Скорбное бесчувствие

ПредстояниеНикита Михалков во время «Всероссийской масленицы» не смог прибыть в Псков. Не прибыл в Псков и новый фильм Михалкова «Утомленные солнцем II. Предстояние». И это оградило нескольких тысячи потенциальных зрителей от возможного разочарования. Им ко Дню Победы преподнесли повтор «Аватара» в 3D и новую версию «Кошмара на улице вязов». Достойная замена. Но пройдет немного времени, и на экранах телевизоров появится 15-серийная версия «Утомленных солнцем-II». Держитесь, рано или поздно Михалков придет в каждый дом.

Было бы правильнее назвать фильм Никиты Михалкова не «Предстояние», а «55» (на съемку продолжения «Утомленных солнцем» ушло 55 миллионов долларов). Но фильм с точно таким же названием у Никиты Сергеевича уже есть – и посвящен он 55-летию Владимира Путина. Поэтому пришлось придумывать что-то менее определенное. Так получилось «Предстояние».

Михалков подошел к материалу рационально, чувства заменил идеями и отгрохал эпопею, которая способна и возмутить, и восхитить, и усыпить, и насмешить. Все зависит от точки отсчета.

Такого в России, пожалуй, еще не снимали. Это не похоже на официозное «Освобождение» или на неофициальную «Проверку на дорогах». Это ни на что не похоже.

У михалковского фильма масштаб такой, что горизонта не видно. Зато постоянно натыкаешься на мелочи. Они всюду, словно мины. Не веришь там, не веришь здесь… И это не случайно. Для режиссера, судя по всему, важна только одна вера. Не по Станиславскому, а по Библии. Но сделано это так навязчиво, что не веришь и в это.

У Юрия Норштейна в мультфильме «Сказка сказок» (1979 год) тоже очень часто звучит мелодия танго «Утомленное солнце», и там тоже есть Великая Отечественная война. Но в «Сказке сказок» действуют люди (пускай и рисованные), а в «Предстоянии» - персонажи с медийными лицами.Волчок

У Норштейна смерть чувствуется, а у Михалкова – читается. Норштейн способен одним кадром блюдца со стопкой водки и кусочком хлеба показать всю ужас и всю боль, а Михалкову не хватает 2 часов 40 минут компьютерных эффектов.

У Норштейна в фильме есть зеленое яблоко, которое срывают и надкусывают. И у Михалкова имеется то же самое. Но в мультфильме льются слезы – по капле, и это невероятно пронзительно. А в «Предстоянии» пролито целое море слез и крови – и ничего.

И еще очень важны глаза. У Волчка из «Сказки сказок» они глубокие и пронзительные, а у экс-комдива Котова – ледяные.

У Никиты Михалкова хватило сил, чтобы в Интернете выслеживать тех, кто скачивает пиратские копии, но не хватило сил, чтобы снять приличный фильм.

Алексей СЕМЁНОВ

 

Вырви глаз («Псковская правда-Вече», № 98 (25011), 5 мая 2010 г.)


Фильм снят с дальним прицелом на международный фестиваль

2010 год очень подходит для воскрешений. С «Воскрешением» в Пскове выступил расстрелянный в 2006 году Авраам Руссо. Никита Михалков как человек более масштабный пошел дальше, и воскресил всех, кого как режиссер уничтожил 16 лет назад в фильме «Утомленные солнцем». Как сказано в новом фильме, «не время еще умирать». Зато время снимать кино за 55 миллионов долларов.

«Предстояние» на широком экране до Пскова пока не добралось. Афиши висят, а фильма нет. Однако зрителям, похоже, не стоит беспокоиться. Особенно – ветеранам Великой Отечественной войны. Это кино вряд ли их обрадует. Тем более что есть люди, которые все-таки посмотрели «Предстояние» и по-прежнему считают: фильма нет. С этим можно согласиться, но добавить: Михалков снял сразу множество фильмов, объединенных одним названием.

Никиту Михалкова сейчас принято громить за историческую и художественную недостоверность. Если к «Предстоянию» подходить как к историческому фильму, то это замечание, отчасти, было бы верным. Но продолжение «Утомленных солнцем» лучше соотнести с комедией «Приключения мистера Питкина в тылу врага». В данном случае, речь о приключениях комдива Котова.

Под «тылом врага» надо понимать голую немецко-фашисткую задницу, которая в «Предстоянии» начинает бомбить с самолета баржу, которая везет раненых и партархив.

А в это время на земле орудует воскресший экс-комдив Котов со стальной перчаткой. Усы Котова рифмуются с усами Сталина, а стальная перчатка – с псевдонимом Иосифа Виссарионовича.

Не стоит дразнить Михалкова. Лучше признать, что он успешно совместил анальную тему с православной идеей и воплотил ее в наборе короткометражек, среди которых попадаются удачные. Иногда режиссер проявляет отчаянную смелость, особенно в сцене сжигания жителей деревни в сарае. Фашисты, как им и положено, людей сжигают заживо. Дочка Котова в истерике, но ее успокаивают, напоминая о тех, кого только что загнали в сарай: «Ты стучалась к ним? Помогли они тебе? Прятались как мыши…» Без всякой иронии – это сильная сцена. Жаль, что таких эпизодов слишком мало.

«Предстояние» - россыпь черных анекдотов. Товарищ Сталин похож на Сталина из фильма Соловьева «Черная роза – эмблема печали, красная роза – эмблема любви». Фашистов вырезали из газетных карикатур времен войны. Штрафник Котов с его репликой «Что я мог украсть? Шпоры, что ли?!» похож на некоего председателя Союза кинематографистов…

Михалков опытной (стальной?) рукой вставил в фильм о войне яркие кадры, особым образом в масштабном полотне сосредоточившись на деталях (например, на глазных яблоках и большом зеленом яблоке, сорванном с ветки. Яблоко сдавливают челюсти…) В итоге побеждают не наши и не фашисты, а детали.

Но у фильма все равно много достоинств. Цыгане в «Предстоянии» есть, а медведей - нет. На велосипедах ездят не медведи, а люди - немцы. Бывали у Никиты Михалкова фильмы и хуже.

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий