Архив
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 
2016 2017 2018 2019 2020 2021 
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27 28 29 30
31 32 33 34 35 36 37 38 39 40
41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
51 52

информация
Пишите нам:
gorgazeta-pskov@yandex.ru

Перейти черту

Андрей ВасильевПервая книга стихов Андрея Васильева подтверждает: этот автор находится в стороне от основных скоростных стихотворных дорог. Он вызывающе несовременен в том смысле, что не стремится быть модным и актуальным. Что вообще означает это странное словечко «актуальный»? 

Прямых примет XXI века вы в книге почти не найдёте. Андрей Васильев своей книгой под названием «Черта» словно бы подчёркивает, что стихам в одном времени и пространстве тесно. Им положено охватывать разные времена и страны. В случае с «Чертой» это, в основном, пристальные взгляды вверх - в небо, и назад - в прошлое. Если долго вглядываться и вслушиваться, то обнаружатся невидимые вершины и глубины. «Задрожали своды глубин, // зазвенели нити времён, // тьма пришла меня пригубить // без знамён...»

Нити времён - это и есть струны, на которых уже двадцать с лишним лет играет псковский автор Андрей Васильев. Они слышны, в том числе, и тогда, когда песни смолкают. Вместо дисков и концертного исполнения нам предложили стихи в книге с твёрдым переплётом. Было важно дождаться именно книги, чтобы, листая страницы, видеть строку за строкой, строфу за строфой. Куда они нас заведут?

«Солнце катилось по снам // Оранжевого спаниеля - // красным яблоком или глазным //по радужной оболочке // времени. Правда в одной точке. // Это весна. Это конец апреля...»

Книга должна была быть представлена публике в конце прошлого года, но из-за пандемийных ограничений такой возможности не нашлось. Хотя апрель для этого ещё лучше. Больше солнца, больше тепла... Презентация состоялась в Центральной городской библиотеке Пскова в апреле 2021 года, а немного раньше, но тоже в апреле, в Псковской областной универсальной научной библиотеке прошёл совместный концерт-диалог «Люди одного огня» Андрея Васильева и Дианы Коденко. Апрель подвёл черту. Она была не жирная, но пунктирной её тоже не назовёшь. Черта не прерывалась.

Не все авторы выдерживают испытание книгой. Без музыки, без сценической подачи многие бардовские и рок-тексты часто теряются, становятся плоскими.

Однако в случае с Андреем Васильевым таких опасений не было. Он сочиняет именно стихи. Это и задолго до выпуска книги было понятно. Здесь требовалось другое: сделать так, чтобы черты не были смазаны. Существенно не просто отпечатать, а сделать книгу книгой - с правильной редактурой и дизайном. Пришло время редакторов - Елены Павловой и Дианы Коденко. Елена Гурфинкель сделала дизайн обложки. И тогда книга заговорила.Андрей Васильев

В 2009 году после одного из концертов Андрея Васильева «Городская среда» опубликовала статью с названием «Черта характера».* Это был концерт по случаю выпуска альбома «Очертания». И вот снова начертано слово «Черта». В анонсе книги говорится: «А что за чертой? - узнайте сами, просто перелистнув страницу».

За чертой - 75 стихотворений и столько же путешествий во времени. «Мы грустим временами // по былым временам. Время жертвует нами - // неподвластное нам».

Время неподвластно, но в нашей власти память, слова, образы... Мы не в силах повернуть время вспять, но есть возможность не замараться современным словесным  мусором. Есть возможность не впускать лишние слова хотя бы в свои стихи. Читаешь изданную только что книгу, а в ней: «дыхание Эола», «крылья Логоса», «таинственный Парнас», пастораль, скрижали... Это не совсем стилизация и уж тем более не игра в ретро. Скорее это надёжный способ смахнуть свежую грязь, выбрав вместо неё благородную пыль веков.

«Здравствуйте, пойте в радости, // отмахиваясь поневоле // ковшиком ретроградности // от неземных паролей». Этим ковшиком ретроградности» можно черпать бесконечно.

В книге «Черта» упоминается несколько городов. Но какие это города? Ершалаим, Рим, Пальмира, Вифлеем... А города с названием «Псков» нет, вместо него - анонимный «тихий город N.» «В тихом городе этом, // где у каждого звука свой срок, // где скандальным поэтом // стать я, видимо, так и не смог, // время движется слепо, // оседая в дорожной пыли, // и поэтому небо // здесь почти достаёт до земли...» Однако здесь между небом и землёй остаётся всё же небольшой просвет. Пространства достаточно, чтобы заполнить его чем-то своим - близким сердцу.

В старой песне Андрей Васильев пел: «Я из ветхого времени новое время слеплю...» Этим он и продолжает заниматься. Нынешнее время его, похоже, не очень вдохновляет. «То, куда катится этот мир, // не напророчит пророк. // Но то, что мир стал похож на сортир, - // определённо намёк. // Да, варвар не опустил глаз // в ночь, когда пал Рим. // Но неужели здесь и сейчас // не ведаем, что творим...» Это написано в «Оде на падение Рима».

О каком по счёту Риме идёт речь? В любом случае, написание стихов и песен для Андрея Васильева - возможность пролить свет на тёмные времена.

«Мне причудилось утро, как ответ внутри янтаря...», «огонь танцевал на каминных подмостках...», «я чувствую прозрачность лучевую...» В подобном свете любая меланхолия покажется целительной. Особенно когда толпа рассеялась и вокруг немноголюдно. Путь обозначен недвусмысленно: «Чем дальше в лес, тем меньше палачей».

Вдали от любых городов, как бы они ни назывались - Псков или Ершалаим - есть возможность укрыться, есть возможность отвлечься от грохота, с каким катится в пропасть этот мир. Грохот слышен даже в тихом городе N.

«...смешивать грозы и солнце палящее, // в духе смолистом искать благодать, // взвешивать прошлое, жечь настоящее, // только о будущем не вспоминать».

Самое определённое - это будущее. С ним всё ясно. Оно, рано или поздно, несёт смерть всему живому.

А пока что, как сказано в одном из стихотворений Андрея Васильева,  вокруг - «безмолвное настоящее». «Как ветряная мельница, // безмолвное настоящее // крестообразно светится...» Вроде бы, настоящее какое угодно, только не безмолвное. Настоящее, наоборот, - вызывающе крикливо, косноязычно и цинично. Но, возможно, речь о безмолвном настоящем, о котором написал Густав Майринк в рассказе Bal Macabre. Если это так, то «безмолвное настоящее» - это смертельное будущее. «Там покой, вечный покой, - писал Майринк. - И никаких страхов перед завтрашним днём. Там вечное безмолвное настоящее, которого вы никогда не знали; там нет ни прошлого, ни будущего. Там простёрлось вечное безмолвное настоящее, которого вы никогда не знали! Это тайные ячейки между секундой и секундой в сетях времени...»

И тогда понятно такое внимание к прошлому. Чем больше думаешь о прошлом, тем меньше думаешь о смерти. Прошлое оживляет и вселяет надежду.

Отдалиться от будущего - это возможность прикоснуться к счастью. Оно, разумеется, мимолётно и труднодостижимо (непостижимо). «Дни тянулись, как влажная глина, // я наматывал их на запястье, // но была бесконечна равнина // И недостижимо счастье». Тем важнее к этому счастью приблизиться как можно ближе.

Андрей Васильев«Черта» - это погружение в древность, в легенды, мифы и сказки. Мифическим становится и то, что нас, современников, окружает.

Черта между числителем и знаменателем проведена. Барабанная дробь прозвучала и смолкла. Книга вышла и читается в тишине. «Что такое книга? - произнёс Андрей Васильев на презентации. - Сказка, быль, окно в другой мир... Но это взгляд читателя.. А для любого автора это итог. Более двадцати лет шло составление этой книги. Некоторые стихи - из прошлого века, из 1999 года... Книга - ещё и очертание времени. Во многом, я сейчас и я двадцатилетней давности - два разных человека».

Но это - наблюдение изнутри. Если же судить по стихам, вошедшим в книгу, - разница почти незаметна. Авторские характерные черты всё те же. Стихи-акварели не противоречат друг другу.

«Взошла звезда. Других не стало звёзд.// Поэт глядел в распахнутое лето. // И уходя, негромко произнёс: // «Я куст - безмолвный собиратель света».

В древней притче про собирателя света говорится о глиняном капкане, благодаря которому собиратель света получает возможность видеть сердца людей, различать их истинные помыслы.  Оказалось, это очень болезненное занятие - узнавать о людях правду.

Но собирать свет всё же лучше, чем распространять тьму. «Свет - это чистая // правда на дне болотной жижи. // Свет - это то, что я // однажды увижу».

За «Чертой» определённо много света. То, что было предначертано, - исполняется.

 

*А. Семёнов. Черта характера. http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=34

А. Семёнов. «Мы сами стали нотами Вселенной...» http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=3352

А. Семёнов. Площадь круга. http://pskovcenter.ru/display.php?type=article&id=907

Алексей СЕМЁНОВ

Из архива:

СКОРО ВЕСНА
(«Городская газета», 2005 г.)

В минувшую субботу в Городском культурном центре состоялся концерт псковского автора и исполнителя Андрея Васильева. Зрителям был представлен только что вышедший диск «Век соломенных крыльев».

Живая вода

Концерт прошёл без лишнего шума. Не было ни громких слов, ни громкой музыки. То, что делает Андрей Васильев - не терпит суеты. Именно это и можно назвать настоящим вызовом той агрессивной пошлости на сцене и в жизни, которой с каждым днём становится все больше. При этом Андрей Васильев ни с кем и ни с чем не борется. Он просто пишет песни, не навязывая никому ни свои взгляды, ни свою эстетику. Получается красиво и умно. «Не падёт и полмира, как я научусь говорить. // Станет медью молчание, затхлой покроется пылью. // Из кувшина души я тогда все ненужное вылью, // чтобы словом единым дышать. Постараюсь открыть // тот немыслимый рай, что летит на соломенных крыльях // мимо слёз восковых, где, послушную дергая нить, // шепчет пламя молитву, которой так хочется жить. // И безвременьем пахнет, и мятой... и горькой полынью...» Кто ещё так скажет и так споёт?

«Нежное сплетенье нот»

Наш город буквально кишит графоманами. Они всюду. Нет от них спасенья. Люди наивно полагают, что все то, что рифмуется - и есть поэзия. О поэзии спросили бы лучше у Андрея Васильева. Или нет, не надо ничего спрашивать. Надо всего лишь послушать его песни. Может быть, это лучший сейчас в Пскове автор, который умеет соединить настоящие стихи и настоящую музыку. Сочинить и соединить. И при этом сыграть и спеть так, что не остается сомнений, что это - то, что надо. Без всяких скидок на провинцию.

Пространство для Андрея Васильева - вещь незначительная. Для него намного важнее - время. Именно с ним он и работает. «Я из ветхого времени новое время слеплю...» Образы получаются изысканные. Но во всём этом нет манерности. Фальшь устраняется на дальних подступах. Вдохновение подкреплено мастерством. Немаловажную роль играют друзья Андрея, без которых запись альбома была бы невозможна. В первую очередь это Денис Ковальчук и Татьяна Замураева. И, конечно же, Елена П., которой и посвящен только что вышедший альбом.

Прилив радости

Мелодии Андрея Васильева искрятся как «крупинки сбывшегося сна». «На незнакомых улицах вселенной» чисто и немноголюдно. Свет целителен. Мрак не пугает, но заставляет задуматься. Весна прорывается даже там, где, вроде бы, её быть не должно. Но «нежное  сплетенье нот» приносит нежданное тепло. Душа отогревается. «Одинокий берег ждёт прилива». Возможно, это будет прилив радости. Ничто не предвещает бури. Но расслабляться не стоит. Его баллада не убаюкивает даже тогда, когда называется «Колыбельная». Обязательно появится что-нибудь неожиданное, вроде «поцелуя царствующей черни». Но здесь не будет никакой политики. Тема эта - библейская. Вечная и потому актуальная.

Кто уже слышал диск «Век соломенных крыльев» и знаком с творчеством Андрея Васильева, тот подтвердит - много достойных песен просто не уместилось на альбоме. Поэтому нет ничего удивительного в том, что сразу же после концерта Андрей сказал: «Может быть, если соберёмся, то в этом году с друзьями запишем еще один диск моих старых песен».

Андрей, что значит «может быть» и «если соберёмся»? Собираться и записывать надо обязательно.

 

 

 

 

 

Алексей СЕМЁНОВ

Имя
E-mail (опционально)
Комментарий