Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 2019 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Свободный доступ

Читальный залНаверное, на закате Серебряного века точно так же говорили о временах Александра II и Александра III. Вспоминали литературные нравы прошлого столетия. Называли громкие и, наоборот, забытые имена. Рассуждали об упущенных возможностях. Радовались тому, что всё ещё есть возможность публично говорить о тех, кто никогда не был в почёте.

Закон один на всех («Псковская губерния»)

Если путь из подполья не труден и не извилист, то это не подполье

«Так уж получилось, что андеграундом открывается год», - сказала заведующая читальным залом Центральной городской библиотеки города Пскова Татьяна Котова. Если вдуматься, то любой новогодний подарок повторяет путь из андеграунда на поверхность. Из тени на свет. Подарок до нужного часа никто не видит. Его прячут где-нибудь на полке, а потом под ёлкой. Но наступает время извлекать подарок на свет. Не все подарки этот свет выдерживают. Часто ожидание подарка интереснее, чем сам подарок.

«Пусть цифра новая сорвёт со старой мутную личину»Пушкинская,10

В недавно изданной книге Евгения Шешолина «Измарагд со дна Великой» есть «Маленькая новогодняя поэма», а в ней такие строки:

Ну, вот – хоть повод, не причина –
Хороший праздник – Новый год, -
Пусть цифра новая сорвёт
Со старой мутную личину
И даст увидеть нам до дна
Знакомый лик, - мы улыбнёмся,
Родимся, снова жить возьмёмся,
И даль январская ясна…

Новый 2015 год оказался подходящим поводом для того, чтобы оглянуться и поговорить о тех годах, когда были живы если не все, то многие. Евгений Шешолин, Тимур Новиков… Те, кто пробивался в позднесоветскую эпоху из своего подполья. Кто-то эту эпоху пережил, кто-то – Пушкинская,10нет. Но эпоха была такая, что разговоры о ней не иссякают. И не только разговоры. Выходят новые книги.

Те книги, которые представляли два вечера подряд в псковской библиотеке на улице Конной, – изданы за границей на русском языке. В Италии и Латвии.

В Италии – красочный альбом-каталог «Территория свободы». О нём в Пскове рассказывал заведующий Арт-центром «Пушкинская, 10», директор петербургского музея нон-конформистского искусства Евгений Орлов.

40 лет прошло с открытия выставки в ДК Газа. Была ещё «выставка такелажников» в Эрмитаже. Её, благодаря бдительности КГБ, «закрыли не открыв» в Эрмитаже в 1964 году. В ней принимали участие художники, работавшие в хозяйственном отделе Эрмитажа. Третья памятная дата - 25-летие со дня создания Арт-центра «Пушкинская, 10» (Товарищества «Свободная культура»). Репродукции художников, имевших отношение к трём этим событиям, составили основу каталога «Территория свободы», изданного Арт-центром «Пушкинская, 10» и Русским музеем.Территория свободы

Сейчас авангардом детей уже не пугают. Многие работы, созданные, например, в конце восьмидесятых в арт-сквоте на Пушкинской, 10, приобретены Русским музеем. Юбилей Пушкинской,10 отмечали в Петербурге весь прошлый год. Начиная с концерта в БКЗ «Октябрьский», в котором принимали участие те, кто много лет записывается в студии на Пушкинской,10 (Борис Гребенщиков, Вячеслав Бутусов, Юрий Шевчук), и заканчивая выставкой в шести залах Мраморного дворца.

Альбом-каталог «Территория свободы» наглядно показывает, как расширялась территория свободы. Она в буквальном смысле отвоёвывалась.

Среди авторов, чьи работы попали в альбом, люди, известные не только своим художественным творчеством: Юлий Рыбаков, Борис Гребенщиков, Коля ВасинПушкинская, 10Пушкинская, 10 стала территорией свободы потому, что это был и есть перекрёсток. Свободное пространство не может быть замкнуто.

Когда настало время вопросов, оказалось, что псковскую публику интересует только одно. И это не искусство. Точнее, интересует искусство выживания. Вопросы к Евгению Орлову были исключительно приземлённые: на что существует арт-центр и тому подобное. И удивляться здесь нечему. Такая здесь сейчас атмосфера.

Если бы художники и музыканты 50, 40, 25 лет назад задавались такими же вопросами, то вряд ли бы о них сейчас вспоминали.

Собираться в библиотеке, чтобы говорить о деньгах? О стоимости картин, цене аренды… Ей-богу, есть более интересные темы, особенно если посмотреть на каталог «Территория свободы» с работами Владимира Овчинникова, Евгения Тыкоцкого, Тимура Новикова…

«Достаточно! Дайте хоть это осмыслить!»

На следующий день о деньгах почти не говорили. В Резекне издали 800-страничную книгу поэта, который во многом олицетворяет противоречивые 80-е годы. Составитель книги Дмитрий Прокофьев даже сказал на вечере, что считает Евгения Шешолина «самым крупным русским поэтом 80-х годов прошлого века».

Евгений Шешолин приехал в Псков из Латвии. Он здесь учился и работал. Здесь же, в Пскове, в том числе благодаря ему выходил самиздатовский альманах «Майя» - одно из самых любопытных самиздатовских изданий 80-х годов, первый номер которого долетел до Нью-Йорка.  Иногда у Шешолина случались и редкие публикации в официальной советской прессе. Но это было нечто из ряда вон выходящее, как в случае со скандальной публикацией в комсомольской газете «Молодой ленинец» весеннего акростиха: «Хрупкими льдами упали недели, // Рухнули шапки черёмух апреля…». Стихотворение опубликовали. Оно казалось таким невинным. «Шапки Пушкинская, 10черёмух», «крошка-весна», «яблонь цветы», «зелёная даль»… Никто ничего не заметил – до тех пор, пока из телефона-автомата сам автор анонимно не позвонил в редакцию, сообщив, что если прочитать первые буквы каждой строчки, получится «Христос воскрес». В итоге, сотрудника газеты, допустившего такую идеологическую оплошность, из газеты уволили. Вначале 80-х с этим было строго.

В 2015 году маятник качнулся в обратную сторону. Если так дело будет продолжаться и дальше, скоро в России из редакций будут увольнять тех, кто по оплошности не печатает «Христос воскрес».

Самые нетерпеливые посетители библиотеки стали просить почитать стихи Евгения Шешолина. Один из любителей поэзии особенно горячился: «Сидит толпа народа, и им ничего не читают!»

В ответ начали читать стихи. Выступали Дмитрий Прокофьев, Артём Тасалов, Виктор Яковлев…

В зале раздалось: «Второе - классно! А первое – какая-то фигня…»

Тот же самый человек, что требовал немедленно читать стихи, неожиданно взмолился: «Достаточно! Дайте хоть это осмыслить! Больше трёх стихов в башке не уляжется». «Смотря у кого какая башка», - раздалось в ответ.

Похоже, что проблема как раз «в башках». В некоторые вообще мало что влезает. По крайней мере, значительно меньше, чем водки, которая заливается «в башку» через рот.

На встрече в Пскове сестра Евгения Шешолина Галина Маслобоева рассказала, что сохранилось множество писем из редакций литературных журналов с отказами от публикаций. Псковские официальные писатели тоже воспринимали стихи Шешолина без восторга. В башке, что ли, они не укладывались? Похвалы маститых литературоведов появились только после смерти Евгения Шешолина, то есть после 1990 года. Тогда его стало Пушкинская, 10можно хвалить и даже, иногда, издавать. Символическим тиражом.

«Довольно! – разойдитесь! – не скандальте!»

Книга «Измарагд…» Евгения Шешолина - третья, появившееся под таким названием в относительно недавнем прошлом. Первая была самиздатовской, вторая вышла в 1999 году, - в неё входило 100 избранных стихотворений. Нынешняя книга, изданная в Резекне, - солидный том. Упадёт на ногу – будет больно. В нём не только стихи, но и проза, письма, фотографии… Это позволяет составить более-менее полную картину о творчестве Евгения Шешолина. Внимательно вчитаться в строки, где персидский восток или армянский Кавказ сходятся с Латгалией или Псковом.

Понятно, что «Измарагд со дна Великой» массовым чтением никогда не станет. В конце концов, древнерусский литературный сборник «Измарагд» тоже предназначался «для домашнего и келейного чтения». Но никто не удивится, если рано или поздно появится чётвёртая книга Евгения Шешолина под тем же названием «Измарагд».

Пока есть дома, домашнее чтение не исчезнет.

В «Латвийском сне» у Евгения Шешолина написано:

Я рвал во сне цветы для жёлтого венка.
Текла молочная холодная река.
А счастье ждёт, чей конь преодолеет страх.
А берега – в языческих кострах.

Люди уходят, а холодная река остаётся. И счастье всё ещё ждёт.

ИзмарагдТак уж получилось, что стихи Евгения Шешолина почти одновременно появились в печати в разных изданиях. На журнальном столике в псковской библиотеке лежали сборники «Русская поэзия Латвии» и «Русская поэзия Латгалии». В прошлом году в Пскове большой подборкой стихов Евгения Шешолина открывался первый номер «Псковского литературно-художественного журнала».  Более того, в Латвии армянское общество только что издало в библиотеке газеты «Арарат» ещё одну книгу Евгения Шешолина – «Земля, распаханная Ноем», где под одной обложкой собраны его стихи об Армении.

Нет, сны снились не зря.

Объёмные сборники позволяют познакомиться со стихами, которые не все сочтут обязательными. Например, со стихами ни о чём-нибудь, а о футболе (Марадона в этих стихах ещё юн).

Довольно! – разойдитесь! – не скандальте!
Не ваша ли забрызгана рука? –
Закон для всех единственный: пенальти,
А это значит – гол наверняка.

Но чем хороша игра? Неважно во что – в футбол, в слова… В настоящей игре ничего не бывает предопределено.

Вратарь летит, но не туда, как кошка.
И тренер за ограду перелез.
И мяч, как дыня, просвистел немножко
Левее штанги - чудо из чудес.

Рифмы диктуют непредсказуемые финалы.

На встрече в библиотеке путь единомышленников Евгения Шешолина был обозначен так: «Вышли из подполья и обратно ушли».

И это – не самое страшное. Но не потому, что быть знаменитым не красиво, а потому что подполье – какая-никакая гарантия творческой свободы.

В 2015 году мало кого волнует – в каком журнале было издано то или иное стихотворение – в самиздатовском или общепризнанном государственном.

Цветы умрут, уйдут без стона,
Завянут нежные бутоны,
но вспомнив их в далёкий час,
Ты в них – живых – увидишь нас.

Это написал Евгений Шешолин, когда ему было 22 года.

Чем 2015 год не далёкий час? И он настал. Смотришь на картины, читаешь стихи и вспоминаешь то, что вообще никогда не знал.

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий