Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
32 33 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Противоядие. Х

Тень всех живых(Продолжение. Начало в №№ 441-449).      Первая часть романа «Рассвет над Родиной» вышла в солидном ленинградском журнале. Критики не скрывали своих чувств. Безусловно, эта была лучшая вещь Ключевой. «Люди у вас, Наталья Павловна - как живые», - восторгался литературовед Багровский. - «Не буду скрывать, они и есть живые. Я с ними не раз общалась. Вот у меня и фотокарточки их имеются...».

В №№ 298- 323 публиковалась первая часть книги «Тень всех живых» (она называлась «Царская слобода»). С № 324 по 343 номер мы публиковали продолжение: «На левом боку», а в  №№ 344-371 третья часть «Линия разрыва». С № №372 по № 396 публиковалась четвёртая часть - «Богемский крест». С № 397 по № 440 публиковалась пятая часть - «Фальшь-бросок». Действие происходило в 1935 году. «Тень всех живых», все её части, были написаны очень давно. Тогда я ещё преподавал историю и журналистикой не занимался. На гонорар от этой книги, полученной в одном московском издательстве, я купил свой первый компьютер, сканер и принтер. И продолжение, по просьбе издателей, писал уже не на печатной машинке, а на компьютере. Всё складывалось как нельзя лучше. Мне в издательстве показали обложку книги (она должна была выйти в двух вариантах - в твёрдом и мягком переплётах). Но потом всё резко изменилось. Издательство приостановило выпуск серии, в которой должен был выйти роман «Тень всех живых». Права на издание я уступил на два года, но когда стало понятно, что серия выходить не будет, издатель устно разрешил мне издавать роман там, где я пожелаю и даже прислал мне вёрстку книги. Но так получилось, что книга не издана до сих пор. Я занялся журналистикой, и тема «исторического детектива» меня уже мало интересовала. Эту книгу читали разве что некоторые мои коллеги по лицею и несколько близких мне людей. Кроме того, существует продолжение романа «Тень всех живых» (то самое, которое я написал по просьбе издательства. Называется - «Противоядие»). События этих двух романов разворачиваются с 1917 по 1941 годы. Предполагалось, что будет ещё и третий том, и действие этой пародийно-исторической эпопеи завершится в 1953 году. Но третьего тома уже точно не будет. Однако шесть частей, составляющие два романа, написаны. 1 часть - события накануне Октябрьской революции. 2 часть - Гражданская война, 1919 год. 3 часть - конец НЭПа, 1926 год. 4 часть - коллективизация. 5 часть - лето 1935 года, Ленинград. 6 часть - весна 1941 года (действие происходит на территории только что присоединённой Эстонии). Многое будет опубликовано в «Городской среде».

Автор.

 

ТЕНЬ ВСЕХ ЖИВЫХ

Часть шестая

                                                      

                                                          ПРОТИВОЯДИЕ

                                                           /весна 1941 года/

                                                                

 

                                                                   10

 

      Первая часть романа «Рассвет над Родиной» вышла в солидном ленинградском журнале. Критики не скрывали своих чувств. Безусловно, эта была лучшая вещь Ключевой.

      - Люди у вас, Наталья Павловна - как живые, - восторгался литературовед Багровский.

      - Не буду скрывать, они и есть живые. Я с ними не раз общалась. Вот у меня и фотокарточки их имеются...

      Ошибалась Наталья. Не все они к моменту разговора с Багровским были живы. И это обстоятельство круто изменит жизнь и творчество популярного автора.

      Но пока об этом было еще неизвестно - Наталья Павловна Ключевая пребывала в великолепном настроении. Принимала поздравления. Не без удовольствия ловила завистливые взгляды. Ходила с мужем в рестораны. На два дня съездила в Москву - встречалась там со своими читателями.

      Ей казалось, что план удался, и  неудача с повестью о разведчиках позабыта всеми. Каждый творческий человек имеет право на ошибку. Но теперь, когда она вышла из творческого кризиса и вернулась в свою стихию - с ошибками покончено.

 

      Любящий муж профессионально оценил причину ее успеха:

      - Некоторые современные писатели гнушаются читать передовицы газет, экспериментируют, не понимая того, что всеми экспериментами у нас руководит партия. А где же об этом прочитаешь, как не в передовицах?

      Действительно, с определенного времени Наталья особенно тщательно читала газеты, старясь уловить веяния времени. Не боясь косых взглядов особо эстетствующей публики -перемежала свой текст особенно яркими цитатами из Сталина и Калинина. И, похоже, ее смелость не прошла даром.

 

      Фразу об экспериментах муж Натальи произнес в присутствии своих коллег. Когда же  остался с женой один на один, то добавил:

      - Про передовицы - это, конечно, правильно. Но есть в твоих книгах и кое-что еще.

      - Я надеюсь.

      - Только не обижайся.

      - Что такое? - Наталья насторожилась. - Что ты хочешь этим сказать?

      Наум Розенфельд заерзал. Потом все-таки набрался смелости и тихо произнес:

      - Ты не боишься быть смешной.

      - Как это?

      - Только правильно пойми. Я искренне считаю, что это твоя сильная сторона.

      - Я не собиралась никого смешить. Мои книги совершенно серьезны.

      - Я знаю. Но в них есть.... Как бы сказать.... Та детская непосредственность, что ли, с которой ты воспринимаешь действительность. Ты не подделываешься под высоколобых читателей. Им ты все равно не угодишь. Могу сказать, что тебя читают простые люди. И они воспринимают твои книги всерьез.

      - Но ты то у нас не прост. И тебе смешно.

      Наталье не удалось скрыть свою обиду. Похоже, в семье назревала серьезная ссора.

 

      Переварив услышанное, Наталья Ключевая перешла в наступление:

      - Да ты просто пьян.

 

      Наум действительно немного выпил. Все-таки, разговор проходил после возвращения из гостей. Но дело было не в этом. Он просто осмелился произнести то, что давно его раздражало.

      Вначале он восхищался Натальей, потому что ее дилетантский напор рушил все представления о хорошей литературе. В этом была какая-то первобытность. Человек, не умеющий сочинять и шарахающий от одного штампа к другому, ломится вперед, расталкивая вполне мастеровитых писателей.  Ее неприкрытая неумелость поражала. Это был вызов привычному для всех вкусу. И что характерно, если некоторые ее коллеги намеренно сочиняли наивные тексты, то Наталья делала это неосознанно. И значит, ее сочинения  имели куда большую ценность, чем примитивные подделки. Это были подлинники, от которых на некоторых находила  оторопь. Но большинство читателей  преспокойно реагировали на книги о колхозной действительности.

 

      Наум Розенфельд действительно приложил руку к тому, чтобы на Ключевую обратили внимание. Но этим не злоупотреблял. Так  лишь, слегка подтолкнул...

      Ему доставляло удовольствие, что, мягко говоря - несовершенные вещи, написанные рукою ее возлюбленной, были  встречены положительно. В этом был скрытый юмор, в котором Наум знал толк. Чем больше люди хвалили книги Ключевой, тем ниже они становились в глазах Наума Розенфельда.

 

      Впервые Наума обидело то, что стали распространяться слухи, будто бы за Наталью пишет он сам. Это было уже слишком.

      В конце концов, он решил, что это просто недоразумение.  И по-прежнему помогал Наталье, ставшей к тому времени его женой. Она была удивительна. А занятия литературой превращали ее в настоящую красавицу. В том смысле, что среди обычных женщин она не слишком-то выделялась. Но среди женщин, занимающихся литературой, безусловно, была красавицей.

      И вот, через несколько лет у Наума вырвалось то, что он никогда вслух не произносил. Выпитое вино, вряд ли, сыграло здесь свою роль. Он сознательно проговорился. Ради блага Натальи, разумеется.

 

     Особенно обидели Наталью слова о детской непосредственности. Как он мог.... И очевидно же, что говорил то, что думал. Самый близкий человек. Соратник. Проходимец...

      Спустя несколько дней, когда все, вроде бы, успокоилось  - случилось непредвиденное. Вторая часть ее «Рассвета над Родиной» в журнале не вышла.

      Она немедленно позвонила в редакцию. Имея печальный опыт, спросила без надрыва:

      - В чем дело?

      - Это не телефонный разговор, - ответили на том конце провода.

      Отправилась пешком в редакцию, благо она находилась в двух кварталах. И была огорошена  известием, что книга запрещена.

      - Этого не может быть.

      - Мы тоже так думали, - вздохнула тихая женщина, отвечающая за публикацию.

      - Почему запретили? В книге нет ни одного немца.

      - Да. Но там есть русские.

 

      Спорить с этим было совершенно бессмысленно. Русских в книге было полно. Был ли это единственный недостаток?  Теперь она была не уверена.

      В ближайшее время Наталью Ключевую ждало еще несколько неприятных открытий.          

 

 

Продолжение следует  

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий