Тень всех живых. III

Тень всех живых(Продолжение. Начало в №№ 298-299). Больше всего на свете Анастасия Федотовна Рябинина не любила две вещи. Во-первых, ночную грозу в тот час, когда оставалась дома одна. И, во-вторых - о, ужас! - будить по утрам своего племянника Глеба. Собственно, по утрам она таких попыток старалась не предпринимать, усвоив с давних пор, что это глухой номер. Будить его она начинала лишь после двух часов по полудни, но и в таком случае успех приходил не сразу.

Эта книга написана очень давно. Тогда я ещё преподавал историю и журналистикой не занимался. На гонорар от этой книги, полученной в одном московском издательстве, я купил свой первый компьютер, сканер и принтер. И продолжение, по просьбе издателей, писал уже не на печатной машинке, а на компьютере. Всё складывалось как нельзя лучше. Мне в издательстве показали обложку книги (она должна была выйти в двух вариантах – в твёрдом и мягком переплётах). Но потом всё резко изменилось. Издательство приостановило выпуск серии, в которой должен был выйти роман «Тень всех живых». Права на издание я уступил на два года, но когда стало понятно, что серия выходить не будет, издатель устно разрешил мне издавать роман там, гдё я пожелаю и даже прислал мне вёрстку книги. Но так получилось, что книга не издана до сих пор. Я занялся журналистикой, и тема «исторического детектива» меня уже мало интересовала. Эту книгу читали разве что некоторые мои коллеги по лицею и несколько близких мне людей. Кроме того, существует продолжение романа «Тень всех живых» (то самое, которое я написал по просьбе издательства. Называется – «Противоядие»). События этих двух романов разворачиваются с 1917 по 1941 годы. Предполагалось, что будет ещё и третий том, и действие этой пародийно-исторической эпопеи завершится в 1953 году. Но третьего тома уже точно не будет. Однако шесть частей, составляющие два романа, написаны. 1 часть – события накануне Октябрьской революции. 2 часть – Гражданская война, 1919 год. 3 часть – конец НЭПа, 1926 год. 4 часть – коллективизация. 5 часть – лето 1935 года, Ленинград. 6 часть – весна 1941 года (действие происходит на территории только что присоединённой Эстонии). Многое будет опубликовано в «Городской среде».

Автор.


Тень всех живых      

3

Больше всего на свете Анастасия Федотовна Рябинина не любила две вещи. Во-первых, ночную грозу в тот час, когда оставалась дома одна. И, во-вторых - о, ужас! - будить по утрам своего племянника Глеба. Собственно, по утрам она таких попыток старалась не предпринимать, усвоив с давних пор, что это глухой номер. Будить его она начинала лишь после двух часов по полудни, но и в таком случае успех приходил не сразу.


Вообще-то Анастасия Федотовна была человеком понимающим, многие слабости людям могла простить запросто. Но это почему-то не касалось безобидной привычки племянника. Анастасия Федотовна грозила Глебу как умела, но он все равно не боялся "проспать все на свете". Закрадывалось подозрение, что это-то ему и надо. Особенно в такое гадкое время.


Тяжелое ранение племянника произвело на Анастасию Федотовну не менее тяжелое впечатление. Она всячески старалась Глебу угодить. Но непонятным образом это не распространялось на его сон. Здесь она оставалась непреклонной и ворчать, и грозить, - в зависимости от обстоятельств, - не забывала. От этого у нее быстро портилось настроение, но долг был превыше всего.


Вот и сегодня, в понедельник, во втором часу она начала царапаться в дверь комнаты, в которой изволил до сих пор находиться Глеб.

Время, когда Анастасия Федотовна нарочно гремела посудой, уже миновало, и наступила вторая часть ежедневного представления. Это уже потом бедная Анастасия Федотовна начнет откровенно стучаться, отважно вырывая племянника из сонного состояния.


... В третьем часу по полудни совсем измученная тетушка наконец решилась приоткрыть дверь и обнаружила, что Глеб отсутствует, причем - отсутствует полностью. При том, что вечером он никакими планами не делился, а значит, по установившемуся порядку, никуда деться не мог. Но тем не менее делся, не то что расстроив, а даже напугав чувствительную Анастасию Федотовну. Хотя, казалось, что тут было пугаться?..

Действительно, с вечера Рябинин никуда не собирался и привычек своих менять не думал. Здоровый сон он любил больше многих других удовольствий. В каком-то смысле, - Господи, прости! - сон заменял ему молитву. И не только ее. Но тут случилось то, что заставило Рябинина в неурочный час покинуть гостеприимный тетушкин дом.

Окна комнаты, в которой жил Глеб, выходили на безлюдную в любое время улочку, по другую сторону которой был яблоневый сад, что, без сомнения, и предопределило дальнейшие события.


Глеб перед своим богатырским сном намеревался еще немного почитать, для чего вооружился увесистым томом Вальтера Скотта и был непрочь вызвать сладкие воспоминания недалекой гимназической юности. Залпом осушив кружку молока, он направился к окну, чтобы притворить его, - комары ночью не давали покоя. И тут увидел то, что не могло его не поразить.


Перед ним, зловеще выделяясь на серо-красном небе, проплыла гигантская летучая мышь.


Рябинин шумно выдохнул, как будто пытался таким образом прогнать дурное видение. Но видение не исчезло. Летучая мышь лишь немного поднялась вверх, притягивая к себе ставший на время безумным взгляд... Летучая мышь была размером с тележное колесо, и какое-то время Рябинин мог наблюдать за нею из окна. А когда наконец летучая мышь скрылась, не удержался и выскочил в окно первого этажа, пытаясь понять - что же это такое было?


Пробежав с полсотни шагов, он вдруг осознал, что, возможно, поступает необдуманно. Теперь он находился в диком яблоневом саду в августовский вечер, который от ночи отличить невозможно.


Где-то впереди летало неведомое чудище... А что, если оно вздумает вернуться, спустится вниз и схватит его своими холодными когтями?


Здесь, совсем рядом с тетушкиным домом в старом добром Спасском Посаде, на правом берегу реки, в районе, носящем название Царская слобода, он неожиданно почувствовал себя как в джунглях, где, кроме него, нет ни одной человеческой души, зато полно таинственных теней и неведомых звуков. И что это все означает - совершенно непонятно, отчего становится совсем нехорошо.

Но тут же Рябинину стало стыдно за свой детский страх. Выпускнику школы прапорщиков в четвертый год мировой войны, а также в год второй революции, когда сотрясаются троны, и миллионы людей уходят из этой жизни в страшных муках, пугаться каких-то летучих мышей просто позорно. Вот только позора в довершении ко всему ему и не хватало.


И Рябинин отважно шагнул вперед, намереваясь немедленно разобраться с тем, что тут происходит, навести порядок и со спокойной совестью отправиться спать. И видеть сны. Впрочем, по четным числам он был от них избавлен.

Продолжение следует

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий