Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 2018 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Дневник наблюдений. III

Екатерина 2(Продолжение. Начало в №№ 345-346).На постепенно обновляющемся сайте «Псковской губернии» появился раздел «Блоги», где я каждый день теперь что-то пишу. Без выходных.  Это стихотворные тексты, но каждый из них предваряется каким-то комментарием или наблюдением. В полном объёме записи лучше читать в блоге «ПГ», там и картинки есть. А здесь я буду, по меньшей мере, до 1 января 2017 года выставлять те самые комментарии и наблюдения, без стихов. Получается что-то вроде дневника.

6 июля 2016 г.

6 июля всё висело на волоске. Отечественная история могла бы пойти совсем в другом направлении. В 1918 году в России очень многое держалось только на одном честном или даже нечестном слове... Перед тем как взяться за написание этого текста, я стал искать сценарий радиопьесы, которую подготовил в девяностые годы. Это был небольшой цикл о русском терроре ХХ века. С радиопостановкой тогда ничего не получилось (с радио у меняя вообще ничего не получается). Но ведь где-то в печатном виде это лежит? Стал искать, и минут через пятнадцать на полке между виниловыми пластинками обнаружил пять начинающих уже желтеть листов, напечатанных на машинке «Любава». Это был как раз сценарий о событиях 6 июля (всего радиопьес было три). Текст начинался так: «6 июля 1918 года из московской гостиницы «Элит» вышел брюнет с бородой, усами и примечательной пышной шевелюрой. Одет он был в чёрный пиджачный костюм. С виду человеку было лет 30-35, хотя в действительности ему ещё не исполнилось и 20. В руках он держал портфель, в котором одно отделение пустовало и предназначалось для револьвера».

Радиопьеса «Убийство германского посланника» была основана на документах и историческом очерке Марка Алданова «Убийство графа Мирбаха». «В номере другой гостиницы - «Националь», брюнет с портфелем встретился с рыжеватым мужчиной лет тридцати. Обитатель «Националя», одетый в коричневый костюм и цветную косоворотку, ждал у окна... На подоконнике, рядом с высохшим цветком, стоял другой портфель, полный бумаг, в большом отделении которого лежала завёрнутая в газету бомба».

О событиях того дня в разных странах написаны тысячи страниц. Два чекиста - Блюмкин и Андреев - на авто в третьем часу дня лихо подкатили к германскому посольству в Денежном переулке в Москве и на входе предъявили мандат с подписью Дзержинского. Они хотели срочно встретиться с графом Вильгельмом фон Мирбахом. Посол с ними встречаться не собирался, но чекисты убедили секретаря, что дело важное и якобы касается племянника графа Мирбаха - венгерского офицера. 47-летний германский посланник к прибывшим, в конце концов, вышел и некоторое время с ними общался. До тех пор, пока не прозвучал условный сигнал - фраза, брошенная фотографом-чекистом Николаем Андреевым: «Речь идёт о жизни и смерти графа Мирбаха». После этой фразы террористы принялись стрелять (в основном, промахиваясь), бросили одну бомбу, другую (одна не взорвалась), выскочили в разбитое окно и стали карабкаться на ограду... Латышские стрелки, охранявшие посольство, вдогонку стреляли скверно, только слегка задев Блюмкина. Террористы, действительно служившие в ЧК, благополучно скрылись на авто. Вскоре майор генерального штаба Карл фон Ботмер вместе с переводчиком  отправился в гостиницу «Метрополь» (там находилось министерство иностранных дел Советской России) - сообщать об убийстве. Наверное, вид майора и его переводчика Мюллера был грозен, потому что заместитель наркома иностранных дел Георгия Чичерина Лев Карахан, увидев немцев, подумал, что они пришли его убивать, и заперся в соседней комнате. Карахан в том году уже не в первый раз попадал в переделку. Предыдущий раз это было в Пскове, куда Карахан и его начальник Чичерин прибыли по дороге в Брест-Литовск - для подписания сепаратного мира. Псков, в котором всю войну находился российский штаб Северного фронта, тогда переживал переходный период - период сдачи города немцам. Центр Пскова уже сутки контролировали германские войска. Но остановили двух большевистских эмиссаров у псковской гостиницы «Лондон» не немцы, а толпа русских - противников большевистской власти. Они выкрикивали: «Смерть большевикам!». Но немцы не дали исполниться этим пожеланиям. Вскоре они расстреляли 140 большевиков и пленных красногвардейцев, но Чичерина и Карахана не тронули, а пропустили дальше, и сепаратный Брестский мир был подписан (Россия потеряла по нему территорию площадью 780 тыс. кв. км. с населением 56 миллионов человек).

Советское правительство, узнав о гибели германского посланника, должно было бы прийти в ужас. Немцы в то время могли при желании возобновить наступление, и тогда бы большевики вряд ли удержали власть. Летом 1918 года состояние их армии было немногим лучше, чем зимой (немецкий генерал Макс Гофман 20 февраля 1918 года в дневнике написал: «Вчера один лейтенант и шесть солдат взяли в плен 600 казаков»). Но судя по воспоминаниям видных большевиков, какого-то особого ужаса среди руководителей Советской России после известия о гибели посланника не наблюдалось. Наоборот, мемуаристы цитируют шуточки Ленина по поводу покойного Мирбаха и мятежных левых эсеров. «И невинность соблюдём, и капитал приобретём», - шутил Ленин, но на место преступления вместе со Свердловым, Дзержинским и Чичериным всё-таки примчался - извиняться. Ленин говорил о «провокации монархистов и англо-французских капиталистов». «Преступники будут непременнейше арестованы и преданы революционному трибуналу!», - обещал он.

Но наказание по тем временам вышло смешное. Двух террористов заочно приговорили к трём годам, а меньше чем через два года Яков Блюмкин попадёт под амнистию и вступит в партию большевиков. Рекомендацию ему даст сам Феликс Дзержинский. Это усилит подозрения в том, что в июльском теракте были заинтересованы не только бунтари из партии левых эсеров.

Главной опасности большевики избежали. Немцы жёстко отвечать большевикам не стали, а случившееся вслед за убийством германского посланника восстание левых эсеров было подавлено.

Псков в то время по-прежнему находился на территории, которая перешла по Брестскому миру Германии. (Ленин, чтобы удержать власть, в марте 1918 года отдал немцам множество российских земель не колеблясь, - недаром же в Пскове есть два памятника Ленину, два музея Ленина, от центральной площади Ленина начинается улица Ленина). Все эти Ленины даны нам для того, чтобы мы не забывали о том, кто подарил наш город Германии.

Псков в конце февраля 1918 года немцы захватили относительно легко, но с большими потерями. Потери были связаны не с уличными боями, а с огромным взрывом. Отступающие спешно красногвардейцы взорвали неподалёку от железнодорожного вокзала пироксилиновый склад. Разом погиб целый немецкий батальон - около 270 человек, включая 30 офицеров. Их похоронили на Немецком кладбище, находящемся на правом берегу реки Псковы. Там, неподалёку от лютеранской церкви, людей хоронили с ХIХ века, но больше всего похорон пришлось на годы двух немецких оккупаций - 1918 и 1941-44 годов. Позднее из этого кладбища советские власти попытались устроить парк, назвав в честь него соседнюю улицу - Парковую (когда-то рядом проходила улица Кладбищенская). В детстве мы иногда в этом «парке» играли, и я хорошо помню несколько скрывающихся в траве поваленных памятников и могильных плит с выбитыми готическим немецким шрифтом фамилиями. Надгробия с этого кладбища потом использовались как поребрики на центральной улице Пскова - Октябрьском проспекте. Впрочем, старые могильные плиты для этих целей брались в 70-е годы не только с Немецкого кладбища, но и с других псковских кладбищ. Последние раз поребрики с именами и датами рождения и смерти выкапывались во время ремонта Октябрьского проспекта в августе 2007 год - возле магазина «Ракета». Часть могильных плит на центральной улице Пскова лежит под ногами до сих пор.

Псков был возвращён Советской России после краха Германской империи осенью 1918 года. Немецкие дипломаты и военные вернулись из России домой и сели за мемуары. Карл фон Ботмер (тот самый, от кого прятался Лев Карахан) опубликовал в 1922 году книгу Mit Graf Mirbach in Moskau («С графом Мирбахом в Москве»), где, в частности, привёл слова Льва Троцкого, сказанные фон Ботмеру незадолго до покушения на немецкого посланника - в июне 1918 года. Троцкий сказал: «Собственно, мы уже мертвы, но ещё нет никого, кто мог бы нас похоронить».

7 июля 2016 г.

В немногочисленных интервью основателя группы Pink Floyd Сида Баррета то и дело встречаются выражения: «Я исчезаю», «Я иду по дороге, ведущей назад», «Я состою из пыли и гитар»... Бывает, что раздающие интервью знаменитости намеренно рисуются. Специально, на публику, культивируют в себе странности. Но с Барретом всё было иначе. Он действительно медленно исчезал, а физически исчез десять лет назад - 7 июля 2006 года. Когда это случилось, то никто не удивился. Точнее, некоторые всё же удивились и задались вопросом: «А разве он не умер лет тридцать назад?»

Когда я в 2002 году готовил сборник стихотворных текстов «Стоп-блюз», вошедший в книгу «Черновик», то точно знал, что хотя бы без одного текста Сида Баррета в этой книге не обойтись. Перебирал, конечно, и другие имена рок-сочинителей, но решил ограничиться только Барретом. Выбрал текст песни, завершающий первый альбом Pink Floyd - песню Bike («Велосипед»). Дурашливая, и в то же время многозначительная вещь. «Есть у меня велосипед, но если хочешь - // Возьми его со всеми потрохами. // С багажником, звонком. На раме // Твоё я имя написал. Держи. // Я сам его на время одолжил». Его песни-сказки повлияли на многих слушателей, в том числе и на других знаменитых музыкантов. Переводом текст Bike я назвать не решился и назвал «импровизацией на тему»: «А вот часы. Я с детства их хранил. // На них нет стрелок? А зачем они? // Когда нет стрелок - времени вагон. // А нет их с незапамятных времён. // Зато я видел, что в часах внутри. // И если очень нравится - бери».

Существует «высокая степень безумства» и низкая. Дураки делятся на круглых, продолговатых и гранёных. Поэтическое безумие - это нормально. Политическое безумие, увы, - это тоже нормально. Когда, по легенде, Ивана Грозного с опричниками в 1570 году встретил в Пскове юродивый Николка Салос, то было непонятно, кто же из них двоих безумный? Тот, кто предлагает царю отведать сырого мяса или русский царь, только что устроивший расправу в Новгороде?

Как пел Окуджава, «пускай безумный наш султан сулит дорогу нам к острогу». Николка - по самой распространённой версии - первый раз повстречав царя, будто бы сказал ему: «Иванушка, Иванушка! Покушай хлеба и соли, а не человеческой крови». Это почти сказочная история. При повторной встрече Николка снова стал донимать царя и предложил ему съесть кусок сырого мяса. «Я христианин, - якобы ответил царь, - мяса постом не ем!» - «Ты делаешь хуже, - возразил ему юродивый, - ты питаешься плотию и кровию человеческою».

Иногда в центре современного Пскова появляются загадочные надписи, сделанные краской на заборах. Это тоже обращение к царю. Думаю, что не к Ивану Грозному. На стенах пишут: «Ты питаешься плотию и кровию человеческою».

В истории много примеров, когда о правителе ещё при жизни говорили как о сумасшедшем. Ибрагим I Безумный или Хуана Безумная - это ещё не самые яркие примеры. Сумасшествия в высоких сферах случались тихие и буйные. Огромная власть вообще способна закружить человеку голову настолько, что он, ради того, чтобы сохранить корону, готов голову потерять. Иногда болезнь оказывалась заразной, и с «ума сходили» чуть ли не целыми странами.

Неадекватный правитель - это ужасно, но если он к тому же окружён странными царедворцами, то это ещё хуже. Некому царя сдерживать. Неадекватные законодатели и чиновники такого могут себе вообразить... Бывает, задаёшься леденящим душу вопросом: «А что, если он на самом деле говорит то, что думает?» Если что-то подобное мерещится поэту или художнику, то ничего страшного. В худшем случае, возникает проблема у его родных и близких и у него самого. Бродить в бреду по художественным лабиринтам творческим деятелям бывает даже полезно. Но когда странные сдвиги начинают происходить в головах политиков, приходит большая беда. Чтобы ощутить это, не обязательно читать исторические книги.

Малютка Лимонад, Взволнованный слон, черепаха, мышонок Джеральд... Это герои песен, сочинённых Сидом Барретом. В психоделических композициях Сида Баррета одна сказка - поэтическая, сливается с другой сказкой - музыкальной... Но быль, как всегда, оказалась страшнее сказок. Как пелось в песне Shine On Your Crazy DiamondСияй, сумасшедший бриллиант»), посвящённой Сиду Баррету, «слишком быстро ты дотянулся до тайны».

У Сида Баррета есть песня Jugband blues, а в ней слова: «Ужасно любезно с вашей стороны считать, // Что я здесь, // Но я вынужден вам сказать, // Что меня здесь нет».

Наверное, такие как Николка Салос тоже мотивируют себя подобными словами: «Меня здесь нет». В этот момент они уже не они, а от их имени говорит кто-то другой - бесстрашный и сильный. Оторвавшись от земли, проще совершить смелый (безумный) поступок. Николке Салосу как юродивому было проще сказать царю то, что он о нём думает. Николка был «уже не здесь». Но ведь и «безумные наши султаны» могут поступать также. Они пребывают в таких сферах, что, в сущности, их с нами тоже нет. Сидя в своих заоблачных высоких кабинетах, они могут совершать такие поступки, которые, быть может, не совершили, если бы оставались самими собой, прежними. Но для этого надо вначале пересесть на велосипед и отправиться «по дороге, ведущей назад».

8 июля 2016 г.

Восемь лет назад в России придумали праздник, который громко назвали «Всероссийский день семьи, любви и верности». Это был ответ «бездуховному Западу» с его «Днём всех влюблённых». С тех пор в российских СМИ любят писать о том, что наш праздник, в отличие от Дня св. Валентина, «подразумевает не обычную страсть, а олицетворяет преданность и верность своим родным, настоящую любовь и крепкие семейные ценности». Главным героям «любовно-семейной» истории, ставшей основой «Дня семьи, любви и верности», возводят памятники, посвящают книги, в их честь выпускаются памятные медали «За любовь и верность»... На день смерти Петра и Февронии (8 июля) стараются назначать свадьбы.

Легенду про Петра и Февронию сочинил псковский автор - священник Ермолай Прегрешный (в иночестве Еразм). Чаще всего его называют Ермолай-Еразм. До середины 40-х годов ХVI века о нём как о сочинителе и публицисте слышали, в основном, только в Пскове, но в 1546 году в Псков первый раз посетил Иван IV (в ХIХ веке этот визит в Псков драматург Лев Мей объединит со вторым царским  визитом 1571 года, в результате чего появится пьеса «Псковитянка»).

Царский книгочей Кир-Софроний талант Ермолая-Еразма заметил и рассказал о нём Ивану IV и митрополиту Макарию. Через некоторое время Макарий позвал Ермолая-Еразма в Москву. Как раз в это время там происходила канонизация благоверных Петра и Февронии (они же - Давид и Ефросиния). Потребовалось написать их житие. Ермолай-Еразм написал, но Макария полученный результат - «Повесть о Петре и Февронии Муромских» - не обрадовал. На каноническое житие это было мало похоже. Автор объединил русскую народную легенду со скандинавской историей о Зигурде и коварном змее Фафнире. Получилась поучительная остросюжетная притча со вставками-анекдотами. Наиболее подробно о ней написано в исследовании Руфины Дмитриевой, выпущенном в издательстве «Наука» в 1979 году (под редакцией академика Александра Панченко). На неё иногда ссылался бывший депутат Госдумы от Псковской области Александр Невзоров, когда высмеивал новоявленный российский праздник «семьи, любви и верности». Действительно, если прочесть «Повесть о Петре и Февронии Муромских» (любую полную редакцию - прилукскую, причудскую или муромскую), то может возникнуть, по меньшей мере, три вопроса: где здесь семья? где здесь любовь? где здесь верность?

«В жизни Петра и Февронии воплощаются черты, которые традиционные религии России всегда связывали с идеалом супружества, а именно: благочестие, взаимная любовь и верность, совершение дел милосердия... Но семья - это ещё и очень важная социальная единица, которая находится под охраной закона». Именно так теперь пишут о «символах русской семейной любви». Те же, кто высмеивает «Всероссийский день семьи, любви и верности», обращают внимание на то, что «девушка шантажом, грубым шантажом заставляет на себе жениться князя» (это слова Александра Невзорова, который на последних президентских выборах был доверенным лицом Владимира Путина). Неужели это и есть «идеал супружества»?

В повести Ермолая-Еразма рассказывается о князе Петре, убившем коварного змея, принявшего обличье его брата Павла. Умирая, змей обрызгал Петра своей кровью, и «охватила князя тяжкая болезнь, покрылся он струпьями...». Знахарку, вызвавшуюся излечить князя от проказы, нашли в деревне Ласково. Это как раз и была Феврония - дочь древолаза (бортника). Феврония, ещё не видя князя Петра, через его слугу поставила почти невыполнимое условие: «Если я не стану супругой ему, то не подобает мне и лечить его». Князь жениться на простолюдинке, конечно, не собирался и предложил вместо себя дорогие подарки. Но хитроумная Феврония от подарков отказалась. Тогда князь всё же вынужден был дать обещание жениться (обещаний ему было не жалко). После этого Феврония передала княжеским слугам особую мазь, объяснив, что с ней надо делать: «Пусть истопят князю вашему баню, и пусть он помажет этим все тело свое, где есть струпья и язвы. А один струп пусть оставит непомазанным. И будет здоров!» Струпья почти моментально сошли, князь об обещании жениться благополучно забыл и уехал, прислав несостоявшейся невесте вместо себя дары. Но она их не приняла.

Феврония не просто так попросила оставить один струп непомазанным. Это была гарантия её замужества. Вскоре князь Пётр снова покрылся струпьями. Пришлось вновь обращаться за помощью к знахарке из деревни Ласково.

Феврония снова поставила условие: «Если станет мне супругом, то исцелится». И тогда князь сдался.

«Крепкие семейные ценности» будут тем крепче, чем опаснее болезнь, которой болеет жених.

Таким образом, простолюдинка женила на себе знатного мужчину, ставшего после смерти старшего брата муромским князем. Муромские бояре пытались простолюдинку Февронию спровадить обманом или откупиться, но у них это не получилось. В так называемом житие о последующих годах совместной жизни двух муромских супругов написано немного (жили «безупречно, молясь беспрестанно и милостыню творя всем людям»). Петру и Февронии даже пришлось на некоторое время оставить княжество и отправиться в изгнание. О том, были ли у них дети, в сказочной «Повести...» Ермолая-Еразма ничего не говорится. Зато сказано, что супруги завещали, «чтобы их обоих положили в одну гробницу, и велели сделать из одного камня два гроба, имеющих меж собою тонкую перегородку». Под конец жизни они ушли каждый в свой монастырь (отсюда и рассказы о том, что Пётр и Феврония развелись). В иноческом чину Пётр стал Давидом, а Феврония - Ефросинией. Через какое-то время инок Давид тяжело заболел и отправил в женский монастырь гонцов. Это был сигнал о смерти (Пётр и Феврония должны были умереть в один день). «О сестра Ефросиния! - писал Давид. - Пришло время кончины, но жду тебя, чтобы вместе отойти к Богу». Но сестра Ефросиния на свидание к Богу не очень-то и спешила. Были у неё ещё на Земле дела: «Подожди, господин, пока дошью воздУх во святую церковь», - ответила она Давиду. Но бывший муромский князь настаивал. Видимо, боялся, что умрёт раньше, чем его «любимая». Следующий гонец примчался с новым посланием: «Недолго могу ждать тебя». Однако Ефросиния совсем не торопилась умирать. Пришлось Давиду отправить третий раз гонца со словами: «Уже умираю и не могу больше ждать!», что означало: «Да когда же ты умрёшь, наконец!»

В общем, Давид уговорил Ефросинию умереть. Он оказался не менее настойчив, чем когда-то Феврония, стремившаяся сделаться княгиней. Монахиня отложила своё вышивание («у одного святого мантию еще не докончила, а лицо уже вышила; и остановилась, и воткнула иглу свою в воздУх, и замотала вокруг неё нитку»).

Каким образом они отдали Богу душу, в житие не сказано (некоторые считают, что Ефросинию умертвили по приказу Давида). Зато говорится о том, что похоронили их врозь. Князя Петра (Давида) - как бывшего правителя - в городе, у соборной церкви пречистой Богородицы, а Февронию (Ефросинию) - как монашенку, в загородном женском монастыре, у церкви Воздвижения честного и животворящего креста. Завещание во внимание не приняли, мотивируя тем, что «так как они стали иноками, нельзя положить их в один гроб».

Но этим дело не закончилось. На двоих у них оказалось три гроба. Один, с телом Давида,  стоял в соборной церкви пречистой Богородицы, второй, с телом Ефросинии, в  церкви Воздвижения. А третий каменный (пустой, на две персоны) тоже  находился в соборной церкви пречистой Богородицы. История, описанная Ермолаем-Еразмом, в этой части напоминает американский фильм ужасов (недаром же Руфина Дмитриева в своём литературоведческом исследовании пишет, что «наблюдается много точек соприкосновения между «Повестью о Петре и Февронии» и повестями о Дмитрии Басарге и о Дракуле»). Вечером все были на своих местах, а утром оказалось, что одинарные гробы пусты, а тела Давида и Ефросинии лежат вместе. После этого их снова переложили, но утром тела каким-то образом снова оказались в одном гробу. И тогда было решено хоронить Давида и Ефросинию вместе.

Каждый сам может решить, что это была за любовь и что это такое - «любить по-русски», и где здесь семья и любовь? Но верность в этой истории есть точно. Верность до гроба. В гробу её видали...

9 июля 2016 г.

Немного об основательнице Псковской губернии (не газете «Псковская губерния», а административно-территориальном образовании). Екатерина II пришла к власти 9 июля (29 июня) 1762 года. Как писал Василий Ключевский, в тот день она осуществила «двойной захват» - «отняла власть у мужа и не передала её сыну». Что ж, Екатерина по счёту была вторая, поэтому и захват - двойной.

Историки никогда не договорятся друг с другом о том, насколько Екатерина Великая была велика. Например, когда в России случилось «крайнее расстройство и истощение финансов» - при Екатерине или до неё? Многое указывает, что именно она приложила к этому руку. Но есть вещи бесспорные.

Екатерина была властная и любвеобильная женщина, одновременно похожая на двух жён римского императора Клавдия - Мессалину и Агриппину. Мессалина в 48 году н.э. с любовником Гаем Силием пыталась свергнуть своего мужа. Но заговор не удался. Клавдия убила совсем другая жена - Агриппина. Она вышла замуж за Клавдия после гибели Мессалины. Агриппина Младшая (сестра Калигулы, мать Нерона) начала узурпировать власть ещё при жизни мужа. На монетах того времени появились даже изображения не только императора, но и императрицы. Агриппина, расправляясь с мужем, опиралась, в том числе, и на преторианцев (гвардейцев). Екатерина сделала то же самое.

Многие современники Екатерины «двойной захват» ей так и не простили. Устранение царя Петра III (он умер через неделю после переворота) на царствовании Екатерины сказывалось постоянно. Пугачёвский бунт стал возможен во многом потому, что во главе него стоял «чудом спасшийся» «Пётр III». Любители истории вспоминают и 100 тысяч рублей, выделенных Екатерине англичанами на устранение Пётра III (англичан к месту и не к месту вспоминают при любом дворцовом заговоре). Как написал в пьесе «Екатерина Великая» Джордж Бернард Шоу, «Душенька-любушка, я пьян, но я знаю, что делаю. Я  хочу  быть  у англичан на хорошем счету». Это произносит Потёмкин.

Но определённо, что имелись у Екатерины черты, которые точно отличают её от тех же Мессалины и Агриппины. Русская царица была не чужда самоиронии. Это видно из её стихов (она их иногда сочиняла по-французски): «Раз сто я бралась за перо и столько же раз бросала его; // Рассудок мой неподатлив, рифма моя - поддельна; // Моя проза легка, а стихи отвратительны». Правда, правители любят прибедняться. Иван Грозный, например. Он обожал прибедняться. Это то, что называется «юродствовал». А вот Екатерина скорее не юродствовала, а лицедействовала. Театром - и в жизни и на сцене - она была по-настоящему увлечена, сочинив чёртову дюжину пьес, в основном комедий.

И всё же про «поддельную рифму» и «неподатливый рассудок» написала не столько царица, сколько женщина-автор. Немногие авторы так могут о себе сказать. Но та же самоирония и откровенный цинизм позволяли Екатерине избегать слишком уж сильных чувств, например - раскаяния. А ей было в чём каяться.

В предисловии к своей пьесе «Екатерина Великая», Джордж Бернард Шоу написал: «Ни дипломатические, ни  военные  победы Екатерины меня не интересуют. Для меня ясно, что ни Екатерина, ни сановники, с которыми она разыгрывала свои каверзные партии в политические шахматы, не имели ни малейшего представления о реальной истории своего времени или о реальных силах, формировавших Европу того времени. Екатерина - женщина, женщина с сильным  характером и (как  бы  теперь  сказали) совершенно аморальная, до сих пор очаровывает и забавляет нас точно так же, как очаровывала  и  забавляла  своих  современников».

Джордж Бернард Шоу не воспринимал  Екатерину как большого политика или автора-мыслителя. Для него она и подобные ей были «великими  сентиментальными  комедиантами, которые исполняли свои  роли царей и цариц, как актёры-эксцентрики, разыгрывая сцена за сценой безудержную  арлекинаду, где монарх выступает то как клоун, то - прискорбный контраст  - в застенке, как демон из пантомимы, пугающий нас злодеяниями, не забывая  при  том  обязательных  альковных  похождений  небывалого размаха и непристойности». Но ничего специфически русского в этом не было. Бернард Шоу считал, что Екатерина вела себя «не как русская, а как весьма приверженная своему  очагу цивилизованная немецкая дама, чей домашний уклад отнюдь не так сильно  отличался  от  домашнего уклада королевы Виктории, как можно было бы ожидать...»

«Не удивительно, что в России было среди государей много тиранов, - писала Екатерина II в своих записках. - Народ от природы беспокоен, неблагодарен и полон доносчиков и людей, которые, под предлогом усердия, ищут лишь, как бы обратить в свою пользу все для них подходящее». С таким отношением к своим подданным её ничего не оставалось, как продолжать их тиранить. Расцвет крепостного права пришёлся как раз на годы правления Екатерины II. И на этот же период пришлась административная реформа. Таким образом, на карте России в 1772 году возникла Псковская губерния. Псков, правда, первоначально столицей в ней не стал - был к этому не готов. Город тогда пребывал в запустении. «Город Псков, - писал псковский генерал-губернатор Яков Сиверс, - по своему красивому и удобному для торговли положению мог бы быть в другом состоянии и не возбуждать такой жалости. У меня нет слов для выражения моих чувств о разорении этого города: скажу одно, что он так же несчастлив, как и Великий Новгород и страдает той же чахоткою...» Так что столицей Псковской губернии до 1776 года была Опочка.

Действие пьесы Джорджа Бернарда Шоу «Екатерина Великая» тоже происходит в 1776 году. Но, разумеется, не в Пскове или Опочке, а в Петербурге. Описывая потёмкинский кабинет в Зимнем дворце, нобелевский лауреат подобрал такие слова: «Непомерная роскошь, грязь и беспорядок». Это было характерное для тех времён сочетание. Как неприятные запахи отбивали с помощью парфюмерии, так грязь и беспорядок старались скрывать с помощью роскоши. И опять же, в этом не было ничего специфически русского.

Екатерина II Псков посещала реже, чем Пётр I, но чаще, чем Иван Грозный. Правда, каких-то громких событий при её визитах не случалось. Это были скорее дежурные посещения монарших владений в сопровождении пышной свиты (фейерверки, молебны, встреча с семинаристами и т.п.) Она даже однажды в Бежаницах ночевала, а из Глова написала письмо со словами: «Славное здесь место, дети мои! В нём найдёшь всё, кроме того, что нужно... Я бегу из этого места». Можно в честь этой монаршей записи устраивать спортивный забег Гдов-Псков (на афише - «бегущая» Екатерина).

Чаще всего в наших краях Екатерину вспоминают в Новоржеве (в 1777 году она повелела «учредить город под наименованием Новоржев»). К 225-летию города в Новоржеве открыли бронзовый памятник императрице.

И всё же три визита Екатерины Псков для города даром не прошли. Задуманный университет здесь при ней так и не открыли, но перепланировка города состоялась. Новый план Пскова Екатерина II утвердила в 1778 году. Город предполагалось расширить и упорядочить. Стал формироваться так называемый губернский Псков, более современный и европейский. По нему и сейчас можно пройтись, хотя многое было позднее разрушено. Для создания губернского Пскова при Екатерине пришлось разбирать многие старые дома и заборы, вырубать сады, расширять и выпрямлять улицы. Псковичи роптали, но делали.

Как писал о Екатерине II Александр Пушкин: «Старушка милая жила // Приятно и немного блудно».

10 июля 2016 г.

Псков до Великой Отечественной войны входил в состав Ленинградской области. Из Ленинградского обкома и Управления НКВД Ленинградской области постоянно звучали упрёки, что в тыловом Новгороде число обнаруженных шпионов значительно больше, чем в приграничном Пскове. Появились разнарядки. В документах указывались числа. Сколько надо было арестовать, сколько из них расстрелять, сколько выслать... Цифры постоянно менялись - в сторону увеличения. Сотрудники НКВД с ног сбивались, чтобы выполнить «волю партии». Но многие вошли во вкус. Фамилию наиболее отличившегося псковского следователя НКВД я впервые узнал не из книг или документов, а от жителей Пскова. Родственники репрессированных ещё помнят имя палача.

10 июля 1934 года в СССР было принято постановление «Об образовании общесоюзного Народного комиссариата внутренних дел» - НКВД (с правом организовывать Особые совещания, исправительно-трудовые лагеря и т.п.). Массовые расстрелы псковичей, в основном, происходили под Ленинградом - в Левашовской пустоши. Подобных могильников по стране было организовано много.

Левашовскую пустошь можно назвать Выставкой антинародных достижений. Это ВДНХ наоборот. Всесоюзный АД (антинародные достижения). Повсюду стоят памятники. Точное место захоронений неизвестно, поэтому памятники или таблички возникали в произвольных местах. Приблизительно. Многих людей тоже уничтожили не за конкретные поступки, а из-за национальной или классовой принадлежности. Поэтому в Левашово есть отдельные памятники всем расстрелянным здесь полякам, латышам, евреям, литовцам, итальянцам, ассирийцам... Псковский крест там тоже есть. Неподалёку установлен памятник расстрелянным глухонемым.

 Через калитку в высоком зеленом заборе (Горское шоссе, 143) с чёрного хода возвращаешься в сталинское  коммунистическое прошлое, в котором не нашлось места миллионам людей. В Левашово тайно закопали около 47 тысяч. Ночью свозили на этот секретный объект, охраняемый чекистами, и сбрасывали вилами с грузовика. Или расстреливали прямо на месте. Пустошь за восемьдесят лет превратилась в лес.

Потомки псковских репрессированных стараются ездить в Левашово каждую осень. Дети расстрелянных рассказывали мне в Левашово о своих родителях. Председателя колхоза Ивана Дмитриевича Шорохова расстреляли за то, что он ходил на охоту вместе с мельником. А мельника расстреляли из-за его нерусского происхождения, заподозрив во вредительстве. Николай (Люциан) Осипович Лункевич был поляк и, если выражаться чекистским языком протокола, этот псковский железнодорожник «участвовал в группе, которая готовила нападение Польши на Советский Союз». Расстрельный приговор отлично перекликается с тем, что несколько лет назад пытались выдать за историческую правду представители российской внешней разведки. Агентурные данные были преподнесены как доказанный факт. Польша, якобы, пыталась расчленить Советский Союз, и пришлось, в целях самообороны, её саму в 1939 году расчленить.

