Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 2021 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Сигналы тревоги

СудНебольшая площадка возле Псковского областного суда после полудня 6 июля 2020 года скорее напоминала пространство у сцены какого-нибудь московского оппозиционного митинга (из тех, что проводились в более свободные времена). И в этом безусловная заслуга тех, кто решил полтора года назад начать судебное преследование журналиста Светланы Прокопьевой.*

На итоговое заседание Второго западного окружного военного суда (выездное заседание происходило в Пскове) приехали Мария Алехина, Татьяна Фельгенгауэр, Илья Азар, Юлия Галямина, Сергей Смирнов, Виктория Ивлева, Андрей Пивоваров, Андрей Морев, Николай Рыбаков, Эмилия Слабунова, Андрей Жвирблис, Игорь Ясин... На приговор, специально приехал даже Василий Сенин - бывший главный режиссёр Псковского драмтеатра.

Осенью 2018 года, вскоре после взрыва в приёмной УФСБ по Архангельской области, выступление Светланы Прокопьевой  в авторской программе «Минутка просветления» на «Эхе Москвы в Пскове» услышало, наверное, несколько сот человек. И столько же потом прочитало  на сайте «Псковская лента новостей». Ничего радикального и сверхъестественного в этом выступлении не было. Обошлось без полемики. Первоначально, скорее всего, никому и в голову не пришло, что Светлана Прокопьева оправдывает терроризм (тем более что взрыв в Архангельске террористическим актом признан не был).

Дальнейшие события должны были развиваться так: прошла бы неделя-другая,

Возле судавозникла бы новая тема для выступления, Светлана записала бы на радио очередной текст... Текст сохранился бы в архиве. Только и всего...

Однако в это время в стране начались активные поиски тех, кто будто бы оправдывает «теракт». Особенно активизировались региональные силовики из ФСБ и Следственного комитета. В Псковской области на эту острую тему в СМИ по понятным причинам высказываний почти не было, и тут поисковая компьютерная программа определила по ключевым словам, что текст Прокопьевой отвечает необходимым требованиям, то есть будто бы оправдывает терроризм. Возбудили административное дело, оштрафовали  «Эхо Москвы в Пскове» и ПЛН, а потом дошло и возбуждения уголовного дела.

Возле дома, в котором в Пскове живёт Светлана Прокопьева, в феврале 2019 года появился специальный отряд быстрого реагирования... И началось: унизительный обыск, изъятие вещей, допросы... До оглашения приговора оставалось ещё больше года, а Светлану Прокопьеву уже внесли в федеральный список Росфинмониторинга («список действующих экстремистов и террористов»), заблокировали банковские счета, взяли подписку о невыезде...

СенинЧтобы приговорить человека к тюремному сроку, потребовалась психолого-лингвистическая экспертиза. Всего в этом деле оказалось целых восемь экспертиз. Чем профессиональнее был эксперт, тем больше у него было оснований не видеть в выступлении псковского журналиста состава преступления. Но обвинение очень старалось. Восьмая экспертиза сомнительного содержания была написана на поддельном бланке Хакасского университета. Но разве такой пустяк может смутить «борцов с терроризмом»?

Чем дольше длилось следствие, тем известнее становилась сама подозреваемая (обвиняемая) и её выступление на радио. Читателей у неё явно прибавилось. «Делом Прокопьевой» заинтересовались международная организация Human Rights Watch, комиссар Совета Европы по правам человека, ОБСЕ, ПАСЕ, Комитет защиты журналистов, Европейская и Международная федерации журналистов, «Индекс цензуры», «Репортеры без границ», Международный ПЕН-Клуб и даже правозащитная организация «Фонд Клуни за справедливость», учрежденная актёром Джорджем Клуни.

Но российские «патриоты» из числа самых воинственных утверждали, что шесть лет заключения - это ещё гуманно.

Член комитета по обороне и безопасности Совета Федерации Франц Клинцевич незадолго до вынесения приговора сказал о высказываниях Светланы Прокопьевой: «Конечно, в этих словах есть состав преступления об оправдании терроризма. Шесть лет для журналистки - справедливо. Это же ещё меньше, чем положено по статье - там до семи лет можно получить».

Сторонники строгого безусловного наказания радовались ещё и тому, что прокуратура кроме реального срока потребовала лишить Светлану Прокопьеву на четыре года профессии - запретить заниматься журналистикой.

В стране, где каждый день публикуется огромное количество человеконенавистнических текстов с призывами заняться массовыми убийствами, перспектива сесть на шесть лет за решётку из-за безобидной статьи представлялась безумием. К тому же, мы знаем много примеров того, как настоящие убийцы вообще избегают наказания. Но именно потому, что дело казалось безумным, оно всё-таки дошло до суда. Эпоха «позднего Путина» переполнена безжалостным абсурдом. На первый план выходят такие фигуры как прокурор Наталья Мелещеня.Шлосберг

До последнего было неясно - чем «Дело Прокопьевой» закончится. Понятно, что обвинительным приговором (военные суды других приговоров не знают), но насколько приговор будет жесток?

По всей видимости, окончательное решение было вынесено не председательствующим Андреем Морозовым и судьями Эдуардом Борисовым и Андрей Плужниковым, а в самых высоких московских кабинетах - в конце прошлой недели. Отправить дело на доследование или тем более признать подсудимую невиновной было невозможно. Хищник так просто из пасти никого не выпускает. Но дать реальный срок за такое - означало ещё больше накалить обстановку в стране. А впереди у российских властей осенние выборы, предполагаемая протестная осень... Светлана Прокопьева на глазах становилась ещё одной показательной «жертвой режима». Вряд ли этого добивались силовики, когда прошлой зимой возбуждали уголовное дело.

Ноутбук и телефон Прокопьевой конфисковали в пользу государства, но журналистикой заниматься не запретили.

Теперь, когда приговор вынесен: штраф в полмиллиона рублей (по нынешним временам - почти оправдание), стоит вернуться к тем персонам, которые сделали всё от себя зависящее, чтобы посадить на скамью подсудимых Светлану Прокопьеву. Некоторые имена и фамилии мы знаем, но кое-кто предпочёл остаться в тени. Тем интереснее их вычислить. Скромничать в данном случае не стоит. Тем более что эти люди (или один человек) имеют, судя по всему, отношение к журналистике.

Свидетелями со стороны обвинения стали доцент-историк из ПсковГУ Максим Васильев, грузчик Илья Васильев, президент псковского «Союза ветеранов кавказских войн» Игорь Иванов, дворник Андрей Константинов, депутат Собрания депутатов Островского района Псковской области, временно не работающий коммунист (член партии «Коммунисты России») Вячеслав Евдокименко... Все они выступали под подлинными именами.

Но были и два засекреченных свидетеля - некие Пётр Петрович Петров и Алексей Егоров. По крайней мере, в уголовном деле эти люди именовались именно так. На самом же суде обошлось без засекреченных свидетелей (суд, в отличие от следствия, прошёл быстро). Один из них со знанием дела рассказывал о том, что происходило в редакции «Эха Москвы в Пскове», а другой проявил осведомлённость при подготовке к печати яблочной газеты «Гражданин». Вполне возможно, что один и тот же засекреченный свидетель мог выступать под двумя именами (такое было в «Деле Милушкиных»).

С другой стороны, сложность заключается в том, что мы знаем, по меньшей мере, четырёх псковских журналистов, так или иначе связанных с ФСБ. Почти все они теоретически могли бы предоставлять необходимую информацию следствию. Но речь ведь не о теории, а о практике. Так что пока фамилии публиковать преждевременно. Тем более что известные нам псковские журналисты задействованы и в других «специальных делах». Доказательства против них должны быть твёрдые. Это представители «правоохранительных органов» могут себе позволить практически голословные обвинения на основе безграмотных «экспертиз». Журналистские расследования должны быть такие, чтобы придраться было нельзя.

Сам приговор зачитали минуты за две-три. И почти тут же Юлия Галямина прямо на крыльце начала собирать в коробку деньги на штраф (за полчаса собрали около 50 тысяч рублей). Думаю, торопиться не стоило. Стремление быстро выплатить штраф - тем более без апелляции - это признание вины. Светлана Прокопьева вины не признаёт (хотя суд посчитал, что частично она вину признала). И, несмотря на то, что собранная сумка с вещами ей 6 июля не пригодилась, «действующей террористской» с заблокированными банковскими счетами она быть не перестала (если ничего не изменится, ждать придётся года полтора).

ПрокопьеваХотя, разумеется, могло быть хуже. Первым делом, выйдя на крыльцо областного суда, возле которого собралось человек двести, Светлана Прокопьева сказала: «Если бы вас не было, я бы не вышла отсюда без конвоя. За то, что я выхожу отсюда не под конвоем, спасибо вам всем...» 

В последнем слове Светлана Прокопьева сказала: «Репрессии развиваются постепенно. Невозможно предугадать, когда ограничение прав и преследование инакомыслия превратится в концлагеря и расстрелы. История говорит нам о том, что такое превращение возможно даже в самом культурном и цивилизованном обществе - при условии соответствующей государственной политики и пропаганды. Именно поэтому и нужна свобода слова - чтобы вовремя забить тревогу...»

Николай Травкин после вынесения приговора написал в твиттере: «После приговора Светлане Прокопьевой следует ожидать поправки в УК РФ: «В случае отсутствия вины подсудимому назначается штраф в размере 500 тысяч руб.»

Как бы то ни было, 6 июля 2020 года Светлану Прокопьеву, несмотря на то, что её признали виновной в оправдании терроризма, удалось отбить.

Но мы ведь знаем из отечественной истории: репрессии развиваются постепенно.

 

 

* А. Семёнов. Правда об оправдании http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=4110

А. Семёнов. Назначить террористом http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=4114

А. Семёнов. Производство страха http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=3958

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий