«Мне памятно другое время…»

ВасилевичВо времена Пушкина история, которая уже много лет тянется в Пушкинских Горах, наверняка закончилась бы дуэлью. Сейчас никто такими глупостями заниматься не станет и использует либо административный ресурс, либо публикации в прессе, либо открытые письма.

Уголок Пушкина и уголовное дело
В последние годы, когда речь заходит о Пушкинских Горах, люди, в основном, говорят о творчестве двух людей: Пушкина и Василевича. О том, что Пушкин – гений, мало кто сомневается. Что касается директора музея-заповедника «Михайловское», то здесь не все так однозначно.

Некоторые горячие головы уже много лет подряд утверждают, что «Георгий Василевич – разбойник». Делают они это в публичных местах и позицию свою разъясняют. Другая же часть «посвященных» категорически с этим не согласна. Василевич для них – эффективный менеджер, благодаря которому заповедник в сложное время не только выжил, но и продолжает развиваться. И главный его «недостаток», в таком случае, - чрезмерная самостоятельность, которая объясняется тем, что музей финансируется из федерального центра и независим от районных и областных властей.

В мае прошлого года в «Городской газете для жителей Пскова» было опубликовано письмо (подписанное «семья Дементьевых, Пушкинские Горы - Санкт-Петербург).*

Суть письма была в том, что гостям, каждый год приезжающим в Пушкинские Горы, не нравились те изменения, которые произошли в музее-заповеднике при Георгии Василевиче (в частности, смена обстановки в доме в Михайловском, когда  родительскую спальню  оформили в стиле конца XIX века). Упоминали авторы письма и другие вещи, которые, на их взгляд, убивают пушкинский дух. В том числе и строительство коттеджей поблизости от усадеб, и постепенное превращение местных парков в подобие парков дворянских усадеб под Петербургом, и цепи на дорогах... Плюс «странная» издательская деятельность музея-заповедника….

В ответ мы предложили высказаться сторонникам Георгия Василевича. Но опубликованное письмо они сочли заказным и никаких комментариев давать не стали. Итог публикации был, разумеется, нулевой. Если не считать того, что несколько человек перестало со мной здороваться.

При этом и без всякого письма было ясно, что в Пушкинских Горах – давний конфликт. Это и конфликт интересов, и конфликт людей. Причем  заметен он на разных уровнях. Противостояние имеется и среди сотрудников самого музея, и среди жителей поселка.

Очевидно, что противники Георгия Василевича попадаются и среди сотрудников областной администрации (принято считать, что это Юрий Демьяненко и Армен Мнацаканян).

Георгий Василевич, в свою очередь, имеет серьезную поддержку на федеральном уровне. Когда на него завели уголовное дело, письмо в его защиту подписали Валентин Распутин, Владимир Толстой… Наибольшую активность проявил Савва Ямщиков. Поддержал Василевича и министр культуры Александр Авдеев.

Сам Георгий Василевич, комментируя происходящее, заявил: «Мне засчитали командировочные как нецелевое расходование и хищение госсредств. Но я ездил не за счет госсредств, а за счет суточных и собственных денег».

Из сказанного, вроде бы, следует, что суточные во время командировок выплачивают не из госсредств. Но тогда откуда же?

Не секрет, что отправляясь в командировки, Георгий Василевич получал 3 тысячи рублей в сутки. А так как в командировках он бывал часто, выходило, якобы, по 200 тысяч рублей в месяц.

Разговоры о примечательных командировках директора музея-заповедника ведутся не один год. Чаще всего, информация исходит от сотрудников музея-заповедника, считающих себя продолжателями дела Семёна Гейченко. В 2009 году разговоры материализовались в уголовное дело.


«Что было следствием...? Увы, не трудно угадать…»
Примерно год назад я отправился в командировку в Пушкинские Горы.  Это была единственная командировка в моей жизни, которая не закончилась опубликованным материалом. Хотя писать было о чем.

Причина, по которой я решил отказаться от написания статьи, была проста: в Пушкинские Горы не заросла народная тропа, и, прежде всего, по этой тропе туда-сюда курсировали политики с экономическим уклоном.

Особый интерес к персоне Георгия Василевича проявили в администрации Псковской области. Некоторым людям, которые там работали, казалось, что я могу «вывести Василевича на чистую воду». Меня это тогда несколько смутило. Никогда не приходилось никого «выводить» по чьей-то рекомендации. К тому же, «Городская газета» не имела ни малейшего отношения к областной администрации. Скорее всего, по этой причине наша газета и оказалась в зоне их внимания. Если о безобразиях напишет издание, не связанное с губернатором, публикация будет выглядеть достоверней.

В Пушкинские Горы я все-таки поехал. Но позднее и по собственной инициативе. Естественно, отправился я туда на свои деньги и общался с теми, с кем считал нужным общаться. Было важно выслушать разные точки зрения. Не только семьи Дементьевых.

Купил билет, сел в автобус, приехал… Минут сорок беседовал один на один с главой Пушкиногорского района (тогда им был Николай Щураков). Как ожидалось, добрых слов о Георгии Василевиче не услышал. После чего «проехался по усадьбам» - встречался с сотрудниками музея. Потом были встречи с предпринимателями…

С тех пор прошел год. За июнь-июль 2009 года мне уже несколько человек рассказывали, как «держали в руках папки с досье на Василевича». Или знают людей, «которые держали эти папки». И «там было такое…»

И потом они рассказывали кое-что из того, что в этих папках находилось. На целый детективный сериал наберется.

Лично я никаких папок в руках не держал, поэтому комментировать пересказы не собираюсь. Но большая часть «содержимого» так называемого досье, если таковое имеется, мне и без того было известно. Об этом мне рассказывали коллеги Василевича и его деловые партнеры.

Рассказы, в основном, касались «освоения бюджетных средств». Переводов наличных в безналичные, оплата услуг, недвижимость, торговля, издательское дело… Подробно говорили и командировочных. Но разговоры – это одно, а уголовные дела – совсем другое. Однако было понятно, что со времен Пушкина в Михайловском многое изменилось.

Не верить людям (некоторых  я давно знаю) оснований не было. Но и сообщать об этом в газете - торопиться не стоило. Иначе бы я просто включился как журналист в борьбу за недвижимость в престижном месте и невольно стал бы обслуживать определенные интересы.

Сейчас, спустя год, в публикациях, связанных с Георгием Василевичем, в основном, речь идет о честном директоре музея-заповедника, который противостоит захватчикам. Реже встречается  версия  Островского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Псковской области. Именно этот отдел возбудил в отношении  Василевича уголовное дело по части 3 статьи 160 УК РФ (присвоение или растрата) и части 1 статьи 292 УК РФ (служебный подлог). Сумма в документах фигурирует не умопомрачительная – всего 172 тыс. рублей.


После писем в защиту Василевича к президенту Медведеву вдруг выяснилось, что уголовное дело возбудили «по признакам преступлений, не относящихся к подследственности». Вскоре Василевич получил государственную награду. А официальный представитель Следственного комитета при прокуратуре РФ (СКП РФ) Владимир Маркин заявил, что «СКП РФ намерен принять жесткие меры реагирования в отношении должностных лиц Следственных органов СКП по Псковской области, допустивших нарушения при возбуждении уголовного дела в отношении директора музея-заповедника «Михайловское» Георгия Василевича».


Но картина, в любом случае, получается неполная. Даже некоторые из тех, кто убежден в виновности директора музея-заповедника, уверены – снимут Василевича, станет еще хуже.

Проблема в том, что закон в России используют избирательно. Только тогда, когда это надо. По законным причинам дело могут возбудить. И по не менее законным – закрыть. И в этом смысле деятели культуры, написавшие письмо в защиту директора музея-заповедника, поступили правильно. Ждать решения «независимого суда» в России - бессмысленно. «Подписанты» использовали российский опыт. По каким-то причинам они решили заступиться за директора музея-заповедника. И поступили наиболее эффективно.


Ставка на эпистолярный жанр оказалась выигрышной. Спустя некоторое время прокуратура области «изъяла уголовное дело и передала его для дальнейшего расследования в органы внутренних дел». А руководитель следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Псковской области Михаил Дьяков вдруг ни с того не с сего принял решение об отставке. И объяснил он свое решение желанием «попробовать свои силы в какой-то другой отрасли». Бывают же совпадения…
 
Теперь, по всей видимости, напрашивается ответный ход. Не может быть, чтобы противники Василевича опустили руки. Особенно после того, как не стало Саввы Ямщикова.

Обстановка накалилась до такой степени, что некоторые деятели культуры готовы были написать еще одно открытое письмо – теперь уже против того, чтобы Савву Ямщикова хоронили рядом с Семёном Гейченко (по той причине, что Ямщиков защищал человека, который «губит» дело, начатое Семёном Степановичем).

Боюсь, что без новых скандалов не обойдется.


Так кто же он, Георгий Василевич? Поборник культуры? Разбойник? Или, может быть, благородный разбойник? Вроде Дубровского. И, в таком случае, при наших-то нравах, снять его пытаются не за то, что «разбойник», а за то, что «благородный».


В пушкинской повести тоже все начинается с битвы за недвижимость. Троекуров позарился на поместье… А закончилось тем, что «последствия происшествия обратили уже не на шутку внимание правительства на дерзновенные разбои Дубровского…»


В нынешнем деле внимание правительства уже привлечено. Осталось только доказать, что существовали «дерзновенные разбои». Но для этого необходимо объективное расследование, которое в нынешних условиях вряд ли возможно.


* Парковая зона // Городская газета для жителей Пскова, № 21(201), 20-26.05.2008

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий