Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Петровская реформа

Виктор ПетровВиктор Петров не стал делать вид, что публикация о привлечении к суду 73-летнего предпринимателя Виктора Тимофеева его не касается (начало этой криминальной истории изложено здесь*).



Бывший председатель комитета социально-экономического развития и потребительского рынка администрации Пскова Виктор Петров прислал в редакцию «Псковской правды» целую пачку бумаг, среди которых самым примечательным является его письмо. Прежде всего, ценность в том, что письмо он явно сочинял самостоятельно. В тексте присутствует не только авторская орфография, но и авторский подход к фактам. Кроме того, Виктор Петров демонстрирует милицейский юмор. Все-таки не зря он долгое время руководил Псковским управлением внутренних дел. Образец милицейского юмора - упоминание «песни раннего жаворонка». Под жаворонком, видимо, подразумевается вице-губернатор Псковской области Максим Жаворонков.

Вообще-то, перебранка Петрова и Жаворонкова не имеет отношения к моим публикациям. Оба господина друг друга стоят, и если Виктору Петрову кажется, что  публикации спровоцированы областной администрацией, то он заблуждается. К сожалению, это не единственное заблуждение г-на Петрова.

 
Иногда автора письма заводит далеко в сторону, но он находит в себе силы вернуться к заданной теме.

Временами в его авангардном тексте встречаются такие непереводимые слова как «люхотон» - это что-то среднее между лохотроном и Люхатаном. Но это не должно смущать читателя.
Письмо Петрова

В своем тексте Виктор Петров демонстрирует незаурядный дар, периодически обращаясь к созданию окказионализмов, то есть слов, созданных в противоречии с законами словообразования, вопреки этим законам.

В мировой литературе одним из признанных мастеров создания окказионализмов стал Джеймс Джойс.

Прежде чем вы прочтете полный текст произведения Виктора Петрова, я предлагаю обратиться к одному из абзацев «Поминок по Финнегану» Джойса. Сравните манеру его изложения с манерой Виктора Петрова.

«Есть еще такие упрямцы, - пишет Джойс, - и с ними можно связаться, которые делают вид, что изначально он был приличного происхождения (он был выходцем из семей Рагонара Синего Брадобрея и Хоррилд Златокудрой и родственник со стороны жены Капитану Его Чести и преподобию мистеру Бедвуд де Троп Блог был одним из его самых дальних родственников), но каждый честный к добродетели человек на земле сегодняшнего пространства знает, что задворки его жизни не выдержат, чтобы о них писали черными и белыми красками. Соединяя правду и неправду можно догадаться, что представлял собой этот гибрид в действительности».

Литературоведы считают, что Джойс, используя подобную манеру изложения, подчинял содержание форме. Причем язык служил зашифровке, а не расшифровке мысли. Нечто подобное, на мой взгляд, демонстрирует и Виктор Петров.

Вслед за своим посланием в редакцию «Псковской правды»  явился и сам Виктор Петров. По свидетельству очевидцев, он начал «качать права», предварительно как следует «накачавшись». Но учитывая то, что ни кого из интересующих его людей Петров в редакции не застал, продолжения  драки не последовало. На этот раз обошлось без рукоприкладства.

Письмо Петрова
* Хлебное зрелище // http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=708
Замедленная реакция // http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=713
Ударный труд // http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=728
Хлебные крошки // http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=781
Музыка на костях // http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=1023

Алексей Семёнов






























ШТАТСКИЙ СОВЕТНИК
(«Псковская правда – Вече»)

«И ладно бы хоть за дело, а то ведь ни за что погонят. В городе-то у меня все в полном порядке. Обидно…»

«Статский советник», Борис Акунин

Эту статью можно было бы поставить в рубрику «Обратная связь». Дело в том, что на связь с редакцией вышел бывший председатель комитета социально-экономического развития и потребительского рынка администрации Пскова, он же - бывший начальник УВД Пскова Виктор Петров. Он прислал в редакцию письмо, напоминающее шифровку. Буквы и знаки препинания расставлены по одному ему известным правилам. Но одна из моих военных специальностей – кодировщик, поэтому я все же предпринял попытку письмо полковника расшифровать.
Автор

Под присмотром

Из письма можно узнать несколько полезных вещей:

1. Виктор Петров «газеты подобного содержания читает редко».
2. Статью «Зрелище вместо хлеба» он все-таки прочел – по рекомендации друга.
3. Письмо адресовано двум людям: главному редактору  «Псковской правды» и автору статьи Алексею Семёнову.
4. Виктор Петров, подав заявление об уходе с должности руководителя председателя комитета в городской администрации, выступил в новом для себя качестве советника главного редактора. В частности, он дословно написал следующее:

«Присмотритесь к поведению господина Семёнова, то он не считаясь с мнением сотрудников медицины  и их руководителей вдруг выступает в качестве медицинского светилы, устанавливая диагноз, то вдруг, кто то ему подсказывает какие то версии о подмене документов, а что только значит его страх перед величием и могуществом Петрова его трактовка больших должностей, хотя, как говорится, что мелкой букашке и трава лесом кажется».

Этот поток сознания здесь воспроизводится дословно, чтобы не расплескать смысл, который возможно там имеется.

Справочный стол

Если я правильно понял, Виктора Петрова не устраивает статья в газете. В этом нет ничего страшного. В Пскове встречаются люди, которых не устраивает сам Виктор Петров. Так уж устроена жизнь. Если же отвечать по существу, то, во-первых, я НЕ считаю Виктора Петрова величественным и могущественным человеком. И из той газетной статьи, на которую он ссылается, этот вывод, надеюсь, не следует. Кто он такой, чтобы его бояться? Избивал он старика или не избивал, у меня страх Петров вызвать не способен.

Во-вторых, никакого диагноза я не устанавливал и всего лишь высказал недоверие к отдельным медицинским справкам. Одни медицинские заключения противоречили другим. Значит, какие-то из них недостоверны. Кстати, то же самое невольно подтверждает и сам Виктор Петров, прилагая к своему посланию несколько противоречивых документов. К сожалению, не на все из них я могу ссылаться, потому что там идет речь не о его здоровье, а о здоровье Виктора Тимофеева, получившего травмы после посещения городской администрации. Не думаю, что Виктор Тимофеев давал Виктору Петрову полномочия разглашать информацию о своем здоровье.  Наверное, Виктор Петров был бы не слишком доволен, если бы кто-то рассылал по редакциям газет документы, в которых говорилось о том - вздутый у него живот или не вздутый, какие у него тоны сердца – ясные или не очень. Так что, на мой взгляд, Виктор Петров в данном случае поступил неэтично. В этичности поступка судмедэксперта Е.Д. Кириленко я тоже сомневаюсь. Вначале эксперт перечисляет многочисленные травмы, а потом делает вывод:

«Они не нанесли вреда здоровью человека».

Хотелось бы точно знать – что это было? Может быть, лечебный массаж? Или все же «криминальная травма, вызванная ударом в бок ногой».

Кроме того, не очень понятно, почему экс-глава одного из комитетов городской администрации все сказанное в предыдущей статье воспринимает на свой счет. В статье я нигде не утверждал, что Виктор Петров кого-то избивал. На этом настаиваю не я, а  предприниматель Виктор Тимофеев и свидетель драки Евгений Г. Не могу же я искажать их показания. Они говорят одно, другие – совершенно противоположное. Осталось дождаться хоть какого-то судебного решения, а пока что СМИ публикуют версии двух сторон конфликта.

Переоценка ценностей

Виктор Петров приложил к своему письму заключение по результатам служебной проверки. В комиссию входили сотрудники городской администрации Александр Петров, Сергей Фёдоров, Сергей Калинкин и Елена Ковальчук. Из материалов служебной проверки, проводившейся с 15 по 27 октября  2010 года, следует, что меры, которые предприняли Хохлов и Петров в отношении Тимофеева «были чрезмерно грубыми» и «противоречили общепринятым правилам поведения муниципального служащего, порочат репутацию администрации города Пскова». При этом члены комиссии ссылались, в том числе, и на рассказ своего коллеги Виктора Петрова, который рассказывал как в ответ на действия Тимофеева, повалил того на пол. При этом тот же Виктор Петров в письме, присланном в редакцию, говорит о себе в третьем лице так:

«…Петров не участвовал  в так называемой Вами драке, а прибыл на место после ее окончания, да и это дракой не назовешь».

Не собираюсь изображать из себя не только «медицинского светилу», но и следователя. Поэтому выводов в своей статье никаких не делал и лишь сообщил, что прокуратура несколько раз возобновляла расследование, последний раз – в июне 2011 года. Так что ВСЁ в этой истории понятно, наверное, только одному Виктору Петрову. Остальным же, включая представителей правоохранительных органов, прошлогоднее происшествие кажется не до конца изученным. Хотя пора бы уже и разобраться – драка проходила на глазах нескольких свидетелей.

Сенсационное признание

Виктор Петров в своем письме делает сенсационное признание:

«Кстати и я Хохлов всегда были против закрытия данной торговой точки».

Сенсация не в том, что Петров называет себя Хохловым, а в том, что он, оказывается, всегда был против закрытия хлебного киоска Виктора Тимофеева. А как же тогда быть с требованиями о закрытии, которые исходили из комитета? Владельцу киоска предписывалось немедленно закрыть хлебный киоск. И как же тогда быть со словами продавщицы, которая рассказывала, что Виктор Петров лично участвовал в закрытии и убирал шест, поддерживавший козырек киоска? Из письма Виктора Петрова можно сделать невероятный вывод, что существовала какая-то параллельная структура, действовавшая от его имени и имени его заместителя. Это лишнее доказательство того, что в этом темном деле еще много не изученного.

Да и сам экс-председатель в письме намекает на то, что произошедший конфликт – часть более крупного плана по его дискредитации. Он пишет:

«Ведь злодеев Петрова и Хохлова уже давно нет, но киоск не работает».

Я не готов комментировать ничего про «злодеев», но определенно могу сказать – Виктору Тимофееву сейчас не до торговли. 73-летний предприниматель по-прежнему болен. Кроме того, на него заведено уголовное дело, его вызывают на допросы. В отличие от Виктора Петрова, для которого судебные заседания по восстановлению в должности главы комитета уже закончились, причем закончились успешно, Виктору Тимофееву еще предстоит судебная эпопея.

Неблагодарное дело

Виктор Петров пишет, что «организация торговли в Пскове всегда была делом опасным и не благодарным». «Мой предшественник, - сообщает он, - на данной должности господин Люхотон был убит, советник мэра попытавшийся разобраться в системе работы рынков уволился сам, после того как разбили его автомобиль и подожгли дверь в квартире, так, что мне еще повезло».

Во-первых, предшественника звали не Люхотон, а Люхатан. Во-вторых, в недавнем прошлом главный милиционер города Пскова Виктор Петров намного лучше любого журналиста знает, как работает криминальное сообщество в Пскове и кто кому и в каких случаях всего лишь поджигает автомобили и двери, а в каких – убивает ударом по голове металлической трубой. Но сейчас речь о совсем другой истории, произошедшей 14 октября 2010 года в здании городской администрации.

Если у Виктора Петрова есть доказательства того, что Виктора Тимофеева специально подослали в администрацию, чтобы тот устроил драку и дискредитировал двух честных чиновников, то пора их предъявить. К сожалению, никаких доказательств Виктор Петров  не приводит и переключает внимание на торговлю на улице Вокзальной, где, по мнению автора письма, произошли массовые нарушения прав предпринимателей. Он, сжившись с ролью редакторского советника, пишет:

«Думаю узнав имя тех, кто там остался торговать, да с чьего согласия, псковичи были бы удивлены. Вот и напишите об этом».

Под уклон

Мне кажется, не следовало бы так далеко уклоняться от темы. Тимофеев на Вокзальной никогда не торговал. Есть вполне конкретный случай: драка в городской администрации. На мой взгляд, все ее участники вели себя не очень достойно. Но здесь важно не личное мнение журналиста, а факты, утопающие в море бессмыслицы. И письмо Виктора Петрова, на мой взгляд, еще более запутывает ситуацию.  Его обращение в газету выдержано в таком вот тоне:

«При этом вы, господин Семенов, пытаетесь преподнести тему в ареоле загадочности, а между тем банально наводите тень на плетень».

Возможно, когда дело дойдет до показаний в суде, его формулировки будут более отточены. А пока что снова приходится прибегать к расшифровке. Что имел в виду полковник Петров? Ареола – это сильно измененная почка растения семейства кактусовых. Только семейства кактусовых в этой запутанной истории не хватало. Хотя, возможно, советник имел в виду ореол (световую кайму, сияние).

Выражаться так загадочно, как выражается Виктор Петров, я не способен. Здесь у него неоспоримое преимущество – бесценный опыт работы в городской администрации времен Михаила Хоронена. К примеру, заканчивает он свое письмо не менее таинственной фразой:

«Так вот, предлагаю Вам пропагандировать  приоритет права над субъективным мнением пусть даже редактора Семенова».

Что он имеет в виду? Кто такой «пусть даже редактор Семенов?», учитывая то, что фамилия у редактора «Псковской правды» совсем другая.

Но, по крайней мере, одна вещь благодаря этой фразе более-менее прояснилась. Теперь я догадываюсь, что делали Виктор Петров и Евгений Хохлов, когда завели Виктора Тимофеева в кабинет и повалили того на пол: пропагандировали приоритет права над субъективным мнением.

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий