Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 2021 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Заряды противоречия

Михаил БорзыкинРусского рока нет, но есть его любители. Этого достаточно, чтобы не только слушать музыку, которую с некоторых пор так называют, но и рассказывать о ней. Тридцать пять лет назад уже было понятно, что герои советского рока - очень разные люди. Их можно было объединить на несколько часов на сцене, но даже в одном рок-клубе им было тесно. Позднее окажется, что эти рок-герои, вроде бы выросшие на одних примерах, пришли к противоположному результату. Этот сборник, составленный из статей, опубликованных в 2004-2019 годах, рассказывает о таких группах и исполнителях как «Телевизор», «Алиса», «Аквариум», «Звуки Му», «Калинов мост», «Крематорий», «АукцЫон», ДДТ, Оле Лукойе, АВИА, НОМ, «Колибри», «Пикник», Ю-Питер, «Маркшейдер Кунст», «Гражданская оборона», Юрий Наумов, Инна Желанная, Настя Полева... Но не всё сразу.

 

 

1.

«ДЖУНГЛИ ВОЗЬМУТ СВОЁ»
(«Городская среда», 2015 г.)

Чем реже вступаешь в контакт с большими артистами - тем лучше. Но здесь - совершенно другой случай. По двум причинам. Одна из них заключается в том, что многие о существовании Михаила Борзыкина (основателя рок-группы «Телевизор») не знают. Цоя - знают, Гребенщикова - знают, Шевчука - знают... А кто такой Борзыкин?

Рассказываешь об интервью с ним, и видишь - люди абсолютно не понимают, о ком идёт речь. Кивают из вежливости. Забыли его или не знали.

Гребенщиков, Майк Науменко, Кинчев, Борзыкин, Цой... Борзыкин* в этом ряду человек не случайный. Это было понятно и в середине 80-х, а теперь - тем более. Часто масштаб человека проявляется не сразу. Время этот масштаб меняет. С Михаилом Борзыкиным всё необычно. На рубеже 80-90-х годов «Телевизор» с его гастролями по Европе выглядел и звучал совершенно по-европейски. Это была актуальная музыка, имевшая очевидные перспективы в смысле продаж альбомов и билетов на концерты. Но «Телевизор» не стал связываться с шоу-бизнесом. Тогда-то и стало понятно, что здесь наблюдается гармония между тем, о чём поёт Михаил Борзыкин, и тем, как он себя ведёт.

Многие советско-российские «герои рок-н-ролла» в самом начале 90-х очень быстро подстроились к новой власти. Сделались орденоносцами, стали вхожи в высокие кабинеты... Их песни по-прежнему источали нонконформизм, но сами авторы уже приспособились, купались в комфорте и получали дивиденды от сотрудничества с влиятельными деятелями. В этом смысле Борзыкин оказался честнее других.

Мы договорились встретиться с Михаилом Борзыкиным в одном петербургском кафе. Но оказалось, что это кафе днём 18 марта 2015 года закрыли на спецмероприятие. Судя по всему, там начинались поминки. Нам же было рано думать о поминках. Поэтому мы стали искать по близости какое-нибудь другое заведение - повеселее.

Борзыкин пришёл на встречу пешком. Его высокая фигура была заметна издали. Он стоял в своей чёрной куртке - руки в карманы - на пешеходном переходе, пропуская машины.

Почти сразу же стало понятно, что разговор получится. Михаил Борзыкин даже предложил, в случае чего, разместиться на скамейке в детском саду, вспомнив советские времена. На рок-звезду он походил меньше всего.

Официантка в кафе, в которое мы всё-таки нашли поблизости, Борзыкина, разумеется, тоже не узнала, но сразу обратила внимание на его густой загар. «В тёплых краях долго был», - объяснил он и заказал капучино.

Как бы дико это не звучало, но чем-то он напоминает Элвиса Пресли. И не только на сцене. Но это такой особенный Пресли, без блёсток, перстней и тому подобного.

На сцене Михаил Борзыкин - трибун, громогласный боец, предводитель...

В жизни же он производит впечатление тихого человека, который умеет внимательно слушать других. Он изучает мир и людей, в нём живущих. И поэтому он способен быть сторонним наблюдателем. До определённой степени. До тех пор, пока не пришла пора броситься в схватку.

По земле он, в основном, передвигается пешком или на велосипеде. И это - особенный ракурс, позволяющий правильно увидеть мир и сочинять песни, насыщенные определённой энергией. Не так уж много он этих песен сочинил. Об этом мы с ним тоже говорили. Михаил Борзыкин не впрямую, но объяснил, почему так происходит. Он просто не любит повторяться. И в смысле музыкальных ходов, и в смысле поэтических образов. Однако и жизненные повторения его тоже не радуют, особенно если они касаются возврата в советское прошлое.

В текстах «Телевизора» всегда было много того, что отталкивалось от политики. Но эти тексты, как правило, были политизированы не впрямую, а опосредовано. Некоторые его коллеги витали в облаках или демонстративно уходили в себя. А Михаил Борзыкин подзаряжался энергией, которую черпал явно не только в безоблачном поднебесье. И самое главное, что так происходит до сих пор. То есть заряд оказался настолько сильным, что за тридцать с лишним лет существования группы принципиально ничего не изменилось.   

Зато меняется аудитория. Сытые по горло потребители понемногу вытесняют тех, кто способен вдумываться, вчитываться, вслушиваться. Тех, кто способен сочувствовать.

***

После двухчасового разговора мы вышли на улицу, залитую весенним светом. «27 мая в Петербурге выступает Ник Кейв», - сказал я Михаилу Борзыкину на прощание.

* Михаил Борзыкин - рок-музыкант, певец, поэт, композитор. Основатель рок-группы «Телевизор». В 1986 году Борзыкин стал первым отечественным рок-музыкантом, начавшим исполнять так называемые «незалитованные» (то есть не разрешённые властями к публичному исполнению) песни, тексты которых имели ярко выраженную остросоциальную, протестную направленность.

** 27 мая у Михаила Борзыкина день рождения.

2.

МИХАИЛ БОРЗЫКИН: «МНЕ КАЖЕТСЯ, ЛЮДЕЙ ОБРАБАТЫВАЮТ, ПРЕВРАЩАЮТ В РЕПТИЛИЙ
(«Псковская губерния», 2015 г.) Часть первая

Ночные кошмары становятся реальностью

С лидером петербургской рок-группы «Телевизор» Михаилом Борзыкиным  мы встретились 18 марта 2015 года в Петербурге в одном из кафе неподалёку от метро «Чёрная речка». Первые минут пятнадцать больше говорили мы, чем он. Михаил Борзыкин расспрашивал о прошлогодних событиях в Пскове, о псковских десантниках,  о «Псковской губернии». Затем началось интервью. Разговор длился около двух часов.

«Главный эффект этой пропаганды - внушение людям состояния, в котором сострадание невозможно»

А.С.: (Алексей Семёнов). Когда произошла вся эта страшная история с псковскими десантниками, я подумал про вашу песню из альбома «Отчуждение» - про «жизнь ради мёртвых» и про «обратную сторону медали», ту, где кровь. Михаил, как вы думаете, можно ли повернуть медаль той стороной, где кровь, чтобы это увидело наше общество? Повернуть песнями, какими-то акциями...

Д.К.: (Денис Камалягин): Статьями.

М.Б.: (Михаил Борзыкин): По крайней мере, на каком-то современном отрезке, в ближайшее время, мне кажется, градус замыленности мозгов и степень их промывки останутся велики. Отзывчивые, тонкие отзовутся и, конечно, будут сопереживать. Но беда в том, что, конечно, главный эффект этой пропаганды - внушение людям состояния, в котором сострадание невозможно. Мне кажется, людей обрабатывают, превращают в рептилий. И они не испытывают сочувствия. И очень многие довольно быстро в это состояние вошли. Там есть несколько компонентов, вот один из них - это отсутствие сострадания. Потому что шуточки по поводу мёртвых солдат присутствуют в основном со стороны людей, которые по идее этих солдат должны поддерживать. Я имею в виду тех, кого принято называть «колорадами», так сказать... Широкие массы - они могут тут же совершенно спокойно цинично шутить по поводу смертей этих ребят и по поводу того, что так и надо: «А что? Ну как ты хотел? Война без жертв?»

А.С.: «Это их профессия», - говорят они.

М.Б.: Да.

Д.К.: «Они знали, куда шли».

М.Б.: Цинизм плюс абсолютное лицемерие... Я частенько завожу такие разговоры в недружелюбной атмосфере, чтобы посмотреть, откуда это берётся? Как устроен этот феномен? Как они достучались-то до этих «ключиков», вот этих «кнопочек» в каждом из них? Всё очень, конечно, печально, поэтому на этом фоне очень трудно достучаться даже до близких знакомых... Там же всё это ещё и идёт со значком «Однозначное добро». А дальше уже под этим делом и цинизм допускается, и лицемерие, и агрессивность невероятная по отношению ко всякому инакомыслию. Это такое очень лакомое блюдо, на котором мы периодически сидели и в советские времена. Просто вкус подзабылся, а сейчас ещё - в новой медийной упаковочке. Люди, мне кажется, с ностальгией вспомнили всё это, и радостно потребляют.

А.С.: Получается, мы живём в воюющей стране. Не все это признают, но в узком кругу мы это признаем. Каково вам живётся и творится в воюющей стране?

М.Б.: У меня, конечно, периодически опускаются руки по этому поводу. Мы давно уже пытаемся с этим что-то сделать, но до последнего момента это была всё-таки некая борьба с режимом, с определённым истеблишментом. А в последнее время, очевидно, что это борьба с каким-то большим количеством, большим процентом населения России. Это становится утомительно и абсурдно. В какие-то моменты ты понимаешь, что если им это не надо - ради кого это всё, собственно? Вот такие мысли, конечно, частенько забредают в голову. Поэтому от этого становится меньше сил и меньше мотиваций к этой самой борьбе. Им конкретно не надо, а вроде ради них и делалось.

Д.К.: Когда вы писали «Квадраты» - вы же выступали на стороне простого человека, и тогда он видел по-другому.

М.Б.: Ну да... «Квадраты» - это же вообще не мои стихи, это же стихи Лившица - это такой поэт 60-х, он написал это ещё про советскую действительность. Но вообще, конечно, это выбивает почву из-под ног. Так быстро такое большое количество людей рухнуло в эту психологическую войну на стороне кремлёвских кукловодов. Я не думал, что такое возможно. Как, собственно, и немцы не думали в 1939-м, что с ними так произойдёт. Очень глубоко дремлет всё это: какие-то свои нереализованные амбиции, свои комплексы выместить на внешнем враге - на Соединенных Штатах или Украине. Оказалось, что мы настолько обиженные и настолько нас это гложет, что мы готовы уже действительно дойти до края... Такие разговоры - они протекают всегда практически на грани драки. Даже когда пытаешься приводить аргументы - это не работает, и я уже много раз пытался... То есть оно работает на ближайшие три часа. Ты человека успокаиваешь, и он как бы понимает. Остатки логики ему говорят, что нужно бы согласиться. Ему не найти аргументов - он как бы соглашается. А на следующий день он абсолютно такой же, как будто никакого разговора не было.

А.С.: А что это за люди такие? Это обычные люди или...

М.Б.: Это обычные люди! Это инженеры, работники всевозможных государственных предприятий, частные бизнесмены. Широкие слои. У меня есть один знакомый, у которого жизнь удалась, что называется. Он переехал в Петербург (до этого жил в Украине, кстати). И вот он здесь. Квартира, ипотека... Он всё это выплатил, купил себе машину, катер. Считается, в общем, состоявшимся человеком, у него свой бизнес - автоперевозки, очень маленький бизнес, но тем не менее. Он частный предприниматель. Казалось бы, свободный человек - и вот из него всё это полезло. Поначалу - ещё до всех этих крымских событий - это было в виде просто таких недалеких конспирологических шуточек типа «да всё равно американцы виноваты» - когда мы беседовали по душам. Я говорю: «Вот тебе асфальт, который украли, - кто виноват?» - «А, ну конечно, да», - смеётся. А теперь уже не смешно, теперь он постит в своём «ВКонтакте»: «Русские не сдаются!» Вот как это работает на такой относительно неискушенный мозг, хотя глупым его не назовёшь. Он при этом ещё такой достаточно музыкально одарённый человек. От него я услышал фразу: «Ты знаешь, я благодарен России и Путину за то, что у меня сейчас такая жизнь. В 90-е мне было тяжело...» Я говорю: «Ты же сам всего добился! Ты же днём и ночью работал дальнобойщиком, чтобы накопить на это всё». - «Ну, это конечно, но всё равно я благодарен России - и я теперь типа патриот». Они уцепились за эту возможность быть причастными к чему-то великому. Люди, которые в принципе никогда не принимали никакого активного гражданского участия в жизни страны. К ним впервые обратились, и они радостно побежали - как вот правильно сказал Шендерович: «Протоплазма, на которую очень легко облучение воздействует». Они радостно побежали за царём. Очень удобно, потому что царь - «главный патриот». Остальные быстро под это дело собрались: и безопасно, и можно выместить всю свою обиду. Удивительно, что даже это не какие-то уж совсем маргинальные слои. Это не лузеры так называемые - это люди, которые считают, что у них всё более-менее в жизни налажено. У них семьи, дети... Кредиты выплачены, и вроде живи себе и радуйся... И они от этого явно уже потеряли какие-то возможности выезда за границу. Но даже это не останавливает. Появилась замена адекватная (как они считают - адекватная).

«Вы идёте в ногу с параноиками и с теми, кого вы только что ненавидели»

А.С.: А как быть с ещё более музыкально одарёнными людьми? С людьми, которые с вами начинали на одной сцене, которые, в общем, гремели и продолжают греметь на всю страну и которые вдруг оказались такими же «патриотами»?

М.Б.: Это ещё один повод для разочарований, которые я периодически испытываю.

Д.К.: А у вас есть какие-то личные разочарования?

М.Б.: Конечно, все люди, которые, так или иначе, примкнули или сохраняют нейтралитет в данной ситуации, вызывают у меня глубокую тоску: от Кинчева, Чернецкого до Сукачёва с этим... Александром Ф. Скляром. Таких очень много... И ещё тех, кто по этому поводу ёрничает или помалкивает в ситуации какой-то масштабной нравственной деградации.

А.С.: А вы с ними как-то на эту тему пытались говорить?

М.Б.: Дело в том, что иногда - да, бывают какие-то такие стычки. Но я просто понял, что пока идёт эта самая обработка, облучение, - трудно говорить. Просто нет общего фактического материала, на котором мы могли бы сойтись. И я перестал идти на какие-то дискуссии. Ну, вот Захар Прилепин. Он же из тех людей, с которыми мы общались плотно и очень хорошо друг к другу относились. А сейчас между нами черта пролегла, и даже простые доводы о том, что вы, ребята, сейчас фактически выполняете задачи определённые Кремлём, вы идёте в ногу с параноиками и с теми, кого вы ненавидели только что, - это уже не работает. Это не убеждает. Включена кнопка.

А.С.: Тот же Прилепин - он же боролся с режимом Путина как национал-большевик. Тогда Путин не отвечал идеалу нацбола, а теперь - отвечает. Зачем ему бороться с нынешним Путиным? Они единомышленники.

М.Б.: Нет, невозможно же закрывать глаза на то, что воровство в невероятных масштабах продолжается, коррупция цветёт! Понятно, что Путин там чем-то им угодил сейчас - как образ. Это лимоновские мечты. Но меня всегда удивляет: если ты писатель, то всё-таки это какой-то синоним отчасти слова гуманист. А тут ты отвергаешь это всё ради националистической ниши и державности, которая протухла. Ради геополитики, которая тоже является инструментом ХХ века. Эти законы сейчас не работают, а люди в этих конспирологических мифах, оказывается, проживают жизнь. Я думал, что широта какого-то творческого поиска для писателя как раз и состоит в том, чтобы не привязываться. Но вот бывают и такие писатели. Я был потрясён, конечно. Ладно, хорошо, ты можешь воспринимать какие-то положительные для тебя моменты, изменения в образе Владимира Владимировича... Но когда ты впрямую призываешь помогать продлевать и усугублять эту войну?! Вы в курсе, что сейчас у нас нацболы набирают ополченцев? То есть реально поставляют туда «пушечное мясо». А нацболы прекрасно понимают, кто там воюет, и как там воюют. Они не могут этого не знать. Об этом даже Стрелков постоянно говорит - о том, что там российская армия в первую очередь воюет, а остальные - только перед камерами. Понятно, что там есть какой-то слой фанатиков, но их мало... Как всё это возможно? После этого даже разговаривать не хочется, потому что есть факты, есть статьи. Человек буквально призывает: «Новороссия - навсегда! Надо ехать и сражаться за Новороссию!» Я не знаю, как они будут отмаливать всё это? Как они будут потом оправдываться?

Д.К.: Так что они вам говорят? Что они видят там фашистов? Что русское население надо спасать? Это такой стереотип?

М.Б.: В конкретном данном случае с Прилепиным диалогов я не вёл. Он, конечно, скажет, что «я там лично был» и «мне рассказывали про зверства украинской армии». И зверства действительно там наверняка были: батальоны «Айдар», «Азов»... «Азов» не подчинялся центральному командованию. Некоторые группы из «Айдара» ведут себя нагло и мародёрствуют. У меня есть другие знакомые: правозащитница, убежавшая от Путина в Финляндию, получившая там гражданство. Она теперь ездит с гуманитарной помощью по Украине, особенно по её донецкой части. И, естественно, проникается мировоззрением тех самых людей, которые там живут, которых до этого плотно обработали российские средства информации. Много злоупотреблений - с обеих сторон. Много жестокостей, и со стороны украинской армии тоже. Как обычно на войне - с обеих сторон. Детей в Донецкой области, конечно, жалко, и помогать им нужно. Но меня всегда интересует вопрос: своевременно ли было бы в 1945 году «всем миром вставать на защиту детей Кёнигсберга», который советская армия разбомбила? Представляете, в 1945 году русские вышли бы на защиту детей Кёнигсберга. Всё-таки вопрос: «Кто начал и почему начал?» - он существенный при любой войне. А они его отметают. Это логическая ошибка. Получается, что эти люди работают в одной связке с Сурковым и со всей этой пропагандой, просто добавляя в неё живости: уж им-то поверьте, они же против Путина всю жизнь были... И правозащитники тоже. Или доктор Лиза, которая российских войск там не  видела. Да и вот эта моя знакомая говорит: «Я не видела там русских войск». Я говорю: «Да даже Прилепин пишет ...» - и присылаю ей цитату. Прилепин пишет, что там проходят иногда танки, которые на большой скорости очень организованно и хорошо вписываются в повороты! «Неукраинское ополчение так делать не может», - хихикает Прилепин. То есть они оправдывают силовой способ решения проблем в современном мире.

«Новые песни, потихонечку, всё равно появляются»

А.С.: В то же самое время начало войны очень многих потрясло - и рок-музыкантов, и ваших знакомых в том числе. Бутусов, Леонидов, Гребенщиков не стали отсиживаться и, в общем, сказали всё, что хотели сказать, или многое из того, что хотели.

М.Б.: Ну не все и не всё, к сожалению.

А.С.: По крайней мере, их не заподозрят в том, что они совсем ушли в дебри геопатриотизма.

М.Б.: А, в этом смысле - да, наверно.

А.С.: Это люди, которые всё равно на виду. И у меня в связи с этим такой - конкретный - вопрос: как вы отнеслись к альбому «Соль» Бориса Гребенщикова? 

М.Б.: Могу сказать, что я с этим альбомом плохо знаком. Я, может быть, от этой стилистики, от этого способа стихотворной подачи немножко подустал. Поэтому вся та система образов, которую, в общем, не меняет за эти годы Борис Борисович, - она мне хорошо знакома, и я быстро устаю. Поэтому не могу составить полное впечатление: те четыре песни, которые я слышал, показались мне очень похожими на остальные пятьсот. Мне стало скучно, и я прекратил слушать альбом дальше.

А.С.: Однажды вы сказали, что ваши песни - это такие дневники. В них нет выдуманных героев - там, в общем-то, вы.

М.Б.: В основном - да. Это как-то изначально сложилось, концепция такая, что вся эта деятельность должна быть направлена в первую очередь на построение себя изнутри. И это основной смысл, а все эти другие вещи, которые сопутствуют, возникают потом и не являются главной мотивацией.

А.С.: В 2012-м году вы сказали, что у вас уже есть 11 новых песен, их осталось только записать.

М.Б.: В каком году?

А.С.: В 12-м.

М.Б.: А-а, в 12-м (улыбается).

А.С.: Прошло уже два с половиной года. Как обстоят дела с новым альбомом?

М.Б.: Песни мы эти исполняем на концертах. Они по несколько раз исполнены в разных аранжировках. Но запись - это опять вопрос мотивации. Я уже года два задаю себе вопрос: а надо ли вообще? Кому это надо? Более того, с людьми, приходящими на концерты, буквально ещё недавно можно было спокойно разговаривать на разные темы. По крайней мере, какой-то чувствовался уровень взаимопонимания. После концерта мы постоянно общались. И вот у половины из них, как я считаю, грубо говоря, поехала крыша. Кроме того, существует какая-то часть зала, которая приходит на концерт как в универсам. Это такие потребители. Их тоже всё больше и больше становится. Они должны получить свою степень удовольствия на свои деньги, потраченные на билеты. Всё это вместе плюс отношение директоров клубов, отношение тех, кто устраивает гастроли, - всё это вместе превращается в довольно унизительную процедуру. К тому же, на CD тоже нет больше спроса. И я говорю: всё это - какой-то тупик. Но новые песни, потихонечку, всё равно появляются. И я их, наверное, запишу, но лучше бы для этого находиться в каком-то другом месте. Там, где было бы попрохладнее, что ли. Попрохладнее - в смысле...

Д.К.: Политического климата?

М.Б.: Да, политического климата.

А.С.: Когда вы записывали «Шествие рыб» - был 1985-й год. Тогда же не было вообще шансов издаться официально. Возможности не было, а потребность была. Значит ли это, что изменился не только внешний мир, но изменились внутри вы сами? Может быть, энергии стало меньше? Или внутри всё по-прежнему кипит?

М.Б.: Кстати, насчёт «потребность была»: а это же и есть обмен энергиями, который заражал тогда тоже, потому что мы чувствовали, что нас немного, но зато какие пылкие ребята! Там было музыкальное родство: «Любишь рок-н-ролл?» - «Люблю». Одного этого уже хватало для того, чтобы обмениваться энергией. Сейчас с этим посложнее. Энергия рассредоточивается и чаще всего уходит как раз в потребление. Поэтому найти даже в аудитории равноценный обмен энергиями, который бы вдохновлял на следующие какие-то песни, - тяжелее.

А.С.: А, может быть, это происходит от того, что вы, в основном, выступаете в Москве и Петербурге?

М.Б.: В большей степени - да.

А.С.: В последний раз вы выступали в Пскове, когда ещё был СССР. Тогда только начиналась перестройка.

М.Б.: Да, давно, давно. Я недавно встретил женщину как раз на одной протестной акций. Она говорит: «Я вас приглашала в Псков, вы играли в огромном зале! Потом мы вместе сидели и разговаривали...» Она пришла на акцию против войны в Украине... Нет, мы не чураемся выступлений в других городах. Просто часто выясняется, что организаторы не могут обеспечить нам должной аппаратуры или какие-то условия соблюсти для того, чтоб группа приехала. Я же не один. Двум остальным участникам надо отпрашиваться с работы. Они ведь не могут ездить, как в молодости. К тому же, некоторые концерты неудачно проходят. Они оставляют нехороший осадок. Например, мы в Тверь приезжали лет пять назад - организовано всё было плохо. Плохая реклама, некому её оказалось делать, энтузиасты ушли в другие места, занялись бизнесом. Тем не менее, в последнее время были концерты в Рязани, Казани, Одессе, Киеве.

«И гражданская война, и война даже ядерная уже не являются невозможными»

А.С.: Михаил, в России музыкальная цензура какая-то существует?

М.Б.: Нынче это выглядит очень разнообразно. Мы договариваемся о концерте, и нам говорят: «Ребята, вот у вас там песня есть «Твой папа - фашист», и там одна фамилия звучит. Не надо её петь». Вот такие вещи. Это у нас в Питере уже просят, потому что позвонили из местной администрации и попросили. Организаторы концертов нам объясняют: «А у нас уже были проблемы. Мы не хотим закрываться. Вы же понимаете, что мы ж вас любим, но сделать ничего не можем: во-первых, нас закроют, а во-вторых, вам негде будет в Питере выступать после одного такого случая». Но мы выкручиваемся, заставляем публику петь эту строчку.

А.С.: В песне «Красный снег» вы поёте, что «всё будет по-плохому», упоминаете «кровь на Дворцовой», там звучит фамилия «Каддафи»... Это только поэтический образ или вы действительно предчувствуете, что такое может случиться?

М.Б.: В тот момент, когда писалась песня, у меня такие предчувствия были. Да они и сейчас остаются для меня актуальными. Тут может быть всё что угодно. И гражданская война, и война даже ядерная уже не являются невозможными. То есть ещё полгода назад я смеялся на эту тему, а сейчас уже не смеюсь.

Д.К.: Когда вы писали: «Заколотите подвал», - не думали, что всё произойдёт так быстро, и темпы опередят ваши прогнозы?

М.Б.: Я - да... То есть я считал, что это уже крайний такой вариант. Его Сорокин уже описал. Но это был гротеск, это был перебор. К этому идёт, но до этого не дойдёт. Но сейчас последние всякие законы и агрессивное православие - всё это, конечно, делает актуальными опять, к сожалению, какие-то невероятные прогнозы, даже просто ужасы. Ночные кошмары превращаются в реальность. Всё вместе это наводит на какие-то такие очень пораженческие мысли... Ну, не пораженческие - скажем, но мысли о том, что надо ли метать бисер перед свиньями? Такие мысли возникают периодически. Ели вам не надо, то мне и подавно. Всё из этой серии. Хотя я понимаю прекрасно, что потом это пройдёт, и опять возникает какое-то желание высказаться. Это накатывается волнами.

Д.К.: Пока мы не ушли далеко от вопроса политического климата, хотел спросить: у вас не было желания сменить этот климат на более прохладный?

М.Б.: Да, у нас такое желание периодически возникает в последнее время. Я сейчас в России отсутствовал практически три месяца - по этой же причине. Я ездил в Таиланд, чтобы быть поближе, так сказать, к природе на острове, где летают бабочки, и ящерицы ползают, и под водой там красота, тишина и невесомость - все, в общем-то, для медитации, необходимые вещи. Я такую водяную медитацию для себя придумал.

А.С.: Это называется сноркелинг?

М.Б.: Сноркелинг называется, да. И главное - я один. Не в группе с аквалангистами, без всяких этих тяжёлых предметов и инструкторов, а ты один плывешь, у тебя такое путешествие получается по совершенно неизведанным и красивым мирам, фактически космическое такое. В общем, мне нравится это всё.

А.С.: А когда выныриваете - появляются какие-то образы, не связанные с Дворцовой площадью и кровавым снегом.

М.Б.: Конечно! Там это всё как-то отлегает, между прочим. Отходит на задний план. Сейчас возникает песня, которую я хочу доделать. «Джунгли возьмут своё» - припев там такой. О том... Да о чём угодно...

А.С.: Назад к природе? Или назад на деревья?

М.Б.: Нет, просто вы можете делать всё что угодно: валить деревья, строить жильё, включать свой экскаватор, но джунгли возьмут своё в том смысле, что всё равно ведь существует какой-то космический порядок вещей, который гораздо сильнее, чем потуги местных богов каким-то образом влиять на жизнь планеты. Всё равно планета возьмет своё. Но другое дело, что это требует времени. Этот вопрос меня периодически беспокоит.

3.

«ДЖУНГЛИ ВОЗЬМУТ СВОЁ». Часть вторая
(«Городская среда», 2015 г.)

Продолжаем разговор с лидером рок-группы «Телевизор» Михаил Борзыкиным. Разброс тем: от «комплекса самоубийцы» у нацлидера до саундтрека к фильму «Брат-2».

4.

МИХАИЛ БОРЗЫКИН: «МНЕ КАЖЕТСЯ, ЛЮДЕЙ ОБРАБАТЫВАЮТ, ПРЕВРАЩАЮТ В РЕПТИЛИЙ
(«Псковская губерния», 2015 г.) Часть вторая

На рок-концертах люди больше не ищут ответов на важные вопросы

В предыдущем номере лидер петербургской рок-группы «Телевизор» Михаил Борзыкин рассказал «Псковской губернии» об эффектах пропаганды, о параноиках в российской политике и о том, почему «джунгли возьмут своё». В продолжении темы Михаил Борзыкин говорит об инстинкте самоубийцы и «диджействе» в политике.

«Каждый концерт ты выкладываешься на полную»

А.С. (Алексей Семёнов): Процесс написания песни - как он менялся? Сколько вообще занимает этот путь от первой строки, от джунглей, которые возникают в голове, до последней строчки?

М.Б. (Михаил Борзыкин): Всегда по-разному. Иногда тяжело идёт, иногда быстро. Вот песня «Джунгли»  довольно быстро пошла, потому что всё как-то сразу из одной  строки дальше понеслось. А учитывая, что я находился в этот момент в джунглях и видел там заросшие бурьяном бывшие фешенебельные гостиницы - это было очень показательно. Всё это тщеславие, которое пожирает живая природа, и все эти амбиции человеческие, которые теперь гниют в бывших шикарных бассейнах - это очень наглядно. А иногда бывает долго. И всё равно потом идёт работа, длительное дотачивание каких-то деталей. У меня не получается совсем уж быстро всё делать. Я начинаю себя критиковать по ходу дела, в том числе и за свои мелодические решения, что-то переделываю триста раз... Чаще всего это затягивается.

А.С.: Как известно, многие авторы устают от своих так называемых хитов. Публика их ждёт, а те, кто выходят на сцену, поют хиты только потому, что надо. У вас есть такое ощущение?

М.Б.: Иногда бывает, наверное. Но дело в том, что, к счастью, у нас не так много концертов. У нас это было в 90-е годы, когда у тебя по два концерта в день, когда плотный график гастролей. В последние десять лет мы существуем в таком расслабленном режиме. Это, в общем-то, довольно сознательно сделано. Конечно, больше было бы неплохо, но получается зачастую два, может быть, три концерта в месяц. Это максимум. А на самом деле по одному концерту в месяц - обычный вариант. Поэтому каждый концерт ты выкладываешься на полную. И не возникает этой усталости.

А.С.: Я точно знаю, что иногда мы бывали на одних и тех же концертах: на Роджере Уотерсе, например, на Depeche Mode... И догадываюсь, что это были для вас очень значимые концерты.

М.Б.: Да, да.

А.С.: А что вдохновляло вас тридцать с лишним лет назад, когда создавалась группа «Телевизор»?

М.Б.: Мы все были меломанами и обучались в высших учебных заведениях. Так или иначе, это такая довольно кипучая среда по тем временам была. Мы умудрялись добывать информацию из разных источников, в том числе и из-за границы, в виде пластинок, каких-то новых записей. Пройдя путь рядового меломана, мы к 1983 году уже были ребятами, попробовавшими себя в каких-то маленьких коллективах. Стали фанатами рок-клуба, начали писать свои песни. Я вообще ещё со школы что-то пытался сочинять на русском языке. В этот момент появилось как раз целое новое музыкальное направление - новая волна, пост-панк. И нам показалось, что мы это можем сделать, именно в этом стиле. Нам это стало интересно, потому что это были другие выразительные средства. Появились синтезаторы, которых до этого не было вообще. Компьютерная революция началась. Пока это были музыкальные компьютеры, по крайней мере: какие-то драм-машины... Это всё конец 70-х, а до нас это дошло только в начале 80-х. Новый звук, новый подход к аранжировкам, отсутствие традиционной блюзовости в гармониях, в вокале, потому что целые школы появились. И Боно, и Саймон Ле Бон из Duran Duran, и Depeche Mode, и The Cure - у каждого из их вокалистов была совершенно уникальная манера выстраивания вокальной мелодии, которой не было до этого ни в рок-н-ролле, ни в блюзе. Они пели такие интервалы... А у меня как музыканта сразу уши на макушке. И я понимал, что это очень интересно, и у нас этого никто так не делал. Аранжировка совершенно невероятной пустоты могла быть, но при этом всё равно это не мешало донести суть песни. Так вот эта простота и пустота, такая холодная, электронная, помогали создать новое настроение, которое мне так  нравилось; и лаконизм, и ёмкость... Всё это вместе нас потрясло. Мы бегали за каждой новой пластинкой, слушали, что ж это ещё нового появится. И сами начали пытаться делать что-то похожее. Это такое время, когда  в мире сотни хороших групп внезапно появились - и все они были больше из интеллектуальной среды. Раньше рок-н-ролл как бы старались маргинализировать. Старались его продавать как народную музыку. Хулиганско-рабочий клуб, музыкально-рабочий квартал - вот этого было больше. Хотя были, конечно, арт-роковые единицы, но их было немного, там, типа Genesis, Yes, King Crimson. А тут массово пришли какие-то люди - не совсем музыканты, но при этом из арт-среды. Интеллектуалы, скажем так. Это был свежий воздух, потому что они подошли нестандартно ко всему: они переварили весь рок-н-ролл и превратили его в совершенно новый звук, и совершенно новая палитра инструментов возникла в то время.

«Свобода должна являться основой социального устройства»

А.С.: У вас же до «Телевизора» была группа «Озеро»?

М.Б.: Была такая, да.

А.С.: А я вспомнил кооператив «Озеро», возникший через лет 15 после вашего «Озера».

М.Б.: Да-да-да.

А.С.: У вас не было на эту тему шуток?

М.Б.: Да нет. Дело в том, что мы уже подзабыли об этом, потому что в группе «Озеро», собственно, я только один и играл. Нынешний состав уже не знает, что это такое.

А.С.: А ведь они, фактически, позаимствовали, украли ваше название. Украли даже название!

М.Б.: (улыбается): Да... Вообще вот эта вся какая-то цикличность меня пугает, честно говоря, ну и в том числе кооператив «Озеро» и всё это... Как можно: 2015 год - а все они опять на шее! Да что ж такое-то!

А.С.: Но, в каком-то смысле, они всего лишь возвращаются к своим корням.

М.Б.: Да. Но я не ожидал, честно говоря, что и мы туда вернёмся. Переживать это всё заново тяжелее, чем раньше. Тогда мы как-то всё-таки были легкомысленнее. Меньше информации было, драйв молодой. В том смысле, что хотелось самоутвердиться: и девочкам понравиться и в то же время петь о чем-то важном для себя, и в то же время выйти на сцену в совершенно новом для себя амплуа. Это был такой  обычный юношеский ажиотаж. Это был такой обычный юношеский ажиотаж. А сейчас, конечно, всего этого не воспроизвести. Но мы всё время, так или иначе, мы пели о том, что свободу трудно чем-то заменить. Свобода должна являться основой социального устройства. Даже государственного устройства. А сейчас мысль Макаревича, что, типа 30 лет прожиты зря, кажется мне очень актуальной.

А.С.: «Время накажет своих рабов».

М.Б.: Да.

А.С.: Собственно говоря, каждое время наказывает своих рабов.

М.Б.: Да. Так вот это беда в том, что всё потом становится актуальным, но когда уже устал бороться - оно вдруг становится ещё более актуальным. Но это опять-таки о цикличности.

А.С.: В своё время усилиями Тарантино и прочих в 90-е годы саундтреки фильмов стали составляться из песен модных рок-групп. И, насколько помню, в фильме Балабанова «Брат II » ваша песня «Ты на пути в Чикаго» присутствует.

М.Б.: В фильме её нет, но она планировалась. Но потом её заменили группой «Би-2», песней, по-моему, «Варвара» или что такое.

А.С.: Но в саундтреке к фильму она звучит. А ведь фильм-то очень специфический? У вас не возникало ощущения, что так быть не должно?

М.Б.: Тогда всё же это выглядело как невинная забава. Так казалось. Воспевание некоего жлоба, такого грядущего хама. У него тогда силы не было - у этого Бодрова-младшего, в смысле, я имею в виду, у героя. То есть он что-то там декларировал, но на фоне всеобщего веселья это казалось нестрашным. Но я, конечно, это отметил для себя. А потом, с годами - становилось всё хуже и хуже... Я видел людей, которые на это подсажены: националисты,  и эта «гнида чернож...я», и «За Севастополь ответите!» - всё это тогда начиналось... И я, конечно, понял, что этот фильм в этом смысле -  как возбудитель заболевания, которое сейчас свирепствует. И, конечно, было бы, наверно, не очень приятно там, в связи с этим, находиться. Но я вообще для этого ничего не делал. Это режиссёр сам чего-то там отслушивал. А я узнал про это, когда уже фильм вышел в прокат, уже прошло два года. И мне сказали: «Слушай, а там ведь планировалась песня «Ты на пути в Чикаго». А можно мы её в сборник поставим?» Я говорю: «Я первый раз слышу, что она там планировалась, мне никто ничего не говорил». В данном случае, к сожалению, этот фильм явился образцом националистического воспитания для молодежи. Все его цитируют. Так или иначе, он несёт в себе эту державную мерзость.

А.С.: Вопрос по поводу сборника совершенно противоположного рода, но тоже в некотором смысле странного. О «Белом альбоме», том самом, не битловском, а который был два с половиной года назад в России...

М.Б.: А, Вася Шумов который делал?

А.С.: Да. В сборник вошло чуть ли не 300 групп  разного уровня. Естественно, 300 хороших групп в принципе быть не может. Но там были очень известные имена: Евгений Хавтан, Александр Кутиков, Алексей Романов, Юрий Шевчук, Армен Григорян, Всеволод Гаккель, вы... И тогда у меня было ощущение, что вот если отобрать из этих трехсот десяток групп и устроить что-то такое более-менее масштабное, рок-н-рольное, по-настоящему серьёзное, то это будет действительно востребовано. Рок-музыка вообще влияла на умы, когда в конце 60-х боролись за мир во Вьетнаме. А сегодня это вообще возможно?

М.Б.: У всех тут свои такие огородики. Мы-то как бы аутсайдеры, на обочине сидим. А у других людей - налаженные бизнес-машины. И брать на себя  лишнее, брать какую-то обузу в виде «Телевизора» - не всегда кому-то это интересно. Я и сам не напрашиваюсь. Можно было бы, конечно, напроситься, но у меня другой склад характера. А вообще мы организовывали фестивали в защиту Pussy Riot - там играл «Телевизор», «ДДТ» «Электрические партизаны» и ещё групп десять.

А.С.: За Pussy Riot даже Пол Маккартни и Питер Гэбриэл заступились.

М.Б.: При этом Борис Гребенщиков отказался, и я уж про Константина Кинчева не говорю...

А.С.: Но что такое какие-то Pussy Riot  по сравнению с войной украинцев с Россией? Такая война в голове не укладывается. И при этом вполне благополучные музыканты, такие как Вячеслав Бутусов или Максим Леонидов - год назад вполне недвусмысленно на эту тему высказывались.

М.Б.: Сейчас, я думаю, что они в антивоенном фестивале участвовать не будут. Мне кажется: ситуация такая напряжённая, что можно оказаться «врагами народа». И эти ребята опять замолчали. Я ни одного не слышал. Они говорят, что там происходит что-то неприятное, но не расшифровывают.

А.С.: Но десяток-то групп наберётся? Шевчук, я думаю, вряд ли будет стоять в стороне.

М.Б.: Да, Шевчук - конечно, да, Шевчук - однозначно!.. Нет, наверно, можно...

А.С.: Тот же Гребенщиков в Киеве выступал - ни больше, ни меньше.

М.Б.: Так я тоже выступал в Киеве - за месяц до него, вы в курсе, нет? Четыре месяца назад. Мы там организовали фестиваль против войны. Там выступали мы и киевские группы - «Коллежский асессор» и «Лабиринт». Мы сделали такой фестиваль против войны. Прошло всё очень хорошо, так душевно, и погуляли по Киеву, так, чтоб почувствовать атмосферу...

А.С.: Ваши выступления, мне кажется, прежде всего, важны вашим единомышленникам. Они сейчас сидят в где-нибудь в соседнем кафе и говорят друг другу: «Мы одни».

М.Б.: Да, да, это конечно.

А.С.: А потом они приходят на проспект Сахарова или Болотную, где я видел вас вместе с Александром Липницким из «Зуков Му» и Глебом Самойловым из «Агаты Кристи».

М.Б.: Глеб Самойлов, который вроде как собирается, если я ни в чём не ошибаюсь, выступать в Севастополе.

А.С.: Он же с братом помирился?

М.Б.: Это был такой тур. Я так понимаю, ностальгический тур.

А.С.: Я видел по телевизору их интервью. Оба брата сидели на одном диване и не выглядели непримиримыми врагами.

М.Б.: Это ради концерта. Я тоже был удивлён, потому что общался с Глебом довольно долго.

«Наш «нацлидер» оказался, так сказать, с комплексом самоубийцы» 

А.С.: Насколько я понимаю, вы не обременены какими-то, так сказать, ипотеками.

М.Б.: Да, слава богу, я принципиально не беру кредитов, в долг не беру. В общем, как-то и без ипотек обхожусь. Люди с ипотекой - они вообще легкоуправляемые...

А.С.: Просто есть люди, которые не передвигаются по городу без какого-нибудь большого-большого автомобиля, а вы пришли пешком.

М.Б.: Но я вообще чаще - на велосипеде.

А.С.: Да, я ожидал, что вы приедете на велосипеде.

М.Б.: Я должен ещё шины накачать.

А.С.: То есть это для вас не просто раз в неделю проехаться, а что-то большее?

М.Б.: Я ежедневно его использую как транспорт, до ближайших каких-то там мест я на нём доезжаю. Вообще, по-моему, это совершенно нормально во всём мире, да и интересно, полезно, без пробок.

А.С.: Я несколько раз катался на велосипеде по вашему району. Это хорошее место, много парков.

М.Б.: Да, да, особенно Крестовский остров, Каменный остров и Елагин остров - три острова у Чёрной речки у метро. И там великолепно кататься! А когда ещё зелень... Там очень красиво и там куча зданий ХVIII - ХIХ веков, все эти павильоны... Они создавалось, конечно, для прогулок царей. Но в свое время там Пушкин, и Блок, и другие поэты. Гуляли, сочиняли, и всё это, так или иначе, чувствуется. Какая-то общая атмосфера. Вот эти три острова - они рядом находятся. Я там, собственно, в основном и катаюсь.

А.С.: Я думаю, что от этого очень сложно уехать надолго и залечь на дно, даже в Таиланде, в джунглях, где этого нет и быть не может.

М.Б.: Да, тяжело, тяжело... Хотя зимой,  конечно, в парках на велосипеде делать нечего. Я зимой велосипедом не пользуюсь. Вот плюсовая температура пошла - тогда ещё как-то... Я не настолько фанатично предан велосипеду.

Д.К. (Денис Камалягин): Вы берётесь что-то предсказывать, что произойдет в ближайшее время? В каких-то песнях вы пытались предсказывать, да, немножко даже гипертрофировать, а в итоге реальная ситуация даже обошла то, что вы там обрисовывали. А вот сейчас вы что-то в голове представляете - или даже отказываетесь об этом думать?

М.Б.: Какие-то версии у меня периодически возникают, но переносить их на бумагу что-то не хочется совсем. Понятно, что этот наш «нацлидер» оказался гораздо более изощрённым, что ли... не то что изощрённым, а непредсказуемым и неожиданно, так сказать, с комплексом самоубийцы. Вот какое-то такое ощущение, потому что это ж надо умудриться так испортить отношения со всем миром за такой короткий срок ... Когда каждый раз, когда я заграницей говорил, что я из России, возникала пауза. Я общался с десятками, сотнями людей из разных стран. И всё время - сначала пауза, а потом что-то такое: «А, ну ладно». Позднее, когда начинаешь говорить, объяснять и возникают доверительные отношения, тогда они спрашивают: «Ну а как Путин-то у вас? Считаешь, что он сошёл с ума?» Я говорю: «Считаю». - «А, ну ладно, слава богу! А то русские такие приезжают: английского не знают, злые, и ещё считают, что Путин прав. Хорошо, что есть другие русские». Такой вот подход. Всё это, конечно, очень печально. Поэтому я завязал временно с прогнозами. Я уже много раз попал в небо пальцем, когда говорил, что буквально два-три года - и всё это закончится. Вот два-три года прошли, а всё продолжается. В общем, не политолог я совсем.

А.С.: А спрогнозировать своё выступление в Пскове в обозримом будущем вы можете?

Д.К.: Мы от вас не отстанем.

М.Б.: Да в принципе я всегда «за». Мы же периодически выступаем, бываем в Свердловске, Челябинске... В последнее время - всё меньше и меньше. Трудности организации приводят к тому, что местные организаторы не берутся. Мы как бы немножко пропали из поля зрения подростков. Таких подростков кто-то метко назвал «мёртвые чебурашки». Они слушают «Наше радио» и всё, что там им дают, - они на это ходят. А мы на «Нашем радио» не крутимся. Это очень простая схема. Одним словом, мы всегда «за», но важно, чтоб человек, который организовал бы выступление в Пскове, был ответственным, и мы могли обсудить с ним все детали. Просто так ехать в неизвестность не хочется. Очень часто возникает разочарование, и потом какое-то время вообще нет желания выходить на сцену - если концерт проходит прямо при пустом зале или при вялой, обожравшейся какой-то публике, которая совсем не наша, и непонятно, зачем она пришла? Нужно просто связаться и обговаривать детали с конкретным организатором. Периодически предложения приходят. Было приглашение из Пскова полгода назад. Мы поговорили, поговорили - выяснили, что они говорят: «Приезжайте, но клуб маленький, мы попробуем что-то собрать, но мы ничего не гарантируем». А в этой ситуации довольно сложно выступать. Это чаще всего означает, что организатор не будет особо и напрягаться в плане рекламы этого концерта, если он только не является бешеным фанатом (бывают и такие случаи). Тогда человек просто от себя, от семьи время отрывает, и у него что-то получается. А если он просто организатор местных концертов, то ему всё равно, сколько народа придёт. Хороший человек в данном случае не профессия.

«В рок-залах больше не ищут ответа на важные вопросы»

А.С.: В своё время был золотой век оперы. Он закончился.  Потом был золотой век джаза. Потом был золотой век рока. И он тоже позади. Если сейчас появляются новые группы, то они ориентируются на предыдущие периоды. Может быть, вообще эпоха рока закончилась? А теперь она перешла в копирование того, что уже было. Может быть, последовательность нот закончилась? Вы чувствуете это?

М.Б.: Конечно, чувствую! Вторичность вот эта - она сейчас, собственно, является способом существования музыки. Но это не только в музыке, по-моему. Просто берутся старые идеи, удачным образом компилируются. И все эти собиратели чужого сейчас являются творцами. Это как диджеи, например. Есть же диджеи, которые свою музыку пишут, а есть, которые чужую проигрывают. И сейчас вокруг эстетика диджейская и эстетика караоке, когда непрофессионал начинает петь под профессиональную аранжировку. Они слились и являются сейчас основой. Даже в маркетинговых исследованиях в рекомендациях радиостанциям написано: 80% новой песни должно быть взято из узнаваемого хита предыдущих времён, тогда эта песня становится хитом на радио. Это всё очень печально. По-моему, Артём Троицкий сказал, что личность в искусстве в этом смысле теряет некую актуальность. Самоэкспрессия, самовыражение личности не очень интересны потребителю, потому что он сам теперь певец, композитор. Тут у него караоке, здесь у него компьютерная программа, и он в принципе считает, что так может каждый. Но это, правда, такими волнами тоже ходит: в 90-х тоже была такая волна, которая смела, отчасти, нас в сторону. Это была волна беззаботности. Не надо, дескать, выпячивать свою личность, потому что ты, таким образом, демонстрируешь манию величия, и вообще, все рок-н-рольщики на этом повернуты, поэтому «No more heroes anymore», значит, как пели в свое время The Stranglers, по-моему? И группы типа Tequilajazzz, «Два самолета» начали исповедовать это... Мол, ребята, мы  такие же, как вы, мы ничего не хотим сказать. У нас нет месседжа  в принципе - просто красивая музыка или, там, бодрая музыка. Такой был период, я помню... Я тогда интересовался эстетикой международной электронной музыки - там тоже такое было. Сейчас опять это распространилось. Потребление как способ создания чего-то. То есть ты создаёшь только из того, что ты украл, грубо говоря. Это даже не интуитивная вещь, а  вполне осознанная... Группа «Ленинград», например. Она давно это прочувствовала: просто берутся куски чужих произведений плюс куски чужих разговоров у пивного ларька, которые не являются, собственно, авторскими, и выдаются за некое творчество. И это очень успешно продаётся. Наверное,  когда-то снова потребуется месседж, а пока запроса нет. Это, кстати, по поводу энергии: нет запроса на смыслы. Люди ищут смыслы в других местах - в литературе, наверно, ищут частично. И, может, в общении с какими-то своими друзьями. Но в концертных залах, по-моему, в том числе и в рок-залах больше не ищут ответа на вопросы. Поэтому приходит другая публика для того чтобы отдохнуть. А раньше было по-другому.

А.С.: По сути дела такое же самое диджейство в плохом смысле возникло и в политике. Возврат к старому, в Советский Союз - в самые дремучие, чуть ли не сталинские времена.

М.Б.: Да, да, это постмодернизм такой.

А.С.: Мы берем 80% Сталина, 20% Брежнева...

М.Б.: Геббельса немножко туда...

А.С.: Это уже на вкус, в качестве приправы... И пожалуйста, узнаваемо. Человеку нужно нечто узнаваемое: Крым, тепло, «Артек», в котором человек, может, и не был никогда, но знает, что он есть.

М.Б.: Да, да... Самое главное, что они, очень многие эти «патриоты» - они в жизни Крым и не любили, и туда не ездили. Я вот вроде не «патриот», а ездил туда за последние 10 лет раз пять и очень любил Новый свет. И всё время задавал вопрос (до всех этих событий): «Хотите ли вы присоединиться к России?» Неизменно получал ответ: «Нет. Киев нам не помогает, тоже сволочи, но в Россию мы не хотим. У нас здесь своё». Проблем с языком не было никаких никогда. И вдруг вот выяснилось, что бедный, угнетённый Крым рвётся всю жизнь в Россию. Опять очередное враньё. Да, есть эта диджейская компиляция. Это вообще принцип постмодернистского коллажа. Я думаю, что он тоже изживёт себя когда-нибудь, как это произошло в конце 90-х, когда стало понятно, что - хватит, люди устали и от этого, нужно снова возвращаться к каким-то личностям, к каким-то посланиям. Сейчас 16-летние люди в Лондоне слушают Pink Floyd, и это радует. Хорошие вещи тоже возвращаются, но не всегда...

А.С.: В России Pink Floyd  16-летние тоже слушают. Я сужу по фан-зоне на шоу «Стена» Роджера Уотерса.

М.Б.: Да, они не просто это как-то переварили, а, учитывая, что они сейчас все знают английский язык с детства, они это всё перевели, поняли, о чём они поют. Иногда на наших концертах тоже бывает группа ребят лет по 13-14. Они приходят в гримёрку за автографами. Я им говорю: «А вы здесь как? С родителями?» - «Нет, без родителей». - «А что, родители «Телевизор» любили?» - «Нет, мы сами. В Интернете накопали, нарыли - нам понравилось, мы решили прийти». Благо есть такая возможность. Другое дело, что раньше это был зуд информационный, мы вытаскивали то, что получалось, но получалось, что вытаскивали не самое плохое. А тут в связи с разнообразием иногда диву даёшься: к чему только ни прикипают сердца наших бедных юных искателей музыкальной информации. Остановился на этом, а тут девушка позвонила - и всё, он любит теперь эту группу, а то, что группа копирует миллион, которые были до неё, он просто не знает. Это уже недостаток скрупулезности, что ли. Работа с информацией неправильная, наверно.

5.

«ОНИ САМИ ПРИДУМАЛИ ЭТУ ВОЙНУ»
(«Городская среда», 2015 г.)

«Включи свой экскаватор, // Вали деревья, строй жилье.// Радуй жену своей зарплатой, //Но джунгли возьмут своё...» Это первые строки из новой песни группы «Телевизор», которая впервые была исполнена в Москве и Петербурге в апреле 2015 года. В марте 2015 года Михаил Борзыкин рассказывал нам о том, что эта песня ещё до конца не написана./.../

6.

ДЕНЬ МИХАИЛА
(«Псковская губерния», 2015 г.)

Репутация группы «Телевизор» была такой, что всегда находился повод задать вопрос: «Неужели, Борзыкин ничего не боится?»

«А по ночам стоны, по ночам голоса:
Не думай о боли, попробуй уснуть.
А что небеса? Молчат небеса.
Они сами придумали эту войну».
Группа «Телевизор», «Ада нет».

Концерты петербургской группы «Телевизор» проходят так редко и длятся так долго, что вы, однажды попав на такое выступление, смело можете считать, что побывали сразу как минимум на двух концертах. А то и на трёх. На концерте в клубе «Зал ожидания», находящемся в здании бывшего Варшавского вокзала в Санкт-Петербурге, Михаил Борзыкин и его группа «Телевизор» 18 апреля 2015 года, в день рождения Майка Науменко, исполнили 43 песни.

«И только кровь на обратной стороне медалей»

Перед концертом в гримёрке «Телевизора» надолго обосновались финские журналисты с двумя видеокамерами. Интервью длилось минут сорок. Михаил Борзыкин (2)  отвечал, переходя с русского на английский и обратно.
 
Остальные музыканты группы - гитарист Сергей Сивицкий и барабанщик Сергей Русанов вежливо отошли в сторону.

Финнов, в основном, интересовала политика, а не музыка (Путин, КГБ, оппозиция и т.п.).

Но было бы неправильно думать, что «Телевизор» - это всего лишь политизированные тексты, доверху переполненные оппозиционной начинкой. В противном случае композиции этой группы, существующей уже более тридцати лет, затерялись бы среди десятков других композиций, подобных тем, что вошли в «Белый альбом» (3) , спродюсированный в 2012 году лидером группы «Центр» Василием Шумовым (после концерта Василий Шумов зашёл в гримёрку. Всё-таки это был день рождения Майка Науменко).

Песни «Телевизора» определённо не затерялись. Примерно половина зрителей, пришедших на концерт, родились тогда, когда Советского Союза уже не существовало, и советский рок (он же анисоветский) стал частью истории.

Время показало, что Михаил Борзыкин - самый последовательный отечественный рок-музыкант. Он гнёт свою линию, не взирая ни на что. Это касается и текстов, и музыки. Начинал он в эпоху «новой волны».(4)  Тогда, в начале 80-х, это было актуально. Нововолновой стилистики придерживалось тогда большинство групп, входивших в ленинградский рок-клуб. Но потом мода сошла, и звучание большинства групп изменилось. А «Телевизор» сохранил верность традиции и дожил до того времени, когда new wave в мире снова стал популярным.

То же самое касается текстов.

Репутация «Телевизора» всегда была такой, что повод задать вопрос: «Неужели, Борзыкин ничего не боится?» находился всегда. И в восьмидесятые годы, и в нулевые, и сейчас. Михаил Борзыкин всегда был правдорубом, не оставляя в покое никого, включая глав государств - и Горбачёва, и Путина.

И всё же лучшие вещи «Телевизора» никогда не походили на агитационные материалы. В них был (и сохраняется до сих пор) огромный художественный заряд (здесь требуется комментарий: «лучшие вещи» - это почти всё, что записано три десятилетия Михаилом Борзыкиным и группой «Телевизор»). Альбомов за это время вышло не так много, и случайных песен и уж тем более случайных альбомов, появившихся «потому что так надо» у «Телевизора», кажется, не выходило. По этой причине песни «Телевизора» не устаревают. Хотя Михаил Борзыкин, наверное, был бы не против, чтобы такие вещи как «Твой папа - фашист» безнадёжно устарели.

Перед выходом на сцену Михаил Борзыкин в гримёрке размялся, как футболист перед выходом на поле. Впереди было трёхчасовое выступление, не считая пятнадцатиминутного перерыва.

Начался концерт с хрестоматийной «С вами говорит телевизор» с первого альбома «Шествие рыб», записанного звукорежиссёром Андреем Тропилло в 1985 году.

О той виниловой пластинке, выпущенной фирмой «Мелодия» в 1988 году (конверт с рисунком испещрённой надписями красной кирпичной стены) мы говорили с Михаилом Борзыкиным в марте этого года, когда общались в одном из кафе на Петроградской стороне.

Двести двадцать холодных вольт -
Система надёжна, она не откажет.
Вечер не даст ничего -
Программа всё та же.
А люди едят - им хорошо.
Это век электрических наслаждений.
Мне предлагают электрошок,
Но я предчувствую пробужденье...

В этих строках песни «С вами говорит телевизор» присутствуют многие темы, которые позднее будут развиваться в других альбомах: тупая сытость, давление системы, сон разума и всё же в итоге - предчувствие пробуждения.

Первая четверть концерта была самой спокойной. Публика возле сцены собралась интеллигентная. В этот момент возникло ощущение, что мы перенёслись куда-то далеко назад, в восьмидесятые, в западный клуб, в котором царит подчёркнутая богемная сдержанность. Это было как раз то, о чём Михаил Борзыкин упоминал в своём мартовском интервью («я понимал, что это очень интересно, и у нас этого никто так не делал. Аранжировка совершенно невероятной пустоты могла быть, но при этом всё равно это не мешало донести суть песни. Так вот эта простота и пустота, такая холодная, электронная, помогали создать новое настроение, которое мне так  нравилось; и лаконизм, и ёмкость...». Прозвучали «Не плачь», «Вера», «Холод», «Завтра», «Музыка для мёртвых»... С некоторых пор, после истории с псковскими десантниками,(6)  «Музыку для мёртвых» спокойно я слушать не могу. Хотя записана «Музыка для мёртвых» много лет назад, в 1989 году на альбоме «Отчуждение».

Время молчит, остался ещё один залп,
Рваной мишенью повисла над миром луна.
Красный металл в ненасытных глазах -
Расплавлено заново ржавое слово «война».

Всегда найдётся тот, кто с азартом начнёт счищать ржавчину. Температура плавления странным образом соответствует нашему климату. Боевые медали, как правило, отливают из пуль, пропущенных через человеческие тела.

И только кровь на обратной стороне медалей,
Слышишь - музыка для мёртвых.
Там, где кончается слава,
Видишь - праздник для мёртвых.
На обратной стороне медалей кровь,
Это жизнь ради мёртвых...

Когда «Музыка для мёртвых» записывалась, завершалась советско-афганская война. Но  к власти уже подбирались люди, предвкушающие новые победы, но не способные отличить победу от поражения.

Плавится воск на розовых лицах жрецов,
На лицах убийц предвкушение новых побед.
Это обряд, и жертву никто не спасёт,
И не спросит никто: «Нужно ли это тебе?»

Позднее, после исполнения «Красного снега», «Квадратов», «Дежавю», «Заколотите подвал», «Отечества иллюзий», «Мегамизантропа»
многое в зале изменилось. Народ «разошёлся». Пространство неподалёку от сцены облюбовал десяток обнажённых по пояс крепких парней. Начались танцы, временами переходящие в довольно агрессивный слэм. Уже во втором отделении, в самом конце, когда Михаил Борзыкин запоёт вечно актуальную «Твой папа - фашист», в зале вспыхнет небольшая потасовка. Некий с виду интеллигентный юноша намеренно ударит головой в лицо одного из участников слэма. Ударит и предусмотрительно двинется по направлению к выходу.

Со сцены в это время будет звучать:

Быть может, он просто жесток;
Быть может, ему не знаком Шопенгауэр;
Но воля и власть - это всё, что в нём есть.
И я не пойду за ним!

Но пострадавший, некоторое время прибывавший в нокдауне, догонит обидчика и свалит с ног. Разнимать дерущихся ринутся три охранника. Точно такую же сцену, один в один, я наблюдал в ноябре прошлого года на концерте группы «Алиса» в Пскове.(7)

После концерта я спросил у охранника: «Что вы сделали с зачинщиком драки?» «Мы его вывели на улицу», - ответит охранник миролюбиво.


«Только кружится, верит и врёт хороводоворот»

В конце первого отделения «Телевизор» исполнит песню, которая два месяца назад ещё не была написана. Речь о песне «Джунгли возьмут своё». Тогда Михаил Борзыкин рассказал «Псковской губернии» о том, что эта песня ещё не готова, но «довольно быстро пошла, потому что всё как-то сразу из одной  строки дальше понеслось». Борзыкин тогда говорил, что когда начинал её писать, то «находился в этот момент в джунглях и видел там заросшие бурьяном бывшие фешенебельные гостиницы - это было очень показательно. Всё это тщеславие, которое пожирает живая природа, и все эти амбиции человеческие, которые теперь гниют в бывших шикарных бассейнах - это очень наглядно...»

В песне своё берут не только джунгли. Своё берут звезды, планета, люди...

Устрой войну с соседом,
Телевизор забей враньём.
Объяви врагом планету,
Но планета возьмет своё.

Ещё одна новейшая песня, навеянная войной с Украиной («Ты прости нас, Украина») в этот вечер не прозвучала. Может быть, песня к тому времени ещё не была написана. Она будет исполнена в другое время и в другой стране, в мае 2015 года:

Этому нет оправданий,
Увидеть в брате врага.
Это годы страданий
И позор на века...
Мы вскормили в Кремле упыря.

Судя по московскому, петербургскому и киевскому концертам альбом «Телевизора» с новыми песнями, если его всё же запишут, будет ничуть не хуже, чем предыдущий «Дежавю».

Новых песен уже предостаточно. «Красный снег», «Хороводоворот», «Джунгли возьмут своё», «Последний стакан воды», «Просто быть никем»...

Одна из самых безжалостных и поэтичных вещей - это как раз «Просто быть никем» - про «любимое место, где веселится тьма...»

Песни группы «Телевизор» напоминают метро: переходы, пересадки, подъёмы на эскалаторе вверх-вниз, холодный стук колёс, духота вагонов, отражения в стёклах, одиночество в толпе... С непривычки можно заблудиться, но выход всегда найдётся. Если его нет в словах, то он обязательно есть в музыке - как в той же песне «Просто быть никем».

Второе отделение Михаил Борзыкин начал со слов о погибшем Борисе Немцове. «Борис Немцов несколько раз возглавлял «Марш несогласных» в Петербурге, - произнёс лидер группы «Телевизор». - И мы всегда прорывали оцепление, потому что Борис шёл впереди...» Зал встретил эти слова аплодисментами. Лишь один мужчина с возмущением, выкрикивая что-то про «хохлов», стал отходить в сторону бара. Спустя две-три песни он снова, пританцовывая, двинется к сцене.

А после слов о Немцове прозвучали бронебойные «Костыли»:

В эту ночь, когда на небе не видно ни одной звезды,
 Я завидую тем, кто решил и ушёл молодым.
 И душа была цела, и болела, и рвалась к небесам.
 Казались чистыми мысли и смелыми глаза.
 Кто же знал, что не бывает земляничных полян навсегда?
 Там теперь гуляет молодая золотая орда...

В зале чаще всего просили исполнить один из главных хитов «Телевизора» -«Сыт по горло» (так и не прозвучавший). Но остальные «заказы» - «Люли-люли», «Очки» были исполнены. К голосам из зала Михаил Борзыкин прислушивался, иногда по ходу дела реагируя на выкрики и на несколько секунд замирая перед ноутбуком.

Как же всё так бестолково?
Ни дна, ни брода, ни покоя,
Только кружится, верит и врёт
Хороводоворот.

В природе водовороты делятся на постоянные, сезонные и эпизодические. То же самое с «хороводоворотами».  Отечественный «хороводоворот», о котором поёт Михаил Борзыкин, судя по всему, не эпизодический, а сезонный или даже постоянный. Но способы противодействия водоворотам давно известны: надо попробовать пересечь течение поперёк, методично выгребая в сторону от центра. А если не получится, следует набрать в лёгкие побольше воздуха и нырнуть в поисках течения, которое не закручивает по кругу, а выносит на поверхность. В любом водовороте (и «хороводовороте») такое течение обязательно существует. Михаилу Борзыкину, занимающемуся снорклингомингом (подводное плавание с маской и трубкой) это, конечно же, известно.

По этому принципу «Телевизор» существует уже несколько десятилетий, плывя поперёк течения в сторону от центра.

7.

ВОДНАЯ НАГРАДА
(«Городская среда», 2016 г.)

Нет, не зря Михаил Борзыкин путешествовал по тёплым странам, занимаясь подводным плаванием. Иногда он выныривал и вглядывался в далёкую Родину, а потом нырял снова. Под водой плавали акулы и прочие «безумные тунцы». На далекой Родине акул тоже было немало, как и других хищных рыб.  Так из воды, перетекая из одного сосуда в другой, появился альбом группы «Телевизор» «ИхТИОЗАВР»./.../

8.

ГЛУБИНА ЧУВСТВ
(«Псковская губерния», 2016 г.)

Михаил Борзыкин дошёл до Индийского океана и погрузился в него с головой

В 2016 году многие российские рок-группы и исполнители со стажем выпустили новые альбомы: «Машина времени», «АукцЫон», «Крематорий», «Алиса», Фёдор Чистяков... Презентация нового альбома группы «Телевизор» состоялась в Москве, а потом и в Петербурге - 20 октября 2016 года в клубе «Космонавт».

В прошлом году, когда мы брали у лидера группы «Телевизор» Михаила Борзыкина интервью, то он сомневался - нужно ли записывать новый альбом? Большинство песен к тому времени было уже написано и исполнялось на редких концертах. Но потом сомнения отпали. Был брошен клич, и поклонники «Телевизора» очень быстро, методом краудфандинга, через портал Planeta.ru собрали необходимую для записи сумму. Таким образом, на свет появился альбом «ИхТИОЗАВР».


Если вы хотите узнать, что бывает, когда краудфандинг сочетается со сноркелингом (подводным плаванием с маской и трубкой), то без прослушивания  альбома «ИхТИОЗАВР» не обойтись.


Водная тема была важна для Михаила Борзыкина с самого начала существования группы. Первый альбом «Телевизора», записанный в студии Андрея Тропилло и выпущенный на фирме «Мелодия», назывался «Шествие рыб». После многократного прослушивания «ИхТИОЗАВРа» нет оснований не верить своим ушам: шествие рыб продолжается, хотя прошло тридцать лет.


На петербургской презентации «Телевизор» исполнил все 13 песен нового, 11 по счёту альбома группы. Причём исполнил в том порядке, в котором они записаны на диске. По традиции этот концерт превратился в музыкальный марафон (в данном случае лучше сказать - заплыв), во время которого прозвучало большинство неустаревающих песен «Телевизора».


«Телевизор» - не та группа, которую слушают случайные люди. Песни этой группы случайно услышать трудно. Клипы и концерты по телевизору не показывают, разве что старые записи на канале «Ностальгия». Поэтому о новом альбоме, как правило, высказываются люди, неплохо знакомые с творчеством Михаила Борзыкина. Некоторые с сожалением говорят, что «ИхТИОЗАВР» -  «самый не концептуальный альбом» собранных под одной обложкой разноплановых песен. Вроде бы, сам лидер «Телевизора» это подтверждает, когда говорит: «В альбоме - 13 свободных друг от друга песен и никакой концепции». Но тут же следует пояснение: «Но есть сквозная тема, лейтмотив. Это взаимоотношения водной стихии как места, где стираются границы и замкнутости человеческого существования на суше. В целом, альбом получился немного океанический».


Когда альбома ещё не было, а песни уже вовсю исполнялись на концертах, мне тоже казалось, что собрать их воедино будет сложно. Было опасение, что картина может получиться слишком пёстрой. Электро-гранж, регги, хардкор, марш, вальс, индастрил, баллада... Но сейчас уже ясно - сквозная тема и аранжировка сделали своё дело. «ИхТИОЗАВР» получился цельным. Более того, важно слушать песни именно в том порядке, в каком они расставлены в альбоме - от песни «Просто быть никем» через «Партию божьей росы» вплоть до «Ихтиозавра», заканчивающегося звуками песен настоящих китов.


Начинается всё с песни «Просто быть никем». Слова, вроде бы, мрачные: «Ты-то знаешь - // Никакого бога нет. // Врали майя - // Не закончится свет». В общем, обещанный конец света снова отложили, и приходится жить дальше, глядя на всё это безобразие. «Я не нужен здесь, я не нужен там», но романтическая музыка новой волны всё это преобразует во что-то лёгкое и безграничное. Вода здесь выступает альтернативой безумной земле. «Воде наплевать на границы...». Стену на воде, действительно построить намного сложнее, чем на суше.


Продолжение тоже на водной основе - песня «По берегам». Борзыкин не штампует песни десятками и сотнями, и если записывает что-то, то делает это как надо. Чтобы запомнилось надолго. Впечаталось, но не приелось. «Я забыл тоску, сегодня я видел акул, Я плавал с ними». С одной стороны, это обычные впечатления ныряльщика, но ведь не зря же автор погружался под воду. Когда рядом проплывают акулы, по-другому начинаешь смотреть на тех, кто ходит по земле.


«Красный снег» - самая злая песня на альбоме, в духе привычного «Телевизора». Написана, словно автор в момент написания находился в центре циклона. Казалось бы, полнейший декаданс, беспросветность и безнадёжность. Всё как положено в предчувствии революции, которой Борзыкин не хочет. Когда он поёт «Просыпайтесь!», то это не равнозначно «красному снегу» на Дворцовой площади. Наоборот, чем быстрее люди проснутся, тем меньше шансов, что прольётся кровь. 

Просыпайтесь!
Сколько можно потреблять
Гигабайты
Теле-вранья?
Сколько можно
Доверять кремлёвским снам,
Пошлой ложью
Прикрывать свой страх и срам?

«Телевизор» со своими бескомпромиссными песнями не превращается в грубую агитку потому, что Борзыкин в первую очередь музыкант и певец (голос его всё ещё хорош и даже развивается). Когда Борзыкин поёт о том, что «протесты и митинги зря», то он на этом не останавливается. Ему всегда есть о чём сказать и что спеть.


На обложку альбома Михаил Борзыкин поместил фотографию, которую он сделал на месте заброшенного отеля в Таиланде. На переднем плане - старый разбитый телевизор на развалинах. О том же самом поётся в песне «Джунгли возьмут своё». Возникает оптимизм, который Михаил Борзыкин завёз в снежную Россию из тёплого Таиланда - то ли достал со дна, когда нырял, то ли обнаружил в джунглях. После мрачного «Красного снега» необходим был хоть какой-нибудь заряд оптимизма - глядя на всё это «полуворьё-полузверьё» («Устрой войну с соседом, //Телевизор забей враньём, // Объяви врагом планету, // Но планета возьмёт своё...»).


Однако мажорное настроение быстро исчезает, сменяясь задумчивым «Хороводоворотом». Сам Борзыкин называет такую музыку «космически-холодной», нанизывая на неё, как на космический луч, соответствующие слова:


А раньше... А что было раньше?
А помнишь...? Ничего я не помню...
Мальчик... Да жив тот мальчик!
Кто не родился, тот и не помер.

Такая у него вера в бессмертие.


У раннего «Телевизора» было достаточно ехидных песенок. Во второй части альбома недолговечный оптимизм переходит в иронию и сарказм. Свой особенный сарказм Борзыкин приберёг для песни «Партия божьей росы» - про «адептов адаптации», а попросту говоря про приспособленцев - среди которых оказалось довольно много рок-музыкантов, артистов, режиссёров, писателей (со многими Борзыкин когда-то дружил)... Но для автора «ИхТИОЗАВРА»  они - члены одной необъятной партии. «Эти люди, независимо от их принадлежности к политическим партиям, все для меня объединились в единую Партию божьей росы, - объяснил Михаил Борзыкин. - Люди с повадками напёрсточников, патологические лгуны, которые всегда найдут способ притвориться белыми и пушистыми в любой ситуации. Получился разухабистый традиционный вальсок».


Следующая песня - «Истерика свиноматок» - продолжает тему: «На пути из Глупова в Жлобин поезд встал - так и должно быть!!!» 


Борзыкин-сатирик - это то, что ему было свойственно с самого начала, с тех пор, как тридцать с лишним назад он сочинил «Манию величия» и «Муху на стекле». В «ИхТИОЗАВРЕ» он продолжает исследовать насекомых, рыб и птиц. В его песнях не всегда океан. Временами он ограничивается стаканом воды - как в маршеобразной намеренно бодро-наивной песенке «Последний стакан воды».


А потом внезапно появляется «Безумный тунец», словно бы вынырнувший из «последнего стакана» (автор говорит, что встретил тунца под водой, когда однажды погрузился в Индийский океан). Это песня для тех, кто не любит играть по правилам.


Песенка «Не считая попугаев» написана в духе, страшно сказать, Петра Подгородецкого, когда тот выступал в «Машине времени», иногда в ней солируя. Здесь Михаил Борзыкин явно расширил рамки своих привычных возможностей: «Посмотри, как целуются два солёных морских огурца, // Как колышется платьице молодой каракатицы, // Как морские иголочки, бледные, полуголые, // Охотятся за толстопузыми щедрыми медузами. // И это не считая попугаев...». Беззаботная тропическая атмосфера. Обратная сторона медали. Сказочная действительность, в которой нет места красному снегу и упырям. Максимум, медуза ужалит.


Самой спорной для российских слушателей, по всей видимости, на альбоме «ИхТИОЗАВР» станет композиция «Ты прости нас, Украина» («Все протесты и митинги зря, // Мы вскормили в Кремле упыря...»). Здесь тоже есть характерный для Борзыкина контраст. Он любит сталкивать разные музыкальные и смысловые пласты. В этой полуаккустической балладе поётся совсем не об Украине, а о России.

Бредим ядерной пылью,
Все воруем и врём.
Как рабами мы были,
Так рабами помрём.
Когда упырь издохнет,
Что останется здесь?

Песни «Телевизора» точно останутся.


Завершается альбом двумя песнями - «Остров» и «Ихтиозавр». Электрическо-топическое регги и «песня о себе». Рок-ихтиозавр, в отличие от привычных рок-динозавров, - это и есть Михаил Борзыкин, с детства, с тех пор, как он посмотрел в первый раз фильм «Человек-амфибия», мечтавший о свободном плавании.


Кажется, его мечта сбылась.

9.

ПОПРОБУЙ ОСТАТЬСЯ ЧИСТЫМ
(«Городская среда», 2018 г.)

Лидер петербургской группы «Телевизор» Михаил Борзыкин назначил встречу возле одной из петербургских станций метро. Так получилось, что как раз там висела большая афиша концерта группы «Алиса» - 35-летие группы. Борзыкин и лидер «Алисы» Константин Кинчев знакомы те самые 35 лет. Некоторые свои песни Кинчев записывал в студии «Телевизора». 

Однако уже много лет взгляды Кинчева и Борзыкина на события в России расходятся настолько, что они словно бы живут в разных мирах.

Кивнув на афишу, я спросил Борзыкина: «Если бы мы сейчас вдруг встретили Кинчева, вы бы с ним за руку поздоровались?». «Конечно», - ответил Михаил Борзыкин. Что ещё он по этому поводу сказал - передавать не буду. Это был частный разговор. Интервью началось только в кафе. Но и перед интервью, и после него Борзыкин посоветовал мне посмотреть запись разговора Юрия Дудя с Кинчевым. «Хорошо, уговорили», - ответил я, когда мы прощались.

Кинчев много чего Дудю наговорил, но мне больше всего запомнилось, что лидер «Алисы» - счастливый человек, что у него всё есть и т.д.

Думаю, что Михаил Борзыкин никогда так не скажет. И не потому, что у него ничего нет. У него есть всё, что ему нужно. Борзыкин совсем не бедствует, находится в хорошей физической и творческой форме. Своим старым товарищам, с которыми у него разошлись дороги, он определённо сочувствует. За происходящее в стране и за её пределами - переживает. И это по-прежнему не даёт ему покоя.

Похожим образом Борзыкин вёл себя и в середине 80-х годов. Ещё до превращения отечественной рок-музыки  в нечто системное и заорганизованное, он уже бил тревогу и бунтовал.  От него в ленинградском клубе доставалось многим: ГребенщиковуЦою...

В одной из ранних песен «Телевизора» есть такие строчки:

У меня был друг - и больше нету друга.
Он совсем забыл мой скромный уголок.
Обзавелся новой подругой.
Он теперь не прост - он весь такой богемный,
Это все они - родительские гены.
Он претендент на звание гений!
Мания величия...

Несколько человек, гремевших в конце 80-х в ленинградском клубе, пережили эту звёздную болезнь. Или не пережили.

Богемный образ жизни можно понимать по-разному, как и само понятие «богема». Трактовок полно. Эксцентрический образ жизни, пьяная нестабильность, загулы, слава, бесславие, жизнь вопреки общепринятым для обычного человека правилам... Отсюда и мания величия. Люди осознают себя особенными. Но важнее всего понять: а что дальше? Допустим, ты не такой, как все. Что из этого следует?

Уже в новом веке, поучаствовав в многочисленных митингах протеста, Борзыкин написал песню «Пока мы сидим»:

А пока мы сидим, собою горды
И делаем дым во имя еды,
Они готовят кресты для новых святых -
Менты убивают молодых!

Мы сидим, собою горды... Самодовольство - питательная среда. Гордость распирает. Не хочется обращать внимание на чьи-то проблемы. Хочется законсервировать пойманное удовольствие, продлить счастье. Вдыхать дым и быть сытым...

Одна из самых сильных песен группы «Телевизор» вышла на альбоме 1987 года - «Отечество иллюзий».

А только все говорят о разном -
Нацисты и пацифисты.
Чёрный ты или красный -
Попробуй остаться чистым.
Бейся о водопады,
Ройся в чужих отходах.
Ты давно уже найден,
Ты давно уже продан...

Покупатель - Отечество иллюзий. За тридцать с лишним прошедших  лет многие иллюзии развеялись, но возникли другие. Более того, те, что развеялись вначале, теперь снова вернулись. Купля-продажа продолжается. Многим людям подобные иллюзии близки и необходимы. Чистым при этом оставаться не обязательно.

А тот мелкий бес - как его звали? -
Прокуратор Комитета Добра...
Он теперь - спонсор того фестиваля,
На котором тебе завтра играть...

Но выбор всё-таки остаётся. Играть или не играть в предложенные игры - это решается совсем не мелкими бесами.

 10. 

КТО ЗДЕСЬ ЗМЕЯ?
(«Псковская губерния», 2018 г.)

Михаил Борзыкин: «Многие были так заняты окучиванием своего творческого огородика, что просто не учли всех факторов, которые предшествовали войне с Украиной»

Сентябрьские выступления группы «Телевизор» в Петербурге и Москве начинались с песни «Всё в порядке» - не самой известной, но очень многозначительной. С одной стороны, это ироничная песня-приглашение («Давай поиграем в слова... // Я сделаю тебя песней...»). Но это же и песня-заклинание («Милые друзья, кто здесь змея? // Я с нетерпением жду измены. // Я ни тот, ни этот, не могу быть // Только горьким или сладким. // Но если в это продолжают стрелять, // Значит, всё в порядке, // Со мною всё в порядке!..» ). Так было в 1988 году, так есть и в 2018. Лидер петербургской группы «Телевизор» Михаил Борзыкин даёт всего несколько концертов в год. Но если это всё-таки происходит, то сомнений не остаётся - с «Телевизором» действительно всё в порядке. Рок-н-ролльная энергия по-прежнему бьёт через край.

