Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 2021 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Церемония надругательства

 

Церемония надругательстваПрошло больше десяти лет, но такие вещи не забываются. Скорее, к ним неизбежно возвращаешься - по разным поводам.

 

В тот момент, когда информационные агентства сообщили, что в Пскове на Мироносицком кладбище накануне 9 мая 2009 года произошёл погром (пострадало 15 надгробий и крестов), всё было понятно. Преступники задержаны на месте преступления. Уйти от ответственности им не удастся. Даже несмотря на то, что это оказались не какие-то подростки или маргиналы. Всё было так очевидно...

В июне того же года стало понятно, что дело разваливается. Потерпевших пытаются запугать или подкупить. Некоторые уже забрали заявления. В частных беседах «не под диктофон» знающие люди называли громкие фамилии заинтересованных лиц из городской администрации, банковской системы и УВД. Стало понятно, что надругательство произошло не только над могилами.

Это было надругательство над законом. Про мораль и говорить нечего.

В итоге больше года я посещал судебные заседания. И в итоге получился такой антидетектив, когда все участники процесса прекрасно знают, что произошло. Нет сомнений, кто преступник, а кто потерпевший. Знают с самого начала.

И всё же это знание не помогает, а только мешает. Оказывается, многие вещи нельзя произносить вслух. Чуть что - тень падает на очередного большого начальника. У одного есть погоны, у другого нет, но у всех есть какие-то интересы. И их затронуть никак нельзя («вы же понимаете»).

Были моменты, когда из свидетелей и потерпевших пытались сделать обвиняемых, а преступники переходили в наступление, бравировали, веселились, глумились.

Когда заранее знаешь, что серьёзного наказания не будет (разве что штраф грозит), то суд может превратиться для подсудимого в место развлечения.

Но одна вещь обвиняемого явно нервировала. Развлечение ему портили немногочисленные журналисты. Они фотографировали. Они писали и публиковали статьи. Некоторые из них собраны здесь.

Автор.

1.

ЦЕРЕМОНИЯ НАДРУГАТЕЛЬСТВА
(«Городская среда», 2009 г.)

Весна 2009 года для  следователя ОВД по Псковскому району Дениса Ф. оказалась тревожной.Вандал

С 1  апреля 2009 следователь находился на больничном из-за повреждения ступни (по его словам, он получил бытовую травму). Лечение бытовой травмы затянулось. Вечером 8 мая, когда следователь был еще на больничном, ему позвонил Алексей К., до 2 марта 2009 года работавший советником по правовым вопросам вице-губернатора Псковской области Алексея С.

Далее показания свидетелей и подозреваемого расходятся. Алексей К. (к моменту задержания он перестал быть советником вице-губернатора и устроился на должность начальника юридического отдела одного из государственных предприятий) и Денис Ф. утверждают, что они просто шли через кладбище и присели на скамейку отдохнуть. И как назло на ту самую скамейку, вокруг которой кто-то только что осквернил пятнадцать могил... Не везёт так не везёт.

Из показаний Дениса Ф. следует, что если кто и пострадал в этой истории, так это он сам. Свидетель М., вызвавший милицию, будто бы, в присутствии милиционеров группы задержания, набросился на него с криком: «Это он громил могилы! Похож на фашиста, только каски не хватает!». После чего ударил по лицу, повалив следователя на землю.

Свидетель М, вызвавший милицию, со слов Дениса Ф. вообще предстаёт человеком, связанным с криминалом. М. будто бы заявил на кладбище: «Хорошо было бы позвонить бандитам, чтобы они с вами расправились».

Но бандитам, почему-то, не позвонили и с борцом с преступностью не расправились.

Впрочем, показания Дениса Ф. и Алексея К. (они оба закончили Псковский филиал академии управления и права и с тех пор дружат) не подтверждаются другими участниками или свидетелями задержания. Никто никого не бил, следов от удара нет... Зато есть следы от земли на одежде Дениса Ф.

Откуда появилась земля на одежде следователя?

Если бы Мироносицкое кладбище находилось на территории Псковского района, и если бы следователя Ф. не задержали прямо на месте, то преступление, наверное, поручили бы раскрывать как раз Денису Ф. Чем бы расследование закончилось - очевидно.

Но случилось иначе. Вечер был светлый, вокруг кладбища, находящегося в центре города, стоят дома, а в домах живут люди...

В 21.25  накануне Дня Победы свидетель М. находился в метрах сорока-пятидесяти от кладбищенской ограды, возле своего гаража.

В это время из-за ограды донеслись мужские крики и смех. К этому добавился  «громкий треск сухого дерева», на который вначале обратила жена М., а потом и он сам.

Заглянув за высокую ограду, М. увидел «молодого человека плотного телосложения, лицо круглое, славянской национальности, волосы коротко стриженные, русые...» На нём были чёрная куртка, чёрная рубашка, чёрные брюки, чёрные ботинки... Рядом сидел ещё один человек (тоже весь в чёрном). Он держал в руках пластиковый стаканчик и смеялся над тем, как человек, в котором потом опознают Дениса Ф., выдергивал могильный крест.

В описании свидетеля М. это выглядело так: «... подошёл к одной из могил с деревянным крестом, после чего ухватился двумя руками за верхнюю поперечную часть креста, стоящего на могиле, и с силой вытащил его из земли, потянув на себя, после чего размахнулся и нанёс несколько ударов крестом по металлической награде, в результате чего деревянный крест сломался и разлетелся в разные стороны».

М., не привлекая внимания, отошёл от ограды. Его жена в 21.40 позвонила в милицию по телефону 44-00-67. Ей сообщили, что вышлют наряд милиции.

Сообщили, но не выслали.

Завеличенский отдел милиции находится в пяти-семи минутах ходьбы, но желающих пресечь разгром кладбища там не нашлось.

Тем временем, вандализм на кладбище продолжался. Позднее в протоколе будет написано, что вандалы выкрикивали «слова на немецком языке». Как утверждают свидетели, это были совсем не слова «Дружба-Freundschaft». Есть основания считать, что накануне дня победы над кладбищем, где похоронены тысячи жертв фашистов, раздавалось победное Heil Hitler! Но в  протокол эти многозначительные слова не занесли.

Время шло, а милиция не приезжала. Одна могила осквернялась за другой. Деревянные кресты вырывались и издевательски вставлялись в землю обратной стороной. Вандал действовал уверенно, как будто всю жизнь этим занимался. М., вторично подойдя к ограде, увидел, как Денис Ф. вывернул гранитную плиту.

Через полчаса милицию стали вызвать снова.

Патрульный ВАЗ-2109 появился через пять минут. Это была машина вневедомственной охраны (ОВО).

О том, что вандалы оскверняют могилы, милиционеры ОВО при УВД первый раз услышали по рации еще в 21.40-21.50. Из сказанного по рации было понятно, что на кладбище отправляется группа патрульно-постовой службы (ППС). Но как выяснилось через сорок-пятьдесят минут, группа ППС до кладбища так и не доехала. С момента совершения преступления прошло уже почти два месяца, а она не доехала до сих пор.

Задержание осуществляли милиционеры вневедомственной охраны. В первую очередь - Алексей Н.

Два человека в чёрном находились возле скамейки, на которой стояли пластиковые стаканчики и тарелки... Вокруг были разбросаны венки, кресты, опрокинуты памятники... При задержании Денис Ф. сказал: «Я свой» и предъявил удостоверение следователя.

Это очень важные слова. «Я - свой».

Как показали дальнейшие события, своим он оказался для многих влиятельных псковичей. К счастью, Алексей Н. за своего его не признал. И после того, как подошедший М. опознал следователя и начальника юридического отдела, обоих подозреваемых в наручниках усадили в машину.

Чуть позднее на место происшествия прибыли начальник ОВО при УВД по г. Пскову и другие начальники. Следственно-оперативная группа провела осмотр места происшествия...

Это важный эпизод, который, во многом, может оказаться определяющим.

Позднее оба задержанных заявят, что всего лишь прогуливались по кладбищу. У Дениса Ф. больная нога, и тому пришлось присесть - отдохнуть. И сидели они минут так двадцать. Ничего не пили и не ели.

Два литра пива Алексей К., по его словам, выпил в одиночку за пределами кладбища ещё до встречи с Денисом Ф. Стаканчики и прочий мусор мешали друзьям-юристам сесть на скамейку, и они смахнули их руками. Таким образом, на стаканчиках могли оказаться отпечатки их пальцев.

По словам очевидцев, в том числе и милиционеров группы задержания, пьяным выглядел не только бывший советник вице-губернатора, но и следователь. Дениса Ф отправили на освидетельствование, но он от него отказался. И теперь вряд ли кто-нибудь докажет, что он был пьян.

Осталось только доказать, что он всего лишь случайный прохожий, а у свидетеля М. - плохое зрение.

По словам задержанных, они видели оскверненные могилы и собирались сообщить в милицию. Но сделать это немедленно, не выходя из пределов Мироносицкого кладбища, они не решились (постеснялись?). Возможно, не посмели потревожить своими мужественными голосами покой мёртвых. И вместо этого предпочли присесть на скамейку, о чём-то тихо пошептаться или о чём-то помолчать (почтить память?)... 

Их высокие мысли прервало появление группы задержания.

Мы не знаем, о чем думали, сидя возле осквернённых могил, Алексей К и Денис Ф. Но это полбеды. Мы не знаем, о чём думали возле этих же могил милицейские начальники и члены следственно-оперативной группы. Кому-нибудь пришла мысль снять с крестов и памятников все нужные отпечатки?

Подозреваемых отпустили через несколько часов, в четыре утра. При желании, они имели возможность вернуться на кладбище и уничтожить все свои следы. Правда, делать это им было совсем не обязательно.

Алексею К. вообще опасаться нечего. Никто не видел, что он крушил могилы. Бывший советник веё себя как настоящий советник. Человек, похожий на бывшего советника бывшего вице-губернатора, ничего не делал, а всего лишь «громко смеялся», и поэтому попал в свидетели и, тем самым, оказался в одной компании с М., вызвавшим милицию.

Денис Ф, в отличие от своего друга, чувствовал себя не столь уверено. Он числился подозреваемым. Но и у него нашлись аргументы в свою пользу.

Проще всего, разумеется, это дело было замять. Сотрудники милиции имеют большой опыт практики закрытия дел «по своим». Или не возбуждения дел.

Но здесь обнаружились неожиданные препятствия. Свидетели оказались неуступчивы. Несмотря на то, что без давления не обошлось.

К тому же, к свидетелям присоединились пострадавшие - родственники* тех, чьи могилы были повреждены.

Но и заступники были настроены решительно. Связи - дружеские и родственные - у них обширные. Почему бы не привлечь в помощники банкиров, сотрудников военкомата, юристов?

Оказывать давление можно по-разному. Кто-то из неуступчивых свидетелей или пострадавших учится, кто-то - работает. А что, если вызвать сына одного из пострадавших в военкомат? И лучше всего сделать это в день сдачи ЕГЭ, причём повестку домой принести в десять вечера накануне экзамена и пригрозить штрафом за неявку. А что, если... Вариантов много - долго перечислять.

Неуязвимых людей нет.  К каждому можно найти свой подход.

Дениса Ф. обвиняют в совершении преступления, предусмотренного статьей 244.1 УК РФ (надругательство над телами умерших либо уничтожение, повреждение или осквернение мест захоронения, надмогильных сооружений или кладбищенских зданий, предназначенных для церемоний в связи с погребением умерших или их поминовением).

Дело вышло громким. И чем же это все может закончиться? Почти ничем.

Столь серьёзное дело городская прокуратура направила в мировой суд. Осквернителю могил в погонах грозит штраф (до сорока тысяч рублей), или обязательные работы до ста восьмидесяти часов. В худшем случае, он отделается исправительными работами на срок до одного года.

Но это только в том случае, если докажут его причастность к преступлению. А сделать это будет труднее, чем могло бы быть.

Если бы милиция вовремя отреагировала на вызов... Если бы следственно-оперативная группа сработала более профессионально... Если бы на тех, кто осмелился противостоять «фашистам в погонах», не оказывалось давление...

Правда, Дениса Ф. ни в каком фашизме и не обвиняют. В деле нет слов, что он выкрикивал Heil Hitler! Не обращается внимание и на то, что преступление совершено накануне Дня Победы - в том числе и по отношению к могиле недавно скончавшегося ветерана Великой Отечественной войны Николая Евдокимова, который воевал в партизанской бригаде Германа... Просто день у Дениса Ф. выдался неудачный.

Сходил человек на приём к хирургу, потом поиграл в компьютерные игры... Весь день не выпил и капли спиртного. Решил встретиться с товарищем. Встретился... Тот был пьян, но это Дениса Ф. не смутило и доводить себя до такой же кондиции он не стал (проявил силу воли?). Ничего не предвещало неприятностей.

И вот следователя вместе с другом угораздило идти мимо кладбища. Решили срезать угол... В это время Денис Ф. внезапно почувствовал, что устал. Заболела нога. Пришлось устроиться возле осквернённых могил. Наверное, неприятно было сидеть среди разрухи. Но больная нога не позволила ему быстро встать...

И тут неожиданно нагрянула группа задержания. Из-за стены вылез высокий милиционер и схватил его вместе с другом за воротники... Потом налетел какой-то гражданский, обвинил в фашизме и ударил по лицу... На руках защёлкнулись наручники... Целая цепь невезений.

2.

ЭТО НУЖНО НЕ МЕРТВЫМ - ЭТО НУЖНО ЖИВЫМ!
(«Городская среда», 2009 г.)

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ГУБЕРНАТОРУ ПСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Уважаемый Андрей Анатольевич!

2 июля 2009 года дело в отношении следователя ОВД по Псковскому району Ф., подозреваемого в осквернении могил на Мироносицком кладбище накануне Дня Победы, направлено для рассмотрения в мировой суд.

Кратко напомню хронику событий.

8 мая, в 22.30  экипаж вневедомственной охраны задержал на кладбище двух молодых людей 1980 и 1983 г.р. На могилах были сломаны кресты, разбиты памятники, разбросаны венки. Пострадали пятнадцать могил, в их числе и могила моего отца - инвалида ВОВ 1 группы. Это событие широко освещалось региональными СМИ, и я, впрочем, как и многие жители города и области, шокирована не только действиями задержанных, но и обстоятельствами данного дела.

1. Мне непонятно, почему на первое сообщение в 21.30 о вандализме на территории кладбища милиция не реагировала. Не реагировала она и на другие сообщения на протяжении целого часа! Вневедомственная охрана, напротив, прибыла на место через 5 минут после вызова в 22.30. Учитывая, что события происходили накануне Дня Победы, а на Мироносицком кладбище покоится прах более 40 тысяч советских военнопленных, погибших в фашистских концлагерях и там есть мемориал памяти жертв фашизма, не служит ли данное обстоятельство поводом для отдельного разбирательства?

2. Места работы (или государственной службы?) задержанных молодых людей просто обескураживают. Обвиняется по ч.1 ст.244 УК РФ (надругательство над телами умерших и местами их захоронения) - следователь следственного отдела при ОВД по Псковскому району. Второй задержанный на месте преступления - руководитель юридического отдела Государственного предприятия Псковской области, проходит по делу в качестве свидетеля, т.к. он всего лишь «громко смеялся», наблюдая, как его друг ломает  деревянные кресты и разбивает их о железные оградки. Вас, уважаемый губернатор, не смущает то обстоятельство, что еще зимой этого года вышеупомянутый свидетель-весельчак, по имеющимся сведениям, работал советником по правовым вопросам у одного из вице-губернаторов Псковской области? Меня это, честно говоря, не просто пугает, но и, увы, позволяет догадаться, почему данный гражданин проходит по делу в качестве свидетеля, а не обвиняемого.

3. Почему, вопреки сложившейся в РФ практике по расследованию уголовных дел, представляющих особую общественную опасность (статья 244 УК РФ относится к данной категории), расследование этого уголовного дела не только не было взято под контроль администрацией области, но никто из людей государственных, наделенных властными полномочиями, публично не высказал своего возмущения произошедшим? Руководство УВД области предпочло потихоньку уволить своего сотрудника. Я уже не говорю о том, что и недавно созданная Общественная палата Псковской области, и Совет ветеранов войны и труда, и общественный совет при УВД Псковской области никак не отреагировали на столь резонансное происшествие. Мне не хотелось бы думать, что деньги, связи и влиятельные родственники задержанных,  каким-то образом могли повлиять на это затянувшееся безмолвие.

По сути, осквернение могил накануне святого для всех граждан России праздника - Дня Победы, является ничем иным, как ранней, зачаточной стадией терроризма. В теории терроризма это называется «эффектом эха», когда одна дерзкая акция, оставшись безнаказанной, порождает цепь себе подобных. Это своеобразная реклама экстремизма. Вы, как губернатор Псковской области, надеюсь, это понимаете.

Подводя итог всему вышесказанному, я убеждена, что если ответом на мое письмо будет молчание, то накануне следующего Дня Победы дело этих двух молодых людей в черных кожаных куртках продолжат другие. И тогда из-за кладбищенских оград 8 мая опять будет опять доноситься треск разбиваемых деревянных крестов, хохот и выкрики на немецком языке. Только вот простые граждане уже больше никогда не осмелятся позвонить в милицию. Мне бы этого очень не хотелось.

                                                                                                С уважением, Надежда Ивлева.

                                                                                                             г. Псков, 3 июля 2009 г.

 

Константинов и Фещенко

3.

СКВЕРНАЯ ИСТОРИЯ
(«Городская среда», 2009 г.)


История с осквернением могил на Мироносицком кладбище на прошлой неделе получила свое развитие.

В ответ на открытое письмо Надежды Ивлевой, направленное губернатору Псковской области Андрею Турчаку, откликнулся один из тех, кто был задержан милицией вечером 8 мая на месте преступления. В публикации «Городской среды» «Церемония осквернения» в № 16 этот человек фигурирует как бывший советник по правовым вопросам одного из вице-губернаторов  Алексей К.

Алексей К. решил раскрыть себя, тоже написав открытое письмо Андрею Турчаку и подписавшись полностью: Алексей Константинов. Человек с такими именем и фамилией до 2 марта 2009 года работал советником вице-губернатора Алексея Сапрыкина.


Г-н Константинов (его письмо опубликовано 10 июля на ПЛН и ПАИ) пишет: «Настоящее обращение не преследует каких-либо иных целей, кроме объективного, всестороннего, полного и беспристрастного изучения компетентными лицами и органами сложившейся ситуации». Очень правильные слова. И это хорошо, что один из тех, кто находился в тот вечер на кладбище, решил объясниться публично.


Он имеет на это право по многим причинам, одна из которых в том, что, даже если не принимать во внимание показания свидетелей, сам Алексей Константинов в этой истории выглядит не лучшим образом. 


Что делал этот юрист вечером пьяным на кладбище? Впрочем, о том, что он был пьян, Алексей Константинов в открытом письме губернатору рассказывать не стал. И это тоже его право. Он - заинтересованное лицо, он защищается, и свидетельствовать против себя совсем не обязан.  


Если же свидетели говорят правду, то г-ну Константинову тем более надо делать всё, чтобы выйти из этой грязной истории с наименьшими потерями. Правда, его по-прежнему никто ни в чём и не обвиняет. Он всего лишь свидетель. В худшем случае - свидетель того, как выворачивали на кладбище памятники, выдергивали из земли кресты и выкрикивали что-то «на немецком языке». А он сидел в двух шагах и посмеивался. Разве зритель виноват, что ему показали плохой спектакль?


В лучшем случае, Алексей Константинов просто выпил и сопровождал трезвого, но хромого товарища (следователя Дениса Ф.) и стал свидетелем настоящего заговора. Судя по открытому письму, заговор устроили сотрудники следственного комитета, прокуратуры, вневедомственной охраны и свидетели. Позднее к ним присоединились потерпевшие и СМИ.


Одни в «оскорбительной форме требовали»,  чтобы Алексей Константинов оговорил Ф. и ссылались при этом на указания прокуратуры. Другие его схватили и задержали, а потом давали ложные показания. А один из свидетелей, по словам г-на Константинова, вообще разошёлся настолько, что ударил Дениса Ф. и свалил его с ног, и при этом грозился, что вызовет для расправы бандитов. Этого вполне достаточно для того, чтобы создать образ честного следователя, которого преследуют как раз за его честность.


Можно предположить, что не было бы никаких открытых писем губернатору, если бы милиция вовремя сделала своё дело - приехала по вызову и задержала тех, кто осквернял могилы. И тогда бы не возникало вопросов - где находились Денис Ф. и его друг с 21.30.
А если бы следствие озаботилась проведением сравнительной трасологической экспертизы (о чем справедливо пишет Алексей Константинов), то вопросов стало бы ещё меньше.


Насколько я понимаю, именно на это, в первую очередь, и обращала внимание Надежда Ивлева, когда писала губернатору. Теперь же у преступников (кто бы ими ни являлся) есть много серьёзных оснований избежать наказания.


В результате оперативных и следственных действий вырисовывается план, по которому надо найти так называемую золотую середину. Во-первых, обязательно должно последовать наказание (слишком громкое дело, чтобы оставить его нераскрытым). Во-вторых, так как в подозреваемые угодил следователь ОВД по Псковскому району, наказать его надо по минимуму. Похоже, золотая середина с успехом будет достигнута. Дело направили в мировой суд.


Осталось дождаться вынесения штрафа и забыть неприятную историю.


В мировом суде никаких предварительных слушаний не предвидится (повестка потерпевшим по почте шла больше недели - с 1 по 8 июля, и когда она, наконец, дошла, в мировом суде пояснили: вы поздно спохватились, ваше время ушло). Потерпевшие, благодаря прокуратуре, воспользоваться своим правом не смогут.


Этому можно, конечно, огорчаться. Но, с другой стороны, хорошо, что дело вообще возбудили. Первоначально брать заявления от потерпевших желания не было никакого.


Прочитав письмо Алексея Константинова, можно подумать, что правоохранительная машина безжалостно давит своих же. Однако если пообщаться с теми, кто оказался втянут в это дело, логично сделать совсем другой вывод: у подозреваемого есть влиятельные заступники. Именно по этой причине многие юристы вообще не советуют связываться с «Делом об осквернении». Это слишком опасно. Начнёшь защищать интересы потерпевших - и сам, в конце концов, станешь потерпевшим.


В письме губернатору Алексей Константинов, упоминая свидетеля М., пишет, что «данный свидетель за несколько секунд, на которые по его же показаниям он выглянул на территорию кладбища из-за ограды, толком не смог рассмотреть с расстояния 50-70 метров человека».


По показаниям свидетеля М. это расстояние было 40 метров, а вандала он видел не один раз, а дважды. Перед тем как вызвать милицию в первый раз и когда - во второй. Описал он и внешность человека, который в обоих случаях сидел и смеялся. Судя по описанию, это и есть Алексей Константинов. После вторичного вызова милицию и до задержания прошло минут пять. За это время на кладбище больше никто не появлялся.


Конечно, в жизни бывает всякое. Теоретически можно представить, что во временной промежуток в пять минут (по утверждению милиционера группы захвата - в две-три минуты), прошедшие со времени получения информации, на кладбище появились Денис Ф. и Алексей Константинов, сели на то же самое место, что и неизвестные вандалы. По невероятному стечению обстоятельств, оба друга-юриста оказались примерно такого же возраста и были одеты примерно в такую же одежду.


Допустим, так оно и произошло. Но, судя по показаниям обоих задержанных, к моменту задержания они уже минут пятнадцать-двадцать находились на кладбище среди осквернённых могил и никого при этом не заметили. В этом случае, история приобретает несколько мистический характер. Ещё немного, и всерьёз заговорят о двойниках или призраках.


По утверждению Дениса Ф., гипс с его стопы был снят 21 апреля 2009 года. Алексей Константинов в своем письме утверждает совсем другое. В тексте, датированном 10 июля, Алексей Константинов пишет губернатору, что Денису Ф. «чуть более недели назад был снят гипс».


Разница все же есть.


Допустим, что г-н Константинов ведёт отсчёт не с 10 июля, а с 8 мая. Но и тогда «чуть больше недели» - это семнадцать дней. За семнадцать дней нога могла почти зажить (больничный у следователя заканчивался 15 мая 2009 года).


Из показаний подозреваемого следует, что в тот вечер, 8 мая, он довольно активно передвигался пешком. Доехал до остановки «Маяк» и пошёл в сторону «Радиозавода», где его поджидал Алексей Константинов. На Комсомольской площади друзья, по их словам, провели примерно пятнадцать минут. После чего решили отправиться к остановке «Гидроимпульс». Для человека с больной ногой это серьёзная нагрузка. Зачем им вообще было встречаться так далеко от остановок? Но лёгкий путей Денис Ф., видимо, в тот день не искал и, собравшись домой, вторично выбрал не самую близкую остановку. Не ту, что ближе к «Радиозаводу», а ту, что ближе к Мироносицкому кладбищу.


Невольно подумаешь, что если человек с больной ногой собрался подъехать к «Радиозаводу», то он должен слезть остановкой раньше. Но если его первоначальная цель была - Мироносицкое кладбище, то на «двойке» лучше было доехать как раз до «Маяка».


Денис Ф. по дороге на остановку так хромал, что Алексей Константинов в своих показаниях предположил, что у его друга «перелом одной их костей правой ступни» (на самом деле Денис Ф. лечил левую ступню). Но, возможно, такая ненаблюдательность была связана с алкогольным опьянением Алексея Константинова. Но в этом случае и все его прочие наблюдения надо принимать с поправкой.


Друзей, каким-то образом, занесло на кладбище (они говорят, что «срезали угол»). Подходя к кладбищу, они услышали «шум в виде криков, топота», но «значения не придали».


«Двигаясь по территории кладбища, я обратил внимание, что некоторые могильные сооружения (надгробия) свёрнуты со своих мест, видел сломанные кресты, которые валялись на дорожке...». Такие показания дал Денис Ф.


И что же делает следователь ОВД? Сопоставляет «шум в виде криков» и увиденные оскверненные могилы? Вызывает милицию? Нет, он вместе с другом садится на скамейку как раз в эпицентре осквернения. Этот странный поступок можно, конечно же, оправдать двумя смягчающими обстоятельствами: Константинов был не совсем трезв, а Ф. - не совсем здоров. 


Этот случай должен заинтересовать медиков. И не только хирургов. Можно даже написать работу вроде «Влияние закрытого перелома второй плюсной кости левой стопы на интеллектуальную деятельность». Но нет, это бы граничило с оскорблением. Просто человек, находясь второй месяц на больничном, временно утратил профессиональные навыки.


Вместо того чтобы вызывать милицию, два юриста, по их собственному утверждению, начали зачистку.


Зачищали они скамейку, на которой кто-то оставил бутылку водки, несколько бутылок пива, пластиковые стаканчики и чёрные пакеты. Кое-что удалось сбросить на землю.


Друзья сидели и курили минут пятнадцать-двадцать. Из-за темноты, по словам Дениса Ф., «сломанные надгробия и памятники видны не были» (человек более язвительный сказал бы, что закрытый перелом второй плюсной кости сказался либо на зрении, либо на памяти, потому что страницей раньше в показаниях Дениса Ф. говорится, что он видел могильные сооружения, «свёрнутые со своих мест»).


Однако Денис Ф. всё же про оскверненные могилы окончательно не забыл и «собирался вызвать сотрудников милиции». Для телефонного звонка ему обязательно было надо покинуть территорию Мироносицкого кладбища. Но вызвать милицию следователю вероломно помешали.


«Я не успел этого сделать, - говорит в своих показаниях Денис Ф., - так как был задержан при вышеуказанных обстоятельствах на территории кладбища».


Следует сделать утешительный вывод: если бы Дениса Ф. не задержала милиция, то он бы вызвал её сам.


Но время вспять не повернешь и, как говорит Денис Ф., «меня повезли на освидетельствование в наркологический диспансер, однако я от освидетельствования на предмет алкогольного опьянения отказался, воспользовавшись своим правом».


В своем письме Алексей Константинов склонен проявлять избирательную недоверчивость. Его, например, смущает то, что у свидетеля М. «100-процентное зрение на оба глаза». «Как известно, - пишет он, - штамп в подобной справке можно получить любыми способами, особенно если близкие родственники данного гражданина являются работниками медицины».


Человек, который не с неба свалился и давно живёт в России, спорить с этим не станет. Но именно по этой причине с той же недоверчивостью следует относиться и ко всем остальным справкам (в частности, к освидетельствованию Дениса Ф.). Единственное уточнение: медкомиссию для получения прав свидетель М. проходил до происшествия, а частичное освидетельствование Дениса Ф. произошло после. Степень заинтересованности в определённом результате у них была разная.


Из сказанного снова хочется сделать всё тот же вывод: преступников надо брать с поличным. Особенно, когда обстоятельства благоприятствуют. Кладбище ведь не в лесу находится. Были все возможности задержать преступников в нужный момент и даже зафиксировать осквернение на камеру. Профессионально сделать экспертизу тоже не составляло труда.


В итоге же всё было сделано кое-как. С момента первого звонка в милицию прошло более часа. Спасти положение было можно, но для этого пришлось бы замять дело.


Так как замять дело не удалось, партию стали доводить до конца, невзирая на потери.


Руководство милиции оказалось в сложном положении. В этой истории милиция в любом случае выглядит неприглядно. На месте осквернения могил задержан следователь. Милиция сработала, мягко говоря, не оперативно. И чем бы мировой суд ни закончился, милиция в очередной раз оказалась запятнана.


Но милиционер в любом случае суда избежал. Перед судом предстанет человек, которого уже уволили. За что? Вряд ли за то, что у него был закрытый перелом.


Начальству виднее - за что, не дожидаясь суда, можно уволить перспективного следователя. Существует же теоретическая вероятность того, что он действительно - жертва обстоятельств. И если суд его оправдает, как быть дальше?


Впрочем, начальство о своём сотруднике может знать намного больше, чем сторонние журналисты. Если Денис Ф. в канун Дня Победы действительно выкрикивал нацистские лозунги и громил могилы участников Великой Отечественной войны, то вряд ли его нацистская сущность проявилась впервые. У милицейского начальства есть много способов определить взгляды своих подчинённых. Но лучше делать это вовремя.


Правда, следователя могли уволить на всякий случай. Он оказался не в том месте и не в тот час и попал на страницы газет и информагентств. Как опять же справедливо заметил Алексей Константинов, «вокруг указанного преступления умышленно создаётся общественный резонанс и публичность». Именно они и позволяли надеяться, что суд всё же состоится. Не сообщи об этом СМИ, даже до мирового суда дело могло не дойти.


К сожалению, «общественный резонанс и публичность» оказались недостаточны. И всё же эта самая публичность может, в конце концов, помочь установить истину. Были ли фальсификация и подтасовка, как считает Алексей Константинов. Или Денис Ф. и в правду громил вечером 8 мая могилы под хохот Алексея Константинова. Всё это возможно установить даже сейчас, спустя два с лишним месяца.
Но чем больше знакомишься с этим делом, тем меньше веришь в то, что наказание будет заслуженным.

4.

ТРЕВОЖНАЯ КНОПКА
(«Псковская губерния», 2009 г.)

В Псковском мировом суде 31 августа прошли слушания по делу об осквернении Мироносицкого кладбища.

Псковские журналисты, в большинстве своём, по традиции предпочли игнорировать этот процесс (кроме съемочной группы ГТРК-Псков). То обстоятельство, что подсудимым является в недавнем прошлом - следователь милиции, во многом определяет отношение к происходящему. Лишний раз напоминать о том, что милиция опять отличилась, желающих мало.Фещенко

Ситуация усугубляется тем, что милиция игнорировала звонки свидетелей, когда в канун дня Победы (вечером 8 мая 2009 года) на кладбище из могил вырывались кресты и разрушались памятники. Звонки поступали и по телефону Завеличенского отдела милиции, и на «02». В милиции отвечали, что машина ППС выехала. Однако никто из милиционеров  до кладбища так и не добрался.

В конце концов, одна из свидетельниц по просьбе своего мужа позвонила к себе на работу - в травмпункт городской больницы. Там имеется кнопка вызова вневедомственной охраны. Кнопку нажали, через две минуты охрана приехала и задержала на кладбище следователя Дениса Фещенко и бывшего советника вице-губернатора Псковской области по правовым вопросам Алексея Константинова.

В дальнейшем по поводу действий некоторых милиционеров тоже возникли вопросы. К примеру, в Завеличенском отделе первоначально отказались принимать заявление от потерпевшей Надежды Ивлевой. Предлог был выбран такой: у потерпевшей отсутствует ручка.

На суде прозвучало и много других интересных вещей. Освещать процесс  приехала съёмочная группа Первого канала телевидения. После судебного заседания корреспондент Первого канала сказал, что давно не видел такого интересного заседания суда. Действительно, с точки зрения наблюдателей - это очень интересный процесс. Яркие типажи, броские высказывания...   «Такое ощущение, что диалоги Чехов писал», - сказал московский корреспондент после того, как мы вышли на улицу.

Лучше бы это действительно написал Чехов, и всё было бы выдумано давным-давно. Но это происходит сейчас, в Пскове... И нет никаких оснований считать, что в ближайшее время что-то изменится в лучшую сторону.

Съёмочная группа Первого канала приехала в Псков заранее и половину воскресенья провела на Мироносицком кладбище. Снимали могилы, беседовали с потерпевшими, засняли высказывания настоятеля храма Жен Мироносиц о. Сергия Иванова и о. Павла Адельгейма.

На следующий день интервью давал и сам «главный герой» - подсудимый Денис Фещенко. Виновным себя он не считает и утверждает, что на кладбище оказался случайно.

Более подробно о том, что происходило 30 и 31 августа, можно будет прочесть в следующем номере «Городской среды». Сейчас же коротко надо сказать: показания свидетелей и подсудимого полностью расходятся. Расхождения настолько велики, что временами создаётся впечатление, что речь идёт разных кладбищах, городах и людях... Как будто, даже время суток и время года в момент совершения преступления были разные. Спор, в частности, идёт о том, распустились 8 мая листья на деревьях или нет. Темно было и светло? Трезвые были задержанные или пьяные? Задержанные вели себя вежливо или оскорбляли окружающих? Смех присутствующих на судебном заседании вызвало утверждение Дениса Фещенко, что он, вопреки уверениям основного свидетеля Маркелова, худощавого телосложения. Если придерживаться версии подсудимого, то Дениса Фещенко можно назвать худощавым человеком и, в таком случае, свидетель обознался.

В ходе процесса Денис Фещенко пытался перехватить инициативу, задавал вопросы и чувствовал себя уверенно. Но если говорить по существу, то его ответы были очень путанными и противоречили его же собственным показаниям, которые он давал только что, за минуту до того.

Сторону обвинения представляла прокурор Галина Белик. Её вопросы несколько раз ставили подсудимого в тупик, и помогать Денису Фещенко вызывался его отец Николай Фещенко, находящийся рядом с сыном. Судья Ольга Фишова пригрозила удалить Николая Фещенко из зала.

В итоге были выслушаны показания коменданта кладбища, некоторых свидетелей и потерпевших. Милиционер вневедомственной охраны, задерживавший Фещенко и Константинова, находился в коридоре, но, не дождавшись вызова, ушёл. Не было на суде и Константинова. Таким образом, через три часа после начала заседание, было принято решение продолжить судебный процесс 22 сентября в 10.00.

5.

КЛАДБИЩЕНСКИЕ РАССКАЗЫ
(«Городская среда», 2009 г.)

/.../ В 18.00 31 августа в новостях Первого канала был показан сюжет Александра Евстигнеева об этой скандальной истории, в центре которой оказался милицейский следователь Денис Фещенко. Именно его (вместе с его другом, Алексеем Константиновым) задержали вечером 8 мая 2009 года на кладбище. Позиции сторон, участвующих в процессе, достаточно подробно отражены в новостном сюжете, который можно посмотреть на сайте Первого канала.

Лишь одно существенное обстоятельство не вошло в сюжет: это то, что милиция проигнорировала вызов. Свидетели  позвонили в Завеличенский отдел милиции сразу же, как только услышали и увидели, что происходит на кладбище в канун Дня Победы.

Последующий звонок на «02» тоже закончился безрезультатно. Информация была принята, но наряд, якобы выехавший на место преступления, так и затерялся на «необъятных просторах» города Пскова. И тогда, примерно спустя час после первого звонка, одна из свидетельниц - Инна Маркелова (медсестра трамвпункта) сообщила о происшествии на свою работу. Там нажали на тревожную кнопку. Сигнал немедленно дошёл до вневедомственной охраны, которая приехала через несколько минут и задержала подозреваемых. Всё это прозвучало на судебном заседании.

В свою очередь, подсудимый Денис Фещенко свою вину не признал, и «обвинение считает незаконным». Его защита была построена на якобы имеющихся противоречиях в показаниях главного свидетеля - Николая Маркелова. Маркелов по-прежнему утверждает, что Денис Фещенко был одет в чёрные брюки и расстёгнутую чёрную куртку или пиджак, скорее всего - кожаный.

Денис Фещенко встал и продемонстрировал те самые брюки. Они были на нём и в день суда. «Это джинсы, а не брюки», - торжествующе заявил подсудимый. Впрочем, даже находясь вблизи, нельзя было определить - чем же отличаются эти чёрные джинсы от чёрных брюк. Спор зашёл и о покрое одежды. Чёрная кожаная куртка была на Фещенко или всё-таки чёрный кожаный пиджак? На молнии она была или на пуговицах? «Я что - швея какая-то?» - ответил Николай Маркелов Денису Фещенко. Но Фещенко продолжал задавать вопросы свидетелю, пытаясь поймать его на слове. «Так всё же молния была или пуговицы?»  - «Я что - разведчик? - раздраженно ответил свидетель. - Мне что - нужна была твоя молния? Я смотрел на лицо».

По поводу лица (и телосложения) тоже зашёл разговор. Подозреваемый настаивал на том, что он - «не плотного телосложения». Свидетель придерживался противоположной точки зрения. Судя по оживлённой реакции зала, присутствующие скорее были склонны поддержать свидетеля. Денис Фещенко не производил впечатления худощавого человека.

В отличие от первого заседания, которое проходило 13 августа, на этот раз в зале суда присутствовали не один, а несколько пострадавших. В том числе и пенсионер Пётр Козлов. Он пришёл на могилу своего сына и жены 8 мая примерно в 14.00, то есть за несколько часов до преступления. Могилы были в порядке. Когда же на следующий день его вызвал комендант кладбища, то он увидел вырванный или даже срезанный крест, раньше находившийся на могиле сына. По мнению Петра Казакова, увиденные им разрушения были таковы, что он считает: «Там орудовала целая команда, одному было не справиться».

О том, что там «орудовала команда», косвенно говорит и то, что экспертами на памятнике была обнаружена кровь, не совпадающая с группой крови подсудимого. Однако подсудимый - один, и то, что группа крови не совпадает, казалось бы, должно свидетельствовать в его пользу. Если, разумеется, не предполагать, что у подсудимого могли быть сообщники.

Наиболее вероятным сообщником мог быть задержанный на кладбище бывший советник бывшего псковского вице-губернатора Алексей Константинов. Но в деле он фигурирует всего лишь как свидетель. По словам Николая Маркелова, Константинов в момент осквернения могил сидел на скамейке и громко смеялся. Однако надругательство продолжалось не менее часа, а Маркелов лишь дважды, на несколько секунд, заглядывал через стену кладбища. Чем занимался бывший советник в другое время - сказать трудно.

На заседание суда Алексей Константинов не явился, хотя мог бы, при иных обстоятельствах, стать единственным свидетелем со стороны защиты. Правда, его поведение вечером 8 мая может говорить о том, что он был тогда не совсем адекватен. Судя по показаниям, данным Константиновым во время следствия, вечером 8 мая 2009 года он выпил не менее двух литров пива (на кладбище изъяли две бутылки пива и одну бутылку водки). Однако Константинов во время следствия настаивал на том, что на Мироносицком кладбище он спиртных напитков не употреблял, а пиво распивал в разных местах, когда гулял по городу. При этом если верить Константинову, первоначально он не собирался встречаться с Денисом Фещенко, и позвонил своему другу - участковому уполномоченному Михаилу Лялину, с которым когда-то учился в академии и служил в войсках МЧС. Но тот на звонок не ответил, и тогда Константинов договорился о встрече с Фещенко. (О том, что произошло с Михаилом Лялиным, читайте в этом номере в материале «Неопределенность»).

Ещё одна линия защиты была выстроена вокруг отпечатков обуви. Адвокат Леонид Стороженко обратил внимание на то, что с могил не снимались отпечатки обуви, и это затруднило поиски преступника или преступников. О том же он спрашивал и пострадавшую Надежду Ивлеву. «Когда вы пришли на кладбище - отпечатки на могиле обуви были?» - интересовался адвокат. «Там глинистая почва, даже прутик не воткнуть». - «Значит, не было следов обуви». - «Их там и не могло быть...»

Сейчас трудно без экспертов сказать - могли или не могли быть на могилах в то время года и при той погоде отпечатки обуви. Но совершенно точно, что на Мироносицком кладбище постоянно происходят какие-то события, которые граничат с преступлением или даже переходят эту грань. Например, еще одна пострадавшая (Тамара Ларцева) рассказала на суде, как «год назад с могилы мужа унесли цепь. И это самое безобидное».

О том же самом говорили в интервью Первому каналу священники храма Жен Мироносиц. Вначале о. Павел Адельгейм отметил, что осквернения на его памяти происходили неоднократно, в том числе и сопровождавшиеся убийством кошек. О. Сергий Иванов  сообщил журналистам, что сторож кладбища слышал в момент совершения преступления 8 мая какие-то крики, но «не придал этому значения», потому что на кладбище постоянно кто-то собирается, выпивает и шумит.

Однако на суде прозвучало другое мнение - коменданта закрытых кладбищ Валентины Барановой. По её словам, осквернение «произошло на Мироносицком кладбище в первый раз». (Это зависит от того, с какого времени считать. Комендант Баранова работает на этой должности с сентября 2008 года). В любом случае, Мироносицкое кладбище не производит впечатления тихого места. Судя по мусору, многочисленной посуде и прочим «следам отдыха», на кладбище часто собирается соответствующая публика. После прошлых осквернений, как рассказал журналистам о. Павел Адельгейм, милиция выставляла на кладбище даже ночной пост. Сейчас это не практикуется.

Ещё одна существенная деталь, обсуждавшаяся на суде: в каком состоянии находились Фещенко и Константинов в момент задержания? По поводу бывшего советника вице-губернатора, кажется, никаких разногласий нет. Он был пьян, и это доказано. Но он не фигурант дела, и его состояние пока мало кого волнует. А вот Денис Фещенко, после того как на него надели наручники и отвезли на улицу Чудскую, от освидетельствования на алкоголь отказался.

Однако акт освидетельствования всё же существует (но не на алкоголь). В нём написано, что Фещенко был спокоен, вменяем, одежда на нём была чистая. Но с этим актом не всё так просто. По словам того же Фещенко, первоначально это акт куда-то исчез и был подшит позднее (потерпевшая сторона с этим актом вообще ознакомлена не была). Зато имеются многочисленные свидетельства того, что оба задержанных были пьяны и вели себя агрессивно. Об этом говорил на суде и Николай Маркелов («от Фещенко пахло спиртным, я больше десяти лет не пью и запах алкоголя чувствую хорошо»).

Когда на кладбище приехал о.Сергий Иванов, то он подходил к задержанным, уже сидевшим в машине. По мнению о. Сергия (его в суд не вызывали, и он просто беседовал с журналистами), и Фещенко, и Константинов производили впечатления пьяных людей и ругались матом. О том же самом свидетельствуют милиционеры  вневедомственной охраны, проводившие задержание. Но в конечном итоге появился акт, в котором сообщается, что Фещенко вёл себя спокойно, и одежда на нём была чистая.

На суде обсуждалась и чистота одежды Фещенко. Здесь тоже можно обратить внимание на противоречивые показания подсудимого. С одной стороны, он настаивает на том, что одежда была чистая. С другой стороны, он упоминает, что свидетель Маркелов в присутствии милиционеров  набросился на него и «ударом кулака сбил с ног» (никто другой этих слов Фещенко не подтверждает). Таким образом, Фещенко мог бы объяснить грязь на спине своей куртки тем, что его сбили с ног. Но он настаивает на своём: куртка и брюки были чистыми. При этом свидетель Инна Маркелова рассказала на суде, что ещё на кладбище обратила внимание милиционеров на то, что спина куртки Фещенко испачкана.

Ещё одна тема для обсуждения: мог ли обознаться свидетель? Это зависит от нескольких обстоятельств: от зрения свидетеля, от того, было ли в момент совершения преступления светло или темно. И, наконец, распустились ли 8 мая на деревьях листья? Свидетели обвинения считают, что было светло и листья почти не распустились. Фещенко настаивает на том, что листья распустились, а время было тёмное. Никаких иных свидетельств на суде не приводилось. Кроме того, подсудимый вновь поставил под сомнение законность выданной свидетелю Маркелову справки, подтверждающей, что у того стопроцентное зрение (в интервью Александру Евстигнееву Денис Фещенко заявил, что основному свидетелю уже 50 лет, и он сомневается в его хорошем зрении).

Наблюдая за процессом со стороны, можно отметить, что защита Фещенко пока действует не слишком усердно. Возможно, это связано с тем, что суд - мировой, и при любом исходе процесса серьёзное наказание подсудимому не грозит. Во всяком случае, заявление Фещенко о том, что ГТРК-Псков якобы показывало сюжет, в котором Маркелов говорил о том, что он снимал преступление на камеру, вызывает недоумение. Ни Маркелов, ни журналистка ГТРК (присутствовавшая на суде), ни зрители, видевшие сюжет, не подтвердили того, что в эфире произносились такие слова. Никаких доказательств своей правоты бывший следователь не предъявил.

В целом, можно обозначить позицию Фещенко на суде как «приблизительную». То есть он пытается настаивать на  неочевидных вещах и путается в показаниях, действуя наугад.

Наиболее примечательным был эпизод с попыткой установить: каким образом Фещенко и Константинов оказались на кладбище? Это было тем более интересно, что, по утверждению Фещенко, 8 мая  он сильно хромал, потому что 1 апреля  получил повреждение ноги (по словам лечащего врача, на чьё мнение сослалась прокурор, «Фещенко мог активно двигаться», так как гипс был снят 21 апреля).

Прокурор Галина Белик задала подсудимому вопрос: «Почему вы, несмотря на свою больную ногу, договорились о встрече с Константиновым на Комсомольской площади? Она же находится в стороне от дорог, вдали от остановок». «Я его давно не видел», - ответил подсудимый под еле сдерживаемый смех присутствующих.

С одной стороны, подсудимый рассказывал о том, как активно перемещался в тот вечер по городу (ходил по магазинам, шёл до радиозавода, который находится фактически в тупике). С другой стороны, он то и дело ссылался на больную ногу, мешавшую ему передвигаться.

Существенная заминка произошла в суде, когда речь зашла о том, что делали Константинов и Фещенко после того, как покинули Комсомольскую площадь. Первоначально Фещенко настаивал на том, что они направлялись на остановку, находящуюся у магазина «Дикси». Для того чтобы «срезать» угол, они пошли через кладбище. Прокурору это показалось странным. «Что вы пытались срезать, когда пересекали кладбище? - удивилась Галина Белик. - Если идти через кладбище, то наоборот - получится  крюк».

 

Ответ напрашивался сам собой: «Пытались срезать кресты на могилах».

На самом деле, Фещенко, конечно же, так не ответил. Не стал он говорить и о том, что милиционеры для достижения своих целей простых путей не ищут. Подсудимый предпочёл туманно объяснить, что собирался добраться на места назначения через улицу Киселёва (прямой путь был через улицу Петровскую). В этой части своего рассказа подсудимый не исключил возможность того, что они двигались на другую остановку, а именно - к магазину «Маяк».

В конце концов, Фещенко и Константинов оказались на кладбище и, если верить подсудимому, «увидели множество валявшихся крестов и венков, и начали это обсуждать». Как утверждает подсудимый, «ещё на подходе к кладбищу мы слышали какие-то крики». Войдя на кладбище, Фещенко и Константинов «побоялись наткнуться» на тех, кто совершил преступление, и постарались «побыстрее покинуть кладбище». Так заявил подсудимый. И тут же, через десять секунд добавил, что «мы присели, скинули со скамейки стаканчики и пакет, и выкурили несколько сигарет».

Пожалуй, эта была наиболее абсурдная часть из того, что прозвучало на суде 31 августа. Ранее считалось, что самый верный способ побыстрее что-то покинуть - это как можно скорее уйти. Но Константинов и Фещенко опровергли устоявшееся представление и поступили иначе: сели перекурить (по словам подсудимого - «минут на двадцать»). А мусор, при детальном уточнении, они даже не скинули со скамейки, а аккуратно положили в кучу мусора. Таким образом, объясняется появление отпечатков пальцев на стаканчиках, из которых они «не пили». «Я не ходил даже по могилам», - сделал важное заявление Денис Фещенко.

Кроме того, подсудимый сказал, что для того, чтобы опрокидывать памятники, надо прилагать значительные силы, а их в тот вечер у него не было, он находился на больничном. «Откуда вы знаете, что для этого надо прилагать силу? - попыталась уточнить прокурор. - Вы что, раньше этим занимались?» Бывший следователь не стал признаваться, что раньше занимался «опрокидываем памятников».

Прокурор поинтересовалась, почему следователь, вместо того чтобы сидеть и курить сигарету за сигаретой, не вызвал милицию? Оказывается, он хотел вызвать, но позднее, когда выйдет за пределы кладбища.

Двусмысленным получился и ответ подсудимого по поводу милицейских рапортов, в которых Фещенко фигурирует как человек, который при задержании вел себя грубо и был пьян. Подсудимый ответил, что «рапорт составлен стандартно». «То есть вы как сотрудник милиции тоже всегда пишете «стандартно», даже если задержанные ведут и выглядят иначе?» - задала вопрос прокурор. Судя по ответу, Фещенко предпочитает действовать не стандартно, и закон старается не нарушать.

Имеются в деле и данные, полученные с телефонной станции. Они тоже были зачитаны. Весь вечер подсудимый вёл активные переговоры по мобильному телефону. Исходя из данных, полученных следствием, оба задержанных на самом деле никуда не перемещались, и всё это время находились в одном месте - на Мироносицком кладбище. Тем самым, это подтверждает показания свидетелей (семьи Маркеловых). Подсудимый с этим не согласился и назвал установленные телефонные координаты неточными.

На этом заседание было отложено. Судья Ольга Фишова объявила, что следующее заседание состоится 22 сентября.

6.

НЕОПРЕДЕЛЁННОСТЬФещенко, Константинов, отец, адвокат Стороженко
(«Городская среда», 2009 г.)

В «Городской среде» в последнее время часто появляются материалы о милиции. Нельзя сказать, что они прославляют российскую милицию.

Но по случайному совпадению, когда в Псков 3 сентября 2009 года  приехал министр внутренних дел России Рашид Нургалиев, сотрудники милиции за помощью обратились именно к нам. Они, зная, что министр собирается общаться с журналистами, просили передать ему жизненно важную информацию. Речь шла о здоровье и жизни участкового уполномоченного Михаила Лялина. Он тяжело заболел в феврале 2009 года, и с той поры его безуспешно пытаются лечить.


В момент получения информации в Городском культурном центре как раз проходил семинар «Свобода прессы и РПЦ». Кругом было много представителей СМИ, на которых была надежда. Люди стали предлагать помощь.


До предполагаемой встречи с министром еще оставалось время. Я созвонился с Анной Фёдоровой из ПАИ и Ингой Покровской из «Телекома». Они сделали всё, что могли. Но министр оказался неприступен. Ничего удивительного в этом не было. Праздник не должны были омрачить каким-нибудь негативом.


Помню, как весной 2005 года, когда я участвовал в журналистском семинаре (дело было в Петрозаводске),  в местную филармонию, где мы тогда находились, тоже приехал Нургалиев. Здание филармонии оцепили тройным кордоном. Во избежание терактов, доступ на симфонический концерт, на который и мы, и министр пришли, был ограничен. Обыску подверглись даже музыканты местного оркестра, выступавшие перед Нургалиевым. Так что единственный способ донести информацию - это не личная встреча, а публикация. Нургалиев, конечно, не прочтёт. Но кроме него есть и другие люди, способные принять меры.


Информация в СМИ о болезни Михаила Лялина появилась уже на следующий день. Так поступили ПАИ, о съемках договорился «Телеком»... Так поступаем и мы. Помощь Михаилу Лялину сейчас нужна как никогда. Его мама Елена Михайловна, которая  находится вместе с сыном в городской туберкулезной больнице №2 в Петербурге, не отказывается ни от какой помощи. Тем более что ситуация остается тяжелой и запутанной.


Я разговаривал с Еленой Михайловной по телефону вечером 7 сентября. Этот понедельник был действительно тяжелый. Лечащий врач ушла в отпуск. Другой врач, которая ее замещает, приходит только раз в неделю, как раз по понедельникам.


В ночь с 3 на 4 сентября Михаил попал в реанимацию и пробыл там три дня. После чего его перевели в обычную палату. Но с улучшением здоровья больного это не связано. Наоборот, произошло резкое ухудшение. У него была по-прежнему высокая температура, он находился в состоянии бреда... Со вторника назначили новые лекарства, и понедельник, таким образом, оказался для лечения потерян... Можно сказать, предпринимается попытка начать лечение «с чистого листа». Только все еще непонятно - чем же болен псковский милиционер?


Михаил Лялин никогда до этого не болел. И вдруг прямо на улице 16 февраля с ним случился приступ. За ним приехала «скорая помощь». Около месяца Михаил пролежал в областном госпитале МВД, где ему был поставлен диагноз (по этическим соображениям здесь он не приводится).


Следующий месяц Михаил провел в инфекционном  отделении Псковской областной больницы. Диагноз там был подтвержден, но лучше ему от этого не стало. Милиционера отправили в Петербург, в психоневрологический институт имени В. М. Бехтерева. Так как у милиционеров нет медицинских полисов, деньги на лечение и взятие анализов собрали его коллеги. Впрочем, в областном УВД затраты обещали компенсировать. Позднее оказалось, в институте имени Бехтерева бумаги оформили не совсем так, как положено по инструкции МВД. Таким образом, компенсации не состоялось.


Но главное не это. В Петербурге был поставлен совершенно другой диагноз. Лечение, вроде бы, помогло. Михаил вернулся в Псков. И тут на семью Лялиных обрушилось еще одно несчастье. Умер дедушка Михаила. Отпевание проходило в Острове, всю панихиду Михаил Лялин отстоял на ногах, а на третий день случился приступ...

Михаил снова попал в госпиталь УВД. Но прежде его осмотрел еще один специалист - из другой больницы. И он не согласился с поставленным диагнозом («с таким диагнозом человек умирает на третий день»).

Потом опять последовало лечение в Пскове и, наконец, переезд в Петербург (большую помощь оказали начальник медико-санитарной части и психолог УВД). Но условия, в которых находится в Петербурге больной, - не самые лучшие. Больного человека просто некому обслуживать. Матери запрещают оставаться в больнице на ночь. Вечером она уезжает, а утром - возвращается, тратя в общей сложности четыре часа на дорогу (Елена Михайловна временно переехала в Петербург).

Так как на больном висит ярлык «инфекционный» (вроде бы ничем не подтвержденный), в другое место его не переводят. Да и куда переводить? Так он и находится - между небом и землей, между двумя неподтвержденными диагнозами, между Псковом и Петербургом... За полгода непонятного лечения исколото все тело...

Сейчас самое важное - поставить верный диагноз. Для этого нужны дополнительные анализы (они стоят дорого, а родители Михаила - люди небогатые). Очевидно, надо менять и больницу. Но тут кроме денег могут помочь и связи, в том числе и по линии МВД. Именно на эти связи и рассчитывали коллеги участкового уполномоченного, когда обращались за помощью к СМИ («приедет министр, услышит, поможет...») Приехал, но услышать ему было не дано.

Правда, к министру в письменном виде обращался Владимир Леонидович Лялин, отец Михаила. Имеется у него и письменный ответ - из департамента тыла МВД (из Управления медико-социальной защиты). Судя по всему, после этого и была достигнута договоренность, что Михаила Лялина поместят в менингитное отделение городской туберкулезной больницы № 2 Санкт-Петербурга. Но сила письменного ответа из департамента тыла, судя по всему, исчерпана. Нужно прилагать новые усилия. Искать новые средства.

7.

ЛИЧНЫЙ ВЫБОР
(«Городская среда», 2009 г.)

Мне говорили и о том, что не надо писать о Фещенко и Константинове, которых задержали у оскверненных могил. Я, будто бы, тоже делаю им пиар. Странный подход. Давайте, в таком случае, писать только о хорошем. Например, о том, что вчера в Пскове не осквернили ни одного кладбища. Это большое достижение. Многие будут довольны.

Еще раз обращаю внимание на то, что я не разоблачаю Фещенко или Константинова. И не защищаю. Я описываю факты и пытаюсь, как могу, их комментировать. Скажу больше. Помните того милиционера, который нуждался в срочной медицинской помощи? В сентябре «Городская среда» о нём сообщала. По ходу дела обнаружилось, что этот милиционер - друг Алексея Константинова, которого задержали на кладбище вместе с Фещенко. «Городская среда» написала и об этом, хотя с точки зрения целесообразности это было и не очень уместно. Возможно, вы удивитесь, но я уверен, что этим-то и должна заниматься журналистика. Действовать без оглядки.

Если в ближайшую зиму Фещенко бросится в прорубь и спасёт тонущего ребёнка, то мы напишем и об этом. Несмотря на то, что это не слишком впишется в образ «вандала», отчасти нами же и сформированный. Но этот гипотетический подвиг совсем не отменит предыдущих его деяний. Журналистика тем и хороша, что в ней не обязательно сводить концы с концами, делать окончательные выводы. /.../

8.

ЗАХОД СОЛНЦА. Часть I

Третье по счёту заседание  Псковского мирового суда по делу осквернения могил на Мироносицком кладбище началось с нескольких ходатайств подсудимого Дениса Фещенко. В первую очередь, бывший милицейский следователь Фещенко просил суд допустить к участию в заседании Леонида Стороженко в качестве адвоката.

Во время предыдущих заседаний никаких ходатайств не требовалось. Г-н Стороженко как мог - защищал подсудимого, но в сентябре он был лишен адвокатского статуса. Однако от услуг Леонида Стороженко Денис Фещенко отказываться не стал. Тем более что особой юридической подготовки здесь, по всей видимости, не требовалось. Надо было всего лишь методично задавать всем свидетелям один и тот же наскучивший вопрос: «Вы помните, во что был одет подсудимый?»

В конце концов, прокурору Галине Белик это надоело, и она сама спросила подсудимого: «А вы помните, во что 8 мая был одет свидетель Маркелов и его жена?» Денис Фещенко не ожидал такого подвоха, но, всё же, собрался духом и ответил: «В кофту». Прокурор не стала уточнять: была ли эта кофта одета сразу на двоих? И без этого было понятно, что подсудимый не помнит никаких деталей. Он «запомнил усы и больше ничего».

Кроме того, Денис Фещенко выложил на стол судье Ольге Фишовой ещё четыре бумаги. Одна из них оказалась справкой из Центра Гидрометеорологии. В справке содержалась ценная, по мнению подсудимого, информация о заходе солнца. Для убедительности бывший следователь отдал судье ксерокопию лунного календаря (без обложки). Обе эти бумаги призваны были доказать, что вечером 8 мая в Пскове было темно и, следовательно, свидетели не могли отчетливо разглядеть лица Фещенко на месте преступления.

Ещё одно ходатайство касалось заявления, отправленного на имя начальника УВД по Псковской области Бориса Говоруна. Денис Фещенко выражал неудовольствие тем, что людям стала известна информация о наложенных на него взысканиях. Тем самым, это его дискредитировало.

Дополнительный аргумент, положенный на стол судьи, имел форму письма к губернатору Псковской области Андрею Турчаку. Письмо этим летом написал бывший советник по правовым вопросам бывшего вице-губернатора Алексея Сапрыкина Алексей Константинов. По мнению Дениса Фещенко, в письме убедительно доказывалась его невиновность.

Фамилия Алексея Константинова упоминалась на суде многократно. Он тоже был задержан на кладбище. Выступавшие в качестве свидетелей старший группы задержания прапорщик Касьянов и милиционер группы задержания Никонов рассказали, что Константинов при свидетелях угрожал им, нецензурно выражался... Это происходило в присутствии их начальника полковника Разумовского, который посоветовал написать об этом рапорт. Рапорт был написан. Пьяного Константинова отвезли на освидетельствование, где была установлена степень его опьянения.

Денис Фещенко от освидетельствования на алкоголь отказался. При этом все свидетели как один рассказывали о том, что он был сильно пьян (Фещенко продолжает настаивать на том, что он был трезв).

В качестве свидетеля выступил бывший начальник Фещенко, он же  - начальник следственного управления при УВД г. Пскова Евгений Никифоров. В день задержания Фещенко он был ответственным по УВД города Пскова и около полуночи выезжал на кладбище (комментарии к этому выезду читайте в следующем номере).

«Что ты здесь делаешь?» - спросил Никифоров задержанного Фещенко. И тот объяснил, что «проходил мимо кладбища, и на него напали нехорошие люди».

Прокурор попробовала выяснить у Евгения Никифорова подробности той первой беседы на кладбище. По словам Никифорова, версий у Фещенко было несколько. Но самая первая: «Мы сидели, выпивали и никого не трогали». Далее версии менялись (по словам милиционера группы задержания Дмитрия Никонова, Фещенко объяснял, что «проходил мимо, шёл от девушек»... Впрочем, в официальных показаниях никакие девушки уже не упоминались).

Прокурора интересовала личность подсудимого. За что его понизили по службе? «А вы не хотите узнать, как он у нас оказался?» - проявил инициативу начальник следственного управления и подробно рассказал о том, как непросто было с Фещенко работать («постоянные нарекания, волокита, непрофессиональные следственные действия...», «он сидел на «тёмных» делах и справиться с ними не мог»).

Рассказал Евгений Никифоров и душераздирающую историю о том, как Денис Фещенко однажды пропал. Его не было сутки. И тогда Евгению Никифорову пришлось звонить отцу Дениса  Николаю Фещенко и спрашивать: «Может быть, его вообще в живых нет? Давайте я его в розыск объявлю».

В розыск, к счастью, объявлять не пришлось. После звонка отцу исчезнувший милиционер немедленно нашёлся и даже появился на службе - «с разбитым лицом, в состоянии опьянения...»

Чем же закончились похождения Фещенко? «Служебной проверки мы не проводили. Его версия была - «приболел»...», - пояснил Евгений Никифоров. Судя по его словам, «болел» Фещенко часто. Но особых неприятностей это ему не причиняло. В конце концов, он попался на кладбище. Однако ничего страшного за осквернение десятка могил ему не грозит. Самая главная неприятность настигла его тогда, когда его все же уволили со службы.

«За что вас уволили?» - спросила прокурор. - «Незаконно».  - «Я спрашиваю не об этом. За что вас уволили? С какой формулировкой?» - «Якобы за грубое нарушение. За то, что пришёл на службу в состоянии опьянения... Но я пил накануне...»

Как только Фещенко объяснил, за что же его уволили, судья Фишова взглянула на часы и сообщила, что у неё вскоре начнется другое заседание, и это значит, что следующее судебное заседание по делу Фещенко начнётся 12 октября в 14.30.

9.

ЗАХОД СОЛНЦА. Часть II
(«Городская среда», 2009 г.)

 Очередное заседание по делу Дениса Фещенко, подозреваемого в «осквернении надмогильных сооружений», началось с запозданием. Участники процесса и его наблюдатели стояли в тесном коридоре и ждали, когда появится судья. Но прежде появилась совсем другая женщина, оказавшаяся одной из потерпевших. Она громко возмущалась тем, что её побеспокоили повесткой в суд (позднее выяснится, что у этой пожилой женщины на Мироносицком кладбище похоронены мать, брат и муж).

Потерпевшая (у г-жи П-й на одной из могил разбили крест) всё никак не успокаивалась и продолжала возмущаться тем, что её оторвали от каких-то более важных дел. Тогда стоящие рядом с ней люди намекнули, что если не ходить в суд, то преступников не накажут. Из дальнейшего разговора стало понятно, что потерпевшая не против того, чтобы осквернителя могил повесили на площади Ленина. Но это, по-видимому, должно случиться само собой, по воле Небес. Смысла своего участия в судебном процессе она не видела.

Для того чтобы прекратить постоянное надругательство над памятниками - вовсе не обязательно устраивать публичные казни. Для этого достаточно соблюдать закон и служебные обязанности: вовремя выезжать на место происшествия, правильно фиксировать повреждения, проводить освидетельствование...  А потерпевшим надо всего лишь не стесняться и добиваться справедливого наказания.

Разумеется, всё это сделать не так просто, как кажется. Кое с кем из пострадавших удастся договориться «по-хорошему». Кто получит в свой адрес угрозы. Но если от претензий отказались бы все потерпевшие, защита одержала бы первую победу.

Как показали три заседания, прошедшие в августе-сентябре, больше половины потерпевших по делу Фещенко проявили упорство и сделали всё зависящее, чтобы суд состоялся. Свидетели тоже оказались несговорчивые.

От этого процесса отчасти зависит - будет ли продолжаться осквернение Мироносицкого кладбища. Это кладбище в центре города пользуется недоброй славой. На могилах приносят в жертву животных, разбивают кресты, стреляют по памятникам из травматического оружия...  Когда ходишь по Мироносицкому кладбищу, то, временами натыкаешься на сломанные кресты на могилах. Наверное, их сломали два, три, десять лет назад... Иногда здесь даже кого-нибудь задерживают. Но мало кого удается наказать.

На заседании 22 сентября в качестве свидетеля выступил начальник следственного управления при УВД города Пскова Евгений Никифоров. После задержания Фещенко он лично отобрал у него милицейское удостоверение.  В тот день 8 мая 2009 года Никифоров был ответственным по УВД города Пскова. О происшествии, по его словам, он узнал после 23.00 (и это довольно странно, потому что первый звонок в милицию был сделан примерно в 21.40-21.50).

«Что ты тут делаешь?» - спросил Евгений Никифоров Дениса Фещенко, когда приехал на кладбище. «Проходил мимо...» - ответил задержанный.

Начальник следственного управления на суде заявил: «Со стопроцентной уверенностью могу сказать, что Фещенко был пьян... И это было не 0,5, не 0,7, а явно больше». «Запах алкоголя чувствовался на большом расстоянии», - продолжил давать показания свидетель. Чуть позднее он скажет: «Со стопроцентной уверенностью сказать, что Фещенко был пьян - я не могу».

Пожалуй, столь опытный сотрудник правоохранительных органов (начальник следственного управления города) мог бы выражаться и определённее, а то стопроцентной уверенности оказывается недостаточно, чтобы установить факт.

Милиционер группы задержания Дмитрий Никонов тоже рассказал о том, что Фещенко и второй задержанный - Алексей Константинов, были пьяны. Это он установил «по внешним признакам: замедленным движениям, маханиям руками...» Чувствовался «серьёзный запах алкоголя».

Напарник Никонова прапорщик Касьянов свидетельствовал о «запахе изо рта» и о том, что задержанный следователь Фещенко «вёл себя неадекватно». Кроме того, Касьянов обратил внимание на то, что «на руке у Фещенко была ссадина» и «брюки были в песке».

О грязной одежде задержанного упоминал и Никонов. Он даже вспомнил разговор с Фещенко. Никонов, глядя на грязную куртку, тогда спросил Дениса Фещенко: «Что же ты, сотрудник милиции, и так выглядишь?»

Евгений Никифоров в суде выразился так: «Опять могу ошибаться, но что-то было на руках». По всей видимости, он имел в виду не наручники, а ссадины на руках Фещенко.

Но контраргументы подсудимого были не менее серьёзные. В деле есть результаты осмотра и акт освидетельствования. Если верить им, то одежда на Фещенко была чиста, никаких ссадин на руках не обнаружено, и вёл он себя адекватно.

То есть вырисовывается такая картина: многочисленные наблюдения, сделанные сразу же после задержания, никаким образом не задокументированы. У некоторых наблюдателей, присутствующих на суде, это вызвало подозрение, что задержание не случайно оформлялось ненадлежащим образом. Эти сомнения подкреплялись и информацией о предыдущих деяниях подсудимого.

В ходе процесса упоминались некоторые действия Фещенко, которые, по идее, не позволяли ему проходить службу в милиции. Однако дело ограничивалось только переводом на другое место работы. Кое-что было «широко известно в узких кругах», а что-то вообще не удостаивалось служебной проверки.

Возможно, когда-нибудь в СМИ появится рассказ о том, что же происходило в Пыталовском РУВД и Запсковском ОВД в то время, когда там проходил службу Денис Фещенко. Было бы неплохо узнать и подробности того, кто и по какой причине помог перевести провинившегося милиционера в Псковский район. Но сейчас ещё раз следует обратить внимание на другое - на то, что сам по себе случай со следователем, которого подозревают в осквернении могил, - всё-таки уникальный. Биография подсудимого такова, что мало кто удивился, что именно его заподозрили в надругательстве. Однако есть в деле свидетельства совершенно неуникальные и даже обыденные. И главное из них то, что патрульно-постовая служба не спешила на место преступления. Свидетелям пришлось изощряться, чтобы донести информацию до правоохранительных органов. И это уже можно назвать «системным сбоем».

В суде говорилось и том, что заявление от одной из потерпевших тоже первоначально не хотели брать (нет заявлений - нет преступления?) Всё это тем более не единичный случай.

Видимо, независимо от того, чем закончится судебный процесс, некоторые важные вещи мы узнаем уже в ближайшее время. Общественность имеет право знать, когда же 8 мая в наших краях заходит солнце. Именно это в судебном порядке сейчас пытается установить подсудимый. Если обнаружится, что в 21.40 в Пскове стояла полная непроглядная тьма и свидетель обознался, то все разрушения можно будет списать на привидение.

10.

Фещенко с адвокатомОСОБОЕ СОСТОЯНИЕ
(«Городская среда», 2009 г.)

27 октября 2009 года в Псковском мировом суде состоялось очередное заседание по делу об осквернении десяти могил на Мироносицком кладбище.

Предполагалось, что процесс, который тянется с 13 августа 2009 года, в этот день закончится. Но этого не произошло. Следующее заседание суда назначено на 12 ноября.

Наконец-то слово получил свидетель защиты Алексей Константинов. До этого его аргументы можно было только читать в открытом письме, которое он написал губернатору Псковской области Андрею Турчаку.

Уже с первых слов стало понятно, что бывший советник бывшего псковского вице-губернатора Константинов не во всем может помочь подсудимому экс-следователю Денису Фещенко. Алексей Константинов в своём получасовом выступлении шесть раз назвал время, в которое он и его друг Фещенко пришли на кладбище. И это время: 22.00. Таким образом, версия подсудимого о том, что оба «присели на скамейку минут на 10-15, перекурить» начала разрушаться на глазах (задержание на кладбище произошло примерно в 22.40). Причём разрушал версию единственный свидетель защиты. Это начало беспокоить Дениса Фещенко, который при первом же удобном случае заговорил с Константиновым о погоде.

- Алексей, - вскочил со скамьи подсудимый. - Такой момент, когда мы шли... В 22.20 мы зашли на кладбище. Какая тогда погода была?

Особый акцент в этой фразе был сделан на «22.20». Но Константинов не обратил на это внимания.

Отчасти, Алексей Константинов повторил на суде то, что до этого утверждал Денис Фещенко. Прежде всего, это касается сцены задержания.

- На кладбище мы были в районе 22 часов, - сказал свидетель. - Маркелов (свидетель обвинения - Авт.), находясь в возбужденном состоянии, начал оскорблять Фещенко, обзывал его фашистом, затем, в присутствии сотрудников милиции, ударил его по лицу, отчего Фещенко упал. Сотрудники милиции Фещенко подняли, на нас надели наручники и через минуту отвели к машине.

Прокурора Галину Белик интересовало состояние, в котором вечером 8 мая находился г-н Константинов.

- Я находился в состоянии опьянения, - уверенно произнес свидетель. - Я этого не отрицал. Прогуливаясь по городу, я пил пиво, а до этого, до 5 часов, я ещё на работе употреблял спиртные напитки, у меня было немного коньяка... Но я об этом не говорил на следствии в прокуратуре, потому что там мне обещали устроить весёлую жизнь и сообщить об этом на работу... Фещенко при мне спиртное не употреблял. При проведении всех следственных действий - и допроса, и очной ставки с Маркеловым, со стороны следователя С., а затем со стороны следователя И. были попытки оказать на меня давление... Они говорили, что «независимо от наличия или отсутствия доказательств в этом деле в отношении Фещенко, он будет осуждён. Поэтому смысла его защищать и говорить, что он ничего не делал - никакого нет. Наоборот, ты сделаешь себе только хуже...» Ещё до возбуждения уголовного дела со стороны сотрудников управления «Р» было на меня давление в том плане, чтобы я дал показания, нужные следователям прокуратуры и оперативникам... При очной ставке я негласно сделал аудиозапись... Я этой записью располагаю, и её можно приобщить к делу. Угроз физической расправы не было, но было психологическое давление.

- Почему вы встретились с Фещенко на Комсомольской площади? - поинтересовалась прокурор Галина Белик.

- Потому что я был там рядом.

- Как далеко от Комсомольской площади находится ближайшая остановка?

- Метров, наверное, 120...

- От Комсомольской площади метров 120?! - удивилась прокурор.

- Ну, метров 200. А сколько там?

- Все прекрасно знают - сколько там.

- Ну, метров 200...

- Вам доподлинно известно, что Фещенко - с больной ногой, но вы назначаете ему встречу далеко от остановки. А там некуда даже присесть.

- Мы хотели погулять по городу. Какая разница - где встречаться?

- Вы же говорите, что он не мог долго ходить и поэтому - присел.

- Да, он не мог долго интенсивно двигаться. Но прогуливаться-то - вполне возможно... А мы никуда и не спешили. Можно было встретиться где угодно.

Действительно, можно было встретиться где угодно, но друзья предпочли общаться на кладбище.

Затем разговор зашел о мусоре, который сбросили (или якобы сбросили) Фещенко с Константиновым, прежде чем усесться на кладбищенскую скамейку.

- Чем ваш мусор отличался от другого мусора, который, по вашим словам, вы снесли в кучу? - спросила Галина Белик.

- Думаю, ни чем.

 - Скажите, пожалуйста, каким образом следствие изъяло те предметы, на которых остались отпечатки ваших рук?

- Точно таким же образом, каким изъяли другие предметы, на которых наших отпечатков не было.

- Но там гораздо меньше этих предметов, чем в мусорной куче. Чем вы это объясните?

- Мои отпечатки обнаружены только на стаканчиках.

- Откуда вы это знаете?

- Почему я не знаю?

- Вы не знакомились с материалами дела, вы - свидетель.

- Да, я не знакомился.

- Вы не имели на это права, вы - свидетель.

- Да, я не имел права. Но мне Фещенко сказал.

- Значит, вы считаете, что отпечатки ваших рук обнаружены только на стаканчиках?

- По-моему, да.

- То есть вы убирали со скамейки только стаканчики? Чем вы тогда объясните отпечатки ваших рук на коробке с соком и бутылке водки?

- Значит, я их тоже...

Если всерьёз воспринимать показания Фещенко и Константинова, то по городу 8 мая  2009 года в районе Мироносицкого кладбища гуляла очень странная пара - довольно пьяный Алексей Константинов, который в этот вечер успел выпить коньяка, пива и, возможно, водки... (в уголовном деле фигурирует ещё и бутылка джина) и абсолютно трезвый Денис Фещенко (после размышлений Константинов сказал, что «думает, что Фещенко иногда выпивает», но не в тот день).

Последний случай выпивки Дениса Фещенко мог бы быть зафиксирован уже после 8 мая. 4 июня 2009 года старший лейтенант юстиции Фещенко  вышел на службу «с сильным запахом алкоголя». Так утверждали его коллеги. Но доказательств этому не имеется, несмотря на то, что Фещенко отправили на экспертизу, которая подтвердила подозрения его коллег.

И всё же утверждать, что Фещенко находился на службе пьяным, сейчас оснований тоже нет. Чек, свидетельствовавший о его алкогольном опьянении, куда-то исчез. Предполагается, что его похитил сам Денис Фещенко. Но предположение - не доказательство. Впрочем, его в тот же день на всякий случай из органов уволили.

О том, что Фещенко проходил службу в милиции «в пьяном виде», говорилось давно. В суде во время оглашения материалов дела упоминался случай, произошедший 6 февраля 2009. Что-то похожее, видимо, могло случиться и 22-23 октября 2008 года. Но в те дни Денис Фещенко на службе так и не появился. Его поиски увенчались лишь частичным успехом. Милицейское начальство связалось с его отцом, который успокоил коллег следователя: «Денис находится в гостях и чем-то отравился».

Служебная характеристика Дениса Фещенко, зачитанная в зале суда, тоже не свидетельствовала в пользу подсудимого. Выговор, строгий выговор, неполное служебное соответствие, «постоянно провоцирует конфликты с коллегами», «безответственный, недисциплинированный...»

В ходе процесса судья Ольга Фишова поинтересовалась у свидетеля Константинова:

- Как вы объясните то, что первоначально вы утверждали, что не присаживались на скамейку на кладбище?

- Как спрашивали, так и отвечал... Хочу заметить, что спрашивали меня об этом глубокой ночью. Даже не ночью, а утром. Возможно, я что-то перепутал.

Ещё один вопрос Константинову задала потерпевшая Надежда И.:

- Отец Сергий, настоятель храма Святых Жен Мироносиц в интервью Первому каналу телевидения говорил, что вы, идя в машине, ругались и оскорбляли сотрудников милиции так, что тряслась машина. Я цитирую почти дословно.

- Настоятеля кого?

- Настоятеля храма, отца Сергия.

- Я не знаю, что отец Сергий говорит. Но ругаться в пустой машине на кого-то матом - это как-то странно. А то, что те заявления...

- Рапорта...

- ... они вызваны простым фактом, что я действительно говорил в адрес сотрудников то, что они незаконно превышают свои полномочия. Они надели на нас наручники. Это было нарушением закона о милиции. Именно это я имел в виду. - С этого момента свидетель стал почти кричать. - «И у вас, поэтому, могут быть проблемы!» Вот что я имел в виду! А Маркелов в своих заявлениях перефразировал всё иначе. Так это были не угрозы, а замечания в адрес сотрудников.

- Я говорю не о Маркелове, а рапортах сотрудников милиции, - уточнила потерпевшая.

- Значит, это было то же самое.

- А нецензурная брань?

- Персональной брани не было. Матные слова, возможно, и проскальзывали, но не относились ни к кому лично...

Один из ключевых эпизодов судебного заседания: упоминание имени Валерия Наводкина. Первым его произнёс Денис Фещенко, когда рассказывал о том, что происходило утром 9 мая. По версии Фещенко, тем праздничным утром его вместе с отцом в свой кабинет пригласил заместитель начальника УВД по Псковской области, начальник Следственного управления при УВД по Псковской области полковник юстиции Валерий Наводкин. По словам Дениса Фещенко, Наводкин знакомил отца и сына с материалами дела, показывал фотографии, сделанные на могилах. Якобы на этих фотографиях были следы обуви. Позднее в деле подобных фотографий не оказалось.

27 октября перед судом предстал ещё один потерпевший - У. Фещенко начал задавать ему вопросы.

- В каком отделе ритуальных услуг вы заказывали памятник? - допытывался бывший следователь. - Точный адрес не помните?

- А к чему вопрос? - удивилась судья Ольга Фишова.

Но Денис Фещенко определенно знал - к чему. Следующий вопрос все прояснил.

- Вы знаете, как был укреплен памятник?

Потерпевший знал.

- Укреплён довольно жёстко.

- Значит, сложно свалить его руками?

- Сложно...

Всё шло к тому, что потерпевший признает, что один человек, тем более голыми руками, такой памятник повалить не в силах.

И всё же потерпевший предположил, что никаким другим образом этот памятник никто не валил.

- Наверное, всё-таки руками, - произнёс У. - За несколько секунд можно свалить.

Вопрос именно об этом памятнике возник не случайно. Эта могила была хорошо видна с того места, с которого свидетель Маркелов наблюдал человека, похожего на Фещенко. Памятник был повален при свидетеле.

В ходе расспросов выяснилось, что потерпевший У. поваленный памятник своей дочери видел лишь на фотографии. Когда он пришёл на могилу, памятник снова кто-то установил. Причём поврежден он был как раз во время установки. Загадочная история. Разгадку, правда, найти не трудно.

Судья, пробыв полчаса в совещательной комнате, отклонила ходатайство подсудимого «о назначении всесторонней проверки зрения свидетеля М.». Фещенко сомневается в том, что справка о стопроцентном зрении, которую предоставил свидетель Маркелов, получена законным образом. Кроме того, Маркелов на суде сказал, что справку получил в январе 2009 года, а на самой справке значится другая дата - январь 2008. Судья посчитала этот факт малозначительным, так как срок действия справки - три года.

Казалось, что была бы воля подсудимого, он бы каждые десять минут отправлял свидетеля на обследование.

Сторона защиты была недовольна и действиями экспертов. Следственный эксперимент, по мнению подсудимого, проводился недобросовестно, и его надо бы повторить.

С учётом того, что суд длится уже несколько месяцев, эксперимент можно было бы провести в следующем мае, а если не получится в следующем (неизвестно - какая тогда будет погода), то через год или два. Возможно, тогда обнаружится что-нибудь неожиданное. Но лучше всего было бы подождать лет десять, когда деревья подрастут и могил снаружи невидно будет вовсе.

В самом начале судебного заседания подсудимый предъявил судье фотографии, которые, будто бы, делались с того самого места, где 8 мая вечером находился свидетель обвинения. Денис Фещенко хотел доказать, что оттуда вообще ничего увидеть невозможно. Но у суда уже имелись фотографии, которые свидетельствовали об обратном.

Любопытно, что свидетель Маркелов в мае обнаружил вандалов, когда находился на своём участке, примыкающем к кладбищенскому забору. Из чего можно сделать вывод: либо Денис Фещенко недавно пробрался на участок Маркелова и фотографировал оттуда, либо эти фотографии сделаны в каком-то другом месте. В любом случае,  суд новые фотографии рассматривать не стал.

Следующее заседание, по всей видимости, состоится 12 ноября. Начало в 10.00. Если не произойдет ничего экстраординарного, именно тогда суд и вынесет свое решение.

11.

 ЗАЩИТА СЛЕДОВАТЕЛЯ.  СКВЕРНОЕ ДЕЛО
(«Псковская лента новостей», 2009 г.)

Всё никак не завершится судебный процесс, на котором бывшего следователя ОВД Псковского района Дениса Фещенко обвиняют в том, что он накануне Дня Победы осквернял могилы на Мироносицком кладбище.

Первое судебное заседание состоялось 13 августа. С той поры произошло много поучительных событий. Например, лишился своего адвокатского статуса защитник Дениса Фещенко Леонид Стороженко. В конце октября бывший адвокат безуспешно пытался в Псковском городском суде доказать незаконность решения адвокатской палаты Псковской области от 8 сентября 2009 года.

По мнению адвокатской палаты, Стороженко нарушил право обвиняемого на защиту. К делу Фещенко это не имеет почти никакого отношения. Речь идёт о совсем другом деле. У обвиняемого П. уже был свой адвокат. Но вместо него в СИЗО со следователем явился дежурный адвокат Стороженко. Обвиняемый от услуг Стороженко отказался, что не помешало тому поставить свою подпись в обвинительном заключении и протоколе допроса.

В городском суде, в котором рассматривался иск Стороженко, обсуждались и другие сомнительные адвокатские действия, в которых нынешний защитник Дениса Фещенко принимал участие. В частности, была упомянута история, которой когда-то заинтересовался ОБЭП. Адвокат Стороженко будто бы взял деньги («то ли под судью, то ли под прокурора»). Но потом деньги заинтересованной стороне пришлось возвращать. Судья или прокурор от адвоката денег не получили. Поэтому дисциплинарного производства возбуждено не было. К ответственности адвоката тогда никто не привлёк. Свой статус он потерял совсем недавно. Но участвовать в судебных заседаниях в мировом суде Леонид Стороженко по закону по-прежнему может (это судья Псковского мирового суда Ольга Фишова в своё время подчеркнула особо).

Судя по всему, на этот раз сторона защиты рассчитывала на медицинское заключение главного свидетеля Николая М. Свидетель утверждал, что своими глазами видел, как Денис Фещенко опрокинул памятник и выдернул из могилы крест. А бывший следователь считал, что человек в таком солидном возрасте (49 лет) не может отчётливо видеть на расстоянии 20-40 метров.

В начале очередного судебного заседания, состоявшегося 12 ноября, прокурор Галина Белик зачитала выписку из амбулаторной карты. - Дабы не очернять свидетеля, - пояснила Галина Белик.

Свидетеля осмотрели 9 ноября 2009 года. Зрение у Николая М. оказалось стопроцентным (по единице на оба глаза).

- Слава Богу, здоров, - произнесла судья.

Сторона защиты, так долго настаивавшая на повторном медицинском осмотре, вынуждена была с выводами врачей согласиться. Но тут же обвиняемый Фещенко выложил на стол судье еще два ходатайства. Одно из них касалось... проверки зрения свидетеля Николая М. Удивительно, что адвокат и его подзащитный до сих пор не додумались настаивать на проверке зрения других участников процесса - судьи, прокурора, потерпевших, секретаря...

- Насколько я знаю, - высказал сомнение подсудимый, - справку давал обычный врач, который не давал подписку о даче заведомо ложного заключения. Любой врач может подтвердить, что после сорока лет у человека зрение ухудшается.

Второе ходатайство касалось повторного проведения следственных действий с выездом на место происшествия, то есть - на кладбище.

Бывший следователь настаивал на том, что свидетель со своего участка вообще ничего видеть не мог и что «препятствием для М. была не только листва, но и сами стволы деревьев».

- Но свидетель - человек, а не робот, - ответила судья. - Он мог наклониться.

Прокурор тоже скептически отнеслась к предложению подсудимого:

- Я не вижу необходимости выезда на место происшествия... Если мы будем предлагать Фещенко на месте происшествия свалить памятник, а Фещенко его не свалит? Это ведь не в его интересах. Я не понимаю - как мы заставим Фещенко напиться до такого состояния, бегать по кладбищу, смеяться и валить памятники? Я не понимаю, что желает в данный момент уточнить Фещенко на месте происшествия...  Кроме показаний М., в деле масса других доказательств вины Фещенко... Все его показания в полном объеме проверены следователем. Иначе надо считать, что следователь оболгал Фещенко, когда зафиксировал, что с того места, где находился свидетель, было видно место происшествия. Я считаю нецелесообразным выходить всем составом суда на место происшествия.

ФещенкоНо претензии подсудимого на этом не закончились. Можно сказать, что всё судебное заседание 12 ноября было посвящено лишь претензиям подсудимого. Денис Фещенко, как он и обещал на предыдущем заседании, отдал судье копию жалобы, отправленной им в Генеральную прокуратуру.  Он по-прежнему уверен, что следственные действия велись с нарушением закона. Кроме того, Фещенко настаивал и на приглашении в суд врача-хирурга Олега Ч. Прокурор была другого мнения, ссылаясь на то, что в деле есть справка о том, что Денис Фещенко «мог совершать целенаправленные активные действия». И предоставил эту справку как раз лечащий врач-хирург Олег. Ч.

 - Активные действия - понятие собирательное, - гнул свою линию Фещенко.

А линия, видимо, заключается в том, чтобы растянуть судебный процесс на длительное время. Первоначально процесс привлекал внимание даже «Первого канала» телевидения. Сейчас почти никто из наблюдателей и потерпевших на судебные заседания не приходит.

Больше всего претензий у стороны защиты, конечно же, к следствию. Леонид Стороженко заявил, что следствие с самого начала велось с обвинительным уклоном. В это время слово предоставили потерпевшей Надежде И.

Надежда И. обратилась к подсудимому:

- 8 мая вы были задержаны, и только 14 мая дело было взято в прокуратуру. Так вот, с 8 по 14 мая, когда следствие вела милиция, следствие имело не обвинительный уклон, а оправдательный. Я это знаю по тому, как 12 мая у меня не хотели принимать заявление, как дежурный говорил, что вообще никого на Мироносицком кладбище не задерживали. Единственный человек, который не менял показания - это свидетель М., на которого вы вылили столько грязи.

Затем потерпевшая проанализировала действия обвиняемого и его коллег:

  - А вы вначале отказывались от показаний, вас задерживают, потом приглашают папу, потом отпускают до того, как следователи на кладбище 9 мая проводят следственные действия. Отпускают вашего друга, который был пьян, который оскорблял сотрудников милиции при исполнении. Но его только задерживают и отпускают. Он мог вполне пойти на кладбище и уничтожить все следы вашего пребывания. И то что вы делаете... Эти «двадцать  экспертиз» по зрению... Вы же сами от экспертизы отказались.

- От какой я экспертизы отказался?

- На алкоголь.

- Это освидетельствование было.

-  И вы от него отказались. Я конечно не юрист, но... Я ознакомилась с делом, расписалась. А потом вы заявили в суде, что справку какую-то от врача по вашей просьбе вшили в дело... Меня об этом не надо было уведомлять? Какие-то справки появляются непонятные. Если семь человек говорят, что вы были пьяны, а потом внезапно в деле появляется справка, что вы были адекватны. Мне хотелось хотя бы узнать фамилию врача, который эту справку написал... И по поводу вашей хромоты. Я считаю, что чем больше человек выпьет, тем бодрее он выглядит.

Эта мысль о влиянии алкоголя на хромоту оказалась плодотворной.

- По поводу хромоты я позволю себе согласиться с потерпевшей, - сказала судья. - Когда человек выпьет много, он может не хромать, а прыгать, бегать...

Примерно о том же самом говорила и прокурор Галина Белик. Хромота ведь не препятствовала Фещенко весь вечер 8 мая ходить по городу.

- Он даже срезал угол на остановку, делая огромный крюк, - напомнила прокурор. -  Он же не ползал, он же не с костылем шёл...

И тут бывший следователь выложил еще два аргумента, которые, якобы, должны были свидетельствовать в его пользу. Он предоставил суду две дополнительные характеристики - с места учебы и с места работы.

Обе характеристики, вроде бы, были положительные. Но всё равно непонятно - чего хотел добиться подсудимый? В первой характеристике, выданной ему когда-то в Псковском филиале академии права и управления, говорилось, что Фещенко «физически развит, интересуется легкой атлетикой и стрельбой». До этого бывший следователь заявлял о том, что у него не хватило бы сил свалить памятник. А теперь в деле есть бумага с печатью, в которой говорится, что он - физически развит...

Вот если бы академия права и управления предоставила характеристику, в которой было бы написано, что он «физически не развит и не может свалить ни один памятник на кладбище» - тогда другое дело.

Вторая положительная характеристика, предоставленная Запсковским отделом милиции, оказалась без даты. Судья Ольга Фишова стала думать - присоединять её к делу или не присоединять?

У прокурора Галины Белик, естественно, таких сомнений быть не могло. Не присоединять.

- Всё зависит от того, куда она была предоставлена, - сказала она. - Существует такая тенденция: когда начальник стремится избавиться от подчинённого, который его не устраивает, то он пишет исключительно хорошую характеристику, чтобы того взяли в другое подразделение.

В свою очередь подсудимый пояснил, при каких обстоятельствах начальство осчастливило его положительной характеристикой.

- Это было весной 2008 года, когда я проходил психологическую диагностику на право ношения табельного оружия.

- Но вы-то сами не находите, что она противоречит материалам служебной проверки? - спросила судья.

- Нет, не нахожу. Это подлинный документ.

- Эта характеристика без даты и противоречит материалам дела.

- Смотря с какой стороны посмотреть. Можно сказать, что материалы дела противоречат характеристике.

- Характеристика и материалы служебной проверки - по силе это не одно и то же. Наверное, служебной проверке можно больше доверять.

- Вы уже убеждены, что Фещенко - преступник, - с обидой произнес адвокат, глядя на судью.

- Почему? - спросила Ольга Фишова. - Я приговор еще не вынесла.

Ольга Фишова, разумеется, еще не приняла никакого решения. Более того, она перенесла судебное заседание на 20 ноября. На этот раз, по настоянию стороны защиты, будут ждать появления в зале суда следователя Я-й.

А у Дениса Фещенко появилось дополнительное время, чтобы написать ещё одну жалобу. Или две. Или три. Или записать видеообращение к Большому Начальнику и выложить его в Интернет. Существует множество способов защиты.

12.

«ЕСЛИ БЫ ФЕЩЕНКО БЫЛ ФОТОМОДЕЛЬЮ...» Кладбищенские рассказы.Фещенко
(«Псковская лента новостей, 2009 г.)

«Мой процесс не двигался с места... Я всё время бегал к адвокату, он подавал многочисленные ходатайства... Все эти ходатайства были совершенно бесполезны... Целые страницы общих фраз, самовосхваление... Хотелось видеть ощутимые результаты, дело должно было двигаться к концу или по крайней мере достигнуть какого-то развития...».
Процесс, Франц Кафка.

«Мы уже входим в ненужные дебри затягивания процесса». Так выразилась прокурор Галина Белик, оценивая то, что происходит  во время судебных заседаний в Псковском мировом суде.

Затяжное падение

Речь идёт всё о том же судебном процессе, где единственным подсудимым является бывший следователь ОВД Псковского района Денис Фещенко. Его обвиняют в том, что он, в свободное от службы время, осквернил не менее десяти могил на Мироносицком кладбище. На кладбище ломались и вырывались кресты, разбивались памятники, корежились оградки... Некоторые кресты переворачивались и снова втыкались в землю.

На суде сторона обвинения охарактеризовала эти действия (в соответствии со статьей 244, части 1 УК РФ) как «НЕ относящиеся к разряду тяжких и НЕ относящиеся к разряду средней тяжести».

По мнению прокурора, Денис Фещенко заслужил исправительные работы на срок 10 месяцев с удержанием 20% от зарплаты в доход государства. Иными словами, ограничение свободы ему не грозит.

Когда заранее известно, что даже в самом худшем для подсудимого случае никакого серьезного наказания не последует, то и судебный процесс выглядит не слишком серьёзно.

Очередное судебное заседание, которое состоялось 20 ноября, в этом смысле очень показательно. Подсудимый Фещенко и его друг Алексей Константинов (тоже задержанный на кладбище) вели себя как никогда расковано, иногда - смеялись.

Однажды Галина Белик не выдержала и сказала:

- Не вижу причин смеяться.

- Я не смеялся, - резко ответил подсудимый.

- Нет, вы смеялись, Фещенко.

У Дениса Фещенко, вообще-то, имеется много оснований для веселья.

Статья 244 звучит, вроде бы, грозно: «Надругательство над телами умерших либо уничтожение, повреждение или осквернение мест захоронения, надмогильных сооружений или кладбищенских зданий, предназначенных для церемоний в связи с погребением умерших или их поминовением».

Но в этой статье есть две части. Фещенко обвиняют по части первой. Вот если бы подсудимый совершал свои действия не один, если бы осквернение коснулось мест захоронения участников борьбы с фашизмом... Тогда бы подсудимому грозило «ограничение свободы на срок до трех лет, либо арест на срок от трех до шести месяцев, либо лишение свободы на срок до пяти лет».

Впрочем, на кладбище Фещенко был не один, а с Константиновым. И среди десятка оскверненных могил находилась могила ветерана Великой Отечественной войны Николая Евдокимова, который воевал в партизанской бригаде Германа и умер в начале 2009 года (крест на его могиле был разбит, венки исчезли). Надругательство происходило накануне Дня Победы. Свидетели слышали выкрики на иностранном языке.

Но все эти отягчающие обстоятельства, видимо, в своё время не произвели на следствие сильного впечатления. И теперь немногочисленные присутствующие вынуждены наблюдать за заседаниями мирового суда, которые, усилиями стороны защиты, временами выглядят как фарс. Однако Денис Фещенко по-прежнему  настаивает на том, что следствие с самого начала велось с обвинительным уклоном, и ждёт защиты из Москвы, со стороны Генеральной прокуратуры.

Подсудимый Фещенко и исполняющий обязанности адвоката Леонид Стороженко забрасывают суд однотипными ходатайствами, настаивая на допросе в качестве свидетеля  врача-хирурга, проведении следственного эксперимента на кладбище, очередной проверке зрения свидетеля и т.п.

Кроме того, Денис Фещенко снова захотел увидеть в качестве свидетеля защиты своего отца Николая Фещенко, несмотря на то, что раньше Фещенко-старший присутствовал на заседании суда и слушал потерпевших. Леонид Стороженко убеждён в том, что одно другому не мешает и не противоречит закону. Прокурор уверена в обратном.

Ещё одно ходатайство было связано с той самой положительной характеристикой, которую следователь получил в Запсковском отделе милиции. Экс-следователь так активно её всем демонстрирует, как будто это не характеристика, а индульгенция, способная оградить его от любого наказания.

Все повторные ходатайства судьей Ольгой Фишовой 20 ноября были отклонены.

Чего не хватает милиции

На предыдущем  заседании, состоявшемся 12 ноября, сторона защиты настаивала на допросе  в суде старшего дознавателя Завеличенского отдела милиции Натальи Я-ой. На этот раз Наталья Я-ва. пришла и выступила.

Адвокат и подсудимый пытались найти несоответствия в показаниях Натальи Я-й, которая проводила предварительный осмотр места происшествия вечером 8 мая. В частности, речь шла об изъятых на кладбище пластиковых стаканчиках и бутылках. Леонид Стороженко очень интересовался тем, где она их взяла? На скамейке? Или рядом со скамейкой? Оказалось, что и там, и там. Изымались предметы «не с мусорной кучи», и это была «свежая посуда». На посуде обнаружили отпечатки пальцев Фещенко и Константинова. Но Фещенко, однако, по-прежнему настаивает, что они на кладбище в тот вечер не пили.

Свои впечатления от увиденного вечером 8 мая Наталья Я-ва выразила так:

- Мы приехали после десяти вечера. Смеркалось. Некоторые памятники были разбиты «в крошку», были вырванные кресты... Я редко выезжаю на кладбище ночью, мне было даже страшно... Взгляд Фещенко был как бы стеклянный немножко. Я подозреваю, что он был в состоянии алкогольного опьянения.

Очень примечательны слова  старшего дознавателя по поводу того, что Завеличенский отдел вообще не отреагировал на вызовы:

- Как я поняла, мы приехали не очень быстро, свидетели ругались... Я так понимала, что патрульная служба искала нарушителей в другом месте кладбища.

А прокурор Галина Белик дипломатично предположила, что милиция не отреагировала на два вызова потому, что, «может быть, не было дежурной машины, техникой наша милиция обеспечена в недостаточной степени».

Нашей милиции, судя по тому, что прозвучало в зале суда, вообще многого недостаёт.

- Как всегда, у нас в милиции нет фонарей, - сказала представитель Завеличенского отдела милиции.

К счастью, фонари имеются у некоторых свидетелей. Благодаря этому, осмотр места происшествия поздним вечером всё же был произведен. Так что Николай М. оказался вдвойне ценным свидетелем (фонарей у него нашлось два).

Кроме того, бывший милиционер Фещенко утверждает, что дополнительный «фонарь» ему попытался «навесить» всё тот же свидетель Николай М., обозвав фашистом и ударом сбив с ног. Но на суде это не подтвердилось.

Боевая биография

Наталья Я-ва на суде высказывалась довольно откровенно. Однажды это привело к тому, что была оглашена информация, которая до этого публично, тем более «под протокол», никогда не произносилась, хотя о ней «в узких кругах» было давно известно.

Грань была перейдена после того, как Денис Фещенко неосторожно вспомнил свою  встречу с заместителем начальника УВД по Псковской области, начальником Следственного управления при УВД по Псковской области полковником юстиции Валерием Наводкиным. Встреча состоялась в кабинете начальника Следственного управления 9 мая. На неё был приглашен не только сын, но и отец - Николай Фещенко. По версии защиты, Валерий Наводкин знакомил отца и сына с материалами дела, а именно - с фотографиями, на которых были видны отпечатки ног возле могил. Часть из них, как многократно повторял Денис Фещенко, потом куда-то исчезла.

Услышав фамилию Наводкина, Наталья Я-ва тотчас отреагировала. Она сказала, что ей ничего об этом не известно, мало ли что говорят? И тут же добавила, обращаясь к Фещенко:

- Говорят, что в компьютерах и везде есть - как вы пляшите на памятниках.

И дознаватель стала развивать мысль о «гипотетических предположениях».

Хотя было бы, конечно, интересно поподробнее узнать о том, какие фотографии хранились в компьютерах Дениса Фещенко и его друзей. Как часто они посещали кладбище? Танцевали ли они на могилах? Если танцевали, то какие это были танцы? Насколько регулярно Денис Фещенко покупал патроны для травматического пистолета? Связано ли это с тем, о чём говорят священники храма Жен Мироносиц? (А говорят они о том, что иногда вечером могилы на Мироносицком кладбище обстреливались из травматического пистолета, а на могилах убивали животных). Или это только случайное совпадение?

Денис Фещенко так настойчиво предъявлял суду положительную характеристику с места учёбы в Псковском филиале академии управления и права, что захотелось почитать и прочие его характеристики. Как он проявил себя во время учебы в милицейском лицее? Как будущий следователь во время учебы относился к животным? Какую характеристику дало ему начальство, когда он служил в Пыталовском ОВД? Что же именно произошло с Денисом Фещенко в Пыталово, а потом и во время службы в Запсковском отделе милиции?

Если бы всё это было рассмотрено в суде, тогда бы процесс трудно было назвать искусственно затянувшимся. И тогда стало бы ясно - случайно оказались Фещенко и Константинов накануне Дня Победы на кладбище или не случайно. Что из сказанного правда, а что - ложь? Было бы неплохо развеять слухи, отмести лишнее. Вот только кому это кроме потерпевших надо?

Пока же  суд, продолжающийся четвёртый месяц (!), с трудом добрался до прения сторон. Но прежде чем они начались, последовали очередные ходатайства стороны защиты - теперь уже с целью допросить в качестве свидетелей дознавателя Н. и эксперта К., которые приехали на кладбище утром 9 мая и произвели повторный осмотр места происшествия.

Отложенный ход

Леонид Стороженко и Денис Фещенко обратили внимание на то, что на кладбище не обнаружены следы обуви 40 размера, принадлежащей Денису Фещенко.

- О чём хочет узнать Фещенко? - удивилась прокурор Галина Белик. - Вы хотите сказать, что по кладбищу люди летают, а ходите только вы? Я понять не могу, что вы к этим следам прицепились? Вы считаете, что другие люди по кладбищу не ходят и других людей там просто быть не могло? Только один Фещенко ходил, а все остальные - летали! Там все осматривали, все ходили. Эксперт мог пройти по вашим следам, тот же самый ППС, ваши начальники могли прийти посмотреть и затоптать ваши следы на песке. Никто не изымал ваши следы. Этого вам не вменяется и такого доказательства не предъявляется.

Что вы хотите узнать от дознавателя?

- По какой причине следы не изымались, - невозмутимо ответил Леонид Стороженко.

- Их там не было! Были бы изъяты - были бы в деле. Для нас бы это было ещё одним плюсом... У людей есть такая необходимость - ходить по кладбищу. Естественно, там есть следы. Ваших там не зафиксировано.

- Это как раз и доказало, что его там не было, - вдруг заявил адвокат.

- Да его задержали на кладбище! - не сумела сдержать эмоции прокурор.

Возникло опасение, что сейчас сторона защиты начнет утверждать, что на кладбище задержали не Фещенко, а его двойника. Чертовщины в этой истории было уже так много, что новой чертовщине мало бы кто удивился.

Но версию с двойником никто не предъявил, и тогда судья с радостью объявила:

- Переходим к прениям.

Протестов не последовало.

Наиболее запоминающимися в прениях оказались слова Галины Белик, которая пыталась разбить версию Фещенко о том, что свидетель М., несмотря на его стопроцентное зрение,  в принципе не мог увидеть кладбищенских вандалов, потому что ему мешали стволы деревьев

- Свидетель М. - не железный лом, - произнесла прокурор. - У него голова прикреплена на шее. Он мог согнуть голову, повернуться, сделать так, чтобы было видно, независимо от деревьев. Он мог подняться на цыпочках, присесть - потому что он человек, живой человек. Но если бы он был железный лом и не мог поворачивать голову и вращать глазами, то ему бы дерево безумно мешало.

Кроме того, Галина Белик высмеяла подсудимого и его адвоката, которые всем подряд в течение всего процесса задавали один и тот же вопрос: «В чем был одет Денис Фещенко?»

- Если бы Фещенко был бы фотомоделью на подиуме, то я бы поняла требования к свидетелю: «В чём я был одет? В чем?» Я понимаю, если бы он был НИ В ЧЁМ НЕ ОДЕТ. Я думаю, что тогда бы М. обратил на это внимание. ... «Сколько у меня было пуговиц?» Вы вообще представляете, о чём спрашиваете? Да какая разница мужику, в чём был одет другой мужик?! Он не на женщину на подиуме смотрит...

При этом стоит отметить, что главный свидетель, несмотря на то, что Фещенко совсем не напоминал фотомодель, описал одежду следователя довольно точно. Он всего лишь не рассмотрел стрелки на чёрных брюках, отчего возникла легкая путаница в названиях. Чёрные брюки были на Фещенко или всё же чёрные джинсы?

Когда наступила очередь стороне защиты поучаствовать в прениях, Денис Фещенко предложил:

- Я думаю, что стоит отложить. Мне надо подготовиться.

- Как отложить? - удивилась судья. - Мы УЖЕ участвуем в прениях. Они УЖЕ начались.

- Мы неоднократно откладывали слушания, - сказала прокурор. - У вас было время подготовиться.

С прокурором согласилась и потерпевшая Надежда И. Сколько можно откладывать?

- Я даже не знаю - куда отложить? - засомневалась судья, глядя на календарь.

И все жё, в конце концов, Ольга Фишова приняла решение отложить прения до зимы, до 2 декабря.

А потом наступит весна, объявят амнистию к 65-летию Победы или произойдёт ещё что-нибудь.

 13.

ЗАМЕДЛЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ
(«Городская среда», 2009 г.)

В Псковском мировом суде продолжается суд над бывшим следователем ОВД Псковского района Денисом Фещенко, который обвиняется в осквернении могил на Мироносицком кладбище.

Помню, как в августе месяце с журналистами «Первого канала» мы обсуждали вопрос: закончится ли суд над Фещенко до конца лета? До конца лета тогда оставалось совсем немного - несколько часов. Дело было 31 августа, в тот день проходило заседание суда.

Скоро начнётся календарная зима, а суд продолжается. Хотя, казалось бы, никаких серьёзных оснований для такого длительного процесса нет. Все свидетели подтверждают свои первоначальные показания. Новых существенных обстоятельств не открылось. Но время идёт, а решения суда всё нет.

Столь медленное, «в час по чайной ложке», продвижение заставляет наблюдателей думать о том - кому это нужно? Что там, на дне стакана?

Потерпевшим затягивание точно не нужно. Об этом они ясно высказались в суде. Зато сторона защиты постоянно стремится «растянуть удовольствие», посмаковать подробности, выехать на место происшествия, ещё раз пройтись вдоль могил...

Говорят, будто всё дело в том, что Денис Фещенко таким образом стремится избежать службы в армии. Из милиции его уволили. Выходит, по закону настала пора укреплять вооруженные силы Российской Федерации.

Ходить вдоль могил - это не то, что ходить строем.

Тот, кто до сих пор сомневался в том, что г-н Фещенко сможет укрепить  боеспособность государства, должен был поменять своё мнение после заседания суда, прошедшего 12 ноября 2009 года.

Подсудимый представил неопровержимые доказательства (если не своей невиновности, то хотя бы своей боеспособности). Он предложил ознакомиться судье Ольге Фишовой с характеристикой, выданной ему в филиале Псковской академии права и управления.

В характеристике было сказано, что г-н Фещенко «физически развит, интересуется легкой атлетикой и стрельбой». О том, что Денис Фещенко интересуется осквернением могил, в бумаге не говорилось. С такой положительной характеристикой можно сразу же посылать на передовую.

Но подсудимый не ограничился одной положительной характеристикой. На стол судье лёг ещё один лист. На нем, правда, не было даты, зато там говорилось, что в Запсковском отделе милиции Фещенко проходил службу достойно.

Характеристика, однако, абсолютно противоречила служебному расследованию, которое проводилось в связи с многочисленными нарушениями следователя Фещенко. На это обратила внимание судья. Но это не смутило подсудимого. Его вообще ничего не смущает. Он самоуверенно заявил: «Смотря с какой стороны посмотреть. Можно сказать, что материалы дела противоречат характеристике».

Если бы решения суда выносились исходя из характеристик, то Дениса Фещенко немедленно бы оправдали. Но наша судебная система  до этого еще не докатилась. Поэтому подсудимый остался на своём законном месте. То есть на скамье подсудимых.

Прокурор Галина Белик предположила, что предоставленная в суд характеристика из разряда тех, которые пишут начальники, когда хотят избавиться от подчинённого - «чтобы его взяли в другое подразделение».

Но подсудимый развеял сомнения, объяснив, что характеристику ему дали весной 2008 года, когда следователь проходил психологическую диагностику на право ношения табельного оружия.

В Запсковском отделе от следователя Фещенко избавились несколько позже. Таким образом, милиционер в 2008 году получил и право носить оружие, и возможность убраться подальше с глаз начальства, которое вынуждено было объявить о его неполном служебном соответствии.

12 ноября в зале №13 Псковского мирового суда очень мало говорилось по существу дела. В основном, выслушивались жалобы и претензии подсудимого. Они, как обычно, были несколько однообразны.

Стороне защиты всё никак не дает покоя зрение главного свидетеля обвинения Николая М. Эта трогательная забота о его зрении, в конце концов, привела к тому, что свидетель 9 ноября 2009 года прошёл внеплановый медицинский осмотр, который подтвердил, что зрение у него - идеальное.

Денис Фещенко, вроде бы, первоначально согласился с выводами врача, но немного позднее его снова взяли сомнения, и он не смог оставить их при себе и произнёс: «Справку давал обычный врач, который не давал подписку о даче заведомо ложного заключения. Любой врач может подтвердить, что после сорока лет у человека зрение ухудшается».

Наверное, минут двадцать сторона защиты предъявляла аргументы в пользу того, чтобы суд в полном составе отправился на кладбище. Не на совсем, конечно, а только на время проведения следственного эксперимента.

Но в чём именно должен заключаться следственный эксперимент?

Этот вопрос заинтересовал прокурора Галину Белик. «Если мы будем предлагать Фещенко на месте происшествия свалить памятник, а Фещенко его не свалит? - вслух стала размышлять прокурор. - Это ведь не в его интересах».

Но самый риторический вопрос был задан немного позднее, когда Галина Белик сказала: «Я не понимаю - как мы заставим Фещенко напиться до такого состояния, бегать по кладбищу, смеяться и валить памятники?»

В итоге мировой суд поступил очень гуманно. Он не стал спаивать подсудимого и заставлять его бегать пьяным по кладбищу.

Исполняющий обязанности адвоката Леонид Стороженко снова обвинил следствие в предвзятости. В качестве аргумента была предоставлена жалоба, направленная  генеральному прокурору. Об этой жалобе уже упоминалось во время предыдущего судебного заседания. Тогда прокурор высказала свое недоумение: почему жалоба была подана так поздно, когда дело уже находится у судьи? Каким образом генеральная прокуратура сейчас может проверить законность или незаконность того, что делали следователи?

Как выразился Денис Фещенко в самом начале заседания - «по логике любого здравого смысла» показания свидетеля Николая М. ставятся под сомнение.

Но из материалов, предоставленных стороной защиты, это совсем не следует. Главный свидетель всё время был очень последователен. Это в своей речи подчеркнула и прокурор, а потерпевшая Надежда И. не согласилась с тем, что следствие с самого начала носило обвинительный уклон.

По мнению Надежды И., «с 8 по 14 мая, когда следствие вела милиция, следствие имело не обвинительный уклон, а оправдательный». Потерпевшая напомнила, что 12 мая у неё вообще не хотели принимать заявление. А до этого, 9 мая 2009 года, с материалами дела ознакомили подозреваемого и его отца. Утром отпущен был и второй задержанный (Константинов). И «он мог вполне пойти на кладбище и уничтожить все следы пребывания».

Надежда Н. высказала свое удивление неожиданным появлением в деле справки, в которой говорилось о том, что задержанный Фещенко был адекватен, и одежда на нем была чистая. Эта справка противоречит показаниям, по крайней мере, семи свидетелей. Потерпевшая особо отметила, что справку в дело вшили уже после того, как она с делом ознакомилась. И Надежду И. о появлении нового документа никто не предупредил.

... Когда все ходатайства и характеристики были рассмотрены, речь зашла о свидетелях и потерпевших. Оказалось, что сторона защиты настаивает на том, чтобы в суде выступила следователь Я-ва.

Ольга Фишова сказала: «Следователь просит, чтобы её не вызывали. Она уже давала письменные показания и подтверждает их».

Но Денис Фещенко ответил: «Самое главное - следователь Я-ва, мой бывший коллега. Её надо обязательно вызвать в суд, чтобы задать ей ряд вопросов».

А Леонид Стороженко добавил: «Может быть - приводом? Раз она не является...»

Но Ольга Фишова решила, что в этом случае можно обойтись и без привода, назначив следующее судебное заседание на 20 ноября.

14.

ВандалСЛЕДЫ СЛЕДОВАТЕЛЯ
(«Городская среда, 2009 г.)

В Псковском мировом суде продолжают судить бывшего следователя Дениса Фещенко.

Это как раз тот случай, когда главное было решено еще до суда. Его не посадят.

Следователь ОВД Псковского района весной 2009 года ушёл на больничный и в свободное от службы время разрушал могилы на Мироносицком кладбище. Так считает сторона обвинения.

Но та же самая сторона обвинения 20 ноября 2009 года попросила суд направить Дениса Фещенко на «исправительные работы на срок 10 месяцев с удержанием 20% от зарплаты в доход государства». То есть за каждую осквернённую могилу - по одному месяцу, но не на зоне и не в тюрьме. Это, разумеется, только в том случае, если Фещенко признают виновным.

Прокурор Галина Белик особо отметила, что это самое суровое наказание, которое мог бы получить подсудимый по статье 244 части 1 УК. Впрочем, прокурор могла бы попросить суд о дополнительных мерах. Например, о том, чтобы Денису Фещенко запретили какое-то время служить в милиции. Но Галина Белик этого не сделала, посчитав, что его и так больше никто в милицию не возьмеё.

Не хочется гадать: возьмут? не возьмут? Ясно одно, суд такого запрета точно не вынесет. А учитывая связи подсудимого, вполне возможно допустить, что в будущем Фещенко ещё себя как милиционер проявит.

Галина Белик в своей речи предложила подсудимому признать вину, раскаяться и попросить прощения у потерпевших. Реакция была предсказуема. При слове «раскаяние» присутствовавший на заседании свидетель защиты Алексей Константинов, тоже задержанный на кладбище вечером 8 мая, начал смеяться.

Ещё раньше смеялся и Денис Фещенко. Его рассмешило то, что потерпевшая Т. по моральным причинам не пришла на суд (могила её матери была осквернена на 40-й день после смерти).

Но надо признать: раскаиваться Фещенко не выгодно. Во-первых, ещё неизвестно, чем закончится суд. Возможно, что бывшего следователя оправдают. Во-вторых, даже если его признают виновным, то Денис Фещенко может рассчитывать на апелляцию. Следствие, судя по всему, действительно велось не идеально.

По большому счёту, Фещенко сейчас мало что теряет. Несмотря на то, что он, по версии следствия, осквернил могилу ветерана Великой Отечественной войны в канун Дня Победы (по закону за это предусматривается лишение свободы до пяти лет), из-под удара следователя своевременно вывели, сосредоточившись на части 1 статьи 244 УК. Ведь Фещенко мог и не знать, что осквернял могилу ветерана.

Предварительный сговор, который отягчал бы вину подсудимого, тоже следствием всерьёз не рассматривался.  Сговариваться он мог с Алексеем Константиновым, но тот фигурирует на суде не как подсудимый, а всего лишь как свидетель.

Так что раскаиваться Фещенко нет никаких причин. Иначе это будет признанием того, что Константинов в суде лжесвидетельствовал. И тогда придётся уточнять истинную роль бывшего советника бывшего вице-губернатора во всей этой истории.

Судебное заседание, проходившее 20 ноября, должно было быть посвящено прениям сторон. Но прения состоялись лишь частично. Высказалась только прокурор. А подсудимый сделал вид, что не понял, что прения уже начались, и когда ему предоставили слово, заявил, что предлагает прения отложить, потому что ему нужно время для подготовки.

Судья Ольга Фишова сообщила непонятливым подсудимому и адвокату, что прения уже идут. Но сторона защиты по-прежнему стремилась отложить процесс.

Собственно, затягивание - это главная особенность суда над Фещенко.

Как сказала прокурор, «все устали от бесконечного затягивания, от этих ходатайств...Они ни о чём. Если бы речь шла о человеке-дилетанте... Но на скамье подсудимых - юрист. И эти бесконечные ходатайства свидетельствуют о желании затянуть судебное разбирательство».

Ещё одно свидетельство  затягивания - решение Ольги Фишовой прервать прения и  перенести судебное заседание на 2 декабря. Таким образом, суд начался летом, а закончится, видимо, зимой.

Но ещё перед тем, как приступить к прениям, на суде были заслушаны показания свидетеля Натальи Я-й, которая в качестве дознавателя прибыла на Мироносицкое кладбище вечером 8 мая.

В основном, в этой части судебного заседания говорили о посуде, которую обнаружила Наталья Я-ва. Выяснилось, что дознаватель «не изымала бутылки по всему кладбищу». Более того, она собрала пластиковые стаканы и бутылки из-под пива и водки возле той самой скамейки и со скамейки, на которой, по словам свидетеля Николая М., сидел Алексей Константинов.

Таким образом, показания свидетеля обвинения (Натальи Я-й) не сошлись с показаниями свидетеля защиты (Алексея Константинова).

Самое любопытное, что дознаватель как бы невзначай упомянула, что фотографии Дениса Фещенко, на которых он танцует на могилах, якобы находились в компьютере подсудимого. И не только в его компьютере. Но развития тема не получила. И ничего удивительного в этом не нет.

Если бы в суде были предъявлены компрометирующие подсудимого фотографии, процесс бы пошёл совсем иначе. Это бы принципиально изменило ситуацию.

В нынешнем варианте, по версии следствия, картина преступления выглядит следующим образом: два приятеля встретились на кладбище, выпили, один из них, видимо под воздействием алкоголя, начал вырывать кресты и крушить ими памятники и оградки. А его товарищ - сидел и смеялся.

Но если бы были получены доказательства того, что следователь Фещенко регулярно ходил на кладбище и изощренно там веселился, то впереди бы снова замаячила часть 2 той же статьи 244 УК («Надругательство над телами умерших либо уничтожение, повреждение или осквернение мест захоронения, надмогильных сооружений или кладбищенских зданий, предназначенных для церемоний в связи с погребением умерших или их поминовением») и 5 лет заключения. Подобный расклад не устроил бы, наверное, никого, исключая потерпевших. Особенно бы это не устроило подсудимого и его бывших милицейских начальников, которые не могли не знать о странных наклонностях своего подчиненного. А если всё же не знали - тем хуже для них.

Так что никаких фотографий «танцующего Фещенко» на суде появиться не могло. Удивительно, что об этом вообще упомянули. (И не упомянули бы, если бы Фещенко, желая ещё дольше затянуть процесс, не настоял на выступлении в суде дознавателя).

Местами судебное заседание напоминало театр абсурда. Денис Фещенко и его защитник (экс-адвокат Леонид Сторожнеко) подавали бесконечные ходатайства, говорили о каких-то исчезнувших следах и, в конце концов, договорились до того, что в суде прозвучало: отсутствие следов на песке доказывает, что Фещенко на кладбище не было. Об этом заявил Леонид Стороженко.

В таком случае, стало непонятно - кого именно задержали на кладбище вечером 8 мая? Кто размахивал на кладбище удостоверением следователя? На кого надевали наручники? Кого доставляли в милицию? И вообще, кто регулярно садится в автобус № 11 и приезжает в Псковский мировой суд?

Есть основания считать, что это один и тот же человек - Денис Николаевич Фещенко.

Галина Белик, выслушав аргументы защиты, в том числе и пожелание выслушать ещё одного дознавателя, спросила: «О чем хочет узнать Фещенко? Вы хотите сказать, что по кладбищу люди летают, а ходите только вы?»

Это был очень характерный эпизод. Если у читателей нет желания знакомиться со всем тем, что до этого происходило на суде, то для понимания обстановки достаточно одного этого эпизода. Вся защита построена на концентрации внимания на второстепенных эпизодах при игнорировании главного.

Если бы Фещенко не задержали на кладбище, то отсутствие следов возле могил было бы существенным. Если бы никто не видел, как он громил памятники и вырывал кресты, то, разумеется, все доводы защиты воспринимались бы совсем иначе.

Но в деле есть факты, которые опровергнуть сложно либо невозможно. И сторона защиты выбрала очень простой, но скользкий путь, пытаясь акцентировать внимание на незначительных деталях. Детали ускользают, а существенное - остается. Впрочем, окончательные выводы сделает судья, скорее всего - в декабре.

Если бы Фещенко был футболист, то его бы наказали, по крайней мере, за затяжку времени. Но Фещенко - не футболист, а судя по предоставленной из филиала академии права и управления характеристике - стрелок и легкоатлет. Возможно, поэтому его никто пока не наказывает и, пользуясь случаем, он периодически старается удовлетворять своё любопытство. 

Похоже, он ещё не вышел из образа следователя и постоянно с нескрываемым удовольствием задаёт всем вопросы. Допытывается.

К примеру, у Натальи Я-вой он поинтересовался: «Для вас как следователя возможно ли на куски разбить памятник?» - «Для меня - невозможно», - ответила дознаватель. - «Я имею в виду - можно ли физически? Рукой или ногой». - «При помощи какого-то предмета... Там возможность была разгуляться».

Если верить показаниям главного свидетеля - Николая М., Фещенко «разгулялся» на кладбище с помощью предварительно вырванного из могилы креста. Именно крестом он наносил удары.

Но нельзя сказать, что Фещенко, таким образом, нанёс удар ещё и по репутации милиции. Она и без того не высока. А то, что первоначально некоторые его коллеги-милиционеры сделали всё от них зависящее, чтобы смягчить возможное наказание, никого удивить не может. Так же как не удивляет то, что сотрудники Завеличенского отдела целый час игнорировали вызовы и на кладбище появились лишь после того, как подозреваемые были задержаны.

Как выразилась на заседании прокурор Галина Белик, «к сожалению, так уж работают правоохранительные органы». «Бездействие со стороны правоохранительных органов привело к продолжению разрушения», - добавила прокурор.

Теперь слово за судьей.

15.

СЛАБОЕ ЗВЕНОФещенко
(«Городская среда», 2009 г.)

В Псковском мировом суде 2 декабря 2009 года завершился процесс по делу об осквернении могил на Мироносицком кладбище.

Заключительное заседание, по традиции, началось с того, что подсудимый снова предъявил ходатайство, направленное против главного свидетеля Николая М.

Николай М. и его жена, вечером 8 мая 2009 года в течение часа безуспешно вызывавшие милицию на место происшествия, оказались самым сильным звеном во всей этой истории.

Они утверждали, что в Пскове накануне Дня Победы на Мироносицком кладбище оскверняли могилы. Николай М. отчетливо видел, что одним из вандалов был Денис Фещенко (как выяснилось, следователь милиции). Дениса Фещенко и его друга Алексея Константинова, в конце концов, прямо на кладбище задержал наряд вневедомственной охраны.

Происшествие, разумеется, неординарное, но, учитывая, что люди были задержаны возле могил, особые трудности в расследовании вряд ли могли возникнуть. Имеются в виду объективные трудности. Надо было получить отпечатки пальцев, слепки, провести освидетельствование, экспертизы...

Всё более-менее ясно.  Если бы не субъективные трудности.

Первым слабым звеном оказался Завеличенский отдел милиции. Это его сотрудники не реагировали на звонки свидетелей. Если бы они вовремя прибыли на место происшествия, то осквернителей могил застали бы не рядом с могилами, а на могилах. Доказывать вину было бы проще. Но милиционеры воздержались от приезда. Повторный вызов их тоже не убедил. И это значит, что на их совести несколько разрушенных памятников и сломанных крестов (осквернение, судя по материалам дела, продолжалось больше часа).

На последнем заседании подсудимый Фещенко с пониманием отнёсся к коллегам из Завеличенского отдела, объяснив их неторопливость тем, что в звонках «не было никакой конкретики в описании, поэтому милиция не торопилась приезжать».

Вторым слабым звеном стали представители следствия. Если бы всё было сделано как надо, то сторона защиты не имела бы вообще никаких шансов.

Объяснить недостатки следствия только непрофессионализмом очень сложно. Правильнее было бы  предположить, что произошло вмешательство сил, заинтересованных в том, чтобы следователь и его друг (в недавнем прошлом - советник вице-губернатора Псковской области) избежали ответственности.

Первым делом, из-под удара вывели экс-советника Алексея Константинова. Свидетель не видел, как он крушил надгробия. Он всего лишь сидел на скамейке и смеялся (советовал?). Учитывая то, что Константинов, исходя из показаний свидетеля, находился на кладбище больше часа, он действительно на некоторое время мог присесть на скамейку. Тем более что он был пьян. Но сидел ли он всё это время? Не оказывал ли он посильную помощь своему другу, находившемуся в тот момент на больничном? Этими вопросами, судя по всему, следствие интересовалось не очень сильно.

Таким образом, Денис Фещенко изначально подозревался в том, что действовал один, и это значительно смягчало его вину. Правда, казалось бы, существовали и отягчающие обстоятельства. Одна из оскверненных могил - могила ветерана Великой Отечественной войны. В части 2 статьи 244 УК РФ прямо говорится, что за подобное деяние предусматривается наказание вплоть до 5 лет заключения.

Однако ничего отягчающего следствие в этом деле не нашло. И это означало, что следователь, которого через месяц после происшествия всё же уводили из милиции (за появление на службе в нетрезвом виде), в худшем для него случае отделается исправительными работами.

Так что когда дело передали в мировой суд, уже складывалось ощущение, что победитель в процессе известен. Это Денис Фещенко.

Он и вёл себя на судебных заседаниях как победитель.

Каких-то серьёзных аргументов защита не предъявляла, сконцентрировавшись на самом сильном звене, то есть на свидетеле. Все четыре месяца сторона защиты настаивала на том, что у Николая М. плохое зрение. Не убедило защиту и полученное 9 ноября 2009 года медицинское заключение.

На 2 декабря 2009 года Фещенко и его защитник Леонид Строженко приберегли ещё один «аргумент». Сторона защиты якобы установила, что у свидетеля - «заболевание нервной системы и головного мозга», что означало: надо возобновлять следствие «в связи с вновь открывшимися обстоятельствами».

Подсудимый начал зачитывать по бумажке название болезни, которой якобы страдает свидетель. Признаки болезни действительно звучали зловеще - «выпадение сознания, выпадение зрения, удвоение предметов в глазах...» Но это только на слух. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что не все так страшно, и свидетель Николай М. будет жить и работать.

Сторона защиты раздобыла каким-то сомнительным образом медицинскую карту свидетеля и произвольно интерпретировала то, что там написано. Имелся в виду шейный остеохондроз. Причём последняя запись в медицинской карте была сделана 11.07.2006.

Денис Фещенко и Леонид Стороженко попытались использовать универсальный способ, с помощью которого можно «вывести из игры» почти любого человека. Абсолютно здоровых людей нет. Значит, люди хотя бы раз в своей жизни принимали лекарства. У самого невинного лекарства может быть побочный эффект. В инструкции к лекарству можно обнаружить «обморок», «летаргию», в том числе и «двоение в глазах»... В инструкции не написано, сколько «обморок», «летаргия» или «двоение в глазах» могут продолжаться. Может быть, всю жизнь? И уж тем более, в инструкциях и учебниках не пишут имена-фамилии пациентов.

Если бы подобные аргументы имели силу, то и без того пребывающая в тяжёлом состоянии российская судебная система просто прекратила бы своё существование.

Но судья Ольга Фишова отклонила ходатайство, обратив внимание на то, что предоставленные справки оформлены не по закону, выданы в доврачебном кабинете, в названии болезни имеются грубые орфографические ошибки.

Да и сам способ получения стороной защиты медицинской информации вряд ли соответствует закону. Леонид Стороженко к 25 ноября 2009 года, когда была получена справка, уже лишился адвокатского статуса, то есть имел те же права, что и любой другой гражданин. Как получилось, что ему на руки выдали чужую медицинскую карту?

Информация, прозвучавшая суде, - достаточное основание для того, чтобы постараться разобраться в том, что же действительно произошло в поликлинике № 2. И правда ли сын заведующей работает под началом отца подсудимого?

Каждое новое судебное заседание преподносило сюрпризы и давало информацию о том, что у подсудимого серьёзные защитники. И дело здесь не в г-не Стороженко, который не производил впечатления серьёзного юриста. Подлинные защитники остались за кадром.

В последнем слове, которое  Денис Фещенко не без труда нашёл в печатном виде на столе Леонида Сторожнеко в кипе других бумаг, подсудимый не проявил оригинальности. Вины своей он так и не признал, на прощание зачитав: «В завершении могу сказать, что во время предварительного следствия в прокуратуре мне говорили, что ты будешь осужден независимо от наличия достаточного количества доказательств. Достаточно, что человек указал на тебя, как на лицо, совершившее преступление. Но я всегда надеялся, что это не так. У меня всё».

Был объявлен сорокопятиминутный перерыв, после которого судья Псковского мирового суда Ольга Фишова зачитала приговор, во время которого Денис Фещенко старался выглядеть серьёзным. Но это не всегда у него получалось. И тогда он оборачивался и  улыбался, переглядываясь со стоящим за его спиной Алексеем Константиновым, который тоже не всегда сдерживал улыбку.

«Исследовав доказательства, суд пришел к выводу, что вина подсудимого полностью доказана, - тем временем произносила Ольга Фишова. - Показания подсудимого о том, что он не ломал кресты и памятники на могилах Мироносицкого кладбища, сам на кладбище находился незначительное количество времени, видел, что памятники и кресты уже были повреждены суд расценивает как стремление Фещенко избежать уголовной ответственности за содеянное. А показания свидетеля Константинова как имеющие целью защитить своего друга. Пояснения Фещенко и Константинова не подтверждены доказательствами...»

Псковский мировой суд признал бывшего следователя ОВД по Псковскому району Дениса Фещенко виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 244 УК РФ («Надругательство над телами умерших и местами их захоронения») и приговорил его к 10 месяцам исправительных работ с удержанием 10% в доход государства (прокурор Галина Белик просила 20%).


Суд частично удовлетворил иск потерпевшей Надежды И. о взыскании возмещения морального вреда за повреждение могилы ее отца, ветерана Великой Отечественной войны, в размере 20 тысяч рублей (в иске значилась сумма в 100 тысяч). Заявленные иски о возмещении материального вреда - на 15 тысяч рублей и на 700 рублей - ещё двух  потерпевших суд оставил для рассмотрения в рамках гражданского производства (из-за того, что не было представлено расходных документов).

Таким образом, бывшего милицейского следователя признали виновным в умышленном надругательстве над могилами (пострадали не менее 10 могил). Было признано, что накануне Дня Победы следователь валил надгробные памятники с постаментов на землю и ломал деревянные кресты.

Приговор суда вступил бы в силу спустя 10 дней, если бы не обжалование. Апелляцию подала сторона защиты.

Но, как было сказано, главное было решено ещё до начала суда: наказание будет символическим. И накажут лишь одного человека, у которого масса смягчающих обстоятельств (ранее не судим, в медвытрезвитель не доставлялся, к административной ответственности не привлекался, на учёте у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, имеет положительную характеристику с места учёбы...)

И это означает, что одновременно с вынесением приговора Фещенко прозвучал ещё один приговор, который обжалованию не подлежит. Приговор сложившейся системе, в которой часто быть свидетелем опаснее, чем быть подсудимым. Государству, в котором давят на потерпевших. Государству, в котором за доказанное надругательство над могилами, в том числе и могилой ветерана Великой Отечественной войны, всерьез не наказывают. Общество, в котором все это происходит, и есть самое слабое звено. Если кто-то возмущается, то предпочитает делать это анонимно, в Интернете.

На фоне такого общества государству не надо особенно напрягаться.

Государство в очередной раз проявило свое бессилие. В современной России очень легко на расстоянии защищать памятники Бронзовому солдату в Эстонии. Без труда можно созвать на митинг «народные массы» в поддержку «Единой России» или «антикризисных мер» правительства. Но дождаться хотя бы морального осуждения тех, кто оскверняет могилы, - нельзя. И не только от государственных органов власти, но и от Совета ветеранов.

Моральное разложение затронуло не только милицию. И это гарантия того, что Денису Фещенко есть за что бороться. Ему-то лучше многих известно, что из него сделали «крайнего» - выставили на всеобщее обозрение. А сколько ещё таких как он остаётся в тени? Возможно, как раз по этой причине защита Фещенко так настырна. То, что нам кажется мягким наказанием, ими так не воспринимается. Такие как Фещенко живут по другим законам. И приговор, вынесенный 2 декабря 2009 года, - очередное доказательство того, что Денис Фещенко и ему подобные будут продолжать жить по другим законам.

16.

СОБИРАТЕЛЬНЫЙ ОБРАЗ МИЛИЦИОНЕРА
(«Городская среда», 2009 г.)

2009 год прошёл под знаком Милиционера. Милиционеры стали популярными людьми, героями СМИ.

Они убивали покупателей супермаркетов, они насиловали детей в метро, они стреляли в подследственных, они обращались к высокому начальству через Интернет... Они спасали пассажиров отправленного под откос поезда, погибали в горах Северного Кавказа...

Самым заметным и самым влиятельным милиционером, (ему даже дозволено публично угрожать соседним государствам) стал Рамзан Кадыров. Ему на День милиции президент Дмитрий Медведев присвоил звание генерал-майора МВД.

Моральный облик

Можно попробовать создать собирательный образ Российского Милиционера-2009. У него будет аккуратная бородка Евсюкова, кошачья гибкость Нургалиева, безжалостность Кадырова...

Если внимательно присмотреться, то в облике Российского Милиционера-2009 можно найти и черты псковского милиционера Дениса Фещенко. Этот следователь ОВД по Псковскому району (если допустить, что приговор мирового суда верен) выбрал свой собственный, ни на что не похожий путь. Накануне Дня Победы он направился на кладбище и принялся вырывать кресты и крушить ими памятники и оградки. Пострадало 15 могил. Десять потерпевших обратились в суд.

После того, как бывшего следователя ОВД по Псковскому району Дениса Фещенко 2 декабря 2009 года в Псковском мировом суде приговорили к 10 месяцам исправительных работ, он обратился с жалобой в Псковский городской суд.

22 декабря 2009 года «Дело Фещенко» должно было рассматриваться в порядке апелляции.

Но ещё в коридоре городского суда стало понятно, что заседание отложат. Денис Фещенко явился в суд один, без адвоката. Секретарю, а потом и судье он объяснил, что его защитник Леонид Стороженко внезапно заболел и лег в госпиталь УВД. К тому же, повестка пришла слишком поздно.

Судья Лариса Никитина поинтересовалась: как долго собирается болеть г-н Стороженко?

Денис Фещенко её успокоил: серьезного ничего нет.

В зале находились двое потерпевших - И. и К. Судья спросила их мнение. Как они отнесутся к тому, что заседание перенесут?

- Я бы хотела начать заседание сегодня, - ответила потерпевшая Надежда И. - Суд и без того сильно затянулся.

- А я вообще ничего не считаю, - сказал потерпевший К. - И потом, совсем уже тихо, произнёс: - Все бесполезно.

Учитывая то, что Денис Фещенко по закону имел право просить перенести заседание, судья приняла решение назначить следующее заседание на 13 января. К тому времени Леонид Стороженко должен поправиться.

В своей жалобе Денис Фещенко повторяет претензии, которые он раньше высказывал в бесконечных ходатайствах. Главный свидетель Николай М., по мнению Фещенко, - больной человек. К тому же, со своего участка он, якобы, вообще ничего не мог видеть - ему мешали стволы деревьев.

Кроме того, бывший следователь ссылается на свою больную ногу, которая, будто бы, не позволяла ему активно двигаться и совершать те действия, которые ему приписывает следствие.

Приговор, по мнению стороны защиты, был напечатан заранее, а выводы суда - «не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела».

Из всего сказанного Фещенко делает свой вывод: «Неправильно применен уголовный закон; приговор не справедлив. Прошу отменить вышеуказанный приговор и оправдать меня».
«Представление о принятии мер по устранению обстоятельств...»

Образ Российского Милиционера-2009 был бы не полон без коллективного профиля сотрудников Завеличенского отдела милиции.

Коллеги Дениса Фещенко из этого отдела оказались людьми с выдержкой. Они проявили силу воли и на вызовы свидетелей происшествия на Мироносицком кладбище не реагировали.

Вот распечатка разговора, который начался в 22.19 8 мая 2009 года. Свидетель Наталья М. набрала «02». Это был второй о счёту разговор, который она вела с милиционерами по телефону. Предыдущий звонок в милицию она сделала примерно за полчаса до этого.

«Дежурный №1: Милиция, дежурный.

Наталья М.:Здравствуйте.

Д. №1: Здравствуйте.

Н.М.: Мы звонили где-то полчаса назад в Завеличенский отдел милиции. На кладбище Мироносицком громят, кресты ломают, пьяные кричат...

Д.№1: Трубку не кладите.

Н.М.: Да

Дежурный переключает на 1-й отдел по городу Пскову (Завеличенский).

Дежурный №2: Милиция, Завеличье, дежурный.

Н.М.: Ну, что Завеличье? Так и громят кресты! Приехали?!

Д.№2: Направили туда машину.

Н.М.:  Ну, я не знаю - где... Вот они сидят и сейчас ломают. Вы что - обалдели? Завтра люди придут. Это вообще... Кошмар будет.

Д. №2: Мы направили туда машину.

Н.М.: Ну, пусть едут. Хорошо...»

Но они так и не приехали.

Зато в недрах милиции родился документ под названием «Представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления». Написал его старший следователь следственного отдела по городу И.В. Иванов. Там говорится:

«На протяжении не менее 50 минут оперативная группа или соответствующие службы милиции на указанное место происшествия оперативным дежурным 1 ГОМ г. Пскова направлены не были, на место происшествия сотрудники не прибыли...»

Далее старший следователь пишет, что свидетель повторно обратился в милицию, и тогда сотрудники всё же приехали на место происшествия.

Это не так.  Следует ещё раз напомнить, что сотрудники Завеличенского отдела в задержании подозреваемых не участвовали и на повторный звонок отреагировали точно так же, как и на первый.

Мы до сих не знаем - кто и как был наказан за то, что оперативная группа не проявила оперативности.

Увольнение Дениса Фещенко из милиции не в счёт. Тем более что уволили его из милиции не за то, что он осквернил кладбище. В приказе фигурирует совсем другая история, произошедшая с Фещенко в феврале.

В суде над бывшем следователем эта история упоминалась. Только вот даты оказались изменены. В мировом суде прозвучала информация о том, что Денис Фещенко вышел пьяным на службу 4 июня и на следующий день был за это уволен. В действительности, пьяным он готовился заступить на суточное дежурство в составе следственно-оперативной группы не в июне, а в феврале. Точнее - 6 февраля 2009 года. Но начальство ему сделать это не позволило, отправив его в наркологический диспансер на освидетельствование.

Освидетельствование показало, что следователь действительно нетрезв (аппарат показал 0,71 промиля). Однако фельдшер, проводившая освидетельствование, не оценила степень находчивости псковского милиционера. Пока она ходила за врачом, чек с данными освидетельствования из протокола исчез.

Чудесные превращения

С Денисом Фещенко и до этого случая, и после него случались разные чудеса. Одно из последних произошло в ночь с 8 на 9 мая.

Начальник Следственного управления при УВД по г. Пскову Евгений Никифоров в мировом суде рассказал: «По внешним признакам и характерному запаху мною было установлено алкогольное опьянение Фещенко, в связи с чем мною было дано указание о направлении Фещенко в наркологический диспансер для проведения медицинского освидетельствования... Я считаю, что Фещенко отказался от медицинского освидетельствования, так как не хотел документального подтверждения своего алкогольного опьянения. На самом деле Фещенко находился в состоянии алкогольного опьянения как и его друг -  второй задержанный молодой человек Алексей Константинов. По моему мнению, Фещенко и Константинов находились в равной степени алкогольного опьянения».

Но это только слова. Ни в какой протокол они после задержания не заносились. Зато в протоколе говорилось об адекватности поведения Фещенко.

У кого-то может возникнуть вопрос: так ли важно знать, в каком состоянии был задержан милиционер? Если он действительно совершил преступление, то какая разница - пьян он был или трезв?

Разница есть. Если Фещенко был пьян, то для следствия и суда важно знать - где и с кем он употреблял спиртное.

По версии стороны защиты, Фещенко 8 мая 2009 года, в отличие от его друга Алексея Константинова, вообще не пил спиртное. А Константинов выпил два литра пива, но один и за пределами кладбища.

Если бы было зафиксировано, что Фещенко всё же в момент задержания был пьян, то это позволило бы более отчётливо определить то, что на самом деле происходило на Мироносицком кладбище с 21.00 до 22.30 (а отпечатки пальцев на бутылке водки и стаканах, принадлежащих Фещенко и Константинову, подтвердили бы версию следствия).

Теперь же и Константинов, и Фещенко пытаются показать себя почти что борцами за чистоту. Они объясняют появление своих отпечатков тем, что смахнули мусор со скамейки.

В этом деле слишком много мусора.

Коллективный портрет Российского милиционера был бы не полон без отца Дениса Фещенко - ветерана МВД Николая Фещенко. Есть основания предполагать, что именно благодаря ему Денис Фещенко чувствует себя так уверенно.

Таким образом, к коллективному портрету Российского Милиционера-2009 можно смело подрисовать усы Николая Фещенко.

В 2010 году портретная галерея продолжит пополняться. На 13 января 2010 года назначено заседание в Псковском городском суде. Жалобу Фещенко рассмотрят независимо от того, сможет явиться в суд экс-адвокат Леонид Стороженко или нет.

Пока ещё непонятно, как будет выглядеть коллективный портрет Российского Милиционера-2010. Сбреют ли бородку Евсюкова? Сотрут ли улыбку Кадырова? Сойдёт ли с лица ухмылка Фещенко? Но, почему-то, кажется, что портрет будет не сильно  отличаться от предыдущего.

17.

НЕЧЕЛОВЕЧЕСКАЯ СИЛА
(«Городская среда», 2010 г.)

Похоже, очередная глава, связанная с осквернителем могил на Мироносицком кладбище, подходит к завершению. По крайней мере, 22 января Псковский городской суд в лице судьи Ларисы Никитиной вынес своё решение. Оно подтвердило решение Псковского мирового суда. Бывший следователь ОВД Псковского района, задержанный вечером 8 мая 2009 года на кладбище, признан виновным.

Впрочем, вряд ли Дениса Фещенко удовлетворит подобное судебное решение. Приговор 10 месяцев исправительных работ его не устраивает. Для того, чтобы доказать свою невиновность, он использовал все доступные ему средства. Например, его защита раздобывала медицинские документы, которые якобы свидетельствовали о том, что главный свидетель М. - тяжело болен, и значит верить ему нельзя. Правда, следственному комитету несколько дней назад показалось, что документы могли быть получены незаконным путем. И всё же Фещенко решился предъявить их не только в мировом суде, но и в городском. Когда следователь направился с этими документами к столу судьи, защитник Дениса Фещенко зашептал: «Зачем?». Но Фещенко не остановился и передал их Ларисе Никитиной.

Любопытно посмотреть, какова будет судьба этих документов, подшитых к делу?

Процесс вообще получился любопытным. Очень часто возникали трагикомические ситуации. Временами происходящее напоминало фарс.

Отдельного разговора заслуживают перлы, которые, время от времени, выдавал подсудимый. Например, на последнем заседании Денис Фещенко сказал: «Ухудшения здоровья моей поврежденной ноги, к счастью, не было».

Чуть позднее он скажет: «Нечеловеческой силой я никогда не отличался».

Запомнилось и описание главного свидетеля: «Мужчина с усами на лице».

На прошедшей неделе в Псковском городском суде прошло целых два заседания, посвященных «Делу Фещенко». На них, в основном, повторялось то, что звучало в зале Псковского мирового суда в прошлом году. Но так как большую часть свидетелей в этот раз не пригласили, обязанность воспроизводить их слова взял на себя неутомимый Денис Фещенко. Разумеется, он беззастенчиво искажал слова свидетелей, пытаясь произвести на судью нужное впечатление.

Тактика затяжки судебных заседаний на этот раз не сработала. Большую часть ходатайств Лариса Никитина тоже отвергла, посчитав их неуместными.

Напоследок Фещенко занялся разоблачениями. Если бы в пустом зале появился совершенно посторонний человек, то он мог бы подумать, что перед ним бесстрашный борец с коррупцией, который осмелился взглянуть правде в глаза. Фещенко разоблачал оперуполномоченных центра борьбы с экстремизмом, прокуратуру, следственный комитет...

Судья поинтересовалась - по какой статье Фещенко уволили из органов внутренних дел? Оказалось, что ни по какой. Его трудовая книжка чиста и невинна. В ней только благодарности, а все выговоры давно погашены. К тому же, по утверждению Фещенко, номер статьи, по которой произошло увольнение, милиционерам в трудовую книжку заносить не положено. Это очень удивило Ларису Никитину.

На процессе неоднократно упоминались сотрудники милиции, которые были заинтересованы в том, чтобы Фещенко из милиции изгнали. Одного из них - Евгения Никифорова (начальника следственного управления при УВД Пскова) снова пригласили в суд в качестве свидетеля. И он ещё раз подтвердил: Фещенко в момент задержания на кладбище был пьян.

Занимаясь разоблачением, Денис Фещенко осторожно упомянул некоего генерала, на имя которого он в прошлом году написал заявление. В нём Фещенко сообщал, как его незаконно вынуждают написать другое заявление - об увольнении по собственному желанию. Причём требуют это сделать задним числом. У генерала (Говоруна?), будто бы, это вызвало недовольство, и Фещенко уволили по порочащим обстоятельствам. 

«Меня уволили под шумок, за то, что я вышел на службу с запахом перегара, - продолжал жаловаться Фещенко. - Но если бы я был пьян - мне бы не выдали табельное оружие».

«Если бы вы не пришли с перегаром, может быть, до сих пор числились следователем УВД», - без особого сочувствия ответила судья.

Алкогольная тема звучала на суде не раз. Денис Фещенко пожалел, что медицинское освидетельствование на алкоголь не прошёл свидетель М.

«Вы бы ещё попросили освидетельствовать всех следователей, дознавателей, меня, наконец, - отозвалась судья Лариса Никитина. - Мало ли кто во хмелю?»

(Правда, сам Фещенко от освидетельствования после задержания на кладбище отказался).

Но на суде Денис Фещенко был трезв и полон желания доказать свою правоту. Однако его высказывания были настолько неубедительны, что в этом суде у него не было никаких шансов добиться успеха.

Теперь, по всей видимости, надо ждать суда следующей инстанции.

18.

ПОД ШУМОК
(«Городская среда», 2010 г.)

Год назад на Мироносицком кладбище следователь ОВД Псковского района Фещенко осквернил более десятка могил, в том числе и могилу ветерана Великой Отечественной войны.

Ровно через год я побывал на кладбище в том самом месте, где сидели Фещенко и его собутыльник Константинов. Несколько месяцев они настаивали на новом следственном эксперименте, рассказывали о распустившихся листьях, многочисленных стволах деревьев и темноте, которые якобы не могли позволить разглядеть главному свидетелю лица тех, кто находился тогда на кладбище. Повторный эксперимент так и не провели, но я всё же хотел лично убедиться - что же представляет из себя кладбище в это время года, в этот самый день.

Погода вечером 8 мая была более пасмурная, чем в прошлом году. Но всё равно было светло. Листья в этом году распускаются не так быстро, как в 2009, но в данном случае это значения не имело. Ветви находятся на такой высоте, что даже полностью распустившаяся листва не может помешать обзору.

Однако главное не это. По словам свидетелей, крики с кладбища в прошлом году разносились больше часа, а в милицию позвонила только одна семья.

В 2010 году вокруг кладбища находилось много людей. В основном, они гуляли, многие - пили. И если бы история прошлого года повторилась - вряд ли бы они стали звонить в милицию. Наводить порядок - удел одиночек.

Накануне 9 мая город был переполнен пьяными. Они были всюду. Великую Победу почему-то путают с Великим Пьянством. А теперь, когда Псков стал ещё и Городом воинской славы, горожанам достался еще и Великий Грохот в виде залпа гаубиц неподалеку от Мирожского монастыря с его фресками.

Фашистскую Германию всеобщими усилиями разбили 65 лет назад. Но праздновать так и не научились (а работать - разучились). Чем больше шума, тем меньше дела. Весь пар и дым ушли в воздух.

Многим из тех, кто устраивает пышные праздники по поводу Победы в Великой Отечественной войне,  9 мая необходимо только для одного - для того чтобы пристроиться к настоящим победителям. Они хорошо знают, что победителей не судят и стараются изображать из себя победителей всего на свете. Изображение получается кривым.

19.

ЗАМЕДЛЕННАЯ РЕАКЦИЯ
(«Городская среда», 2010 г.)

В России существует проблема со связью. Сейчас до многих очень плохо доходит. Прямо в ухо скажешь, а человек не понимает. Наверное, во всем виновата пониженная проходимость. Не только российские дороги обладают этим свойством. Воздух, видимо, тоже уже не тот.

Почти год назад на Мироносицком кладбище было совершено преступление. Накануне Дня Победы  осквернили 15 могил. Свидетели прятаться не стали и немедленно позвонили в милицию, в Завеличенский отдел. Милиционеры не приехали.

О том, что милиционеры не приехали, было понятно сразу.

Прошло девять месяцев. УВД по Псковской области  провело проверку и пришло к выводу, что факты не подтвердились.

Пришлось еще раз напомнить начальнику УВД по Псковской области  Борису Говоруну, что его подчиненные из Завеличенского отдела 8 мая 2009 года вели себя слишком скованно, чего-то стеснялись и на звонки, поступавшие от свидетелей, не реагировали. Не исключено, что просто боялись вечером выезжать на кладбище.

Несколько дней назад генерал Говорун написал еще одно письмо потерпевшей Надежде И. На этот раз он использовал больше слов. Все слова приводятся в том порядке, в каком они поступили:

«Проведена дополнительная проверка (запрошены сведения из ГТС, изучено уголовное дело). Факты, указанные в жалобе, подтвердились. Сотрудники милиции, виновные в несвоевременном реагировании на сообщения о происшествии, привлечены к дисциплинарной ответственности. Руководители и сотрудники УВД, виновные в поверхностном проведении первоначальной проверки, привлечены к материальной ответственности».

Возможно, предыдущая информация поступила не в то ухо. И это подтверждает, что действительно - существует проблема со связью.

Все было бы не так скверно, если бы человеческие слова медленно доходили только до милиционеров. Но это касается и всех остальных. Очень часто исчезает связующее звено. Клавиша западает. И как результат - пониженная чувствительность. Своя боль еще чувствуется, а чужая - уже нет.

Телефонов и сотовых компаний становится больше, а до людей все равно  плохо доходит. Работают внутренние глушилки. Совесть в рейтинге популярности теряет позиции. Она уже не входит в первую сотню вещей, необходимых человеку для жизни. Совесть мешает самосохранению. Для продолжения существования находятся альтернативные пути поддержания связи. Но, как правило, это сомнительные связи, напоминающие старую русскую забаву - испорченный телефон.

 

20.

ЗАКОН И ОСОБЫЙ ПОРЯДОК
(«Городская среда», 2010 г.)

Возня вокруг двух юристов - Дениса Фещенко и Алексея Константинова продолжается второй год. Возня - самое подходящее слово. Если бы расследование велось так как надо, виновные давно бы были наказаны. Нюрнбергский трибунал шел меньше (с 20 ноября 1945 года по 1 октября 1946). И все же возня лучше, чем резня.

Первое заседание суда, рассматривавшего осквернение могил на Мироносицком кладбище (подсудимый - Фещенко), состоялось 13 августа 2009 года. Следующее заседание по делу Константинова назначено на 13 июля 2010 года. И ещё неизвестно, будет ли принято в тот день какое-нибудь определяющее решение.

Казалось бы, всё просто. Свидетельские показания, отпечатки пальцев... Всё говорит о том, что оба юриста причастны к осквернению могил на Мироносицком кладбище 8 мая 2009 года. Дениса Фещенко даже осудили (предварительно «не заметив» Константинова как соучастника). Но наказание получилось какое-то излишне условное. Исправительные работы Фещенко пока миновали, а исполнительный лист, обязывающий осужденного заплатить потерпевшей штраф, надолго затерялся в канцелярии Псковского мирового суда.

И всё же неповоротливая судебная машина, объехавшая Алексея Константинова в прошлом году, добралась до него в нынешнем. В осквернении могил его, правда, не обвиняют. Обвинений в оскорблении сотрудников милиции он тоже избежал. Но часть 1 статьи 307 УК РФ ему всё же пришлось перечитать. Там сказано:

 «Заведомо ложные показание свидетеля наказываются штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до трех месяцев».

Дело о лжесвидетельстве уже третью неделю пытаются рассмотреть в Псковском городском суде. Выглядит это ничуть не менее примечательно, чем рассмотрение дела Фещенко в мировом суде.

Первоначально, Алексей Константинов признался в лжесвидетельстве. Сделал он это небескорыстно, рассчитывая на то, что его слова признают «деятельным раскаянием» и отпустят с миром. Не отпустили и попросили прийти ещё.

Тогда Константинов решил довольствоваться малым и предложил рассмотреть его дело в особом порядке. Судья Инна Бондаренко не возражала.

Заседание назначили на 24 июня. Но увидеть в тот день подсудимого Инне Бондаренко было не суждено. Алексей Константинов трактовал понятие «деятельное раскаяние» слишком широко и на суд просто не явился.

Видимо, каялся в другом месте.

Тем не менее, заседание состоялось. Было решено подвергнуть «раскаявшегося» принудительному приводу. Кроме того, судья вторично отклонила ходатайство Константинова по поводу прекращения уголовного дела.

И вот 9.15 утра 2 июля в Псковском городском суде снова появился Алексей Константинов. Он подошёл к кабинету № 20 в сопровождении судебного пристава. К этому времени секретарь суда минут пять за закрытыми дверями изучала моё журналистское удостоверение. Наконец, она вышла в коридор и великодушно разрешила присутствовать в зале суда (суд закрытым не был).

Когда я и потерпевшая Надежда И. вошли в зал, Алексея Константинова неожиданно спросили: «Это ваши родственники?» «Нет», - ответил он, усмехнувшись. На этот раз он сказал чистую правду и ничего кроме правды. Это был не единственный его отрицательный ответ в это утро.

Когда судья спросила подсудимого о том, почему он не явился на предыдущее заседание, он ответил: «Не смог. Мы ехали и попали в аварию». Никаких доказательств того, что авария действительно была, Константинов не предоставил. Учитывая его склонность к лжесвидетельству, верить ему совсем не обязательно.

Судебное заседание длилось минут пять. Узнав, что его ходатайство снова отклонено, Константинов после недолгих размышлений сказал: «Лучше тогда рассматривать не в особом порядке, а в общем». - «Вы снимаете?» - переспросила судья. - «Да». - «Тогда определимся с датой. Надо выждать не менее 5 дней с сегодняшнего момента».

С датой определились. «Не менее 5 дней» - это 11 дней. Следующее заседание назначено на 13 июля, на 9.15.

13 - подходящее число. Рассмотрение дела Дениса Фещенко тоже началось 13 числа и четыре месяца проходило в зале № 13.

21.

«РАСКАЯНИЕ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЯ»
(«Псковская правда», 2010 г.)

Обстоятельства вынудили юриста Константинова раскаяться

Год назад Алексей Константинов (бывший советник по правовым вопросам экс-вице- губернатора Алексея Сапрыкина) опубликовал открытое письмо на имя губернатора Псковской области, где рассказывал о том, как на него якобы оказывают давление сотрудники милиции и следственного комитета. Константинов просил губернатора и «всех лиц, заинтересованных в беспристрастном и справедливом разрешении сложившейся ситуации, не оставлять без внимания изложенные в письме факты». Речь шла о деле об осквернении могил на Мироносицом кладбище.

Автором письма был тот самый Константинов, которого накануне 9 мая 2009 года задержали на кладбище вместе со следователем ОВД Псковского района Денисом Фещенко.

Позднее Алексей Константинов выступил в Псковском мировом суде как свидетель. Там он продолжал утверждать, что следователь Фещенко кресты из могил не вырывал, памятники не разбивал и оказался на месте осквернения могил случайно. Не смутило Константинова и то, что его собственные отпечатки пальцев были найдены на стаканчиках, бутылке водки и пакете сока, которые изъяли на месте преступления возле могил.

Кроме того, на суде Константинов объяснил своё поведение во время задержания. Он признал, что в тот день много пил и пользовался нецензурной лексикой, однако «персональной брани не было, матные слова, возможно, и проскальзывали, но не относились ни к кому лично...»

В итоге судебных разбирательств, несмотря на показания Константинова, Дениса Фещенко в декабре 2009 года признали виновным и осудили на 10 месяцев исправительных работ. Апелляцию и кассацию суды отклонили. После этого уже самого свидетеля Константинова обвинили по ч.1 ст. 307 УК РФ (заведомо ложные показание свидетеля).

На предварительном заседании в Псковском городском суде экс-советник по правовым вопросам сам признался в том, что давал заведомо ложные показания и попросил прекратить дело в связи с «деятельным раскаянием». Суд ходатайство не удовлетворил. Тогда Константинов попросил рассмотреть дело в особом порядке. Это означает, что в суде исследуется не само деяние, а личность и обстоятельства, смягчающие и отягощающие вину. Интерес подсудимого в том, что наказание не может превышать 2/3 от максимального, предусмотренного данной статьей. Заседание в Псковском городском суде назначили на 24 июня 2010 года, но Константинов без объяснения причин на суд не явился. При этом судья Инна Бондаренко в отсутствии Константинова рассмотрела новое ходатайство, в котором он ещё раз просил прекратить дело «в связи с деятельным раскаянием».

На следующее заседание суда 2 июля Алексей Константинов пришеё в сопровождении судебного пристава. Своеёотсутствие на предыдущем заседании он объяснил тем, что «попал в аварию без участия второго транспортного средства». «Справку я предоставить не могу», - добавил он. Судья сообщила подсудимому, что его ходатайство отклонено вторично. Услышав это, Константинов снял свое предложение о рассмотрении дела в особом порядке. Следующее заседание городского суда назначили на 13 июля.

22.

«ТОВАРИЩЕСКИЙ» СУД
(«Городская среда», 2010 г.)

3 августа в Псковском городском суде завершилась очередная серия бесконечного сериала «Дело об осквернении могил на Мироносицком кладбище». Судья Псковского городского суда Инна Бондаренко огласила приговор Алексею Константинову, который в деле осквернителя могил милицейского следователя Дениса Фещенко проходил как свидетель.

Теперь признано, что он был не свидетель, а лжесвидетель. Впрочем, приговор в отношении Константинова не вступил в законную силу. Судя по всему, последует кассация.

Позиция Алексея Константинова  во время процесса о лжесвидетельстве менялась. Первоначально он надеялся, что суд, учитывая его «деятельное раскаяние», освободит его от ответственности. Но судья Инна Бондаренко, отклоняя одно за другим ходатайства Константинова, дала понять, что «деятельного раскаяния» недостаточно для того, чтобы вообще избежать ответственности.

Тогда Алексей Константинов сменил тактику. Первоначально он хотел рассматривать дело в особом порядке, то есть не по существу. Это означало, что в суде исследовалось бы не само деяние, а личность и обстоятельства, смягчающие и отягощающие вину. Учитывая то, что характеристики в суд были представлены только положительные, Константинов мог рассчитывать на более-менее благоприятный исход. Тем более что при таком рассмотрении наказание не могло превышать 2/3 от максимального, предусмотренного данной статьей (ст. 307 ч. 1 - дача заведомо ложных показаний).

Помощник прокурора города Пскова Тамара Сергеева, поддерживавшая обвинение, не требовала слишком сурового наказания. Возможно, сказывалось, что в своё время она преподавала Константинову уголовное право (в то время, когда Константинов учился в Псковском филиале академии права и управления).

За лжесвидетельство Константинов мог быть наказан штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок до двух лет, либо арестом на срок до трех месяцев.

Тамара Сергеева, учитывая то, что подсудимый с февраля 2010 года числится на бирже и получает пособие 4 тысячи 900 рублей, просила оштрафовать Константинова на 10 тысяч рублей.

Процесс длился с июня 2010. Дважды Константинов, несмотря на «деятельное раскаяние» не являлся на судебные заседания. Никаких справок он при этом не предоставлял и, возможно, просто откладывал процесс, рассчитывая на высокое покровительство.
Вряд ли Алексей Константинов тяготился штрафом. Его не устраивала любая судимость (в течение года с момента выплаты штрафа она не может быть погашена.). Судимость могла помешать экс-советнику по правовым вопросам псковского вице-губернатора занять в ближайшем будущем  высокую должность.

В своём последнем слове, которое было произнесено 2 августа, Алексей Константинов сказал:

- Я признал свою вину.  Преступление против правосудия в части 1 статьи 307 - преступление небольшой тяжести. Если посмотреть на последствия совершенного мною преступления, то последствий, как я уже говорил, здесь не было. Фещенко был привлечён к ответственности. То есть избежать преследования и наказания не смог.


В основе выступления г-на Константинова было два тезиса:

А) «виновный должен нести ответственность»

Б) «я виновен, но прошу освободить меня от ответственности»

В общем, каждый защищается - как может.

Свою просьбу об освобождении от ответственности подсудимый обосновал так:

- Я характеризуюсь исключительно с положительной стороны, я ещё не все справки и характеристики собрал.

В справках, представленных в суд, было сказано, что Константинов в «медицинский вытрезвитель не доставлялся, по месту жительства характеризуется положительно».

По словам адвоката Елены Дмитриевой, подсудимый «чистосердечно раскаялся и перестал быть общественно опасным».

Тем не менее, не всё было так просто. Так называемое раскаяние произошло не сразу, а только после того, как против Константинова возбудили уголовное дело. Кроме того, приговор Фещенко был вынесен благодаря следствию, а не благодаря «раскаянию», до которого в тот момент оставалось ещё полгода.

В суде звучал мотив, по которому Константинов решился на лжесвидетельство. Этот мотив: «из чувства товарищества».

Никто не спорит, что Фещенко и Константинов - действительно товарищи. Но в данном случае они чуть было не стали соучастниками. Оба были задержаны на месте преступления. Таким образом, Константинов, оправдывая Фещенко под судебной присягой, судя по всему, действовал не только из товарищеских соображений. То же самое можно сказать и об открытом письме губернатору Псковской области Андрею Турчаку, которое Константинов отправил в июле 2009 года.

Алексей Константинов полгода вводил в заблуждение суд, губернатора, многочисленных читателей (его письмо было опубликовано). Обвинял сотрудников вневедомственной охраны, следственного комитета... Во время недавних судебных слушаний дважды сорвал заседания, не являясь в суд и никого не предупреждая. Прокурор Тамара Сергеева даже не исключала применения в его отношении ареста. Но в итоге Алексея Константинова приговорили к выплате штрафа. Причем не в 10, а  в 5 тысяч рублей.

И в данных обстоятельствах это можно считать положительным исходом. Причина в том, что когда речь идёт о делах Фещенко-Константинова - надо рассматривать не только их личности, но и личности тех, кто им покровительствует. Эти люди по-прежнему влиятельны. И это означает, что Псковский областной суд вскоре вернётся к рассмотрению дела о лжесвидетельстве.

Послесловие:

Суды длились год с лишним и закончились почти ничем. Во всяком случае, признанный виновным Денис Фещенко постарался избежать ответственности. Его приговорили к 10 месяцам исправительных работ с удержанием 10% в доход государства. Но для того чтобы удерживать 10 % от заработка, надо этот заработок иметь. Фещенко официально на работу не устраивался и, следовательно, исправительные работы не проводил. В громкие скандалы ни Фещенко, ни Константинов больше не попадали, а вот  псковский храм Жён-Мироносец, возле которого вечером 8 мая 2009 года разбивались памятники, часто потом упоминался в судебной и вообще в криминальной хронике. Оба священника в связи с делом Фещенко упоминались в моей статье «Тревожная кнопка».

Наиболее громкими оказались три истории. Вплоть до 2013 года в храме шло противостояние молодого настоятеля - о. Сергия Иванова и смещённого настоятеля о. Павла Адельгейма (он остался в храме простым священником). Павел Адельгейм долго судился в церковном суде, но силы были неравны. Сергий Иванов был ставленником митрополита Евсевия и мужем депутата от «Единой России». Павла Адельгейма убили вечером 5 августа 2013 года - ударом в сердце ножом. А судить в 2014 году Сергея Пчелинцева - убийцу Павла Адельгейма - будет судья Галина Белик . На суде по делу Фещенко она выступала ещё как прокурор.

А его более молодой противник Павла Адельгейма Сергий Иванов жив и здоров. Правда, утром 7 октября, утром в морозильной камере его холодильника в псковской квартире на Рижском проспекте сотрудники ФСБ нашли два пакетика с 19,82 граммами «порошкообразного вещества серовато-кремового цвета». Оказалось, что это метамфетамин. А в шкафу в прихожей лежал пистолет системы Марголина с глушителем и 65 патронов калибра 5,6 мм. Сергий Иванов, любивший рассказывать прихожанам о своих связях в криминальном мире, объяснил, что нашёл и пистолет, и наркотики... В этом мало кто поверил - учитывая давние непростые взаимоотношения настоятеля храма Жён-Мироносиц с наркотиками.

Сергий Иванов

Суд над Ивановым состоялся в декабре 2016 года. Священник был признан нарушившим правила оборота наркотических средств. Признали его виновным и в незаконном приобретении и хранении оружия. Но серьёзного приговора он избежал. Его осудили на три года условно. Кроме того, он должен был заплатить штраф в 15 000 рублей.

Судимость такого рода не мешала ему проводить службы в храме. Прихожан это не смущало (во всяком случае, когда я специально через две недели после суда пришёл на службу в храм Жён-Мироносиц, то оказалось, что все прихожане в храме не помещаются. Люди толпились на лестнице и на улице). В защиту Сергия Иванова выступил митрополит Псковский и Порховский Евсевий.

Евсевий вёл себя почти так же, как и милицейские начальники по отношению к Фещенко. Он его защищал. Честь мундира, честь рясы...

«Якобы у него были пистолет и наркотики. Не верьте этому! - возмущался Евсевий. - Идёт волна клеветы, и, конечно, это тоже страдания, прежде всего и моему сердцу, потому что как бы я ни старался отдать свои душу, сердце и всю жизнь Церкви, Богу и вам, дорогие, все равно клевета идет, сатанинская, грязная, выдуманная...  Тот, кто клевещет на Церковь, - сам будет вычеркнут из книги жизни».

Тем не менее, Евсевий вынужден был вынести наказание - запретить о. Сергию служить в течение трёх лет - до исправления. Через некоторое время сняли и Евсевия, которого сменил Тихон Шевкунов. Когда мы, журналисты, пришли к новому митрополиту, то о Сергии Иванове не могли не спросить.

«Я слышал, что это была такая резонансная история в Пскове, - ответил Тихон Шевкунов. - Мы относимся к этому священнику с искренним сочувствием и, конечно же, попытаемся сделать всё, чтобы исправить его ситуацию. Помочь ему. Он был по уставу, как только начато следствие, временно запрещён в служении. Потом он был судом осуждён условно на три года, если не ошибаюсь (в действительности, всё было наооброт - Авт.) Но владыка Евсевий устным своим распоряжением разрешил ему служить. Я, попав в эту епархию и разобравшись в этом деле, издал указ, что решение о запрещении остаётся в силе. Он не может сейчас совершать богослужения. Но он семейный человек. У него должны быть какие-то возможности зарабатывать на жизнь. Ему предложено самому найти себе место в каком-то приходе, чтобы быть там чтецом или кем-то другим. Он сейчас как раз в процессе этих поисков. Мы будем молиться о нём, чтобы всё у него было благополучно. И очень надеюсь, что после того, как судимость с него будет снята, мы передадим его дело в каноническую комиссию епархии, и она уже вынесет окончательное решение о его дальнейшем служении. В любом случае всё будет объективно и доброжелательно».

То же самое можно сказать и о «оступившихся» Фещенко и Константинове. Пропасть им не дали. Некоторые начальники прониклись искренним сочувствием к ним и, конечно же, попытались сделать всё, чтобы исправить их ситуацию. Помочь им.

Помощь пришла вовремя.

 

 

 

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий