Певческое поле

КушнерЧуть больше года назад к журналистам – участникам форума СеЗам-2008, привели нескольких известных писателей. В соседнем павильоне в ЛенЭкспо проходила Петербургская книжная ярмарки, и до Даниила Гранина и Александра Кушнера было рукой подать. Они и пришли.

«Мне кажется, мы умеем думать, хорошо работать за столом, за роялем, за станкам и т.д. – когда есть тоталитарное давление, - начал разговор Александр Кушнер. -  Вот тогда стихи ценились, вот тогда – музыка ценилась. Я боюсь, что в России всегда так было. Вот был Николай I и, значит, было сопротивление ему со стороны культуры. Была советская власть, и было ей сопротивление. Вспомните Пастернака, вспомните Мандельштама. Я помню - как мое поколение читало Хемингуэя, Грэма Грина, Томаса Манна, ФолкнераНабокова тайком доставали… Неужели мы не можем жить без давления?  Неужели оно нужно, чтобы мы читали, чтобы мы слушали музыку? Ужасно это грустно. Мне хочется найти какой-то выход».

Александр Кушнер по обыкновению был тих и неспешен. Его рассуждения на заданную тему некоторых усыпили.

 «Я говорю себе так: посмотри на Запад, - еле слышно говорил Кушнер. - Там был Хемингуэй. Он никакого давления со стороны государства не испытывал, а писал прекрасно. Там был Сэлинджер. Он жизнь, конечно, знал, он воевал… Но никто его никуда не сажал, и никаких угроз…И он прекрасно писал, и у него была аудитория. Нам бы научиться в благополучных условиях создавать культуру. Как это сделать – я не знаю…»

По всему было видно, что Кушнер действительно этого не знал. Впрочем, поэт зря так переживал. Чтобы научиться в благополучных условиях создавать культуру, надо прежде эти благополучные условия создать.

Но Александр Кушнер определенно знал другое: на кого надо надеяться и на что жаловаться.

«В советское время – такое тяжелое и изолгавшееся – тем не менее, было телевидение, которое было интересно смотреть, - начал вспоминать он. - Приглашали писателей. Гранина, Стругацких… Где теперь петербургские писатели? Еще в перестройку это было. Приглашали в «Пятое колесо». Сейчас по телевизору выступают только москвичи. Хоть бы раз одного петербургского писателя пригласил Виктор Ерофеев к себе в студию. Никогда».

Стало понятно: подпусти к телеэфиру Александра Кушнера, и все изменится. Если не для зрителей, то для Кушнера.

В конце того же 2008 года петербургские писатели получили от Валентины Матвиенко небольшой, но важный подарок. Нечто, что могло бы заменить им сгоревший еще в начале 90-х Дом писателей.

Александр Кушнер расчувствовался и написал оду  Валентине Матвиенко. И зачитал ее на открытии флигеля писателей. За что и получил потом в свой адрес от иногородних коллег много обидных слов (им же во флигеле не заседать).

Особенно посмеялись недовольные подобострастием Кушнера над этими строчками:

 
«Критиковать легко – пойди,/В траншею влезь, взберись на вышку,/Еще инвесторов найди,/ Устрой писателям домишко,/ И утром, встав в восьмом часу,/ Красавица и молодчина,/ По-женски утерев слезу,/ Встает на вахту Валентина».

«Поэзия не должна заниматься публицистикой, - уверен Александр Кушнер. - Поэт должен заниматься интимным разговором о жизни и смерти…»

Вот поэт и занялся интимным разговором, вдохновленный «красавицей и молодчиной». 

Кое-кто посчитал, что на открытии Дома писателей Кушнер публично опозорился. Ведь не сталинские времена, за язык его никто не тянул, на Колыму никто не грозил выслать… Не спасало положения и легкая критика, которую Кушнер умело вплел в оду.

«…А тут еще Газпрома высь / С его початком кукурузы./ Нам шпили дороги и львы/ У нас совсем другие вкусы».

В действительности, живой классик Кушнер поступил в классическом стиле. До него тем же самым одописательством занимались сотни поэтов. Алкей, Сапфо, Квинт, Гораций … Кто-то прославлял Октавиана Августа, кто-то персон помельче, типа петербургского мэра.

Лафонтен однажды «Адониса» министру финансов Фуке посвятил. И не просто так посвятил. Можно сказать, выгодно вложил свои слова и жил на проценты.

Ода, как утверждают некоторые, не столько прославление власти, сколько наставление. В таком случае, Кушнер власть тоже не только прославляет, но и пробует наставлять. Дескать, вы там наверху будьте поаккуратнее. Мы вас, конечно, любим, но у нас вкусы не всегда совпадают. Точнее говоря, наши вкусы совпадают, когда вы нам безвозмездно дарите флигели и белое пианино в придачу. Когда вы нам премии и награды регулярно выдаете – тоже совпадают. А во всем остальном мы предпочитаем быть независимыми. До тех пор, пока вы нам еще что-нибудь не подарите.

Многим деятелям культуры очень трудно быть нелюбимыми властью. Жить без этой любви они, видимо, просто не в состоянии и теряют вдохновение. Они совсем не похожи на лирического героя все того ж Кушнера, который восклицал: «Быть нелюбимым! Боже мой! / Какое счастье быть несчастным! / Идти под дождиком домой / С лицом потерянным и красным».

Они не хотят идти домой пешком под дождиком. Да еще с потерянной и красной рожей.

Публицистам, накинувшимся на Александра Кушнера, кажется, что поэт «позорит профессию» и вообще – позорит интеллигенцию. Очень странно так думать. Как  будто не было ничего до этой оды. Как будто Кушнер – первооткрыватель.

Человек слаб, и почему интеллигент, тем более в очках, должен быть силен? Он что – не человек? За дачу в Переделкино или Комарово, за публикацию в журнале или поездку заграницу поэты и не такое сочиняли.

Совесть лучше не стоит искать в писательских кабинетах. Без совести было проще создавать Союз писателей, а спустя много лет – делить его, особый интерес проявляя к Литфонду. Без совести и пишется быстрее, и договориться с издателем проще. А если речь идет о недвижимости, пусть даже об общей, то написать несколько строк в честь женщины-мэра  для поэта проще, чем спуститься в киоск за букетом цветов. Да и сэкономить можно.

Удивляют люди, которые ждут от так называемой творческой интеллигенции каких-то смелых поступков. Поступки совершают единицы. И удивляться надо именно тогда. А вот оды поют хором. Таков жанр.

Власть необъятна. Поле для воспевания еще больше. А те, кого принято называть творческой интеллигенцией, призваны придавать власти человеческие черты. Взаимовыгодный их союз – в материальном смысле прекрасен. А за духовными ценностями ходить в Союз писателей, это все равно что-то ходить на Черкизовский рынок за подлинным Versace. Особенно когда рынок закрыли.

Когда-то Александр Кушнер написал трогательное: «Возьми меня, из этих комнат вынь…». Очень подходящее стихотворение, имея в виду взаимоотношение поэта и власти, когда между ними стоит недвижимость.

«Возьми меня, из этих комнат вынь,/ Сдунь с площадей, из-под дворовых арок,/ Засунь меня куда-нибудь, задвинь,/ Возьми назад бесценный свой подарок! / Смахни совсем. Впиши меня в графу / Своих расходов в щедром мире этом. / Я - чокнутый, как рюмочка в шкафу / Надтреснутая. Но и ты - с приветом!»

Как говорится, всем – привет.

Фото: из архива «Городской газеты для жителей Пскова»

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий