Человек-невидимка

СелинджерДжером Дэвид Сэлинджер – почти идеальный писатель. Последние полвека его почти никто не видел. Он был бы совсем идеален, если бы его вообще никто никогда не видел.

Писатель – не совсем человек. Ему не нужны накачанные мускулы, голосовые связки и сногсшибательная внешность. Ему может помешать крепкое здоровье и благополучная семья. Есть слепоглухонемые писатели, которые пишут ярче, чем абсолютно здоровые преуспевающие лауреаты с острым зрением и абсолютным слухом.

То, что кому-то другому может принести очевидный вред, для писателя, возможно, станет невероятной удачей.

Писателю не повредит, если он немного посидит на электрическом стуле. Неплохо бы ненадолго попасть в плен к врагам или в сумасшедший дом.

Общение с писателями на творческих встречах – очень странная вещь. Чем лучше писатель, тем бледнее он выглядит на фоне своих книг. А вот после смерти любой автор, даже самый ничтожный, становится лучше. При жизни писатель еще мог бы сделать какую-нибудь глупость, брякнуть что-нибудь лишнее, попасть в чьи-нибудь тесные объятия и задохнуться… А после смерти остается только чистая литература. Каждый только что умерший писатель – снова дебютант.

28 января 2010 года не стало Сэлинджера. Но от нашей жизни он ушел намного раньше и, значит, стер грань между своей жизнью и смертью.

Он давно оставил нас один на один со своими книгами. У читателей было время понять – что же это за книги.

Сэлинждера принято считать бунтарем. Его почитателями были Джон Хинкли (ранивший  Рональда Рейгана) и Марк Чепмэн, убивший Джона Леннона. Эти ничтожные стрелки думали, что они действительно что-то поняли в романе «Catcher in the Rye». Но ничего они не поняли – также как и многие другие, к счастью, никого не убившие.

Сэлинджер, принимавший участие в кровавой Арденской битве и освобождавший узников нацистских концентрационных лагерей, хорошо знал цену жизни. И цену слову он тоже знал. Поэтому, видимо, и перестал издавать новые книги. Чувствовал, что стал невероятно популярен, но понимают его не так, как надо.

Сэлинджер в своих книгах не бунтует, а очищает окружающее пространство от фальши. И это не одно и то же.

Он очищает, я фальши становится все больше.

Сэлинджер и его герои чувствовали фальшь там, где другие ее не замечали. Некто Стэдлейтер из «Catcher in the Rye» выглядел всегда отлично, любил наводить красоту, но брился бритвой, «ржавой, как черт». Но самому известному герою Сэлинджера Холдену Колфилду, который это заметил, всегда был важен не столько конечный результат, а то, какими средствами он получен.

Если ты бреешься бритвой, которая вся в волосах и на ней – засохшая пена, то твой опрятный вид ничего не значит. Цель не оправдывает средства. Ты думаешь, что твое лицо гладко выбрито? Приглядись внимательнее, и ты увидишь грязную бороду, от которой несет кислой капустой.

Сэлинждер видел то, что большинство не замечало. Его считали молодым бунтарем, а он уже в 38 лет стал мудрым 91-летним стариком. И оставался в таком возрасте до самой смерти.

Когда Марк Чепмэн застрелил Джона Леннона, то сел на ступени, открыл роман Сэлинджера и стал читать. Он мог бы открыть страницу, на которой было написано: «Он был такой умный, веселый. Понимаете, меня злость берет, когда таких убивают, - таких умных, веселых…»

Вот она, настоящая фальшь. Тебе показывают одно, а видишь ты другое. И чтобы тебе не написали – ты поймешь не так или не совсем так. И ничего с этим не поделать.

Холден Колфилд жалел Меркуцио намного больше, чем Ромео. Ромео и Джульетта погибли по своей вине, а Меркуцио – ни за что.

И у самого Сэлинджера тоже всегда был особый взгляд на окружающих его людей – выдуманных и живых. Он всегда больше жалел не тех, кого принято.

Сэлинджер объяснил в последних строках свой главной книги, почему он перестанет разговаривать с читателями. Объяснение было в форме совета:

«Жаль, что я об этом разболтал. Знаю только, что мне как-то не хватает тех, о ком я рассказывал… И вы лучше тоже никому ничего не рассказывайте. А то расскажите про всех – и вам без них станет скучно».

Представляете, о скольких людях за полвека промолчал Джером Сэлинджер. И это означает, что ему до последнего дня жилось совсем не скучно.

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий