Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Передел(ка) мира в войну

Молотов-РиббентропВ Пскове в педагогическом университете на историческом факультете 8-9 октября 2009 года состоялась международная научная конференция, посвященная 70-летию подписания «пакта Молотова-Риббентропа» - договора о ненападении между Германией и Советским Союзом. Ученые из России, Эстонии, Латвии, Литвы и Польши обсуждали тему: «Россия и Европа в 1939 году. Советско-Германский договор о ненападении - вынужденный компромисс или долговременная стратегия».

Сразу надо сказать, что никакой отдельно взятой России в 1939 году не существовало. Существовал СССР. Тем не менее, организаторы предпочли назвать конференцию именно так: «Россия и Европа в 1939 году». Европа в политическом смысле (не Западная Европа, а именно Европа) - тоже понятие слишком широкое, особенно - в 1939 году. Но ключевым в названии конференции, надо полагать, был все же «Советско-Германский договор о ненападении», который подписали 23 августа 1939 года нарком иностранных дел Вячеслав Молотов и имперский министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп.

К этому пакту и, особенно, к секретным протоколам интерес просыпается всякий раз, как только обостряется политическая обстановка. Так что пакт не только разделил сферы влияния СССР и Германии в 1939 году, но и разделил будущих политиков и историков. У них тоже имеются свои сферы влияния и предпочтения.

Двадцать лет назад, когда СССР на глазах разваливался, наибольшую активность развили литовские издательства. В советской Литве публиковались документы, которые не могли быть изданы в других республиках СССР. На выставке в библиотеке исторического факультета можно было увидеть одну из таких книг – сборник документов 1939 – 1941 года, выпущенный в 1989 году в издательстве «Mokslas».


Ход конференции еще раз показал, что политики в вопросе о советско-германском договоре все еще больше, чем науки. Причем, акцент традиционно делается на то – оккупированы ли были республики Балтии или вошли в состав СССР добровольно? И это, на мой взгляд, отвлекает от главного.

Допустим, что Эстония, Латвия и Литва вошли в состав СССР добровольно. Допустим и то, что Сталин не мог поступить иначе и, ради отсрочки начала войны, вынужден был оккупировать Восточную Польшу. Для подобных допущений на несколько минут можно забыть о многочисленных фактах, о которых в обычной жизни лучше не забывать. И что же после заключения пакта произошло? Наступил мир? СССР, использовав передышку, подготовился к войне?

Никакого мира после заключения пакта не наступило. Если, конечно, не считать миром войну. Через неделю после того, как под Молотов-Риббентропдоговором появились подписи Молотова и Риббентропа, началась война, которая позже получит название II  мировой. Таким образом, СССР не просто 17 сентября 1939 года ввел свои войска в восточные районы Польши, но и позволил Германии 1 сентября 1939 года напасть на Западную Польшу. Поэтому рассуждения на тему «первым все-таки Риббентропу пожал руку Мунтерс, а не Молотов» выглядят странновато.

Министр иностранных дел Латвии Вилхелмс Мунтерс был не первым и не последним человеком, который пожимал руку Риббентропу. У дипломатов такая работа. Ассенизаторы лезут в канализацию, а дипломаты – пожимают руки и широко улыбаются. Иногда приходится обниматься с последними негодяями и даже людоедами. Важен не факт рукопожатия, а то, что происходит потом.

Тему Мунтерса-Риббентропа поднял на конференции депутат латвийского Сейма публицист Николай Кабанов. Он рассказал о малоизвестном у нас договоре от 7 июня 1939 года. В тот день Германия одновременно подписала два договора о ненападении - с Латвийской и Эстонской Республикой. Свои подписи под договором поставили прибывшие в Берлин министры иностранных дел Вилхелмс Мунтерс и Карл Селтер.

Ссылаясь на эстонского историка Магнуса Ильмъярва, Николай Кабанов обратил внимание на то, что это был не просто договор о ненападении. В нем была и тайная статья, «требовавшая от Латвии и Эстонии координировать с Германией все оборонительные военные меры против Советского Союза».

Чем все это закончилось – мы знаем. Гитлер предпочел почти сразу же сдать республики Балтии Сталину. Огромный Советский Союз ему был намного полезнее в качестве союзника, чем маленькие Эстония, Латвия и Литва.

И в любом случае, даже если бы Вилхелмс Мунтерс был трижды фашист, сталинские преступления от этого не становятся менее жестокими и бессмысленными.

Внешняя политика Латвии и Эстонии накануне II мировой войны представляется бездарной. Правительства пытались доверять Гитлеру, который с 1933 года уже успел не раз проявить себя на международной арене. Но какой бы бездарной (или даже преступной) ни была эта политика, не она определила ход истории. Слишком малозначительны были эти действия, имея в виду надвигающуюся тогда мировую войну.

Другое дело – Советский Союз.

Когда СССР вводил свои войска на территорию Балтии, то это не была борьба с фашизмом. Наоборот, с фашистами у нас в то время установился мир. На севере СССР было создано множество немецких военно-морских баз. Действовали и хозяйственные соглашения с Германией. Немецкие инженеры на Ленинградской верфи с 1939 года переделывали для СССР (но так и не переделали) крейсер «Лютцов». СССР завалил воюющую на Западном фронте Германию своим сырьем (только в апреле 1941 года Германия получила от СССР 208.000 тонн зерна, 90.000 тонн нефти, 8.3000 тонн хлопка, 6.340 тонн меди, олова и никеля… В Германию направлялись марганцевая руда, фосфаты, платина…**

Торговый представитель Германии г-н Шнурре, который вел в 1941 году переговоры с первым заместителем наркома внешней торговли СССР Крутиковым, был вдохновлен сговорчивостью восточного партнера, который может поставлять сырье в Германию даже сверхплана. Г-н Шнурре так и написал: «У меня сложилось впечатление, что мы могли бы предъявить Москве экономические требования, даже выходящие за рамки договора от 10 января 1941 года, требования, могущие обеспечить германские потребности в продуктах и сырье в пределах бОльших, чем обусловлено договором. В данное время объем сырья, обусловленный договором, доставляется русскими пунктуально, несмотря на то, что это стоит им больших усилий…»***

Накануне войны советские трудящиеся в буквальном смысле надрывались, работая шесть дней в неделю. В том числе и ради того, чтобы обеспечить фашистскую Германию сырьем и продовольствием. При этом еды не хватало даже своим военнослужащим.

Молотов-РиббентропНа выставке в библиотеке исторического факультета был представлен любопытный документ - письмо начальника Псковского горотдела НКВД старшего лейтенанта госбезопасности Михайлова. Оно было отправлено секретарю Псковского горкома ВКП (б) тов. Гущину в январе 1941 года. Вот что было в этом письме:

«По имеющимся у нас материалам, в воинских частях, расположенных в военном городке «Подпиралово», п/я 257, в подразделениях 4, 14 и особенно 11-м, имеется насыщенность антисоветских проявлений, так бойцы жалуются своим родственникам, что их совсем задушили голодом, что кроме гороха ничего не дают, и на этой почве излагается явное недовольство на высшее командование РККА.

Установлено, что бойцы 11 подразделения посылают в посылках через почту мануфактуру родственникам, на Украину, Кавказ, с просьбой продать и вырученные деньги выслать по почте адресатам.

Боец Миненков из подразделения № 4 сообщил своему родственнику Маршуля И.А., что со слов политрука ему стало известно, что Германия на своих границах против Советского Союза сконцентрировала 79 дивизий и 8 дивизий послала в Финляндии, а поэтому скоро начнет воевать.

Другой боец Олаев п/я 254 лит. «Б» сообщил в г. Тбилиси Олаеву, чтобы он закупал больше продуктов, скоро начнется война.
Боец Маручев М.Л., аналогично Миненкову из подразделения № 11, сообщает, что Германия выставила против нас 79 дивизий своих войск и 8 дивизий в Финляндию послала, скоро начнется война.

Есть основания полагать, что само командование создает провокационно-нервозное настроение у бойцов, а последние в свою очередь передают  их своим родственникам и знакомым, чем создают панику, вредно влияющую на экономику государства».

Вот кто, оказывается, вредно влиял на экономику государства.

Германский представитель Шнурре в мае 1941 года тоже упоминает о слухах. «Большие затруднения созданы слухами о неизбежном германо-русском столкновении. За стойкость этих слухов в большой степени ответственны официальные источники. Эти слухи причиняют серьезное беспокойство германской индустрии, которая пытается отказаться от заключенных с Россией сделок и в некоторых случаях уже отказывается посылать в Москву персонал, необходимый для выполнения контрактов».****Молотов-Риббентроп

Но, несмотря на слухи, дружба и взаимопомощь продолжались вплоть до нападения Германии на Советский Союз. Вот тогда-то и стало окончательно понятно, что аргумент «защиты жителей Прибалтики и Западной Белоруссии» выглядит двусмысленно.

До 1940 года в этих районах, отошедших СССР, просоветские настроения были достаточно сильны. Но как только во вновь присоединенных землях развернули свою деятельность чекисты, отношение к советской власти начало меняться. Десятки тысяч раскулаченных, сосланных, расстрелянных…

С фашистами жители Балтии и Западной Белоруссии столкнутся только летом 1941 года, а знакомство с большевиками произошло на год раньше. Год - достаточный срок, чтобы понять, что такое коллективизация, НКВД и ВКП(б). И это означает, что подписание пакта «Молотова-Риббентропа» и секретных протоколов к нему – ослабило границы СССР. И не только потому, что начался демонтаж укреплений на прежней границе.

«Некорректно осуждать советские акции, закрывая глаза на аналогичные акции США, Великобритании и Франции. Подобный подход  - совсем уж откровенная демонстрация двойных стандартов, недопустимых для историков», - считает директор фонда «Историческая память» Александр Дюков, выступивший на конференции.

Но в том-то и дело, что действия англичан, французов и уж тем более американцев были не совсем аналогичны, хотя, временами, тоже очень сомнительны. В конце концов, первые два года II  мировой войны Германия воевала не с СССР, а с Великобританией и Францией. А сталинский Советский Союз все это время поддерживал Гитлера. Для этого не обязательно читать секретные протоколы и стенограммы. Достаточно и чтения газеты «Правда», на страницах которой Вячеслав Молотов часто разъяснял, кто наш союзник и кто наши враги.

Вот что Молотов сказал 29 марта 1940 года на заседании Верховного Совета СССР:

«Стремление Германии к миру было отклонено правительствами Англии и Франции… Правительства Англии и Франции провозгласили своими целями разгром и расчленение Германии. Поскольку Советский Союз не захотел стать пособником Англии и Франции в проведении этой империалистической политики против Германии, враждебность их позиций в отношении Советского Союза еще больше усилилась… Советский Союз не пожелал стать орудием англо-французских империалистов в их борьбе за мировую гегемонию против Германии… Были попытки оправдать эту враждебность тем, что нашей торговлей с Германией мы помогаем последней в войне против Англии и Франции. Не трудно убедиться, что эти аргументы не стоят ломаного гроша…»*****

Пожалуй, Александр Дюков погорячился, когда заговорил об «откровенной демонстрации двойных стандартов».  Возможно, его подвела «Историческая память». Иначе следует признать, что не было никакой разницы между тем - воюешь ли ты за Гитлера или против него.
Кстати, Молотов в той речи на заседании Верховного Совета не стал приводить серьезные аргументы в свою пользу, сославшись на то, что у правящих кругов Англии и Франции «нервы, видимо, не совсем в порядке» и вызвав в зале одобрительный смех.

И все же 22 июня 1941 года Советскому Союзу пришлось стать, выражаясь словами Молотова, «пособником Англии и Франции в проведении этой империалистической политики», то есть вступить во II мировую войну на стороне врагов фашистской Германии. Пособники быстро были переименованы в союзники, что в итоге и привело к «разгрому и расчленению Германии», который в 1940 году осуждал Молотов.

Что же касается Советско-Германского договора о ненападении, то вряд ли это - вынужденный компромисс или долговременная стратегия. Если это и компромисс, то он не вынужденный. Никто Сталина не вынуждал. У него был выбор. И он его сделал, перехитрив сам себя. Прежде всего, этот пакт - преступный документ, который заключили два диктатора – Сталин и Гитлер. Он спровоцировал II мировую войну. Лет двадцать назад эти вещи были очевидны многим людям, даже далеким от истории. Теперь же, когда политический маятник в нашей стране качнулся в сторону сталинизма, подобный вывод для многих звучит оскорбительно. Но для того, чтобы это звучало менее оскорбительно, необходимо переписать историю. Начать можно с переделки пакта «Молотова-Риббентропа» (вариант исправленный и улучшенный).

* СССР-Германия, торой меморандум о германо-советских экономических отношениях, Берлин, 15 мая 1941 года, V.: Mokslas, 1989 г.
** там же
*** там же
**** Внешняя политика СССР, из доклада В.М.Молотова // Правда, 30 марта 1940 г.

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий