Перечитывая и пересчитывая заново

Завершились очередные празднования Дней славянской культуры и письменности.

Недели две назад мне предложили участвовать в передаче на городском телевидении «Телеком». Двадцать минут прямого эфира отдали теме: «Почему мы перестали читать книги?»

Не болтай, а читай!Первый дозвонившийся телезритель задал вопрос: «Почему мы перестали читать «Городскую газету»?

Это очень простой вопрос. Есть мнение, что «Городская газета» никому не нужна. Также как и «Городская среда». В принципе, мы бы имели право на существование, если бы писали не о том и не так.

К политике такой подход имеет лишь косвенное отношение. Помню, мэтры псковской журналистики пытались доказать мне, что журналист не имеет права высказывать свое собственное мнение, а юмор в текстах – это нарушение корпоративной этики.

Я бы это сформулировал так: нельзя шутить от имени учредителя или от имени правящей партии, или от имени всего государства, или именем Господа Бога. Юмор – это слишком личностное качество и, следовательно, в журналистике он совершенно неуместен. Так у нас считается.

Иметь свой взгляд в наше время – это слишком большая роскошь. Налог на роскошь таков, что большинство пишущих людей даже не пытаются воспользоваться правом смотреть на окружающий мир своими глазами.

Правда, тема прямого эфира была все же несколько иная: почему мы перестали читать книги?

Последний из дозвонившихся телезрителей успел прокричать в трубку, что все это не правда, что мы не перестали…

Отчасти, этот человек прав. Иначе бы не устраивались в России масштабные книжные выставки-ярмарки, на которые валом валят люди. Но сколько их, этих людей? Десять тысяч? Двадцать? Для страны, в которой живут 140 миллионов человек, это ничтожно мало. Примерно столько же читателей жило во времена Пушкина и Гоголя.

В действительности, в России до сих пор достаточное количество читающих людей или, точнее сказать, потенциальных читателей. Но распространение книг свелось к минимуму. Большая часть тиражей выходит в Москве и Петербурге. Там же эти книги и продаются.

В провинциальных городах книжные магазины, как правило, находящиеся в центре, переходят в руки тех, кто занимается более прибыльной торговлей. В Пскове на месте книжных магазинов появились магазины, продающие обувь, одежду… А те, что все еще торгуют книгами, чрезвычайно ограничены в своих возможностях. Арендная плата не позволяет развиваться. Круг издательств, поставляющих книги в провинцию, очень узок. Действует неприкрытая монополия. У небольших издательств нет возможности дотянуться до своих читателей. А монополисты, как правило, издают только проверенных авторов. Или обращаются к проверенным темам. Таким образом, литературное пространство искусственно ограничивается. В условиях, когда доходы потенциальных читателей значительно упали, оно ограничивается вдвойне.

Новые библиотечные поступления могут вообще навести тоску. Их так мало, что некоторые их даже в расчет не принимают.

Существует, правда, интернет. Часть читателей живет именно там. Но, если верить статистике, круг серьезных читателей в интернете тоже очень узок.

Таким образом, вопрос, заданный на «Телекоме», поставлен корректно. Значительное количество людей действительно перестало читать. А если выражаться точнее, то люди переключились на другое чтение.

Я знаю людей, которые принципиально бросили читать художественную литературу, но не остановились на этом и избавились от своих библиотек. Чтобы детям не досталось.

Раньше было принято обсуждать литературу. Книги обсуждались в самых неожиданных местах – на студенческих лекциях, в лесу у костра, на пляже, на стадионе в перерыве футбольного матча…  Так не могло продолжаться долго. Это было отклонение, связанное с запретами и последующим отказом от запретов.

Когда один мой знакомый сказал, что больше никогда не будет читать художественные книги, он постарался подвести под это теоретическую базу. Главная причина была в том, что такое чтение – бесполезно. Чтение должно приносить пользу. Но какую пользу может принести чтение Пушкина или Искандера, или, черт возьми, Ерофеева? Отныне и вовеки он будет читать только специальную литературу. И еще новости и аналитику в СМИ. В общем, человек лет двадцать читал художественную литературу, но так и не понял, зачем это ему было нужно. А если разобраться, то это было нужно ему по двум причинам.

Во-первых, раньше в его кругу было принято читать и обсуждать, и он действовал как все. Вторая причина была в том, что у него имелось свободное время и он его, таким образом, заполнял. Или убивал. Теперь свободного времени стало меньше, и занимает он его другими способами. Финансы позволяют.

Подобные настроения существуют не только в среде бизнесменов. Например, в учительской среде появилось довольно много людей, которые рассуждают так: «Я устал от выдуманной литературы и переключился на мемуары, на научно-популярную литературу… Там есть жизнь». Эти читатели всерьез полагают, что в мемуарах все - правда, а в художественной литературе все – ложь.

Один филолог как-то сказал мне, что устал думать (!). А вот читать – не устал. И поэтому переключился на иронические детективы. Значит, потребность в перелистывании страниц осталась. Желание пробегать глазами строки тоже никуда не делось. Это для него своего рода отдых, а устал он - от работы.

Причем, утомляет не столько интеллектуальная, сколько душевная работа. Напрягают переживания, сомнения, бесконечные вопросы, на которые надо искать ответы. Вместо этого хочется готовых ответов в яркой упаковке.

Еще одна книжная проблема в том, что полиграфия с каждым годом улучшается, а качество текстов падает. Уровень более-менее поддерживает только классика. Книжные магазины переполнены псевдоисторическими исследованиями. Свои шарлатаны господствуют и в других сферах. А критика не в состоянии расставить все на свои места. Критики в общедоступных СМИ почти нет. Значит, нет и серьезного обсуждения. В художественной литературе происходит почти то же самое. Советских литературных генералов сменили постсоветские литературные генералы. Часть читателей убеждены, что это как раз и есть высокая литература.

Я с трудом могу представить себе человека, который по-настоящему перестал читать. Если все же перестал, то, значит, и раньше он всего лишь заполнял пустоту, проводил время, следовал моде, собирал библиотеку… Представляете, жил человек, жил. А потом вдруг устал думать и чувствовать. И нашел этому объяснение: жить такая. Надо крутиться, зарабатывать деньги, пристраивать детей… В такое время - не для чтения.

Если такой человек перестал читать, то ничего не изменилось. Правильнее сказать, одним покупателем книг стало меньше. А читателей осталось столько же, сколько и было.

Фото плаката с конкурса "А молодежь-то читает!"

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий