Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Заколдованный дом

Песнь ПеснейВ одном из интервью петербургский режиссёр Руслан Кудашов процитировал Питера Грифа, который говорил о том, что «как только мы начинаем говорить о любви как о чём-то понятном, мы тем самым её уничтожаем». Спектакль «Песнь Песней», показанный на Большой сцене Псковского академического театра драмы, явно не о том, как уничтожается любовь. И это значит, что язык  спектакля непрост.

Был бы язык прост, зрителей пришло бы намного больше. У зрителя острое чутьё на такие вещи. Поэтому зал был заполнен едва ли не четверть, в лучшем случае – на треть. Возникало ощущение, что я пришёл на премьеру псковского спектакля тех времён, когда в театре на пару командовали Вадим Радун и Елена Шишло. Но разница всё же была.

В «досенинский» период в театр, по выражению Радуна, ходили в основном торговцы, а точнее немолодые женщины-продавщицы. Не только они, конечно, но публика была специфическая. Интеллигенция от старого театра шарахалась. Сегодня картина меняется. Молодёжи намного больше. Причём это явно не культпоходы. Интеллигенция снова подтягивается, но пока ей в обновлённом театре непросто. Слишком многое на них обрушилось: непривычное, часто не слишком талантливое… «Песнь песней» Большого театра кукол вещь яркая, талантов там в избытке, но было видно, что многие зрители всё равно страдали. Выходили они из зала притихшие. Многих грызло чувство несовпадения.

Руслан Кудашов и сам признавал: в «Песне Песней» мы имеем невероятно сложный язык, поэтому актеры должны быть убедительны на двести процентов. Если мы немного «не дожимаем», все моментально разваливается, как карточный домик».

Премьера состоялась в 2013 году, то есть спектакль ещё достаточно свеж, но уже «разогнался». Уже отброшены вещи, которые раскачивали «карточный домик». «Песнь песней», кажется, стала короче и выглядит цельно.

Есть ещё одно объяснение того, что зрителям на этом красивом спектакле непросто. И дело не в языке (более сложном, чем в спектаклях театра «АРТО» или Liquid Theatre). Не исключено, что в язык зрители как раз вникли, и то, что они поняли, их не вдохновило. Ведь часто любовь со сцены преподносят как нечто исключительно светлое, радостное… В такой любви приятно купаться. Зрители расслабляются, отдыхают… Иногда смеются, иногда плачут… Но в конечном итоге им хорошо.

А как быть с тем, что предлагает главный режиссёр петербургского театра кукол? У него любовь показана в развитии, от рождения к смерти. Рождаются и рушатся вселенные. Светлое становится тёмным. «Песнь Песней» не даёт расслабиться. Даже на самых экстремальных спектаклях, показанных в этом году на псковской сцене, имелись какие-то расслабляющие места. Часто выручал юмор. Но есть ли в «Песне Песней» юмор? Не уверен. И это скорее недостаток, потому что любовь это не только самопожертвование. Спектакль же получился мрачноватый. Нет, в «Песне Песней» много выдумки. При желании можно улыбнуться находкам, но в целом версия «Песни Песней» намного мрачнее той, что попала в Ветхий Завет. Получается, как в башлачёвской песне  «Поезд», которая вошла в другой спектакль Большого театра кукол «Башлачёв. Человек поющий»:

Любовь - режиссёр с удивлённым лицом,
Снимающий фильмы с печальным концом,
А нам всё равно так хотелось смотреть на экран...

У Башлачёва в той песне целый список определений: «Любовь - это то, в чём я прав и неправ», «Любовь - это мой заколдованный дом», «Любовь - как куранты отставших часов», «Любовь - это солнце, которое видит закат», «Любовь - это снег и глухая стена», «Любовь - это несколько капель вина», «Любовь - это поезд сюда и назад»…Все эти определения подходят и к спектаклю «Песнь Песней».

Если бы меня спросили, какой спектакль стоит показать в ближайшем будущем в Пскове, я бы сразу ответил: ещё один спектакль Большого театра кукол. Даже если придут только те, кто не ушёл в этот раз.


Изнемогая от любви (Псковская губерния»)

Псковский театр драмы, предоставляя свою сцену другим театрам, продолжает смущать и восхищать зрителей

«Подкрепите меня вином, освежите меня яблоками, ибо я изнемогаю от любви».Песнь Песней

«Песнь Песней».

Публика, пришедшая в псковский драмтеатр на спектакль «Песнь Песней» петербургского Большого театра кукол, разделилась, по меньшей мере, на три части. Человек пятнадцать спешно покинули спектакль в первые полчаса. Остальные остались до конца, некоторые – только затем, чтобы сидеть и беспрестанно переговариваться, комментируя происходящее на сцене. Пока актёры, уткнувшись в книги, методично повторяли: «О, ты прекрасна, возлюбленная моя, ты прекрасна, ты прекрасна…», над зрительскими рядами проносилось: «Адски, адски, адски…»

«Вот вам и обещанные волшебные сны о любви»

Но были и те, кто обязательно придёт на следующий спектакль, к которому приложит руку режиссёр Руслан Кудашов. На спектакли Руслана Кудашова надо ходить. Не всем, но всегда. Тем, кто не терпит бесконечных режиссёрских самоповторов, его работы будут интересны. Режиссёр всегда что-то ищёт и что-то находит, нарываясь на споры.

Прежде всего, он находит красоту. Но красота бывает разной. Иногда, если следовать на ощупь, возникают страшно красивые картины – как в этот раз.

Наверное, все спектакли Руслана Кудашова – о любви, причём сделаны они на разных театральных языках. Тот язык, который выбран как основной в «Песне Песней», чем-то напоминает параджановский язык. Это Сергей Параджанов любил показывать парадоксальные восточные картинки.

«Песнь Песней» - произведение подчёркнуто восточное. Поэтому имеется в ней специально заложенная избыточность. Восточная чрезмерность. Повышенная громкость. Те зрители, кто не готов к такой концентрации, закономерно выходят из игры. Это как если бы году в 1969 добропорядочный гражданин или гражданка пришли на концерт слушать Эдиту Пьеху, а им бы предложили Umagamma 2 Pink Floyd. Культурный шок был бы обеспечен. И не только культурный.

«Ну как?» - спросила одна женщина другую, стоя после окончания спектакля в очереди в гардероб. «Замечательно», - последовал ответ. Но сказано это было таким недвусмысленным тоном, что пояснения были уже излишни. Но они последовали: «Вот вам и обещанные «волшебные сны о любви»… Это настоящий фильм ужасов».

Отчасти эта женщина права. Ужасы во взрослом  спектакле «Песнь Песней» действительно есть. Как были они в жизни Ромео и Джульетты, Анны и Вронского. Царя Соломона, которому часто приписывают авторство «Песни Песней», тоже намотало на колёса любви. Ужас. Достаточно перечитать «Песнь Песней» - всего-то несколько страничек.

Петербургские кукольники, отложив в стороны куклы, рассказали о любви с надрывом. Той любви, которая на грани и за гранью. Это был жестокий романс, но красивый сеанс. Обнажённые чувства. Голые нервы. И обязательная восточная витиеватость (плюс – коварность).

«Вся соль его славит, кипя, Суламифь…»

Песнь ПеснейВетхозаветная «Песнь Песней» - вещь бессюжетная. Так что создатели*  спектакля тоже не стали досочинять сюжет, что, разумеется, отпугнуло «традиционного зрителя». Создатели спектакля вслед за узорами слов под музыку принялись ткать свои узоры о любви. Иногда – в прямом слова смысле. Огромный «ткацкий станок» спускается сверху. Любовные линии сходятся и расходятся. Параллельно плетутся любовные интриги.

Оригинальная «Песнь Песней», на которую опирались петербургские кукольники, вещь чрезвычайно чувственная и сосредоточена на анатомических подробностях. Глаза, губы, зубы, ноздри, волосы, ланиты, шея, груди, сосцы, живот, бедра, ступни… Вот и Большом театре кукол отдали этому дань. Театр, конечно, кукольный, но Большой. И в театре замахнулись на что-то огромное, поднимающееся до небес.

Небесные огненные стрелы готовят испепеляющие волшебные сны. Авторы нагнетают тревогу, страх, восторг. Беспричинная любовь обрушивается, как гром небесный. Её не удержать.

Если Борис Пастернак в «Любить иных…»  писал «ты прекрасна без извилин», то в «Песне Песней» прекрасных извилин множество. В них как раз вся суть. Похоже, некоторые тесно связаны с набросками к фантазии «Поэмы о ближнем» того же Пастернака, которая исходит из «Песни Песней». Некоторые вещи на сцене показаны буквально: «Бушующие светоносно листы».

Если поставить перед собой задачу коротко пересказать содержание спектакля, Борис Пастернак сильно облегчит задачу:

Как будто на море, на бурный завет,
На Библию гибели пенистый свет
Свергался, и били псалмами листы,
И строки кипели, дышали киты.

И небо рыдало над морем, на той
Странице развернутой, где за шестой
Печатью седьмую печать сломив,
Вся соль его славит, кипя, Суламифь…

Бывало, что Руслан Кудашов в своих спектаклях обходился совсем без слов. Если бы в спектакле «Песнь Песней» изъяснялись и бормотали по древнееврейски, спектакль бы хуже не стал.Песнь Песней

Режиссёр всем объяснил: «Наша работа может быть охарактеризована как попытка «перевода» этого величайшего из произведений о любви. Задачей нашего поиска являлось не столько назидание, проповедь, следование сюжету, поиск выразительных образов, языка, сколько попытка облечься, стать частью всеобъемлющего свойства любви, от безудержной человеческой страсти до вселенской, творящей миры».

Бурный Ветхий завет на всех языках говорит о том, что «большие воды не могут потушить любви, и реки не зальют её».

Любовь - это тот самый спасительный Ковчег, которому не страшны большие воды.

Создатели спектакля: постановка - Руслан Кудашов; режиссёрская группа - Денис Казачук, Виктория Короткова, Василиса Ручимская, Анатолий Гущин; художник - Марина Завьялова; художник по свету - Лариса Новикова; музыкальное оформление - Владимир Бычковский, Анатолий Гонье.

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий