«Мы пакостили им, а они не могли напакостить нам»

Владимир Фейертаг23 января в псковский блюз-клуб «Винил» приехал знаменитый джазовый просветитель Владимир Фейертаг. По его словам, желание появиться в Пскове у него было такое сильное, что он готов был идти сюда  из Петербурга пешком.

Автора первой российской джазовой энциклопедии очень заинтересовал ансамбль Аркадия Галковского, с которым он познакомился на фестивале в Выборге.

- Я никогда не думал, что в Пскове будет джаз, - с удивлением рассказывал Владимир Фейертаг. - Я считал, что джаз, как и в Америке, будет только в городах-миллионерах, где много народу, где можно сделать джаз-клубы и рассчитывать, что туда кто-то придет. Как может существовать джаз в маленьком городе, где круг интеллигентных людей не велик? И вдруг на фестивале в Выборге появляется ансамбль из города Пскова. У меня челюсть отпала. Я знаю многих музыкантов из Пскова, но это все «беглые люди», которые покинули Псков. Они были в Петербурге, они есть в Москве, они есть в Израиле. И вдруг появился живой оркестр из Пскова. Я подошел к Аркадию Галковскому и спросил: «А в Пскове вы джаз играете?» «Да», - ответил он.

Видимо, чтобы лично в этом убедиться, Владимир Борисович Фейертаг и появился в нашем городе. Приехал он не один, а с документальным фильмом «Город. Осень. Ритм». Этот фильм, консультантом которого он был, сняли в ноябре 1975 года. В нем нет ни одного советского музыканта, которому было разрешено играть джаз. И, тем не менее, они его играли и даже попали на пленку.

Съемки проходили несколько дней подряд на «Зимнем стадионе» в Ленинграде. Об этих уникальных съемках Владимир Фейертаг с удовольствием рассказал:

- Режиссер не верил, что мы соберем публику. Но на каждом концерте был полный стадион – 2000 человек. За билеты брать деньги было нельзя – «незаконные артисты» выступают. Но так как снимал «Ленфильм», часть мест была отдана приглашенным статистам. Им платили три рубля в день. Люди получали три рубля в день, чтобы слушать джаз! Они стояли и свинговали – в то время, когда трио Ганелина играло фри-джаз… В фильм статисты так и не попали, потому что когда я посмотрел рабочую версию этого фильма, то сказал: не надо показывать этот позор. Они стоят и свингуют не под ту музыку.

Зато в фильм попали молодые Леонид Чижик, Алексей Кузнецов, Георгий Гаранян… Все они имели официальный статус, однако это не означало, что они могут играть на концертах. Леонид Чижик работал в дуэте с Еленой Камбуровой, Алексей Кузнецов выступал в оркестре Силантьева… Официально он могли играть все что угодно, только не джаз. Даже у «Мелодии»  Георгия Гараняна не имелось разрешения давать концерты. Ансамбль «Мелодия» записывал пластинки, ездил  на гастроли за рубеж, но в СССР «вживую» его слушать никто не мог. Исключение – фильм «Город. Осень. Ритм» - потому что это был как бы не концерт, а кино. Впрочем, на экраны фильм так и не вышел. Никто не знал – где его показывать.

Владимир Фейертаг, обращаясь к посетителям «Винила», сказал:

- Смотрите, какой профессиональный ансамбль в Пскове. Вы найдите такой в других областных центрах… Псков может гордиться ими, и еще он может годиться тем, что есть место, в котором джазмены могут играть. А то, что вы в меньшинстве – так это и хорошо. Потому что всегда большинство право. Это Ницше сказал. А мы всегда жили в стране, где считалось, что большинству это не надо. Как говорит мой знакомый режиссер: «Я всегда найду тридцать идиотов, которые придут на мою идиотскую пьесу».

Позднее Владимир Фейертаг ответит на множество моих вопросов. Но прежде он сам себе задал главный вопрос, который ему всегда задают: «Когда легче было – тогда или теперь?»

- Ответить на него трудно, - ответил Владимир Фейертаг себе и другим. - Конечно, симпатии на стороне новых времен. Гласность, возможность выезда за рубеж…. Но в то время власть удавалось обмануть, и это было наше счастье. Как нам нравилось, что мы исполняем Эллингтона – после того, как мы доказали, что он прогрессивный страдающий негр и его музыку играть можно. Что мы только не делали…. Пластинки выходили не с теми названиями. Мы писали о каких-то поляках, которых нет, потому что поляки – социалистические. Есть целые пластики с дурацкими названиями. Можно ли было написать название пьесы «Американский патруль»? Нет. Поэтому на пластинке было написано: «Дозорный». У Гольдштейна была тема, которая называлась «На задворках». На пластинке ее спешно заменили на «На завалинке». Редактор встал и сказал: «Какие задворки могут быть при развитом социализме?» В то время были такие мелкие радости. Мы пакостили им, а они не могли напакостить нам. Сегодня этого нет. Сегодня вы должны договариваться – где достать средства, и тогда все пройдет. А где сегодня достать средства? То, что сегодня государство на культуру нам ничего не дает – это мы прекрасно знаем…

Тем не менее, в России продолжают устраивать музыкальные фестивали, в том числе и джазовые. Об одном из таких фестивалей Владимир Фейертаг тоже рассказал. Организаторы предложили ему составить джазовую викторину для тех, кто хотел попасть в VIP-зону. Викторина была подготовлена. Но возникла неожиданная заминка. Устроители джазового фестиваля сами не смогли ответить на некоторые вопросы. Вот один из вопросов, который вызвал у них затруднение:  С кем любила петь дуэтом Элла Фицджеральд? Надо выбрать одну из трех фамилий: Иосиф Кобзон, Хулио Иглесиас или Луи Армстронг.

Интервью с Владимиром Фейертагом читайте в следующем номере

 Фото: pravdapskov.ru

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий