Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 2021 2022 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

Картина жизни

Таисия ШвецоваСудьба Таисии Швецовой удивительна. Вернее так: её жизненный путь многие десятилетия был похож на жизненный путь миллионов других русских женщин, заставших в детстве войну. По рассказу о жизни Таисии Александровны можно изучать послевоенную историю СССР, а потом и распад страны. Но  произошло неожиданное. Казалось бы, большая часть жизни позади. Начинать жизнь с чистого листа поздно. Но она всё же начала и принялась рисовать. Никогда раньше этого не делала, но, получается, что никогда не поздно расширить границы возможного. Её наивными картинами заинтересовались профессионалы. Но даже если вас совсем не интересует наивное искусство, всё равно стоит обратить внимание на псковичку Таисию Швецову.

 

ВНЕЗАПНЫЕ СВОБОДНЫЕ ПРОРЫВЫ
«Север.Реалии» (Министерством юстиции РФ «Север.Реалии» внесён в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента)Наивное искусство

Мы сидим дома у псковского художника-митька Александра Бушуева и пьём чай. Горит камин. Рыжий кот, похожий на язык пламени от камина, пробирается к раковине - за водой. Вдруг Бушуев тянется к полке и протягивает мне синюю книгу: "Художники, наивно увидевшие мир". Книга свежая - 2020 года.

В действительности, книг целых три. Это трёхтомник. Первый том - красный, второй - зелёный, а вот третий - синий. Нам он интересен потому, что в нём много-много страниц посвящено псковской художнице Таисии Швецовой. Недавно ей исполнилось 84 года. Художественный альбом-справочник "Художники, наивно увидевшие мир" издал коломенский музей Органической культуры.

БушуевПолистав альбом, мы переходим к живым картинам Таисии Швецовой. Они у Александра Бушуева развешаны по стенам в разных комнатах. Когда мы добираемся до окна, возле которого висит картина "Магомаев и Синявская", я понимаю, что об этом надо обязательно написать. Тем более что до этого я увидел другие её работы: "Гумилёв и Ахматова", "Тургенев и Виардо"... Весна, любовь... Как без этого?

Четверть века назад Таисия Швецова ни о какой живописи не думала. Она вышла на пенсию, подрабатывала дворником. Но тут случилось несчастье - внезапно умер муж. Это было потрясение...

"Таисия Александровна, помните, какая работа была у вас первой? " - спрашиваю я Таисию Швецову, напросившись к ней в гости. Рядом всё тот же Александр Бушуев. Это он отвозил картины Таисии Швецовой в Коломну, где формировался третий том альбома-справочника.

"Первая картина - портрет мужа, - отвечает Таисия Александровна. - Просто на листе бумаги. Портрет был страшный, а потом всё светлее, светлее... Тёмное уходило. Анатолий Васильевич был честный семейный человек, работящий... Построил самостоятельно дачу. Двадцать пять лет отработал на машиностроительном заводе. Ходил в начальниках. Но завод ликвидировали. Он перешёл на другой, а там цех ликвидировали, в котором он работал.  И он оказался без работы. 58 лет, седой безработный дед, никуда не берут. Он привык быть всё время в деле, но остался не у дел". - "Поначалу же это не воспринималось вами как живопись? Скорее как выплеск чувств? " -  "Выплеск чувств действительно был.  Откуда-то появились чешские краски  - акриловые, но очень ядовитого цвета. Я вначале, когда начинала рисовать, стеснялась даже своих детей. По ночам уходила в кухню и рисовала. Но потом стал поддерживать псковский музей. Помогла Римма Никандровна Антипова - моя подруга, с которой мы дружили 61 год...  С ней работала Наталья Салтан, которая занималась наивным искусством".Магомаев и Синявская

Через несколько лет о творчестве Таисии Швецовой стали писать серьёзные искусствоведы. Юлий Селиверстов в газете "Псковская губерния" высказался так: "С точки зрения владения традиционным рисунком и основами живописи творчество Т. Швецовой, её внутренний мир являются наиболее «чистым листом»... Но именно абсолютное, казалось бы, неумение и позволяет Т. Швецовой выразить сокровенный, подспудный мир своей и общечеловеческой души с неподражаемой непосредственностью, стихийной силой и полнотой".

С тем, что она - неумелая, Таисия Швецова не спорит. "Вы с другими нашими наивными художниками раньше были знакомы?" - интересуюсь я. "Нет, но потом познакомилась и восхищалась. Но они - умелые.  Я - неумелая". - "Вы можете представить, что не стали бы рисовать?" - "Совсем другая бы, наверное, была  жизнь. Не полностью осуществилась бы. Это счастье, что я стала рисовать. Это вторая жизнь. У меня было 16 персональных выставок. В Царском Селе, в Петербурге, в Москве... Разве я думала?"

Но когда Таисия Александровна начинает показывать нам свои картины, то постоянно себя критикует: "здесь наляпано много лишнего", "это ещё ничего, а вот эта - сразу вам скажу - неудачная", "это просто ерунда", "страшненькая немножко картина"... Перед тем, как угостить своими пирогами, Таисия Швецова почти беззаботно произносит: "Мне 84 года исполнилось - не сегодня-завтра жди конца".

Александр Бушуев протестует: "Люди выдвигаются в президенты в этом возрасте".

Таисия Швецова никуда выдвигаться не собирается, но на новую выставку, которая откроется летом в Пскове в недавно отреставрированных палатах - во Дворе Постникова - приглашает и наизусть цитирует Зинаиду Гиппиус:

Не ведаю, восстать иль покориться,
Нет смелости ни умереть, ни жить...
Мне близок Бог - но не могу молиться,
Хочу любви - и не могу любить...

В руках Таисии Швецовой возникает портрет Гиппиус.

Таисия Швецова"Вы её приукрасили!" - восклицает Александр Бушуев. "Нет, в молодости она была очень красивая," - возражает Таисия Швецова. Она не всегда работала дворником. До пенсии была учителем русского языка и литературы, а потом методистом в институте усовершенствования учителей. Так что её наивность художника накладывается на высшее филологическое образование. Возможно, по этой причине и возникает такой неожиданный эффект. А когда она произносит "мне близок Бог - но не могу молиться", то это как будто про неё.

Дело в том, что многие её работы, отобранные для альбома-справочника, - на "божественную" тему. "Но я не церковный человек, - предупреждает Таисия Александровна. - Я ходила, пыталась. Но меня церковь выталкивает". "Но я уже двух или трёх хороших священников видел, которые крестятся на её картины," - добавляет Александр Бушуев и кивает на стену. Пока Таисия Швецова ходила на кухню, он повесил на стену возле двери свою картину с маленькой церквушкой... "Давно хотел вам подарить," - улыбается он.  "Молодец, молодец!" - радуется она.

Наивное искусство и радость вообще трудно отделимы друг от друга.

А своих работ художница всё ещё немного стесняется. "Это памятник мне при жизни поставлен - незаслуженно", - говорит Таисия Швецова, перелистывая цветной альбом.  "Ну да ладно, Таисия Александровна! Как раз заслуженно!" - отвечает Александр Бушуев, у которого сегодня такая роль - протестовать.Бу

Мы пытаемся разобраться - какие периоды она как автор пережила за четверть века. Пушкинский период, религиозный... "Третий этап был - Данте, «Божественная комедия», - объясняет Таисия Швецова. - Один коллекционер в Москве собирал картины разных наивных художников. У него тысячи картин были до меня. Я была в самом хвосте. Но мои картины нравились его детям. Он приценился и много у меня картин купил, и подарил мне иллюстрированную книгу «Божественная комедия». У меня сразу возникла идея: я перечитаю её несколько раз и буду рисовать. В течение трёх лет в общей сложности нарисовала 46 картин. А ещё и «Одиссею» включила, и «Илиаду», и Вергилия - то есть то, что Данте тоже упоминает".

В "Божественной комедии" в переводе Лозинского есть такие строки: "Хочу, чтоб ты в себе их нёс потом, // Подобно хоть не книге, а картине". Все картины Таисии Швецовой - немного книги. Некоторые - иллюстрации к Карамзину, Пушкину, Байрону, Новому Завету... Много раз она рисовала Ивана Грозного, Бориса Годунова, княгиню Ольгу, Дмитрия Донского, Александра Невского, Степана Разина, Емельяна Пугачёва, взятие Казани... Я помню первое впечатление от её картин. Это было в 2008 году в псковской галерее на улице Герцена. Особенно запомнилось былинное чудище на Куликовом поле, символизирующее орду. И ещё картина "Марина Мнишек и Лжедмитрий" во время венчания. Их головы и плечи напоминали два зубца на заборе. Тогда у меня возникло хулиганское желание продолжить зубцы, то есть подрисовать ещё одну голову - Лжедмитрия II.

Мы встаём из-за стола и подходим к дивану, возле которого, как колода огромных карт, стоят картины. Одну за другой Таисия Александровна их показывает: "Ольга", "Николай Угодник", это Катерина Островского, когда она в воду прыгнула... Это Флоренция, а  это - Париж" - "Вы в Париже тоже были? " - "Да, неделю с дочкой... Это "Шильонский узник" Байрона... Я же учитель русского языка, литературы и истории... Это - Ахматова у пруда." После этого звучит строфа из Ахматовой:

...А мальчик мне сказал, боясь,
Совсем взволнованно и тихо,
Что там живет большой карась
И с ним большая карасиха.

У меня возникает жестокий вопрос: "Таисия Александровна, а какие-нибудь претензии к вам высказывались? Не говорили, что это вообще не искусство? Что это детский лепет или ещё что-то в этом роде? " -  "Как ни странно - нет. Почти нет. Конечно за спиной, наверно, говорили.  Но лично - никогда. Все восхищались. Была первая выставка в музее «Самодеятельные художники Псковской области». Мне была выделена целая стена.  Она была яркая и привлекала внимание. Это меня так удивило. С какой стати?"

"А за 25 лет занятий рисованием вы как-то изменились - внутренне? " - "Конечно. У меня было несколько этапов... Пятьдесят картин на тему Пушкина. Не только портреты, а почти по всем произведениям. Но пушкинская линия прошла. Потом была «божественная». Иоанн, Мария, Дионисий на фоне Ферапонтова монастыря, Пророк, Пасха, ангел над морем... Иуду много раз рисовала, но не очень удачно... По описанию в книгах он был очень красив, а у меня - нет. Мирожский монастырь много раз рисовала... Андрей Филиппов из Питера всё  хотел, чтобы я рисовала для детей - сказки". - " Филиппов - это который? Митёк?" - "Да. Но у меня не получалось". "А я не сказки, а мультики мечтаю сделать по вашим картинам", - снова присоединяется к разговору Александр Бушуев.

Мы снова возвращаемся к далёкому прошлому. "Таисия Александровна, неужели в детстве вы не рисовали? " -  "Даже в руках карандаша не держала. Но художникам завидовала всю жизнь. В школе меня выдвигали, прямо выталкивали на общественную работу. Я немножко сочиняла стихи. Была редактором школьной газеты, потом в институте усовершенствования учителей 12 лет работала перед пенсией. Там опять выдвинули. Сочинить-то я могла, но рисовать - нет, кланялась художникам". 

Теперь кланяются самой Таисии Александровне. А она по моей просьбе говорит о своих первых работах: "Я стала рисовать родственников - вспомнила бабушку, вспомнила тётушку... Животных начала рисовать. То тигрик, то олень, то ворона, то ещё какое-нибудь животное... Однажды приехала на выставку, и не узнала. Говорю, это не моя картина - так они её оформили". 

Мы снова возвращаемся к картинам: "Это -  «Сотворение мира». Я рисовала Апокалипсис, а на выставке её назвали «Сотворение мира». Хотя, в конце концов, дьявола победили". -  "Но не сразу", -  "Да, не сразу. Вот Высоцкого сегодня нарисовала. Смотрела документальный фильм, смотрела и рисовала..." У Таисии Александровны есть разные периоды в творчестве, но поэтическая тема не заканчивается никогда. Ахматова, Гумилёв, Мандельштам, Есенин, Гиппиус, Бродский...

Одна из самых запоминающихся её работ - евангелисты. Но кто из них кто? Таисия Александровна поясняет, кто кому дарит евангелие, и переходит к цветам: "Это мои любимые орхидеи... А это -  памяти Чехова, это -  Книппер-Чехова, это - ностальгия по даче - дачу пришлось продать. Это -  Париж, Дом Инвалидов... А вот это..."

Таисия Швецова скрывается за огромной доской (большинство её работ сделаны на фанере). "Это родословное древо, - доносится голос Таисии Александровны из-за картины. Она как будто сама становится частью родословного древа. - Это деревня, где я родилась... Стадо коров утром гонят, здесь ручеёк - с дубами, которые спилили в войну. Деревни больше нет." - "Нет вообще или там не живут, а дома остались? " -  "Нет... Там и было-то всего семь домов. Когда война началась - многие из Стешково переехали в Вытегру - она в тридцати километрах". - "А в войну вы где были? " -  "До 1943 года жила там - в деревне. Мать в 1943 году умерла... Бабушка в 1942, папа в 1945... А я в детдоме со средней сестрой оказалась. А старшая там так и жила". - "Это Вологодская область? " - "Да... Ленинградская была до войны, а потом стала Вологодской". - "Немцы туда не дошли". - "Да, не дошли. Но стрекотали - было слышно. Близко к Онежскому озеру наши деревни были". 

Память возвращает нас из Вологодской области в Псковскую. Оказывается, мы в разное время заканчивали один институт. "А где, Таисия Александровна, вы начинали работать учителем? " - "В Дедовическом районе" - "Надо же... Я тоже. А где именно?". - «В Городно". 

Может быть, поэтому Таисия Александровна на пенсии и стала рисовать - потому что в детстве карандаши для рисования в руках не держала.

Ей даже её знакомые петербургские митьки кажутся иногда слишком критически настроенными (это при том, что они, как известно, никого не хотят победить). Таисия Александровна по-прежнему смотрит на мир влюблёнными глазами, а критиковать предпочитает себя.

Искусствовед Юлий Селиверстов много писал для "Псковской губернии" и мы при вёрстке по вторникам иногда общались в редакции. Часто наши взгляды на творчество художников не совпадали. Юлия Селиверстова не стало несколько лет назад, но с тем, что он говорил о Таисии Швецовой, я спорить бы не стал ни тогда, ни сейчас.

Таисия Швецова"Я позволю себе назвать наивное творчество Т. Швецовой и некоторых иных близких ей, в чём-то подобных авторов (бесконечно интересное, актуальное) «современным первобытным искусством», - написал Юлий Селиверстов. -  И важно понять, что в определении этом нет ни грана уничижения. В нём только восторг перед непостижимой загадкой - пред внезапным свободным прорывом."

В том-то и дело. Внезапный и свободный порыв. Подобная наивность не подразумевает ограниченность и звериную серьёзность. Кроме того, в этом нет расчёта. Бесхитростному художнику, когда он берётся за кисть, кажется, что он может всё. Он ничего не боится. Действительно, чего боятся?

***

В самом начале разговора, когда мы едва расселись за столом в её квартире в хрущёвке неподалёку от стадиона "Машиностроитель", Таисия Александровна сразу стала рассказывать. Но рассказывала она не о себе, а о близких ей людях - о Гумилёве и Ахматовой: "Анне Ахматовой Гумилёв говорил: «Ты петербурженка. Здесь туманы, дожди... Ты не можешь понять, как пахнут в Африке травы, какие там деревья»... Одним словом, интересно. У Гумилёва есть стихотворение «Память»... "

Вернувшись из гостей, я перечитал это стихотворение.

Память, ты слабее год от году,
Тот ли это или кто другой
Променял веселую свободу
На священный долгожданный бой.

Это был неравноценный обмен. Хотя бывает так, что невозможно не ввязаться в бой - например, отстаивая весёлую свободу. Но всё же внезапный свободный порыв надо ценить даже в самые тёмные времена. Особенно в тёмные времена.

"Потом становилось всё светлее, светлее... Тёмное уходило", - говорит Таисия Швецова, и за ней хочется повторять.

 

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