Юбилей

Итак, на дворе начало XXI века. Довольно мутное, тошнотворное время. А ведь раньше, помню, сколько было надежд, сколько мечтаний. Советские фантасты в своих произведениях рисовали радостные картины грядущего тысячелетия. Реальность оказалась совсем иной...

юбилейВот и я с Сергеем Ивановичем («фрезеровщиком разумным», если кто следит за моими статьями) в данный момент озабочены не грандиозными планами освоения иных планет, а вульгарным вопросом - как продлить жизнь нашему станочному парку? Сломается последний станок - и всё, цеху хана. Работать будет не на чем. Дело осложняется тем, что кроме нас это не нужно никому - ни хозяину завода, ни директору, ни даже заводскому начальству.

Загробная жизнь
Завод наш, как и большинство подобных предприятий в России, умер уже давно и теперь живет загробной жизнью. Иногда, когда приходит военный заказ (да, забыл сказать, что наш завод является оборонным, даже военпред имеется - ещё советский!), вызывают из дому работниц для его выполнения. Как правило, работа у них не занимает много времени, и случается нечасто.

Как и почти все заводы в стране, наш завод облепила целая куча всяких паразитирующих фирм, фирмочек и просто кооперативов, организованных местными начальниками. Производственные помещения им предоставляет завод, электроэнергию, тепло и прочие расходы по их содержанию несет он же. Все строго по закону - прибыль начальству, убытки - нам. Разница с Газпромом и прочими гигантами российской промышленности только в размерах. Просто они ворочают миллиардами (в минусовой степени - убытки - для государства, в плюсовой - прибыли - для контролирующих их на данный момент группировок), а наш завод едва сводит концы с концами. За счет супернизкой оплаты труда создается видимость конкурентоспособности. Точнее, создавалась в благоприятный период шальных нефтедолларов.

Тишь да гладь
Ну так вот, чтоб не маяться от безделья, занялись мы с Сергеем Ивановичем регламентными работами на фрезерных станках. Их у нас в цеху восемь штук. Правда, у одного продольная подача не работает, у другого - поперечная, у третьего шпиндель бьет и т.п. Чего ещё можно ожидать, если нога слесаря-ремонтника не ступала в наш цех со времен распада СССР? И нынешний хозяин не собирается эту должность вводить. Ему, по большому счету, особой разницы нет, когда встанет последний станок - тратиться на содержание завода он, во-первых, не хочет, во-вторых, не может: нет у него таких средств.

Когда любимые олигархи партии и правительства хватали жирные, прибыльные куски, его к кормушке не допускали. И лишь когда всё самое ценное было приватизировано (по очень смешным расценкам!), объедки кинули таким, как он. Кому ещё был нужен в 90-х годах лежащий на боку оборонный завод? (Мы, правда, производили не танки и не самолеты, а всего лишь отдельные комплектующие детали для ракет.

Так что живет он по принципу: «день прошел - и ладно». Когда заводу придет полный конец и даже копеечные прибыли прекратятся, выкинет его - и все дела. Это понимают на заводе все. Дирекция по мере сил обманывает хозяина и копит на свой «черный день» (который уже не за горами), рабочие тянут время до пенсии.

В общем, в одном станке мы поменяли подшипники на шпинделе, в другом - приводные ремни, в третьем - пусковое реле. Благо, ещё не все советские запасы на заводе исчерпаны. Там, где запчастей было не найти, применяли рабочую смекалку. Нечем герметизировать лючки доступа (чтоб машинное масло не протекало), нет ни прокладок, ни герметика? Ничего, подойдет асбестовая нить и солидол. Так этим делом увлеклись, старые черти, что даже забыли, какой на дворе век и какая власть.

«Алексеич - говорю я начальнику цеха - давай ветошь, давай керосин. Я фрезерные станки отмою. Их же с советского времени не чистили!»

Но откуда в наше время взять такую роскошь? Начальник цеха и сам был бы рад работать по настоящему, да где там... Зато в цеху весь февраль тишина стояла! Работы почти не было. Прямо-таки месячник по борьбе с шумом. Который может затянуться и на год, и больше...

«Обрати внимание - сделано в Германии!»
Вот и на прошлой неделе работы почти не было. Видя такое дело, мы с Сергеем Ивановичем разобрали горизонтально-фрезерный станок, в котором масло не поступало на рабочий стол. Скрипеть он стал при работе, проще говоря. Так, плунжерный насос в исправности, но перебиты и заглушены трубки... Пока Сергей Иванович трубки паял, я прочищал механизмы. И между делом глянул на шильдик (табличку с номером) станка. 1969 год выпуска. 40 лет в этом году исполняется. Именинник, значит. Юбиляр.

«Алексеич - говорю подошедшему начальнику цеха - видишь табличку? Давай, требуй у директора денег на юбилей. Именины станку всем цехом устроим. Гулять будем!»

«Не получится юбилей - мрачно сказал начальник цеха - на соседнем заводе есть долбежный станок 1926 года выпуска. Сделано в Германии. То ли наши его в период индустриализации купили, то ли немцы в оккупацию привезли, теперь уже никто точно не помнит. Так до сих пор работает. А у нас в первом цехе новейшую японскую линию в девяностые годы на металлолом отправили. Только наладили, только запустили, как гайдаровские реформы начались. Она чуть больше месяца проработала, и всё. Оказалась не нужна. За неё шальные деньги, валюту государство заплатило, а потом само же и выкинуло».

«Как же, помню, помню, - вступил в разговор подошедший с запаянными трубками Сергей Иванович - хорошая была линия, да не людям досталась. Их тогда ничего, кроме новой директорской «тойоты» не интересовало. (Алексеич, хоть и был начальником, считался у нас, рабочих, за своего, и говорили мы при нем свободно). А сколько такого импортного, новейшего оборудования тогда на металлолом спровадили! Теперь вот старые развалины латаем...»

«А как же новый координатно-расточной станок, что у нас в цеху стоит?» - поинтересовался я. «А этот наш, советский. Он вообще дня не работал. Сам знаешь, у нас в СССР был дурацкий обычай - станки изготовляли, на заводы, заказчикам, поставляли, но только без оснастки. С полной оснасткой только на экспорт, за границу. А нам, своим, «по особому требованию». И притом с большой неохотой. Начнешь с поставщиками ругаться, а у них сто причин находится этого не делать. А что такое координатный станок без поворотного стола, оптической делительной головки, расточной головки и прочего? Просто дорогущий сверлильный станок, не более того! В советскую пору не удалось этого получить, где уж теперь...»

Мы установили маслопровод и опробовали насос. Масло стало поступать. «Ну, Талгат, зови мужиков, будем стол на место ставить» - сказал Сергей Иванович. Процедура установки стола заняла на удивление мало времени и сил («тут ведь надо технически»). Мужики с интересом посмотрели на нашу работу. «Не скрипит, не шатается, идет легко...Ишь ты!» и сели покурить. Спешить было некуда.
«Знаете, что теперь России кризис не страшен? - спросил я. - Появилось новое средство. Уникальное, как все у нас. Вчера после работы иду мимо газетного киоска, гляжу, на одной газете заголовок аршинными буквами: «Новая чудотворная икона против кризиса!» Только не купил я ту газету. Денег пожалел».

«Они нас совсем за идиотов держат - ответил токарь Иваныч - осталось только с крестным ходом вокруг завода обойти».

«Эх, выручай, «Антикризисная!»
Как-то ещё в советское время читал я один роман про революцию. Сюжет таков: после гражданской войны на руинах завода собираются его бывшие рабочие и инженеры. Не все, разумеется. Кто-то примкнул к белым, и его расстреляли красные, кто-то - наоборот, но больше всего погибло от «простых» бандитов и голода. Ещё ничего не известно, но тяга к нормальной жизни так велика, что они, забыв былые разногласия, начинают восстанавливать завод из руин. Бесплатно. Потом, разумеется, приходит помощь из центра, принимается решение этот завод восстановить, но начинают это все рабочие сами. По своей инициативе. Которая на тот момент оказалась созвучна с планами той власти. И почему-то мне кажется, что сейчас в народе похожие настроения. А вот сумеет ли нынешняя власть пойти народу навстречу, уверенности нет.

На днях, впрочем, пришел в наш цех «оборонный заказ». Изготовить кое какие детали для «Тополей» (современная ядерная ракета). В количестве аж четырех штук. Всё это без труда уместиться в кармане. Вероятно, именно подобные заказы имел в виду Сергей Иванов, когда в интервью «Российской газете» говорил, что правительство не допустит закрытия военных заводов (№ 33 за этот год). Не иначе, чудотворная антикризисная икона помогла...

Иллюстрации: clipart.net.ua

Талгат ЕСЕНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий