«Зазубрилися мечи, притупились топоры…»

ПсковитянкаОдним из центральных событий третьего дня празднования Изборского юбилея стал показ спектакля «Псковитянка».

Я этот спектакль смотрел за несколько дней до этого, в Псковском кремле. Думаю, что за несколько дней «Псковитянка» не слишком изменилась.

Артистам Псковского театра драмы надо набраться терпения. Они сейчас фактически бездомные. Обещанная в сентябре сдача театра не состоялась. Как выяснилось во время приезда министра культуры Владимира Мединского, не откроется театр и в декабре 2012 года, несмотря на то, что губернатор Андрей Турчак объявил об этом месяца два назад.

Владимир Мединский, посетивший псковский театр, считает, что реконструкция здания театра закончится в мае 2013 года, а торжественное открытие состоится через год – в сентябре 2013 года. Это очень оптимистичное заявление.

Как бы то ни было, псковские артисты демонстрируют свои таланты на открытом воздухе. Новая версия «Псковитянки» прошла под музыку, но не Римского-Корсакова.

К юбилею Изборска отремонтировать здание Псковского театра драмы не получилось. Объявленный губернатором Турчаком срок открытия большой сцены – декабрь 2012 года. Тогда тоже ожидается юбилей, но не Изборска и не российской государственности, а народного артиста России, секретаря Союза театральных деятелей РФ, председателя Псковской организации СТД РФ Юрия Новохижина. На юбилейном вечере, предположительно, выступят Евгений Дятлов, Михаил Боярский и другие известные артисты. Надо полагать, юбилей Юрий Новохижин отметит на какой-то не слишком театральной сцене, например – на сцене филармонии.

Так что 107-й театральный сезон артисты Псковского академического театра драмы им. А.С.Пушкина открыли на свежем воздухе – в Довмонтовом городе Псковского кремля.

Параллельно существующий театр в исторических памятниках на открытом воздухе «Карусель» как будто специально когда-то был создан на крайний случай. Во всяком случае, пространство перед Приказной палатой гораздо более театрально, чем, скажем, сцена областного Дома профсоюзов, на которой иногда приходится играть псковским артистам.

Пьеса была выбрана соответствующая – «Псковитянка» Льва Мея.

«Прощальную со Псковом -  государем!»

Создатели нынешней «Псковитянки»  (современная адаптация Вадима Радуна и Любови Никитиной. Режиссер Вадим Радун) особо подчеркивают, что спектакль этот – новый, к знаменитой постановке Валерия Бухарина, шедшей в Пскове в 70-90-е годы, отношения не имеющий.

И это действительно так. В основу легла та же самая пьеса Мея, но легла она, так сказать, другим боком.

Вадим Радун провел арифметические действия - вычитание и сложение. Вычел многое из того, что написал многословный Лев Мей, а приплюсовал Ивана Бунина и Станислава Золотцева с их стихами, положенными на музыку Татьяны Лаптевой. Получилось что-то вроде мюзикла.

Заново ставить в ХХI веке «Псковитянку» - занятие рискованное. И первым препятствием на пути режиссера оказывается сам Лев Мей.

Его пьеса знаменита, но небезупречна. То, что в середине позапрошлого века публика принимала за чистую монету, теперь многим кажется слегка фальшивым. Все эти дмитро патракеевичи, иванко подкурские, григории силычи, юшко велебины, четверки тепигоревы, колтыри раковы, перфильевны…

Как ко всему этому относиться всерьез? А Вадим Радун намеренно поставил именно серьезный спектакль, без иронических оттенков. Как ему было совладать с текстом, в котором Лев Мей нещадно расставил слова знаемо, вдругорядь, взаправду, супротив, попреж, ноне, пущай, покора, досмыслясь, нишни, воззвати, испраздниши, домекнулась?

Если не вторгаться в оригинальный текст, то можно утонуть, не доплыв и до середины.

Оставить все как есть – это все равно, что сегодня написать театральную рецензию, начав ее со слов «Вдругорядь…»

У Льва Мея были своеобразные представления о псковской вольнице. Достаточно обратиться к одной из центральных сцен пьесы, когда раздаются голоса:

Прощальную со Псковом -  государем!

После чего Колтырь Раков ударяет по балалайке (так сказано в авторской ремарке) и поет:

Государи псковичи!
Собирайтесь на дворы!
Зазубрилися мечи,
Притупились топоры…
То - то лёли, то - то лёли, то - то лёшеньки мои!

И несколько голосов дружно подхватывают:

То - то лёли, то - то лёли, то - то лёшеньки мои!

Не эта ли сцена вдохновила Вадима Радуна на создание мюзикла?

Балалайки, к счастью, возле Приказной палаты замечены не были.

Но дух а ля-рюс: «то - то лёли, то - то лёшеньки мои!» был перенесен в ХХI век прямиком из текста Льва Мея бережно.

И получился не столько театр «Карусель», сколько театр «Качель», когда действие развивается то вверх, то вниз, словно на качелях.

Артисты говорят, поют, говорят, поют, танцуют, говорят, танцуют…

Временами это даже уместно, как в той же массовой сцене прощания «со Псковом -  государем», но спектакль кажется перегруженным музыкальными вставками. Особенно в первой части, которая вообще заметно уступает второй.

К тому же, не всякое актерское пение, тем более фонограммное, приятно слушать.

Однако если сравнивать с другим недавним спектаклем театра «Карусель» - «Павел I», то у «Псковитянки» есть несомненные достоинства.

Исторические памятники как декорации использованы наилучшим образом. Достаточно было по-другому повернуть трибуны, как исторические декорации заработали.

Нет, не зря восстанавливали Власьевскую башню.

«Придет конец Пскову». – «И поделом»

Когда Большой театр в 2010 году показывал в Псковском кремле оперу «Псковитянка» Римского-Корсакова, зрители почти ничего не увидели.

Создатели псковской драматической «Псковитянки» отнеслись к зрителям с бОльшим уважением. Все, кто пришел, а потом не ушел, увидели все, что создатели спектакля предполагали показать.

О зрителях надо сказать особо. Их было много. Пока народ не стал уходить, все места были заняты.

Если бы премьера была в театральном зале, аншлага бы точно не случилось. В последние годы зал даже на премьерах заполнялся в лучшем случае наполовину.

Но и зритель под открытым небом ведет себя иначе, чем в стенах театра. Это стало понятно еще до начала спектакля, когда один из зрителей внезапно выбежал «на сцену», уселся в кресло-трон и принялся позировать любителям-фотографам.

Обстановка на трибунах была расслаблено-ироничная.

Зритель-«царь» вернулся на свое место, но тут же из публики поступило предложение другому зрителю – посидеть на троне. «А корону дадут?» - спросил он.

Когда началось действо с участием артистов, зрительские комментарии не утихли.

И это, страшно сказать, не выглядело неуместным. Артисты были вызывающе серьезны, но не все присутствующие были согласны с ними эту серьезность разделить.

Когда один из героев спектакля хлопнул в ладоши, чтобы ему принесли чашу, то же самое сделал один из зрителей. И ему соседи по трибуне тоже немедленно налили – из пластиковой бутылки.

Вокруг меня сидела, что называется, простая публика – с пухлыми сумками-пакетами под ногами, возможно – дожидавшаяся междугороднего автобуса. Своего неудовольствия спектаклем она не высказывала, а уходила, скорее всего, потому, что надо было куда-то ехать.

Большая же часть зрителей досидела до конца, и устроила стоячие овации.

Самый говорливый зритель-комментатор появления Ивана Грозного (Роман Сердюков) так и не дождался. Незадолго до ухода зритель авторитетно сообщил окружающим, что «Грозный был хуже, чем Гитлер», схватил свой черный пластиковый пакет и растворился в темноте.

К этому времени стало по-настоящему темно, отчего действие на сцене стало более эффектным.

Темнота заполнила пустые места. Свет заполнил все остальные.

Рычанье Малюты Скуратова (Юрий Новохижин), конные выезды и отъезды, искры от меча, втыкаемого в гравий, замечательная умная собака… В спектакле есть вещи, которые по-настоящему запоминаются.

«Грозный - самый колоритный, - как заметил сразу же после спектакля один из зрителей с первого ряда. - Горячку отыграл на раз».

Наверное, так и есть. Роль Романа Сердюкова в «Псковитянке» - пока лучшая его роль в псковском театре. Здесь он сыграл скорее не царя, а хана (Мей именует это «татарщиной московской»), но сыграл так, что Псков жалко. Восток поглотил Запад. Уроженец Бухары Вадим Радун хорошо знает, что такое Восток.

Звуковые технические заминки не повлияли на восприятие. Романа Сердюкова и без микрофона было слышно.

Судя по всему, Вадим Радун поставил спектакль о любви. В том числе о любви к Пскову. В спектакле звучит: «Придет конец Пскову». – «И поделом».

Тот вольнолюбивый Псков, о котором писал Лев Мей, давно исчез. Возможно, это случилось в тот момент, когда покончила собой псковитянка Ольга (в спектакле Вадима Радуна ее сыграла Наталья Петрова). Но вспоминать о далеком прошлом и устраивать театральные видения никогда не поздно.

С вольнолюбивым Псковом покончено, а «Псковитянка» все еще жива.

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий