Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Назад в Аквариум

Назад в АрхангельскЭто может прозвучать пошло, но рок-музыка на русском языке снова дала о себе знать в полный голос.

Сразу несколько старожилов в октябре 2011 года выпустили свои альбомы. И их уровень оказался такой, что об этом надо было написать. В следующем номере появится отклик на свежий альбом «Юла» группы АукцЫон, а пока что – о новом альбоме Аквариума «Архангельск».

О том, что Аквариум пребывает в хорошей форме, было ясно и по концертам. Об одном из них, прошедшем в Москве в ДК МАИ,  «Городская среда» рассказывала в декабре 2010 года.* Но ни «Тайный узбек», ни «Красная река», давно известные по выступлениям и синглам, еще не давали полной уверенности, что новый альбом получится что надо.

И вот альбом предъявлен миру целиком. Записан в Петербурге, Лондоне и ирландской деревне.

С первых звуков Борис Гребенщиков дает понять, что скучать не придется. Заглавная композиция «Назад в Архангельск» - грозное оружие, которое можно применять при осаде крепости.

Так резко Аквариум начинал свои альбомы только один раз – на альбоме «Сестра Хаос» с песней «500», в которой прозвучали строки: «По улицам провинции метет суховей, // Моя Родина, как свинья, жрет своих сыновей; // С неумолимостью сверхзвуковой дрели // Руки в перчатках качают колыбель».

С той поры прошло девять лет, сыновей стало еще меньше, а сверхзвуковая дрель продырявила не одну душу.

И вот снова резкое начало. Грозное, тревожное. Низкий хриплый голос вроде бы зовет  назад. Хочешь дернуться, повернуться, а там, сзади, сразу же натыкаешься на огромную металлическую дверь с небольшим окошком – таким же, как на обложке альбома «Архангельск».

«Поздно сжимать в кармане фиги // Смотри, как горят эти книги», - поет Борис Гребенщиков. И в его голосе нет ничего обнадеживающего. Призыв «Назад в Архангельск», то есть к архангелам - не снижает накала и не приносит свет. Аквариум констатирует очевидное: «Мы выходим по приборам на великую глушь». Может быть, по этой причине новый альбом Аквариума теперь называют самым актуальным (хотя само понятие «актуальность» по отношению к Аквариуму звучит странно).

Атмосфера все больше накаляется. Беспросветное пространство заполняется безнадежными словами: «В небе один манифест // Куда бы ты ни шел - на тебе стоит крест».

Тут любую строчку цитируй – все равно, к сожалению, получится актуально. «Поздно считать связи и интриги // Смотри, как горят эти книги».

В отблесках горящих книг проступает вторая песня – «Красная река». Тревожное настроение не исчезает, но накал слегка спадает. Болезненная температура сбивается. Допустим, следуя призыву, человек все же повернул назад в Архангельск. И что же он видит? Красную реку поперек пути. Беспросветность сменяется беспамятностью. «Я помню, что шел // Но вспомнить куда - не могу».

Однако бежать куда либо уже поздно. «Нет перешедшего реку // И неперешедшего нет». Что, видимо, означает: Красная река течет не снаружи, а внутри.

А затем, после 18-секундного инструментального «Пролета аэростатов над полем клевера» Игоря Тимофеева начинается «Марш Священных Коров».

Накал спадает совсем. Наступает расслабленность. Болезнь отходит в сторону. Следует серия благодарственных слов, но благодарности как-то незаметно сменяются чем-то более нервным: «Спасибо солнцу, что у нас над головою // Но будь готов, что я все равно завою - // Как нам не стыдно так погрязнуть в рутине…»

Наконец, Священные Коровы взлетают, а мы остаемся на земле. Марш пританцовывающих, взлетающих и то и дело восклицающих: «Shaken not stirred!» опять-таки заканчивается благодарностью, но звучит она уже не по-русски: «Sorry, Mr. Bond!» Не стоит забывать, когда Аквариум записывал в лондонской студии этот альбом, поблизости проходили погромы.

Далее следует игривая вещица под названием «Капитан Беллерофонт». Для тех, кто забыл: Беллерофонт в греческой мифологии - сын коринфского царя Главка (или бога Посейдона), внук Сизифа. Первоначально его звали Гиппоной, но после того, как он убил коринфянина (возможно, родного брата) Беллера, его стали называть «убийца Беллера», то есть Беллерофонт. Он вообще много кого убил, в том числе Химеру. Это ему было сделать проще благодаря тому, что он летал на Пегасе, то есть владел источником вдохновения.

По музыке «Капитан Беллерофонт» напоминает песню «Сувлехим Такац» того же Аквариума, а смысл, как и положено, двойственен: «Ведь жизнь проста и прекрасна, // И всюду невидимый фронт». Но согласитесь, «Капитан Беллерофонт» звучит лучше, чем «Капитан Гиппоной».

Следующая песня - «Тайный узбек». Она из тех, что можно петь хором и раскачиваясь. Не случайно она стала синглом и давно бродит по интернету. Но Аквариум укрепил песню новой аранжировкой. «Так передайте всем тем, кто долго был выгнут дугой // Что нет смысла скрывать больше тупость и жадность и спесь // И бессмысленно делать вид, что ты кто-то другой // Когда Тайный Узбек уже здесь». Это приговор.

Последующая вещь «Огонь Вавилона», на мой взгляд, главная песня альбома, с зарядом не меньшим, чем песня «Назад в Архангельск». Она написана, разумеется, в стиле регги, а по духу это гимн. В каком-то смысле, «Огонь Вавилона» - песня протеста. Для Бориса Гребенщикова с его перешептываниями с Владиславом Сурковым это вроде бы не характерно. Ему-то против чего протестовать? Но  творческий человек уровня Гребенщикова не укладывается ни в какие рамки. Его песни сильнее, чем он сам. В «Огне Вавилона» словно бы набросан его автопортрет: «Многие надеются, что он отошел от дел // Что он продался, спился и оскудел // Что он сгорел или провалился под лед // Но неправильные пчелы продолжают // Делать свой неправильный мед».

Картина, которую рисует Борис Гребенщиков, очень своевременная. «Ты выходишь к воротам, чтобы принять угловой // И Вавилон играет в футбол твоей головой». Над головой кружатся черные птицы, огонь печей Вавилона опаляет лицо, а композиция заканчивается почти футбольным скандированием: «Вавилон не властен над тобой! Вавилон никогда не был властен над тобой!» Объявляется дополнительное время с последующим пробитием пенальти.

Далее все идет по ниспадающей. «Небо цвета дождя» написана в бардовском стиле.

Такие песни поют под одну гитару сидя на кухне за столом. За окном – темный октябрь, на столе – теплый чай. «Пальцы октябрьских святых по-прежнему ласковы // Только их лиц становится не разглядеть». В этой песне снова появляются ангелы. Как ни странно, они приносят тревогу. «Только бы мне устоять. Но я вижу - я падаю // И нас снова ведут и снова не скажут куда». Будем надеяться, что не на расстрел.

Самая необязательная песня – последняя, под названием «На ход ноги». Здесь почти незаметно иносказание. Все произносится прямым текстом: «Посмотри, как чудны // Дела твои, Господи». Кто же будет спорить? Чудны. Однако путь не закончен. Впереди еще долгая дорога. «И смотри-ка, покамест идем, не сдаемся».

Пока неправильные пчелы продолжают делать свой неправильный мед, Вавилону не устоять.

 

* Дети декабря, http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=764

 ** Архангельск (2011)
Все песни - БГ, кроме "Пролет аэростатов над полем клевера" - Игорь Тимофеев

Борис Гребенщиков
Борис Рубекин
Игорь Тимофеев
Олег Шар
Андрей Суротдинов
+
Александр Титов
Brian Finnegan
Liam Bradley

Additional musicians:
Phil Cunningham - accordion (9)
Sean Og Graham - button accordion (4)
Mikey Rowe - Hammond, mellotron, space keyboard, piano (6)
Karen Street - accordion (9)
Meabh O'Hare - fiddle (2)
Becky Taylor - Northumbrian pipes (2)
Brona Graham - banjo
Neill McColl - banjo
Eoghan O'Brien - harp
Sandy Lawson - didjeridoo
Barry Kerr - Uillean pipes
Tiarnan O'Duinnchinn - pipes
The Kickhorns (5) (7)
Kenneth Schaffer - Morse code

Sound recordist - Jerry Boys
Запись музыкальных звуков - Борис Рубекин
Мастеринг - А. Субботин

(с) БГ 2011

Дизайн - БГ/Владимир Забавский
Фото - Павел Антонов и БГ

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий