Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Трубный зов

Амарсана УлзытуевВыступление Амарсаны Улзытуева почти все псковские поэты дружно проигнорировали. Зато явился лидер псковских родноверов (неоязычников). Оказалось, что Амарсана Улзытуев познакомился с ним накануне. Оба ехали в одном купе из Москвы.

Видимо, родновер почувствовал родственную душу. В свою очередь, Амарсана Улзытуев воспринял новое знакомство с юмором, позднее весело рассказывая о родноверской свастике и прочих языческих атрибутах. Но ему такое знакомство было любопытно. Его поэтический тур по России называется «Со всеми остановками». Наверное, встреча с псковскими неоязычниками была «остановкой по требованию».

Амарсану Улзытуева некоторые называют большим русским поэтом. В том смысле, что пишет он всё-таки по-русски (если не считать тех стихотворений, которые он написал в детстве по-бурятски). Стихи Амарсаны Улзытуева переводят сегодня на разные языки. Однако если внимательно вчитаться в его стихи, обнаружится, что хотя написаны они по-русски, в смысле – русскими буквами, но это какой-то специальный русский язык. Когда общаешься с Амарсаной Улзытуевым, этого не замечаешь, говорит он по-русски без акцента. Но зато неожиданно этот самый акцент проявляется в стихах.

Поэзию Амарсаны Улзытуева называют «началом нового большого поэтического стиля». Ему вообще адресуют множество громких слов. Объяснить это можно, в том числе, и тем, что помимо восточной экзотики у Амарсаны Улзытуева имеется ещё и огромный размах. «Большой стиль» присутствует как раз в этом размахе. В своих стихах он стремится объять необъятное – огромного слона, озеро Байкал… Это такой космополитический вихрь, несущийся с Востока.

Говорят, что в этом присутствует какая-то первородная мощь. Сложно сказать. Есть подозрение, что это, прежде всего, тонкий поэтический расчёт. Амарсана Улзытуев правильно уловил то, что витает в нашем воздухе. Это нечто евразийское. Пишет Амарсана Улзытуев анафорами, утверждая, что «анафора не самоцель, а один из способов вернуть слову его утраченный «исполинский смысл».

Здесь ключевое слово – «исполинский». Будто бы были раньше какие-то весомые слова-исполины (титаны, гиганты). А потом всё измельчало до размеров типографского шрифта. Амарсана Улзытуев, вроде бы, противопоставляет этому устную поэзию. В то же время, читает он свои стихи, в основном, с листа, наизусть их не запоминая. И в этом одно из противоречий.

В поисках «большого стиля» есть какая-то имперская гигантомания. Не случайно Амарсану Улзытуева любят представлять прямым потомком Чингисхана (сам он к этому относится с иронией). Если вспомнить библейских исполинов (они там фигурируют как нефилимы, то есть «падшие»), то они привели к «гепилу» - падению мира. Чем выше поднимаешься, тем больнее падать.Амарсана Улзытуев

Своим выступлениям Амарсана Улзытуев уделяет особое внимание. Его «большой стиль» слышен издалека, потому что манера чтения у него примечательная. Он почти рычит. И это рычание, безусловно, изменяет смысл слов. Когда читаешь те же слова глазами, всё более гладко. А в авторском чтении это выглядит шершаво, так сказать – первородно, а то и первобытно. И всё же не оставляет чувство, что это всё литературная игра. В его ранних стихах такой литературной игры значительно меньше, и анафор там ещё нет. На встрече с читателями в Центральной библиотеке города Пскова Амарсана Улзытуев прочитал наизусть своё стихотворение 1982 года «Лосиная песнь»:

Я способен любить лосих,
 Может быть, я способен любить
 В этом диком краю облепих
 И глухих кедрачей, может быть.

 Я привычен к инстинктам лосей,
 Я приучен себя обрекать,
 На соперников гордо глазеть
 И на зорях крушить им рога.

Амарсана Улзытуев И не хуже могучих самцов
 Может быть, я умею трубить,
 И на мой из утробы зов
 Та, что любит,  придет, может быть.

 И тогда, на виду всей тайги
 Я наполню лосиху мою,
 Ведь способен я быть таким
 В этом диком, глухом краю!

В 2015 году Амарсана Улзытуев всё ещё старается доказать, что и он сам не хуже могучих самцов умеет трубить.

Алексей Семёнов

 


Топот судьбы («Псковская губерния»)

Когда Амарсана Улзытуев начинает читать свои стихи вслух, оживляются даже те, кому до стихов нет никакого делаАмарсана Улзытуев

Бурятского поэта Амарсану Улзытуева псковичи могли видеть и слышать год назад во время презентации «Псковского литературно-художественного журнала».   К сотрудничеству его привлёк давний знакомый Илья Сёмин. Но тогда сын бурятского классика Дондока Улзытуева читал свои стихи, находясь далеко от Пскова. Общение происходило по скайпу. В конце мая 2015 года Амарсана Улзылтуев приехал на несколько дней в Псков. Литературный вечер с его участием прошёл в читальном зале Центральной городской библиотеки на улице Конной.

Другой автор «Псковского литературно-художественного журнала» Артём Тасалов не зря сказал: «Его экзотическое чтение может кого-то напугать…»


Действительно, Амарсана Улзытуев  не столько читает свои стихи вслух, сколько рычит. Это что-то среднее между горловым пением и гроулингом в духе солистов рок-групп, тяготеющих к блэк-, дэт- и дум-металу. Не случайно Амарсану Улзылтуева приглашают участвовать в рок-концертах, к чему приложил усилия давний его знакомый по Литературному институту куртуазный маньерист Вадим Степанцов, лидер панк-стёб-группы «Бахыт-Компот».

Амарсана УлзытуевНо Амарсана Улзытуев не всегда рычит. И уж тем более не всегда кричит. На встрече с читателями Амарсана Улзытуев несколько раз заинтересованно переспрашивал: «Как вам?» Позднее выяснилось, что он всё ещё ищет свою манеру исполнения, подбирая нужный тон. Он по-прежнему находится в поиске. Это особенно важно для него, потому что, несмотря на многочисленные публикации в разных странах (от Латвии до США) бурятский поэт отдаёт предпочтение устным выступлениям. Ему кажется, что «с приходом салонной поэзии выплеснули младенца, и был потерян исконный стих». Книги он, конечно, издаёт. Предисловие к первой книге написал много лет назад литературный мэтр Евгений Долматовский. Но самому Амарсане Улзытуеву, по его словам, ближе «народная сказовая поэзия».
Правда, это своеобразная «народная поэзия», в которой легко находится место таким словам как «гиперпространство», «эсхатологический», «супрематический», «термодинамика»… В его текстах встречаются цитаты из The Beatles, упоминается Боб Марли, Борхес, Джеймс Камерон, Ди Каприо… После поездки Амарсаны Улзытуева в Псков и Изборск наверняка появится что-нибудь и о наших местах и о тех людях, которых он здесь встретил. А встречи были неожиданные. Например, в купе поезда, идущего из Москвы…

Возле Словенских ключей, набирая воду из двенадцати источников, Амарсана Улзылтуев вспомнил о своём трактате под названием «70 ключей бессмертия и вечной юности». Я попросил Амарсану Улзылтуева назвать хотя бы один «ключ». Он назвал: «У свободы всегда есть место для мечты».


С некоторых пор Амарсана Улзытуев пишет анафорами. Так называется и его последняя на сегодняшний день книга: «Анафоры».

У обычных стихотворений строки заканчиваются созвучными словами, а у анафор всё наоборот.

Строки стихотворений Амарсаны Улзытуева начинаются с созвучных слов «если-ясли», «ветер-светел», «славный-сладить», «поэт-поёт», «поэт-полёт»… И чем заканчивается строка – уже не столь важно.

Поэт, прежде всего, - индеец.
Полёт его песен подобен полёту свободолюбивой стрелы,
Зорко он охраняет свои территории
Зорь краснокожих и прерий диких…

Иначе говоря, анафора – это когда телегу ставят впереди лошади. При умелом обращении «телега» движется.

Впрочем, находясь в Пскове, Амарсана Улзытуев обронил такую фразу: «Я, наверное, вообще не поэт. Я причисляю себя к исследователям».


В условиях, когда каждый второй мнит себя поэтом, дистанцироваться от профессии «поэт» совсем не грех.

Впрочем, «исследователей» вокруг не меньше.

Интересно было понять – чей же он «непоэт»? Бурятский? Московский?


«Я живу на две юрты – полгода в Москве, полгода в Бурятии», - пояснил Амарсана Улзытуев.

И стихи у него такие же. Кажется, будто некоторые строчки он написал в Москве, а другие – в Бурятии. А «юрта» стоит в многоквартирном доме с лифтом и горячей водой.

Литературные критики отмечают в его стихах «симбиоз бурятского шаманизма и западноевропейского модернизма».
Кажется, что во многих вещах «западноевропейский модернизм» всё-таки преобладает.

Эзра Паунд ещё не якшался с фашизмом,
 Эзоповым языком Зощенко ещё вовсю соловьем заливался,
 Эсэсовцы ещё не повесили этих девчонок,
 Эту по имени Искра и ту по имени Зоя...

Вот как описывает автор сам себя в стихотворении «Автопортрет»:Амарасана Улзытуев


Чистое золото орд моего лица,
Чик узкоглазым, как лезвие, взглядом - и нету его, супротивника мово!
Вырастил я нос да не нос, приплюснутый кувалдой,
Выпрастал из-под жёстких волос ушки на макушке - слушать…
                                                                                     топот судьбы.

Свои стихи Амарсана Улзытуев читал не только в библиотеке, но и на высоком берегу Городищенского озера. Ветер сдувал листы из папки со стихами…

Нынешние свои стихи, написанные анафорами, он считает компромиссными. Он всё еще подбирает ключ к тому, что примирит те самые «шаманизм» и «модернизм». Он считает, что «возможно, когда-нибудь эта форма придёт на смену конечной рифме, поскольку анафора - это выражение торжества бесконечного сознания над конечным...»

Всё это довольно спорно, но когда Амарсана Улзытуев начинает читать свои стихи вслух, оживляются даже те, кому нет никакого дела до стихов с «открытым концом».

То не Джеймс Камерон спускается в Байкал,
То не глубоководный аппарат «Мир - 1» с чужестранцем в гости к омулю,
То Титаник и Аватар  в душу мою погружаются один за другим,
Топят лукоморье мыслей моих, вспучивая воображение.

В тексте о Байкале и Камероне у Амарсаны Улзытуева есть ещё одна примечательная строфа:


И то, как плыл грандиозный корабль по морю-океану,
И то, как он исчерпывающе тонул, показав нам блеск и нищету людей,
И камера по замыслу режиссёра учила, но так и не научила наших болванов,
Как нужно снимать широкоформатные фильмы.

Похоже, Амарсана Улзытуев сочиняет свои анафоры, словно снимает широкоформатные фильмы, надеясь увидеть на глубине, в мутной воде, торжество бесконечного сознания.

Фото: Амарсана Улзытуев, Изборск. Фото Алексей Семёнов.

Амарсана Дондокович Улзытуев — поэт, родился 7 июня 1963 г. в г. Улан-Удэ, в семье известного бурятского поэта. В 1985 году окончил Литературный институт имени Горького. В 1986 году вышла первая книга стихов «Сокровенные песни» с предисловием Евгения Долматовского. Публиковался в журналах «Арион», «Юность», «Дружба народов», «Журнал поэтов», «Байкал», «Литературная Россия». В 2002 году вышел сборник «Утро навсегда», в 2009-м - книга стихов «Сверхновый» с послесловием Александра Ерёменко.

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий