Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
12 13 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Тень всех живых. ХI

Тень всех живых(Продолжение. Начало в №№ 298-304). Весь день Скатов провел на ногах. И полчаса на одном месте не пробыл. После вчерашнего падения в ручей чувство опасности, разумеется, усилилось. За ночь одежда просохла, но ощущение было такое, будто он все еще одет во все сырое. Неуютно и неприятно было в Спасском Посаде Никите Андреевичу. И единственный нормаль¬ный способ избавиться от всего этого - уехать домой. То есть, раскрыть преступление.

Эта книга написана очень давно. Тогда я ещё преподавал историю и журналистикой не занимался. На гонорар от этой книги, полученной в одном московском издательстве, я купил свой первый компьютер, сканер и принтер. И продолжение, по просьбе издателей, писал уже не на печатной машинке, а на компьютере. Всё складывалось как нельзя лучше. Мне в издательстве показали обложку книги (она должна была выйти в двух вариантах – в твёрдом и мягком переплётах). Но потом всё резко изменилось. Издательство приостановило выпуск серии, в которой должен был выйти роман «Тень всех живых». Права на издание я уступил на два года, но когда стало понятно, что серия выходить не будет, издатель устно разрешил мне издавать роман там, гдё я пожелаю и даже прислал мне вёрстку книги. Но так получилось, что книга не издана до сих пор. Я занялся журналистикой, и тема «исторического детектива» меня уже мало интересовала. Эту книгу читали разве что некоторые мои коллеги по лицею и несколько близких мне людей. Кроме того, существует продолжение романа «Тень всех живых» (то самое, которое я написал по просьбе издательства. Называется – «Противоядие»). События этих двух романов разворачиваются с 1917 по 1941 годы. Предполагалось, что будет ещё и третий том, и действие этой пародийно-исторической эпопеи завершится в 1953 году. Но третьего тома уже точно не будет. Однако шесть частей, составляющие два романа, написаны. 1 часть – события накануне Октябрьской революции. 2 часть – Гражданская война, 1919 год. 3 часть – конец НЭПа, 1926 год. 4 часть – коллективизация. 5 часть – лето 1935 года, Ленинград. 6 часть – весна 1941 года (действие происходит на территории только что присоединённой Эстонии). Многое будет опубликовано в «Городской среде».

Автор.

ТЕНЬ ВСЕХ ЖИВЫХ
11


Весь день Скатов провел на ногах. И полчаса на одном месте не пробыл. После вчерашнего падения в ручей чувство опасности, разумеется, усилилось. За ночь одежда просохла, но ощущение было такое, будто он все еще одет во все сырое. Неуютно и неприятно было в Спасском Посаде Никите Андреевичу. И единственный нормаль¬ный способ избавиться от всего этого - уехать домой. То есть, раскрыть преступление. А потом, конечно, уехать.

С утра он поподробнее ознакомился с врачебным заключением по поводу смерти Белова-Лобова. Скатова в свою очередь интересовало - почему возникло подозрение, что сыщик отравлен. На виду ведь были убийственные следы на затылочной части и пуля, извле¬ченная из тела, в конце концов...


"Или же пуля была отравлена?" - мелькнула все объясняющая мысль. Но глуховатый милицейский врач Керн, - по всему видно -большой любитель выпить, - наотрез эту возможность отверг. Пуля как пуля. А подозрения по поводу отравления возникли сразу. В пользу этого говорили некоторые характерные следы на лице убитого.

- А что за яд?

- Наверняка сказать нельзя. Но состав любопытен.

- Значит - не цианистый калий и не мышьяк?

- Совсем нет... Вот прочтите, что я тут понаписал...

- "Хлоскиамус... семейство пасленовых..." Да тут половина слов по латыни.

- А как же. По-халдейски не умею... Но говоря по-простому -яд растительного происхождения, из листьев черной белены, стеблей купены и даже зверобоя. Все растения - из нашей местности.

- Надеюсь, смерть наступила не сразу?

- Вы правы... С момента употребления прошло, по меньшей мере, несколько часов.

- Хоть это радует...

Затем Скатов ходил на почтамт - связывался с губернским горо¬дом, интересовался клиентом Белова-Лобова. К сожалению, Мальков нигде не объявлялся.

"Да жив ли он?" - подумалось Скатову. Однако никаких доказательств смерти Малькова у следствия не было. Так что пусть пока чис¬лится живым, ему же лучше. Но, вполне возможно, ударился в бега. А это уже другая крайность.

Любые крайности Никиту Андреевича заранее настораживали.

Покинув почтамт, Скатов лицом к лицу столкнулся с Шустровым и Васильевым, столь назойливо опекавшими его.

- Утро доброе, - мрачно приветствовал их следователь.

- Во истину, - согласился Шустров.

- Так точно, - добавил Васильев.

- Есть ли что-нибудь новенькое? - без всякого интереса спросил Скатов, лишь бы что-то спросить.

- Есть, - ответил Шустров. - По пустякам мы бы не тревожили занятого человека.

- И что же?

- У Константина Петровича сегодня юбилей - двадцать лет безу¬пречной службы.

- У кого?

- У Константина Петровича Васильева.

Стоявший рядом Васильев не без застенчивости отвел взгляд и его щеки, кажется, даже покрылись румянцем.

- Ах вот как... - Скатову захотелось сказать что-нибудь резкое. Тоже мне - важные новости. Не издеваются ли эти двое над ним?

Но следователь сдержался и пробубнил что-то вроде:

- Примите мои поздравления.

- Константин Петрович служил в основном по железнодорожному ведомству, - продолжал разглагольствовать Шустров.

- Это заметно, - сказал все-таки резкость Никита Андреевич и откланялся...

Достались ему помощнички. С такими разве что-нибудь добьешься? Хорошо хоть есть Лысун. Перед глазами не мелькает, но порученное наверняка уже выполнил. Вот бы обнаружилось весло. И вообще, с рыбаками надо бы активнее поработать. Рыбаки народ незаметный и усидчивый. Глядишь, найдется какой-нибудь новый свидетель.

Но тут Скатова постигла очередная неприятность в лице члена городской управы Чепцова. Чепцов этот, дожидавшийся следо¬вателя в участке, довольно бесцеремонно потребовал от Скатова отчета о проделанной работе.

- В нашем городе не привыкли не раскрытыми убийства оставлять - важно сообщил Чепцов, видный господин /гражданин?/ в расцвете лет, которому бы не в управе заседать, а на фронте в окопе сидеть.

- А кто вам сказал, что убийство останется нераскрытым? - раздраженно спросил Никита Андреевич.

- Есть у нас такие данные.

И до того глупое при этом у Чепцова было выражение лица, что следователю захотелось произнести что-нибудь грубое, но непременно таким образом, чтобы этот надутый индюк потом ломал голову -грубость ли это?.. Видите ли, у него есть данные, что убийство не будет раскрыто.

Городские управы с некоторых пор наделены были большими полномочиями, вот и лезут куда не просят. Надзирают. Интересно, по какому ведомству служил Чепцов?

Скатов решил, что Чепцов имеет отношение к просвещению. Уж больно самоуверен и туповат, и к тому же тоном выражался менторским.

Похоже, Чепцов всерьез намеревался учить Никиту Андреевича следственному делу.

- Используете ли вы дактилоскопические снимки? Смею думать, что нет... А без этого в наше время немыслимо.

- У вас что - богатый опыт подобной работы? - оборвал Чепцова следователь.

- Ну, не совсем... Но образованному человеку, каковым я себя не без основания считаю...

- Послушайте вы, образованный человек. Шли бы вы в свою управу. Время-то уже обеденное. Если вы обед пропустите - как жить дальше будете?

Кажется, Чепцов догадался, что следователь обращается с ним без должного почтения. Во всяком случае, член городской управы повысил голос, и разговор закончился какими-то совершенно глупей¬шими намеками на то, что Скатов, видите ли, не уважает не больше -не меньше - власть. Вплоть до Временного правительства. Уж не является ли Скатов скрытым монархистом?

Никита Андреевич ухватился за эти слова, загадочно произнеся:

- Скажу вам по секрету - в Спасский Посад я приехал с тайной миссией, а именно - готовить почву для восстановления монархии. Поэтому и подобрал Царскую слободу. Подыскиваю достойную кандида¬туру родоначальника новой династии... А расследование убийства -так, для отвода глаз...

Чепцов в ужасе широко раскрыл глаза и ничего не говоря, поспешно ушел. Кажется, Никита Андреевича немного переборщил. Хорошо еще, не сказал, что Чепцов на должность родоначальника новой династии, по всей видимости, не подходит. Тянет, разве что, на регента...

Возвращаясь же к расследованию преступления, надо заметить - огнестрельная рана в теле Белова-Лобова была одна, а выстрелов, если верить тем, кто их слышал - два. Промахнулись? Но, между прочим, стреляли почти в упор, а выстрелы последовали один за одним. Или в начале стреляли в воздух, предупреждая? Могли, конеч¬но, двое стрелять - друг в друга, но тогда где оружие? Возле Белова-Лобова его не обнаружено. Подобрали...

На всякий вопрос с легкостью находилось объяснение. Да только полной ясности все равно не наступало. Взять хотя бы рану. Пуля, попав в левое плечо, жизненно важных органов не задела. Смертель¬ной оказалась потеря крови. Вроде бы все очевидно. Однако Скатова смущало то, что рана выглядела как-то странно. Как будто кто-то пытался оказать помощь, но потом бросил. Да и с раной на затылке было не все так просто. Версия с веслом напрашивалась, но могло быть и по-другому. Так расшибиться можно и при падении. Только вот вокруг были сырая земля, песок и трава. Никаких корней, камней и прочего.

Допустим, сыщик и его убийца выстрелили друг в друга. Белов-Лобов раненый упал. Убийца подошел и зачем-то попытался обработать рану, но потом передумал и добил сыщика чем-то тяжелым. Каким-то образом избавился от следов и исчез, предположительно на лодке. Но причем здесь яд? Впрочем, и этому можно найти объяснение. Яд подсыпали еще днем, но не рассчитали дозу. Думали, что Белов-Лобов умрет быстрее и пришлось применять оружие.

Однако где же мотивы? В конце концов, что делал сыщик в Спасском Посаде? Вот что необходимо непременно узнать. Не мог Белов-Лобов вообще ни с кем не общаться. Пока следствие не установит - с кем именно, вряд ли можно что-нибудь понять.

Всю вторую половину дня Скатов как раз этому и посвятил. Исходил чуть ли не половину Царской слободы. Начал с дома, где мог /но до сих пор не появлялся/ клиент Белова-Лобова Мальков.

Когда-то Мальков уехал учиться в Петербург. В Спасском Посаде теперь жила лишь его младшая сестра Ольга Васильевна Штерн, вдова с двумя детьми - мальчиками девяти и тринадцати лет. С братом обменивалась лишь открытками по большим праздникам, виделась еще реже, в дела не вникала. Причину обращения к частному сыщику не знает. О Белове-Лобове ничего не слыхала и человек с его внеш¬ностью к ней не приходил.
В таком случае, не знала ли Ольга Васильевна - где может находиться ее брат?

- Нет, этого я знать не могу, - вздохнула сестра и, немного помедлив, добавила: - Зато мне хорошо известен характер Миши.

- Еще бы.

- Когда вы спросили о частном сыщике - я не удивилась. Вокруг брата всегда происходило что-нибудь такое.

- В каком смысле?

- Как бы вам сказать... Миша такой человек... Все время попадает в какие-нибудь истории.

- Например?

- Да вот перед войной, помнится, был случай. Он тогда в Москве вложил все свои деньги в строительство какого-то... не знаю как сказать... Механизма? В общем, изобретения. Говорил, что прибыльное дело. Но никаких прибылей, конечно, не дождался. Половину денег просто потерял, оставшиеся еле вернул. Говорил, что обманули его. А до этого, когда отец еще был жив, предложил продать наш дом в Спасском Посаде. Какие-то акции собирался скупить по дешевке. Приисков, кажется. А потом на вырученные деньги купить жилье поприличнее. Отец, конечно, отказался. Миша тогда обиделся и года два здесь не появлялся.

- Ясно.

Картина вырисовывалась интересная. Хоть на выставку относи. Только что это давало? Понятно, что к услугам частного сыщика подобные люди рано или поздно обращаются. Если доживают до этого. Не исключено, что Мальков имеет к смерти сыщика какое-то отно¬шение. Только где его искать? Полгода он здесь не появлялся и, возможно, еще столько не появится. Если сестра говорит правду. Но активизировать поиски Михаила Васильевича Малькова, мещанина, 1880 года рождения, было необходимо.


Сестра передала Скатову фотографию брата /правда, десяти¬летней давности, но отменного качества, в полный рост/. Кое-кому в Спасском Посаде следователь ее собирался предъявить. И кроме того - стоило бы дополнительно поработать с сиамскими близне¬цами и их окружением. В отношении Маргиты Карловны у Никиты Андреевича имелись вполне определенные подозрения, а кузнец высту¬пал в таком случае в выигрышной роли сообщника. Правда, подозрения строились лишь на догадках, доказательств не имелось ни малейших. Чтобы раздобыть хотя бы самую малость - Скатов послал две теле¬граммы в губернский город. Не мешало бы устроить наблюдение за домом Маргиты Карловны и домиком Афанасия. Глядишь, где-нибудь прояснится. Кто-то ведь швырнул в следователя камень... Выходит, не так далек Скатов от цели, как ему кажется.

Впрочем, при всем своем подозрительном поведении, бывший кузнец мало напоминал изощренного убийцу. По крайней мере, так говорил Скатову внутренний голос. Хотя мало ли что он говорил? Был в практике Никиты Андреевича случай, когда улики по делу о хище¬нии трех тюков драпа показывали на дочку товарища прокурора судебной палаты, выпускницу института благородных девиц, второй год трудившуюся классной дамой в женской гимназии. Представить ее перелезающей высокий забор, выбивающей ударом ноги ставень и выносящей увесистые тюки было невозможно. И внутренний голос Скатова был полностью с этим согласен. Тут что-то не то. Стечение обстоятельств. Стремление истинных преступников опорочить представителя судебной власти. Все что угодно.

Кстати, внутренний голос этого самого товарища прокурора, между прочим, тоже говорил о полной невиновности благородной девицы. Оставалось всего лишь обнаружить настоящего вора.

Только вот девица-то оказалась кокаинистка и драп стащила все же она. Дело, конечно, замяли, но Никите Андреевичу дан был хороший урок. Года два к своему внутреннему голосу он не при¬слушивался, а потом опять началось...

К вечеру появился Архип Лысун. Судя по его отчету - опрошена была если не большая, то, во всяком случае, самая информированн¬ая часть уездного города. Каждый третий в Спасском Посаде был любитель рыбной ловли и что более важно - кого ни возьми - наредкость усидчив и наблюдателен. Такое складывалось впечатление.

Один рассказ жестянщика Сухопарова чего стоит, - ухмыльнул¬ся довольный Лысун.

- И что же видел ваш жестянщик? - У Скатова к вечеру настро¬ение было не столь хорошее. Вновь болела голова. Не проходила боль в ушибленном плече.

- Видел он, как баня движется.

- То есть как?.. Какая баня?

- Обыкновенная. Сруб на берегу реки.

- Шутник ваш жестянщик.

- Не сказал бы... Несколько туповат, потому можно верить.

- Что же вы, всем туповатым людям верите?

- Не всем, конечно. Но Сухопарову, думаю, можно. За неделю баня семь раз перемещалась. Каждую ночь.

- Так. На каком, говорите, берегу?

- Здесь, у нас, в Царской слободе. Повыше пристани. Где огороды.

- Может быть люди просто сруб делают?

- По ночам?

- А с выпивкой как у жестянщика? Я знаю, по крайней мере, четырех человек, которые уже при сухом законе к выпивке пристра¬стились.

- Когда мы разговаривали - жестянщик был довольно трезв.

- Понятно. С баней вы, конечно, разберетесь, А что с Беловым-Лобовым?

Оживление Лысуна немедленно сменилось задумчивостью.

- Ничего. Никто его не видел. Как будто призрак какой.

- Призраки с проломленными черепами по берегам рек в осоке не валяются.

- Зато гимназический сторож видел, кто стащил стог сена у дьяконицы Ефросиньи.

- Так что же вы раньше молчали?! С этого и начинать надо было! ... Так в губернию и протелефонирую. Лишь бы коварный вор не помешал - провод не перегрыз.

Архип махнул рукой.

- Разве же я не понимаю... Стог, баня... Насмешка какая-то. Так ведь и сыщика убили по-издевательски.

- Я вообще заметил - городок ваш веселенький.

- До недавнего времени не замечалось. Даже яблоки от скуки раньше времени падали.

- Так может и Белов-Лобов того... От скуки приказал долго жить?

Никите Андреевичу всерьез захотелось, чтобы именно так оно и было. Милицейский врач Керн заключение составит. И тогда прощай Спасский Посад и особенно Царская слобода.

В тот день Никита Андреевич нашел время, чтобы заглянуть к Кузьме - тому самому мужику, который привез следователя в Спасский Посад. Не давала Скатову покоя та таинственная история, когда Кузьма неожиданно соскочил с телеги, скрылся в лесу, пропадал там какое-то времени, а вернулся пришибленный в прямом смысле слова.

На этот раз Скатову удалось разговорить мужика. Все объяснялось довольно просто. В лесу у Кузьмы стояло несколько капканов. Он их решил попутно проверить, но в спешке и темноте, как назло, угодил в один из них. Споткнулся, упал и насилу выбрался. Не то чтобы в Спасском Посаде так уж берегли диких животных. Кузьма боялся другого. Недавно в капкан его случайно попался никто иной как сынок комиссара Временного правительства Обухова. Подобного браконьерства не простили бы даже здесь.

Но Никита Андреевич спокойно отнесся к браконьерству Кузьмы. Что уж там, вся Европа четвертый год в капкане барахтается...

Тем же вечером Архип Лысун не утерпел и отправился смотреть за перемещением бани, но до огородов не дошел, у почтамта заметив подозрительную фигуру. Затаившись в тени забора, позволил пройти человеку мимо и по отсутствующей правой руке узнал недавно прибыв¬шего в город Глеба Рябинина. Того самого, который, между прочим, и опознал покойного Белова-Лобова. Сейчас вел себя Рябинин странно. На плече тащил какую-то тяжесть, то и дело оглядывался. Кроме этого имелись у Лысуна показания рыболова Лопатова, полученные еще утром. Лопатов вчера наблюдал Рябинина выходящим из будки у пристани. При этом Рябинин явно побывал в какой-то переделке. На лице запеклась кровь.

Таким образом, Архип Лысун имел некоторые основания следовать за Рябининым и не ошибся. Взрыв, раздавшийся с некоторым опозданием, только подтвердил правильность сделанного.

Продолжение следует

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий