Море музыки. Прилив

Японская музыка«Городская среда» в №№ 544-553 опубликовала десять частей сборника, посвящённого классической музыке. Это статьи, первоначально появившиеся в «Городской газете», «Городской среде», «Псковской правде» и «Псковской губернии» в 2004 - 2020 годах. Отдельно был опубликован сборник «Борьба за звук. Crescendo» (История псковского этапа фестиваля Crescendo. 2009-2017 гг.)* Это ещё 28 глав. В итоге получилась большая книга в 420 страниц. Она пополняется не только новыми текстами, написанными в 2021 году. В архивах обнаруживаются статьи, которые автор во время подготовки «Моря музыки» не учёл. В этом номере публикуются ещё два найденных в архиве текста - 2006 и 2008 года. В книге это будут главы № 159 и 160.

 

*А. Семёнов. «Борьба за звук. Crescendo»  см. № 515, http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=4328

 

159.

ПЕРЕМЕННЫЙ ВЕТЕР
(«Городская газета», 2008 г.)

«Когда весь день праздно сидишь против тушечницы и для чего-то записываешь всякую всячину, что приходит на ум, бывает, такое напишешь - с ума можно сойти».
Кэнко-Хоси, «Записки от скуки».

В Большом концертном зале Псковской областной филармонии состоялся концерт ансамбля японской музыки «Wa-On» при Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского.

Я смотрел на сцену и старался угадать возраст госпожи Гото Кэйсэн, которая исполняла самурайский танец кэмбу с мечом и веером. Не угадал. Это стало ясно после того, как художественный руководитель ансамбля «Wa-On», кандидат искусствоведения Маргарита Каратыгина рассказала, что Гото Кэйсэн - пенсионерка. Работающая пенсионерка.

«Паллада» о солдате

В истории взаимоотношений России и Японии многое связано с морем и кораблями. На ум приходят не только крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец», но и фрегат «Паллада». 150 лет назад был издан роман «Фрегат «Паллада»» Ивана Гончарова. Путевые очерки писателя стали для многих русских читателей открытием Японии. 200-летию Ивана Гончарова Санкт-Петербургский центр гуманитарных программ посвятил фестиваль традиционной японской культуры «Сад удовольствий». Одно из таких удовольствий было продемонстрировано 18 июня в псковской филармонии. Концерт «Ветры Ямато» собрал почти полный зал, хотя на сцене предстояло услышать не всемирно известный оркестр под управлением Спивакова, а исполнение неизвестными музыкантами самурайских песнопений гинъэй, игру на барабанах тайко и бамбуковой флейте сякухати, и прочую экзотику.

Организаторов фестиваля, кажется, такое внимание публики даже несколько смутило. Всё-таки, это не простой концерт, а «общественно-просветительская акция». Зрителей честно предупредили, что «предстоит нелёгкая работа» и «надо набраться терпения». Зрители терпения набрались и оказались к работе готовы.

Корневая система

Отчасти интерес к Японии определяется модой. Харуки и Рю Мураками, Такеши Китано, тот же Акунин...  Но не только. Япония - страна не только загадочная, мифическая, но и для евразийской России - чуть-чуть своя.

Японцы, постоянно впитывая культуры других стран, сумели сохранить свою культуру. Многое из того, что падало на не слишком плодородную японскую почву, не пропадало, а прорастало, а потом переосмысливалось и становилось неотъемлемой частью японской культуры. Во многом, успехи современной Японии связаны с тем, что они не оторвались от своих корней. Не забыли, кто они такие.  Хотя, казалось бы, какая взаимосвязь между современными технологиями и 13-струнной цитрой кото? Что общего между еле слышным звуком мотора «тойоты» и старинной японской музыкой санкёку?

Для внутреннего пользования

...Тем временем на сцену вынесли 7-струнную цитру. В древности японцы считали такие инструменты живыми существами. В это можно поверить, потому что в руках хорошего музыканта инструмент действительно оживает. Хотя не всякая музыка предназначена была для публичного исполнения. Скорее наоборот, она была для внутреннего пользования и обращена к самому себе.

Атака веером

Господин Мисава Мётэки распевно декламировал стихи гинъэй. На бамбуковой флейте сякухати играл Александр Ивашин. Гото Кэйсэн, танцуя с веером и мечом, слегка напоминала птицу, у которой одно крыло - из металла...

Раздался голос лютни сямисэн. Пьеса называлась «Восьмитысячелетний лев». Несмотря на почтенный возраст, лев, судя по звукам, оказался бодрым и веселым. Ещё веселее стало тогда, когда свой голос подали долгожданные барабаны тайко. Язык барабанов с японского на русский помогали переводить Анастасия Новосёлова и Марина Вавилова

На следующий день после концерта Мисава Мётэки и Гото Кэйсэн отправились в село Медведь, находящееся между Псковом и Новгородом. Там в 1905 году существовал лагерь японских военнопленных. В Японии принято ухаживать за могилами русских военнопленных. Японцев интересовало, как обстоят дела с могилами японских военнопленных.

160.

ДЕРЕВЯННЫЙ РАЙ
(«Городская газета», 2006 г.)

«Пусть она останется у вас на память! - прокричал Фагот».
 Михаил Булгаков, «Мастер и Маргарита».

В зале драматического театра солировал фагот

В академическом театре драмы им. А.С.Пушкина состоялся концерт Симфонического оркестра Псковской областной филармонии. Дирижировал Геннадий Чернов.

Первое отделение началось концертом для двух скрипок с оркестром И.С.Баха. Солировали Валентин и Будимир Ворошиловы из Санкт-Петербурга. Некоторым слушателям звучавшая музыка напомнила, что псковскому оркестру всего десять лет. Немногим больше было и солистам - шестнадцать и семнадцать соответственно. Путь выбран верный, но сколько ещё предстоит пройти... Все присутствующие на сцене играли с усердием, но без вдохновения. Или же с вдохновением, но тщательно это скрывая.

Всё изменилось, когда настал черед концерта для фагота с оркестром В.А.Моцарта.

Фагот - это пример разумного применения древесины. Он принадлежит к почётному классу деревянных духовых и своими размерами слегка напоминает гранатомёт. Но не столь опасен. Особенно, если его применять по назначению. Именно так и поступил лауреат международных конкурсов петербуржец Кирилл Семагин. Получилось выразительно и душевно. Зал это оценил.

Во втором отделении филармонический оркестр играл Яна Сибелиуса и Леоша Яначека.

Замечено, что Сибелиус для нашего оркестра как родной. Тот, кто в это не верил, после сюиты для струнного оркестра просто обязан был с таким утверждением согласиться. Первая часть называется - «Влюблённый». С лёгкостью представляется эдакий бледный юноша - грустный, почти депрессивный. Хочется обойти его стороной. То ли дело «Любимая» (вторая часть). Она - кровь с молоком, заводная, но голову не теряет. В общем  - не пара бледному юноше. В этой части звучит самый загадочный инструмент любого оркестра - треугольник, который в данном контексте можно назвать любовным треугольником. Заканчивается же сюита вполне логично - «Прощанием навеки». Другого и быть не могло. Причём, расставание происходит цивилизованно, без битья посуды и  даже без битья по треугольнику, тихо-мирно, по-фински. Можно сказать, публика услышала готовую историю в рубрику «Романтический город».

Но на этом тема Сибелиуса исчерпана не была. Оркестр исполнил его же «Грустный вальс» из музыки к драме Ярнефельта «Куолема».

Этот вальс - как бы предсмертные строки дневника. Разговор о медленной, но верной смерти человека, чья жизнь явно прошла не даром.

Чуть позднее финскую грусть сменила грусть чешская, равномерно распределенная по шести частям сюиты для струнного оркестра Яначека. Последняя часть была - andante, то есть размеренная, в темпе спокойного шага, исполненная, что называется, «на ход ноги». 

Алексей СЕМЁНОВ

 

 


Имя
E-mail (опционально)
Комментарий