Хлебное зрелище и замедленная реакция

Хлебный киоскВ этой истории есть все, включая пролитую кровь, прослушку телефонов, ночной визит милиционеров в больничную палату и даже приезд патриарха Кирилла.

Испорченный вид

Патриарх Кирилл, впрочем, свой визит сделал не в палату городской больницы. Просто его приезд в Псков послужил хорошим поводом к тому, чтобы заставить 72-летнего предпринимателя Виктора Тимофеева  убрать свой хлебный павильон куда-нибудь подальше. Ему предлагалось укатить его либо в Лисьи Горки, либо в Любятово. Но он отказался.

Примерно также он отказывался еще в конце прошлого века, когда его павильон стоял возле магазина «Дружба». Все было нормально до тех пор, пока у него не появился конкурент, который быстро нашел общий язык с городской администрацией. Пришлось пригласить телевидение. И все вернулось в рамки закона.

Второй раз телевидение позвали в 2000 году по схожему поводу. И опять проблемы решились. Но павильон пришлось перевезти к дому 33 по все тому же Октябрьскому проспекту. К этому павильону люди приходили издалека. Всегда свежий хлеб, нормальные цены… 10-15 буханок в день предприниматель раздавал малоимущим бесплатно.

А потом в Псков приехал патриарх Кирилл. И тут свое слово сказал Евгений Хохлов (заместитель председателя Комитета социально-экономического развития и потребительского рынка, начальник отдела торговли, общественного питания и бытовых услуг). Он распорядился убрать хлебный павильон подальше, потому что «он портит вид». Вагончик отогнали. Но не в Лисьи горки, а чуть ближе – во двор, к «замороженной» стройке. Выручка упала, но как только патриарх уехал – павильон с помощью местных жителей вернули на привычное место.

К тому времени в соседнем доме появился конкурент. В магазине с вывеской «Продукты. Алкоголь» стали торговать свежим хлебом. И Виктору Тимофееву дали понять, что он здесь стал неуместен. Он заикнулся о том, что все налоги уплачены и вообще – в конкуренции ничего плохого нет. Вспомнил он и о своем прошлом, когда в пять лет попал немецкий концлагерь Дахау. Там погибли два его брата и мать. А он выжил.

- Ну и что, что малолетний узник, - ответил Евгений Хохлов. – Мой отец тоже был в Дахау…

Так что Евгений Хохлов и Виктор Тимофеев не договорились.

Прикрытая лавочка

Полной картины того, что произошло в здании городской администрации после обеда 14 октября 2010 года, еще нет. Есть только Виктор Тимофеевэскиз. Известно лишь, что за три дня до этого владелец хлебного павильона обратился в ФСБ, где рассказал, что его пытаются согнать с привычного места. Ему объяснили, что по закону Комитет социально-экономического развития и потребительского рынка это сделать не может.

Дальнейшие события подтвердили, что даже в ФСБ иногда говорят правду.

Во всяком случае, в администрации города в понедельник 18 октября признали, что никто торговлю не запрещал и павильон не закрывал. В полуофициальном ответе по телефону прозвучало:

- Молодая напуганная продавщица сама закрыла павильон, когда узнала, что торговля проходит незаконно.

Интересный поворот событий. Не знал хозяин павильона, к кому обращаться. Он поехал договариваться с Хохловым, а надо было договариваться со своей продавщицей, которая распорядилась закрыть хлебный павильон.

У Виктора Тимофеева своя версия. Днем 14 октября ему позвонили и сказали, что «лавочку прикрывает» милиция. И тогда предприниматель отправился в городскую администрацию.

Телесные повреждения

В администрации города Пскова, как правило, посетителей не бьют. Это может подтвердить каждый, кто там бывает. Но на этот раз есть основания утверждать, что без телесных повреждений не обошлось. Особое внимание эта история привлекает потому, что подозрения в рукоприкладстве падают на начальника комитета социально-экономического развития и потребительского рынка Виктора Петрова и его заместителя Евгения Хохлова. Более того, рукоприкладство здесь не совсем точное слово, потому что, по утверждению свидетеля, били не только руками, но и ногами. Травмы получил 72-летний Виктор Тимофеев – хозяин хлебного павильона на Октябрьском проспекте. Впрочем, озвучивается и другая  версия: «По сведениям представителей милиции, гражданин Тимофеев в состоянии алкогольного опьянения из хулиганских побуждений причинил телесные повреждения сотруднице данного отдела О. Селиверстовой».

Мы общались с Виктором Тимофеевым в хирургическом отделении городской больницы. Виктор Михайлович лежал под капельницей. Его сын Дмитрий сказал, что отца трудно узнать. Разбитое лицо (повреждение под правым глазом, расцарапанная левая щека), ушиб за правым ухом, выше левой лопатки огромная гематома, раздавленный палец на правой руке… Высокое давление, жалобы на боль в животе и груди…

72-летний пскович Виктор Тимофеев во время Великой Отечественной войны 2,5 года провел в немецком концлагере Дахау. События в городской администрации напомнили ему немецкий концлагерь.

Свежий хлеб и свежая кровь

Пока не закончено расследование, окончательные выводы делать рано. Но фактов вполне достаточно, чтобы, пользуясь словами очевидцев, более-менее подробно рассказать о происшествии.

Достоверно известно, что Виктор Тимофеев примерно в 16.30 14 октября приехал в городской  комитет социально-экономического развития и потребительского рынка. Незадолго до этого он узнал, что его павильон закрыли. Об этом ему сообщили по телефону, когда он находился в деревне.

Предприниматель попросил продолжить торговлю хотя бы до вечера, потому что только привезли свежий хлеб, и он пропадет. Однако милиция была непреклонна, и ларек закрыли в 12.00.  По словам Виктора Тимофеева,  проблемы у него начались тогда, когда в соседнем доме открылся алкомаркет, торгующий портвейном (0,7 л. 18%, 42 рубля), в котором для ассортимента стали продавать закуску, в том числе и хлеб, и за окном появилась вывеска «Свежий хлеб». Никаких письменных извещений о закрытии павильона предприниматель Тимофеев не получал. Все квитанции оплачены, свидетельство о предпринимательской деятельности имеется.

У городской администрации своя правда. Они объясняют свое поведение тем, что «в схеме размещения временных торговых точек» места хлебному павильону не нашлось. Тем более что от предпринимателя Тимофеева никаких заявлений по поводу легализации павильона не поступало. Слово «легализация» в данном случае не очень понятно, потому что все налоги и сборы выплачивались регулярно и в срок. Все это происходило официально. Так что нелегальной точкой распространения хлеба павильон точно не являлся.

Но в октябре отдел торговли, общественного питания и бытовых услуг активизировался и начал через день выставлять протоколы об административной ответственности. Пока не наступило 14 октября.

Свое собственное состояние в тот  день Виктор Тимофеев оценил как шоковое. И этот шок был вызван закрытием хлебного павильона.

Оказавшись в здании городской администрации, Виктор Тимофеев стал искать Евгения Хохлова. И, судя по всему, делал он это довольно бесцеремонно. Точнее говоря, он был разъярен, что для обычно спокойного старика было несвойственно. Когда он увидел Евгения Хохлова через открытую дверь кабинета, то на его пути оказалась неизвестная ему женщина, которую он оттолкнул. Об этом он сожалеет и приносит извинения.

 - Когда я оттолкнул эту женщину, - рассказал Виктор Тимофеев, - Хохлов это увидел и сразу на меня налетел, и давай меня бить. Вначале ударил под глаз, а затем в нос… Я такого не ожидал. Какое начальство будет бить? Ну, сказал бы, что отправит меня в милицию, а он как коршун налетел.

Кабинетная работа

Странно, что с момента драки прошло уже несколько дней, а один из главных свидетелей так и не опрошен. Речь об Евгении Г.. Приехавшая по вызову милиционеры его видели, но вопросов не задавали и контактных телефонов не спрашивали. Так что спрашивать пришлось мне.

Мы готовили эту встречу несколько дней. Встреча откладывалась. Появились свидетельства того, что милиция сменила тактику. Вначале свидетеля показательно игнорировали, а потом вдруг срочно стали искать.

Поиски велись довольно грубо. Ночью 16 октября в больницу явились два человека. Они не представились, но один из них был в милицейской форме. Это было примерно в 23.15. Пришедших требовали две вещи: чтобы Виктор Тимофеев подписал бумагу и дал адрес главного свидетеля.

Этот разговор слышали шесть соседей по палате. Они говорят, что в адрес Виктора Тимофеева звучали угрозы. В конце концов, он что-то подписал. Под чем именно он поставил подпись, Виктор Тимофеев не знает, потому что в тот момент плохо себя чувствовал.

Второй причиной, по которой два человека пришли в больничную палату после отбоя, было желание срочно узнать адрес главного свидетеля. Но адреса или хотя бы его фамилию они не получили. Виктор Тимофеев сообразил, что в данном случае было бы лучше, чтобы встреча милиции и свидетеля прошла позже, чем встреча свидетеля и журналиста.

С Евгением Г. мы встретились на ближнем Завеличье.

Самое начало драки Евгений Г. не видел, но слышал удары. Когда он оглянулся, то заметил Евгения Хохлова и Виктора Тимофеева. Они держали друг друга за грудки.

- Хохлов повалил Виктора Михайловича на холодильник, - рассказал Евгений Г. - Я их пытался разнять. Они упали на пол, и Хохлов оказался сверху. Хохлов бил по лицу и разбил Виктору Михайловичу нос. Я их продолжал растаскивать. В это время влетает Петров…

Присутствующим показалось, что с появлением Виктора Петрова будет установлен порядок. Все-таки, он до недавнего времени – главный милиционер города. Действительно, оба участника драки поднялись на ноги, и Виктор Петров предложил «пройти в кабинет и разобраться».

О том, что произошло за закрытыми дверями, знают только трое.

Виктор Тифофеев- Хохлов и Петров сбили меня сзади, ударили по шее, и я упал, - утверждает Виктор Тимофеев.

Подробная версия руководителей  комитета социально-экономического развития и потребительского рынка пока неизвестна. А краткая версия изложена Виктором Петровым.

- Тимофеев торговал в неположенном месте, и к нему были приняты меры административного воздействия, - сообщил он. - Сотрудницы нашего комитета составили протокол до обеда, а после обеда он ворвался к ним в кабинет, ударил двух женщин и еще одного нашего сотрудника. Его скрутили и вызвали милицию.

О своей роли председатель комитета скромно умолчал.

В городской администрации продолжается служебная проверка. Первоначально, ее предполагалось закончить 18 октября, но после совещания у главы администрации Петра Слепченко проверку решили продлить еще на десять дней. На время ее проведения Виктор Петров и Евгений Хохлов отстранены от исполнения служебных обязанностей.

Евгений Г. рассказывает о событиях того вечера совершенно иначе, чем Виктор Петров:

 - Почти сразу же я услышал крики: «Женя, помоги!» Я открыл дверь, и Хохлов меня спрашивает: «Ты кто?»  Я представился. После этого дверь закрыли. Прошло секунд 15-20. Слышу – что-то упало, я снова открываю дверь и вижу, что Хохлов и Петров бьют Виктора Михайловича. Он упал и ударился головой об стол. Это было на моих глазах. Хохлов толкает, а Петров бьет ногой. Ставит ее на грудь и давит. «Что вы делаете?!» - закричал я. «Пускай лежит», - отвечает Петров. – «Поднимите, человек старый», - говорю я. - «Ничего, отдохнет».

Лежа в больничной кровати под капельницей, Виктор Тимофеев сказал:

- Я чудом выжил. Меня били ногами по голове, и я закрывал голову руками. Если бы не Женя, меня точно убили бы и выбросили на улицу. Звери, звери… немцы так не делали, как они… Ударили бы раз… А так решили – добьем его до конца.

Если верить Евгению Г., Виктор Петров не убрал ногу с груди лежащего на полу Виктора Тимофеева до тех пор, пока не приехала милиция.

Очевидно, существуют и другие версии событий, вплоть до самой экзотичной: побои были нанесены Виктору Тимофееву в каком-то другом месте и в другое время, и все произошедшее – провокация. Но версия эта – наименее правдоподобная. Хотя и у нее есть сторонники. Они основываются на медицинской справке, на которой дату в городском травмпункте вообще предпочли не указывать.
Клинический случай

С оказанием медицинской помощи возникли проблемы.  Виктора Тимофеева доставили в травмпункт, оказали первую помощь и, не найдя серьезных повреждений, отпустили домой. Но до дома он не добрался, потеряв сознание, когда поднимался в свою квартиру. Вызвали «скорую помощь». В областной больнице обнаружилось, что серьезные повреждения все же есть.

По крайней мере, в сопроводительном листе, выданном на станции «скорой помощи», значатся «перелом ребер справа, ушибы грудной клетки, разрыв сухожилий 5 пальца левой кисти». В госпиталь для ветеранов Виктора Тимофеева помещать не стали (там нет хирургического отделения) и отправили домой. В ночь с 14 на 15 октября ему стало плохо. Возникли проблемы с сердцем, поднялось давление. В итоге 15 октября его положили в городскую больницу, где ему, очевидно, предстоит провести не менее 1,5 месяцев.

18 октября на совещании под руководством главы городской администрации Петра Слепченко принимали участие начальник Комитета по здравоохранению администрации города Лилия Никифорова, главный врач Псковской городской больницы Алексей Васильев и лечащий врач Виктора Тимофеева. Они заявили, что информация о переломах Тимофеева «не нашла подтверждения» (чудесное исцеление?). Таким образом, сейчас нет возможности сделать вывод не только о том, что произошло в четверг 14 октябя в здании городской администрации,  но и о том, какие травмы в действительности получил Виктор Тимофеев. Странная получается история. Странная и темная.

Есть только одна вещь, о которой можно, не боясь ошибиться, говорить утвердительно: хлебный павильон на Октябрьском проспекте больше не работает.

 Алексей СЕМЁНОВ



 Замедленная реакция

Драка с участием предпринимателя Виктора Тимофеева и двух начальников Псковской городской администрации (начальника комитета социально-экономического развития и потребительского рынка Виктора Петрова и его заместителя Евгения Хохлова) была две недели назад. Ее обсуждали все и всюду. На кухнях и на планерке у главы городской администрации. В магазинах и в больнице. Свой короткий комментарий дал и губернатор Псковской области Андрей Турчак.

Но все это только слова. Никаких серьезных следственных действий за две недели не предпринято.

Единственный очевидный вывод сделали в городской больнице. В понедельник из нее был выписан Виктор Тимофеев. Это официальная версия. Родственники утверждают, что 72-летнего человека «выставили» или «вышвырнули». По крайней мере, чувствует он себя плохо, хотя передвигаться уже может. Я с ним разговаривал во вторник 26 октября. Особенно он жаловался на то, что ему «не вздохнуть» и он задыхается. Все это – следствие травм, полученных то ли в драке в здании городской администрации, то ли еще в каком-то неустановленном месте. Первоначально Тимофееву был поставлен диагноз: перелом четырех ребер. Лечащий врач говорил, что ему, в лучшем случае, придется лежать в больнице полтора месяца. Но затем диагноз резко поменялся.

Как мне объяснила дознаватель, это нормально. Первоначальный диагноз был сделан визуально, а углубленное обследование его не подтвердило.

Думаю, что Виктор Тимофеев поздно покинул городскую больницу. Все-таки, городское подчинение лечащего персонала давало о себе знать. Теперь больной собирается лечь в госпиталь для ветеранов.

Позиция городской администрации довольно проста. По их версии, хлебный павильон, из-за которого и разгорелся скандал, никто не закрывал. Точнее, его закрыла «молоденькая продавщица, которая работала там всего несколько дней и испугалась незаконного действия своего начальства». Эту версию мне изложили в пресс-службе городской администрации. Разумеется,  там отрицается и приход к хлебному павильону милиции и прочих представителей власти.

У продавщиц хлебом своя версия. Я разговаривал с обеими продавщицами. Эльвира, работавшая 14 октября, говорит, что около полудня возле хлебного павильона появились Виктор Петров и еще два человека, ов том числе Вера Ильина (о ней несколько позже). По словам Эльвиры, они потребовали немедленно закрыть павильон. Кроме того, Петров требовал предъявить паспорт. Видимо, сработал рефлекс бывшего милиционера.

Проникнуть внутрь павильона не удалось, и тогда Петров позвал на помощь. Через некоторое время вокруг павильона собралось семь или восемь человек. Виктор Петров крикнул Эльвире:

- Я посажу тебя на 15 суток!

Подмога помогла. Внутрь павильона удалось приникнуть. Одновременно Петров лично закрыл крышку павильона. В окошко павильона была вставлен шест, до этого поддерживавший крышку, выполнявшую роль навеса.

Эльвира позвонила второму продавцу – Наталье, у которой имелся ключ от навесного замка. Когда Наталья приехала, всю было уже закончено. Продавщицы упаковали хлеб, заперли павильон и в 14.00 ушли.

На следующий день (уже после драки) Виктор Петров приехал проверить – продается хлеб или нет? Жена Виктора Тимофеева Татьяна Ивановна рассказывает, что г-н Петров потребовал увезти павильон.

Городская администрация не подтверждает сказанное. Если верить представителя городской власти, Виктор Петров у хлебного павильона не появлялся, ничего не закрывал и никаких действий в интересах г-на Салопова и других влиятельных лиц не проводил. Более того, в драке он тоже не участвовал.


В объяснительных записках вообще не говорится, что Виктора Тимофеева после стычки с Евгением Хохловым завели в отдельную комнату. Зато вместо Петрова в объяснительных  записках появился еще один чиновник – Владимир Воробьев. Упомянут там и Евгений Г., который на страницах «Городской среды» и «Псковской правды» утверждал, что разнимал дерущихся. По словам свидетельниц, Евгений Г. в драку не вмешивался, и все время находился в стороне.

Особенно любопытен рассказ Веры Ильиной. В своем объяснении, опубликованном Псковской лентой новостей, она пишет, что Виктор Тимофеев в админитсарцию «пришел не один, а с тремя трезвыми мужиками. Один из них стоял рядом с ним. Это все видели. Может быть, он даже снимал на камеру. Правда, он отказался давать какие-то показания милиции. Сказал, что будет давать их только в суде».

Рассказ Веры Ильиной изобилует допущениями и предположениями. Я бы никогда не назвал это свидетельствами, потому что она рассказывает о том, чему свидетельницей не была. Например, она говорит, что Тимофеев, оказывается, «обращался в областную больницу, в отделение нейрохирургии для получения заключения. Врач его осмотрел, на нем ничего не было, кроме ссадин, написал ему «здоров, в стадии алкогольного опьянения» и отправил домой. Через день, протрезвев, Тимофеев, видимо, подумал, в какую ситуацию попал, и пошел в городскую больницу, пожаловался на головную боль».

Та же г-жа Ильина приводит и диагноз, якобы поставленный хирургом. Диагноз, если верить Вере Ильной, короток и ясен: «Вы абсолютно здоровы».

После таких диагнозов в больнице десять дней вряд ли будут держать.

Я выслушал рассказы обеих сторон. Пока что более убедительными выглядят слова Виктора Тимофеева и тех, кто свидетельствует в его пользу. В их рассказах почти нет противоречий. А вот представители администрации склонны к передергиваниям. Полчаса назад они говорили одно, затем – другое… Их непоследовательность не вызывает доверия. Но выводы должны сделать не они, а правоохранительные органы. Надеюсь, прежде чем их сделать, они хотя бы встретятся со всеми свидетелями.

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий