Уроки войны

учебникСоветская образовательная система была лучшей в мире – это факт. И население Страны Советов было самым читающим – это тоже факт. А факты*, как известно, самая упрямая вещь на свете.

Коротко и ясно!

Конечно, тут сыграло свою роль дотирование печатной продукции, благодаря которому книги, журналы и особенно газеты стоили копейки и были практически общедоступны. Советские многомиллионные тиражи – недосягаемая планка для современных российских издателей. Конечно, свирепствовала цензура. Все типографии в стране были собственностью КПСС, редкие тогда ксероксы находились под строгим присмотром КГБ. Хорошие книги и тогда были дефицитом. Всё это так. Но высокий уровень образования отрицать невозможно. Самое парадоксальное, что этот самый уровень не рос с годами, а снижался. То есть нищий, голодный, послевоенный СССР тратил на обучение народа (в процентном соотношении) больше, чем тогдашние процветающие США. И это приносило свои плоды. Во всяком случае, наши ИТР (инженерно-технические работники) были тогда вполне на мировом уровне. Увы, ко временам пресловутого «застоя» всё поменялось…

Что же касается современной методики преподавания, то тут никаких приличных слов я даже не могу найти. Открыл я недавно российский учебник физики, прочел в нём закон Архимеда, и содрогнулся. То, что во времена моей молодости умещалось в пару простых и ясных строк, было разбухано на полстраницы. Такое впечатление, что современный учебник предназначен для слабоумных – самые простые вещи в нем «разжевывались» до того, что «глотать» было просто нечего. Говорить с детьми таким языком – злостное наукообразное хулиганство.

Язык – это первая сигнальная система современного человека. Если человек здоров, умственно и физически, его речь будет короткой и понятной (по крайней мере, в точных науках). Лаконической, как называли её древние греки. И наоборот, безудержная болтливость, когда мысль не поспевает за словом – симптом распада. «Базар» кляузников и провокаторов. Учитывая всё вышесказанное, нетрудно сделать выводы относительно нынешнего положения дел в науке и образовании.

Но все без исключения представители старшего поколения отмечают высокий профессиональный уровень послевоенного преподавания. Открывая тогдашние учебники, поражаешься, насколько просто и ясно там излагались предметы (единственное исключение – политическая литература). Такое впечатление, что народ в ту пору сам захотел учиться. И это действительно так. А захотел он учиться, понял смысл образования в результате Великой Отечественной войны.

«Если завтра война…»

Наши довоенные генералы, маршалы и министры (наркомы, как тогда говорили) удивительно напоминают мне современных. Тот же непрофессионализм, то же самомнение. То же стремление отрапортовать любой ценой, а там хоть трава не расти…

Результатом их (я имею в виду довоенных) деятельности стала гипертрофированная Красная Армия, перенасыщенная техникой, с которой никто не умел толком обращаться. В области военного строительства и военной доктрины наблюдался полнейший разброд и шатания – совсем как сейчас! Взялись строить «линию Сталина» - не достроили, начали возводить укрепления вдоль «новой» границы – и тоже бросили. «Проклятых фашистов» то грозились шапками закидать, то откровенно трусили. Заминировали все мосты в европейской части СССР – а перед самой войной разминировали. Вот и приходилось Сталину выдумывать про происки «вредителей» на самом верху – признаться народу в невыносимой дурости номенклатуры было ещё позорнее…

Простейший пример – наше военное руководство не знало даже количество и качество основных немецких танков. Производство противотанковых ружей было прекращено, так как все были уверены, что немцы всё загромоздят тяжелыми танками, против которых эти ружья бесполезны. К счастью для нас, ни один тяжелый танк Германия в 1941 году не производила. А против имеющихся у немцев «двоек», «троек» и очень небольшого количества «четверок» наши противотанковые ружья были очень даже хороши. Их производство было спешно возобновлено, но моментально это сделать было невозможно, и в ходе Московской битвы сам Сталин лично распределял противотанковые ружья по подразделениям.

Что же касается наших танков, то их перед войной насчитывалось свыше двадцати тысяч (Гитлер имел наглость напасть на нас с тремя тысячами своих, плюс около тысячи трофейных). Почти все наши танки были потеряны к моменту битвы за Москву. И не надо верить сталинским пропагандистам, по сей день уверяющих нас, будто это было одно старьё – немецкие танки тоже были далеко не последним словом техники. К тому же, что за странная метаморфоза – перед войной наше вооружение было «лучшим в мире», но после первого же выстрела превратилось в «хлам»? Одни только Т-34 и КВ при грамотном применении вполне были способны остановить гитлеровские колонны – их было свыше полутора тысяч. 

Только где ж его было взять, это самое грамотное применение, если страна не вылезала из перманентных управленческих кризисов. Генеральские клики дрались между собой смертным боем, и я не могу себе представить, что было бы со страной, если бы Сталин умер в середине тридцатых годов. Элиты как таковой в стране не было, и вполне вероятно, что СССР просто не дожил бы до войны. Нравится это кому или нет, но без Сталина тогда было бы ещё хуже – все наркомы и маршалы не стоили его одного.

Нет, конечно, боевая учеба в армии велась. А уж насколько успешно – 1941 год показал. Тысячи наших танков и пушек достались врагу в целости и сохранности, три с половиной миллиона красноармейцев попали в плен в том году. Это был полный «неуд» всей довоенной подготовке.

Кроме того, война с гитлеровской Германией стала первым масштабным контактом советских людей с иностранцами. Немец в ту пору воспринимался как бездушный и безжалостный, но исключительно умелый солдат. У которого было бы очень неплохо поучиться военному делу. Как в свое время учился Петр у шведов. Напрямую такая параллель никогда не проводилась, но насущная потребность в новой элите стала осознаваться всеми.

«Мы летим, ковыляя во мгле…»

Огромную роль в ходе войны играла помощь союзников. «Второй фронт» (свиная тушенка), «рузвельтовские яйца» (яичный порошок) – это общеизвестные (и притом самые незначительные) примеры. Отношение к союзникам было неоднозначным и колебалось. Все советские люди испытывали досаду из-за задержек с открытием второго фронта. Мол, одни только мы воюем, а союзники ничего не делают. Но если наиболее доверчивые колебались с генеральной линией партии, излагавшейся в газетах, то образованные военные (в основном летчики) понимали, что все не так просто. Хотя бы потому, что союзники бомбили Германию. Их документальные фильмы на эту тему с огромным успехом демонстрировались в наших кинозалах, под неизменные аплодисменты зрителей. Наши летчики лучше других понимали, что такое им не под силу.

Это долго объяснять, но воздушная война на Восточном фронте велась крайне примитивно с обеих сторон. А тут такая наглядная демонстрация западного технического превосходства. Оно, это превосходство, стало ещё более пугающим после бомбежки Дрездена и особенно атомной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки. После смерти Рузвельта бывшие друзья вполне могли стать врагами. Против которых надо было противопоставить те же технологии. Которых тогда просто не было.

Все эти факторы привели к огромному спросу на знания в послевоенном СССР. Народ помнил, как гибли за считанные часы наши дивизии, как горели наши танки, как наш флот беспомощно укрывался в портах. Что бы там не говорили власти, народ в ту пору знал, что дело было не в немецком численном и техническом превосходстве.

Кроме того, в ходе войны были отстранены от реального командования наиболее одиозные личности типа Мехлиса или Ворошилова. Страна получила хоть какую-то элиту. А потому – учиться, учиться и учиться! Чтоб не повторился 1941 год. Чтоб не бегать в атаку по минному полю. Чтоб не глодать кору с деревьев в окружении. Чтоб не хлебать лаптем щи, глядя на жизнь в новоявленных соцстранах – как-никак, союзная Европа!

Народ наш тогда просто хотел жить, и потому понимал, что обеспечить нормальную жизнь могут только знания. К счастью, в ту пору наша верхушка ещё не наловчилась спекулировать нефтью и надеялась выйти в число развитых стран за счет производства технологических изделий.

«Черная кошка»

Нет, я чуть не забыл ещё об одном факторе, стимулировавшем тягу к реальным знаниям в послевоенном СССР – детей военного времени. Из всех групп населения на оккупированных территориях наиболее враждебно к гитлеровскому «новому порядку» была молодежь – этот самый «порядок» лишил её всего. Если при советской власти (при всех её заскоках) перед ней были открыты все дороги, то при немцах путь был один – в Германию, в батраки. Это после пионерлагерей, бесплатных школ и кружков…  Кроме того, на оккупированных территориях часто царил голод. Родители не могли прокормить детей, и они были вынуждены таскать немцам чемоданы, чистить сапоги и вообще, кормиться самим и привыкать к уличной «вольной» жизни. Война влияла на детей самым пагубным образом – многие из них так и не изжили блатные привычки, и после освобождения стали ворами, бродягами и тунеядцами, обеспечив послевоенный взлет преступности в СССР.

На не оккупированных землях, конечно, было лучше, но и там были проблемы. Отцы на фронте, матери вечно на работе – в результате дети тоже были предоставлены сами себе. Не в такое степени, как под немцами, но все таки…

Те, кто нашел в себе силы порвать с уголовщиной (а таких было большинство), сказали себе: «Мы никогда больше не будем жить такой жизнью. Мы проложим себе лучший, новый путь!» И они учились очень хорошо, потому что примеры их непутевых товарищей были постоянно перед глазами.

Война добавила ума – это несомненно. Но цену за это взяла непомерную…

Когда я беру в руки книгу, изданную в послевоенное время, я могу быть уверен – она писалась для таких, как я. Для того, чтобы дать мне реальные знания. «Учебник красноармейца-телефониста», «Применение американских авианосцев в войне на Тихом океане», «Жизнь и быт славян 9-14 веков» - всё написано исключительно добротно, капитально, и при этом доходчиво и логично. К сожалению, чем дальше, тем хуже.

По мере того, как уходило из жизни то, военное поколение, книги становятся все более заумными и одновременно глупыми. Такое впечатление, что их писали уже не для народа, а для гонорара. Национальное чувство ослабевает, спроса на реальные знания больше нет, и на первые роли выступают всякие халтурщики – как писатели, так и издатели. И вот закономерный конец – современная наукообразная серия «Сто». «Сто великих полководцев», «Сто великих художников» и т.п. Подобные «шедевры» диаметрально противоположны послевоенной литературе – они начисто отучают думать. Как и ЕГЭ… 

Быть может, иной восприимчивый читатель спросит меня: «так что же, чтобы вернуть высокий уровень образования и тягу к знаниям в народе, надо снова огромную войну пережить?»

Да нет, не обязательно. Многие народы сумели сделать это мирными способами. Разными по форме, но одинаковыми по сути – они почувствовали себя нужными друг другу. Братьями и сестрами. Нацией-семьёй. И русские, я уверен, смогут сделать это.

* Мнение авторов не всегда совпадает с мнением редакции.

Талгат ЕСЕНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий

F3OwyC4ctQ3E | ggah3g62@hotmail.com | 13:56 - 08.02.2017
I like it, just because of the cool Mac OS X like dock. Maybe you guys should put a disable option when clicking the menu for the people who do39&n#;t like the related videos dock.