Тайный могильник НКВД в Левашовской пустоши появился в связи с праздником. Надвигалось празднование 20-й годовщины Октябрьской революции. 2 июля 1937 года Политбюро ЦК приняло решение о широкомасштабной «операции по репрессированию». Праздновать предполагалось на широкую ногу. В Ленинградской области  по плану до октября надо было расстрелять 4 тысячи человек. УНКВД со своей задачей успешно справилось. Но остановиться было сложно. Контора была переполнена  доносами. Сказывались последствия курса партии на всеобщую грамотность. 

Проще всего было доносить на православных священников, евреев, поляков, латышей, эстонцев, литовцев, финнов, немцев... На итальянцев, сбежавших от фашистского режима Муссолини, доносить вообще не требовалось. У них всё было написано на лице.

На одном из деревьев в Левашово висит самодельная табличка со словами: «Воронью доносы пища,// Как заказ системы всей.//Стукачи их пишут-пишут //На соседей и друзей...//«Чёрный ворон» вывез многих //В никуда во цвете лет.//В прошлом - страхи и тревоги, //Их теперь как будто нет.//Нет сегодня, а потом как? //Жутки шорохи ночи. // Назовите для потомков //Стукачей и палачей».

Секретарь Псковского окружкома Павел Петрунин в сентябре 1935 года предупреждал: «Враг не отступает, его можно убрать только насильственно... если будет необходимо, то и методами физического истребления».

...Листаешь копии документов. «Список расстрелянных по распоряжению начальника уголовного розыска», «Разнарядка по выселяемым», «Повагонный список» «врагов народа» (некоторым «врагам» по 5-7 лет)... На странице одного из протоколов о выселении указан «компромат» на «врага народа»: «Окружает себя кулаками и попами, занимается шинкарством, посещает Псков, заходит торгсин, где покупает разные продукты...». Чуть ниже дана убийственная характеристика другого «врага народа»: «Религиозен, рисование преподавал по старому учебнику: кресты и церкви».

Приказ НКВД № 00447 вышел 30 июля 1937 года. В Ленинградской области надо было арестовать 14 тысяч человек, а из них расстрелять 4 тысячи. В январе 1938 года число тех, кого необходимо расстрелять, увеличили ещё на 3 тысячи, учитывая «чрезмерную засорённость антисоветским элементом». Отличился  руководитель Псковского окротдела НКВД капитан Семён Южный. Он за короткий срок привлёк к ответственности за шпионаж и предательство 4836 человек. Первым делом, хватали нерусских. В Пскове и окрестностях в 1937-38 гг. были репрессированы 739 эстонцев, 667 латышей, 246 поляков, 43 немца.... Ещё одной группой риска были так называемые бывшие люди.

«Бывшие люди» - говорящее название. Это те, кто по своему происхождению не был пролетарием или бедным крестьянином. «Бывшие люди» практически нелюди. В список «бывших людей» тогда попало 9800 человек. Но как ни старался товарищ Южный, начальник Ленинградского управления НКВД  Михаил Литвин всё равно остался им недоволен: подозрительно мало оказалось арестованных или высланных. Разнарядки увеличились, а товарищ Южный жил вчерашним днём. Так что его сняли, после чего репрессии усилились...

Среди тех, кто попал в списки «врагов народа» можно встретить знакомые фамилии. К примеру, первого секретаря Псковского окружкома Петрунина, того самого, который грозился бороться с «врагами народа» «методами физического истребления». Его исключили из партии и физически истребили - расстреляли - в 1938 году (в том же году был убит или застрелился в ожидании неизбежного ареста и Михаил Литвин; Семёна Южного арестуют в 1939 году, и он умрёт в тюрьме через год). Павел Петрунин не был религиозен, рисование по старому учебнику не преподавал, на охоту с неблагонадёжным мельником не ходил, и даже фамилия у него была не итальянская или латышская. Но его, члена РСДРП (б) с 1917 года, когда-то подавлявшего Кронштадтский мятеж, на всякий случай тоже записали во «враги народа», потому что своё дело он уже сделал. Слегка пресытился. Настало время проявить себя другим - молодым и голодным.

11 июля 2016 г.

Когда 8 июля 2016 года арабские СМИ сообщили о гибели в Сирии экипажа российского вертолёта, представители российской авиабазы «Хмеймим» немедленно выступили с «опровержением»: все живы. Было сказано: «Все российские боевые вертолеты, находящиеся в Сирийской Арабской Республике, после выполнения плановых задач благополучно вернулись на аэродромы... Никаких потерь российских летательных аппаратов нет». Правда, само по себе это заявление опровержением не являлось хотя бы потому, что, если верить информагентствам,  российские вертолеты в Сирии размещены не только на авиабазе «Хмеймим», но и на авиабазах «Аль-Шайрат» (близ города Хомс) и «Аль-Тайас» (близ Пальмиры).

Типичный заголовок утра 9 июля в российских СМИ: «Минобороны опровергло слухи о якобы сбитом в Сирии вертолете ВКС России» (kp.ru/online/news).

Так  бывает всегда. Когда кто-то из журналистов рассказывает о гибели российских военнослужащих, первая реакция наших военных: объявить сказанное ложью. Если  со стороны не поступает дополнительных сведений, подтверждающих гибель военнослужащих, то об их смерти будут знать только родные и близкие. Но в данном случае подтверждения поступили, вплоть до кадров с падением вертолёта.

Если новая информация продолжает приходить, министерство обороны отступает на заранее подготовленные позиции и признаёт факт гибели, но делает оговорки. Да, погибли, но не там, не те и не так. На этот раз через сутки после «опровержения» представители российского министерства обороны заявили: действительно, погибли, но вертолёт был сирийский, а российские лётчики совершали не боевой полёт, а облёт. По словам представителей министерства обороны, погибшие являлись лётчиками-инструкторами. Полковник Ряфагать Хабибулин и лейтенант Евгений Долгин совершали «облёт сирийского вертолёта Ми-25». Вроде бы, это было не опровержение опровержения. Вертолёт не наш, а сирийский. Так что если не придираться к словам, первоначальное заявление о том, что «все российские боевые вертолеты, находящиеся в Сирийской Арабской Республике, после выполнения плановых задач благополучно вернулись на аэродромы», соответствовало действительности. Однако те, кто разбирается в типах вертолётов, стали приглядываться к тому, что было размещено на видео. Судя по всему, оно было снято около зернового элеватора к востоку от Пальмиры. При внимательном рассмотрении видео возникли дополнительные вопросы. До сих пор не понятно, чей же всё-таки это был вертолёт? У Ми-25 длинные крылья и убирается шасси, а у сбитого вертолёта заметили неубранное шасси и короткие крылья, как у вертолёта Ми-35М (таких у сирийских войск нет). Возможно, пресс-службе министерства обороны скоро снова придётся «отступать», благо «отступать» всегда есть куда.

Это напоминает Протокол № 177 заседания Политбюро ЦК КПСС от 27.12.79 г. «О пропагандистском обеспечении нашей акции в отношении Афганистана» . Советское руководство в декабре 1979 года было озабочено тем, как могут преподносить неподконтрольные зарубежные СМИ вооружённую операцию в Афганистане. Имелось сильное желание представить операцию исключительно как братскую помощь. В советских СМИ принялись показывать, как советские военнослужащие помогают обустраивать афганскому народу мирную жизнь (разминируют и строят дороги, занимаются бурением колодцев, оказывают медицинскую помощь и т.п). Это называлось выполнением интернационального долга. Многие советские граждане первое время не догадывались, что советские солдаты занимаются в Афганистане не только бурением колодцев (как рассказывали в программе «Время»).
 
Ещё весной 1979 года почти все члены Политбюро ЦК КПСС были против вторжения в Афганистан. Они прекрасно понимали, что почти никто в мире не поверит в «братскую помощь».

Речи престарелых членов Политбюро ЦК КПСС на заседании 18 марта 1979 года звучали на редкость здраво: Юрий Андропов: «Я считаю, что мы можем удержать революцию в Афганистане только с помощью своих штыков, а это совершенно недопустимо для нас. Мы не можем пойти на такой риск». Константин Черненко: «Если мы введём войска и побьём афганский народ, то будем обязательно обвинены в агрессии. Тут никуда не уйдёшь». Андрей Громыко: «Наша армия, которая войдёт в Афганистан, будет агрессором. Против кого же она будет воевать? Да против афганского народа, прежде всего». Алексей Косыгин: «Минусы у нас будут огромные. Целый букет стран немедленно выступят против нас. А плюсов никаких для нас тут нет».  

Накануне этого заседания Косыгин в Кабуле встречался с председателем Революционного Совета Афганистана Нур Мухаммадом Тараки, отмахиваясь там от просьбы о введении войск. Косыгин тогда сказал лидеру афганских коммунистов: «Я не хочу вас огорчать, но скрыть это не удастся. Это будет известно всему миру через два часа. Все начнут кричать, что началась интервенция в Афганистане со стороны Советского Союза».

К апрелю, казалось бы, советское руководство окончательно определилось. После заседания Политбюро ЦК КПСС 21 апреля появился секретный документ, само название которого говорит за себя: «О нецелесообразности участия советских экипажей боевых вертолётов в подавлении контрреволюционных выступлений в Демократической Республике Афганистан».

Однако к зиме того же года, после сентябрьского свержения и убийства Тараки, советское руководство всё же решило рискнуть. Думаю, что не последним мотивом было то, что военный контингент будет не только ограниченным, но и неопознанным. Слова Косыгина о том, что «скрыть это не удастся», стали неактуальными. Таким образом, 4 декабря 1979 года появился другой документ, подписанный председателем КГБ Юрием Андроповым и начальником генерального штаба маршалом Николаем Огарковым: «Считаем Целесообразным направить в Афганистан подготовленный для этих целей отряд ГРУ Генерального штаба общей численностью около 500 чел. в униформе, не раскрывающей его принадлежности к Вооруженным Силам СССР.... Тов. Устинов Д. Ф. согласен» (Устинов - министр обороны. - Авт.).

Фамилии погибших советских военнослужащих в советских СМИ долгое время не публиковались. Редчайшие исключения - это реакция на какую-нибудь «подрывную» публикацию, - к примеру, в журнале русских эмигрантов «Посев». Это была вынужденная мера.

Спустя почти тридцать лет наша страна втянулась ещё в одну войну с похожими особенностями. По официальным данным с осени 2015 года в Сирии погибло 13 российских военнослужащих (это сильно отличается от неофициальных данных). Но даже их имена становились известны не сразу. Случается, что только что все официальные лица категорически отрицали, что человек погиб, а спустя неделю те же люди резко с этим  соглашались, срочно награждали павшего и называли его именем улицу или школу. После чего становилось понятно, что если бы СМИ не написали о гибели военнослужащего, то о его героизме бы почти никто не узнал.

Зато мы обязательно узнали бы о «героизме» тех, кто недавно получал медали «За взятие Пальмиры». То есть об участниках концерта 5 мая 2016 года на развалинах Пальмиры. Пропагандистская акция была подготовлена намного лучше, чем скромные шефские концерты в Афганистане или бурение там же колодцев. Оркестр из Северной Пальмиры выступает в Южной Пальмире. Гергиев, Ролдугин, печальный звук виолончели... После этого участники симфонического концерта удостоились медали министерства обороны Российской Федерации, учреждённой 14 мая 2016 года. Почти одновременно, 4 июля 2016 года, виолончелист Сергей Ролдугин удостоился и другой высокой награды - Ордена Александра Невского.

Медали вручены. Ордена тоже. Думаю, что тот концерт дорого обошёлся российским связистам. Насколько дорого, мы когда-нибудь узнаем. Но небо там всё ещё трудно назвать мирным. Среди погибших в районе сирийской Пальмиры как минимум двое служили в Псковской области: Антон Ерыгин (смертельно ранен 5 мая) и Евгений Долгин (убит 8 июля). Оба погибли после того, как Путин 15 марта совершил манёвр, приказав начать вывод основной части российской группировки из Сирии (вертолёты Ми-35М перебросили из России в Сирию как раз в марте).

Антон Ерыгин, 31 год, женился в 2015 году, погиб в 2016; Евгений Долгин, 24 года, женился в 2015 году, погиб в 2016.

...И вот уже во время «празднования памяти валаамских чудотворцев преподобных Сергия и Германа» Владимир Путин, отстояв общую очередь (!) - так было сказано - в Спасо-Преображенском соборе Валаамского монастыря причастился Святых Христовых Тайн из общей чаши. В сообщении ТАСС, со ссылкой на Дмитрия Пескова, говорилось, что после этого Путин предложил священникам помолиться за лётчиков, «погибших в результате атаки террористов на вертолёт Ми-35М».


12 июля 2016 г.

Это было в июле 2006 года в Петербурге на концерте группы The Rolling Stones. Рядом со мной, среди зрителей, находилась стоящая в обнимку семейная пара. Им было лет по сорок. И жена, глядя на зажигательно танцующего 64-летнего Мика Джаггера, произнесла: «Я его обожаю. Он такой сексуальный». Женщина на секунду отвлекалась на мужа и добавила мечтательно: «Может быть, и ты таким станешь в его годы».

12 июля в истории рок-музыки - дата примечательная. В этот день в 1962 году группа The Rolling Stones дала первый концерт. Начинающие музыканты отыграли в лондонском клубе Marquee Jazz Club 18 песен. Тогда группа The Rolling Stones своих песен ещё не сочиняла, и это были исключительно кавер-версии песен Джимми Рида, Бо Диддли, Мадди Уотерса, Чака Берри, Элмора Джеймса, группы Джея МакШенна и т.д. В основном, блюзы. А самая-самая первая вещь, сыгранная музыкантами Rolling Stones 12 июля 1962 года, была хрестоматийная Kansas City.

The Rolling Stones в тот вечер заполняли пустоту, вызванную отсутствием на сцене бэнда Алексиса Корнера Blues Incorporated, который позвали играть в прямом эфире Би Би Си. Корнер заранее предложил Брайану Джонсу, Киту Ричардсу и остальным его подменить. Мик Джаггер, певший у Алексиса Корнера, предпочёл на Би Би Си не ходить и спеть в Marquee Jazz Club. Брайан Джонс позвонил в журнал Jazz News, чтобы там внесли в афишу информацию о концерте. В рекламном отделе журнала спросили: «Как вы называетесь?» Это застало Брайана Джонса врасплох. Действительно, как? Названия ещё не было. И тут взгляд Джонса упал на конверт пластинки Best Of Muddy Waters, валявшийся на полу. Первая песня этого сборника называлась Rollin Stone... Как написал в свой 800-страничной автобиографии «Жизнь» Кит Ричардс: «В отчаянии Брайан, Мик и я выпаливаем: «Rolling Stones Уф-ф! Сэкономили целый шестипенсовик». Ричардс имел в виду, что звонок был платный, и дорог был каждый пенс.

Для первого концерта, чтобы арендовать звуковое оборудование, музыканты заняли деньги у отца Мика Джаггера. Будущие мультимиллионеры в 1962 году жили в полной бедности, «шляясь, воруя еду и репетируя». Жить, обычно, приходилось в Фулхэме - в комнате на матрасах. Мебели не было, если не считать двух кроватей, которые занимали поочередно. Кто первый лёг, тот и спит. Остальные - на полу.

Спустя 44 года для российского концерта Rolling Stones через таможенный пост Убылинка (Пыталовский район Псковской области) проследовало несколько десятков грузовиков с оборудованием для «роллингов». Это была самая большая разборная сцена в Европе. Когда её собрали на Дворцовой площади, оказалось, что она выше Зимнего дворца. Основная сцена шириной 64 метра напоминала шестипалубный теплоход. Имелась ещё и вторая сцена - подвижная. 28 июля 2006 года в определённый момент она вместе с перешедшими на неё музыкантами отделилась от основной сцены и покатилась на нас в сторону Александрийского столпа.

Самому первому концерту 12 июля 1962 года «роллинги» не придавали большого значения. Они даже отсчёт официальной истории группы обычно начинают с 1963 года, когда к группе присоединился барабанщик Чарли Уотс. В разных воспоминаниях первоначальный состав группы называется разный. Думаю, что стоит прислушаться к Киту Ричардсу. Он в то время вёл дневник. Ричардс утверждает, что в первом выступлении принимали участие вокалист Мик Джаггер, гитаристы Брайан Джонс и Кит Ричардс, клавишник Ян Стюарт, басист Дик Тейлор и барабанщик Мик Эвори (в других источниках говорится, что Тони Чепмен).

Записи The Rolling Stones - это были первые записи зарубежной рок-группы, которые у меня появились в детстве. Они перешли ко мне от двоюродного брата, ушедшего в армию. Его магнитофонные плёнки достались мне. Я их слушал на магнитофоне «Астра». На одной из немногочисленных бобин на девятой скорости имелись неизвестные записи, которые очень сильно отличались от всего остального. Это было то, что надо. Что это была за группа (или группы) в тот момент было непонятно. Какое-то время я не мог установить, что же это звучит - такое ритмичное, грубоватое и одновременно мелодичное. Оказалось, что The Rolling Stones... Записи, сделанные в середине шестидесятых: Gett Off Of My Cloud, Satisfaction, Out Of Time, Flight 505, It s All Over Now... Кроме этого на той плёнке, как выяснилось позднее, был умопомрачительный альбом Ника Лоу Jesus Of Cool 1978 года.

Когда в спешке придумали название группы The Rolling Stones, то о будущем не задумывались. Во всяком случае, на полвека вперёд не заглядывали. Но получилось именно так, как в пословице: Rolling Stones gathers no moss («Катящийся камень не обрастает мхом»). Так что он катится до сих пор. Недавно сообщали, что какие-то жулики даже умудрились продавать билеты на необъявленный концерт The Rolling Stones, который якобы должен был пройти в декабре 2016 года в Москве. Понятно, что кое-кто поверил. The Rolling Stones ведь не просто живы, но записали новый альбом. Кит Ричардс сказал, что «результат может сильно удивить фанатов». По всей видимости, это будет блюзовый альбом, на шестом десятке группы возвращающий слушателей в далёкое прошлое, в 1962 год и более ранние времена  (на альбоме снова появятся каверы блюзов, на этот раз Хаулин Вулфа и Литтл Уолтера).

...В начале петербургского шоу The Rolling Stones 2006 года возник непредвиденный дополнительный визуальный эффект: после проливного дождя здание генерального штаба и сцену соединила радуга. А в середине концерта Мик Джаггер на несколько минут передал инициативу Киту Ричардсу, который спел две песни. Понятно, что Кит Ричардс, в отличие от Джаггера, зажигательно не танцевал, никуда не бегал и, что важнее, ниоткуда не падал (из-за его падения с пальмы то петербургское выступление было надолго отложено). Поблизости не было ни одной пальмы, лишь Александрийский столп. Наоборот, гитарист «роллингов» после исполнения You Got The Silver трогательно встал на колени. Внизу на него смотрела его младшая дочь, которой в этот день исполнилось 21 год.

Зачем эти старики на восьмом десятке жизни всё ещё разъезжают по миру с гастролями? Ответ дал тот же Кит Ричардс, вспоминая первый концерт 12 июля 1962 года в клубе Marquee Jazz Club: «Лучше этого чувства нет ничего на свете. После какого-то момента ты понимаешь, что реально ненадолго оторвался от земли и что ты сейчас неприкасаемый. Ты возносишься, потому что с тобой заодно люди, которые хотят того же самого... Ты знаешь, что тебя занесло туда, куда большинство никогда не попадёт - в очень особенное место. И потом тебе хочется туда снова, взлететь и приземляться, и, когда приземляешься, такой облом. Но тебе всегда хочется обратно ввысь. Это как пилотирование без лицензии».

Всё просто. Они выходят на сцену, чтобы полетать. Несмотря на огромную сцену и горы аппаратуры это всё ещё свободный полёт

Продолжение следует


 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий