Биомеханика Ратазяева, или Алтарь любви

Отношения между Макаром Девушкиным и Варенькой Доброселовой в “Бедных людях”– это, конечно, изобретение Достоевского. Уж слишком они фантастичны. Но писатель настолько убедителен, что веришь в такие отношения. Веришь в них, потому что они должны быть возможны, естественны... Это в человеческой природе, которая неисчерпаема. Но что это за отношения? Какова их природа? Макар любит Вареньку “по-родственному”? Или любит ее как мужчина женщину? Не похоже ни на то, ни на другое.

Конечно, литература того времени дала яркие образы жертвенной любви, которая вздыхает, обожает, но не дерзает, любви, в которой Ф.М. Достоевскийотсутствует притязание на сексуальную близость. Романтики создали тип преданного обожателя, который бескорыстно живет только предметом своей любви и довольствуется его дружбой. Но на самом деле все эти “платонические” романы наполнены экзальтированной чувственностью, сладостарстием. Просто “платоническое”, мечтательное сладострастие более утонченно. К тому же это удел праздных людей, к каковым Макар и Варенька не относятся. Мы верим, что тут не может быть чувственной заинтресованности, хотя вокруг этой странной пары клубятся слухи и прямые насмешки. Девушкина за его нежно-восторженные письма называют ловеласом, над Варенькой смеются в глаза: “Черт с младенцем связался” и т. п. Но этот странный альянс стоит цитаделью, цитателью против враждебного испорченного мира.

...И замечтальная деталь, характеризующая Макара: Девушкин преписывает для Вареньки отрывок из “Итальянских страстей” своего друга Ратазяева. Это гениально сочиненная Достоевским пародия на любовные романы. Я вновь и вновь с упоением это перечитываю, Здесь что ни фраза, то перл:


"...Владимир вздрогнул, и страсти бешено заклокотали в нем, и кровь вскипела...
 
Вот это биомеханика! Мейерхольду такая и не снилась!

— Графиня, — вскричал он, — графиня! Знаете ли вы, как ужасна эта страсть, как беспредельно это безумие? Нет, мои мечты меня не обманывали! Я люблю, люблю восторженно, бешено, безумно! Вся кровь твоего мужа не зальет бешеного, клокочущего восторга души моей! Ничтожные препятствия не остановят всеразрывающего, адского огня, бороздящего мою истомленную грудь. О Зинаида, Зинаида!..

Прелесть, что такое! Чем еще заливать "пожар любви"?.. "А кровь — лишь знак того, что мы зовем на бедном языке любовью" — писала Зинаида Гиппиус. Но Ратазяев об этом знал задолго до нее. Поэтому пожар любви можно заливать только кровью.  Кровью мужа... Но не всегда помогает даже это...

— Владимир!..— прошептала графиня вне себя, склоняясь к нему на плечо...

— Зинаида!— закричал восторженный Смельский.

Из груди его испарился вздох. Пожар вспыхнул ярким пламенем на алтаре любви и взбороздил грудь несчастных страдальцев.

— Владимир!..— шептала в упоении графиня. Грудь ее вздымалась, щеки ее багровели, очи горели...

Новый, ужасный брак был свершен!

Через полчаса старый граф вошел в будуар жены своей.

— А что, душечка, не приказать ли для дорогого гостя самоварчик поставить? — сказал он, потрепав жену по щеке".

Умная Варенька при всей своей деликатности не может не заметить, что все это, что Макар столь старательно для нее переписывает, – «вздор». Макар, напротив, в восторге и с горячностью отставивает талант Ратазяева... И тут не только не развитый литературный вкус и необразованность Девушкина, – по его письмам мы видим его способность чувствовать и красоту, и правду жизни. Обладающий абсолютным целомудрием Макар Девушкин просто не видит тут разверзающийся бездны пошлости. Он верит «несчастным страдальцам», верит в «истомленную грудь».

Комичная в этом отрывке та цветистая избыточность, какой прикрывается пошлейший сюжет: «несчастные страдальцы» переспали, а потом пили чай с рогоносцем. Это сюжет для непристойного анекдота. Но Макар принимает все это за чистую монету. В силу своей чистоты он не догадывается, что, собственно, означает «пожар на алтаре любви». Эти нескромные описания не возбуждают в нем ничего, кроме простодушного удивления обилию красивых, звучных слов, которым он благоговейно сочувствует. Точно так же простым людям нравится попса и латиноамериканские сериалы, и телешоу «про любовь». Простолюдины с восторгом смотрят на ничтожества, ставшие телевизионными «звездами» и героями гламурных светских хроник. Они как дикари верят в мишуру, стекляшки принимают за драгоценности. Это характерно для простых и в общем-то неиспорченных людей. И в этом наблюдение Достоевского поразительно точно.

http://ed-basilius.livejournal.com/11109.html

Иллюстрации:

Портрет писателя кисти В. И. Семенова. 1971 г. Санкт-Петербург, Музей Достоевского.

 Джон Нобрега. Salon de Paris #21. С сайта Edward Day Gallery, Торонто.

Эдуард ЗИБНИЦКИЙ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий

KmyAFY8a | 6aq5qdv124u@yahoo.com | 03:17 - 12.02.2017
I feel so much happier now I unndrstaed all this. Thanks! http://lyjbqhmpi.com [url=http://wzrcvpmjb.com]wzrcvpmjb[/url] [link=http://uncqhytu.com]uncqhytu[/link]
jiHzkEJMZoT | 3fwa3vjrv5b@hotmail.com | 10:56 - 09.02.2017
Holy shzitin, this is so cool thank you.
BCT7VRKPFvQ | ida546d5er@yahoo.com | 07:01 - 09.02.2017
Love the bright colour fabrsci, I sure need some for my girl's project. Robots aren't just for boys, my girl have been playing with her daddy's toy.