«Я не собираюсь гнаться за всеми нашими мега-рок-монстрами»

На следующий день после концерта в петербургском клубе «Опера» мы встретились с лидером группы «Телевизор» Михаилом Борзыкиным. Разумеется, разговор шёл не только о рок-музыке.

- Михаил, в последний раз мы общались с вами в 2015 году.* За этой время Россия зашла очень далеко - и в географическом, и в политическом смысле. А у вас появились новые песни. Премьера одной из них состоялась на петербургском концерте 27 сентября 2018 года. Называется она «Богоносороги». Это пишется одним словом?

- Да, одним словом.

- Собирается ли уже новый альбом?

- Я пишу потихонечку. У меня нет никакой спешки. Я не собираюсь гнаться за всеми нашими мега-рок-монстрами. Там набирается много лирических песен. Но есть иронические, сатирические... Это как обычно у меня происходит. Скопится достаточное количество песен - запишу альбом. Песню «Богоносороги» удалось подготовить к этому концерту. Остальные лежат в недоделанном виде.


***


Исполненная ближе к концу первого отделения новая песня «Богоносороги» - едкая сатира с припевом: «На цепи нам удобнее». Ковыль, хоругви, тяжёлая поступь богоносорогов... Пародийная эстетика рок-песен в стиле а-ля рюс. («Сказали: «Отныне и присно» // Мы будем добро творить // Похожие на террористов, // Но добрые изнутри...») В отличие от жителей «Острова Невезения», богоносорги на лицо могут быть совсем не ужасные, но в то, что они добрые изнутри поверят только генетические рабы, которые в этой песне тоже упоминаются.


Новые «Богоносороги» перекликаются со старой песней «Вера», прозвучавшей на концерте вторым номером. «Чем больше живу, тем больше радуюсь, что это написал». Такими словами предварил Михаил Борзыкин её исполнение. «Прощай, раба унылого детства.// Хочешь, я отведу тебе угол // В памяти где-нибудь между // Первой любовью и школьным другом?..» Разумеется, эта песня не только об утраченной вере в Бога. Она об очаровании и разочаровании. Между тем и другим есть просвет как минимум для написания одной песни. Лидер группы «Телевизор» умеет расставаться с заблуждениями под собственный смех («Ты умерла, и величие смерти // Не остановит мой смех»).


У каждого своя вера. В яростной песне «Заколотите подвал», без которой концерт «Телевизора» представить трудно, Михаил Борзыкин недвусмысленно поёт: «Какая вера?! Очнись ты! // Это - неохристочекисты! // Эй, Родина! Протри зрачки-то! // Это - неохристочекисты!»


Однако зрачки у многих всё ещё закрыты розовыми очками. Но об этом поётся уже в другой песне - «Очки», название которой из переполненного зала выкрикивали несколько раз. Она не прозвучала (во втором отделении лидер «Телевизора» с печалью пояснил, что в наше время розовые очки сменились вишнёво-кровавыми).


Что же касается веры, то мало ли кто во что верит? «Телевизор» поёт:
«Ты будешь молчать, жрать и верить // В золотого тельца от святого отца // Великой империи...»


Вера в золотого тельца от святого отца в России переживает настоящий ренессанс.


До перерыва прозвучали песни «Мы идём», «Музыка для мёртвых», «Завтра», «Дети уходят», «Три-четыре гада», «Холод», «Отчуждение», «А по берегам», «Унижение», «День Михаила», «Квадраты»...


Одна из старейших песен в нынешнем концертном репертуаре «Телевизора» - песня «Мы идём». В 1986 году её незалитованный текст (то есть неразрешённый к исполнению) группа «Телевизор», вопреки запретам, всё-таки сыграла со сцены во время фестиваля. И продолжает это делать («Авангард на коленях, скупые меценаты, // И снова унижение - как зарплата!») В те времена на вышедшую из подполья новую ленинградскую рок-волну многие взирали как на носителей непогрешимых истин. Но Михаил Борзыкин уже тогда бунтовал не только против советских чиновников. Задевал он и тех, кто удобно пристроился в лениградском рок-клубе. Тридцать с лишним лет назад он высмеивал «тусовку как высшую форму жизни».


С тех времён кое-что изменилось. И не обязательно к лучшему. В новом веке основатель группы «Телевизор» в своих песнях продолжил саркастически отзываться о некоторых прилипших к власти коллегах: «Какой-то зомби-бомонд: // Рокеры, святоши, журналисты, артисты // Лижут хозяйское дерьмо - // Так искренне, неистово!»


Когда-то явочным порядком Михаил Борзыкин отменял цензуру на советской музыкальной сцене. Того же принципа он придерживается до сих пор. Пока другие осторожничают, он по-прежнему открыто поёт: «Смердит кремлёвская тварь...», «Единая Россия» рано или поздно пойдёт на дно» и «Мы вскормили в Кремле упыря...». А зал активно подпевает.


И странное делонесмотря на прямолинейность некоторых строк, происходящее не воспринимается как митинг протеста. Песни «Телевизора», в отличие от большинства других «протестных» песен, - это, прежде всего, духоподъёмная музыка.

«В очередной раз чувствовать себя пушечным мясом не хочется»

У «Телевизора», если вдуматься, все песни - антивоенные. Но самая очевидная антивоенная песня «Музыка для мёртвых» написана давным-давно (в выпущенной в СССР книге «Альтернатива. Опыт антологии рок-поэзии» её даже по-советски озаглавили «Мы за мир»). В ней поётся: «Время молчит, остался ещё один залп, // Рваной мишенью повисла над миром луна. // Красный металл в ненасытных глазах - // Расплавлено заново ржавое слово "война"». Отсюда возник и мой вопрос к Михаилу Борзыкину.

- Недавно вышел антивоенный рок-альбом «АнтиАрмия», где записались Курылёв, «Аквариум», Макаревич, «Пилот», Lumen, «Центр», «Порнофильмы»... Что вы о нём думаете?

- Меня приглашали принять там участие. Я подумал и отказался. Мне сама концепция не нравится. «За мир» - это ни о чём. Нужны какие-то конкретные требования.

- Смущает уровень многих песен с этого альбома. Прямолинейность. Они напоминают агитки-однодневки. Это главная претензия к любому творческому человеку - поверхностность.

- Наверное. Хотя есть и другая крайность, когда вообще все смыслы размазаны и идёт биполярное расстройство головного мозга. Иногда Гребенщиков пишет такие песни, когда трудно понять - о чём это и где там автор? Против всего плохого ради всего хорошего.

- Иногда он очень даже конкретен.

- Иногда - да.

- Позавчера я привёл несколько острых цитат из ваших песен своим петербургским родственникам, и они спросили: «Как такое позволяют петь на концертах в наше время?» Переадресую этот вопрос вам.

- Мне кажется, я двигаюсь по инерции 2007-2009 годов и поэтому пока не попадаю в поле зрения. По объективным обстоятельствам в последнее время не участвую в уличных мероприятиях.... Они же («неохристочекисты» - Авт.) выборочно действуют. Я пока вне зоны внимания. Но это может измениться в любую секунду. Схема, по которой они работают: вытаскивать отдельных людей, желательно - не слишком известных, и наказывать их в устрашение остальным.

- Значит ли это, что вы слишком известный?

- Нет, я думаю, мне просто пока везёт. И ещё, может быть, я не представляю угрозы как организатор протестных мероприятий, как было одно время - лет пять-десять назад.

- На вчерашнем концерте на экране мелькнуло видео, как я понял, сентябрьских петербургских протестов. Вы там не были?

- Нет, меня просто не было в стране. Но я, конечно, туда бы пошёл. Когда есть возможность, то я хожу. Но в принципе есть понимание того, что уточками дело не обойдётся. И в очередной раз чувствовать себя пушечным мясом не хочется - после десяти лет этого ощущения. Это неэффективно. Сейчас у меня такое настроение. Эти мирные протесты мне кажутся какими-то устаревшими. Получается только хуже. Хотя, конечно, внутренне я их поддерживаю и солидаризируюсь. Но на данном этапе я не понимаю, что это может дать.

- Недавно вышел фильм «Лето», где звучат песни музыкантов, которых вы хорошо знали - Цоя и Майка Науменко. Вы видели фильм?

- Нет. Не посмотрел. Что-то меня не очень тянет. Общий ажиотаж вокруг этого и негативные отзывы очевидцев типа Гребенщикова... Скорее всего, мне не понравится. Но я рано или поздно посмотрю.

- Я тоже настороженно к фильму относился. Но когда увидел, то понял, что «Лето» не о Цое и не о Майке. Фильм о героях их песен.** Это же фактически фильм-мюзикл. Там звучат песни Игги Попа, Talking Heads... Причём звучат из уст советских граждан. Отчасти это комедия абсурда... Многие песни группы «Телевизор» идеально подходят для такого рода экранизаций. На концерте 2015 года, перед которым мы с вами общались, видео не было.*** А на нынешнем концерте большинство песен сопровождал видеоряд. Расскажите о нём. Кто это делал?

- Андрей Мельник - довольно известный художник по свету. Он работал и с «Алисой», и с «ДДТ»... С тех самых 80-х годов он занимается светом, а сейчас освоил и видео. Он изъявил желание нам помогать - по собственной доброй воле без каких-то коммерческих устремлений, потому что у «Телевизора» сейчас раз в полгода концерты, и они очень невысоко оплачиваются. Андрей привозит свою аппаратуру, приезжает за восемь часов до начала концерта. Он сделал эти видеоряды, и всё время что-то добавляет. Я даже не знаю, что вчера за нами происходило. Заранее смотреть это не было возможности.

- Во время песни «На Желябова, 13» показывается двор. Это тот самый двор на Желябова или просто типичный питерский двор?

- Скорее всего, типичный питерский...

- Но присутствие на видео господина Путина для вас неожиданностью не было?

- Нет, не было. Мне кажется, что именно поэтому Андрей с нами и сотрудничает. Он разделяет наши взгляды полностью. Мои, по крайней мере. И полностью согласен с тем, что не высказывать это невозможно.

- А остальные музыканты «Телевизора»? Со стороны кажется, что вы - единомышленники.

- Я не слишком требователен к их духовной поддержке. Но мы уже 15 лет вместе и уже столько всего обсуждали... Я не собираюсь звать их с собой на баррикады, но концептуально, базово они понимают, о чём идёт речь...

-...и подпевают.

- Да, и подпевают. И сами, конечно, так думают. Но никакого контроля с моей стороны не существует. Мы - соратники.

«Нужен какой-то мощный продюсерский ход»

На конверте первой пластинки группы «Телевизор», выпущенной фирмой «Мелодия» в 1988 году, написано, что коллектив выступает в стиле «жёсткая новая волна». В 2018 году у «Телевизора» музыка по-прежнему жёсткая. Неустаревающая. И всё ещё волна. Только волны накатываются реже (один-два раза в год) и они не так заметны, как в конце 80-х.

- Михаил, концерты «Телевизора» проходят редко, но всё-таки проходят. 30 сентября в Москве, весной были концерты в Петербурге в клубе «Опера» и на студенческом фестивале под Петербургом.

- Да, в Петродворце.

- Как реагирует на вас публика в сборных концертах? Она же другая, чем та, что специально приходит слушать только вас.

- Там была фестивальная атмосфера. Народу было не так много, шёл дождь... Было очень много молодых групп, которых мы не знаем. Но в результате всех принимали хорошо. В последние годы я почти не выступаю не для своей публики. Люди были просто благодарны за то, что музыканты приехали.

- А концерты за границей? В Нью-Йорке...

- Да, был концерт в Нью-Йорке с группой. А ещё сольный, в Бостоне, я играл на клавишах и рассказывал...

- А что за аудитория?

- Студенты, изучающие русский язык. И наши бывшие граждане, пришедшие позадавать вопросы.

- Музыкальное направление New Wave, в котором играет ваша группа, сейчас снова популярно. Насколько музыка «Телевизора» близка молодёжи?

- Интерес к этому направлению очень очевиден в мире и очень неочевиден в России. На Западе это возрождение. Оно заметно во всём - от моды на одежду до музыки. Существует невероятное количество молодых коллективов, пытающихся пародировать восьмидесятников. Мы к этой публики пока никакого отношения не имеем. Нужен какой-то мощный продюсерский ход... В Нью-Йорке к нам подошли молодые ребята - восемнадцатилетние американцы. Они говорили о звуке, о том, как им понравилось. Но это не приобретает массового масштаба. Иногда внезапно подходит молодёжь с зелёными волосами. Они говорят: «Как здорово у вас звучат барабаны! И аранжировка у вас какая сделана! Мы любим такую музыку...» В России это почему-то почти никому не близко. За новую волну выдают всякую итальянскую эстраду и то, что раньше звучало из окон рабочих общежитий - всякое диско: Ottawan, Arabesque ... Теперь это пропагандируют с помощью больших фестивалей как музыку 80-х. А на самом деле мы тогда дико над этим смеялись - над этой музыкой и над не слишком утончёнными слушателями, выставлявшими колонки в окнах тех самых рабочих общежитий и слушавшими, как нам казалось, низкопробное диско. В тот момент это был признак серости.

- А какую музыку тогда слушали вы?

- Это сотни групп: The Cure, Depeche Mode, Duran Duran, U-2, Joy Division, Japan, Talking Heads, The Smiths... Всевозможные Sigue Sigue Sputnik, Kajagoogoo... Все они были такие разные...

- Как вы доставали их записи?

- По друзьям, по знакомым, по иностранцам. Я учился на филфаке. Приезжали студенты-американцы, какую-то музыку привозили они, а я переписывал. Мы бегали по всевозможным меломанам, которые торговали пластинками, и переписывали у них. Я и до этого был меломаном. Прошёл все эти стадии - от The Beatles до арт-рока. Но новая волна была совершенно свежим дыханием, и мы поняли, что нам надо именно так попытаться сделать. Это был некий антипод хард-рока и всей предыдущей истории развития рок-н-ролла. Интеллектуалов допустили к музыкальным инструментам.

- А кто повлиял на вас как автор текстов? С Гребенщиковым всё более-менее понятно. Влияли Боб Дилан, Дэвид Бирн, Лу Рид... С «Телевизором» немножко сложнее. Речь не только о музыкантах. Каких поэтов вы читали?

 - Что-то, конечно, вдохновляло, но всё равно была какая-то внутренняя установка - стараться не сдирать. Не воровать. Я какие-то вещи переводил, но не пытался буквально использовать как цитату, как это иногда бывало у Бориса Борисовича...

- Или как у Майка Науменко...

- Да... У меня почему-то был другой подход. Мне казалось, что нужно что-то своё, я упрямо избегал прямого цитирования. Хотя, думаю, всё равно где-то что-то совпало. Но была задача - постараться не копировать гитарные риффы, гармонические построения... Но всё равно ясно, что мы оттуда черпали полной ложкой. Совпадений было наверняка полно.

«Пытаюсь всё время импровизировать»

- На выступлении в клубе «Опера» некоторые важные песни группы «Телевизор» вроде «Отечества иллюзий», «С вами говорит телевизор» или «Сыт по горло» не прозвучали. С чем это связано?

- «Сыт по горло» была в программе. Мы обычно играем её в конце. Но тут мы решили её не играть. Было логично завершить концерт «Мандариновым снегом»... «Отечество...» мы регулярно играем, но в этот раз я его просто забыл... А «С вами говорит телевизор» мы играли в прошлый раз в этом же зале. Надо было поменять программу. Я её на 30-40 процентов изменил.

- Сет-лист концерта составляется заранее. Если кто-нибудь выкрикнет, как вчера: «Спойте про очки!», а песня не в списке, то она не прозвучит?

- Нет, можно спеть. Но с «Очками» я начинаю путаться в куплетах. Давно мы её не играли. Она слишком привязана к определённому периоду. Хотя была идея её сыграть... Но слишком много материала. У нас, к сожалению, очень редко концерты. Есть опасение, что какие-то вещи могут быть забыты. Мы, конечно, порепетировали. Но невозможно объять всё. «Очки» были в прошлый раз.

- Понятно, что на концерте звучат живые инструменты: гитара и барабаны, но есть ещё и клавиши, бас...

- Да, компьютер работает.

- Это всё ваша работа?

- Да, всё я делал. Это уже длится 15-20 лет. Я всё время меняю что-то, что-то доделываю.

- И строчки песен иногда тоже меняются.

- Да, у меня ещё бывают какие-то импровизационные моменты. Вчера я что-то напел такое, чего и сам не помню. То, что пришло в голову. Иногда бывают не те слова, мелодия другая. Пытаюсь всё время импровизировать. Чтобы скучно не было.
***
Самое последнее, что может посетить на концерте «Телевизора» - это скука. Выкрики из зала, комментарии Михаила Борзыкина, его же непредсказуемые танцы, которые, хотя бы отчасти, повторяют некоторые зрители... «Телевизор» уже много лет выступает как трио в составе: Михаил Борзыкин (вокал, клавишные, программирование, автор музыки и текстов), Сергей Сивицкий (гитара), Сергей Русанов  (барабаны). Но бывают исключения. В апреле 2018 года в нью-йоркском клубе Drom группа выступала в другом составе. Концерт, запись которого без труда можно найти в интернете, интересна тем, что на там барабанах играет Гарик Багдагюлян, а на гитаре - Иван Марковский.


Как правило, «Телевизор» на концертах не сосредотачивается на каком-то одном периоде. Старое и новое легко друг с другом сочетаются. «Красный снег», «Твой папа - фашист», «Рыба гниёт с головы», «Безумный тунец», «Джунгли возьмут своё», «Мегамизантроп», «Истерика свиноматок», «Звёздная», «Аллилуйя», «Если телефон молчит», «Хороводоворот», «Газпромбайтер»... Ну и, разумеется, зубодробительные «Квадраты».  В 2018 году строки, написанные много десятилетий назад Владимиром Лифшицем, звучат из уст Михаила Борзыкина: «И всё же порядок вещей нелеп. // Люди, плавящие металл, // Ткущие ткани, пекущие хлеб, // Кто-то бессовестно вас обокрал».


Что поделать, богоносороги в России пока что чувствуют себя лучше, чем сталевары, ткачи и пекари.

«Недостаток информации сыграл с некоторыми злую шутку»

- Михаил, во время концерта вы видите зрителей в зале? Вам важно, что там происходит? Вчера несколько человек во время, как мне показалось, временами вели себя не очень адекватно. В том числе и во время исполнения песни «Ты прости нас, Украина».

- Мне показалось, что вчера было относительно единодушное приятие этой песни. Об этом мне сказали музыканты, которые зашли потом в гримёрку. Каждый же смотрит со своей точки. А раньше периодически были выкрики выкрики отдельных пьяных идиотов: «Предатель!», «Да чего ты несёшь!»...

- Интересно ваше отношение к тем людям, которые оказались в другом лагере. Как вы ощущаете этот раскол в обществе, раскол в вашем музыкальном кругу, в том числе и среди ваших друзей из ленинградского рок-клуба?

- Это было очень болезненно наблюдать последние десять лет, особенно после 2014 года. После событий на Украине этот раскол усугубился. Люди сделали свой выбор. К сожалению, как мне кажется, недостаток информации сыграл с некоторыми злую шутку. Многие были так заняты окучиванием своего творческого огородика, что просто не учли всех факторов, которые предшествовали войне с Украиной. Были какие-то информационные провалы. Цепочка не связывалась, и они взяли готовую цепочку из уст своих друзей, которых они, видимо, считали разбирающимися в политике. Плюс русские телевидение и интернет, которые  работают очень интенсивно, пытаясь обосновать всё это безобразие. Печально. Я почему-то надеялся на крепость мозгов и воли, и вообще на то, что рок-н-ролл - это некое стремление личности к личной же свободе, к утверждению прав единиц осуществлять свою человеческую деятельность в благоприятных условиях. Это те самые права человека, над которыми так насмехаются нынешние имперцы, которые сами выросли благодаря этим правам человека в рок-звёзд, в известных писателей... Без либеральной прессы и без свободы слова, которая является основой либерализма, никто бы не знал о Захаре Прилепине.**** В Советском Союзе, мне кажется, он был бы заштатным советским писателем.

- Или вохровцем.

- Эта составляющая у него сейчас победила. Омоновец, к сожалению, в Прилепине победил. Всё остальное уже неважно. Он среди охранителей «государственных интересов и чаяний». И это уже даже не смешно. Это грустно и опасно.

***
У Михаила Борзыкина  в песне есть такая строка: «Но слово умрёт, если руки в крови». Как показало время, злые шутки могут приводить людей туда, где текут реки крови. Ихтиозавры там не плавают.

«Трусость распространяется оттуда, сверху»

- Михаил, вы сейчас можете представить своё выступление за пределами Петербурга, Москвы, Бостона и Нью-Йорка? В маленьких городах России, например, в Пскове.

- Да, если это будет нормально организовано, то можно. Я, конечно, за. Но у нас отсутствует продюсерский талант. Кроме того, у людей существует какая-то боязнь. Мы с этим сталкивались неоднократно. Нам говорят: «У нас могут быть проблемы...» Так происходит даже в Москве. Это меня поразило. С клубом «16 тонн» договорились вроде бы о концерте. Но внезапно, за два месяца до даты они нам честно написали, что концерт не состоится «в связи с несогласием администрации клуба с гражданской позицией и направленностью творчества группы «Телевизор»».

- А, может быть, они просто не любят новую волну (шутка).

- Мы там выступали много раз.

- Внезапно разлюбили.

- Да, директор разлюбил. Хотя, может, там сейчас другой директор. Просто там теперь сидит...

- Внутренний цензор.

- Да, но ещё влияют те, кто даёт деньги. Я смотрю на музыкантов, которые пишут музыку к фильмам, участвуют в каких-то крупных проектах. Они очень осторожно ведут себя. Спонсируют эти проекты какие-то псевдопатриоты. Чтобы у него не было проблем, этот «патриот» всех своих подчинённых настраивает на то, что «патриотизм» нужно проявлять на псевдодобровольной основе. Должен в фейсбуке регулярно писать, какие гады эти либералы. Иначе не дадут денег на фильм или на музыку к фильму. Так происходит. Трусость распространяется оттуда, сверху.

- У нас в Пскове митинги оппозиции пытаются блокировать митингами в защиту здорового образа жизни. При этом некоторые противники путинского режима активно здоровый образ жизни поддерживают - плавают, бегают - и не только от полиции... Как с этим у вас? По-прежнему ныряете и ездите на велосипеде?

- Пытаюсь, пока здоровье позволяет, совмещать некоторые не очень пагубные рок-н-ролльные привычки со спортом. Может быть, это скоро закончится, но пока это работает. Велосипед, плавание, волейбол - самое главное.

- Волейбол?

- Да. Волейбол три-четыре раза в неделю.

***

Так сложилось, что многие слушатели, прежде всего, обращают внимание на тексты песен «Телевизора». Хотя чтобы значили эти тексты без музыки - сложной и запоминающейся одновременно? Интервью, которое взял в 1989 году у Михаила Борзыкина Александр Житинский, заканчивалось словами лидера группы «Телевизора»: «Нас порадовало на зарубежных гастролях то, что была серьёзно замечена именно музыкальная сторона наших песен. Оригинальность аранжировок, оригинальность звука и мелодий. Текста ведь люди не понимали! А здесь нам пытались доказать некоторые, что, дескать, «нету музыки, музыки-то нету» А мы всегда знали, что она есть».
Но это такая музыка, которая нуждается в отточенных аранжировках. За столом под гитару эти песни горланить сложно. Зато на концерте легко подпевать и пританцовывать.

- Михаил, саундчек у вас длился традиционно долго.

- Три часа.

- На концерте чувствуется, что хороший звук для вас по-прежнему значит очень много.

- Да, мы всегда приходим за три часа до начала, хотя многие ограничиваются часом. Но у нас такая традиция сложилась.

- Большой контраст со многими другими российскими рок-группами, для которых качество звука вторично.

- Это наследие тех самых восьмидесятых. Всё-таки в какой-то момент мы поняли, как это важно. Мы были, в каком-то смысле, чистоплюями даже на фоне рок-клубовских групп. Нам нужен был звук, и важно было каждую ноту выверить. Мы старались. Это был детский перфекционизм. Но я благодарен ему, потому что мы многое сделали для создания своего звука. Это был какой-то вполне здоровый порыв в сторону совершенства.

***

Петербургский концерт, в отличие от московского, закончился, наверное, самой лиричной песней группы «Телевизор» - «Мандариновый снег». Такое в тот вечер у Михаила Борзыкина было настроение. «Солнце садится // На горные снега, // Как жар-птица. // В белых облаках // Ветер гонит // С оранжевых вершин // Новогодний // Спелый мандарин...»
До Нового года концертов у «Телевизора», кажется, не предвидится. Но в 2019 году исполняется 35 лет со дня основания группы. 35 лет с того времени, как автор песни «Выйти из-под контроля» Михаил Борзыкин стал выходить из-под контроля.

11.

МНОГОЛЕТНИЕ ГОНКИ
(«Городская среда», 2016 г.)

Первоначально этот концерт собирались проводить не в клубе TIR. Нужна была более камерная обстановка. Но договориться с руководителями, которым принадлежал подходящий зал, - не удалось. Отказать не отказали, но и согласия не дали.

Так что пришлось перед сценой в TIRe расставлять икеевские белые складные стулья. В зале собрались те немногие, кому что-то говорило имя Юрия Наумова.

Юрий Наумов никогда не был знаменит и, видимо, уже никогда не будет. Из всех больших рок-музыкантов, появившихся из андеграунда в позднесоветское время, он был одним из самых незаметных и самых одарённых. Это важное сочетание. Почти убийственное. Человек отлично знает свои возможности и не хочет ничего доказывать. В шоу-бизнес не лезет, телевизионную и стадионную популярность не набирает. И при этом его имя постоянно называется в ряду отечественных рок-лидеров первого ряда (Гребенщиков, Науменко, Цой, Башлачёв, Наумов...). Из всех них он был самый молодой и нацеленный на абсолютно независимое существование.

Прошло тридцать лет, но, похоже, Наумов в главном остался тем же. С его независимой акустической музыкой всё обстоит по-прежнему. Она есть. Она исполняется вживую. Она иногда записывается. Но о ней мало знают. Однако если кто-то знает и любит, то считает Юрия Наумова одним из самых важных музыкантов, имеющих отношение к такому странному явлению как «русский рок».

Своей постоянной группы у Наумова не было никогда. Группа «Проходной двор» - это скорее понятие виртуальное. Наумов - одиночка. Выступает со своей акустической гитарой, которая звучит минимум как две гитары., а благодаря педалям и прочим особым звуковым эффектам из колонок может доноситься ещё и ритм. Но к драм-машине он не прибегает.

В Пскове Юрий Наумов исполнил несколько своих композиций по просбе слушателей, в том числе и самых ранних. Кое-что на концертах обычно не исполняется, но не в этот раз. Юрий Наумов, много лет живущий в США, в этот вечер был настроен играть в том числе и редкие вещи. Как обычно, концерт состоял из двух частей. Инструментальная музыка, один англоязычный блюз, песни «Зоопарка» и, конечно, собственно композиции Юрия Наумова, включая «Сказку о Карле».

«У меня нет отступного, - сказал мне Юрий Наумов после концерта. - Я не могу в полшага, не могу елозить... У меня нет запасного сценария, запасного аэродрома. В этом я иду до конца. Понимаешь, судьба на кону. Благодаря этому открываются удивительные пространства... Люди не придут к половинчатому человеку. Они не придут к половинчатой душе».

 12.

ПОДАВИТЬ ИНСТИНКТ САМОСОХРАНИЕНИЯ
(«Псковская губерния», 2016 г.)

Юрий Наумов: «Я увидел в рок-н-ролле точку приложения длиною в жизнь, но это искусство обречено в России»

Перед концертом Юрия Наумова в псковском клубе TIR я перечитал давнее интервью Наумова журналу «Урлайт», опубликованное Александром Житинским в его книге «Путешествие рок-дилетанта». В той книге, изданной в 1990году, было несколько интервью: с Башлачёвым, Майком Науменко, Гребенщиковым, Кинчевым, Борзыкиным, Цоем... И с Наумовым, конечно, тоже. Со стороны казалось, что вот она - наша набирающая силу рок-музыка, вырвавшаяся из подполья и готовая многое вокруг изменить. Но не получилось.

«Отдавшим сердце рок-н-роллу, но не продавшим душу»

Был в нашей стране недолгий период, когда отечественная рок-музыка звучала громко, нет, звонко - в конце 80-х годов прошлого века. Это был серьёзный заряд, которым оставалось только разумно распорядиться. Разумно, но с чувством. Однако всё пошло не совсем так, как хотелось бы. И это было не случайно.

Можно, конечно, сказать, что это такой рок в смысле судьба. Но существует и более земное объяснение. Влияние рок-музыки в то время было велико как раз потому, что её мощный заряд накапливался в полуподполье, не имея выхода. И когда рок-музыкантам позволили выступать на большой сцене, а их песни начали транслировать по советскому радио и телевидению, положительную энергию моментально ощутили миллионы людей. Но потом сиюминутный эффект прошёл. Да и мода тоже прошла. Да что там мода... Исчезла огромная страна, а перед этим исчезли многие из тех, кто нашу рок-музыку олицетворял: Александр БашлачёвМайк НауменкоВиктор Цой... В документальном фильме Алексея Учителя «Рок», снятом в 1987 году, главными героями стали музыканты из групп «Аквариум», «АВИА», «АукцЫон», «ДДТ» и «Кино». ГребенщиковЦойГаркушаШевчук... О том фильме Юрий Наумов вспомнил сам, когда мы разговаривали после псковского концерта: «Когда Алексей Учитель снял фильм «Рок» - он снимал семь человек, а вошли только пятеро. Саша Башлачёв и я не вошли. Понятное дело! Система работает неукоснительно...».


Вполне возможно, если бы страна тогда увидела Башлачёва и Наумова, то их судьба сложилась бы иначе. Но первая песня Александра Башлачёва «Время колокольчиков» впервые прозвучит по всесоюзному радио на следующий день после его гибели в феврале 1988 года - и то только после ультиматума Александра Градского, который в то время вёл передачу «Хит-парад». Композиции Юрия Наумова тоже пробивались к слушателям с трудом. Одной из самых ценных записей, которые тогда у меня крутились на бобинах магнитофона «Астра», были две песни Юрия Наумова - про «солдат рок-н-ролла» («Отдавшим сердце рок-н-роллу, но не продавшим душу») и «Что я могу еще сказать?» («Что я могу ещё сказать, когда не остаётся слов? Что я могу ещё сказать, чем я могу себе помочь?..»). Рок-н-ролл и блюз не могли помочь всем и тем более не могли помочь всем сразу.

Хотя на рубеже 80-90-х годов многое резко изменилось. Погибшие рок-музыканты стали легендами. Оставшиеся в живых получили возможность выступать на стадионах и вещать с экранов. Но были и исключения. Юрий Наумов - это исключение. Вернее, это исключение из исключений. Он переехал в Нью-Йорк и продолжает заниматься тем, чем занимался в юности. Сочинять музыку и стихи, выступать...

«В России обожают игры с двойным дном»

После псковского концерта я спросил у Юрия Наумова: «А кто ваш слушатель там?» «В итоге оказалось, что мой слушатель - здесь, - ответил Юрий Наумов. - Целевая аудитория  - она здесь. В этом парадокс бытия». И Юрий Наумов заговорил об особенностях российской жизни. Ведь с Россией он крепко связан.  Он уехал не для того, чтобы больше никогда не возвращаться. Он всегда возвращается. Выступает не только в Москве или Петербурге. В Псков вот тоже приехал и собирается приехать ещё - несмотря на то, что публики на его концерт собралось немного. В Пскове Юрий Наумов оказался благодаря псковскому «митьку» Александру Бушуеву, с которым знаком с восьмидесятых годов.  Юрию Наумову - человеку, который может наблюдать нашу жизнь не только изнутри, но и со стороны, хорошо заметны особенности российской жизни. «В России обожают цирк, - произнёс он. - В России обожают игры с двойным дном. Отрабатывается цирковой трюк... Арлекин в безумии страстей по ночам Гамлета играет для себя, а остальное время является шутом... Это настолько глубоко, в спинном мозгу, пронизывая всю жизнь... Нытьё, скулёж, бухтенье на кухне, когда изливают правду-матку... То есть дрессированные зверьки сбрасывают поводок на какое-то время. Не важно, было ли это в совке или в пост-совке. Всё равно цирковая дрессировка... Всё равно дрессированные зверьки, которые на какое-то время сбрасывают поводок и проявляют себя. Но при этом роли расписаны давно, дрессировка крепкая. И с этой точки зрения есть какие-то вещи, которые здесь очень сильно устаканены. Например, в этой парадигме российской жизни Солженицын будет тот, кого поднимут на щит, а Зиновьев будет тем, кого на щит не поднимут. Влага здесь будет превалировать над сухостью, «мы» будет превалировать над «я». Будут существовать какие-то вещи только потому, что люди выдрессированы на реакции определённого типа. Это настолько в колее, что уже на уровне рефлекса. Это автопилот... Музыка, которую я сочиняю, - она очень русская. Но она рождается из очень причудливых пространств...».

Когда я перечитывал наш разговор, то стало окончательно понятно, что традиционного интервью не получилось. Собственно, такой задачи и не было. Пожалуй, Юрий Наумов не похож ни на кого, с кем я когда-либо общался. Ни на одного музыканта, художника, режиссёра, писателя... Было странное ощущение, будто ты разговариваешь не с музыкантом, когда-то входившим в ленинградский рок-клуб, а с Паганини... Он действительно внешне похож на кого-то такого... В общем, не отсюда. Наумов, цитирует Альберта ЭйнштейнаАнатолия Васильева (театрального режиссёра), упоминает Леонардо да ВинчиРафаэляБоттичелли... По сути, несколько страниц разговора с Юрием Наумовым, которые я временно отложу в сторону, чтобы вернуться к написанию статьи когда-нибудь позднее, - это комментарии к  той старой песне про «солдат рок-н-ролла» («В мире рок-н-ролла очень жёсткие законы - // Кто платит, тот заказывает музыку. // И тот, кто не выдерживает многолетних гонок, // В итоге отправляется на мусорку. // Бездарность пробивается, таланты пропиваются, // Забыв своё призвание и старые амбиции. // Вторые номера, что дышат лидерам в затылок, // Как правило, уходят в оппозицию...»). Речь, конечно, не только про «русский рок». «Элвис был гениальным мальчишом в 18 лет, - продолжил свой монолог Юрий Наумов. - Но его быстро взяли в оборот, быстро купили. Он был гением в молодые годы, а дальше он был пародией на самого себя. На этот момент - с 1954 год и далее - коммерческие жернова оказались настолько сформированными, окрепшими и быстрыми, что в этом искусстве считанные единицы смогли, не прогнувшись, дойти до состояния зрелости. Одного недавно похоронили. Это Леонард Коэн. Он один из редких настоящих блистательных рок-н-ролльных повествователей, который прошёл этот путь от и до. Это счастливая и редкая судьба. Обычно покупают с потрохами».


На концерте в Пскове Юрий Наумов исполнил целых три песни лидера группы «Зоопарк» Майка Науменко, который оказал на него сильнейшее влияние. И не только в смысле музыки и текстов. Майк Юрия Наумова по-настоящему поразил, когда пригласил к себе домой. И Наумов увидел, в каких условиях живёт Майк.  «Вам запомнилась нищета, - начал расспрашивать я Юрия Наумова. - Большой музыкант - в советской нищей обстановке, и это отчасти сподвигло вас уехать из СССР. Но с другой стороны, как известно, бедность часто является стимулом для творчества. Разве не так?». «Надо понять психологию 21-летнего новосибирского мальчишки, который жил в хрущёвке, - ответил Юрий Наумов. - Дело в том, что столкнись я с любимым артистом, который живёт в бедности, если бы я был сформировавшийся человек, - реакция была бы другой.  Но в 21 год... Внутри есть определённая мифологема того, что из-себя представляет рок-звезда. Это невероятное содержание, обёрнутое в очень красивый фантик. То, во что это было обёрнуто у Леннона и у Джимми Пейджа. Для 21-летнего щегла это важно. Но я же не просто увидел, что мой любимый артист живёт в бедности. Это транслировалось на то, что у этого искусства в этой стране нет перспектив. Эта система сформирована здесь таким образом. Но поскольку любимые артисты - The Beatles и  Led Zeppelin - были потрясающими музыкантами и одновременно миллионерами... Пакет был полностью оформлен. На этом контрасте есть человек, который потрясает до глубины души... И ты едешь в столичный Петербург и видишь преждевременно стареющего человека, уже одутловатого, уже после этого портвейна - с брюшком, с мешками под глазами от того, что у него сдаёт печень... И в этот момент в его взгляде читаешь, что он обречён. А вместе с ним - так как он звезда первой величины для тебя - ты понимаешь, что здесь обречено то искусство, которому ты решил посвятить всю жизнь...  Я же писал не что попало - три-четыре года поелозил, дальше надел белый халат и пошёл лечить людей (Юрий Наумов учился на врача. - Авт.). Нет. Я увидел в рок-н-ролле точку приложения длиною в жизнь... Какому бы делу ты себя не посвятил, всё равно хочешь быть максималистом - на сто процентов... Есть какие-то штуки, которые остаются неизменными. Но то, что я увидел у Майка - для меня человека № 1 в рок-н-ролле... Я увидел, что это искусство обречено в России... Что в тундре не вырастит эвкалипт, в тундре максимум вырастит карликовая берёза. Она может быть выше сантиметров на тридцать, но это предел. Всё. Это то, как я это увидел. Тот визит оказал на меня влияние как на молодого человека, живущего внутри определённой мифической капсулы, после которого было принято решение...»
Существует даже запись полноценного совместного новосибирского концерта Майка Науменко и Юрия Наумова. «Песня простого человека», «Старые раны», «Сидя на белой полосе», «Буги-вуги каждый день», «Отель под названием «Брак», «Мария», «Уездный город N.» и многое другое. Майк поёт, а Юрий играет на гитаре (на то, как играет на гитаре Юрий Наумов, мало кто способен).В Пскове на этот раз Юрий Наумов исполнил Blues De Moscou, «Утро вдвоём»... Как выразился Юрий Наумов, это «жест благодарности человеку, который меня вдохновил». «Сказка о Карле» - одна из самых могучих песен Юрия Наумова, очевидно написанных под влиянием Майка Науменко, тоже прозвучала. В свою очередь, Майк вдохновлялся длинными балладами Боба Дилана. Так что Америка и Россия снова на несколько минут объединились - на этот разна сцене клуба TIR.


Зрителей было немного, но приехали они из разных мест. Из Печор, из Петербурга, из Эстонии... Тому, кто приехал из Печор, пришлось покинуть концерт раньше - чтобы успеть на последний автобус. Так что одну из самых значительных своих песен «Театр Станиславского» Юрий Наумов исполнил со сцены им вдогонку: «Первый акт - занавес во всю ширь. // Не трогать ружьё на стене - // Оно пригодится попозже. // Маленький, всеми проклятый гений, // Капля всемирной души, // Идёт в этот мир из глуши, // Кинуть в него свои дрожжи. // Залы весёлых столиц // Примут не сразу, но наверняка. // Вот путь от дурацких "зачем?" // До страшных "почём?", // Как только войдёшь в эти двери. // Театр начинается с виселиц, // Не потеряй номерка. // Здесь так трудно выжить, не став самому палачом...».

«Испытание временем...»

«В том - тридцатилетней давности, интервью «Урлайту» вы выделили несколько своих вещей: «Космос», «Азиатскую мессу», «Частушки», «Дорогу назад»... Насколько те песни для вас актуальны сегодня?» - поинтересовался я у Юрия Наумова после того, как он расписался на всех плакатах, дисках и книгах, с которыми подходили к нему зрители. «Конечно, актуальны, - ответил Юрий Наумов. - Если поскрести по всем-всем сусекам, я написал около 140 композиций. Включая инструменталки и вещи, до конца ещё не оформившиеся и ждущие своего часа. Из них по гамбургскому счёту на примерно сорока я поставил бы действительно знак качества. Они выдержали испытание временем. Мне идёт шестой десяток - пятьдесят пятый год, и есть такой внутренний ценз... Да, это актуально. Тут есть одна ремарка зрелого человека: то, что я не мог сказать тогда в интервью «Урлайту»... Была такая градация... Есть четыре фазы, которые может пройти художник.1) Когда ты говоришь простым языком о простых вещах. 2) Когда ты говоришь сложным языком о простых вещах. 3) Когда ты говоришь сложным языком о сложных вещах и 4) последнее - самый ништяк - когда говоришь простым языком о сложных вещах... Это то, что мне предстоит.  Эти блюзы ждут этой самой фазы. Одной или двумя строками сказать о сложных вещах. Это квинтэссенция зрелого духа. Но на оформление их мне понадобятся многие годы».

***

В самом конце разговора Юрий Наумов вдруг вспомнил одну мимолётную встречу, произошедшую в 1985 году. Он  шёл по Москве и случайно  встретил свою новосибирскую знакомую. Она училась в ГИТИСе и сказала ему: «У нас преподаёт гений, театральный гений. У тебя есть два часа времени? Я могу протащить на спектакль к нему. Ты должен это увидеть». Так Юрий Наумов оказался на студенческом спектакле курса Анатолия Васильева. «Студенты театрального института, какая-то пьеса, - стал рассказывать Юрий Наумов. - И потом разбор полётов. ... Реакция старшого. Васильев сидит... Минута, полторы... Безмолвие... Состояние ступора... Истерика... «Ложь, ложь, это ложь!»... Потом снова замолчал... А потом он произносит фразу, которую я вспоминаю всю жизнь: «Чтобы выразить правду, нужно суметь подавить в себе инстинкт самосохранения». Золотые слова.

13.

ВСЕ ДЕВЯТЬ СТРУН
(«Городская среда», 2017 г.)

Юрий Наумов приезжает с концертами в Псков третий год подряд. Но даже некоторые ценители его творчества об этом не знают. А если кто и знал, то попасть на его концерт в 2017 году было непросто. Возможно, в будущем что-то изменится./.../

 

14.

«РОК-Н-РОЛЛ - МИРОВАЯ ВОЙНА...»
(«Псковская губерния», 2017 г.)

Пока многие другие музыканты селились в наркотическом «поролоновом городе», Юрий Наумов искал себя в пространстве чистых гитарных звуков

Это был «закрытый концерт по специальному приглашению». Не то чтобы живущий в Нью-Йорке Юрий Наумов сторонится псковских зрителей. Но для него чрезвычайно важно, в каком пространстве он выступает. Прошлогодний его концерт в клубе TIR* в смысле атмосферы и звука был неидеальным - по той причине, что Юрий Наумов даёт необычные концерты. Одновременно это напоминает творческую встречу и мастер-класс. Так что посторонние шумы и хождение зрителей туда-сюда во время исполнения явно не способствуют подходящей атмосфере. Её слишком легко нарушить. Впрочем, есть в Пскове зал, в котором организаторы гастролей Юрия Наумова не прочь устроить концерт не для двадцати, а для ста двадцати зрителей. Это Малая сцена псковского драмтеатра. Может быть, когда-нибудь в будущем такой концерт состоится. Если удастся найти общий язык. Но на этот раз - 14 октября 2017 года - в Пскове на тихой окраине в подвальном помещении студии состоялся «закрытый концерт».

«Мне надо в одиночку создать ансамблевое звучание»

«Место классное, но пока не обыгралось», - оценил новое пространство Юрий Наумов. И он же после трёхчасового, с одним антрактом, выступления высказался, что это было в смысле звука одно из лучших мест, в котором он когда-либо выступал.


Началось всё со «Шкодного блюза» и композиции «Рок как будто блюз», а завершилось «Сказкой о Карле» и «Сарабандой». Но разговор об этом концерте лучше начать с гитары.
Юрий Наумов играет на специально созданной для него скрипичным мастером Сергеем Ноздриным девятиструнной гитаре. Таких гитар у Юрия Наумова три, каждая со своим характером. В Пскове Юрий Наумов выступал с гитарой № 2.


Для скрипичных мастеров создание гитар - дело не исключительное. Страдивари сделал не меньше шести гитар. Вот что о девятиструнке сказал Сергей Ноздрин изданию «Музыкальные инструменты»: «Я делаю не совсем обычные, нестандартные гитары. Например, одну гитару мне заказал Юрий Наумов, известный блюзовый гитарист из Нью-Йорка, поставив передо мной достаточно сложную и нетривиальную акустическую задачу: он настраивает инструмент на квинту ниже обычного строя и при этом активно использует технику извлечения звука левой рукой простым ударом струны о лад, то есть, ему нужен был чрезвычайно отзывчивый инструмент, при этом инструмент с довольно продолжительным sustain (долгая поддержка звука). Задачи прямо противоположные. Считается, что для того, чтобы создать инструмент с долгим звуком (sustain), необходимо поставить гриф из плотного дерева и сделать деки чуть толще обычных, соответственно, и пружины. А для того, чтобы гитара была очень отзывчивой, рекомендуется сделать тоньше гриф из мягкого дерева и более тонкие деки. Сделав же нечто среднее, мы получим банальный фабричный инструмент, у которого нет ни нормального sustain, ни отзывчивости, и который при настройке на квинту ниже почти не звучит».


Когда Сергей Ноздрин вручал Юрию Наумову девятиструнную гитару, то произнёс: «Держи своё оружие массового поражения».


В юности Юрий Наумов мечтал о супергруппе. Барабанщик для неё нашёлся в Новосибирске, в котором родившийся в Свердловске Наумов переехал в восемь лет.

Когда музыканты «будущей супергруппы» переехали в Ленинград, то там всё пошло совсем не так, как задумывалось. Барабанщик предпочёл музыке тяжёлые наркотики. В итоге группа «Проходной двор» - это всего лишь короткий эпизод в жизни Юрия Наумова. Она больше миф, чем реальность. «Проходной двор» оказался действительно проходным.


«Мне надо в одиночку создать ансамблевое звучание», - решил Наумов, и с тех пор большинство своих выступлений и записей делает самостоятельно. Такой ансамбль из одного человека довольно сложно развалить. Внутренние конфликты со стороны почти незаметны. Спор гитариста с певцом или с басистом - это уже частное дело, а не достояние публики.


В том, что ансамблевое звучание достигнуто, - сомнений нет. Супергруппа из одного человека мобильна и живуча. Отсюда и «долгий» звук, и девять струн, и другие способы создавать богатое звучание минимумом средств. Акустическая гитара в руках Юрия Наумова способна разговаривать голосом виолончели, альта, перкуссии, ритм-гитары... Но, прежде всего, это всё-таки гитара. В основе большинства композиций - блюз, на родину которого, в США, Наумов переехал в 1990 году («Убегай, пока ты жив, // Если выжить не надеешься во лжи...»).


Однако основные слушатели его песен всё-таки по другую сторону океана. Здесь, в Европе. Сразу же после Пскова Юрий Наумов отправился в Ригу, Таллин, Триер, Мюнхен, Прагу, Берлин...


Наверное, его песни можно слушать и не зная русского языка. Чтобы понять - так ли это, надо прежде забыть русский язык. Но всё-таки тексты его хватающих за душу песен не укладываются в обычный блюзовый стандарт: «Сокращенные до взвода наши славные полки, // Пробираясь к небосводу, прошибали потолки, // Но от истинной свободы далеки. // Мы просунулись сквозь тучи, не успев и обалдеть, // Как на нас свалилась куча неопознанных идей, // Неопознанных летающих идей...». Иногда обходится совсем без слов.

«Идти против шерсти во все времена»

Как правило, композиции Юрия Наумова очень серьёзны. Присутствует присущий блюзу надрыв. Иронии, на первый взгляд, немного. Наиболее очевидная ирония звучит в песне, которую Юрий Наумов в Пскове исполняет неизменно. Это «Эмигрантский блюз», написанный им ещё до эмиграции. В нём фальцетом цитируется ни больше ни меньше как строка Ильи Резника из песни на музыку Раймонда Паулса из репертуара Аллы Пугачёвой «Без меня» («Знаю, милый, знаю, что с тобой. Ты покинул берег свой родной...»). У Наумова судьба «милого» такова: «Разодетый, словно гранд, // Вверх по трапу самолёта эмигрант... // Думал, больше ни ноги - // Ностальгия, хоть опрометью беги...»)


Сам Юрий Наумов, в Америке зарабатывающий музыкой, с Россией не порывал и возвращается сюда регулярно - с концертами. А в Псков он приезжает благодаря давнему своему знакомому - псковскому «митьку» Александру Бушуеву. По этому случаю Юрий Наумов исполнил композицию «Ночь на хайвее», учитывая то, что Александр Бушуев - байкер.


Или вот ещё один пример из композиции «Миниатюра»: «Измочалены в печали, заскучали смельчаки. // Измолчались, измельчали, мелко чахнут от тоски, // На ногах у них дырявые носки».


Нет, если взглянуть на песни Юрия Наумова под таким углом, то они не будут казаться такими уж сумрачными. Искры из них вылетают постоянно.


В прошлый раз во время разговора с Юрием Наумовым обращало на себя внимание то, что к своему творчеству он относится необычайно серьёзно, можно сказать как к миссии. В тот раз не хватило времени подробнее об этом расспросить. А на этот раз он не стал дожидаться наводящего вопроса и всем присутствующим объяснил, в чём истоки такой серьёзности. Наумов вспомнил, как восемнадцатилетним попал на концерт «Машины времени» и услышал из уст Андрея Макаревича: «А сейчас мы сыграем вам песенку...». Это его покоробило. «Как?! Песенку?!» Наумов, конечно, понимал, что тем самым автор словно бы наносит упреждающий удар по критикам. Но и тогда, и сейчас отношение Юрия Наумова к тому, что он делает, предельно далеко от самоиронии. «Мир начинается с тебя». Если сам себя не ценишь высоко, то на высокое замахиваться бессмысленно. Отсюда, наверное, и взялась строка из «Солдат рок-н-ролла»: «Я не умру от скромности...» Излишняя скромность может быть путём либо в неизвестность, либо в пустоту. При том, что всенародной славы он сторонится с не меньшим упорством, создавая музыку для немногих.


Чувства должны быть предельно обострены, нервы оголены... А вот чрезмерная ирония, бывает, приводит к холодной рассудочности. «Чтобы выразить правду, нужно суметь подавить в себе инстинкт самосохранения», - процитировал Юрий Наумов в прошлый раз театрального режиссёра Анатолия Васильева. Едва ли не каждая композиция Юрия Наумова - это доказательство того, как человек сквозь боль преодолевает инстинкт самосохранения.


И всё же концертные выступления Юрия Наумова меньше всего напоминают угрюмые проповеди или исполнение рок-гимнов. Даже в самой известной композиции - «Сказке о Карле» - длинной драматической балладе, присутствует карнавальный дух.


Что такое выступления Юрия Наумова? Это когда «звуковой художник» в камерной обстановке рассказывает пронзительные истории - с помощью слов и музыки. Иногда ему самому кажется, что это уже как-то чересчур... Так было с песней «Любовь», исполнение которой Юрий Наумов предварил словами: «Непристойная, сентиментально-убийственная...» Так ему казалось раньше, но теперь он её снова исполняет: «Прощай, навечно не моя любовь! // Я буду снова, // Как всегда, // Один...»


Пока многие другие музыканты селились в наркотическом «поролоновом городе», Юрий Наумов искал себя в пространстве чистых гитарных звуков. Эти звуки заменяли ему другие сильнодействующие источники психоделических видений. Об этом прямым текстом поётся в «Поролоновом городе», прозвучавшем в первом отделении концерта: «Жизнь в бредовом веселье... // Жители прыгают с мягких, пружинящих крыш... // Может быть и я // Когда-нибудь справил бы здесь новоселье, // Если б не Город Звука и Боли, // Который меня когда-то укрыл». 

При всех характерных для блюза приёмах, которые Юрий Наумов использует, блюзменом его назвать язык не поворачивается. Во-первых, потому что многие композиции выходят далеко за строгие рамки. Часто это не блюзовые квадраты, какие-то блюзовые «многоугольники», непредсказуемые ходы, скорее отсылающие к средневековой европейской музыке. Про тексты и говорить нечего: «И солнце в зените горит так ослепительно ярко, что в глазах темнота. // А пулёметные гнёзда поют во весь голос слепыми птенцами, что с рождения умеют летать...» («Этой ночью»). В пулемётных гнёздах иногда вылупляются такие чудовища, что простым набором слов и звуков их не опишешь.

Нет, недаром одна из композиций, прозвучавшая на псковском концерте, называется «Никак не похоже на блюз»: «Идти против шерсти во все времена - // Немалая честь, babe, за неё мы заплатим сполна!..»


Гарантия на таком пути одна - быть известным в «узком кругу». Это в лучшем случае. «Но таковы нравы, babe, таковы времена // Мы будем правы, babe, но нас всё равно позабудет страна. // Но наше право, babe, - самим выбирать имена. // В игре без правил, babe, где ни покрышки, ни дна. // Oooh, my sweet little babe, Рок-н-ролл - мировая война...» Слово «война» можно ненадолго убрать за скобки, а сосредоточиться на слове «мировая». То, чем занимается Юрий Наумов, - это музыка без границ, и без привязки к какому-то одному жанру. Гитара, сделанная Сергеем Ноздриным, каждой из своих струн разгонит любой стандартный набор звуков, привычное сочетание нот. И тогда хайвей из горизонтального может незаметно перейти в вертикальный, как в «Сарабанде»: «Как в небо органными трубами // Врезался Бах».

***

Юрий Наумов долго настраивал свою чувствительную гитару и напоследок исполнил «Сарабанду», в которой есть такие строки: «Слушай музыку - это всё, // Что я в силах отдать навсегда».
Всё, что вы делаете, имеет смысл, если вам кажется, что это навсегда.

15.

ТВОРЧЕСКИЙ МЕХАНИЗМ. АЛЕКАСНДР ЛЯПИН
(«Городская среда», 2009 г.)

1 марта 2009 года в псковском клубе «TIR» состоялся концерт Александра Ляпина.

Как сказал один из посетителей клуба: «Шел мимо, а мне говорят, что здесь Ляпин сейчас выступает. Я не поверил. До апреля ведь еще далеко...» Но причина была не в апреле, а именно в марте, потому что в этом месяце день рождения у Александра Бушуева.

Посетитель стоял возле сцены и, похоже, до конца так и не поверил, что перед ним действительно тот самый гитарист Александр Ляпин (прежде всего, известный по сотрудничеству с Поп-механикой Сергея КурёхинаАквариумом и ДДТ, помогавший становлению всех этих проектов). Афиш же никаких не было, и быть не могло.

Выступление получилось стихийным. Псковскому митьку Александру Бушуеву в тот день исполнилось 44 года, и он пригласил на свой день рождения друзей. В том числе и Александра Ляпина. Ляпин и его очаровательная жена мгновенно собрались и приехали. Как-то незаметно празднование дня рождения решили превратить в концерт, на который пришло довольно много людей.

Концерт, с часовым перерывом, растянулся часа на три. Что из этого получится - вряд ли мог сказать даже сам гитарист, у которого в активе есть опыт концертных выступлений со Стиви Уандером, с Китом Эмерсоном из ELP, с Алексом Акуной из Weather Report...

Впрочем, еще со времен Поп-механики спонтанные выступления для Александра Ляпина - вещь привычная и даже необходимая. Иначе бы не появился несколько лет назад его новый проект - Rock-Механика. Нельзя сказать, что это - стихийное творчество, но определенно - это стихия музыки. К выступлениям присоединяются местные музыканты. Жизнь на сцене и в зале кипит.

Псковский концерт Александр Ляпин начинал один. Или нет, их было двое - он сам и его ноутбук, который его поддерживал и подхватывал. И все же главным блюдом оставался звук гитары. Что существенно - не его гитары, ведь Александр Ляпин, когда ехал в Псков, выступать не собирался. «В следующий раз я возьму «Gibson»», - пообещал гитарист и стал импровизировать на тему Эндрю Ллойд Уэббера из «Jesus Christ Superstar». Большая часть композиций была из репертуара Rock-Механики. В них Ляпин с легкостью переходил все границы, временами был расслаблен и неспешен, и вдруг ускорялся, как если бы несся по пустынному шоссе на мотоцикле.

Наверное, звук его гитары - самый узнаваемый в российском роке. Холодноватый, освежающий, можно сказать - отрезвляющий. Это сочетание грубоватой блюзовой интонации середины прошлого века с тем, что появилось в роке в последующие годы. В той или иной степени это можно было услышать на выступлениях проектов Ну, погоди!, Теле-У, Опыты Александра Ляпина, Мотор-блюз, ДДТ, Турецкий чай Lyapins Blues... И все же вначале вспоминаются самые мощные альбомы Аквариума - «Табу», «День серебра», «Дети Декабря», «Радио Африка»... Без гитары Александра Ляпина их представить невозможно.

Еще в первом отделении к Александру Ляпину присоединился псковский клавишник группы «Довмонтов город» Родион Коев. Искать общий язык им долго не пришлось, тем более что оба они - мотоциклисты, о чем подробнее, при желании, расскажут в псковском мотоклубе «Позитивная механика».

Во втором отделении на сцену с бас-гитарой вышел Александр Бушуев и, как выразился Александр Ляпин, началась дискотека. Танцевать, правда, никто не стал. За всех танцевала музыка. И это больше всего напоминало джазовую джем-сессию, в основе которого непременно лежал блюз разной степени интенсивности. Завершил свое выступление Александр Ляпин композицией Led Zeppelin, в которой партия гитары Джимми Пейджа звучала «один в один».

- Вроде что-то получилось, - сказал Александр Ляпин сразу же после концерта. - Правда, все пальцы сбил, но это бывает...

- Это же не ваша гитара?

- Нет, выступать я не собирался. В дорогу взял только ноутбук.

От катушки до мультитрека
Разговор с Александром Ляпиным начался издалека, а именно - с песен, которые исполнялись им в середине 80-х («Река дурака», «Цивилизованные варвары»). Дней пять до стихийного концерта в Пскове я достал с антресолей бобины со старыми записями и зарядил в тысячу лет стоящий без дела магнитофон «Илеть 102-1» катушку с альбомом Эрика Клэптона на одной стороне и альбомом Александра Ляпина на другой (на катушке чернилами крупно было написано «Теле-У»).

- О, вы еще этот проект помните? - удивился Александр Ляпин. - Да, наверное, это ниточка какая-то протянулась...

- А как вы сегодня относитесь к той музыке? Можете вы ее слушать?

- Тот альбом, который вы упомянули, где «Река дурака» и прочее, - это не Теле-У, хотя многие его почему-то так называют... Это был опыт, на мой взгляд, не совсем удачный. Попытка сделать хорошую аранжировку... А Теле-У - проект, который мы в свое время сделали с Володей Густовым, объединив двух профессиональных гитаристов, и начали впервые использовать электронные технологии, барабанные компьютеры... Музыкальная судьба нас развела. Но я не оставлял идеи играть с хорошим партнером, хорошим гитаристом. Это то, что мы сейчас делаем в Rock-Механике. Удалось сохранить идею, малую часть которой сегодня мне посчастливилось здесь представить. Это проект, который корнями действительно уходит в Теле-У. По тем временам барабанные компьютеры Yamaha RX15 и RX11- это были высокие технологии. Сейчас об этом смешно говорить. Прогресс вдруг так ринулся вперед. Сейчас я могу на маленьком мощном ноутбуке держать свой будущий альбом. Не сведенный даже, это - не «минус», это - мультитрек, это - студия, это много-много инструментов, которые либо составляются из сэмплов, либо прописаны в live mode, как в обыкновенной студии записи, и с этими инструментами я играю... Когда-то в Поп-механике мне удалось объединить те зародыши музыки, которые мы делали с Теле-У, а потом трансформировать в Rock-Механику... Нельзя сказать, что это трансформировалось само по себе. Это делалось не без участия такого большого музыканта как Сережа Курехин. У него была Поп-механика. Не зря Rock-Механика называется так похоже, потому что рок-составляющую часть Поп-механики Сережа все время поручал составлять мне. После его преждевременного ухода мне захотелось продолжить то, что стало частью моего музыкального кредо, жизни. И я очень многие идеи, которые принадлежали Сергею, постарался воплотить уже в более жесткой и высокотехнологичной интерпретации. Однако больший акцент сделал на Hi-Tech. Вы сегодня это слышали. Так получилась Rock-Механика - большой музыкальный спектакль-антерприза, который не является выступлением группы. Это, скорее, музыкальное представление, которое строится по законам спектакля. Есть сюжет, есть определенный сценарий, музыкальные картины и образы. Это такая компания, союз творческих людей. Rock-Механика раз от раза трансформируется. Сегодня могут быть одни солисты, завтра - другие... Техника, Знание и Опыт позволяет оперативно делать аранжировку. Это высокотехнологичная сессия.

- В Поп-механике кто только не играл, а в Rock-Механике - кто играл?

- Я могу смело сказать, чтобы повыпендрироваться по большому счету: на бас-гитаре и на стиге мне дал согласие принять участие в записи Тони Левин. Он работал в King Crimson, с Питером Гэбриэлом... У меня с ним давняя дружба и активная переписка переписка, и он очень заинтересовался. Не знаю, будет ли он участвовать в наших концертах - он очень занятой человек, но он примет участие в записях. А из наших музыкантов - кого только в Rock-Механике не было. Дядя Миша Чернов был, был Миша Костюшкин - саксофонист. Сейчас со мной играет Геннадий Ширшаков - гитарист, который играл в свое время в легендарной группе Август. Это один из лучших на сегодня hard-n-heavy гитаристов в нашей стране. У нас с ним классное сочетание. Барабанщики меняются. Женя Губерман играл, сейчас в большом составе, в большой Rock-Механике играет Сережа Сандовский... Миша Огородов - потрясающий клавишник, вокалист. Сегодня я не стал играть одну композицию, которая целиком построена на его соло, на его вокале, потому что без него она бы не прозвучала. А композиция, кстати, написана Сережей Курехиным и в свое время подарена им мне. Он специально сделал аранжировку для гитары. Я ее возродил, назвал «Реквием», сделал современную аранжировку. И почему-то в ней лучше всего получилось солировать Мише Огородову.

Корневая музыка

- Когда вы узнали, что едете в Псков?

- Это было буквально за час до выезда. Мы с женой как раз думали - как бы нам провести эту часть нашего медового месяца? Вдруг нам из Гатчины звонит небезызвестный нам персонаж (авт.: псковский митек Александр Бушуев) и говорит: «У меня завтра день рождения. Поехали в Псков». Я подумал: «Почему бы не уважить хорошего человека и тем более - не менее хороший, прекрасный город?» Я его очень люблю. Кстати и мои корни уходят на Псковщину. Почему бы и не уважить?

- А где эти корни находятся?

- Где-то в районе Гдов-Ляды есть деревня Заполье. Оттуда родом мои предки по матери, настоящие скобари. Моя мать там родилась, а потом уж уехала в Ленинград... Там был какой-то хутор, где до сих пор, по моему, света нет... Это не то Заполье, которое на трассе Питер-Псков. Это другое, в глубинке. Там река Люта... И Плюсса - шикарная река. Я пацаном там был... Псковщина - родные места. Почти год назад приезжал к Сашке дня на три. И он, можно сказать, "подсадил" и посадил на мотоцикл. Я теперь тоже "в седле". Залез в долги, в кредиты и купил «Harley-Davidson».

Поп-механика, Rock-Механика, Позитивная механика...

- Механика - драйв... Клуб у вас очень хороший. Думаю, что я здесь далеко не в последний раз.

- Вернемся к сценическому воплощению Rock-Механики, к театральному сюжету... Кто этим занимается, кто сочиняет?

- Что-то мы придумываем сами, коллегиально... В Rock-Механике принимает участие Олег Элиев (Oley Elate). Он сейчас живет в Таиланде. Мне помогал и помогает до сих пор друг - Павел Брюн (Paul Brun), который ставил в Лас-Вегасе фактически все основные шоу Circue Du Soleil. Он очень известный режиссер-постановщик, живший 15 лет в Лас-Вегасе. Павел - наш, русский человек, ставил, кстати, последнее шоу Селин Дион. Часто помогает добрым словом и профессиональным советом проекту. Думаю, что когда будет большая Rock-Механика с хорошим бюджетом - я просто его позову как режиссера-постановщика. Павел - это одна из величин мирового шоу-бизнеса, принимающая посильное участие в судьбе Rock-Механики.

- А где проходят представления? И часто ли?

- Представления бывают спонтанно. Не всегда мы находим такое количество денег, чтобы пригласить достаточное количество интересных музыкантов. Работаем, в основном, на энтузиазме. Некоторое время нас поддерживала корпорация «Конти», они же в Москве - казино «Молодая гвардия», открытие которого совпало с созданием Rock-Механики. Бюджет позволял, и мы приглашали многих артистов из Европы... Я планировал и из Америки приглашать своих друзей-музыкантов. Но потом инициативы корпорации «сдулись», нас просто выперли за ненадобностью, что часто бывает в подобных структурах, и не только в России. Что поделаешь, бизнес есть бизнес. Может быть, это и к лучшему. Сейчас Rock-Механика ушла в виртуальное существование, мы заканчиваем записывать альбом. Думаю, что уже через месяц его выпустим.

- Когда-то вы писали песни...

- Я пытался писать песни. Это была попытка, но получилось так, что я не могу писать песни на русском. Потому что я просто не умею и не понимаю - как можно петь рок-н-ролл на русском? А по-английски не могу писать, потому что я не носитель языка. Я считаю рок-н-ролл, прежде всего, англоязычной музыкой.

- А Гребенщикову разве не удается по-русски петь?

- Почему... Мне кажется, ему больше всех удалось приблизить музыку и русскую лирику. Я очень его за это ценю. Мы с ним большие друзья, не смотря ни на какие обстоятельства.

- Аквариум мы ценим не только из-за Гребенщикова... Курёхин, ГаккельДюша... И вы, конечно.

- ... и мое там было посильное участие. Бытует такая интересная схема - я часто с ней сталкиваюсь, будто при записи альбома «Табу» мы с Курёхиным сильно ругались. Хотя мы были лучшими друзьями.

Общий язык
С этой минуты в разговор включился подошедший журналист Юрий Стрекаловский. Он специально подыграл, с выражением воспроизведя хрестоматийное заблуждение:

- Это знают все дети: Аквариум развалили Гребень, отправившийся в Америку, и разругавшиеся Ляпин с Курехиным.

- Ничего подобного, - улыбнулся Александр Ляпин. - Безусловно, не обходилось без творческих дискуссий. Иначе не было бы ни Аквариума, ни Поп-механики, и вообще, ничего творческого - без дискуссий-то! Я рад, что с ними играл. Много мы сотворили вместе. Без споров не бывает истины. А кто уж как трактует дальше эти споры... Если бы мы разругались - позвал бы меня Курёхин работать в Поп-механику в 88 году? В 88 году мы впервые поехали в Англию... Я помню, как Сережка идею Поп-механики рассказывал, когда нам было по 20-22 года еще. Но это было просто на словах. Он хотел объединить все силы, которые есть на текущий момент в российском рок-н-ролле, ну а потом уж и в западном, если у него пойдет. В российском он объединил и, возможно, я не очень был для этого нужен. А вот когда он поехал в Англию, то он позвонил мне. И мы поехали. Сделали очень хороший трехчасовой спектакль в Ливерпуле. Мне тогда посчастливилось, что эта видеозапись попала на глаза сэру Полу Маккартни, и он пригласил меня на мастер-класс. Спустя десять лет я ездил в Ливерпульский Институт Искусств (LIPA) - делал мастер-класс на гитаре... Так что никто там не ссорился. Споры - да, без этого не может быть ни творчества, ни вообще Искусства. Тем более что все музыканты - с достаточно четкой позицией, абсолютно разные. Но мы находили общий язык.

- А сейчас есть с кем спорить? Когда нет Курехина.

- Как же... С ним и спорю. Часто обращаюсь к нему в мыслях, потому что хорошо его знал, и знал его реакцию. Когда в Поп-механике играли и ездили по Европе, он часто приходил ко мне в номер... Никому нельзя было выпивать, а мне, почему-то, разрешалось. И Сережка всегда приходил ко мне в номер и говорил: «Я знаю, что у тебя всегда есть». - «Ну конечно есть...» Он садился и выпивал чуть-чуть вина... Мы перекидывались словами... Он не только со мной, но со многими музыкантами охотно обсуждал все планы. Многие ему помогали. Он как лидер делал из этого выводы, выбирал вектор движения... Он советовался со всеми без исключения музыкантами, которым доверял.

- 80-е годы - это мастерская идей, а какое место, в этом смысле, занимают нулевые годы? Куда идет эта самая рок-музыка? Куда-нибудь она вообще идет?

- Да-а... Любой ответ был бы неправдой.

- Курёхин еще и политикой интересовался...

- Носило его по волнам здорово... Слава Богу, что был такой человек, который переворошил все к чертям.

- Мне страшно интересно, как протекали ваши творческие дискуссии? - задал вопрос Юрий Стрекаловский. - Это уже история, как если бы мне рассказали, как Шенберг спорил с Веберном.

- Или как Маркс спорил с Энгельсом, - добавил я.

- Оказывается, что Маркс и Энгельс - не муж и жена, - подтвердил научную версию Александр Ляпин и задумался о прошлом: - Мне очень трудно это вспомнить, столько времени прошло... Один у меня случай в голове... Это как раз касается содружества Аквариум начала 80-х годов. Мы писали то же самое «Табу». Там есть песня «Пустые места», если вы помните. Весь аккомпанемент построен на гитаре. Борис очень хотел, чтобы превалирующей была моя гитара. А я услышал, как Курёхин играл с кнопками на фортепиано. И я сказал Борису, что это отличное авангардное соло, и предложил Сергею его сыграть, а самому убрать свою гитару на второй план. Эта идея была принята, и Сережка сыграл. Мне до сих пор эта аранжировка очень нравится. Но это был не спор, не ссора, а дискуссия.

- А как вел себя при этом Бутман?

- Я бы рассказал, что там было, но это не для прессы!.. Бутман тогда пришел, был сильно простужен. Ему сделали два укола, и он всю запись спал, а потом встал и гениально сыграл. Он всегда гениально играет, сходу... Я даже не обиделся, когда мое соло в одной из песен ушло на задний план, а его - вперед. Я всегда - в интересах музыки. Достаточно спокойно к этому отношусь. Мне в те времена хватало концертов. На концертах я наигрывался вдоволь... Аквариум никогда не был МОИМ проектом, я всегда был «С» Аквариумом, а не «В» нем... Собственно, как и во всех остальных проектах, которые упоминаются с моим именем. Но это сотрудничество мне очень помогло, пришла Зрелость, и родилась Механика Музыки Rock.

- Кого бы вы могли порекомендовать сейчас послушать? Кроме Rock-механики?

- Рекомендовать кого-то - это значит брать на себя такую ответственность. Ленин сказал, и все пошли... Музыкальный мир сейчас настолько многообразен! Мне самому в нем ориентироваться и делать какие-то приоритеты сложно... Единственно, что я могу порекомендовать - это придерживаться корневой музыки: блюза, пусть даже классической музыки... Таких людей, которых мы могли бы считать учителями. Из гитаристов однозначно слушайте Джимми Пейджа.

- Я как-то был на пресс-конференции Брайана Ино, - вспомнил Юрий Стрекаловский. - И он сказал: «Я терроризирован музыкой, у меня каждый день громоздится стопка дисков, которые я должен прослушать. Я придумываю разные способы, включаю в случайном порядке...»

- Пример достаточно удачен и смело может быть ответом на вопрос ;-)

- Откуда вы узнаете о новой музыке? - не унимался Юрий Стрекаловский. - Откуда вы ее получаете?

- Я слушаю интернетное радио. Причем не наше, а международное, по большей части - американское. Там работает такое количество компетентных специалистов, музыкальных критиков, что я вполне могу доверять их мнению... Имея два музыкальных образования, будучи профессионалом, я просто обязан абстрагироваться от своего мнения, и стараться делать объективную оценку какой-то музыки, чтобы не быть навязчивым со своим мнением... Мне очень много в Интернете присылают запросов на рекомендации... Недавно прислали музыку молодые мальчишки из Нашего города. Вполне зрелый, отвязный брит-рок, кстати. И сделано качественно, ответственно, со вкусом! Я открыт людям, сижу в Контакте.ру, стараюсь отвечать на многие вопросы. У меня там более 600 друзей. Все кому ни лень шлют музыку. Если понравится, я туда иду. Очень много времени этому уделяю. Бытует мнение, что все мы подвластны компьютеру... Но человек просто доверяет компьютеру как партнеру, как живому существу. Бывает, мне компьютер рекомендует, а если точнее - подсказывает музыкальные идеи, как живой партнер.. Да что говорить, я искренне считаю эту машину вполне способной быть соавтором многих музыкальных идей., а уж как они бывают неожиданны!.. Я более чем уверен, что Серёжа Курехин поддержал бы эту историю... У Rock-Механики бывали концерты, где я играл соло, используя звуковую библиотеку и сэмплы, просто мышкой...

Идеальная ситуация

- Покупка мотоцикла повлияла на вашу музыку?

- Она повлияла на возраст, но и, разумеется, на музыку. Садишься, лишнее из мозгов выдувает... И - вперед.

- Что вообще влияет на музыку?

- Я бы сказал, что музыка влияет на все.

- Тогда откуда она берется?

- Оттуда, - Александр Ляпин показывал наверх. - Там сидят правильные ребята, которые знают - что делают.

- С хорошим слухом.

- Существует мнение, что слух можно развить. Одна из основ моего преподавания: чувство ритма есть у каждого. Кому-то дано больше, кому-то - меньше, также, как и со слухом. Однажды меня в Москве пригласили на детскую телевизионную передачу. Дети должны были рисовать под музыку, а я импровизировал, создавая эту самую музыку, эдакий эстетический фон, настроение. Потом я сыграл блюз, а деткам пяти-шести-десяти лет сказал: «Я вам играю блюз, а вы под него делаете все, что пожелаете. Хотите - пойте, хотите - танцуйте, хотите - хлопайте в ладоши... Ваша задача - что-то делать». Я начинаю играть блюз, а они начинают хлопать на вторую и четвертую доли. А не первую и третью, обратите внимание, как бывало в старых школах. У меня это есть на видео. Вот вам, пожалуйста! Русские дети, которые правильно начали свинговать, не афроамериканцы.

- Они до этого много слушали афроамериканской музыки.

- Или их родители, скорее всего, - предположил Александр Ляпин и вновь вернулся к тому, что влияет на музыку. - Тот романс, который я сыграл на концерте, я сочинил тогда, когда полтора года прожил в Штатах. Для музыканта, для художника, я считаю, я тогда попал в идеальную ситуацию. Я жил один на ферме под Цинциннати и был управляющим этой фермы. У меня было семь лошадей. Хозяин ее был мой друг, и я ему очень признателен за то, что он меня туда пригласил... Когда я приехал, он повел меня к лошадям. Я к ним пошел, подружился, они меня приняли... Хозяин - он известный профессор - тогда же мне предложил: «Я все время езжу по миру. Давай, ты будешь у меня управляющим. Вот тебе машина, дом, деньги...» - «Ты знаешь, давай». Ребята, это был рай! Я забывал, где среда, где четверг, где пятница... Я потерял счет дням. У меня была студия, компьютер...Ездил на лошадях, ухаживал за ними, вставал в шесть утра... Они у меня там бегают, резвятся... Я их кормил, поил, мыл... Я был лицом к лицу с природой!

- А что лучше - семь лошадей или один «Harley-Davidson»?

- Я думаю, что в «Harley-Davidson» побольше лошадей. Сколько там? Сто двадцать?

- Но за ними не надо ухаживать по отдельности. Кормить, поить...

- Одно дело - техника, другое - живые существа, хотя для меня мотоцикл - не менее живой, чем иная лошадь... Так вот - там, под Цинтиннати, был рядом сосед. Он прилетал домой на вертолете на ланч. Пообедает, садится на вертолет и улетает на работу.... Бывает, сидишь за стеклянным окном, работаешь в интернете. Подходят лани и заглядывают в окно. Идеальное состояние. Занимаешься творчеством, ухаживаешь за животными, ездишь верхом.

- У вас до этого был опыт общения с лошадьми? - поинтересовался Юрий Стрекаловский.

- Нет. Я почувствовал огромную любовь к этим животным, и меня понесло...

- У лошадей был опыт общения с людьми.

- Лошади - хорошие. Я до сих по ним скучаю. Мы переписываемся с хозяином, лошади помнят про меня. Говорит, что они русский язык понимают лучше, чем английский. Так вот, тот романс был написан в том состоянии естества и единения с Природой.

- У вас со старинной музыкой какие отношения? - спросил Юрий Стрекаловский, у которого самого со старинной музыкой отношения дружеские.

- Самые близкие. Два моих больших друга, которые играли в Аквариуме на скрипках, - «Рюша» Решетин и Андрей Суротдинов - старинную музыку знают. Я и сам по первому образованию скрипач. Я играю старинную музыку втихаря (авт.: шутит), пока никто не слышит.

- А последний раз вы когда скрипку в руках держали?

- Несколько месяцев назад, и держал уверенно. Даже никого по башке не треснул.

В итоге был провозглашен тост: «За лошадиные силы», или что-то вроде того. Я взял кружку черного чая, и все присутствующие чокнулись.

- Это было интервью? - задал вопрос Александр Ляпин.

- Наверное...

16.

ДЕНЬ ЗАЩИТЫ МУЗЫКИ
(«Городская среда», 2009 г.)

В клубе «TIR» в ночь 31 мая на 1 июня 2009 года состоялся концерт Александра Ляпина. Речь о том, что этот концерт обязательно должен состояться, впервые зашла в ночь с 11 на 12 марта. В тот раз Александр Ляпин приехал на день рождения псковского митька Александра Бушуева, и выступать, первоначально, не собирался.

Но выступление состоялось, прошло успешно, и руководители клуба немедленно предложили знаменитому гитаристу повторить опыт. Впрочем, повтора никакого быть не могло. Каждый раз на сцене происходит что-то новое.

Александр Ляпин любит импровизации и часто выступает с музыкантами, с которыми знакомится прямо на сцене. На этот раз к нему присоединились псковичи Аркадий Галковский (саксофон), Владимир Горобец (бас), Илья Кузьмин (гитара) и Григорий Галковский (ударные). 

Концерт совместили с масштабным мотосаммитом, который почти совпал с еще одним днем рождения - самого Александра Ляпина.

Руководитель музыкального проекта Rockмеханика Александр Ляпин и руководитель мотоклуба «Позитивная механика» Александр Бушуев объединили силы. В итоге выигрышная ставка, по меньшей мере, удвоилась (имеются в виду два концерта, один - на мотосаммите, а другой - в клубе «TIR»).

Кроме Александра Ляпина (у него - Harley-Davidson) на мотосаммит на 800 мотоциклах приехало еще около 1200 человек - из Пскова, Петербурга, Москвы, городов Балтии....

Выглядело это впечатляюще. Александр Ляпин охарактеризовал произошедшее так: «Это было самое приличное безобразие, которое я когда-либо видел на байкерских саммитах. Не было ни одной драки...»

Видимо, драться было некогда. Люди были заняты.

В первом отделении концерта, как и в прошлый раз, важное место было отведено ноутбуку и тем мультитрекам, которые на нем записаны. Это материал будущего альбома Rockмеханики. Живой звук гитары в данных обстоятельствах можно сравнить с консервным ножом, который распечатывал ждавшие своего часа мультитреки. Некоторые из них за прошедшие два с половиной месяца стали богаче, да и весь концерт, по сравнению с мартовским, был мощнее и разнообразнее.

Вторую композицию, основанную на мелодии из Jesus Christ - Superstar, Александр Ляпин шутливо посвятил Алле Пугачёвой (накануне певица спела полторы песни в псковском Зеленом театре на фестивале «Ветер надежды»).

Между прочим, в конце 80-х Пугачёву планировали пригласить спеть партию Марии Магдалины в русскую версию Jesus Christ - Superstar. Но выяснилось, что ее голос больше подходит для партии царя Ирода, и в Марию Магдалину временно перевоплотилась Татьяна Анциферова.

Самым впечатляющим в первой части концерта оказалось исполнение композиции Сергея Курёхина. Когда-то Курёхин подарил ее Александру Ляпину, специально написав аранжировку для гитары. Не так давно Ляпин ее возродил и назвал «Реквием». На прошлом концерте Александр Ляпин ее исполнять не решился, объяснив, что она  «целиком построена на соло Михаила Огородова, на его вокале, и без него она бы она не прозвучала...»

И все же в Пскове «Реквием» прозвучал. На сцену поднялись Александр Бушуев с бас-гитарой и Аркадий Галковский с саксофоном.

Александр Ляпин из тех редких гитаристов, которые способны играть почти все. И хард-роковые могучие тягучие соло, и отрывистые пост-панковские пассажи, и «металлические гонки на скорость», и пританцовывающий искрящийся латино-рок, и, так сказать, «музыку без берегов» в духе Поп-механики. Почти все это он и продемонстрировал в первом отделении, вызвав бурную реакцию публики. Настолько бурную, что один из зрителей-мужчин выкрикнул в адрес Александра Ляпина:

- Саша, я хочу от тебя ребенка!

После перерыва наступило лето, и джаз (в том числе и способный вызывать парниковый эффект «Summertime» Гершвина) пришелся в тему.

Впрочем, несмотря на джазовые стандарты, которые один за другим запускали в зал Аркадий Галковский, Владимир Горобец, Илья Кузьмин, Григорий Галковский, полностью джазовыми я бы эти композиции назвать не решился. Гитара Александра Ляпина словно бы смещала центр тяжести и уводила в тень. Получалось, что лето хоть и наступило, но приятная прохлада пришла вместе с ним.

Публика (к половине второго в ночь с воскресенья на понедельник ее осталось не очень много) прямо-таки вцепилась в музыкантов и требовала продолжения. Аркадий Галковский пытался возражать: «Ну, сколько можно?»

Хотя, с другой стороны, во время выступления Александру Ляпину исполнилось 53 года. Не каждый день удается попасть на день рождения и получить от героя торжества такой подарок.

17.

СРЕДСТВО ОТ УСТАЛОСТИ
(«Городская среда», 2010 г.)

Надеюсь, это первая и последняя статья в «Городской среде», где член партии «Единая Россия» будет упомянут добрым словом. К тому же, у саксофониста Игоря Бутмана имеется смягчающее обстоятельство.

...Мы сидели в гримёрке. До начала концерта в БКЗ областной филармонии оставалось минут двадцать. И вдруг Игорь Бутман произнес историческую фразу. Его в очередной раз спросили: зачем ему надо так тесно сотрудничать с властью? И он возьми и ответь:

- «Единая Россия» - это же не гестапо.

Если кто-то до этого еще сомневался, что Бутман - гений, то после этих слов все сомнения должны были исчезнуть. Никто в мире не докажет, что «Единая Россия» - это гестапо. «Единая Россия» ни одного дня, ни одного часа не входила в состав Министерства внутренних дел Германии и никакого отношения к Geheime Staatspolizei действительно не имеет.

Игорь Бутман принадлежит к тому типу людей искусства, которые сотрудничают не с партиями, а с властью.

Власть в таком раскладе - синоним силы. Если в юности сотрудничество не обязательно или даже неприемлемо, то чем крупнее становится фигура деятеля культуры, тем неизбежнее его союз с властью.

Очень похожий разговор у меня получился несколько лет назад с еще одним музыкантом - композитором Александром Журбиным. Он тоже тогда приехал в Псков для участия в акции в помощь детям (тогда это были дети-сироты). Акция проходила под патронатом «Единой России», и депутат Сигуткин сделал широкий жест и подарил сиротам  ни что-нибудь, а барабан.

«Вы человек партийный?» - спросил я тогда Александра Журбина. Он несколько замялся и ответил: «Вы знаете... это сложный вопрос... Нет, я не партийный. Но я всегда на стороне, скажем так, прогрессивных сил. Я за то, чтобы наша страна развивалась, и развитие должно быть именно в сторону демократии, в сторону западных идеалов...»

У Бутмана и Журбина много общего. Оба долгое время жили в Нью-Йорке. Оба не любят коммунистов, но считают необходимым поддерживать нынешнюю власть, которую почему-то считают антикоммунистической.  При этом музыканты не скрывают, что это не идеологическое сотрудничество, а  скорее клуб по интересам. Интерес финансовый и дружеский. Игорь Бутман перечислял своих нынешних друзей - Бориса ГрызловаСергея Шойгу... Эти политики по непонятной причине проходят по категории «демократы». Похожих взглядов придерживается и еще один известный человек, о котором я недавно писал, - художник Михаил ШемякинВладимира Путина он поддерживает потому, что тот не коммунист и потому что у него есть влияние (то есть - деньги).

Забавно, но когда-то другом Игоря Бутмана был один из основателей Национал-большевистской партии Сергей Курёхин. И при этом нельзя сказать, что Бутман с тех пор сильно изменился. А если и изменился, то к лучшему. Закончил знаменитый колледж Бёркли, записал несколько сильных альбомов, сыграл множество концертов с выдающимися музыкантами... Фестиваль «Триумф джаза» сделал при финансовой поддержке самого Бориса Березовского (не пианиста, а беглого «олигарха»).

...Разговор от Березовского перекинулся к Владиславу Суркову, Дмитрию Медведеву и Юрию Шевчуку. Игорь Бутман убежден, что «надо говорить, встречаться...»

По мнению Игоря Бутмана, его поход в политику привел к некоторым положительным изменениям. После того, как Бутман активизировался, Путин встретился с Шевчуком, Медведев с МакаревичемГребенщиковым и прочими...

«Надо говорить, встречаться, - повторял Игорь Бутман. - Прав Юрий Шевчук или не прав, но начинается разговор. Нужен диалог...У нас очень много проблем. И образование музыкальное плохое... Настолько все запущено, нет методики... У нас такая талантливая страна, а люди  все меньше и меньше играют на трубах, на саксофоне, на валторне, фаготе, гобое...»

В планах Игоря Бутмана - внедрение музыкального образования в школы.

И все-таки, прежде всего Бутман - музыкант. Причем очень серьезный музыкант. Вместо того чтобы отдыхать, его музыканты репетировали перед псковским двухчасовым концертам около четырех часов.

В общем, как выразился Игорь Бутман, когда представлял композицию «Средство от усталости»: «Мы ее играем, когда нам особенно тяжело... Сыграем, и тогда нам становится еще тяжелее».

...Очень интересно наблюдать за тем, как преобразовывается на концерте звук. На сцене стоят отличные музыканты и играют качественный джаз. Звучат знакомые и незнакомые мелодии. Все правильно, все хорошо... Но при этом ты понимаешь, что пока еще не происходит ничего необычного. Все слишком правильно.

И вдруг что-то меняется. Примерно также самолет отрывается от взлетной полосы. Только что он еще двигался по земле, и вот он уже летит. Раза три за концерт «самолет» уж точно отрывался от земли и уносился за горизонт. Однажды это было, когда музыканты взялись за «Блюз для Рэя», посвященный Рэю Чарльзу. Но прежде Игорь Бутман пустился в воспоминания: «С Рэем Чарльзом нам повезло выступать, курить... ну и выпивать...»

Перед концертом Игорь Бутман рассказал, в каком возрасте всерьез занялся музыкой. Ему исполнилось тогда 15 лет. «Когда я играл на репетиции, рядом сидели две интересные девушки и внимательно слушали, - произнес он. - Думаю: «Неплохо. Надо заниматься джазом».

Все правильно. Почему бы и нет?

 18.

ДАВЛЕНИЕ ДЖАЗА
(«Псковская правда-Вече», 2010 г.)

Один день в Пскове музыкант Игорь Бутман провел с большой пользой.

Под защитой

Например, Игорь Бутман навестил пациентов детского гемодиализного центра Псковской областной больницы. Это не был визит вежливости. Бутман входит в Попечительский совет Фонда помощи и защиты детей и подростков «Мы вместе!», благодаря которому полгода назад в Псковской областной больнице появилось два аппарата, замещающие работу почек. В Попечительский совет входят Федор Бондарчук, Ольга Слуцкер, Сергей Шойгу...

Бутман был бы не против того, чтобы провести и мастер-класс для детей из музыкальных школ. Но с такой просьбой к нему никто не обращался. Так что преподавателям надо иметь в виду: такая возможность имеется. Следите за афишами. В следующий раз музыкант обещал привезти в Псков «16 разъяренных джазменов» своего биг-бэнда. Не исключил он и того, что когда-нибудь выступит в Пскове с Ларисой Долиной. Вероятность его приезда в Псков возрастает еще и потому, что он не против поучаствовать в музыкальном фестивале Crescendo.

Так играть нельзя?

В день концерта мы встречались с Игорем Бутманом дважды. Днем он приехал в редакцию «Псковской правды» и провел пресс-конференцию. Зашла речь и о «Crescendo», где арт-директор Денис Мацуев непременно устраивает джазовое шоу. Его игра у одних вызывает восхищение, а у других - недоумение. А как относится к джазовым импровизациям Мацуева Игорь Бутман?

- К Мацуеву отношусь с огромным уважением, - ответил Игорь Бутман. - Он мой товарищ и потрясающий глубокий музыкант. Мы с ним играли вместе на вручении премии Янковского, и я получил невероятное удовольствие.

- И все же, чувствуется разница между классическим музыкантом и джазовым?

- Конечно, чувствуется.  Денис не называет себя джазовым музыкантом. Он - классический пианист, импровизирующий в джазовой манере. О моей игре, когда я играю классику на саксофоне, тоже существуют разные мнения. Когда я играл музыку Глазунова, то сторонники классического звука говорили, что так нельзя играть. А потом я прочитал, что Глазунов написал тот Концерт под влияние джаза. Он слушал джаз под конец жизни во Франции. А я-то, из-за своего неуважение к предмету «Музыкальная литература», думал, что он написал этот Концерт в конце XIX века, и из-за этого чуть не подрался с одним здоровым афроамериканцем, с которым играл в оркестре Лайонела Хэмптона.

Несколько раз за день Бутмана спросили о партии «Единая Россия», в которую он вступил в 2008 году. Зачем ему надо такое тесное сотрудничество с властями?

- Что в этом позорного? - насторожился знаменитый саксофонист. - «Единая Россия» - это же не гестапо. Я принимаю участие в жизни своей страны в маленьком отделе джазовой музыки. Вот если бы я стал коммунистом... Но я против коммунистической идеологии.

- Гитарист Александр Ляпин рассказывал мне, как в 1982 году записывался альбом «Аквариум» «Табу». По его словам, вы заболели, все время спали, а потом проснулись,  вам сделали укол, и вы сыграли гениально. Так оно и было?

- Я действительно тогда был болен. У меня резко упало давление. Почему - не могу понять, но мне стало очень плохо. Доктор сделал какой-то укол, запись отменили. Мы пошли в какое-то кафе. Я выпил кофе и мне стало легче.

- Игра с Виктором Цоем и Борисом Гребенщиковым - это было мимолетное общение или что-то серьезное?

- Ближе к мимолетному общению. С ними меня познакомил Сергей Курёхин. С нас начиналась «Поп-механика». На всю округу я был единственным саксофонист их возраста. Если посмотреть, то и сейчас моего возраста в России саксофонистов почти нет.  Есть молодые замечательные - до тридцати лет, и те, кто старше меня лет на десять. Так что конкурентов нет.

- В апреле в Пскове выступал ваш брат Олег. У него и его жены Натальи зашел шуточный спор: где же они сейчас живут - в Нью-Йорке или Москве? Аргумент Натальи был такой: «Но машина-то наша - в Нью-Йорке!»

- У меня машина в Москве, - улыбнулся Игорь Бутман.

- Вы закончили Бостонский  музыкальный колледж Бёркли. Сейчас там все стали грамотные, играть умеют, а новых идей нет, какие были при Чарли Паркере или Майлсе Дэвисе. Родоначальники джаза университетов не заканчивали. Так куда сейчас движется джаз?

- Конечно, обучение в Америке поставлено на очень высоком уровне. Музыкантов все больше и больше. Они хорошо обучены, но не такие яркие индивидуальности. То же самое можно сказать и о классике. Раньше был Бах, а кто сейчас?  Но обязательно появятся талантливые люди, которые выведут музыку на новый этап. Пока идет подготовка. Все обучились играть, они востребованы... Джаз сейчас ищет свои пути, также как и академическая, рок и поп-музыка. Но обучение все равно хорошее дело. Не все, кто учится музыке - становится музыкантом. Они учатся музыкальной культуре. Многие хотят быть преподавателями музыки. У нас музыкальных педагогов не так много, многие методики устарели. Поэтому в России такая слабая общая музыкальная культура.


Так играть можно


Большой концертный зал Псковской областной филармонии вечером 21 октября  заполнен не был. Это можно объяснить  как не слишком высокой общей музыкальной культурой, так и не очень высоким материальным благосостоянием потенциальных слушателей.

Квинтет* под управлением Игоря Бутмана продемонстрировал - чем именно отличается джаз высокой пробы от так называемого ресторанного джаза. Отличие - в полете фантазии и полете звука. Исходный материал - тот же самый. На прощание была сыграна даже «Колыбельная Большой медведицы», с вкраплениями из заставки к передаче «Спокойной ночи, малыши». Авторы исполненных пьес - от Рэнди Брекера до Евгения Крылатова, от Джеймса Брауна до Геннадия Гладкова. С песни «Луч солнца золотой», взятой из мультфильма «Бременские музыканты», легко сделать эстрадную пьесу. Но  ничего похожего не было. Игорь Бутман, Александр Беренсон и остальные участники квинтета 2 часа 10 минут без перерыва устанавливали на сцене высокую джазовую планку, которую будет трудно кому-нибудь сбить.

Отдельно надо сказать о конферансе. Игорь Бутман умеет создавать нужное настроение. Рассказывая о пьесе «Прекрасное далеко» Евгения Крылатова, он иронично произнес:

- Мы играли эту пьесу с Чиком Кориа и Джоном Патитуччи. Но лучше у нас получается без них. Во всяком случае - чаще. Они ее без нас почему-то не играют. Потому что не могут. А мы без них - играем...

В Пскове за последние лет двадцать выступило много хороших саксофонистов. Но, пожалуй, такого звука и полета фантазии не было с тех пор, когда здесь еще в советские времена проходил концерт ансамбля «Аллегро». На саксофоне тогда играл Игорь Бутман.

*

Квинтет Игоря Бутмана выступил в Пскове в таком составе: Игорь Бутман (саксофон), Александр Беренсон (труба), Иван Формаковский (фортепиано), Виталий Соломонов (контрабас), Эдуард Зизак (барабаны).

19.                        

 «МИЛОСТИВЫЙ ГОСУДАРЬ»
(«Городская среда», 2017 г.)

Интересная закономерность. Некоторые люди становятся религиозными и одновременно обращаются к образу Иосифа Сталина. Он им становится намного ближе, чем раньше.

Крестили новорождённого мальчика из семьи Джугашвили в честь св. праведного Иосифа Обручника, то есть в честь Иосифа Плотника - обручённого мужа Пресвятой Богородицы.

В духовных школах будущий Иосиф Джугашвили провёл в общей сложности почти 11 лет. В 1888 году поступил в 4-классное духовное училище, закончив его в 1894 году по 1-му разряду. В том же году поступил в духовную семинарию и был исключён из неё в 1899 году. Один из его однокашников по Горийскому духовному училищу вспоминал: «В первые годы учения Сосо был очень верующим, посещал все богослужения, пел в церковном хоре. Хорошо помню, что он не только выполнял религиозные обряды, но всегда и нам напоминал об их соблюдении».

О Сталине я заговорил с выступавшим недавно в Пскове лидером группы «Калинов мост» Дмитрием Ревякиным. Ревякин отозвался о Сталине с уважением (интервью с Ревякиным читайте ниже). Ничего оригинального лидер группы «Калинов мост» не сказал. Примерно то же самое говорят и другие сталинисты - рядовые и высокопоставленные.

Сегодня модно говорить о большевистских лидерах двадцатых-тридцатых годах как о людях, не чуждых религиозности. Публикуются секретные директивы тех лет, из которых следует, что они, разумеется, отдавали приказы убивать священников и разрушать храмы, но воинственными безбожниками не являлись. Наоборот, переживали, старались смягчить... Как будто не от них зависело - остановить репрессии или продолжить.

Вячеслав Молотов вспоминал: «Мы все трое были певчими в церкви. И Сталин, и Ворошилов, и я. В разных местах, конечно. Сталин - в Тбилиси, Ворошилов - в Луганске, я - в своём Нолинске. Сталин неплохо пел. Ворошилов пел. У него хороший слух. Вот мы трое пели. "Да исправится молитва твоя..." - и так далее. Очень хорошая музыка, пение церковное».

И далее Молотов говорит о том, что Сталин интересовался белогвардейскими песнями. В разговоре с Ревякиным я упомянул белогвардейскую тему, попытавшись понять, как его сталинизм сочетается с его же сочувствием белогвардейцам. Ревякин ответил и, надо сказать, его ответ ничуть не противоречил тому, что думал сам Сталин и его ближайшие соратники. Тот же Молотов рассказывал о досуге, который они проводили вместе с «отцом народов»: «...Церковные песни мы иногда пели. После обеда. Бывало, и белогвардейские пели. У Сталина был приятный голос...». Можно ещё и спектакль «Дни Турбиных» вспомнить - один из любимых спектаклей Сталина, который он много раз пересматривал.

Действительно, Сталин не был атеистом в привычном нам смысле. Он был прагматиком. Его трудно назвать идейным человеком. И его жестокость - это не жестокость фанатика. Сталин убивал методично и прагматично. А грехи, если надо, замаливал. Телохранитель Сталина Юрий Соловьёв рассказывал, что Сталин молился в церкви в Кремле, которая находилась по пути в кинозал.

Возможно, что-то похожее происходило и со сталинскими соратниками-сообщниками. Пишут, что Георгий Маленков, сталинский наследник, «закончил свои дни псаломщиком в церкви», и что будто бы его склонность к православию проявлялась и раньше.

К 2017 году написаны целые тома, оправдывающие массовые убийства, происходившие в СССР при Сталине. Не меньше сказано и о жертвах в годы Второй мировой войны. В проповеди, произнесенной 3 июня 2009 года, патриарх Кирилл расценил победу в Великой Отечественной войне как чудо, а тяготы войны - как расплату за богоотступничество. То есть получается, что немецко-фашистские оккупанты наказали советских граждан за богоотступничество. Звучит, мягко говоря, двусмысленно.

Зато нет никакой двусмысленности в том, что именно при Сталине был проведён «ребрендинг» патриаршества и вообще РПЦ. К этому шло.  Прагматичный Сталин увидел, что после уничтожения многих тысяч священников оставшиеся уже не представляют прежней опасности. Наоборот, опасность представляют слишком воинственные атеисты (учитывая то, что случилось со страной в годы войны). Сменился цикл.

Надо было бы, Сталин с лёгкостью уничтожил бы ещё больше священников и разрушил ещё больше храмов. Но в 40-50-е годы этого ещё не требовалось.

 «Великого Вождя нашего народа Иосифа Виссарионовича Сталина не стало, - сказал патриарх Московский и всея Руси Алексий I (Симанский) перед панихидой в день похорон Иосифа Сталина. - Упразднилась сила, великая, общественная сила, в которой наш народ ощущал собственную силу, которою он руководился в своих созидательных трудах и предприятиях, которою он утешался в течение многих лет. Нет области, куда бы не проникал взор Великого Вождя... Как человек гениальный, он в каждом деле открывал то, что было невидимо и недоступно для обыкновенного ум».

Эти же слова про гениальность советского вождя повторяют сейчас тысячи верующих. Не только Проханов, но и люди, казалось бы, от прохановских завиральных идей далёкие. Но это только на первый взгляд. Ведь всё дело в Боге. Для людей такого типа Бог - это государство. Да не просто государство, а империя. Бог этот довольно суровый, не чуждый жертвоприношениям.

Роптать на государство, то есть на Бога - это для таких людей кощунство. Гораздо безопаснее вспоминать жертвы. Например, Василия Гундяева (деда патриарха Кирилла), которого в числе первых большевики в 1922 году отправили в Соловецкий концлагерь. В общей сложности он провёл в лагерях 18 лет, прошёл 46 тюрем и лагерей и 7 ссылок, выйдя на свободу только в 1952  года. Отпевание Василия Гундяева в мордовском Оброчнике в 1969 году совершали его внуки: иеромонах Кирилл (Гундяев) и священник Николай Гундяев.

Как выразился уже в наше время патриарх Кирилл, имея в виду Сталина и сталинизм: «Нельзя подвергать сомнению, даже если этот руководитель отмечен злодействами». И ещё: «Никогда отрицательное не должно давать права исключать всё то положительное, что было сделано». В общем, дед отсидел 18 лет - в том числе и для того, чтобы его внук теперь рассуждал о том, что можно и что нельзя подвергать сомнению.

 20.

НАБЕКРЕНЬ
(«Псковская губерния», 2017 г.)

Дмитрий Ревякин: «Мы не были в Пскове 28 лет. Сколько это ещё могло тянуться?»

Без бороды 53-летний лидер группы «Калинов мост» выглядит молодо даже вблизи, а на сцене - тем более. Голос - прежний, тот, что мы слышали в восьмидесятые. И всё же нынешняя группа «Калинов мост» звучит иначе, чем тридцать лет назад. Тридцать лет - серьёзный срок. Нынешняя концертная программа «Калинова моста» «Тридесятое царство» - попытка за полтора часа вспомнить о тридцати годах существования этой группы. Многие известные песни неминуемо не попадают в сет-лист.

Разговор с лидером группы «Калинов мост» Дмитрием Ревякиным начался с воспоминаний о 1988 годе, о том времени, когда «Калинов мост» с концертами приезжал в Псков впервые. «Я помню выступление на заводе, - произнёс Дмитрий Ревякин, когда мы расположились в гримёрке филармонии. - Два вечера подряд мы играли...». Имелся в виду псковский рок-клуб на заводе ТЭСО. О выступлении в 1989 году в псковском ДК Строителей (нынешний ГКЦ) Дмитрий Ревякин не вспомнить не смог. Зато его помнили некоторые зрители, что собрались БКЗ Псковской областной филармонии в апреле 2017 года.


Я спросил у Дмитрия Ревякина: «Есть ли такие ваши песни, которые вы принципиально по какой-то сейчас причине не играете? Например, они устарели». «Нет, таких песен нет - чтобы принципиально не играть, - ответил он. - Мы просто не играем те песни, которые «не в руках».


До концерта оставался час. Минут тридцать на разговор у нас было.

«Калинов мост» тоже скоро станет классикой. Я в этом не сомневаюсь»

- Дмитрий, вы не были удивлены тем, что вас пригласили на фестиваль имени Мусоргского и Римского-Корсакова? Или у вас уже был такой опыт внедрения в «параллельные миры»?

- Мы были удивлены - в хорошем смысле, потому что 28 лет не были в Пскове. Сколько это ещё могло тянуться? Нас интересовала любая возможность здесь побывать. Сразу собрались и поехали.

- А то, что это традиционно академический фестиваль? Как вам такое соседство? Вчера и позавчера в филармонии совсем другие коллективы выступали. Симфонический оркестр, хоры, оперный театр...

- Ничего страшного. Музыка многогранна, а потом «Калинов мост» тоже скоро станет классикой. Я в этом не сомневаюсь. Просто у нас прочтение такое. Такие инструменты. Песни - это серьёзно, это квинтэссенция любого классического произведения. По-моему, наоборот всё органично. Вчера выступал симфонический оркестр, сегодня мы - группа, которой 30 лет и которая не потерялась и до сих пор продолжает заявлять о себе. Это нормально.

- Ваша программа «Тридесятое царство» - это три десятка лет группы, большая история... Последний на сегодняшний день альбом «Сезон овец» вышел в 2016 году. Одноимённая песня прозвучит?

- Нет, конечно.

- Почему?

- Если бы это была премьера альбома, то мы бы сыграли, наверное, её, а так... По крайней мере, три новые песни вписались в программу, но у нас ограниченное время. В 19.30 уже поезд (концерт начинался в 17.00 - Авт.). Особо не развернёшься сегодня, надо действительно квинтэссенцию показать и при этом изловчиться и из последнего альбома сыграть три пьесы. План такой, а как там уж будет...

- Песня «Сезон овец» своим эмоциональным зарядом  возвращает в 80-е годы, в то время, когда вашими главными песнями были «Честное слово»...

- «Сибирский марш»...

- Да, «Честное слово», «Сибирский марш»... Это то, что трудно забыть. В «Сезоне овец» есть жёсткие слова про «вежливого дикаря, нарушившего вето». Как я понимаю, это навеяно событиями последних лет...

- Многие почему-то так думают. Вы не первый, кто так говорит, но это не так. Песня не об этом. Не о том, что Путин или ещё кто-то нарушили вето. Нет, конечно, не об этом. Я не знаю о чём, но не об этом... Вежливый дикарь? Вежливый дикарь - это глобальный образ, тотальный образ вежливого дикаря. Вежливый - понятно, а вот что вкладывается в понятие «дикарь»...

- Поэты не могут мыслить газетными штампами?

- Нет, бывает, бывает. У нас есть альбом «Эсхато». И он такой плакатный, на мой взгляд. Доступный и плакатный. Не весь, но есть там пьесы: «Мать Европа», что-то ещё там есть... Такие они, газетным слогом написанные. Но так получилось, не специально.

- Когда я готовился к этому разговору, то перечитал и пересмотрел ваши недавние интервью, но до конца так и не понял вашего отношения к тому, что происходит в последние годы в России и вокруг России.

- Так оно очень сложное!

- Да, сложное, и это хорошо, но хотелось бы хоть какой-то определённости.

- Невозможно же всё разложить! Кто это разложит-то? Послушаешь политолога, а жизнь говорит о другом. Внутренняя ситуация говорит о другом. Меня не пытайте, я сам в этом разбираюсь и ничего сказать толком не могу.

- Но всё то, о чём вы говорили в разных интервью, - вы же от этого не оказываетесь? Например, от того, что ваши родственники живут в Крыму и в 2014 году думали, что после присоединения будет иначе.

- Все думали, что будет иначе. Лучше. Но такого ж не бывает в жизни. Всегда думают, что будет лучше. Всегда. Когда Советский Союз развалился - думали, что лучше будет. Ладно мы - щеглы, только институт закончили, но были же величины... Валентин Распутин... Тоже ж думал, что будет лучше. Агитировал: Россию отсоединять и так далее... Вот это всё увидеть: куда что, какие тенденции, какие вектора... Для этого надо быть а) историком б) математиком, - чтобы понимать, что за чем следует.

- А если вернуться в мир менее политизированный... Для вас как автора музыки и слов что такое русский мир? Кого как не вас спрашивать об этом во время фестиваля русской музыки.

- (Пауза секунд в 10). Ну, как что такое русский мир? Можно начать, наверное, с географии... Нет, даже не с географии... Здесь вообще надо начинать с того момента, когда московские князья приняли титул царя. И они стали претендовать на все земли, которые так или иначе были связаны с русским миром.

- Претендовать-то они начали ещё раньше. Псков присоединили к Москве в 1510 году, а первый царь был Иван Грозный.

- Нет, Иван III.

- И всё же Иван IV, официально титулованный...

- Ну, правильно, хорошо... Пусть будет так. Начали претендовать раньше, исходя из тех политических соображений, что Новгород и Псков в любой момент могли отлететь к Литве. К Великому княжеству Литовскому, а к тому времени уже к Речи Посполитой - если говорить об Иване Грозном. Поэтому надо было привязывать и держать. То же самое, что сейчас в Донбассе. Не было бы Донбасса, то уже в Курской области война шла. Тут как бы всё понятно.

- Ну как - «понятно»? Далеко не всё и не всем понятно.

- А мне - понятно! Тем более что я там общался со многими, которые, скажем, на той стороне. С бандеровцами.

- Вы же были на Майдане...

- Я ещё потом был в Киеве. И ещё был, и ещё был... И в ноябре был.

- В ноябре 2016 года?

- Да.

- И это уже другой, на ваш взгляд, город?

- Конечно. И они уже другие. Наелись, так сказать.

- И при этом вы считаете, что они собираются идти на Курск?

- По крайней мере, пришли бы... Если бы Донбасса не было, они бы пришли. Они бы были везде, насколько сил бы хватило. А зачем это всё было организовано? Майдан для чего был?

- Когда вы были на Майдане, то разве там было много воинственного и антирусского? Тогда там выступали против коррупции, против президента Януковича, но не против России.

- Всё там было. И воинственное, и антирусское... Разве это после Майдана появилось: «Кто не скачет, тот москаль»? Это было там в течение четырёх лет. Более того, когда я бывал там в Донецке, Луганске, Киеве... Когда мы там были в первый раз?.. Мы достаточно поздно туда приехали. Год был 2003-2004... И потом я стал регулярно там бывать. Не обязательно с концертами. И специально заходил в книжные магазины, и специально смотрел, что продают. И там всё было очевидно. Более того, в году 2010 с одним мощным депутатом из «Партии регионов» говорил и объяснял ему: «Вам конец! Конец вам! Западенцы вас завалят. Вам нечего им противопоставить!». Так и вышло. Я не провидец, я просто полистал  учебники в книжных магазинах Донецка, и даже купил себе два.

- В Киев вы ещё поедете?

- Кто нас позовёт?

- В 2016 году вы же там были.

- Я летал туда по печальному событию. У меня друг умер. Кое-как пустили.

- Между нашими народами появилось отчуждение.

- Конечно. Это они стартанули в 2014 году... А если бы на 5 лет позже?..

«Времена, когда мы навсегда уходили из дома»

Псковский концерт 2017 года группа «Калинов мост» начала с исполнения «пьесы» «Набекрень голова» (песни своей группы Дмитрий Ревякин часто называет пьесами) с альбома «Выворотень», появившегося ещё в СССР. «Набекрень голова, её не поправишь...» Тёмную футболку с надписью Mother Russia с портретом Фёдора Достоевского Ревякин сменил на белую рубашку на выпуск...


Потом последовали «Моя песня», «Иволге петь», «Оплот», «Дорожная», «Увидеть себя»... Оживление в зале вызвала старинная вещица «Девочка летом» (песня Sensitive Kind была сочинена американцем Джи Джи Кейлом задолго до появления «Калинова моста». Русскую версию сочинил Ревякин: «Девочка летом слушала гром, // В станове молний писала альбом...») После исполнения «Девочки...» Дмитрий Ревякин упомянул умершего несколько лет назад Джи Джи Кейла: «Спасибо музыканту из Северо-американских штатов...»


Ещё одно «спасибо» имелось в виду, когда  Ревякин исполнил самую известную песню Александра Башлачёва «Время колокольчиков». Прозвучали и «Конь-огонь», «Улетай»... Дошло до регги-песни «Лейся, радость неба!», во время исполнения которой Ревякин попробовал раззадорить зал, заставив подпевать: «Лейся, радость неба!». Лидер «Калинова моста» назвал эту песню «плясовой, задорной». Собственно, в этом и есть особенность этой новосибирско-московской группы: соединение американских, ямайкских и прочих ритмов с русскими мотивами и словами. Звучит, допустим, музыка регги, а солист поёт: «Жалуй алым небыль-быль, // Гроздья рясные...». В конце восьмидесятых годов прошлого века подобные приёмы были свежи. Для завершения «Калинов мост» приберёг тематические «пьесы» на ход ноги: «Родная» («Ледяной водой разбуди меня // - время уходить. Зреет урожай. // Батя, дай совет, опоясай в путь. // Мать, не провожай») и «Когда мы уходили из дома» («Это было тогда, когда мы уходили из дома. // Времена, когда мы навсегда уходили из дома»).

«Повезло, что удалось всё это как-то пережить, перелопатить и дать нечто своё»

Ещё до концерта я сказал Дмитрию Ревякину: «Вы помимо всего прочего ещё член Союза писателей...» «Нет, это неправда, - ответил он. - Приходится опровергать».

- Это очень хорошо, что приходится опровергать. Я очень удивился, когда прочёл, что вы вступили в Союз писателей. Мне было очень странно. Может быть вам предлагали вступать? Откуда это вообще возникло?

- Ну да, предлагали... И поразмыслив, я от этих шагов отказался.

- Объяснение есть?

Лермонтов же не был. И Хлебников не был.

- И Пушкин, и Толстой... И Башлачёв, если бы дожил, вряд ли пошёл этим путём. А вот Высоцкий, скорее всего, вступил бы.

- Другое время было.

- Да, там был ещё смысл какой-то вступать.

- Высоцкий хотел, сильно.

- Да, потому что поэтом при жизни он был непризнанным, ни одной книги не выпустил. Но новое поколение? Некоторые люди вашего возраста и моложе всё-таки тоже стремятся туда, в Союз писателей. Это удивляет. Зачем?

- Тут я не знаю. Каждый решает сам. Жизнь же многообразна, вроде как... С другой стороны, вроде и нет.

- По поводу многообразия. Кто повлиял из музыкантов на вас и на кого повлияли вы?

- Я не знаю, на кого я повлиял.

- Но ведь точно же повлияли!

- Мы много музыки слушали. В школе одно, в институте другое... Я думаю, это всё на меня повлияло.

- А были ли величины, которые выделялись, и без влияния которых вы бы пошли другой дорогой?

- Я даже не знаю...

- Какой-то ведь был посыл, что вы увлеклись музыкой?

- Посыл был ещё в школе. Дворовые песни. Застольные песни. Песни вокально-инструментальных ансамблей, плюс гибкие пластинки...  Потом я на танцах играл. Мне интересно было тогда. В старших классах через «Посылторг» ребята выписывали записи на бобинах. Eagles, Manfred Mann, Uriah Heep... Что-то такое. То, что было. Smokie, естественно, видели по телевизору в «Международной панораме». Спектр не широкий. А уже в институте, когда я приехал в Новосибирск, это, конечно, другое дело. Я попал в другую атмосферу. Радиотехнический факультет. Потом пошли наши группы, самодеятельность. Но базис был заложен в детстве, в школе.... Это уже потом Запад: МоррисонМеркьюри... Всё хорошо, всё круто. На то он и Запад. Что тут говорить? Даже спорить нечего. Но повезло, что удалось всё это как-то пережить, перелопатить и дать нечто своё - при помощи друзей-музыкантов, которые тоже были склонны к этому же. Не просто копировать что-то, как большинство наших групп делает, а привнести в это нечто. Слава Богу, это удалось. А почему - я не знаю.

- А по поводу вашего влияния вы скромно промолчите?

- Откуда же я знаю?

- У вас нет более молодых друзей-музыкантов или знакомых, которые могли бы об этом сказать?

- Я не думаю об этом. Правда. У меня всё просто. Либо мне в кайф - трогает, либо не трогает... Есть группа «Аффинаж». Они вроде бы как росли на «Калинове мосте», но они создают совсем другую картину. У них очень упёртый лидер. Они без барабанов играют. У них совсем иная музыкальная ткань. На трибьюте, который недавно у нас вышел, к 30-летию, они делали один номер («Калинов Мост. Tribute», 2016 год - Авт.). Вот это - да, можно говорить, что они последователи. Но они по-своему это всё увидели. А когда тот же набор инструментов, что у «Калинова моста»...

- Когда один в один - это попросту караоке получается.

- С отклонением. Может быть, тембр не совпадает, ещё что-то... Но это мне не интересно. Нет за этим никакого бэкграунда. А вот есть молодые, и видно, что за ними есть что-то. Реально видно. «Аффинаж» молодцы. Ездят, выступают.

- А как они попали на трибьют-альбом?

- Их посоветовала группа «27/17». Показали мне: «Можно мы их позовём?» - «Зовите»...

- Недавно смотрел список старых фестивалей, в которых когда-то участвовал «Калинов мост». И там был фестиваль с необычным по нынешним временам названием: «Рок против сталинизма» - почти двадцатипятилетней давности.

- Где это было? (очень удивлённо). Может быть, «Рок против террора»?

- По крайней мере, в списке ваших выступлений конца 80-х такой фестиваль значится. Там было написано именно так: «Рок против сталинизма» (фестиваль проходил в Харькове в 1989 году - Авт.). «Рок против террора» - название на слуху, а вот сталинизм в этом контексте... Меня это заинтересовало.

- Может быть, и было.

- Допустим невозможное. Вас бы сегодня пригласили участвовать в фестивале с таким названием: «Рок против сталинизма». Вы бы согласились принять участие?

- Нет, я бы не стал выступать (твёрдо).

- Потому что вы не против сталинизма?

- Я НЕ против сталинизма.

- Получается, что Сталин для вас фигура скорее положительная?

Сталин для меня фигура настоящего политика, который оперировал в определённое время в определённых условиях. Победил в войне и оставил стране ядерное оружие, благодаря которому нас до сих пор не расчленили. Вот и всё. Какие вопросы? Что там внутри... Ну, ребята... Революция это революция... Понимаете, что там всё может быть.

- А вот ваши песни времён альбома «Ледяной походъ», казачьи песни... Это же воспринимается некоторыми как нечто белогвардейское.

- Правильно, это грань...

- Это не грань - это обратная сторона.

- Обратная плоскость, да... Но «милость к падшим призывал» - по-моему это не я сказал.

- Но Сталин и «милость к падшим»? Как это связано?

- Причём здесь Сталин и я? Не надо путать.

- Вас очень трудно спутать... Я вижу у вас портрет Достоевского на груди. Есть ли наиболее близкие вам произведения Достоевского? Кстати, некоторые его произведения имеют отношение к Псковской губернии.

- Я знаю. Да, есть. «Бесы» и «Братья Карамазовы» - это одни из любимых моих произведений.

- Менялось ваше отношение к этим книгам?

- А я недавно их прочёл. Лет пять назад, всего лишь. До этого был только Родион...

- Иногда в Пскове выступают музыканты, которые не помнят - бывали ли они в Пскове раньше. С вами такого не бывает?

- Нет, такого нет. К Пскову это точно не относится. Мы тут его излазили в 1988 году в январе. И проводники были - люди, знающие то, что надо смотреть. Я даже в Псково-Печерском монастыре был, изловчился. Так что тоннельное зрение мне не присуще.

- В нынешний приезд вы где-то побывали?

- Нет, только сына отправил в Кремль, и всё. Ветер и так далее. Шапку я не взял. А так бы хотел... Надо приезжать, это отдельная тема, потому что с группой это всё быстро. Надо приезжать отдельно.

- А приезжаете вы откуда? Где вы сейчас живёте?

- В Москве и в Новосибирске. Пожалуй, этим ограничимся.

- От Москвы ехать недалеко.

- Надо приехать. Я бы иначе на всё смотрел.

21.

ЗАРЯД ПРОТИВОРЕЧИЯ
(«Городская среда», 2015 г.)

Пётр Мамонов один из немногих именитых русских ро-н-ролльщиков, которые ещё не остановились. И это не похвала. Бывает, как раз полезно вовремя остановиться. У каждого артиста есть потолок. Но нынешние представления Мамонова не производят впечатление чего-то допотопного. Наоборот, Мамонов современен. И это тоже не похвала. В современности много зловещего.

В любом случае, Пётр Мамонов из тех артистов, кто не ограничивается одной искренностью. Часто бывает, что эта самая искренность заменяет человеку профессионализм. В случае с Мамоновым это не так. Его клоунада - это нечто особенное. Её ценишь тем больше, чем больше слушаешь мамоновские лекции.


22.

НЕСБЫТОЧНЫЕ МЕЧТЫ
(«Псковская губерния», 2015 г.)

Пётр Мамонов: «Фёдор Михайлович тоже много написал вредного. Недаром его Запад любит».

Пять минут назад Пётр Мамонов скакал по сцене в синем цветастом костюме с блёстками. Хитрые глаза, гитара наперевес... И вот он уже переоделся. Коричневая клетчатая рубаха заправлена в брюки, но не застёгнута ни на одну пуговицу. Под рубахой чёрная футболка. Мамонов спускается в зал, берёт в руки микрофон и начинает говорить. Треть присутствующих снимают происходящее на видео. Им кажется, что происходит что-то важное.

«Вы радуетесь, я - скачу, как в цирке»

Если вы хотите разобраться в том, что приключилось с русским народом, то встреча с музыкантом и актёром Пётром Мамоновым - большая удача. Живущий в русской деревне Мамонов в своей противоречивости достиг почти идеала. К тому же, он не затворник, и не дурак поговорить.

Чем-то его встреча, состоявшаяся в псковском драмтеатре сразу же после окончания музыкального спектакля «Дед Пётр и зайцы», напоминала встречу-проповедь с Иваном Охлобыстиным, когда тот приезжал в Псков. Примерно те же темы, примерно те же слова. Суровый православный юмор и рок-н-ролльная грусть. Разве что позёрства значительно меньше. Как и зубов во рту и волос на лбу.

Кажется, что у Мамонова - каша в голове. И не просто каша, а «берёзовая каша». Список имён людей, которые ему дороги, довольно причудлив: Элвис Пресли, Антоний Сурожский, Джеймс Браун, Сергий Радонежский, Чак Берри... И это лишний повод покопаться в его высказываниях, постараться понять, что за ними стоит.

Судя по всему, любимый артист у Мамонова - Жан Габен, известный тем, что в любых ролях «ничего не играл» и «был самим собой». Габен присваивал роль себе. И это Мамонова вдохновляет.

Но это не значит, что на сцене он вёдёт себя так же. Наоборот, как музыкант и артист Пётр Мамонов экстравагантен. Он любит кривляться. Кривизна способна выявить нечто потаённое, то, что под прямым углом не разглядеть. Это то, что тридцать лет назад было названо «русскими народными галлюцинациями». Если перевести hallucinatio с латинского, то получатся «несбыточные мечты».

Русские народные несбыточные мечты, так или иначе, замешаны на справедливости. Справедливости, конечно, нет, но о ней постоянно твердят. И чем больше твердят, тем она недоступнее.

На сцене Мамонов кривляется, а вот рядом со сценой и на киноэкране он может сливаться со своим народом и со своим героем. Так было в его ранней работе - фильме «Такси-блюз». Так было и в фильме «Остров». Саксофонист-алкоголик Лёха и отец Анатолий похожи на самого Пётра Мамонова - в разные периоды его жизни. Да что там, сам Иоанн Грозный из фильма «Царь» у него - «хитрый русский полупьяненький мужичок», каким его увидел и сыграл Мамонов.

Хитрость здесь важнейшее слово. Хитрость, отчасти сказочная хитрость, - это то, что тоже является неотъемлемой частью многолетнего лидера группы «Звуки Му». Теперь его коллектив называется «Совершенно новые Звуки Му», (1)  и музыканты готовят новую программу «Незнайка». «Незнайку» Мамонов не прочь привезти в Псков осенью («Приключения Незнайки, но только взрослым тоном»). Если привезёт, то соберёт полный зал.

Проповеди Мамонова - это будто бы просто поток православного сознания, и выражений он, похоже, не выбирает. На языке то, что на уме. Но в действительности Мамонов к своим 63 годам научился вовремя тормозить. Там, где Охлобыстина с языка срывается: «Новороссия полезна России как прививка», Мамонов в нужный момент останавливается. Он вроде бы и упоминает войну на Украине, но слов, после которых его объявили бы нежелательной персоной, не произносит.

«В четвёртом классе у меня было прозвище «Мамон - чугунная голова», - поделился счастливыми детскими воспоминаниями Пётр Мамонов. - Это потому, что я с разбега пробивал фанерный шкаф в раздевалке».

Теперь Мамонов - дед. Голова его, может быть, по-прежнему чугунная, но проламывать ею двери он больше не хочет - ни в прямом, ни в переносном смысле.  

Самая короткая рецензия о представлениях Мамонова принадлежит ему самому. В Пскове он произнёс: «Вы радуетесь, я - скачу, как в цирке». Он - скачет, а люди радуются. В этом смысл его представлений. Не радовались бы - он бы не скакал и не пел бы. Хотя какое это пение? Он под музыку рассказывает истории. Потом музыка заканчивается, а истории - нет. Начинается проповедь.

«Подготовили почву, а потом стрелять стали...»

Любимый проповедник Мамонова - протоиерей Дмитрий Смирнов. И этим почти всё сказано. Смирнов с 2001 по 2013 год был председателем Синодального отдела по взаимодействию с вооружёнными силами и правоохранительными учреждениями.

Мамонов, как и Дмитрий Смирнов, тоже способен поддержать разговор на любую тему. Но здесь его ждут подводные камни.

«Как говорил великий Гоголь», - начал, было, Мамонов, но тут, видимо, вспомнил, что не так уж Гоголь и велик.

Пётр Мамонов из тех православных лекторов, которые видят в русской классической литературе не одну пользу. Точнее, они не видят там пользы кроме вреда.

Впрочем, на эту тему высказываются не только православные активисты. Широкий круг «русских патриотов» видит в русской литературе ХIХ века то самое зло, которое спровоцировало кровопролитие ХХ века.

«Достоевский, Гоголь, - начал перечислять Пётр Мамонов. - С каким презрением они относились к русскому человеку! «Шинель» невозможно читать... Не говоря уже о Салтыкове-Щедрине и Тургеневе».

Вряд ли это чем-то отличается от того, что года два назад сказал председатель комиссии по культуре и сохранению культурного наследия Общественной палаты Российской Федерации, экс-заместитель министра культуры РФ Павел Пожигайло: «Если литературой XIX века мы будем бить по стране, она рухнет... Если мы будем повторять ошибки XIX века, то всё закончится потрясениями».

Высказывания Мамонова схожи с высказываниями ещё одного неформального «русского патриота» - Эдуарда Лимонова, изложенными в главе «Трупный яд XIX века» программной (и погромной) книги «Другая Россия».

Лимоновская 7-я глава пестрит перлами типа «шоколадный карлик Пушкин», «Чехов - это извращение», «Собачье сердце» (гнусная антипролетарская книга)», «Котлован» (гнусная книга)», «Двенадцать стульев» (обывательский ночной горшок, слизь и блевотина)»... Лимонов прошёлся по всей «вгоняющей в апатию» русской литературе XIX и ХХ века, которой он противопоставляет «мужественную» литературу Селина, Генри Миллера, Андре Жида, Жана Жене и, разумеется, Гитлера как автора «Майн кампф»...

У Мамонова претензии не такие глобальные. Он, в отличие от Лимонова, даже готов признать, что Чехов не так уж плох («Чехов - это когда чужая боль становится своей»). Но без оговорок дело не обходится.

Мамонов в Пскове стал перечислять свои любимые фильмы: «Двадцать дней без войны», «Кавказская пленница», «Операция «Ы»»... От такого списка Лимонова бы стошнило. Но отношение к русской литературной классике у Лимонова и Мамонова схожее.

«Уж как я любил «Обломова», - жалостливо произнёс Мамонов. - Как я любил Достоевского, вы не можете себе представить...»

Но любовь его прошла. Сегодня он смотрит на русскую литературу другими глазами.

Русские классики, по мнению Петра Мамонова, «подготовили почву, а потом стрелять стали... Блуд, ни о чём. Много вредоносного».

Что ж, в начале ХХ века в недрах Священного Синода готовили список из двухсот русских литераторов, которых надо «отлучить от Церкви». Так что одним Львом Толстым ограничиваться не собирались.

Почти теми же словами изъяснялся на своей недавней театральной лекции Виктор Ерофеев.

«Расшатывали то кто? - задался вопросом Мамонов. - Фёдор Михайлович тоже написал много вредного. Недаром его Запад любит».

По этой причине Мамонову любая литература, за исключением чтения книг христианских святых, не интересна: «Пробовал. Жидко. Мне надо, чтобы ложка стояла. А что я буду это хлебать? Не вставляет. Нет, жидко».

«Жидкие» Толстой, Достоевский, Гоголь, Пушкин в последние годы действительно стали среди «патриотов-охранителей» мальчиками для битья. Кого ни возьми из русских классиков, тот обязательно чем-нибудь перед российским государством «провинился». А главная вина их в том, что они не укладываются в привычное ложе «русского патриота». Любому русскому классику была чужда ограниченность. Все они были как минимум европейцы. Крепостничество и мракобесие их почему-то не прельщали.

«Надо и убивать, и страну защищать, и хама ставить на место...»

У Петра Мамонова спросили о Викторе Цое, с которым он снимался в фильме «Игла».

«Мы с ним мало общались, - сдержанно ответил Мамонов, и перечислил тех, с кем познакомился в 80-е годы во время квартирных концертов: - Боря Гребещников, Костя Кинчев, Майк Науменко, Витя Цой, Александр Башлачёв, Вася Шумов. Мы были в одной тусовке...»

Мамонову значительно приятнее говорить о тех, кто ему действительно дорог и близок сегодня - о том же Иване Охлобыстине,  с которым неоднократно снимался в фильмах, в том числе и в недавнем фильме «Иерей-сан» Егора Баранова. Иван Охлобыстин как актёр и сценарист возил этот фильм в Донецк. 30 ноября 2014 года «Иерей-сан» с Охлобыстиным и Мамоновым был показан в «Новороссии» в кинотеатре «Звёздочка»

«Почему именно в Новороссии, именно в Донецке? - объяснил тогда Иван Охлобыстин полевому командиру Мотороле и другим своим друзьям. -  Наверное, потому что это сейчас самое яркое место на планете. Оно является эпицентром сопротивления мировому злу, как я считаю...»

Пётр Мамонов на своей лекции в Пскове, вроде бы, говорил примерно то же самое, советовал всем посмотреть «Иерей-сан», но был более сдержан: «Бог смотрит и плачет, глядя на то, как мы распоряжаемся своей свободой... И где-то надо и убивать, и страну защищать, и хама ставить на место...»

Никаких ссылок на своих друзей «Игоря Ивановича Стрелкова» или Моторолу. Всё-таки Мамонов не столь воинственен. Он, в отличие от Ивана Охлобыстина, с автоматом в руках, если его занесёт в «ДНР», вряд ли будет позировать. Бить себя в грудь, тем более прикладом автомата он вряд ли способен. Иначе бы не говорил: «Я люблю кротких и неуверенных. Где много ума, там много самомнения».

Ум и самомнение вовсе не обязательно связаны. Часто бывает так, что ума нет, а самомнение есть. Но, если верить нелюбимым Мамоновым русскими классикам, горе от ума тоже случается. Однако от бездарности и глупости его не меньше.

«В православном искусстве пока всё низкого качества, - с сожалением сказал Пётр Мамонов. - Про Бога что-то под гусли... Это как правило слабо действует... Из духовной музыки я слушаю хор монахов. И не всех, а  Афонских. И это совсем не тихо. И это вставляет... Восплещем руками, ударим в бубны...»

Это Мамонов вспомнил о псалмах Давида. Там действительно, часто всплескивают руками, ликуют, воздают хвалу, радуются... Некоторые строки напоминают описание хорошего рок-концерта, во время которого зал переполнен положительной энергией, и унынию места не находится.

У Петра Мамонова спросили: в чём секрет его отличной спортивной формы? Он действительно подтянут и со стороны кажется, что все его кульбиты и кувырки на сцене ему даются легко.

Пётр Мамонов ответил словами «одного из любимых артистов - Джеймса Брауна»: «Молись, молись, молись...»    

Наверное, без молитвы здесь действительно не обошлось. Но очевидно, что положительную энергию Мамонов черпает не только в книгах святых старцев, но и в коллекции старой музыки, рождённой в чёрной Америке, - в композициях Рэя Чарльза, Майлса Дэвиса, Джеймса Брауна... И ещё надо учитывать одну важную вещь. Не случайно Мамонов в самом начале своей православной проповеди вспомнил... нет, не святого старца, а старого доброго Юрия Никулина, которого на улицы Москвы вышли провожать тысячи людей.

«Вот так клоуна хоронили! - воскликнул Мамонов. - Я тоже себя причисляю к клоунам. Но клоуны бывают разные...»

Да, клоуны бывают разные. Арлекины, паяцы, шуты, гаеры, скоморохи... Не все они безобидны.

Окончание следует

 

 

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий