Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Фокус. Часть ХХХVI

Фокус(Продолжение. Начало в № 259-295). Кое-кому хочется проникнуть в тайны космоса, клонировать Джека Потрошителя или заглянуть в будущее. Как будто от этого будет много радости. Но это еще что. Часто заглядывать в прошлое не менее опасно. Потому что рано или поздно все равно придется возвращаться в настоя¬щее. Хотя бы для того, чтобы умереть.

Настало время опубликовать в электронном виде ещё одну книгу – «Фокус №1». Роман написан в 2003 году, и тогда же его прочли в «узких кругах». В 2008 году текст участвовал в одном всероссийском конкурсе, но даже не вошёл в лонг-лист, и с тех пор я к нему не притрагивался и не перечитывал. Но 15 сентября 2014 года я случайно открыл не тот файл, и на мониторе открылся «Фокус №1». И почти сразу же я решил, что пора книгу опубликовать хотя бы в «Городской среде». Ничего страшного, если его прочтут ещё три человека.

Алексей Семёнов
                                                   Фокус № 1


Кое-кому хочется проникнуть в тайны космоса, клонировать Джека Потрошителя или заглянуть в будущее. Как будто от этого будет много радости. Но это еще что. Часто заглядывать в прошлое не менее опасно. Потому что рано или поздно все равно придется возвращаться в настоя¬щее. Хотя бы для того, чтобы умереть. Прошлое умеет быть безжалост¬ным. Оно может до такой степени раскрыть глаза, что глаза закатятся раньше тебя самого. Это порочная связь с прошлым. Во всяком случае, нормальное прошлое не способно быть гарантом однообразия. Оно действует на однообразие разрушительно. История с Ариной это доказывает. Еще не известно, что опаснее - заглянуть в свое буду¬щее или знать о своем прошлом. И то, и другое далеко не каждому доставит удовольствие. Но, как показывает жизнь, удовольствие - это не самое главное, что привлекает человека. К примеру, меня. Через удовольствие переступают, его обходят и не замечают. Его лишают. И это далеко не самое тяжелое лишение.

Когда мне было лет семь, моя мама сказала, что я поступил некрасиво. Это касалось пропуска трех уроков. Я не только сбежал, но и сочинил одну историю, которая, по-моему мнению, должна была меня оправдать. Я всем сообщил, что меня пригласили сниматься в кино. Это было, по всей вероятности, первое мое сочинение на свобод¬ную тему. Я даже придумал название фильма.

Но зашел слишком далеко. Я зачем-то назвал фамилию режиссера - Чапаев. Между прочим, очень кинематографическая фамилия. Тут-то меня и разоблачили. Так сказать, вывели на чистую воду и облили грязью.

Мне-то казалось, что я сочинил красивую историю. Пусть неправдоподобную, но красивую. Но мама считала иначе. Если верить маме, неправдоподобие было равносильно уродству. Я это запомнил. И потом регулярно убеждался в обратном. Сколько раз я слышал о событиях, в которые невозможно было поверить. В некоторых участвовал сам. А позднее, рассказывая о них, ловил недоверчивые взгляды.

Ловить недоверчивые взгляды - это не то же самое, что ловить такси. Такси великолепно ловила Арина. А я так и не научился.

Вот одна история, о которой я обычно предпочитаю не упоминать. Все равно никто не поверит. А если поверят, то будут жалеть.

Я тогда заканчивал университет. Шел последний семестр. Все нормальные люди завершали дипломные работы. Но мне было не до того. Я решил подзаработать. Собирался летом прокатиться по Европе. Кто-то посоветовал позвонить в одну фирму, подсунул визитку. Фирма называлась "Русь". Уже одно это должно было меня насторожить. Второе предостережение поступило от проницательного Карла Маркса. Он произнес уже знакомую фразу о том, что лучше уж рекламировать шампунь. На что я ответил: "Как раз этим я и собираюсь заниматься". Все-таки приятно иногда посадить ближнего в лужу, заранее зная, что лужа не слишком глубокая.

На шампуне, конечно, поездку по Западной Европе заработать сложно. Особенно, если просто так шататься с сумкой по организациям и учреждениям. И убеждать всех подряд, что без нашей продукции люди не живут, а просто существуют. Поэтому я выбрал слегка модерни¬зированный способ сбыта - попросил одну сотрудницу фирмы "Русь" поработать со мной в паре. Ее задача была проста. Она должна была приходить к потенциальным клиентам незадолго до меня и пытаться сбыть товар по явно завышенной цене. Народ, конечно, с гневом товар отвергал. А потом являлся я... Периодически мы менялись ролями. Дело потихоньку начало двигаться. До границы с Польшей денег я уже накопил. Оставалась самая малость.

Только вот моя напарница оказалась слишком навязчивой. Почему-то она посчитала, что я таким оригинальным образом за ней ухаживаю. А желание подзаработать - это лишь предлог. Будто бы я специально ради нее устроился в "Русь". Это ее очень устраивало. И она момен¬тально согласилась выйти за меня замуж. Хотя такого предложения не получала. Безболезненнее было бы сразу вылакать весь шампунь и откинуть копыта. Не скажу, что она была уродлива. Но что-то вроде того. Короче говоря, не женщина моей мечты. Она так крепко ко мне прицепилась, что пришлось свернуть акцию по продаже шампуня и из "Руси" уволиться.

Прощай "Русь", прощай Европа. Однако бывшую напарницу это не расстроило. Она пришла ко мне домой - знакомиться с родителями. Тут-то и выяснилось, что она дочь Евы Карасевич. Той самой Евы, с которой мой отец подавал заявление в загс в трудные времена антиалкогольной кампании.

Не знаю, кого это совпадение смутило больше - меня или отца. Только дочку Евы Карасевич - ее звали Марианна - это совершенно точно не смутило. Она посчитала случившееся добрым знаком.

И тогда я от такого добра сбежал из дома. Примерно так бегут люди, спасающиеся от наводнения. Родителей, конечно, предупредил, но адреса не оставил. Захватил с собой лишь самое необходимое - зубную щетку и плеер. Хотя зубная паста к зубной щетке была бы более уместна...

Иногда мне кажется, что эта неприятная история подтолкнула меня к женитьбе. Такой я выбрал способ самозащиты. То есть, если уж и бежать, то к хорошему человеку. В том, что моя жена - хороший человек, я почти никогда не сомневался.

С Марианной, правда, пришлось объясняться лично. Я ожидал худшего. Она много плакала, но меня до слез так и не довела. Пришлось притвориться больным и благородно от нее отказаться. И пожелать счастья с другим. Или с другими.

В ту минуту я мог пожелать ей всего что угодно. Мне было не жалко.
Как сказал мне недавно Ворон: "Когда я кому-нибудь что-нибудь желаю, а особенно - обещаю, то испытываю физическое удовольствие. После такого удовольствия невольно расслабляешься. На выполнение обещаний силы тратить уже жалко".

Кстати, Ворон сейчас - ректор того университета, который я когда-то закончил.

После происшествия с двойником мы несколько лет не виделись, но года два назад столкнулись на футбольном матче - сидели в одном секторе. И он неожиданно со мной заговорил. Моя затея - посадить грузчика Кабанова в изолятор, - теперь казалась ему смешной. Он от души веселился, чем раздражал окружавшую публику. Потому что наши как всегда проигрывали. Ворона даже заподозрили в симпатии к дьяволу, в смысле - к команде противника. После чего он стал смеяться еще громче. Ворона просто трясло оттого, что кто-то заподозрил его в недостатке патриотизма. Словом, Ворон совсем не походил на ректора солидного университета. Да и одет был в джинсы и клетчатую рубаху.

Наши, в конце концов, свели матч к ничьей, и мы с Вороном пошли к выходу. На прощание он выудил из кармана свою визитку.

Из любопытства примерно через месяц я ему позвонил, потому что слишком хорошо помнил предыдущего ректора - недоступного грузного субъекта предпенсионного возраста. Одним он внушал ужас, другим - уныние.

Теперь на его месте возник - подумать только - Ворон. И я захотел убедиться в этом лично. Вдруг, на стадионе он слегка преувеличил? Не верить же каждой визитной карточке? Я знаю одного человека, который на принтере себе наделал десяток разных визиток. Он мог предстать перед собеседником адвокатом, членом союза художников, политическим обозревателем, дирижером оркестра... Однажды его визитка попала в руки председателя Комитета по экономическому развитию городской Думы. Депутат с удивлением обнаружил, что в нашем городе, оказывается, два председателя Комитета по экономическому развитию... На самом деле мой знакомый работал разносчиком газет.

Когда я явился в университет, то выяснилось, что Ворон действи¬тельно ректор. Более того, Пахомыч, в своем время освободивший меня от наручников, теперь проректор по хозяйственной части.

На этот раз выглядел Ворон в соответствии с занимаемой должно¬стью. Но от меня отрекаться почему-то не спешил. Наоборот, признал меня сразу, предложил кофе. Насколько я помню, предыдущий ректор кофе меня не угощал. И это означало, что жизнь иногда может двигать¬ся в нужном направлении. Потрясения последних лет свели в могилу не всех приятных людей. Кое-кто от друзей еще не отрекается. Даже от тех, кто другом никогда не являлся.

Мы с Вороном стали перебирать имена старых знакомых.

- Вы помните Бурова? - спросил я.

- А как же. Я вас еще путал...

На одно мгновение мне показалось, что при этих словах Ворон слегка растерялся. Не исключено, что сейчас он подумал: не перепутал ли Бурова с Серовым и в этот раз? Но тут же опомнился. История с двойником навсегда запечатлела меня в его памяти. После подобных проколов - таких как я не забывают.
В свою очередь, я ничего не слышал о Гордыне и поинтересовался - что с ним?

- Я тоже долгое время о нем не слышал, - ответил Ворон. - С тех пор, как он уехал в Штаты.

- Ему что - у нас места было мало?

- Возможно... Но совсем недавно по телевизору был репортаж с его персональной выставки.

- То есть как?

- Он теперь скульптор. Установил памятник какому-то Алехо Гарсиа в Асунсьоне.

- Когда это у него талант прорезался?

- В тюрьме. Говорят, его посадили за незаконный переход мексиканской границы.

- Как это, наверно, увлекательно - попасть в тюрьму за переход мексиканский границы, - мечтательно произнес я и тут же вспомнил, что теперь мне положено воспевать однообразие. Сдержаннее надо себя вести, сдержаннее.

Надеюсь, мы с Вороном в будущем будем друг другу полезны.

Окончание следует

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий