловьёв хочет сказать, что расчётливый эгоист с деньгами не мог попасть в плен к каким-то ничтожным партизанам, а вместе с Кларой был казнён двойник Муссолини.

Не мог такой расчётливый знаток человеческой психологии ошибиться.

Соловьёв ведёт себя так, как будто он сам сегодня как минимум двойник Муссолини. А может быть - брат, родной и близкий человек.

Соловьёв как расчётливый эгоист с деньгами знает, о ком сегодня лучше снимать кино, чтобы не противоречить «основной линии партии».

А ещё Соловьёв хорошо знает, по каким дорогам безопасно ездить в открытой машине. Партизан он не опасается.

32.

ИГРА В ФАШИСТОВ
(«Псковская губерния», 2014 г.)

Для того чтобы морально  уничтожить «киевский режим», некоторые российские публицисты заключают союз с нацистскими мертвецами

«...ждать до тех пор, покамест маска спадёт с некоторых лиц и кое-что обнажится... Либо вы, либо я, а вместе нам невозможно!»
Фёдор Достоевский, «Двойник».

Берём наугад любые номера из подшивки газеты «Известия» до 1939 года и читаем заголовки и подзаголовки: «Германские фашисты наглеют» (22 февраля 1937 г.), «Контраст между СССР и Германией» (21 января 1938 г.), «Польская трудовая интеллигенция против фашизма» (21 января 1938 г.). То есть до заключения пакта Молотова-Риббентропа в «Известиях» не сомневались, что гитлеровская Германия - это зло.

«Не он один был героем собирания земель»

К началу апреля 2014 года, после многомесячной «антифашистской» и «антибандеровской» кампании в российских СМИ, отношение к гитлеровской Германии в тех же «Известиях» уже не так однозначно. Член Общественной палаты Российской Федерации политолог Андраник Мигранян 3 апреля 2014 года опубликовал в газете «Известия» ставшую уже знаменитой статью,** в которой Адольф Гитлер, если иметь в виду его деятельность до 1939 года, предстаёт скорее положительным героем - собирателем земель.

Правда, член Общественной палаты оговаривается: «Надо сказать, что не он один был героем собирания земель».  Дескать, имелись в истории и другие положительные герои: Бисмарк, Линкольн... В этот шорт-лист г-н Мигранян включил и Гитлера.

В попытке «поставить на место» опального профессора Андрея Зубова, недавно уволенного из МГИМО за то, что сравнил присоединение Крыма с аншлюсом Австрии, Андраник Мигранян, сделал историческое отступление. Мыслил он, по-видимому, так: «Хорошо, раз вы сравниваете аншлюс Австрии и присоединение Крыма, то пусть будет по-вашему. Но кто сказал, что аншлюс - это плохо?»

И вот в свет выходит статья (перепечатанная позднее сайтом МГИМО), где Миграняном не без высокомерия сказано: «Думаю, что историку, да ещё и обременённому степенями, следовало быть более аккуратным в своих оценках того, что на самом деле происходило в немецкой истории. Нужно отличать Гитлера до 1939 года и Гитлера после 1939 года и отделять мух от котлет. Дело в том, что пока Гитлер занимался собиранием земель, и если бы он, как признаётся сам Зубов, был бы славен только тем, что без единой капли крови объединил Германию с Австрией, Судеты с Германией, Мемель с Германией, фактически завершив то, что не удалось Бисмарку, и если Гитлер бы остановился на этом, то остался бы в истории своей страны политиком высочайшего класса». 

Если бы такое, допустим, прозвучало на телеканале «Дождь», то его бы, наверное, закрыли в течение суток - несмотря на телемарафон и собранные зрителями десятки миллионов рублей.

Но статью, в которой Гитлер назван «собирателем земель», опубликовала провластная газета «Известия».

Про то, что надо уметь «отделять мух от котлет», раньше любил рассуждать Владимир Путин. Но он хоть на Гитлера имел в виду. А Мигранян, защищая крымскую политику Путина, гнушаться не стал и решил взять в союзники самого Гитлера, отделил мух от котлет, Гитлера от Гитлера.

Будто бы есть тёмная сторона Гитлера, а есть - светлая.

Самое время, по примеру книги Виктора Ерофеева «Добрый Сталин», сочинять книгу «Добрый Гитлер», который, по выражению Миграняна, «без единой капли крови объединил Германию» и вообще чуть было не остался «в истории своей страны политиком высочайшего класса».

«Чуть было» - не считается.

Основная мысль, которую высказывает Андраник Мигранян, судя по всему, заключается в том, что Гитлера «довели». То есть по этой логике он был не так уж и плох, но западные демократии - США, Великобритания, Франция -  в своё время унизили Германию и получили в ответ пришедшего к власти Гитлера: «Именно Версальский мир способствовал победе фашизма и реваншизма, и народ восстал для ликвидации этого национального унижения и национального позора. Увы, к сожалению, это восстание народа против несправедливого мирового порядка оказалось замешано ещё и на человеконенавистнической идеологии фашизма».

Г-н Мигранян оговаривается: фашизм - идеология человеконенавистническая, и это значит, что в оправдании фашизма его, вроде бы, не обвинишь. Заподозришь, но не обвинишь. Впрочем, из написанного непонятно - быть человеконенавистником, по мнению Миграняна, это плохо или хорошо? Оговорка, «увы, к сожалению» в контексте статьи смотрится чужеродно.

И всё же вряд ли большинство читателей «Известий» после чтения этой статьи решили, что Мигранян - фашист. У автора были другие задачи.

Агрессивная Германия предстаёт как государство «восставшего народа против несправедливого порядка». Запад при таком раскладе - совсем плох, а гитлеровская Германия - плоха (или хороша) только наполовину.

Г-н Мигранян не оригинален. Задолго до Миграняна о том же самом рассказывал в своём скандальном интервью Александр Лукашенко, заявивший: «Не всё только плохое было связано в Германии с известным Адольфом Гитлером. Немецкий порядок формировался веками, при Гитлере это формирование достигло наивысшей точки».

Лукашенко тоже пытался отделить мух от котлет, а «Майн» от «Кампф». Потом нынешний белорусский президент стал от своих высказываний открещиваться, но в процессе опровержения под телевизионную камеру повторил почти то же самое: «Гитлер сформировал мощную Германию, благодаря сильной президентской власти... Германия поднялась благодаря сильной власти, благодаря тому, что вся нация сумела консолидироваться и объединиться вокруг сильного лидера...». Это, конечно, не публичная раздача псковским депутатом Александром Христофоровым книги Гитлера «Майн Кампф», но желание обнаружить на гитлеровском челе светлые пятна очевидно.

«Российским гражданам хочется, чтобы пришли фашисты»

В нынешних «Известиях» имеется ещё один автор, неравнодушный к Гитлеру - Эдуард Лимонов, когда-то написавший: «помните, что Гитлер был в первую очередь творческим человеком богемы. Равняйтесь на великих людей, не будьте мелкими».*** 

О Гитлере Лимонов высказывался много раз, особенно когда рассуждал о политиках будущего, в которых нуждается сегодня Россия, «способных к устроению общества и страны, т. е. людей умных, талантливых, вдохновенных и опытных именно в этой области - в области социальных идей, по которым общество строится, недаром ведь Гитлер был художник, а не чиновник, Муссолини был страстный журналист».

Но Лимонову нравился не столько Гитлер, сколько фашизм как таковой. В своей главе «Кому нужен фашизм в России?» Лимонов отвечает на этот вопрос однозначно: «Ответ может показаться странным: всем». И поясняет: «российским гражданам на самом деле хочется, чтобы пришли ФАШИСТЫ».

По всей видимости, у Лимонова в России был специфический круг общения, раз он утверждал, что «обывателю хочется, чтобы фашисты пришли, наконец, и навели порядок».

И вот этот любитель фашистов в апреле 2014 года пишет в своём блоге: «Киевский режим опасен, восточные и южные области должны покинуть его жуткие объятья. Но этого мало. Такой режим не должен существовать. Его следует прекратить».****  Но это не просто слова.

Лимоновцы отправляются на Украину «отстаивать права угнетённых русских», замученных «фашистами».

Чертовски ёмкое это понятие - фашизм. Когда надо - он плох, когда надо - хорош.

Люди, подобные Лимонову и Миграняну, в нужное время подменяют понятие «порядок» понятием «фашизм» и далее уже говорят без запинки.

Что такое фашизм по Лимонову? «Бравурная героическая музыка», «яркие флаги», «крепкая рука»... Мягко говоря, неполный набор. С таким набором «ценностей» надо сотрудничать не с «Известиями», а «Фёлькишер беобахтер».

Впрочем, у национал-большевиков в Нижнем Новгороде выходила газета с аналогичным названием - «Народный наблюдатель», и редактировал её Захар Прилепин.

Когда Лимонов писал, что «юные женщины России» якобы «грезят о настоящих мужчинах», мечтают «прогуливаться с вооруженным фашистом, по улицам ночных городов России», то скорее пересказывал свои болезненные фантазии, чем грёзы юных женщин России.

Лимонову казалось, что российские женщины мечтают «к утру счастливо забеременеть» от фашиста.

На этих публицистических книгах, свободно продающихся в книжных магазинах, в России за двадцать лет выросло уже не одно поколение.

Мигранян, впрочем, не из их числа. К тому же, он не юная женщина России, а совсем наоборот - немолодой член Общественной палаты РФ, живущий в Нью-Йорке. Он-то, конечно, знает и о Дахау, и о «хрустальной ночи», и о прочих событиях, случившихся в гитлеровской Германии до 1939 года. Но в полемическом угаре он сознательно решил переступить границу и показать России «доброго Гитлера».

Хотя очевидно, что не было бы никакой Второй мировой войны, если бы не немецкое «собирание земель», явившееся прологом к самой кровавой войне. Фашистская Германия к 1939 году отметилась уже тысячью преступлений, главное из которых было разложение нации - под лозунгом объединения.

Гитлеровский порядок ознаменовался массовой эмиграцией, арестами, запретом на профессии, еврейскими погромами.

В 2014 году перечислять преступления немецких фашистов, доказывая, что Гитлер был плох и до 1939 года, как-то странно. Если Мигранян и ему подобные не поняли этого до сих пор, то им уже ничего не поможет.

Задолго до «переломного» 1939 года - 13 марта 1933 года - в Германии было создано министерство народного просвещения и пропаганды. Главой его стал гауляйтер Берлина Йозеф Геббельс. Цель министерства была сформулирована предельно внятно: «Мы должны так долго обрабатывать людей, пока они не перейдут на нашу сторону, пока они не достигнут идейного понимания того, что происходящее сегодня в Германии не только необходимо, но и желательно принять».

И они обрабатывали. А чтобы обработка проходила быстрее, в том же марте, 22 марта 1933 года под Мюнхеном, в городке Дахау, открылся первый фашистский концлагерь.

Первым делом, пришедшие к власти фашисты принялись преследовать журналистов. Был принят законы «О защите народа и государства» и «О редакторах». Редактором СМИ мог стать только «ариец». Инакомыслящие были уволены из всех немецких СМИ. Но увольнениями дело не ограничилось. Журналистов десятками стали отправлять в Дахау. Всего при Гитлере было посажено в концлагеря около тысячи журналистов, треть из них погибла.

В число неблагонадёжных, достойных концлагерей, попали коммунисты, социал-демократы, монархисты, пацифисты, гомосексуалисты, баптисты, свидетели Иеговы, слушатели зарубежного радио...

В Германии началась унификация - организационно-правовые мероприятия, опирающиеся на национал-социализм и «единую волю фюрера». Не все поддавались этой унификации, поэтому пропагандисты ни на секунду не забывали формулы: «Мы должны так долго обрабатывать людей, пока они не перейдут на нашу сторону» - на этом свете или на том, но перейдут.

***
В старом анекдоте про Гитлера и Геббельса два фашистских руководителя стоят на верхней площадке берлинской радиобашни. Гитлер говорит: «Хочу как-то приободрить берлинцев». «А ты просто прыгни вниз», - предлагает Геббельс.

Всегда имеется надёжный способ приободрить свой народ.

 

 

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий