Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Вишня

Вишня

(Продолжение. Начало в №№ 1(133) - 32 (164)) Есть ли жизнь на земле? Возможно. Не всегда, конечно, но она есть. Иногда кажется, что я ее не заслуживаю. Это лишнее подтверждение, что жизнь на земле существует. Предыдущие доказательства этому – предновогодняя суета на пропахшей зеленым горошком кухне, мелькающие рукава твоего темно-синего платья и твои же остроумные ответы на глупенькие замечания впавшей в юность тети Тони…

      Но лишнее доказательство я всегда придерживаю на черный день, чтобы скрасить его.

      Помню, я не сразу пригласил тебя на танец. Чего-то ждал. Чуда, наверное.

      Музыка была так себе. Дома бы я ее выключил одной левой. Но выяснилось, что девушке в темно-синем платье она нравится. И я смирился, шепнув тебе, что на пятачке между диваном и итальянской стенкой есть еще место, и я туда тебя приглашаю. Ты положила свои холодные руки мне на плечи раньше, чем я успел до тебя дотронуться. За пять минут двадцать две секунды, пока длится песня, можно пересказать своими словами роман Марио Варгаса Льосы. Проверено.

      Утром тебя проводил до дома Слава Петренко.

      Через полгода я увидел тебя на пляже. Ты лежал на желтом коротком одеяле у самой воды. На тебе было отнюдь не темно-синее платье с длинными рукавами.

      Я принес минералки. Но прежде дважды переплыл реку. Сил у меня осталось лишь на то, чтобы купить бутылку минеральной и рухнуть рядом с тобой.

      Через полчаса, когда вода была выпита, я предложил тебе руку и сердце. Ты ответила, что это лучше, чем кошелек или жизнь. Но не слишком ли рано? Между прочим, был уже первый час дня. Я поинтересовался карьерой Славы Петренко. Кажется, он стал каким-то начальником? Ты ответила, что не слышала о нем с Нового года. А я поверил и не жалею.

      В следующий раз мы выбрали тихое место для купания. Я не отрывал от тебя глаз. И рук не отрывал. Это были безумные часы. Позднее мы любили к этому возвращаться.

      Никогда еще женское дыхание не поглощало меня всего. Никогда еще сердце не замирало на такой высоте.
      На обратном пути ты еле слышно сказала, что счастлива. Но я услышал тебя.

      Обмануть тебя было легко. Но я никогда себе этого не позволял. Кое-кто был с этим не согласен и настаивал. Однако твое дыхание было всегда со мной. Никто не приблизился ко мне настолько близко.

      Ты остановилась на полпути и это удивительно. Другие не проходили и четверти того, что сумела пройти ты. Нам было так хорошо, что я подумал – так будет продолжаться год или два. Боюсь, ты думала также. А ведь за два года – как говорит статистика – можно разбить не одно сердце.

      Нет, конечно, я допускал, что любая встреча может стать последней. Учитывая прежний опыт. Однако мне так хотелось продержаться хотя бы полгода, не растратив при этом ни чувства юмора, ни последних денег. Я не люблю деньги, когда они последние. Я не люблю тех, кто разменял свой юмор на анекдоты из газет.

      Иногда мне становилось страшно. Тогда, когда видел: я кое-что для тебя значу. Твои беспомощные стихи сражали наповал. Они были похожи на игрушки из моего детства.

      Бывало, я ловил твой взгляд, который говорил – ты перестала бояться расставания. Ты просто забыла, что оно возможно. Даже через два года. И тогда я тоже наслаждением забывал.

      Потом ты сменила работу. Без объяснений. А я не смог понять, чем прежняя работа хуже нынешней. Через три месяца вода в реке стала холодной, а через четыре мы перестали понимать друг друга. Появились новые ощущения. Зазвучали новые слова. В этом что-то было.

      Никто не знает, кто ушел первым. Раскаяться же первым пришлось мне. Потому что исчезло твое дыхание, и я ощутил дыхание пустыни.

      Я обязательно тебя забуду. Если бы кто-нибудь друг другу изменил – было бы проще. Но и без этого я сделаю все, что в моих силах.

      Очень хорошо помню наш последний вечер. Попрощавшись с тобой, я ринулся на дачу. До дачи я добрался поездом. И, не заходя в дом, направился в сад. Подошел к самой старой вишне и залез на нее. Уже несколько лет она не плодоносила. Ее давно надо было спилить. Но я не делал этого. Почему? Не знаю. Может быть потому, что с верхушки вишни лучше видна земля и, значит, легче ответить на вопрос – есть ли на ней жизнь?

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий