Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Богемский крест. ХIX

Тень всех живых(Продолжение. Начало в №№ 372-389). Итак, что было известно доподлинно? Только одно - убили Дарового. Что же касается убийцы... Учитывая сложившуюся обстановку, убить мог кто угодно. Разве что кроме Чуйкина. Вряд ли он в тюрьме написал анонимное письмо, чтобы навести на ложный след. У Глеба не было сомнений и в том, что в деле так или иначе замешаны Парфёновы. Но...


В №№ 298- 323 публиковалась первая часть книги «Тень всех живых» (она называлась «Царская слобода»). С № 324 по 343 номер мы публиковали продолжение: «На левом боку», а в  №№ 344-371 третья часть «Линия разрыва» С № №372 публикуется четвёртая часть - «Богемский крест». «Тень всех живых», все её части, были написаны очень давно. Тогда я ещё преподавал историю и журналистикой не занимался. На гонорар от этой книги, полученной в одном московском издательстве, я купил свой первый компьютер, сканер и принтер. И продолжение, по просьбе издателей, писал уже не на печатной машинке, а на компьютере. Всё складывалось как нельзя лучше. Мне в издательстве показали обложку книги (она должна была выйти в двух вариантах - в твёрдом и мягком переплётах). Но потом всё резко изменилось. Издательство приостановило выпуск серии, в которой должен был выйти роман «Тень всех живых». Права на издание я уступил на два года, но когда стало понятно, что серия выходить не будет, издатель устно разрешил мне издавать роман там, где я пожелаю и даже прислал мне вёрстку книги. Но так получилось, что книга не издана до сих пор. Я занялся журналистикой, и тема «исторического детектива» меня уже мало интересовала. Эту книгу читали разве что некоторые мои коллеги по лицею и несколько близких мне людей. Кроме того, существует продолжение романа «Тень всех живых» (то самое, которое я написал по просьбе издательства. Называется - «Противоядие»). События этих двух романов разворачиваются с 1917 по 1941 годы. Предполагалось, что будет ещё и третий том, и действие этой пародийно-исторической эпопеи завершится в 1953 году. Но третьего тома уже точно не будет. Однако шесть частей, составляющие два романа, написаны. 1 часть - события накануне Октябрьской революции. 2 часть - Гражданская война, 1919 год. 3 часть - конец НЭПа, 1926 год. 4 часть - коллективизация. 5 часть - лето 1935 года, Ленинград. 6 часть - весна 1941 года (действие происходит на территории только что присоединённой Эстонии). Многое будет опубликовано в «Городской среде».

Автор.

 

ТЕНЬ ВСЕХ ЖИВЫХ

Часть четвёртая

БОГЕМСКИЙ КРЕСТ

19

Итак, что было известно доподлинно? Только одно - убили Дарового. Что же касается убийцы... Учитывая сложившуюся обстановку, убить мог кто угодно. Разве что кроме Чуйкина. Вряд ли он в тюрьме написал анонимное письмо, чтобы навести на ложный след.

У Глеба не было сомнений и в том, что в деле так или иначе замешаны Парфёновы. Но тут скорее на первый план выходил не разум и даже не чувства, а всего лишь предчувствие. Хотя зацепок хватало. Шкатулка с необычным крестом, которую он увидел у них дома. Крест был с четырьмя концами в форме стрел. Главное же - Игнат Парфёнов заходил зачем-то к Меланье как раз накануне того, как записная книжка пропала. Меланья вспомнила. Глеб предпочёл ей верить, так было проще. Всё-таки она ему жизнь спасла. Если не верить тем, кто спасает вам жизнь, то можно далеко зайти. И не зайти даже, а докатиться.

Глеб Рябинин не собирался никуда катиться, а настроен был во всём разобраться. Тем более что теперь его непосредственно вовлекли в эту историю. Раньше он мог выбирать. Теперь же, с подачи анонима, необходимая самозащита требовала от него умной решительности. Требование, безусловно, явно завышенное, но что с того? Глеб привык поступать так, как не надо. Назначать встречу Маше Парфёновой, зная характер её брата, Глебу вряд ли кто посоветовал. Но советчиков рядом было немного, и Глеб на это пошёл, подкараулив Машу у колодца.

Розовощёкая, в пушистом платке и заячьем полушубке, она казалось ещё красивее, чем на самом деле. Но Рябинину было не до того. Он появился из-за высокого забора и произнёс:

- Здравствуйте, это я.

Возможно, к ней ещё никто не обращался на «вы». Особенно у колодца. И если Глеб уедет отсюда - больше не обратится. Но сейчас он находился здесь, поразив её. Этот необычный мужчина, такой непохожий на всех остальных, сам к ней подошёл!

- Маша, мне нужно с вами поговорить, - продолжал Рябинин.

- Да?

- Это очень важно. В селе происходит что-то непонятное. И я боюсь, что ещё будет происходить. Это надо остановить.

Глеб выражался не очень точно. В действительности, не всё, что непонятно, надо останавливать. Наоборот, кое-что стоит поощрять.

Неопознанное расширяет границы действительности. Многие думают, что это происходит благодаря открытиям. Ничего подобного, большинство открытий делают мир более понятным, то есть раскрывают глаза. Но чем шире раскрываешь глаза, тем меньше становится мир. Меньше и доступней. Неизвестность же придаёт всему необходимый объём.

Но в данном случае неизвестность Глебу была не нужна, если не опасна. И он вправе обращаться даже к Маше. Чем она хуже других?

- Хорошо, я согласна, - отозвалась Маша еле слышно. Как она в эту минуту волновалась - словами не передать.

- Я знал, что вы согласитесь, - произнёс двусмысленную фразу Глеб. - Только где мы увидимся? Мне бы не хотелось, чтобы об этом узнал ваш брат.

- Мне бы тоже.

Маша ненадолго задумалась:

- Я, кажется, знаю - где.

И она назвала подходящее место.

- Да вы что?! - чуть было не воскликнул Рябинин. Неужели других свободных мест нет?

Маша предложила встретиться в заброшенной церкви. Она знала, что предлагать. С тех пор, как там не живёт Бог, - место и вправду свободно.

- А в другом месте нельзя? - спросил Глеб.

- Разве у нас в Козловичах есть другая заколоченная церковь?

Вопрос прозвучал как ответ. Нет ничего убедительней.

Глеб явился вторым, что значительно упростило проникновение внутрь церкви, потому что Маша знала, как туда попасть без того, чтобы снова отрывать доски на главном входе. С южной стороны имелась небольшая пристройка с окном, закованным в витую решётку. К приходу Глеба эта решётка была приоткрыта.

- Лезьте сюда, - раздался изнутри голос Маши. - Здесь нас никто не увидит.

«Конечно, - подумал Глеб, с трудом протискиваясь в узкую щель. - мы здесь и друг друга не увидим»

Правда, Глебу было важнее сейчас говорить и слушать.

- Знаете, Маша, что меня подозревали в убийстве дарового, - начал Глеб, когда твёрдо стал на ноги. Самое уместное начало первого свидания.

- Но вы ведь не убивали?

- Не убивал.

- Вот видите.

Ничего он не видел. Разве в такой темноте что-нибудь разглядишь?

- Мне нужна ваша помощь, ваша... э-э--- Маша.

- Хорошо. Чем могу...

- Только учтите, я действую сам по себе.

- И я.

- Я хочу сказать, что если, проводя расследование, я коснусь дел вашего брата, то вовсе не буду обязан сообщать об этом властям.

- Мой брат Дарового не убивал.

- Откуда вы знаете?

- Какая разница?

- Хорошо... Не убивал. Но мне кажется, он имеет отношение к тому, что в убийстве обвинили меня.

- Возможно.

- А зачем ему обвинять невиновного?

- Кажется, я знаю... - По голосу Маши стало понятно, что она колеблется. Надо ли говорить? И всё же это слово прозвучало: - Он думает, что вы мне нравитесь, и это его бесит.

Глеб слегка растерялся. Впрочем, в такой темноте немудрено растеряться.

- Он так думает, - повторил Глеб. - А вы как думаете?

- Так же.

Глеб схватился единственной рукой за голову. Слишком часто в последнее время ему приходилось делать этот жест.

- Простите, я не знал.

- А если бы знали - сюда не пришли?

- Не пришёл, - честно признался Глеб.

- Ну хорошо... О чём вы собирались поговорить?

- Мне важно знать - не он ли написал анонимное письмо? Кроме того, в вашем доме я видел одну шкатулку. На ней ещё крест необычный. Как она к вам попала?

- Отец привёз.

- Привёз? Откуда?

- Он воевал в Поволжье.

Глеб не стал спрашивать - на  чьей стороне.

- Так шкатулка с Поволжья?

- Да.

- Кажется, я понимаю. От поволжских немцев

- Не знаю. Может быть... Шкатулку он подарил моей сестре Саше.

- Не хочу вас огорчать, но знаете, что получается? Пока всё сходится на вашем брате. Анонимку написал он. Записную книжку украл и подкинул тоже он.

- Какую книжку?

- Да так... Дарового убили католическим крестом. И привёз его, скорее всего, ваш отец... Его уже в живых нет, но ваш брат вполне мог воспользоваться крестом.

- Не мог, - убеждённо ответила Маша.

- Почему?

- Потому что я знаю, что он хранился.

- И где же?

- Здесь.

 

 

Продолжение следует

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий