Фальшь-бросок. XХIII

Тень всех живых(Продолжение. Начало в № 397-417). «Явился? - Ланской /Ленский/ не слишком приветливо встретил Рябинина. Но другого  ожидать не приходилось. - Что надо?» - «Отныне я буду здесь жить». - « Заходи». Любопытный получался разговор. Рябинин, разумеется, жить здесь не собирался. Но с такими как Ланской иначе поступать нельзя. Надо идти напролом. Квартира впечатляла своей роскошью. Дорогая мебель, множество книг в кожаных переплетах. На стене висел портрет Ланского. На коне в гусарской позе.

В №№ 298- 323 публиковалась первая часть книги «Тень всех живых» (она называлась «Царская слобода»). С № 324 по 343 номер мы публиковали продолжение: «На левом боку», а в  №№ 344-371 третья часть «Линия разрыва». С № №372 по № 396 публиковалась четвёртая часть - «Богемский крест». С № 397 началась публикация пятой части - «Фальшь-бросок». Действие происходит в 1935 году. «Тень всех живых», все её части, были написаны очень давно. Тогда я ещё преподавал историю и журналистикой не занимался. На гонорар от этой книги, полученной в одном московском издательстве, я купил свой первый компьютер, сканер и принтер. И продолжение, по просьбе издателей, писал уже не на печатной машинке, а на компьютере. Всё складывалось как нельзя лучше. Мне в издательстве показали обложку книги (она должна была выйти в двух вариантах - в твёрдом и мягком переплётах). Но потом всё резко изменилось. Издательство приостановило выпуск серии, в которой должен был выйти роман «Тень всех живых». Права на издание я уступил на два года, но когда стало понятно, что серия выходить не будет, издатель устно разрешил мне издавать роман там, где я пожелаю и даже прислал мне вёрстку книги. Но так получилось, что книга не издана до сих пор. Я занялся журналистикой, и тема «исторического детектива» меня уже мало интересовала. Эту книгу читали разве что некоторые мои коллеги по лицею и несколько близких мне людей. Кроме того, существует продолжение романа «Тень всех живых» (то самое, которое я написал по просьбе издательства. Называется - «Противоядие»). События этих двух романов разворачиваются с 1917 по 1941 годы. Предполагалось, что будет ещё и третий том, и действие этой пародийно-исторической эпопеи завершится в 1953 году. Но третьего тома уже точно не будет. Однако шесть частей, составляющие два романа, написаны. 1 часть - события накануне Октябрьской революции. 2 часть - Гражданская война, 1919 год. 3 часть - конец НЭПа, 1926 год. 4 часть - коллективизация. 5 часть - лето 1935 года, Ленинград. 6 часть - весна 1941 года (действие происходит на территории только что присоединённой Эстонии). Многое будет опубликовано в «Городской среде».

Автор.

 

ТЕНЬ ВСЕХ ЖИВЫХ

Часть пятая

ФАЛЬШЬ-БРОСОК

                                                                          

23

 

       - Явился? - Ланской /Ленский/ не слишком приветливо встретил Рябинина. Но другого  ожидать не приходилось. - Что надо?

       - Отныне я буду здесь жить.

       - Заходи.

       Любопытный получался разговор. Рябинин, разумеется, жить здесь не собирался. Но с такими как Ланской иначе поступать нельзя. Надо идти напролом.

         Квартира впечатляла своей роскошью. Дорогая мебель, множество книг в кожаных переплетах. На стене висел портрет Ланского. На коне в гусарской позе.

         Глеб, не спрашивая разрешения, прошел в большую комнату и уселся в глубокое кресло. Ступать грязными башмаками по персидскому ковру было необычайно приятно.

        - Вне всякого сомнения, я буду здесь жить, - еще раз произнес Рябинин и победоносно оглянулся.

        - Что случилось? - пробормотал растерянный Ланской.

        - Из центра пришел приказ.

        - Какой приказ?

        - Ознакомьтесь.

        Рябинин вытащил из кармана сложенный вчетверо лист бумаги, который собственноручно напечатал сегодня в редакции. Это был грозный приказ об очистке совести.

        - Как видите, товарищ Ланской, руководство требует от вас очистить совесть, а мне поручено вам помочь в столь ответственном мероприятии.

        Рябинин, конечно же, рисковал, когда печатал приказ, тем более что он был без печати. Но иного выхода не было.

        В приказе говорилось, что совесть необходимо очистить до 8 июля 1935 года.

        - Здесь не указано - по юлианскому или по григорианскому календарю, - озабоченно произнес Ланской.

        - Разумеется. Вы же опытный человек и должны понимать, что секретные сведения  могут доводиться лишь в устной форме. Календарь григорианский.

         Последние слова Рябинин произнес, перейдя на шепот. Для пущей таинственности он оглянулся и неожиданно обнаружил, что в дверях кто-то стоит.

 

        В комнате был полумрак. Плотные шторы опущены, и горел лишь тусклый светильник. Так что таинственная фигура плохо вырисовывалась. Глеб невольно полез в

карман, как будто там находилось оружие. Но в кармане не было даже циркуля, с которым он однажды шел на вооруженных  людей.

       - Кто с тобой, Федор? - раздался женский голос.

       И тут же зажглась люстра. Глеб, к этому времени успевший  вскочить с кресла, увидел перед собой пожилую женщину с подносом в руках.

        - Здравствуйте. - Рябинин даже слегка поклонился.

        - Кто вы и что тут делаете?

        - Я?!

        Было большое искушение ответить, что отныне он будет здесь жить. Но в последнюю секунду Глеб передумал. Старушка могла оказаться в здравом уме.

        - Да, кто вы?

        - Как бы вам это сказать?..  Я, в некотором смысле, сотрудничаю с товарищем Ланским.

        - Значит, вы тоже сумасшедший, - вздохнула старушка.

        - Почему вы так решили?

        - Вы же сами сказали, что сотрудничаете с Федором.

        - Я в другом смысле.

 

        В это время  Ланской неслышно подошел к старушке, молча взял с подноса чашку и в один присест выпил ее содержимое. После чего лег на диван и закрыл глаза.

        - С ним все в порядке? - спросил Глеб.

        - Не беспокойтесь.... Вы можете идти.

        - Куда?

        - Куда угодно.

        - Спасибо. Но прежде я хотел с вами поговорить. - Глеб посмотрел в сторону дивана и  еще раз спросил: - С ним действительно все в порядке?

        - Часа два ему будет очень хорошо. Лучше, чем нам. Он будет спать.

        - Замечательно. Двух часов нам хватит.

        - Хватит для чего?

        - У меня к вам серьезный разговор.... Меня зовут Глеб Рябинин, и я хочу помочь одному человеку.

        - А меня зовут Ульяна Петровна, и я хочу, чтобы вы ушли.

        Не простая  попалась старушка.

        - Подождите. Вы кем приходитесь товарищу Ланскому?

        - Я домработница. Документы у меня в исправности.

        - Не сомневаюсь.  И все-таки прошу меня выслушать. Если вас не волнует судьба незнакомых вам людей,  то знайте - Федор Николаевич Ланской наделал в последнее время  столько дел, что повредить ему вы уже не сможете. А вот помочь...

        Ульяна Петровна все поняла и направилась на кухню. Рябинин двинулся следом.

Им было о чем поговорить.

 

        Кое-что Глеб уже знал, кое о чем догадывался. Но многое услышал впервые.

        Странное поведение Ланского стало бросаться в глаза в середине двадцатых. Раньше это был здравомыслящий человек.  «Умница», - как выразилась Ульяна Петровна. Но затем его «словно подменили».

        Собственно, весь рассказ домработницы как раз и сводился к этой фразе: «словно подменили».

        - Но ведь не может быть, чтобы ни с того, ни с сего...

        - Не может. В это время с ним случились какие-то неприятности. Он мне ничего не говорил, но это и без слов было понятно.

        - А кем он тогда работал?

        - Разве вы не знаете?

        - Знаю, но хотелось бы уточнить...

        - Он гравер.

        - Правильно. Но слышали ли вы, что Федор Николаевич имеет при себе фальшивые документы и использует их в преступных целях?

        - Как же так?

        - А вот так. Но это еще не все. Несколько дней назад он на Дворцовой набережной набросился с ножом на одного человека.

        Ульяна Петровна громко завздыхала. Потом произнесла загадочную фразу:

         - Это все он.

         - Он? Федор Николаевич?

         - Да нет же. Тот мужик, который приходил сюда несколько раз. Федор к тому времени уже в больнице несколько раз лежал. Ему стало лучше. И вот по весне является  тот мужик. После этого Федор стал куда-то надолго уходить. Лекарства перестал пить и вообще - тяжело мне с ним стало.

        - Не только вам, уважаемая Ульяна Петровна, - ответил Рябинин проникновенно. - Не только вам.

 

 

 

Продолжение следует

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий